Чернолунье

Материк Алькор, королевство Алнаир, г. Гиансар

Даймонд любил чёрный цвет. На все случаи жизни чёрная одежда была его вечным спутником. Ему казалось, что, укрывшись за черной накидкой, он легко мог смешаться с толпой.

Вот и сейчас, накинув капюшон, он шел по мрачным улицам, лавируя между людьми, и чувствовал себя невидимкой. Призраком. Тенью.

Неузнанный, обычный, как все. И никому дела нет до его персоны. И именно в такие моменты он чувствовал себя свободным.

Пусть это и не более чем иллюзия, созданная воображением. Мимолётные мгновения «невидимости» поддерживали в нём надежду, лелеяли давнюю мечту.

Для друзей любовь Дая к чёрному объяснялась профессией – официальная одежда Ордена Теней чёрная с золотым окаймлением и пуговицами. Благодаря этому весь арсенал его составляли черно-белые наряды. Из белого – только рубашки.

Посторонние люди считали, что юноша так привлекает внимание – ведь у него серые волосы и серо-голубые глаза! – но Дай никогда не любил выделятся. Это обременительно. И разве он виноват, что уродился таким «серым»?!

Конечно, внимание дам ему льстило, пока не перерастало в крайнюю степень одержимости и навязчивости.

В тайне Даймонд посмеивался над леди, которое считали, что цвет одежды придает ему холодной таинственности и загадочности. Они считали, что он похож на героя романтических романов. А однажды Дай услышал как девчонки на улице шёпотом называли его «Чёрным Рыцарем». Ну и прозвище! Полнейшая безвкусица в духе банальных любовных книжёнок. Тьфу!

И всё бы хорошо, если б из-за этой истории не страдал его авторитет в обществе. История имела какие-то привкусы мистики, ужасов и проклятий, плюс к ним примешивалась необычная для Алнаира внешность Дая и сплетни, давно гулявшие о нём и превратившиеся чуть ли не в городские легенды.

В столице он – местная знаменитость, известнее разве только принц Лиам. Ещё бы! Официально Дай числился послом, имел звание маркиза, а на деле занимался всем подряд. От охраны королевской семьи до помощи полиции в расследованиях.

В первом повинен был чёртов принц, ибо на все светские (и не очень) мероприятия просил в сопровождение Дая, а не рыцарей. А как он смеет отказать будущему королю? чтоб его!

Удавалось «соскочить» только, если Совет давал Даю особые поручения. Их приказам даже будущий король не мог перечить.

Всегда, когда появлялось задание, юноша с деланым рвением покидал дворец, что не могло не бесить принца. Даю, в общем-то, нравилось его бесить: напыщенный блондин в такие моменты становился капризным ребёнком.

Дай сделал шаг, и что-то хрустнуло под подошвой сапога. Приподняв ногу, парень увидел свое удивлённое лицо в осколках разбитого зеркала.

Впервые за долгое время путешествий Дай заметил, как устал. Большие, вечно грустные глаза казались более серыми, чем обычно. Густые брови нахмурены, тонкие губы сжаты в одну напряжённую линию. И что женщинам может в этом нравится?

Темно-серая челка полезла в глаза, и Дай откинул её привычным жестом.

Увидеть себя в разбитом зеркале – плохая примета.

Юноша ещё больше помрачнел и, перешагнув через осколки, продолжил путь к замку.

Снаружи замок напоминал огромный белый коралл, выросший посреди мрачного пыльного города с однообразными серо-кирпичными зданиями. Остроносые башни величественного строения переливались на солнце от кроваво-красных до молочно-рыжих оттенков. А высокие шпили можно было заметить уже на въезде в столицу.

Замок (обустроенный внутри как дворец) был одной из главных достопримечательностей Гиансара. В нем, за высокими крепостными стенами, прячется королевская семья. Именно прячется, потому что нынче народ неспокоен, много преступности развелось, и революционеры не дремлют.

По этой же причине все из Ордена теней живут в замке, дабы в случае непредвиденности обеспечить королевскую семью надежной защитой. Потому кто-то из ордена всегда должен присутствовать по близости с будущим королем и его семьёй.

Когда Дай прошёл за ворота, один из стражников сообщил ему страшное известие. Несколько минут Даймонд пытался прийти в себя.

Быстрым шагом он направился в сад.

Ⅱ

Торопливый цокот каблуков эхом отдавался от каменных стен. Высокая мощная фигура вихрем пронеслась по наружному коридору замка, ведущему в сад. Тёмные тучи сгустились над ночным небом, казалось, вот-вот прольётся на землю крупный холодный дождь.

На пути женщины возник стражник:

– Где Дай?! – громыхнула она хрипловатым голосом.

– В-в саду, госпожа, – заикнулся дрожащий как лист, худощавый парень в тонкой темно-серой шинели. Алебарда, в длину выше него самого, дрогнула в его руках.

Дама в ответ кивнула и с грозным ликом направилась вперед. Она с такой силой стучала каблуками по плитке, что, казалось, та сейчас расколется под её туфлей.

Карие глаза метали молнии. Сжав подол платья в руках, чтобы не споткнуться, она спрыгнула с бортика анфилады и через пару шагов оказалась прямо напротив высокого дерева.

Тусклый жёлтый свет факелов едва долетал до огромного раскидистого дуба.

Над могильной плитой, расположившейся среди мощных сухих корней, склонился высокий, стройный человек в чёрной мантии поверх такого же непроглядно-чёрного сюртука.

Длинный капюшон скрывал выделяющуюся серую макушку и благородное лицо с тонкими чертами. Спина напряжена, взгляд пасмурных глаз – острый и жгучий.

Его гнев не бурлил, а горел в венах ледяным пламенем.

– Не люблю я этот убийственный взгляд, – спокойно сказала женщина. – Даже у меня от него мурашки по коже. Видели бы твои «прилипалы», всех бы распугал.

«Прилипалами» она называла девчонок-аристократок, фанаток «чёрного рыцаря» – Дая. Эти барышни видели в нем только таинственного героя из сказки, объект красоты без души. Какой он внутри – плевать. Они сами сочинят ему образ.

Дая терпеть не мог этих пустых разряженных девиц, какими полнился Двор.

– Рэйка… – выдохнул он, повернувшись к собеседнице.

Плечи опустились, и взгляд растерял всю серьезность. Рэйка всегда действовала на него успокаивающе. Быть может, потому что имела довольно скверный и упертый характер, нетипичный для притворных леди, и действовала как глоток свежего воздуха в душной комнате.

С ней Даю не приходилось корчить из себя кого-то вроде принца Лиама: приторно сладкого, дружелюбного и учтивого. Он не такой и не умел притворяться. Мир аристократов ему чужд и вероятно никогда «своим» не станет.

Дай попал в замок не по собственной воле. Вернее, сначала, конечно же, по своей – мальчик хотел лучшей жизни – но теперь едва ли мог сказать, что имел выбор.

– Я…

– Ты замыслил что-то сомнительное, так? – перебила Рэйка с усмешкой на лице.

– Они убили его, – зло процедил Даймонд. – Обезглавили как какого-то…

– Дай, я понимаю твои чувства, – вклинилась она, наградив юношу сочувственным взглядом. – Нелл был другом всем нам. Но никто не застрахован от смерти. Сегодня он, завтра – кто-то другой. Он выполнял приказ до самого конца, и это достойно уважения.

Она подошла ближе и протянула ему руку, грубую, покрытую шрамами и старыми мозолями. Совсем не руку аристократки, никогда не видевшей ни меча, ни сражений. Рэйка Урвия была воительницей, главой Ордена рыцарей.

Немыслимое сливовое платье в белых рюшах и оборках смотрелось на её внушительной фигуре как насмешка. И грозный взгляд, острые скулы да упрямые губы не сгладят ни волнистые локоны, водопадом спадающие по крепким обнажённым плечам, ни самые роскошные платья с дамскими туфлями и бриллиантами.

Ничто не придаст ей больше женственности, чем военный мундир да шпага на поясе, как бы парадоксально это не звучало.

И какой слепец придумал наряжать её как даму в свободное от работы время?

Рэйка выше Дая, а на каблуках и вовсе великанша. Ему всегда становилось не по себе, когда она взирала на него сверху вниз. Дай чувствовал себя маленьким нашкодившим щенком, за которым пришла подчищать мама.

Даймонд взялся за её теплую ладонь и уже почти поднялся, когда она со всей дури зарядила ему кулаком в живот. Воздух выбило из легких, Дай согнулся пополам.

В глазах на миг потемнело, и лишь крепкая хватка Рэйки не давала ему упасть. Рыцарша резким движением поставила его на ноги и зашептала в самое ухо:

– Мы опаздываем Даймонд Леруш. «Совет» созывает срочное собрание, я думаю, ты уже знаешь, что произошло. Мне не нужны проблемы из-за тебя. Сейчас не время раскисать, – она ласково потрепала его по серой макушке. – И что бы я больше не видела этого взгляда, понял? Эмоции запрещены.

Последняя фраза ножом резанула по сердцу. Это было одно из правил жителей замка, которое он особо не любил.

Все, кто служат короне, должны придерживаться правил во всем, а особенно в своем поведении. Не дай бог, кто-то оплошает и опозорит свою благородную фамилию или, ещё хуже, страну!

В небе громыхнуло, и пошел мелкий дождь. Первые капли коснулись головы, когда Даймонд перелезал бортик анфилады. В душе поселилась тоска.

Сегодня ночью он потерял друга и ему даже не дают нормально попрощаться.

Но Дай решил: так просто это дело не оставит. Всё узнает об убийцах Нелла и обязательно отомстит. Не так важны прощания как чёткое убеждение, что враг поплатится. А враг для Дая – всякий, кто вредит его семье, его друзьям.

Внутри дворца всегда светло и неуютно. Для Дая это сверкающее место ассоциировалось с большой золотой клеткой. Однако для какого-нибудь обывателя эти холодные плиточные полы, покрытые бархатными красными коврами; эти белые мраморные стены, украшенные орнаментами королевской семьи; эти громоздкие люстры с хрустальными висюльками и золотые карнизы на позолоченных окнах казались эталоном богатства и роскоши, пределом мечтаний.

Наверное, кому-то взгляды Дая покажутся странными, но дворец никогда не воспринимался им как дом. Конечно, он там жил. И всегда чувствовал себя не в своей тарелке. Чувствовал одиночество.

И был один человек, разделявший его взгляды.

Глаза Дая наткнулись на портрет королевской семьи, висевший прямо над центральной лестницей в холле. И там отсутствовала только одна персона.

Теперь уж её нет нигде на этом свете.

Воспоминание иглой укололо в сердце.

Проскочив пару лестничных пролетов и с десяток комнат, они, наконец, подошли к большим кованым дверям, ведущим в Зал Заседаний Совета.

Стража в серых мундирах и с каменными лицами толкнула тяжелые двери. Они дрогнули и с грохотом распахнулись. Лязг петель прервал словесную перепалку, происходившую внутри.

Перед Даем предстало огромное помещение с высоченными потолками и богатым убранством, как в каком-нибудь театре. Впрочем, внутри всегда царил полумрак, и лишь настенные подсвечники позволяли различать силуэты присутствующих. За полукруглой центральной ложей в больших роскошных креслах расположился Совет. Семь человек в масках.

Чуть ниже них, в других ложах – попроще, но не менее солидных – по правую и левую сторону зала сидели двенадцать человек из Верховных дворянских семей. Лица у большинства недовольные и заспанные. Похоже, их подняли прямо с постели, вырвав из сладких объятий сна.

Непонятно откуда исходил терпкий запах благовоний.

У Дая он ассоциировался с тайной. Ведь в Замке полно разных тайн! И самая сокровенная – кто скрывается по масками «Советов». Никто не знал ни их имён, ни личностей, ни возрастов, только клички: Демон, Железная Дева, Кошка, Лев, Обезьяна и так далее, зависит от маски.

Раньше Дай не раз пытался разузнать про них, проследить, заплатить кому надо, и всё в пустую. У Совета везде имелись глаза и уши. Как ни кстати в самый неподходящий момент всегда объявлялась Рэйка и била его по башке читала нотации за дурные помыслы.

– Не наше это дело, – твердила она с серьёзным видом.

– Но неужели тебе не интересно?! – беленился мелкий Дай, болтая в воздухе ногами, пока рыцарша держала его за шкирку, как щенка. – Совсем? Ни капельки?

Рэйка закусила губу и задумчиво покачала головой.

– Меньше знаешь – живее будешь.

Полезный совет, но Дай не прислушался: загадки всегда манили его, и побороть эту тягу он не мог. Просто стал осторожнее.

Рейка прошла вперёд и поклонилась, прижав правую руку к сердцу, а левую заведя за спину.

Это и приветствие, и выказывание почтения вышестоящим лицам. Обычно действовало на людей магически: смущало, давало почувствовать себя благодушным покровителем и вершителем судеб.

Но Совет встретил её равнодушно, в дворянской ложе кто-то скучающе зевнул, а кто-то гневно сверкнул на новоприбывших глазами. Такая же реакция встретила и Дая, изобразившего тот же поклон.

– Ты задержалась, Рэйка Урвия, – эхом прокатился по залу немолодой басовитый голос. Лица говорившего не разглядеть – маска обезьяны.

– Прошу простить меня Глава, – пролепетала рыцарша, не поднимая склоненной головы. – Это моя вина. Я не следила за временем.

Дай тихо возмутился. Он ненавидел, когда Рэйка выгораживала его перед Советом. Она считала, что прошлый глава Ордена теней хотел сделать Дая своим приемником. Но «проблемного мальчишку» не допустят главенствовать: хороший глава – всегда пример для подчинённых.

А если он не обладает элементарной пунктуальностью и этикетом об этом можно забыть.

Дай не раз говорил, что не хочет быть главой Ордена, но упертая женщина и слушать не хотела.

«Потом сам спасибо скажешь», – её извечный ответ.

Но она не понимает, что Орден для него – страшное бремя.

– Это уже не первый раз леди Урвия, – пробасил мужчина. – Только благодаря успехам ты ещё остаешься главой Ордена рыцарей. Ты же понимаешь, что незаменимых – нет, – он сделал акцент на последнем слове. – В следующий раз я не буду так благосклонен, даже если ты опять начнешь защищать мальчишку.