- -
- 100%
- +
– Я тоже ничего не понимаю, но то, что в доме кто-то есть, это точно. Не кошка же ходит на задних лапах по дому.
Мы решили зайти в дом.
Поднимаясь, верх по лестнице, я любовался стенами, обшитыми деревянными рейками, и это было так необычно и очень красиво.
Кругом был аромат дерева, который манил все дальше и дальше, и даже скрип лестничных ступенек ничуть нас не пугал.
В доме сразу чувствовалась уютная, не грозящая для нас ничем, атмосфера.
Поднявшись по лестнице, мы вошли еще в одну дверь, потом, пройдя что-то вроде коридора, я постучался в следующую дверь, надеясь услышать человеческий голос.
Голос за этой дверью крикнул нам:
– Входите, у меня все открыто.
Ромка чуть не присел на пол:
– Мишка, там действительно кто-то есть, но кто?
– Кто-то, возможно хозяин этого дома, тот самый 100 летний дед, про которого говорила Лера, – ответил я Ромке, и мы с ним вошли в комнату.
В комнате, да и во всем доме, мне так показалось с первого взгляда, стояла тишина, и чувствовалось приятное домашнее тепло.
Электрический чайник только-только вскипел и отключился сразу, как только мы вошли в комнату.
На столе стоял сервиз посуды для чаепития, и кругом витал запах испеченных блинчиков.
– Дорогие ребятушки, моя кошка привела вас ко мне, потому что на расстоянии она почувствовала, что вы – это те люди, а особенно ты, – дед показал в мою сторону и продолжил свою речь, – Особенно ты Миша, – вы те ребята, которые мне нужны. Я ждал именно вас очень долгое время. И моя кошка оказалась права, я тоже это чувствую.
– Но как, как вы узнали, как нас зовут? – я был в большом недоумении.
Дед потихоньку, прихрамывая, подошел к столу:
– Давайте пить чай и знакомиться поближе, – дед расставил чашки и стал разливать чай.
Запахло приятным ароматом липы и меда.
Я знал этот запах, потому что у меня дома родители часто любили заваривать липовый чай.
Я смотрел на деда и думал про себя, – какой дряблый старичок с ноготок, а такой живчик, и как он справляется один в этом большом доме.
Посмотрев в окно, я вдруг увидел уже знакомую мне рыжую красавицу, которая пыталась выбраться с территории лагеря, и не успел я подумать, как дед уже озвучивал мои мысли вслух:
– Это тоже моя верная подружка, она хоть и не человек, но своим видом, показывает мне, что она мне друг. Я наблюдаю за ней только из окна, и когда она подходит к моему дому, то приносит во все окружение чистоту и верность.
Дед протянул мне чашку с чаем.
Ромка, не дождавшись, уже поедал блины, намазывая их медом, и я слышал, как у него трещит за ушами от удовольствия.
– В холодильнике есть сыр, – дед радостно предлагал нам всякие вкусности, – Еще есть печенье, мармелад, у меня для вас все есть. Вы не представляете, как я рад, что вы не испугались ни кошки, ни моего дома, что набрались смелости и зашли ко мне, вернее дошли до меня, ведь это так далеко.
Я пил чай и оглядывался по сторонам, – откуда-то доносился странный скрип и тихая музыка.
– Да это мои наушники, – ответил мне дед, – не удивляйтесь скрипу и музыке, это так мои наушники себя ведут, когда реагируют на каждый шорох, громкий хруст или громкую речь. Говорите не так быстро и по тише, не пытайтесь перекричать мои и без того глухие уши, – дед поправил свои древние наушники, и сказал, – вот такая со мной свистопляска.
Я выпил свой чай и посмотрел на Ромку, который уже доедал блины на тарелке, не слушая мой с дедом разговор.
Конечно, где ему нас слышать, когда у него уже все уши были запачканы медом, как будто он ел не ртом, а чем попалось, и именно своими ушами.
Как странно, мы в этом доме, но что именно я должен здесь узнать, или разгадать, я терялся в догадках.
Возможно, где-то зарыт клад и нужно, помочь, деду его найти, или нужно выполнить какое-нибудь задание, – пока ничего не известно. Будем выяснять, – решил я, и мне хотелось находиться здесь еще подольше, насколько это возможно.
Дед жил почти целую неделю один, по выходным дням к нему приезжали дети, но находясь в доме, один, он чувствовал себя хозяином. А когда приезжали дети, то большую часть времени он находился в своей комнате и довольствовался этой атмосферой.
Дед был вполне самостоятельный, несмотря на свой возраст, он сам готовил, стирал и мыл посуду.
Его газовая плита находилась в идеальном состоянии, на это я обратил внимание, когда зашел в комнату, несмотря на то, что он недавно жарил блины.
На его столе была чистота, и в ряд стояли все предметы.
В комнате было все, как обычно, бывает у пожилых людей.
Здесь многое напоминало ту, советскую эпоху.
Ковер на стене, покрывало с бахромой и кисточками аккуратно застилало кровать.
Большая коробка, возможно с домашним архивом, стояла на тумбочке, за кроватью.
На подоконнике стояли горшки с цветами, вроде что-то знакомое – алоэ и герань. Такие цветы были и у нас дома.
Вокруг, ни одной лишней вещи. И это мне нравилось.
На стене, на красивом стенде висели фотографии деда с внуками, их стихи и записи, обращенные к своему дедушке.
Рядом, на уютной деревянной полочке, красовалась шкатулка.
Возможно, это была какая-то китайская шкатулка, – подумал я, увидев на ней нарисованных драконов и иероглифы.
– Эта вещь мне досталась по наследству от моего прадеда, который, находясь в Москве, прикупил ее в чайном магазине купца Перлова, на Мясницкой улице, – дед увидел мое любопытство на лице, – Сейчас, – это единственное московское здание в китайском стиле. Редкость и то, что оно, – дед не успел договорить, как его перебил Ромка, с большим рвением желающий продолжить этот рассказ.
– Я знаю, я знаю, я читал много статей про это здание и любовался на картинках в журналах на китайские шкатулки, на яркие цвета и золотых драконов, нарисованных на них. Более ста лет здесь на первом этаже работает чайный магазин. На диковинный дом приезжали полюбоваться со всей Москвы. Люди заходят, сюда и по сей день, покупая вкусные сорта чая. Можно я вам еще немного расскажу, можно, – Ромка гордился своими богатыми знаниями, и продолжил свой рассказ с неиссякаемым удовольствием, – Купец первой гильдии Сергей Васильевич Перлов располагался на втором этаже, а на первом был чайный магазин и чаеразвесочный цех. Никто отсюда не уходил с пустыми руками, не прикупив чаю или какой-нибудь сувенир. Здесь останавливался китайский чиновник – Ли Ханчжоу, – Ромка повернулся в сторону деда и попросил у него разрешения взять шкатулку в руки.
Ромка на некоторое время о чем-то задумался.
– Какая это все-таки красота, и ничего с ней не сделалось за столько лет. Вот что значит хороший китайский товар, возможно, сам китайский император держал ее в руках, – На Ромкином лице засияла улыбка, и он бережно поставил шкатулку на место, перед этим проведя рукой по драконам.
– Ребятушки, ребятушки, я смотрю на вас и не нарадуюсь, – дед с такой любовью говорил нам хорошие слова, – Вам, наверное, уже пора идти, и я вас тоже не отпущу с пустыми руками. Я приготовил уже для вас пакет, там для вас и яблоки, и орешки. И еще у меня во дворе есть велосипед, правда один, но вы вдвоем как-нибудь доедите. Только, приходите, пожалуйста, завтра, я буду вас очень ждать.
Мы с Ромкой вышли из дедова дома с небольшой грустью и тоской.
Не знаю, как Ромка, но я уже захотел вернуться обратно, пить чай, слушать разные истории и рассматривать ту коробку со старыми фотографиями, стоявшую на тумбочке.
Успеть бы в лагерь до ужина, почему-то рано затемнело и мы снова не разглядели всю красоту поля и речки.
Ромка сидел сзади на сиденье и пытался не размахивать ногами, потому что пару раз мы уже навернулись с этого велосипеда от его перегруза.
Нечего столько есть, но за его знания я ставлю ему большой зачет.
Ночью я опять никак не мог заснуть. Я долго ворочался и вспоминал нашу сегодняшнюю встречу. Вот это была встреча.
Ромка же, как всегда, только лег – сразу заснул, не думая ни о чем.
Жалко, что Лерка уже уехала домой и не побывала в этом доме вместе с нами.
Ничего, мы ей потом все подробно расскажем, когда увидимся в городе.
Утром у Ромки жутко разболелся живот, и он не пошел даже на завтрак, вот так ему было плохо.
– Мишка, пожалуй, я сегодня вообще никуда не пойду, буду весь день лежать, – Ромка лежал на своей кровати и жалел, что так вышло, – Мой живот меня и подвел, и зачем я так много ел, не понимаю, кажется вроде совсем чуть-чуть, но вчера я просто объелся.
– Лежи и отдыхай, – сказал я Ромке, – я поеду к деду один.
Я пошел за велосипедом, который мы спрятали вчера в укромном месте, с надеждой, что я его там найду.
Так и было, этот двух колесник лежал глубоко в кустах, и никто его не успел обнаружить.
И вот, я уже ехал и думал, что теперь-то я рассмотрю красивое поле с густой травой и речку, и всю местность вокруг.
Я так мчался на этом велосипеде, мечтая поскорее услышать рассказы того старика, что снова проехал все красоты этих мест, как будто их и не было у меня на пути.
Я думал про деда, как он живет один, ведь не у кого спросить совета и не почувствовать чью-то руку рядом. Как он живет в компании кошки, сидит дома и ждет «погоду у моря». А вдруг его кошка разговаривает и если это так, то, что она ему говорит?
Мне захотелось поскорее оказаться в этом доме и словно попасть на урок волшебства.
Я вспомнил одну фразу, которую прочитал где-то в журнале: «Желаем вам опустить руку в море и выловить оттуда свою жемчужину».
Мне показалось, что познакомившись с этим дедом, я выловил не одну, а целое жемчужное ожерелье. Я этому был очень рад.
И вот, мы уже вдвоем сидели за уютным столом.
Дед налил себе и мне по тарелочке щавелевого супа. В тарелку каждому положил по половинке вареного яйца.
Я обратил внимание, что на тумбочке, возле кровати, стояла приготовленная коробка, которую я видел вчера.
– Да, Миша, сначала покушаем, а потом будем все это рассматривать, договорились? – дед тихо мне улыбнулся.
Я мотнул головой в согласие.
Чего только не было в этой коробке – и переписка, и старые пожелтевшие фотографии. А самое красивое – это поздравительные открытки.
Прямо сверху лежала открытка с видом Лондона. Фонари и все одинаковые мрачные пешеходы с зонтами, отражались в лужах этого города. Мрачный город в серо-красных тонах и весь в тумане все же был очень красив.
Дед порылся в кармане и протянул мне в руки монетку. Монетка оказалась английской.
Я покрутил ее в руках и положил на стол, рядом с той открыткой.
– Наверное, эта монета именно оттуда, – подумал я и продолжал дальше смотреть открытки.
Монетка, лежа на столе, словно смотрела на меня и не давала моим мыслям покоя.
Я знал, что на английских монетах был профиль королевы и думал, а что можно купить на эту монетку в Англии и как она попала к этому старику.
Я никогда не собирался в Англию, да и язык я не знал так хорошо, как нужно, но почему-то сейчас мысль, что я так хочу именно там оказаться, вдруг зацепила меня.
Вряд ли я там когда-нибудь буду.
Но почему не буду? Но почему никогда? С чего я это взял? Ну и пусть я не знаю этого языка, но ведь можно как-то воспользоваться путеводителем или разговорником, ведь именно эти книги созданы для таких, как я и многих других. Что может быть проще!
Я взял в руки английскую монету, погладил ее большим пальцем и улыбнулся.
Дед попросил меня присесть к нему поближе и послушать его рассказ:
«На улице шел дождь, прохожие суетились, но улыбались, идя навстречу друг другу.
Я шел до метро, а передо мной, мелкими шагами шла босая и совершенно промокшая девушка.
На ней было тонкое, красивое, но уже все промокшее платье, а руках она держала свои туфли.
Я догнал ее и накрыл своим большим зонтом.
Она обернулась, – у нее были красивые глаза, вот только по щекам сильно текла синяя тушь.
– Спасибо, но, но, – на ломанном русском сказала мне девушка, – Мерси, мне это не поможет уже, я весь мокрая.
Она засмеялась, глядя на меня.
Вот так мы шли с ней всю дорогу, я укрывал ее зонтом, она все время говорила – но, но, нет.
Мы дошли до метро и я, сложив зонт, протянул его ей со словами, – Это вам на память.
– Нет, зачем? – удивилась мне в ответ девушка.
– Я очень вас прошу, возьмите, – просил я ее взять мой зонт.
Я смотрел в ее красивые глаза и меня, одолевала гордость за свой поступок.
Это было прямо как в кино – он протягивает ей зонт и смотрит нежно в ее глаза, а она протягивает свою руку за мокрым зонтом.
Девушка все же взяла мой зонт, но когда уже собиралась уходить, обернулась, остановилась и стала что-то искать в своей сумочке.
Из сумочки она достала маленький мешочек и протянула его мне:
– Откроешь его потом,– она комкала слова, – Может, еще вспомнишь эту нашу встречу, меня зовут Синдири. Просто так ничего не бывает!
И она ушла в метро.
В мешочке была вот эта самая английская монета, которая и пробыла со мной всю мою жизнь, не давая мне забыть об этом моменте.
Я много раз еще ходил по той самой улице, в надежде увидеть эту девушку снова.
Я хотел даже развесить объявления на столбах или дать статью в газету, чтобы она откликнулась, и я смог найти ее.
Но я продолжал ходить по этой улице дальше, не раз промокая под дождем.
В кармане у меня все время лежала эта монетка, и я поглаживал ее большим пальцем, доставал из кармана и вертел в руках, но девушка не появлялась.
Ее звучное имя постоянно вертелось у меня в голове – Синдири, Синдири, Синдири. Вот такая история этой монетки».
Теперь уже я не давал деду продолжить его рассказ:
– Но ее имя? Я был сильно удивлен, услышав его. Я читал это имя в детском блокноте. Как возможно такое совпадение имен. Так не может быть. Синдири, какое редкое и необычное. Оно как будто переворачивает своим звучанием весь мир. У звуков появляется запах, у цветов вкус. Неужели так бывает? В моей голове сейчас все перемешалось.
– Миша, – стал успокаивать меня дед, – Я не знаю про детский блокнот и тем более не читал его, но сейчас ты услышал мою историю, связанную с этой монеткой. Пойдем пить чай, с мятой, с чабрецом, пойдем.
Я согласился, но долго еще не мог прийти в себя.
– Миша, – вдруг заговорил дед, – Я всю жизнь много работал и каждый раз вырабатывал и закалял свой характер. С одним приятелем мы делали обустройство целого маленького поселения и после окончания своих работ, любовались проделанной нами работой. Мы даже сами с приятелем, хотели каждую улочку назвать своими именами или фамилиями, например, улица Ивановская или Тихомировская. А знаменитый актер, за наши труды, пригласил нас на рюмочку. Он угостил нас подарком самой Лондонской королевы – классным английским виски. Я пил это виски и вспоминал о монете, подаренной мне когда-то незнакомкой, и жалел, что вот, прожил такую жизнь, а нигде не был. Только работа, работа и работа. Но не жалею об этом, потому что мой багаж знаний очень велик. Хоть я сейчас почти слеп и глух, и рядом друг мой кошка, но нет места унынию в моей жизни. Так уж все получилось. Я все время вспоминаю слова той девушки – «Просто так ничего не бывает!». И, это, правда. Везде все пересекается.
Мне нужно было возвращаться в лагерь.
Я летел на велосипеде с большой скоростью, я так спешил поскорее доехать до лагеря, чтобы увидеть Ромку и все ему рассказать.
Ромка лежал на своей кровати и просто смотрел в потолок. Возможно, он скучал по мне, не знаю.
– Мишка, – сразу стал тараторить Ромка, не давая мне даже войти и собраться с мыслями, – Я уже устал лежать тут и так долго ждать тебя. Мне за это время десять снов уже приснилось. Давай расскажу?
– Ромка, это я тебе сейчас что-то расскажу.
Но Ромка сделал вид, что не услышал меня и стал рассказывать свои сны:
– Пираты похитили меня, и их корабль на всех парусах мчался к Карибским островам. Я сидел в трюме и думал, как мне отсюда сбежать. За дверью я слушал разговор двух уже пьяных пиратов. Они говорили о каких-то древних сокровищах и о том, что я должен разгадать план, нарисованный на карте. И тогда они начнут раскопки, когда будут находиться на земле и на этом месте, обозначенном на карте.
– Ромка, ты, что вчера у деда белены, объелся? – задал я Ромке вопрос и не понимал, что за день такой, сплошь напичканный рассказами.
– Да не переживай ты так, – Ромка улыбнулся и махнул рукой. Когда мы все сошли на землю, я чудом сумел выбраться. Я не знаю, что я чувствовал, когда я бежал оттуда, не зная, куда, на предельной скорости. Я бежал до самой темноты, и вдруг увидел перед собою собаку. Эта собака в темноте была похожа на огромную военную пушку или пулемет. Тут я услышал плеск волн и понял, что я бегаю по кругу возле моря. Я спустился к берегу и посмотрел по сторонам – пиратского корабля нигде не было. От усталости я даже забыл про ту собаку. Я прилег на песок и слышал, как на грани сна и яви, плеск волн складывался в слова. О чем шептали мне волны – я уже не понимал: «Горячий лед, колючие цветы, мокрый язык». Я открыл глаза и увидел перед собою ту самую собаку, похожую на пулемет, которая лизала мое лицо своим языком, и она была в игривом настроении. Я в этот момент сразу проснулся и долго еще смотрел на белый потолок в нашей комнате, когда пришел ты. Мишка, мы никогда не знаем, что нас окружает, а ведь окружает нас многое, ну и пусть это во сне. А что ты хотел мне рассказать?
Вот так мы болтали почти до самой ночи, строя планы на завтрашний день и обговаривая снова поездку в тот дом, к деду.
Хорошо выспавшись, сытно позавтракав, мы мчались на велосипеде и смотрели на то, что нас окружает по сторонам.
Какие это красивые места, полные тишины и умиления, и только наш крик и шум несущегося велосипеда нарушал это спокойствие.
После очередного дедова рассказа, я понял, что сегодня и мое спокойствие нарушено уже полностью.
Я узнал о нашей миссии, которая, скорее всего, должна быть выполнима.
Дед рассказал нам, что в войну, его отец, стащил от немцев партизанский пулемет, и спрятал его. Догадайтесь, где? Да где-то на большой территории возле дома. Территория на самом деле была большая. Дедовы дети смутно верили всем этим рассказам, но ради приличия, купили металлоискатель, обошли с ним несколько раз по территории, покопали в разных местах, ничего не найдя, да и забросили эту затею найти старый военный вещдок.
– Странно, – удивлялись мы, – Ведь пулемет такой огромный, как его можно не найти, а может его уже давно выкопали? Или его там вообще никогда не было?
– Нет, ребятушки, – дед продолжал, – Пулемет не такой уж большой, но закопан где-то так далеко и глубоко, что его никому не найти. Да и за такое время, что от него там могло остаться, проржавел весь, скорее всего. Попробуйте, может у вас что-нибудь получится. А вдруг вы его найдете? Никто его не смог найти, но я верю рассказу своего отца.
В сарае во дворе мы нашли кучу всяких инструментов, лопату и даже тот самый металлоискатель.
С Ромкой решили теперь оставшиеся дни нашей смены, искать, копать и просто попытаться что-то найти. Ведь дней до нашего отъезда оставалось не так уж много, но все равно, надежду мы не теряли.
После нескольких дней наших раскопок, от усталости, мы просто валились с ног, но все же продолжали искать.
Мы начертили свой план этой местности, поделив территорию на каждый участок с номером, и копали по ходу, вычеркивая с плана проверенный участок.
Где-то в новостях Ромка услышал, что в одном городе нашли старый пулемет в траншее, которую вырыли возле фундамента дома.
– Мишка, ты понимаешь, о чем идет речь? Пулемет зарыт именно под фундаментом.
Я был в негодовании:
– И что ты предлагаешь делать, вырыть все под домом? Куда деда-то денем, если разроем траншею под фундаментом?
– Ну, Мишка, давай хоть попробуем, ведь других вариантов просто уже нет.
– Ромка, мы ездим сюда на велике уже две недели подряд. Облазили все, что было можно. Ничего. Вот так и ни с чем и еще один день наших раскопок завершился.
Утро было очень солнечное. За раскрытым окном так звонко пели птицы, что спать было невозможно.
Воздух был душный. Ни один листок не шевелился на деревьях и на кустах.
Я думал в этот момент, глядя на солнечный свет, что у каждого, даже самого серьезного человека, не говоря, конечно, о мальчишках, есть своя тайная и немного смешная мечта. Была такая мечта и тайна у нас, – обязательно найти тот зарытый клад в виде старого и давно уже ржавого пулемета.
Мы с Ромкой доехали до той самой речки, и подошли к ней. Там слышалась тихая и очень красивая птичья трель.
Эти звуки наводили нас на мысли о том, что завтра мы уже будем дома, ведь наша лагерная смена закончится и наша миссия останется нами невыполнимой. Мы же можем разгромить целый дом, разобрать весь фундамент и в итоге оставить старика без жилья.
Уже подъезжая к дому, я неожиданно резко затормозил, увидев перед собою ту самую лису. Ромка от торможения подпрыгнул и, свалившись с велосипеда, налетел на два камня, стоявших неподалеку.
– Мишка, – закричал он от радости, – бежим скорее за лопатами, я, возможно, знаю, где надо копать! Не на территории дома, а сразу за этими воротами, у этих самых камней.
В сентябре, как обычно, мы писали сочинение на тему: «Как вы провели это лето».
Мой рассказ начинался с такой фразы – «Миссия выполнима!»
Я заглянул в Ромкину тетрадь и заулыбался, читая, о чем сейчас пишет мой товарищ: -
«Мой рассказ о том, как рыцарь вызволяет принцессу из высокой башни, которую охраняет дракон. А может это принцесса спасает дракона, запертого в башне, которую охраняет рыцарь. Или это дракон спасает рыцаря, запертого в башне, которую охраняет принцесса. Порой нам кажется, что не осталось на земле ни одного дракона, ни одного храброго рыцаря, ни одной принцессы, пробирающейся тайными лесными тропами, очаровывая своей улыбкой бабочек и оленей. Нам кажется, что мы так далеки от сказочных времен, и мы думаем, что в нашем мире нет места приключениям. Но это не так…»
Читая Ромкину писанину, я понял, что познакомившись с Леркой, он выполнил свою самую большую миссию.
12.2019
В оформлении обложки использована художественная работа автора.
В книге использованы рисунки автора.