Деревенские истории Сибирячки

Образ жизни Степаниды, её лёгкость и беззаботность раздражали деревенских женщин, привыкших к размеренной жизни со свойственным селянкам кругом дел и забот.

Степанида с её готовностью в любой момент сорваться и отправиться автостопом в любой конец области, была для них словно кость в горле.

Взгляды, которыми их мужики провожали Степаниду, вздыхая при этом:

– Ах!!! Какая женщина!

Злили баб и заставляли их делать пакости Степаниде и строить ей разные козни.

Она же улыбалась, повторяя раз за разом строки написанных ей стихов:

Босыми ногами по Углям горящим,

Ходила я в прошлом, хожу в настоящем.

Обжечься, ступая на них, не боюсь,

Говорят обо мне, говорят.., ну и пусть.

Не накинуть платок на рот каждый я знаю

И снова, и снова на Угли ступаю.

Раскалённые Угли, на них я танцую,

Говоря своим танцем, что не пассую

Перед слухами разными и клеветой,

Из прошлого тянутся что шлейфом за мной.

За мной по пятам много лет что идут,

Те, кто их распускает, видно рядом живут.

Не затихли чтоб угли злоба их не даёт

И за сплетнею сплетня по округе ползёт.

Больше их или меньше, не важно совсем,

По горящим углям хожу босою затем.

Чтобы знали они, что я не пассую

И босыми ногами на углях злобы танцую.

Писать Степанида начала ещё в юности, как и петь, танцевать и играть на баяне. Но больше всего на свете любила она путешествия автостопом. Исколесив в юности таким образом чуть ли не всю страну, Степанида решила остепениться и вышла замуж, с появлением детей посвятила им себя.

Когда же они создав свои семьи разлетелись из родительского дома, Степанида вернулась к увлечению из юности.

Наведываясь к детям и внукам, она заваливала их подарками и, погостив у них пару дней , начинала скучать и пыталась вмешиваться во всех их дела.

Скандаля по поводу и без ,Степанида становилась невыносимой для них, словно кость в горле. Когда же она сваливала домой, её дети и внуки вздыхали с облегчением.

А спустя какое то время начинали скучать по ней, поскольку все они любили Степаниду и дорожили ей. Меж собой называя её милой косточкой.

ДУРЕХА

Выйдя из сарая с подойником в руках, Вера увидела стоявшую возле веранды коллегу Ирину, покупающую у неё молоко.

Поздоровавшись с ней, спросила чего она не заходит в дом, холодно же.

Дома процедив молоко, Вера налила его в протянутую Ириной банку. И, взяв стоящие на столе бутылку с соской, налила в неё молока, одела соску.

Пояснив Ирине, что коза не приняла козлёнка, Вера достала его из стоявшей возле печки коробки. И, посадив к себе на колени, стала поить его из соски, одновременно разговаривая с коллегой.

– Ну надо же, – воскликнула Ирина,– и среди животных есть те,что бросают своих детенышей…

Помолчав немного,она вздохнула :

–Во время учёбы в педагогическом я снимала квартиру вместе с двумя Светками. Одна из них ждала парня из армии и поэтому ходили мы только в кино на шесть и на уроки. Да и молодые были, глупые , боялись…

И вдруг одна из Свет начала полнеть и отказываться ездить на выходные домой.А мы, наивные, над ней посмеивались.

А в январе, на выходных она усиленно отправляла нас домой. Но, как на грех, всё замело и электричка не пошла и нам пришлось остаться.

И тут, о ужас, эта Светка рожать начала. Что же делать, мы не знали. И потащили её ночью, в метель в роддом.

Родила она девочку и оставила, как ни уговаривали её медсестры. Родители у неё мусульмане, очень уж боялась она их. Так боялась, что умоляла нас ничего не говорить ни им, ни кому бы то ни было, – сказав это, Ирина вздохнула.

–Да мы бы и сами не сказали, боялись очень…

– Вот дуреха то, -произнесла Вера, – а дальше что было, – поинтересовалась она.

– А дальше.., – вздохнула Ирина, -О случившемся с ней никто так и не узнал.Как и то,от кого она родила. Да и съехала она вскоре с квартиры и с педа ушла, – сказала Ирина.

– Дуреха, как и твоя мамка, – выпалила Вера, обращаясь к козлёнку, который спал у неё на коленях, опустошив бутылку и выронив соску.

Посидев ещё немного, Верина коллега стала прощаться. А Вера, уложив пригревшегося козлёнка в коробку, пошла её провожать, повторяя раз за разом:

– Дуреха,дуреха, какая же она дуреха.

МЕСТЬ ДОЛЖНА ПОДАВАТЬСЯ ХОЛОДНОЙ

– Настюш, ты куда то среди ночи ходила, – спросила подметающая возле ограды соседка, увидев выходящую из калитки Настю.

-На работу ходила, баб Надя- ответила ей Настя, остановившись возле соседки.

– А чего среди ночи, – обеспокоенно вскрикнула она, – случилось че ли что?

– Месть муженька моего случилась,– усмехнулась Настя

, – спустя пару лет только .

Месть, а за что, – поинтересовалась соседка, бросив подметать и усаживаясь на скамейку.

Присев рядом с ней, Настя стала рассказывать о том, что она отправила Тоху на работу в двеннадцать ночи, хотя он уезжал на неё электричкой в шесть ноль два уходит которая.

Что расстояние от дома до вокзала в километр он пробежал за сто двадцать секунд. А вернувшись домой минут через двадцать обозвал её придурком.

– Как же ты, Настюш, умудрилась так опростоволоситься, – сказала хохочущая баб Надя, – время перепутала че ли?

– Радио в этом виновато, – заявила смеющаяся Настя, – гимн по нему играют в двеннадцать ночи и шесть утра. Я в тот вечер рано уснула. Проснулась- гимн по радио играют, а Антон спит. Я, не глядя на часы, устроила ему нагоняй, за то что он спит, закончила свой рассказ Настя.

– Ну ты даёшь, – вытирая выступившие от смеха слезы, произнесла баб Надя, – Ну и как Антоха отомстил тебе , – спросила она.

– Зная мою привычку не смотреть на часы, вчера вечером он перевёл будильник. И я ушла на работу в три часа ночи, – сказав это, Настя замолчала.

Но тут же, спохватившись, спросила:

– Откуда баб Надь, вы узнали, что я ночью ходила куда то.

– Дед Иван покурить на крыльцо вышел и видел, как у вас свет на веранде загорелся, а потом ты вышла и пошла по улице, – вздохнула соседка.

Помолчав немного, она спросила:

– Че то больно долго Тоха твой мстить собирался.

Слушающий их разговор из- за приоткрытой калитки дед Иван, выйдя из неё, подошёл к сидящим на лавочке жене и Насте.

И, усевшись поудобнее, сказал:

– Оно и понятно почему:Месть должна подаваться холодной.

ЗНАК КАЧЕСТВА

Не успела работавшая продавцом в деревенском магазине Люся ,разложить привезённые перед его закрытием продукты, как толпа столпившихся возле него баб вломилась внутрь.

Сметая с полок колбасу, сервилаты, сосиски бабы мало интересовались их качеством. Пока подошедшая к прилавку школьная повариха не спросила какого качества привезённая продукция.

– Бери, Ларис, всё свежее,даже знак качества проставлен везде, – сказав это, Люся достала с полки упаковку сосисок с печатями и штампом ОТК. Протянув её поварихе, она сказала – сама убедись.

Одна из стоявших возле прилавка баб, передразнивая Люсю, воскликнула:

– Везде, везде, Ларис, и даже там знак качества стоит.

-Где там??? – переспросила Люся.

Прошептав ей на ушко, где именно, эта баба загадочно улыбнулась.

-Нет, Свет, там не стоит, – развела руками смеющаяся Люся.

– Вот и у меня не стоит, – сказала улыбающаяся Светка. И, повернувшись к толпившимся бабам, спросила:

–Девки, у кого там знак качества стоит???

– Светка, ты чего голову морочишь нам со своим знаком качества, – выкрикнула одна из баб, – не томи уже, рассказывай что это за знак и почему он должен стоять там.

Помолчав немного,она рассказала, что её муж, напился и заявил ей, что больше не будет с ней спать, потому что у неё не стоит там знак качества. Заставив находившихся в магазине баб смеяться до слез.

Смеющаяся вместе со всеми Люся, которой давно уже было пора закрыть магазин, вытирая выступившие от смеха слезы, подала Светке упаковки сосисек и пелеменей. Сказав при этом:

– Иди ты уже домой, зараза этакая и забирай с собой с собой свой знак качества.

Не дав ей расплатиться ,Люся вытолкала Светку из магазина, а за ней стала выпроваживать и остальных баб.

Записав купленные Светкой продукты ей в долг, она ,положив в сумку сосисок, хлеба и колбасы , закрыла магазин и пошла домой.

НА ПАНЕЛИ

Разойдясь с мужем, дочка Марии и Василия Потаниных, Наталья,заявилась в деревню вместе с пятилетней Маришкой.

На вопросы отца с матерью чем она планирует заниматься, Наталья отвечала, что хочет Маришку оставить у них, а сама в город уедет, счастье искать.

– Не дури девка, – отговаривали её они – кому ты нужна в этом городе и на какие деньги будешь жить в нём. На панель пойдешь что ли?

– Да хоть бы и на панель, – отвечала им Наталья, – всё лучше, чем хвосты коровам крутить как вы, да спину гнуть в огороде, копаясь в грязи. Не хочу жить так, в грязи и навозе…

Не для этого я университет заканчивала.

Дня через три она уехала, а вскоре Потаниным стали приходить денежные переводы и посылки с вещами для Маришки.

– Где же твоя Наталья такие деньги зарабатывает, – спрашивала почтальонка ,принося им очередной перевод или посылку.

– Неужто и впрямь на панель пошла , как говорят в деревне, – недоумевала она.

– Даже если и так, тебе то какое дело, – осаживала её Мария, пресекая её желание поговорить об этом.

Слухи ходили по деревне , что Потанина Наташка на панели стоит. Что вроде кто то из деревенских парней, работающих

в городе ,видел её там.Но правда это или нет,

никто не знал.

Деревенские бабы, зная суровый нрав Марии, при её появлении переводили разговор в другое русло.

Время от времени Наталья показывалась в деревне в сопровождении импозантного красавца мужчины на дорогущей машине.

На расспросы деревенских о том, где же она такого красавца встретила, Наталья посмеиваясь говорила что встретились они на панели.

Завидуя ей, деревенские девчонки твердили, что мечтают также, как и она, пойти на панель и встретить там свою судьбу. А бабы, поссорившись со своими мужиками, кричали им, что уедут в город и пойдут как Наташка Потанина на панель.

Но никто из них не знал, что на самом деле работает она в процветающей компании, куда устроилась благодаря своему диплому и связям, оставшимся со времён учебы в университете.

А мужчина на дорогой машине- её однокурсник и по совместительству директор этой компании. Что с ним она давно уже состоит в отношениях.

НЕ ЛЮБОВЬ

На празднование столетнего юбилея Сашкиной бабушки съехалась вся его родня.С кем то из неё Вера была знакома поскольку постольку, кого то знала хорошо, а с кем то и вовсе была незнакома.

Она очень удивилась, столкнувшись с заходящий во двор бабушкиного дома женщиной, чем то похожей на неё саму. Следом за ней бежали мальчик и девочка, как две капли воды похожие на Ксюшку, Верину дочку. И зашёл мужчина с сумками.

На её вопрос кто эта женщина и почему её дети так похожи на её дочку, которая была копией отца, Танька, мужева сестра , пояснила, что она их двоюродная сестра, дочка одного из братьев её с Сашкой матери.

Познакомив её с Леной, ( так ее звали),Танька, с которой они когда то работали на одном предприятии и были лучшими подругами, рассказала Вере, что Лена и она с Сашкой росли вместе.

А он и Лена учились одном классе и до самого окончания школы ходили держась за руки. Из за чего окружающие дразнили их женихом и невестой.Что потом между ними словно кошка пробежала .И на следующий день после выпускного Лена уехала из деревни и до юбилея бабушки не приезжала ни разу. А Сашка одну за другой менял девчонок , пока она не познакомила его с Верой, чем то похожей на Лену.

Заметив какие взгляды бросают друг на друга её муж и эта Лена и какие искры летают между ними, Вера стала допытываться у него что у было между им и Леной и почему они не виделись столько лет. Но он отмахивался от неё, переводя разговор на другие темы или начиная кружить ее в танце .

В конце вечера к ней подошла Лена и, отведя Веру в сторонку, сказала что лучше будет если она узнаёт обо всём от неё самой.

Из рассказа Лены Вера узнала, что её муж и Лена любили друг друга и даже хотели пожениться, но её мама сказала ей, что у них с Сашкой один отец и поэтому им категорически нельзя делать этого.

– Поэтому я и уехала из деревни, – сказала Лена, – надеялась забыть его, но не сумела. Да и дети не дали.., ты заметила как твоя дочка похожа на моих…

– Они.., Сашкины??? – спросила она.

– Сашкины, – подтвердила Лена, – я не смогла сделать аборт, – но они ничего не знают и считают отцом моего мужа, впрочем и он сам думает что это его дети.

Помолчав немного, Лена сказала, что не хочет портить ни её, ни свою жизнь. И попросила её ни говорить ничего Сашке, ведь ничего уже не изменишь. Её мать и Сашкин отец мертвы давно и правду уже не узнаешь. Да и не любовь всё, что было между ними тогда, не любовь.

ТАНКИ ГРЯЗИ НЕ БОЯТСЯ

Лет через пять после того, как газовщиков перебросили на другой участок, рёв моторов машин и другой техники нарушил спокойный и размеренный ритм жизни деревни.

Появление в ней лесорубов лишило покоя деревенских мужиков,заставив их сгорать от ревности и совершать безумные поступки.

Больше всего неудобств появление лесорубов доставляло Сашке Старцеву, поскольку поселили их недалеко от его дома.

Рев моторов с утра до ночи, орущая музыка, ругань, смех деревенских баб, посещающих мужиков, драки лесорубов с деревенскими парнями и мужиками превращали Сашкину жизнь и жизнь его семьи в ад.

В него же превращала его жизнь ревность, заставляющая его следить за каждым шагом жены и устраивать ей допросы с пристрастием за шаг вправо, шаг влево.

Вдобавок ему не раз приходилось поправлять снесённый ими забор,а также вытаскивать на своём джипе машины лесорубов из озера за деревней, в которое те умудрялись регулярно сваливаться.

"Танки грязи не боятся "– говорил он каждый раз, возвращаясь домой по уши в грязи и рассказывая Вере, кого из лесорубов вытаскивал из озера.

Подражая ему, Женька, их с Верой сынишка, прибегая домой по уши в грязи, твердил что танки грязи не боятся.

"Ладно отец машины лесорубов из озера вытаскивает, в грязи приходит домой- смеялась Вера, – а ты то где грязь умудряешься найти".Взмахивала она руками каждый раз, когда её сын Женька прибегал домой весь в грязи.

Но он молчал или твердил:

– Да , знаешь мам, я…

Ксюшка, Женькина сестрёнка, перебивая его, говорила, что он с Колькой Шамаевым в канаве буксовали на великах, а Ержан вытаскивал их.

– Ну что мне с тобой, делать, – смеялась Вера, отправляя Женьку отмываться в колоде, стоящей в огороде.

В один из дней она, стоя с полотенцем возле плескающегося в колоде сына, увидела несущуюся через канаву Алёнку Канаеву.С криком:" Танки грязи не боятся", убегающую от гнавшегося за ней лесоруба.

СОБУТЫЛЬНИЦА

Как и большинство деревенских женщин, Анна увлекалась рукоделием. И, как только у неё выдавалась свободная минутка, принималась шить, вязать или прясть.

Кроме того, что её увлечение одевало всю семью, оно ещё и кормило её. Особенно в лихие девяностые, когда зарплаты, пенсии и детские пособия не платили совсем .

Связанные ей шали, варежки, перчатки, полуверы, шарфы с носками пользовались спросом у барыг, промышляющих торговлей в поездах дальнего следования, на рынках или в учреждениях. А вырученные за них деньги, она пускала на нужды семьи и детей.

Вспоминая об этих годах, Анна печально улыбалась.

Такую же реакцию у неё вызывали воспоминания о том, как покойный муж, называющий её пчелкой, посмеивался над ней. И когда она засиживалась допоздна, отбирал работу, говоря:

– Хватит трудиться уже, пчёлка милая моя.И, сгребши её в охапку, нёс в постель.

Когда его не стало, она посвятила себя детям, поставив крест на личной жизни.А они, закончив школу, один за другим уехали в город, получать специальности, да так и остались там, заведя свои семьи, друзей…

С тех пор прошло уже много лет, но Анна так и жила в одиночестве, разрываясь между работой, домом и кладбищем. Куда она приходила рассказать покойному Матвею об успехах их сына и дочки, о подрастающих внучках. Поделиться своими радостями и горестями, рассказать ему деревенские новости.

Главной из которых была идущая третьий год спецоперация.

Как и многие из деревенских женщин , Анна вязала носки, варежки и перчатки для ребят, принимающих в ней участие, посвящая этому занятию любую свободную минутку.

Сдав очередную партию в пункт приёма гумманитарной помощи для участников СВО, Анна затащив мешок с шерстью, перебрала её и начала прясть.

Погруженная в свои мысли, Анна не заметила, как шпулька наполнилась. И, остановив самопряху, она принялась сматывать пряжу в клубок.

Стук в окошко отвлёк Анну от этого занятия. Открыв дверь, она увидела мужа своей коллеги Нины, Серёгу, бывшего лучшим другом покойного мужа,бывающего часто у них в доме.

-Аннушка, я к тебе. Матвея помянуть хочу и поговорить по душам, – заявил он, входя в дом.-Не хватает его мне, Аннушка, хоть и прошло уже много лет, а тоскую я по нему,понимаешь?– Помолчав немного, Серёга добавил:

–Только ты и понять меня можешь,Аннушка. Как я вижу, ты тоже тоскуешь по нему, раз за столько лет никого не подпустила к себе.

Сказав это он, вытащил из кармана бутылку и поставил её на стол.

– Любила сильно, вот и не подпустила, – сказала Анна, ставя на стол рюмки и тарелку с закуской.

– И он любил тебя, Аннушка, – сказал Серёга, налив рюмки. Протянув одну Анне, он залпом выпил другую.

– Я помню, как Матюха говорил нам:

– Моя Анютка, она знаете какая!!!Понимающая и умеющая слушать, вот какая она у меня, Анютка моя!!!

– Ну и к чему ты об этом вспомнил, – усмехнулась Анна, – выкладывай,чего тебе от меня нужно.

Опрокинув в себя ещё одну стопку, осмелевший Серёга сказал:

– Приревновала меня Нинка, скандал устроила. Помоги убедить её, Аннушка, что мне кроме её никто больше не нужен. Что только одну люблю её я, дуру такую люблю.

– К кому приревновала, – поинтересовалась Анна.

– Было б к кому, Аннушка, – вздохнул Серёга, – к малолетке приревновала, пигалице этой, что у Макарихи на квартире живёт.

– К Полинке что ли? – с недоумением спросила Анна, – она же в дочки тебе годится.

– Вот это же самое я и говорю своей Нинке, а она, дура, не верит мне, – вздохнул Серёга, выпив очередную стопку.

Помолчав немного, он налил ещё по стопке, сказал:

– Ну давай, Аннушка, ещё по одной, и пойду я. Нинка снова орать на меня будет, хоть и дура, но люблю я только одну её .Помоги убедить её, прошу…

Выпив эту стопку, он махнув рукой, вышел из дома Анны.Заперев за ним дверь, она убрала со стола и продолжила прерванную появлением Серёги работу.

Анна уже собиралась ложиться спать, когда позвонившая Нинка, здороваясь с ней, сказала:

– Привет, собутыльница.

Пояснив в разговоре, что заявившийся домой Серёга на её вопрос где он нажрался, заявил,что что пил с тобой.

СТАРЫЙ КОНЬ

Наблюдая за формирующей пирожки супругой, куривший возле печки Матвей, хитро улыбнувшись , произнёс:

– А не вспомнить ли нам молодость, Аннушка?

И, подойдя к ней, обхватил её за задницу.

Зардевшись от его слов, Анна попыталась убрать его руки , говоря:

– Угомонись старый, молодость вспомнить захотел.Забыл сколько нам лет.

-Старый конь борозды не портит, – воскликнул не желающий отступать Матвей. Прижимая Анну к себе он стал шептать ей на ушко:

– Ты всё также сводишь меня с ума, Аннушка.

-Охолонись, старый, – засмеялась Анна, – вон вся голова уже седая, а ты всё туда же.

Не слушая жену ,Матвей ещё крепче прижав её к себе, поцеловал в шею.

Вырываясь из его объятий Анна, ударив Матвея висевшим на плече полотенцем, вскрикнула:

– Пусти оглашенный, пироги сгорят, – зыркнув в его сторону глазами, добавила, – внучок Темка мультики смотрит.А тебе приспичило. Постыдился бы, конь старый.

Забежавший на кухню в это время Темка спросил у неё:

– Бабуль, а почему дед старый конь?

Протягивая ему дымящийся пирожок, улыбающаяся Анна сказала:

– Ты же помнишь Ярика, на котором дед катал тебя? Старый он уже ,из гнедого седым стал, а голова белая совсем у него, как у деда.

– Не слушай бабку, внучок. Поедим пироги с тобой и пойдём на Ярике кататься. Покажем бабке, что никакие не старые ещё мы с ним,– погладив его по голове, сказал Матвей.И ,обернувшись к Анне, заявил, что они с внуком хотят молока с пирогами.

Улучшив момент когда она ставила перед ними тарелку с пирогами и наливала молока, он ущипнул её за попу. И,громко засмеявшись сказал:

– Старый конь борозды не портит.

ДЕТСТВО В ПОПЕ ЗАИГРАЛО

Заседание родительского комитета, начавшееся сразу после окончания шестого урока, затянулось дольше обычного.

Близились новогодние праздники и вопросов ,связанных с их проведением , предстояло решить много. А также распределить закупленные на собранные родителями деньги, сладости для подарков.

К тому моменту, когда решив их всё и обсудив деревенские новости, собравшиеся стали расходиться, уже начало смеркаться.

Вера и часть родителей, живущих в одной стороне с ней,пошли толпой, время от времени отделяясь от нее и расходясь по домам.

Проходя мимо пустыря, оборудованного деревенскими парнями под хоккейную площадку, женщины попали под град снежков. Часть их вместе с Верой стали тоже бросаться снежками, отражая атаки мужчин.

Некоторые из них, подбежав к своим жёнам, повалив их в сугробы, барахтались в снегу, смеясь до слез.

Самая старшая из женщин, сказав с усмешкой: