Машенька ищет Медведя

–В общем, я ему позвонила. Он ответил, что занят.

–Может действительно занят? – знаю я свою подругу и особенность ее мышления – надумать то, чего нет в помине.

–Маш, он в клубе развлекался.

–Ааа, – сонно тяну и смотрю на часы, стоящие на тумбочке. Час ночи! Ну даёт Анжелка! – И что?

–Я приехала в тот клуб, где мы вчера были, помнишь? – голос Анжелки срывается на всхлипы.

–Помню. А он что? – рывком встаю с кровати и кидаюсь к шкафу, пытаясь найти наощупь одежду потеплее и поудобней.

–А он с другой телкой! Целуются!

–Вот козел! – восклицаю в сердцах. И ведь пел Анжелке про любовь, про свадьбу. Подруга, хоть и прикидывается крепким орешком, но в глубине души поверила ему. Такая уж она… Доверчивая. Надеется встретить принца на белом коне, который влюбится в нее с первого взгляда, сделает предложение и увезет в закат делать детей и жить долго и счастливо. Желательно богато.

Прыгаю на одной ноге, зажав ухо телефоном. Узкая штанина джинсов никак не надевается, время идёт, я психую. Зная Анжелку, стараюсь побыстрее собраться, ведь она снова встряла в какую-то з…

–Они уехали. Вместе. – Всхлипы прекращаются, а я так и замираю с телефоном, прижатым к уху, стоящая на одной ноге. Падаю попой на кровать. Рыжик, подскочив на одеяле, с диким визгом улепетывает в сторону кухни. Можно подумать, это не кот, а маленький поросенок, которого режут разделочным ножом.

–Анжел, ты где сейчас? – по телу проползает холодок нехорошего предчувствия и волнения за подругу.

–У них. Под окнами. – Обречённо шепчет Анжелка.

–Адрес мне скажи и стой, жди меня. Я скоро.

–Хорошо, Машк, – снова всхлип.

– Ничего не делай! Просто стой! – кричу в трубку, – я скоро.

–Спасибо, – снова шепот.

***

Так быстро я никогда не одевалась. Наконец застегнув на себе джинсы, вызываю такси, засовываю телефон в карман, хватаю ветровку с крючка в прихожей, обуваю кроссовки и пулей вылетаю из квартиры, не забыв закрыть дверь на замок.

Дорога в Суворовский кажется мне вечностью. Район новый, ещё недостроенный, но судя по отзывам в интернете, условия для проживания там аховские. Новые многоэтажки с качественным ремонтом, школа и детский сад уже работают. Магазин, судя по всему, круглосуточный, мелькает в окне автомобиля, когда такси проезжает мимо и паркуется через два дома.

Сентябрьская луна освещает темный уютный двор. Клумбы с ещё не завядшими цветами, три машины, припаркованных на специальной стоянке, а не на прохожей части, как в моем дворе. Может просто потому что жильцов меньше и машин соответственно?

Сунув деньги таксисту, быстро выбираюсь из машины и щуря глаза в темноте, пытаюсь найти подругу. Время уже очень позднее, в окнах не горит свет, все давно спят, фонари отключили час назад. Только моя несчастная подруга, пригорюнившись, одиноко сидит на лавочке возле подъезда.

–Анжел, – аккуратно тормошу ее за плечо. Подруга поднимает на меня заплаканные глаза, а у меня в груди все обрывается. Больно за нее. Анжелка бросается мне на шею, тело ее сотрясается от рыданий. Глажу ее по голове, успокаивая. – Ну зачем ты сюда приехала?

–Я думала у нас все серьезно… Он мне такие вещи говорил… Мне никто такого не говорил… И двоих детей… Обещал…

–И домик у моря, – подхватываю я. Старая песня.

–Квартира в центре, – отрывается Анжелка от моего плеча.

–Она тебе нужна?

–Я любви хочу-у-у-у, – снова воет подруга.

Прижимаю ее голову к своему плечу.

–Может ну его? Считай это одноразовой акцией.

–Машк, а как же я? – шепчет подруга и снова поднимает голову, смотрит на меня. – Я не могу так.

–Как так?

–Лапши навешал и свалил в закат! Зачем тогда номер оставил? – истеричный тон подруги эхом отскакивает от домов.

–Тише ты! – шикаю на нее. – Всех соседей разбудишь.

– Я сейчас всех перебужу, – уверенный настрой подруги лишает меня попыток возражать. Ее слезы пересыхают как по мановению волшебной палочки. Анжелка отстраняется от меня и твёрдо топает в сторону подъездной двери.

–Ты куда? – Бросаюсь за ней следом.

–Щас устрою этой сладкой парочке! – набирает код на домофоне.

– Откуда ты номер квартиры знаешь? – удивлённо спрашиваю.

–Да? – В динамике домофона раздается сонный недовольный голос.

–Помогите, пожалуйста, – жалобным тоном ноет подруга, – я ключи от дома забыла, мама будет ругать, откройте, пожалуйста. – голос как у малолетки, но этот номер прокатывает и спикер гудит звуком открывающегося замка. Анжелика с тихим вскриком хватается за ручку двери. – Спасибо большое.

–Больше не гуляй так поздно, – шаркает недовольный голос в домофоне и отключается.

Анжелка забегает в подъезд и нажимает кнопку вызова лифта.

–Ты хоть знаешь в какой они квартире? – шепчу я.

– Примерно. – Анжела смотрит вперёд расфокусированным взглядом. Скулы ее заострились, челюсти плотно сжаты. – Я видела в каком окне загорелся свет через три минуты после того, как они вошли в подъезд, -наконец отмирает подруга.

Двери лифта расходятся, мы заходим внутрь и Анжела нажимает кнопку с номером "9".

–А если ты ошиблась?

–Надеюсь что нет.

Лифт медленно везёт нас вверх, а я молюсь всем богам, чтобы Анжелка успокоилась и не натворила дел. Я здесь для того, чтобы поддержать морально и уберечь ее от беды. Она расстроена, я понимаю. Но так же я прекрасно знаю, на что подруга способна в период отчаяния. По сути она хочет вломиться в чужую квартиру и устроить дебош. Ее уныние быстро сменилось боевым настроем, глаза так и блещут в поисках расправы и кары за обиду. Но ведь ни та девушка, ни Митя ни в чем не виноваты. Один навешал лапши на уши, "отлюбил" по обоюдному согласию, и свалил в закат, чтобы найти новую "любимую". И сейчас эту сладкую парочку ждут большие неприятности в виде дракона по имени Анжела. Ох, что будет!

Двери лифта открываются и мы выходим на лестничную площадку. Тут чистенько, уютно, даже пальма в горшке стоит в углу коридора.

Анжелка нажимает кнопку дверного звонка и за ней раздается звонкая трель.

10. Машенька

Трель звонка прекращается оглушающей тишиной. Анжелика не унимается и снова жмёт на кнопку. Затем, не в силах справиться с эмоциями, с яростью стучит в дверь кулаками.

–Че надо? – раздается из-за двери приглушенный немного испуганный женский голос.

–Вы меня топите! – восклицает Анжелка.

–Вы на время смотрели? Идите спать.

–Да как я пойду, миленькая? Вы ж мне всю кухню залили! Я сейчас управляющему позвоню. Квартира новая, свежий ремонт, обои сама выбирала. Думала соседи нормальные. Вы мне все испортили! – актерскому таланту моей подруги можно позавидовать, и я невольно восхищаюсь ей. Можно подумать, что она не школьный учитель, а известная актриса Московского театра.

–Валите отсюда, женщина, – женский голос за дверью сквозит усталостью.

–Я те щас свалю! – возмущается подруга и колотит в дверь двумя кулаками. – Открывай давай, или я в полицию позвоню.

–Не надо никуда звонить, сейчас открою.

Услышав щелчок замка, Анжелка хватается за ручку двери и рывком распахивает ее, врывается в квартиру и отпихивает девушку с такой силой, что та летит в сторону и глухо ударяется об стену. Я успеваю заметить лишь то, что она хрупкая блондинка.

–Ты чё творишь, дибилка? – вопит она, уже сидя на полу и схватившись за голову.

–Я ещё не начинала! Где Митя?

–Какой Митя?

Не слушая воплей девушки, Анжела с громким топаньем направляется по коридору вглубь квартиры.

Девушка тут же вскакивает с пола и берет свои сапоги на тонком каблуке. Она вся наряжена и кажется встревожена, пытается засунуть ногу в сапог.

–Митя, Митенька- раздается встревоженный крик в глубине квартиры. -Ты чё с ним сделала, тварь?

Почуяв неладное, я хватаю девушку за руку, не позволяя ей уйти из квартиры. Девушка пытается вывернуть локоть из моего захвата, но я, приложив все усилия, держу крепко. Через секунду Анжелка появляется перед нами и хватает испуганную девушку за волосы, вырывая ее из моего хвата. Разжимаю руки и вжимаюсь в стену в прихожей, зажмурив глаза. С детства боюсь драк, всегда стараюсь уладить спор мирным путем. И такая агрессия меня пугает.

До моих ушей долетает звук возни, приглушённые крики. Выдохнув, открываю глаза, вдруг подруге нужна моя помощь. Но взору предстает совсем другая картина, далёкая от моих ожиданий. Белокурая девушка лежит на полу, прижав ладони к лицу, по которому хлещет пощёчины Анжелка, сидя на ней сверху, придавливая своим весом к полу и не позволяя вывернуться.

Мощный удар в спину сбивает меня с ног и я лечу вперед. Аккурат на подругу и почти забитую девушку.

–Лежать смирно. Вы арестованы по подозрению в применении сильнодействующих наркотических веществ, а так же по подозрению в хищении чужого имущества, согласно статьям 234 и 161 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

–Мы ничего такого не делали, – оглушенная громким голосом и внезапностью появления в квартире мужчин в полицейской форме, пытаюсь оправдаться я.

–Разбираться будем в отделе, – басит громкий голос уже над моим ухом. По моей спине холодной змеёй ползет страх. – Наденьте на них наручники и везите в отдел.

Ну вот и все. Допрыгались.

11. Михаил

"Какой чудесный день! Какой чудесный пень! Какой чудесный я и песенка моя!" (Слова песни из мультика)

С раздражением рассматриваю трёх девиц сидящих передо мной за столом в комнате для допросов. Одна из них – блондинка двадцати двух лет – и есть та самая клофелинщица, на поимку которой были брошены силы всего отдела по борьбе с преступностью. Одета при параде. Ярко-красные сапоги на высоком тонком каблуке стройнят длинные ножки девушки, короткое блестящее серебристое платье плотно обтягивает стройную фигурку, не скрывая выдающихся прелестей девушки в виде упругой на вид груди третьего размера и такой же аппетитной попки.

Только волосы ее всклокочены в беспорядке, тушь потекла, на щеках алеет нездоровый румянец, а глаза лихорадочно блестят, нервно зыркая по сторонам. Подозреваю, что вид взъерошенного птенца ей придала рыжая дамочка постарше, сидящая рядом, и которая сорвала мне вчера операцию, умыкнув моего лейтенанта, сладко дрыхнущего сейчас в своем кабинете и знать не знающего, к каким последствиям привели его безответственность и недисциплинированность.

Однако меня больше интересует тихая мышка, притаившаяся на третьем стуле. Голову вжала в плечи, обхватила себя руками. Светло-серые глаза-блюдца так и хлопают тревогой. Боится девушка. Странно все это…

Что-то в ее облике мне кажется знакомым. Аккуратный прямой носик, темно-каштановые в тон волосам на голове брови вразлет, манящие пухлые четко-очерченные губки… Где-то я ее уже видел, причем совсем недавно, а вот где – вспомнить не могу.

Она красивая. Не той вызывающей красотой разодетой блондинки, а другой – теплой, искренней. Распахивающей свои любящие объятия, когда приходишь уставший с работы и проклинаешь весь белый свет. А она садится на твои колени, прижимается так доверчиво, вызывая томление в груди, и развеивает все печали одним своим ласковым взглядом. Против воли замечаю, что сердце начинает стучать чуть быстрее и раздражаюсь ещё больше. Тахикардии из-за преступницы мне ещё не хватало! Хотя какая она преступница…

Блондинка, рыжая и брюнетка… Вокально-инструментальный ансамбль "Бл*".

Свой концерт начали ещё в полицейском УАЗике. Пришлось цыкнуть на них и пригрозить обезьянником. Теперь каждая из них тянет свое соло.

Пока капитан Мирошников записывает показания девушек, они ведут себя тихо, смиренно. Блондинка познакомилась с лейтенантом Картузкиным (он же мирно посапывающий Митя) в клубе "Фараон", согласилась поехать к нему домой для приятного продолжения знакомства. Выпили вина, Митя отрубился. Потом ворвались рыжая и брюнетка и напали на "бедную пострадавшую".

Сама "пострадавшая" ведёт себя спокойно, говорит слаженно, уверенно. Руки сложены на коленях, спина прямая, в глазах невинность.

–Мне нужен адвокат, -, презрительно выплевывает "потерпевшая", пока я обмозговываю ситуацию.

–Будет тебе адвокат.

–Я требую телефонный звонок. Мне по закону положен, – продолжает играть на моем терпении блондинка.

–Требуй, – прищуриваю глаза и склоняюсь над столом, ловя немного испуганный взгляд девушки. – Ты подозреваешься минимум по двум статьям уголовного кодекса, тебе светит до пяти лет тюрьмы.

–Если докажете, – обретает в себе уверенность блондинка.

Только в самой глубине глаз плещется страх. Девушка попалась, это понятно.

Клофелинщица ничего вынести из квартиры не успела, хоть мы ее обставляли разными дорогими финтифлюшками, взятыми из склада вещдоков. Теперь и не предъявить ничего толком. Факт грабежа не зафиксирован – все вещи на своих местах, хранение наркотиков тоже не предъявить – девушка избавилась от улик, выкинув пакет, в котором носила клофелин, в окно. Где теперь этот вещдок искать? При хорошем адвокате отмажется. Очная ставка с предыдущим потерпевшим ничего не даст. "Пальчиков" на месте преступления не обнаружили, на камерах лица не видно, девушка хорошо постаралась. Никаких связующих с тем преступлением нет. Даже если мажорчик ее узнает. Прийдется нам ее отпустить, и она это прекрасно понимает.Осталось выяснить работает она сама или под чьим-то руководством. Короче, есть ли у нее "крыша".

На счёт рыжей мне все предельно ясно. Влюбилась дурочка в Митяя по уши, поехала устраивать головомойку бедному Ромео, но обнаружила лишь бессознательное тело, испугалась за любимого, проявила агрессию к "потерпевшей".

А брюнетка приехала "спасать" рыжую бедовую подругу.

Голова раскалывается от напряжения и шерудящих мыслей. Кручу паспорт рыжей в руках. Королькова Анжелика Валерьевна, 32 года, не замужем, детей нет.

И что мне с этим трио теперь делать?

Только у рыжей есть с собой паспорт, брюнетка забыла дома, а блондинка принципиально в клуб его не брала. Ну что за ё..!

–Блондинку до выяснения обстоятельств в обезьянник, брюнетку тоже, рыжая – домой, – командую капитану, на что получаю протестующий ропот брюнетки. Подобралась вся, смотрит сердитым воробушком.

–Я не могу в обезьянник, – с брезгливостью выплевывает последнее слово.

– Чё так? – развожу руки в стороны, поднимаясь со стула. – Мама не велит?

– Мне нужно контрольные проверить на понедельник, а сегодня уже воскресенье, – тянет мне тонкое запястье, на котором блестят золотистым блеском красивые наручные часы.

Йопт! Она ещё и училка!

От борзоты и невинного тона девушки теряю дар речи. На секунду.

–Добудешь паспорт и свободна.

– Я могу его привезти! – поднимает вверх руку как в школе рыжая.

–Вези, – пожимаю плечами.

–Только в обезьянник ее не сажайте, – умоляющим тоном, сложив руки под грудью, молит рыжая.

–А куда я ее дену? – мозг взрывается новой головной болью. Мне ещё кучу бумажек заполнять. Что за день-то такой!

–А можно я у вас в кабинете посижу? – тоненьким жалобным голоском мямлит брюнетка. – Пожалуйста, товарищ полицейский. – Руки так же, как и подруга, сложила под грудью в молитвенном жесте. С удивлением замечаю, что лифчика на брюнетке нет, полы куртки распахнулись, являя миру заострившиеся соски, виднеющиеся под тонкой тканью футболки. Сглатываю подступившую слюну. Кто ж в таком виде среди ночи выходит на улицу, а?

–Здесь не дом терпимости, а полицейский участок. Я действую по протоколу, – осипшим от волнения голосом ворчу сквозь зубы. Почему я перед ней оправдываюсь?

–Пожалуйста. – Шепчет брюнетка, глазами, в которых застыл ужас, стреляя в блондинку. – Я тихонечко посижу в сторонке. Да хоть здесь меня оставьте, только не за решетку.

–Хорошо. За мной, – жестом показываю ей на дверь. – А ты поторопись с паспортом, – киваю рыжей.

–Анжел, – брюнетка достает из кармана ключи, – в прихожей. В сумке.

–Я поняла, – торопится рыжая. – Что с Митей? – обращается ко мне.

–Все в порядке с твоим Митей. Проспится и домой пойдет.

–А я? – подает голос блондинка и тянет руку вверх, как недавно рыжая. То есть Анжела.

–А ты жди своего адвоката, – ухмыляюсь я. – Пусть везёт твой паспорт.

12. Михаил

Добренький дядя Миша… Нахрена позволил себя уговорить? Даешь слабину, товарищ майор. Окопавшись в куче бумаг, пытаюсь сосредоточиться на деталях дела, но ничего не получается. А причина этому – тихая мышка, мирно сидящая в углу моего просторного кабинета. Замерла, словно статуя, сложив руки на коленях. Она хоть дышит?

Встаю со стула, подхожу к невысокой тумбочке, стоящей у окна и щелкаю кнопку электрического чайника.

– Кофе будешь? – нарушаю тишину в кабинете.

Мышка, словно в прострации, продолжает гипнотизировать стену моего кабинета. Подхожу к ней ближе. В нос ударяет запах легких цветочных духов, мой рот наполняется слюной. Да что с тобой такое, Медведев? Обыкновенная Мышка, а ведешь себя, как первобытный человек, утащивший женщину в свою пещеру. Она вся трясется от страха, даже с другой женщиной боится в одной камере сидеть, а тебя пугается, и это видно невооруженным глазом.

Слишком я добрый и мягкий с женщинами. Но и быть строгим с ними не могу. А вот держать в страхе – не мужское это дело. Воевать с женщиной – это дно.

Наклоняюсь над ней и щелкаю пальцами перед ее лицом.

– Хьюстон, Земля вызывает!

– А? – наконец отмирает девушка и переводит свой расфокусированный взгляд на меня. Наконец-то!

Глаза у нее светло-серые, мелькает мысль в голове. Зачем мне эта информация?

– Кофе будешь? – голос меня подводит. Выпрямляюсь и направляюсь к тумбочке, где храню кружки, кофе, сахар. Выполняю все необходимые манипуляции, пока девушка разглядывает меня. Не выдержав пристального взгляда, поворачиваюсь к ней.

– У меня на спине что-то написано?

– Н-нет, – тихий заикающийся голос девушки поднимает волоски на моей коже. Что ж тебя от нее так ведет, товарищ майор?

Кабинет у меня большой, как и положено начальнику. Когда я вступил в должность начальника МВД, приказал сделать ремонт и мастера постарались на славу.

Ненавязчивый светло-серый цвет стен навевает сосредоточенность. Вишневого цвета деревянные двери и столы придают строгому стилю некую пикантность. Два кожаных дивана черного цвета для негласных переговоров и моего отдыха притаились в углу кабинета. В одном из них и замерла мышка-училка, что вызывает у меня тахикардию каждый раз, когда я смотрю на нее.

К моему рабочему столу перпендикуляром приставлен еще один. Для совещаний. Вдоль этого стола выстроились в ряд не менее удобные стулья с низкой спинкой, обитые черной кожей.

– Не зажимайся так, я тебя не съем, – приглашающим жестом указываю на один из стульев. Хочу, чтобы девушка оказалась ближе, и я смог рассмотреть ее внимательней. Приглушенный свет настольной лампы способствует этому, но не распространяет свой свет до диванов.

– Н-нет, спасибо. Я здесь тихонечко посижу.

Делаю глубокий вдох. Что ж так сложно-то?

Заливаю кипяток в кружки и несу к диванам. Ставлю одну на журнальный столик, стоящий перед Мышкой. Занимаю другой диван, грея руки горячей кружкой. Лизка мне их подарила на день рождения. Обе белые, тяжелые и большие. Как я люблю. А одной из них надпись: «Не спорь с начальником», а на другой «Cool Major»*. Дочка у меня с чувством юмора. Обожаю ее

Указываю на кружку глазами.

– Пей.

– Я подожду, пока остынет. Спасибо.

– Точно.

В кабинете повисает неловкая тишина.

Нервно постукиваю пальцами по своей кружке, пытаясь придумать тему беседы.

– И часто ты попадаешь в такую ситуацию? – разрезает тишину мой гулкий голос.

– Первый раз, – сухой лаконичный ответ. – И мы с вами на «ты» не переходили.

– О! Строгая училка! – внезапно веселюсь я. Хоть какая-то эмоция прорвалась в обороне девушки. Пусть даже дерзость. Мне нравится.

– Вы имеете что-то против учителей? – поднимает свою голову девушка.

– Нет. Хочу понять. Ты не похожа на искательницу легких путей. И тем не менее чуть не оказалась за решеткой в одной камере с клофелинщицей и воровкой.

– Это случайность.

– Не спорю. Это не место для таких девушек, как ты, – голос мой теплеет.

– А где мое место? – вскидывает голову девушка и впивается в меня пытливым взглядом, под которым я начинаю чувствовать себя неуютно. Чувствую себя не майором полиции, а нашкодившим первоклашкой, которого отчитывает строгий классный руководитель.

Не знаю, что ответить, поэтому молчу. И она молчит. Так и сидим, думаем каждый о своем. Серый свет от окна освещает хрупкую фигурку девушки, ее напряженную позу.

За окном занимается рассвет. Судя по всему, время уже шесть утра. Вот и новый день настал. А мне ещё разбираться с клофелинщицей, вызывать потерпевших, заполнять кучу бумаг…

Тишину в кабинете прерывает звук открывающейся двери.

–Можно? Я привезла паспорт, – в дверях стоит запыхавшаяся рыжуля.

–Давайте, – встаю с дивана, оставляя кружку на столике. – Присаживайтесь, – взмахом руки указываю на диван.

Пока я делаю копии паспортов девушек и проверяю их в базе данных, девушки шушукаются в углу кабинета, и я невольно прислушиваюсь к их разговору.

Я не любитель влезать в чужие дела, но скромная пугливая мышка с прекрасным именем Мария вызывает во мне совсем нескромный интерес, и я хочу хоть немного приоткрыть завесу ее жизни.

Ознакомившись с данными в паспорте, я выясняю, что ей 30 лет, недавно развелась, детей нет.

–Прости меня, Машк, – долетают до меня слова рыжули.

– Все в порядке, Анжел, – голос Марии уставший, будто все горести мира свалились на нее.

– Я так больше не буду, – продолжает утешать подругу рыжуля.

– Надеюсь, – снова тихий вздох, от которого кровь по моим венам начинает течь быстрее. Да что ж такое-то?

–Может быть свободны, – кладу на стол их паспорта. – Распишитесь в протоколе, оставьте номера телефонов и ждите звонка.

–Какого звонка?

–Вы свидетели по делу об отравлении наркотическими веществами моего сотрудника, – как ребенку объясняю рыжуле. – Вас вызовут в суд для свидетельствования.

“Если он будет”, – добавляю про себя.

Как только девушки выходят за дверь, меня одолевают грустные мысли.

И как потом ловить эту горе-клофелинщицу? Отпустить придется – это факт. Будет ли она заниматься дальше этим делом? Я не хочу вдаваться в подробности, почему бедная девушка ступила на этот скользкий путь: родители алкаши, тотальная нищета, нужда или что то другое. Она преступница. И меня бесит тот факт, что я не могу отправить ее за решетку. Я поступил в школу полиции для того, чтобы ловить преступников и защищать мирное население от бандитов. Но романтические мечты о благородной профессии разбиваются в прах, после увиденных картин реальных преступлений. Кровь, насилие, голодные избитые дети, изнасилованные молодые девушки. Все это отбивает желание быть снисходительным к преступникам, которые по глупости или в силу обстоятельств стали на скользкую дорожку. Малое преступление, оставшееся безнаказанным порождает насилие и беспредел. Теперь сердце болит лишь за непутевую дочь, которая постоянно влипает в дурацкие ситуации. Хорошо, хоть я знаю, что сейчас она дома. В безопасности.

*Cool Major – Крутой Майор (перев. с английского)

13. Машенька

Суббота вымотала меня окончательно. Сначала Вадим с его намерениями выгнать меня на улицу, затем Анжелка, потом арест. До сих пор не могу прийти в себя.

Все воскресенье я отсыпалась, чтобы потом полночи проверять тетради с контрольными работами. Из-за этого утром понедельника, проспав будильник, я поспешно оделась, насыпала в миску Пельмяшу сухого корма, и, словив его укоризненный взгляд, спешной походкой выпорхнула из дома.

Школа находится в двух кварталах от моего дома, это всего 10 минут пути. Старые сапоги неприятно жмут ноги, но меня греет мысль, что в шкафу учительской меня ждут очень удобные туфли на устойчивом каблуке, в которых я могу ходить весь день, не чувствуя усталости. Покупать новые сапоги не имеет смысла – весна в нашем городе очень коротка, и из зимних сапог я сразу переобуюсь в новые босоножки, которые я купила в прошлом году. Может этим летом на море съездить?

На работу иду как на каторгу. Мне кажется вся школа гудит как улей. К ногам будто гири привязаны, каждый шаг даётся с трудом. Каждый громкий звук заставляет встрепенуться, и пускает сердце вскачь. Я будто оплеванная. Опустив голову стараюсь быстро промелькнуть в учительскую. “Смотрите, какая Цаца!” Звучит над ухом. Я резко дёргаюсь и поднимаю голову.

Возле ворот школы я замечаю мужскую фигуру в знакомом плаще. Высокий фигуристый мужчина подает руку, выходящей из машины Виталины Андреевны, а когда он поворачивается, смерив презрительным взглядом школу, мое сердце заходится в диком танце от изумления и волнения.