Путь домой. Четыре близнеца

Глава 12. Казнь.

Солнце издевательски слепило и заставляло мучиться от жары и жажды. Вконец устав от путешествия по раскалённой дороге, Френсис и Анри с большой радостью вошли под тень прозрачного леса, но скоро поняли, что и здесь нет спасения от зноя преждевременного лета. Подумать только, такая жара уже на четвёртый день последнего месяца весны! Друзья переглянулись и поняли друг друга без слов, обоим захотелось передохнуть, и небольшой овраг представился для этого очень удобным местом. На его дне росла ещё не затронутая зноем трава, так что купленные в предместье Грандона кони проведут это время с пользой. А со стороны дороги овраг был заслонён густой порослью молодых деревьев и кустов. Решено, сделано – кони отпущены, плащи расстелены на траве, шляпы легли рядом.

– Странные мы люди, Анри, тебе не кажется? – поинтересовался Френсис, вытягиваясь на плаще в полный рост.

– Конечно, и не только кажется, я совершенно уверен, что мы с тобой круглые идиоты! – легко согласился Анри, – Это же надо было додуматься пускаться в путь, не взяв с собой ни капли воды! Правильно говорил учитель, не принимай решение на горячую голову, иначе ей придётся остыть надолго. Сейчас я бы душу отдал за каплю воды… – и Анри страдальчески закатил глаза.

– Да, учитель всегда прав… – вздохнул Френсис, закусив сухую травинку, – Слышишь, Анри, объясни мне одну вещь… Анри!

Но Монсо никак не реагировал на призыв друга, он с наслаждением распростёрся на своём плаще и, казалось, задремал. Тогда Фрэнк душевно толкнул его в бок. Что же, Анри сделал-таки над собой большое усилие и простонал в ответ что-то невнятное. Но Френсис будто не замечал страданий друга:

– Ты объясни мне, почему мы вдруг так поспешили скрыться, попросту сбежали?

– Сбежали? – лениво возмутился Анри – Не хорошо звучит. Мы сделали всё от нас зависящее. Что ещё было там искать?

– Да. Но… Хочется верить, мы помогли этому де Валеньи. Чем это не повод для более близкого знакомства?

– Не понял! – Анри даже приподнял голову, – Зачем тебе это? Не забывай, мы всё ещё не придумали, какими именами прикрыться! Это непростая задача – имя, это ещё и предыстория, родословная. Вспомни, как граф де По допытывался, кто твой отец…

– Граф де По… Да, странный, неприятный опыт. Но…

– Снова "но"? Говори уж толком.

– Видишь ли, во время драки, ведь дуэлью то, что было, не назовешь… Короче, там был момент, когда я увидел лицо этого де Валеньи. Ты не поверишь… но у него моё лицо!!!

Это воспоминание так сильно взбудоражило Фрэнка, что он больше не мог лежать. Теперь он сидел и с большим интересом ожидал реакцию друга.

– Э! Да ты перегрелся! – искренне встревожился Анри.

– Да, звучит безумно, – легко согласился Фрэнк, – Даже мне уже кажется, что это был сон… Но ведь мы до сих пор не спали!..

Юноша выглядел таким растерянным, смущённым, что Анри честно постарался отнестись к услышанному серьёзно. Он тоже поднялся и всем телом развернулся к другу:

– Так, ладно. Прежде всего успокойся и давай по порядку. Ты сейчас заявишь, что у тебя в тот момент было его лицо?

От этих своих слов Анри сам и не выдержал, от души рассмеялся.

– Если хочешь, пусть так, – в голосе Френсиса зазвучали обиженные нотки, – Мы с ним и правда удивительно похожи! И это не так смешно, как сейчас тебе кажется.

– Ну-ну, прости, я не хотел тебя обидеть, но согласись, то, что ты говоришь… это по меньшей мере странно, – и Анри снова постарался взять себя в руки.

– Да, согласен. Но я знаю, что видел! В тот момент луна хорошо осветила его лицо, а меня он видеть не мог, я оказался в тени. Помню, как я растерялся. На кого это он, думаю я, похож? У него было моё лицо, даю руку на отсечение!

– Прибереги её для других целей, – отмахнулся Анри.

– Да, всё верно, я бы тоже не поверил, – смирился Френсис, – Но я ещё найду этого Валеньи, и тогда всё прояснится.

– На всё воля божия! – смиренно возвестил Анри, снова опуская голову на плащ. Но Фрэнк никак не мог успокоиться.

– В любом случае, я бы очень хотел познакомиться с этим человеком.

– В самом деле?

– Смотри, как графа де По раздражает его имя, я уж не говорю о виконте де Крахтью. Похоже, де Валеньи очень неглупый человек. Хоть граф де По и кичился тем, что хорошо знает его характер, Валеньи разгадал-таки этот коварный план.

– Глупый план, – тут же поправил Анри, – Разгадать его, особого ума не надо было. И потом, если этот де Валеньи понимал, на что идёт, какого чёрта он тогда полез на рожон? Я бы дождался, пока у Крахтью иссякнет терпение, и проследил бы за ним…

– Но тут замешана женщина! – улыбнулся Френсис, – Наверное, прекрасная женщина. Действия де Валеньи говорят о том, что он любит её. И уж, конечно, он достойнее Крахтью. Да, де Валеньи смел, силён, благороден. Он всё-таки не тронул этого олуха виконта, хотя, видимо, собирался. Пощадил он его, а это о многом говорит… Так что я рад, что мы вмешались, очень рад.

– А что это у тебя так глаза загорелись? – лукаво сощурился Анри, – Уж не появилась ли в твоей жизни столько же "прекрасная дама"? Признавайся! Почему я не заметил это раньше?! Когда и в кого ты успел влюбиться?!

– Влюбиться? С чего ты взял? – запротестовал Френсис, но проступивший на его щеках яркий румянец смущения тут же полностью выдал его.

– Всё! У тебя нет пути к отступлению! – страшно заинтригованный Анри снова уселся на плаще, – Признавайся! Кто эта красавица?

Что ж, Фрэнк сокрушённо рассмеялся:

– Да, она редкая красавица!.. Сказочная фея! Богиня! Но… больше мне нечего добавить.

– То есть как это нечего! А звать-то её как? – Анри весь пылал от любопытства.

– Не знаю! И хватит об этом! Не трави мне душу! – вдруг вспылил Фрэнсис, – Я правда не знаю, как её звать, где она живёт,… Я вообще ничего о ней не знаю! Просто встретились мимолётом, в день отплытия из Туманной Гавани, и теперь я неустанно молю Господа свести нас вновь.

Анри видел, что искренне расстроился его друг, и решил на пока прекратить этот допрос. Установилось тягостное молчание, но ненадолго.

Уже через минуту почти над головами друзей раздался страшный грохот. Мимо по дороге мчалась карета. Фрэнк встрепенулся, поспешил выглянуть из-за кустов и успел разглядеть герб прежде, чем облако поднятой пыли заставило его задохнуться.

– Ну, ну… – Анри от души похлопал друга по спине.

С глазами мокрыми от выступивших слёз, Фрэнк поинтересовался:

– Как ты думаешь, кто это был?

– Твой де Валеньи, – усмехнулся Анри.

– Граф де По. Его герб.

– О!

– Наши пути пересекаются…

– Только он едет быстрее, не так ли? – заметил Анри и с бесстрастным лицом вновь растянулся на плаще, – Слава Богу, нам не надо так торопиться.

– Не надо? С такими настроениями век не видать нам Фонтэнжа! – возмутился Фрэнк.

– Ты ищешь Фонтэнж или графа де Лаган? – усмехнулся Анри, – Поверь, будет много больше проку, если мы с тобой сначала найдём возможность выспаться. Что кроме твоего нетерпения сейчас мешает нам сделать это?

– Здесь? Сейчас? – возразил Френсис, – Не придумывай! И не так сильно ты устал…

– Я и не говорил, что устал… – Анри вдруг вскинулся и резко поднялся на ноги.

– Верно, дружище, едем, – Френсис одобрил такую перемену в настроении друга, – Но графа де По догонять не станем.

– Согласен, – улыбнулся в ответ Анри.

С тем и двинулись в путь. Но палящее солнце и полное отсутствие кого-либо ветра скоро заставили друзей напрочь забыть о цели их путешествия и пуститься на поиски воды. Дело это оказалось непростое. Сейчас их путь пролегал по поросшему лесом плато. Они знали, что где-то справа расположено русло Сьены, реки, несущей свои воды от горных лесов на востоке Фрагии к её сердцу, Фонтэнжу, и далее, через Рунд и Грандон в Брианский пролив. С мыслями об этой великой реке друзья и сошли с большой дороги. Они понадеялись, что эта отлучка не станет долгой, ведь им достаточно и небольшого ручья или родника, но и эти скромные мечты не спешили сбыться. Прошло ещё около полутора часов, когда, наконец, кони вынесли их на берег небольшого ручья.

Вода! Чистая родниковая вода! Есть ли в мире более желанный напиток для измученного жарой и жаждой путника!? Юноши ещё на ходу спрыгнули с сёдел на землю и бросились в ручей. Их крепкие сапоги позволили войти в воду почти по колено. Вода! Юноши от радости рассмеялись в голос, пили и не могли напиться, не только умылись, но и смочили волосы… Потребовалось время, чтобы эти бурные эмоции поутихли.

Френсис выпрямился и огляделся. Лучезарное солнце теперь не палило, а ласково улыбалось. А под откосом берега ручья их ждала гостеприимная тень ивы.

– Так вот она какая «Земля Обетованная»! – выразил его мысли столь же счастливый Анри.

Фрэнк согласно улыбнулся, с наслаждением вдохнул полной грудью и вдруг… запел.

Это был давно знакомый широкий светлый мотив старинной брианской песни, мелодия из тех, что заставляют трепетать самые глубинные струны души, так уж причудливо были вплетены в неё оттенки нежной печали и затаённой грусти. Как только Френсис поймал себя на этом откровении, перед его мысленным взором тут же возник прекрасный образ таинственной испайронки, которую он повстречал в Туманной Гавани, и так горько стало, так досадно от того, что он не узнал её имя… Эта горечь наполнила его голос новой силой, словно внутреннее Я захотело хоть так воззвать к этому дивному образу. Каждый новый вдох проходил через тоскующее сердце и преображался во всё более мощное благозвучие, накрывал мир так полно, что Анри от изумления даже рот открыл. Он знал, что его друг хорошо поёт, но до сей поры это было лишь забавой, а сейчас оказалось, что это нечто много-много большее. Френсис обнаружил неописуемо богатый и силы огромной голос. Голос, которому не было предела… Но, когда взгляд Фрэнка пересёкся со взглядом Анри, мелодия оборвалась.

Потрясенный Анри застыл в той позе, в какой его застало это чудо, только голову приподнял да рот приоткрыл от изумления. Френсис растерялся.

– И давно это с тобой? – только и нашёл, что изречь Анри.

– Что? – переспросил Фрэнк, уже начиная осознавать, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

– Ты давно так поёшь?!! – Анри выпрямился и теперь пытливо щурился.

– Пою? – Фрэнк почувствовал сильное смущение.

– Да, поёшь! А то чем ты сейчас занимался?

Фрэнк, наконец-то, кивнул:

– А что, плохо?

– Плохо?! Да у тебя, братец, божий дар!!! Голосище! Как тебе до сих пор удавалось скрывать это от меня?! Я тебя спрашиваю!!! Это же потрясающе!!!

В конец смущенный Фрэнк вдруг увидел, как шляпа Анри преспокойно намеревается скрыться за поворотом, и схватился за это открытие, как утопающий за соломинку.

– Стоят ли твои излияния твоей шляпы? – и Френсис указал на беглянку.

– Стой! – тут же закричал на неё Анри, но уже в следующий миг, справедливо полагая, что та вряд ли откликнется, бросился следом.

А Френсис от души рассмеялся.

* * *

К ночи того же дня они добрались до Рунда, тем самым проделав путь, на который при других обстоятельствах могли бы затратить чуть больше четырех часов. Но им и правда не очень-то хотелось спешить.

Город встретил поздних гостей неприветливо: городские ворота закрылись сразу за их спинами, улицы пустынны, окна темны, деваться некуда. Через полчаса блуждания по городу, который с хмурым безразличием погружался в вязкие сумерки, Френсис и Анри добрались до центра, но так и не встретили ни одной заслуживающей их внимания гостиницы или трактира.

– Что за напасть? – вскипел Анри, – Кто бы мне сказал раньше, что Рунд такой гнилой городишко! Если так пойдёт и дальше, нам придётся проститься с мечтами о свете, еде и постели, и подыскать какую-нибудь мало-мальски чистую и сухую подворотню. Как знать, может быть, здесь даже это найти непросто!

– Не спеши драматизировать, – улыбнулся в ответ Френсис, – В худшем случае, вернёмся к городским воротам. Помнишь, там есть довольно приличный постоялый двор. Но я всё-таки не верю, что в центре такого большого города не найдётся места для нашего ночлега. Давай просто перейдём на другую улицу!

Что ж, Анри согласно кивнул. Пара другая переходов по узким переулкам, и через несколько минут их вынесло, по-видимому, на главную улицу города, а на ней к трактиру, двери которого были призывно распахнуты и изливали в предночной мрак потоки света и божественно аппетитных запахов. То, что надо! И друзья дружно возблагодарили судьбу за такой подарок. Кони в миг оказались привязаны к стойлам, а их хозяева радостно перешагнули порог этого благословенного, как им казалось, места.

Ожидания их не обманули. Через несколько минут они уже сидели за отдельным столиком, уставленным очень приличной едой и вином. Так, быстро утолив голод, друзья пришли к единодушному мнению, что жизнь не так уж и плоха.

В трактире несмотря на поздний час, а, может быть, именно благодаря этому, оказалось довольно много посетителей: большинство ремесленники, но были среди них и крестьяне, и мелкие чиновники, и даже пара хмурых личностей, которые могли бы сойти за дворян. Все эти люди, как и наши друзья, ели, пили, вели мирские и не очень беседы, и ничто в этой картине не предвещало беды.

И вдруг, на пороге этого благодатного заведения возникли жандармы и, не утруждая себя какими бы то ни было объяснениями, подняли пальбу. Точнее раздалось только два выстрела, но и этого хватило, чтобы мир раскололся.

– Всем на пол! Слышали меня!? На пол!!! – громогласный заявил лейтенант жандармерии города Рунда.

Этому голосу невозможно было противиться. Через пару секунд испуганной суеты в трактире воцарилась гробовая тишина. Все, кто мог, легли на пол, остальные присели или пригнулись. И только наши друзья остались недвижимы. По-прежнему сидящие за столом, они не могли долго оставаться незамеченными. Взгляд лейтенанта гвардейцев обратился прямо к ним.

– Этих двоих ВЗЯТЬ!

Приказ был более, чем внятный. Ошеломлённые Анри и Френсис встали навстречу бросившимся к ним жандармам и выхватили из ножен шпаги.

– А ну стоять!!! – грозно возвысил голос Френсис.

Но лейтенант словно ждал этого и завопил громче прежнего:

– Молчать! Взять их!!!

– Перед вами сын герцога Бетенгтона!!! – в тон ему закричал Анри и выразительно указал на Френсиса, – Вам жить надоело!?!

От такого заявления жандармы ошеломлённо замерли, и Анри поспешил закрепить эффект:

– Перед вами Его Сиятельство Френсис Гай Гейсборо сын Его Светлости Карла-Бенедикта Гай Гейсборо герцога Бетенгтона!

И чтобы придать своим словам больше веса Анри почтительно поклонился другу, который, напротив, уверенно расправил плечи и величественно повёл головой.

Те из жандармов, кто был ближе к молодым людям, сочли за благо отступить на пару шагов. Вот только лейтенанту жандармерии славного города Рунда этого оказалось недостаточно.

– Самозванцы! Фигляры! Ишь как хватили! Чтобы сын герцога так одевался и ел в такой забегаловке!?! Посмели замахнуться на такой титул!? – казалось из глаз странного стража закона посыпались искры. Он взял за шиворот ближайшего к нему жандарма и толкнул вперёд, – Схватить этих двоих!!! Это приказ!!! Или сами отправитесь за решётку!!!

«Должно быть начальник лучше знает, что и как делать!» – так рассудили горе вояки и дружно бросились выполнять приказ. Посетители отпрянули к стенам, а некоторым удалось даже выскользнуть на улицу. И это было самым благоразумным решением, потому что уже через миг здесь, в трактире, разыгралось самое настоящее сражение.

Анри и Френсис заняли позиции спина к спине и так оказались недосягаемы. Численное превосходство жандармов никак не давало им право надеяться на легкую победу. Юноши без труда могли справиться каждый с четырьмя, и кто знает, может быть, им действительно удалось бы выйти из этой переделки сухими, но тут в трактир ввалилось ещё человек десять вооружённых до зубов людей в чёрном, явно не жандармов, и стало ясно как божий день, долго друзьям не продержаться. Эти новые бойцы были настроены более решительно, и обучены воевать они были явно лучше.

– Чёрт побери, Анри! Наше дело дрянь! – воскликнул Фрэнк на брианском, отшвыривая от себя тощего жандарма, и тем самым сбивая с ног двоих в чёрном.

– Да, дружище, мы здесь слишком задержались! Надо уходить! – охотно откликнулся Анри тоже на брианском.

– Давай в окно! – решил Фрэнк.

Он тут же схватил нечто, бывшее когда-то стулом, и вышиб этим оконную раму.

– Да, верно! – Анри понял друга, но всё оказалось сложнее, чем хотелось бы. Ему преградил путь огромный бородач, и юноша был вынужден отступить, защищаясь.

Френсис, продолжая творить чудеса, вынудил ближайшего к нему противника упасть на колени, и прицельным пинком отправил бедолагу жандарма прямо под ноги здоровяку, напавшему на Анри. Убедившись, что друг теперь свободен, Фрэнк нырнул в окно словно в чёрный омут. Анри бросился за ним, ему оставался лишь шаг, но в последний момент юноша заметил летящий в него нож и метнулся прочь. Этот вынужденный шаг назад стал роковым. Опрокинутый ранее здоровяк ещё ползал на коленях, но сейчас он среагировал неожиданно чётко – намертво вцепился в ногу Анри, и рванул её на себя и вверх. Ещё мгновение, и Анри рухнул на пол. Подняться на ноги он уже не смог.

Хорошо избитый, уже теряющий сознание, он словно в тумане различил стоявшего в дверях трактира худощавого дворянина, одетого во всё чёрное. Взгляд единственного глаза незнакомца пронзил душу Анри словно ледяным копьём, и в следующий миг новый удар в живот лишил юношу сознания.

* * *

Солнечный день для многих жителей Рунда начался с известия о том, что в полдень на главной площади города, состоится казнь главарей знаменитой банды разбойников, давно терроризировавших жителей близлежащих селений. Отъявленные негодяи уже одним своим именем наводили ужас на мирных торговцев и крестьян, и потому весть об этой казни превратила день в праздник. Все прочие дела были приостановлены.

К полудню на рыночной площади собралась едва ли не половина города. Здесь, на помосте, недалеко от стен ратуши появились три наспех сооруженные виселицы. Рядом на другом возвышении было установлено несколько кресел. Людей собралось так много, что скоро торговля тоже приостановилась, и внимание всех обратилось к помосту. Народ бурлил, наполняя площадь плотным человеческим говором.

В назначенный час толпа всколыхнулась в направлении от главного крыльца ратуши, и в образовавшемся проходе появились жандармы, сопровождающие троих осужденных. В тот же миг поднялся страшной силы шум – крики и проклятья обрушились на головы арестантов. Кольцо оцепления сомкнулось за печальной процессией, и скоро обречённые на смерть взошли на эшафот.

Это были три удивительно не похожих друг на друга человека. Один из них оказался очень тучным с сильными волосатыми руками, огромной рыжей копной волос и злыми выпученными глазами. Другой был на голову выше товарища, коренастый, совершенно лысый с удивительно массивной челюстью. Третий…

Третьим был Анри. Ему до сих пор не верилось в реальность происходящего, только связанные за спиной руки и израненное тело не позволяли отмахнуться от всего этого как от абсурдного кошмара. Он стоит под виселицей! Но почему?! Это было для него безумной загадкой.

Наконец, новая людская волна выплеснула на освобождённое стражей место ещё одну группу людей, оказавшихся, по всей видимости, судьями. Они заняли приготовленные для них кресла на соседнем помосте, и гул людских голосов стал быстро стихать.

Еще пара минут, и вот в полной тишине прозвучал приговор, из которого следовало, что отпетые негодяи и мошенники, злобные убийцы и насильники, праведной волей Господа и Его величества короля Фрагии осуждаются на смертную казнь через повешенье. Эти последние слова толпа встретила с ликованием.

Анри стоял словно оглушённый. По его лицу было ясно видно, что услышанное явилось для него ужасным откровением. «Проснись, брат!!! Проснись!!!» – мысленно воззвал юноша сам к себе, но нет, кошмар не желал развеяться, и разум пал в оцепенение, Анри не мог принять происходящее, ни душой, ни телом. Но когда один из стражников подошёл к нему и взял его за плечо, чтобы подвести к виселице, Анри очнулся. Он резко вывернулся и что есть силы закричал:

– Господа судьи!!!

Голоса на площади стали быстро стихать. Любопытные глаза зрителей теперь были устремлены к Анри.

– Господа судьи! – голос юноши звучал очень твердо и пронзительно, – Этот приговор не касается меня! Я не знаю этих людей! Значит, и не могу быть их сообщником! Ещё не прошло и трех дней с того момента, когда я ступил на фрагийскую землю, значит, я не мог участвовать в чуть ли не полугодовалых разбоях! Я прошу… Нет, требую разобраться!!! Иначе на ваши плечи ляжет грех безвинно загубленной жизни!

Один из судей, человек с огромным опухшим носом, повелительно поднял руку, призывая ко вниманию, и неожиданно детским голосом произнёс:

– Приговор обжалованию не подлежит!

– Но, чёрт побери! Когда же был суд НАДО МНОЙ?! – вскричал Анри.

– Привести приговор в исполнение! – взвизгнул в ответ судья.

В тот же миг рядом с Анри раздался скрипучий хохот. Юноша развернулся и увидел, что это смеётся осуждённый толстяк, оскаливая при этом свои страшные чёрные зубы. И Анри потерял голову. Он взвился и в прыжке выдал толстяку душевный удар прямо в скулу. Конечно же оглушённый этим ударом бандит рухнул, при этом едва-едва не проломил под собой деревянный настил.

– Прекратить!!! – заверещал покрасневший от возмущения судья.

Следуя этому приказу, на связанного Анри навалилось сразу несколько жандармов, и он оказался полностью парализован в своих движениях. Изумлённая толпа зрителей снова примолкла. И в этот момент…

– Стойте! Я приказываю прекратить!!! – раздался вдруг властный женский голос.

Ошеломлённые палачи невольно подчинились, и Анри смог вздохнуть свободней. Он огляделся и увидел, что через оцепление прорвалась редкой красоты девушка, по всей видимости испайронка высокого положения. Одетая в костюм для верховой езды, пошитый из чёрного и красного бархата, она вся была полна энергии и решимости. Её чёрные глаза впились в лицо Анри, а грудь порывисто вздымалась, но при этом голос её звучал очень твёрдо и веско.