Джокер

Глава 3

— Исходя из вышесказанного, Виктор Владиленович, я предлагаю… — человек, ведающий в Организации финансами (будем называть его Финансист), взял эффектную паузу и опустил голову к лежащим на столе бумагам, катая по спине внушительные, наработанные в тренажерном зале, мышцы. Внешне он точно так же напоминал работника своей профессии, как и добрейший, на первый взгляд, дедушка Николай Валерьяныч.

Чуть старше тридцати, высоченный, мощный, ощутимо тренированный. Упругий короткий ежик светлых волос, тяжелая челюсть, решительный, ломающий волю собеседника, взгляд. Такого персонажа с руками оторвали бы в Голливуде на роль бравого наемника или, на худой конец, брутального злодея второго плана. Впрочем, злодейская внешность и обилие мускулатуры не помешали ему в свое время с отличием окончить Плехановский, а позже успешно пройти стажировку в Штатах. Ничего не скажешь, интересные люди трудились в Организации…

— Внимательно вас слушаю, Геннадий Ильич, — подбодрил подчиненного Председатель. В это уже не такое раннее ноябрьское утро он принимал своего специалиста по финансовым и банковским вопросам. По странной случайности, в это же самое утро он заслушивал еще одного из руководителей Организации — Специалиста, и встреча с ним закончилась буквально за час до начала описываемой беседы.

— Все-таки вынужден предложить вам на первый взгляд непопулярное решение, уважаемый Виктор Владиленович. Я более чем уверен, что в нынешних условиях мы должны серьезно сократить затраты на содержание силового блока и существенно уменьшить количество его персонала, — Финансист оторвал голову от бумаг и продолжил, вдохновляясь: — В новых условиях наша Организация должна брать на вооружение новые методы работы. Времена бандитских разборок и решения вопросов с помощью автоматов Калашникова прошли. Сейчас на первое место выходят легальные юридические методы, и мне кажется, что Николаю Валерьянычу будет трудно…

— И все же его опыт нельзя недооценивать, — с мягкой улыбкой возразил Председатель. Ему очень нравилась, когда подчиненные поклевывали друг друга, и в то же время он терпеть не мог, когда между ними вдруг возникало хоть что-то, издали напоминающее симпатию. — Возьмем, к примеру, его аналитический отдел…

— Считаю, что его давно пора переподчинить мне! — Финансист в запале вдруг взял да и перебил Председателя. — Прошу прощения, Виктор Владиленович.

— Ничего, ничего, ценю ваш азарт. И, тем не менее, именно аналитическая записка этого самого отдела не позволила мне разрешить вам вложить сто пятьдесят миллионов долларов в жилищное строительство, хотя отдача обещалась быстрая.

— Если вы недовольны моей работой…

— Ну, что вы, Геннадий, я очень ценю вас и не променяю на сотню старых головорезов, — Председатель произнес это совершенно искренне, хотя и с легкой, едва заметной улыбкой: бедный, наивный мальчик считает, что из Организации можно так легко уйти. Не дай ему Бог узнать, до чего же он неправ… — Время сейчас непростое, и резких движений делать не стоит. Давайте-ка поступим так: вы изложите все сказанное мне на бумаге, кратко и аргументировано, и представите мне. Даю вам на это неделю. Устроит?

— Вполне, — Финансист понял, что на этом аудиенция окончена, встал и начал прощаться.

Он торопился через двор к машине, не совсем удачно стараясь скрыть охватившие его разочарование и злость, как будто опасался, что среди щебечущих на ветках птичек и снующих туда-сюда по опавшей хвое белок, могут оказаться сотрудники Специалиста со спецаппаратурой. Проклятый старый хрен опять переиграл его в одни ворота, да еще, ко всему прочему, поймал за язык, заставив оформить сказанное на бумаге. И, черт его знает, какова будет реакция милейшего человека Николая Валерьяныча, когда она попадется ему на глаза! А в том, что рано или поздно попадется, Финансист нисколько не сомневался.

Сев за руль, он тихонько закрыл дверцу и, все-таки не сдержавшись, саданул кулаком по рулевой колонке.

— …Старый пердун, твою мать, — проревел он, включил зажигание и поехал. Он не боялся разговаривать в своей машине, потому что не пользовался услугами водителя, никогда не пускал в нее посторонних и регулярно проверял на содержание разного рода электронной живности. Поэтому только что от всей души высказанное никто и не услышал, за исключением одного единственного маленького, но очень навороченного «клопика», внедренного в салон буквально за полчаса до окончания плановой встречи с начальством.

На полдороге к Москве зазвонил телефон на панельке возле руля. Он нажал кнопку…

— Алло.

— Привет, это я. Как съездил?

— Ты был прав.

— Я всегда прав, Генаша, пора бы уже к этому привыкнуть.

— Не называй меня так.

— Ах, извините, уважаемый Геннадий Ильич. Как смею я…

— Хорош подкалывать, и так хреново.

— Вот именно, что хреново. Ты это удивительно точно подметил. А потому надо что-то делать.

— Надо.

— Тогда слушай внимательно…

Глава 4

Поездки из Подмосковья в столицу и обратно в автомобиле — удел сильных и смелых. Передвижение этим видом транспорта по самой Москве — и вовсе сплошной экстрим. Поэтому, если нет острой необходимости в колесах, я предпочитаю путешествовать в Москву в электричке. Стартуешь где-нибудь после одиннадцати, когда спадает основной поток пассажиров, и едешь себе, сидя у окошечка и размышляя о вечном.

Опять работа по специальности, хотя не факт. Точно так же, горя желанием потрудиться, я приехал месяц назад в одну крутую московскую фирму, у владельцев которой возникли проблемы. Я застал там двоих пареньков со следами активной спортивной молодости и бурного развития капитализма в России на серьезных личиках. Они грустно так сидели за столиком в углу кабинета, опустошая литровый бутыль «Джонни Уокера», явно не первый за день.

— Что-то ты староват, — сказал мне первый, не отвлекаясь на всякие там жлобские «Здрасьте» и «Присаживайтесь».

— И дохлый какой-то, — добавил второй и сделал богатырский глоток.

— А еще я очень плохо танцую, — любезно добавил я.

— При чем тут «танцую»? — спросили эти два чудика хором.

— Действительно, ни при чем, — согласился я. — Точно так, как мой возраст и разворот плеч.

— Ну, не скажи, — возразил первый и поинтересовался: — Ты, вообще-то, драться умеешь?

— Дерутся дети в песочнице, — пояснил я, — или пьяницы в пивной. Люди моей профессии…

— Хорош понты гонять, — строго оборвал меня второй и тут же решил мою судьбу: — Значит, так, сейчас едем в тир, посмотрим, как ты стреляешь. Потом поработаешь раундов пять в полный контакт с ребятами из охраны и…

— Можете меня не провожать, — сказал я и постарался как можно быстрее увеличить расстояние между этими красавцами и самим собой. Дурость, как известно, болезнь заразная, а потому контакты с ее носителями надо стараться сокращать до минимума.

Через две недели после этой увлекательной беседы я прочел в газете о трагической гибели владельцев торгово-закупочной компании «Дунайские волны» Малова и Бадейкина. Смерть настигла их прямо в бронированном «мерседесе». Злодеи умудрились засунуть мину с дистанционным подрывом прямо в салон.

Типовая пятиэтажка в глубине Красносельского тупика. Обойдя припаркованное у подъезда пожилое детище отечественного автопрома, я открыл дверь и вошел внутрь. Поднялся по умеренно загаженной лестнице на пятый этаж и нажал на кнопку звонка у двери квартиры номер шестьдесят семь. Дверь отворилась сразу же, меня явно ждали.

— Шевченко Василий Максимович, — представился я стоящему в дверном проеме сурового вида молодому человеку в темном костюме. — Мне назначено.

— Проходите.

В небольшой прихожей обнаружился еще один молодой человек, вылитый брат-близнец первого.

— Попрошу ваши документы.

— Пожалуйста, — и протянул ему синий паспорт гражданина Украины с трезубцем на обложке, очень похожим на общепитовскую вилку.

Он раскрыл его, быстро, но внимательно просмотрел и вернул владельцу, то есть мне.

— Поднимите руки, — потребовал он и, взяв у напарника плоскую удлиненную коробочку металлодетектора, принялся выискивать на мне посторонние вложения.

— Пластина в левом колене, — честно предупредил я. Действительно, запищало.

— Проходите, — и мы проследовали в комнату: один охранник впереди меня, второй сзади и я посередине, как котлетка между булочками с кунжутом в «Макдональдсе».

Двое джентльменов в строгих костюмах-тройках, удобно расположившись за скромно сервированным столом, пили кофе.

— Прибыл Шевченко, — доложил мой сопровождающий, — все в порядке.

— Спасибо, — отозвался человек в темно-коричневом костюме, — ждите на лестнице. — Встал из-за стола и сделал несколько шагов мне навстречу, приятно улыбаясь и протягивая узкую ухоженную ладошку: — Добрый день, Василий Максимович. Если честно, я представлял вас несколько иным.

Действительно, в тот день я счел нужным походить не на человека, к которому обращаются за помощью и защитой, а на особь, проходящую в милицейских протоколах исключительно в качестве потерпевшего. Для чего надел пиджачок на пару размеров больше чем надо, ссутулился, самую малость приподняв одно плечо выше другого, и стал немного пришаркивать ногами при ходьбе. Очки в старомодной роговой оправе на носу и нашлепка в виде тщательно, но безуспешно скрываемой лысины на макушке завершили образ.

— Не беспокойтесь, шеф, — вставший следом из-за стола человек в серо-синем костюме, подошел ближе и тоже протянул небольшую, но на удивление крепкую ладонь, — это же просто маскировка.

— Благодарю, — молвил я, принимая чашку свежезаваренного кофе и закуривая без спросу, потому что мои собеседники дымили вовсю — Итак?

— Я — Игорь Владимирович Сенчуков, владелец и председатель совета директоров объединения «Элит Трейд». Это — он указал на человека в сине-сером костюме, — начальник моей службы безопасности, Петр Каленикович. Между прочим, отставной генерал МВД.

— Можно просто Петр, — сообщил тот, и я этому совсем не удивился. Представляю, как он намучился с таким интересным отчеством в детстве и юности, и кем только его не называли: и Калигуловичем, и Коленкоровичем, может даже, Каннибаловичем

Кстати, поздравляю вас, дорогой мистер Сенчуков, совравши, причем два раза подряд. Петр, который без отчества, выглядел слишком смышленым человеком для того, чтобы быть генералом. Без той характерной оловянности во взоре, присущей большинству лампасоносителей, вне зависимости, по какому ведомству они бы ни проходили. А уж что касается его якобы службы в милиции… В этой конторе хватает серьезных ребят, способных на очень многое. Но чтобы так элегантно выглядеть в костюме… Встречал я, знаете ли, на своем веку немало ментов, хороших и разных. Даже честные, случалось, попадались. Всех их, при общей внешней и внутренней непохожести, объединяет одно: любая шмотка гражданского образца, состоящая из пиджака и брюк, будь она от Бриони, Армани, Хьюго Босса или просто прикупленная по случаю на распродаже, всегда выглядит на их мужественных фигурах, как седло на корове. А тут… При первом же взгляде на этого господина сразу же чувствовалась долгая и успешная служба в некой организации, в недрах которой МВД расшифровывается не иначе, как «малограмотные внуки Дзержинского». ВЧК, МГБ, КГБ, ФСБ, СВР… И так далее, и тому подобное.

Мы переглянулись с липовым генералом милиции. Он слегка улыбнулся, приподняв бровь: дескать, не берите в голову, на шефа, случается, находит.

История, в которую вляпался мой потенциальный клиент, оказалась простой и очень характерной для нашего Отечества. Две фирмы, «Элит Трейд» и «Водолей», устав сражаться за клиентов, инвестиции, а заодно и друг с другом, решили объединиться. Процесс пошел, набрал обороты и принял вполне цивилизованный европейский вид, правда, с небольшими поправками на национальную специфику. То есть будущие партнеры, лучезарно улыбаясь и крепко обнимаясь, тем не менее, держали под полой стильных пиджаков острые ножи, в готовности при случае вонзить их в спину друг другу. Или чуть пониже спины. Из профессионально четкого рассказа Петра с эмоциональными дополнениями его шефа я понял, что ножик у «Водолея» оказался поострее и несколько уколов он уже нанес. Причем в достаточно грубом силовом плане, можно сказать, в стиле девяностых, опять входящем в моду.

— А цель всего этого? — полюбопытствовал я.

— Ну, вы же понимаете, — тонко улыбнулся Петр, — слияние может пройти по-разному…

Чего уж тут не понять: каждый из партнеров стремится занять лидерство в будущей совместной фирме, так сказать, быть паровозом в этом поезде, несущемся к счастью и процветанию. И никак уж не последним прицепным вагоном.

— Что же требуется от меня?

— Разобраться с теми отморозками, которые работают на «Водолей». Саму фирму трогать нельзя, нас не поймут.

— Только без лишней крови, — вступил в разговор владелец и председатель в одном лице и в очередной раз улыбнулся чарующе, — выручайте, старина, на вас вся надежда.

— А что говорят об этих отморозках ваши люди в «Водолее»?

— Немного, — главный безопасник «Элита» сокрушенно покачал головой.

— И все же?

— Все, что удалось накопать, — и положил на стол передо мной дискету.

— А что говорят о внедренных к вам?

— Есть и такие, но пока мы их не вскрыли.

— Понятно.

— Что скажите?

— Думаю, что можно попробовать…

— Прекрасно! — в очередной раз расцвел в улыбке Сенчуков и разве что не захлопал в ладоши от счастья. — Мы их сделаем!

— Ваши условия? — остудил его радость «генерал».

И я назвал свои условия.

— Однако… — улыбка на лице Сенчукова погасла, само лицо несколько удлинилось. — А нельзя ли…

— Можно, — успокоил я его, — людей моей профессии, знаете ли, поразбросало по стране. Поищите, может, найдете кого-нибудь с меньшими запросами. Вот, — я выложил на стол листок бумаги, — если до исхода завтрашнего дня на этом счету не окажется половины суммы, будем считать, что я просто съездил попить кофе в приятной компании.

— А вторая половина, если я дам согласие?

— Пересылается в течение трех дней после завершения операции на указанный мною счет.

— Это все?

— Нет, конечно. Эта сумма, — я выложил второй листок, — должна быть выделена мне на расходы. Целиком и по первому требованию. Наличными или пластиковыми карточками на предъявителя. Отчет о затратах также представляется по окончании операции.

— Я должен подумать.

— Это ваше право. Приятно было познакомиться.

Несостоявшийся генерал догнал меня на лестнице между третьим и вторым этажами, протянул дискету:

— Он уже подумал.

Глава 5

— Как ведет себя клиент? — Специалист отхлебнул кофе из кружки и поставил ее на стол.

— Сейчас уже прилично — прозвучал голос его собеседника по громкой связи.

— Это хорошо. А платить он собирается?

— Плачется, просит об отсрочке. Склад у него, видите ли, в Мытищах опечатали, не может реализовать продукцию.

— Что творится… Знаешь что, Володя, дай-ка ему трубку.

— Сейчас.

— Алло, я вас слушаю, — собеседник Специалиста дышал так натужно, как будто он только что осилил марафонскую дистанцию, а не преодолел пешком десяток-другой метров.

— Это Алексей Юрьевич Подопригора? — Специалист затянулся и выпустил клуб дыма в потолок.

— Да, а это кто? — голос собеседника звучал сквозь одышку одновременно трусливо и нагло.

— А это человек, которому очень интересно, когда же вы сподобитесь, наконец, расплатиться с фирмой «Айс Тренд» за поставленный ею товар.

— Поймите меня правильно, я — честный и порядочный человек, но обстоятельства — в голосе собеседника послышались плаксивые нотки. — У меня неприятности.

— Вы имеете в виду опечатанный склад в Подмосковье?

— Совершенно верно.

— Это нельзя назвать неприятностями. Оплатите долг, и ваш склад немедленно распечатают.

— Хотите сказать, что, ваша работа?

— Ну, что вы, я не тружусь в санитарной инспекции, просто всегда могу прийти на помощь.

— Бога ради, помогите, тогда я смогу собрать деньги за неделю.

— Какая неделя? Заплатить надо сегодня.

— Может, подскажите, с каких средств?

— Отчего же не подсказать хорошему человеку. — Специалист взял лежащий на столе перед ним лист бумаги. — Значит так, по состоянию на десять утра сегодняшнего дня на счетах Вашей фирмы «Байкал плюс» в общей сложности находится пять тысяч восемьсот девятнадцать рублей. Негусто.

— Вот, видите!

— Вижу, вижу. Кстати, вам ничего не говорит название «Рострейд»?

— А., вы… никогда о такой не слышал.

— Странно, Вы ведь открыли ее в апреле этого года, и регулярно закачиваете туда деньги.

— Какие деньги?

— Российские деньги и очень немалые, — он положил на стол лист, который все это время держал в руке, и взял другой. — На настоящий момент на текущем счету этого самого «Рострейда» находится всего-то пятьдесят три миллиона триста двадцать пять тысяч рублей. Заплатите тридцать два миллиона и живите дальше в мире и радости.

Собеседник Специалиста икнул и часто-часто задышал.

— Теперь, что касается неприятностей. Поверьте мне, опечатанный склад в Мытищах это сущие пустяки по сравнению с Днем ВДВ, который только что начался в вашем торговом доме в Южном Бутово. Вот это уже — неприятность, причем немалая.

— День ВДВ?

— Это образное название комплексного десанта: налоговая инспекция, ОБЭП, санитарная инспекция, куда же без нее, и пожарная охрана. ФМС тоже уже там.

— Я ничего об этом не слышал.

— Бога ради, не волнуйтесь, сейчас вам все сообщат. Мне почему-то кажется, что с получением кредита в банке «Фаворит» тоже возникнут определенные сложности. Вы ведь рассчитывали получить двести восемьдесят миллионов рублей, не так ли?

— Да. Что ты говоришь? У, бль… Извините, это не вам, — видимо, собеседнику только что отзвонились из Южного Бутова.

— Алло, Алексей Юрьевич, вы куда-то пропали.

— Что я должен сделать, чтобы все это закончилось? — голос достопочтенного господина Подопригоры звучал на удивление спокойно и деловито. Как любому кристально честному, только немного забывчивому человеку ему уже явно доводилось попадать в подобного рода ситуации. И не один раз.

— Заплатить. Даю вам на это полтора часа.

— Я могу не успеть.

— Постарайтесь, это в ваших интересах. А теперь передайте трубку моему сотруднику.

— Слушаю.

— Он писал наш разговор?

— Конечно.

— Попроси его включить аппаратуру на воспроизведение и объясни, что меня можно записать, только когда я сам этого захочу. Работай.

— Есть, шеф.

— Тогда, до связи, — и откинулся в кресле, заложив руки за голову.

Тихо (он не любил лишнего шума) замурлыкал стоящий на столе телефон.

— Да.

— Николай Валерьяныч, вас, — секретарь не стала говорить, кто тревожит ее шефа. Посторонние по этому номеру не звонили.

— Соединяй.

— Здорово, Валерьяныч.

— И тебе не хворать.

— Надо бы пересечься.

— Я не против, называй место и время.

Глава 6

–..! — уныло молвил я и выключил компьютер.

От дела, в которое я ввязался, ощутимо потягивало говнецом, как из привокзального сортира.

Начнем со вчерашних персонажей. Лучезарный обаяшка Сенчуков с замашками комсомольского секретаря среднего звена (так и подмывало полюбопытствовать: «В каком райкоме служили?») и рафинированно-интеллигентный, все понимающий чекист Петр, так и не сообщивший мне своей фамилии. Прямо кот Базилио и лиса Алиса, а рядом с ними я, такой весь из себя деревянный.

Внешность, конечно же, может быть обманчивой. Возьмем, к примеру, российскую армию, не так давно героически победившую банду укуренных в хлам барсеточников. В последнее время туда трудоустроилась целая толпа менеджеров с гражданки. Видел я недавно одного из них по ящику. С такой физиономией во времена оные его не взяли бы служить прапором на склад портянок, а тут трудится, приносит пользу Отчизне. Выдающийся стратег, успешный бизнесмен, любимец всех людей в погонах.

Другое дело — представленная мне информация. Если я правильно просчитал шефа безопасности «Элит Трейда», то он явно пришел на эту должность не из министерства сельского хозяйства, а вовсе даже из службы внешней разведки. Такие люди и агентуру вербовать, и информацию собирать обучены. А что мы имеем? С бывшими конкурентами, а ныне — почти партнерами, оказывается, работает группа каких-то страшных людей, способных на многое, а зовут их Вася, Петя и, может быть, Абдулла. И это все? Где, позвольте полюбопытствовать, конкретика по этой самой группе, координаты, хоть какие-нибудь персоналии, черт побери? Для чего, спрашивается, внедрять кого-то в этот самый «Водолей»? Получается, что Петр, который все-таки Каленикович, понапридумывал мертвых душ и выплачивает сам себе вознаграждение или, того хуже, затеял собственную игру? Непохоже. Тогда что?

Я еще раз от души выматерился и немного успокоился. А чего я, собственно, хотел? Да, у людей какие-то, неизвестные мне проблемы. Это нормально. Когда нет проблем, не обращаются к специалистам моего профиля, а вызывают Анжелику Варум и устраивают корпоратив. Подлянка, видите ли, просматривается, а когда было иначе? Вспомнить хотя бы то дело в Африке, там, вообще, ценой моей разбитой до фундамента морды и слегка покалеченного тела, решили кучу вопросов: и аппаратуру сперли, и стратегического партнера слегка в чувство привели, и «кротиков» выявили.

Так что будьте проще, товарищ бывший майор, тем более что аванс от клиента уже получен и доля в «профсоюз» отослана. «Профсоюзом» я называю некую команду, которой аккуратно отстегиваю пятнадцать процентов от суммы каждого моего гонорара.

За это мне не только предоставляют работу, но и гарантируют некие услуги: эвакуацию в случае ранения или травмы, «отмазку» в родной милиции, если все сложится не совсем хорошо, услуги лучших адвокатов, если потребуется, а на самый крайний случай — приговор по минимуму, шикарные передачи с воли и теплое место хлебореза или заведующего библиотекой на зоне. За дополнительные деньги также могут предоставить вооружение и спецтехнику.

Докурив, я тяжело вздохнул и взялся за телефон.

— Слушаю вас.

— Добрый день, это я. Буду у вас в офисе завтра в одиннадцать. Закажите пропуск. Да, и не забудьте…

Глава 7

Стоящий на фейсконтроле в вестибюле пафосного ресторана в Столешниковом впечатляющих габаритов мужчина в строгом темном костюме недоуменно посмотрел на вошедшего пожилого человека в старых вельветовых брюках и куртке-аляске, наброшенной на плечи поверх блеклой кофты крупной вязки. Раскрыл было рот, дабы вежливо сообщить «дедушке», что диетическая столовая находится тремя кварталами дальше, но вдруг передумал и даже изобразил на лице улыбку:

— Добрый день.

— Добрый, — согласился странный посетитель, не вписывающийся в окружающий антураж.

— Позвольте полюбопытствовать, вас ожидают?

— Должны.

— Прекрасно, наш сотрудник вас проводит.

— Вот, спасибо-то, — расцвел дедок в благодарной улыбке. — А то еще заплутаю, чего доброго.

— Курточку разрешите, — чем вызвал искреннее недоумение у стоящего в глубине холла молодого человека. Никогда еще на его памяти фейс-контролер не проявлял такой трогательной заботы о посетителях.

— Держи, — тот воспринял это как должное, скинул куртку ему на руки и прошел внутрь.

Габаритный мужчина лично отнес ее в гардероб, после чего извлек из кармана белоснежный носовой платок и вытер внезапно вспотевший лоб. В последний раз он испытывал подобный страх пять лет назад, когда в него стреляли из гранатомета.

Человек, назначивший встречу Специалисту, ожидал его в уютном, расписанном «под Хохлому» зальчике. Самую малость старше пятидесяти, с внешностью и манерами английского лорда, в сереньком костюме из твида. Встал из-за стола и сделал пару шагов навстречу: