Невеста по контракту, или Избранница герцога

Глава 7

– Что происходит? – тут же вскакиваю на ноги, испуганно озираясь.

– Все, хорошо, Грейс, – герцог уверено усаживает меня обратно, нежно поправляя пиджак на плечах. После этого контракта я рискую всерьез затосковать по мужской заботе, – просто мы приехали. Нас отказываются вести куда–то в более приличное место, придется остановиться здесь. Дай мне, пожалуйста, монеты, что я дал тебе.

«Дай монеты, что я дал», – беззлобно усмехаюсь про себя.

Клемондский, наверное, даже не представляет насколько легко им можно манипулировать на одном этом пунктике. Как же – девушка не может расплачиваться, если ее сопровождает мужчина, а иначе какой тогда это мужчина?

– Конечно, дорогой, держи, – выполняю просьбу, задавив желание подшутить в зародыше.

– Держи пять бронзовых, – быстро отсчитывает герцог и кладет монеты на ладонь нашего спасителя, – это больше, чем положено за подобную поездку.

– Бронзовые? – мужчина смотрит разочарованно на деньги. – Я ожидал по меньшей мере серебряный. Я вам жизнь спас!

– Жизнь мы сами себе спасли, – отвечает равнодушно Клемондский, ловко спрыгивая на землю, а потом помогая мне, – а ты согласился довезти нас до города вместе со своими овощами. Всего доброго, – он надменно кивает и тащит меня куда–то вглубь города к жилым зданиям.

Вяло рассматриваю убранство вокруг, уже вечереет, но жизнь на улицах еще бурлит.

– Я знаю, где мы! – восклицаю от внезапного озарения. – Это ведь городок Севидж. Значит, за целый день мы очень мало проехали, – добавляю разочарованно.

– Да, Грейс, фермерская телега точно не то, что нужно для путешествий. Пожалуй, даже хорошо, что этот ужасный возница отказался везти нас дальше. Хотя мы и в глухом захолустье, надеюсь, здесь все–таки можно найти приличный постоялый двор для ночлега и нанять с утра подходящий нашему статусу экипаж.

Но реальность оказывается не столь радужной, поскольку единственный приличным постоялым двором в Севидже является в принципе единственный постоялый двор, и раскрашен он настолько вульгарно, что навевает на мысли о…

– Моя невеста не будет спать в борделе, – произносит Клемондский, стиснув зубы, глядя на это безобразие.

Поднимаю на герцога глаза, полные удивления. Он не выходит из роли ни на секунду? Даже я сейчас расслаблена, а он ведет себя, как настоящий жених. Ох свет, не влюбиться бы в самом деле, с такими, как Клемондский, слишком легко это сделать.

– Артур, – зову его по имени и тут же замолкаю, почему–то сейчас подобное обращение мне кажется слишком личным, наигранные «милый» и «дорогой» выглядят более нейтрально, – если честно, я ужасно хочу отдохнуть на горизонтальной плоскости, давай рискнем и зайдем сюда, а? Ведь кроме этого двора остаются лишь частные домовладения, а они могут быть как лучше, так и опаснее в разы.

– Ладно, уговорила, – он тяжело вздыхает, открывает дверь и мужественно шагает внутрь со мной подмышкой.

Что ж, не сказать, что первая характеристика герцога о постоялом дворе оказалась в корне неверной, в «Веселой утке» Севиджа всего понамешано. И таверна, и скучающий работник за стойкой с ключами от номеров, и парочки, которые не скрывают, как будут проводить досуг в ближайшее время.

– Хм, вроде не так плохо, – произношу неуверенно.

Герцог на это лишь смиряет меня недовольным взглядом.

– Что? Пытаюсь искать положительные моменты.

Клемондский явно собирается высказать все, что думает, но к нам подскакивает довольно бойкая женщина и перетягивает все внимание на себя.

– Ваша светлость, какая честь видеть вас в наших стенах, – произносит она с придыханием. – Я Анна, владелица «Веселой утки» и по совместительству председатель клуба ваших поклонниц в Севидже.

На этой фразе меня распирает веселье, не сдерживаюсь от смешка, а Клемондский стремительно багровеет. Зря, дамы давно организовывают себе клубы по интересам, и там обсуждают не только шитье и воспитание детей.

– Нам нужен номер, – наконец произносит Артур сквозь зубы. – Самый лучший и безо всякой похабщины, – он бросает взгляд на вульгарные парочки, – не могу позволить своей невесте спать на непонятных простынях, – герцог притягивает меня к себе.

– У вас появилась невеста? – Анна смотрит на меня с грустью. – Красивая, поздравляю, – тяжело вздыхает, прощается, наверное, с несбыточной мечтой однажды охмурить герцога. – Я вас размещу в личном крыле, не переживайте, там чисто, гости у меня бывают крайне редко.

– Прекрасно, – мрачно отвечает Клемондский, – ведите.

Глава 8

Личные покои Анны действительно оказываются довольно приличными. Убранство, возможно, чересчур скромное для королевского приближенного, но, главное, здесь чисто, и никого больше нет. Даже я не готова встречаться с местными постояльцами, а настроение Клемондского далеко от того, чтобы быть мирным.

– О, чудесная ванная, – произношу, заглядывая в смежное помещение, – но мне не во что переодеться, и полотенец тоже нет.

– Да, как и отдельной кровати, – говорит герцог, – одна большая и ни одного дивана.

– Мы ведь в личных покоях владелицы заведения, едва ли она устраивает общежитие в одной из своих спален, – пожимаю плечами. – Только вряд ли простыни менялись с утра, – провожу рукой по белой ткани.

– Тоже брезгливая, да? – кивает Клемондский, глядя на мое выражение лица.

– А я думала, ты обо мне заботишься, о невесте, а сам способен ночевать на чем угодно, – усмехаюсь, поднимая на него глаза.

Герцог смотрит на меня несколько секунд с нечитаемым выражением, а потом молча отворачивается.

– Давай спать, – занимает край кровати, – если повезет, завтра будем в месте с чистыми полотенцами. Пока что придется довольствоваться купанием в реке.

– Ладно, как скажешь, – отвечаю миролюбиво, занимая другую сторону кровати. – А все–таки интересный выдался день, давно у меня таких не было. С тобой интересно.

– Обычно на девушек производят впечатление по–другому, – Клемондсий хмыкает, – но я рад, что тебе понравилось.

После этого мы наконец засыпаем. День сказывается, организм уставший, и ему все равно, в каком месте его положили отдыхать. Но ближе к утру я внезапно просыпаюсь, не понимая, что меня разбудило, но не могу спать дальше, и все тут.

Сажусь на кровати и ощущаю жуткий голод и сильную жажду. Мы ведь без ужина, сразу легли спать. И без обеда, а я непривычная к такому. В нормальных условиях я на диетах не сижу, нет надобности.

Аккуратно опускаю ноги на пол, обуваюсь и на цыпочках пробираюсь к двери. Может, удастся что–нибудь найти, пока все спят. Нет, так хотя бы прогуляюсь, отвлеку организм от естественных потребностей.

Основной зал в этот час оказывается пуст, впрочем, неудивительно. Судя по блеклому свету за окном, на улице едва забрезжил рассвет, а в таких заведениях хоть и любят посидеть допоздна, но утром стабильно предпочитают спать.

Захожу за стойку с напитками и дергаю дверь, предположительно ведущую на кухню. Закрыто. Не хотят они привечать ночные позывы к еде.

Разочарованно разворачиваюсь в поисках воды. Тут мне везет больше, в чайнике оказывается какой–то травяной чай, и, о чудо, сахар совсем рядом! Нахожу более–менее чистую кружку и делаю себе напиток. Сладкое травяное питье помогает, теперь можно и обратно в кровать, дожидаться полноценного утра.

Возвращаюсь в приподнятом настроении в отведенные нам с герцогом покои и вижу преинтереснейшую картину. Клемондский на месте, спит, а вот мое место занято. Девушка настолько увлечена своим делом, что не замечает моего появления.

Подкрадываюсь ближе, приглядываюсь, а это Анна! Председательница клуба поклонниц герцога. Интересно, она всю ночь караулила, пока я выйду, или собиралась меня огреть чем–нибудь по голове для нейтрализации.

Смотрю на пол и вижу чугунную сковороду. Ее вечером здесь не было, да и зачем в спальне сковорода? Скорее это ответ на мой вопрос.

А женщина все не замечает меня в темноте, уже вовсю обнимает Клемондского и закидывает на него ногу. Но поражает не ее поведение, с ней все было ясно сразу, а вот реакция герцога возмущает.

– Не думал, что ты решишься, но я не против, – бормочет он в полудреме, накрывая ногу Анны своей рукой.

У меня глаза на лоб лезут от подобного. Может, я и невеста по контракту, но есть же элементарное уважение!

Резко зажигаю лампадку, заставляя комнату озариться ярким светом, и поворачиваюсь к парочке.

– Что здесь происходит?! Артур!

Мне даже играть злость не нужно, я действительно возмущена до глубины души. Какой же он все–таки обходительный кобель! А я еще влюбиться в него опасалась.

– Грейс? – Клемондский открывает глаза и смотрит на меня растерянно. – Ты там, но кто тогда здесь, – оборачивается и видит Анну.

– Здравствуй, Артур, – произносит она томно, – я мечтала об этом моменте половину своей жизни.

Нет, вы только посмотрите, какая наглая, даже третий лишний в комнате в качестве официальной невесты не смущает ее. Делаю шаг кровати и поднимаю с пола сковороду. Тяжелая зараза, но я справлюсь.

– Встала, живо! А не то последних мозгов лишишься, – строго произношу.

Женщина как будто впервые замечает меня.

– Ой, невеста, – она глупо хихикает, – как неудобно получилось. Но я вас понимаю, я бы тоже была злой после такого. Рекомендую разорвать помолвку и оставить нашего обожаемого герцога свободным! Это лучшее наказание для такого мужчины, – заканчивает она свою речь, томно вздыхая.

– Ты совсем, что ли, ненормальная, – у меня глаза круглеют от слов Анны, – уходи, говорю, а то действительно огрею сковородой, как ты меня собиралась. А герцога все равно не получишь, поняла! Он занят и надолго.

Хозяйка «Веселой утки» поднимается–таки с кровати, но не уходит, смотрит на меня воинственно, как будто собирается сражаться за Клемондского. Перекладываю сковороду в другую руку, драться за клиента мне еще не приходилось.

Глава 9

Тут внезапно Клемондский подскакивает на ноги.

– Дамы, давайте успокоимся, – начинает он довольно нудно, но видит, что мы не реагируем, и подбегает к Анне, хватает ту за руку и буквально выталкивает за дверь, – вы здесь явно лишняя.

Кажется, драка отменяется.

– Она сковороду забыла, – произношу, устало присаживаясь на кровать, – отдай, пожалуйста, тяжелая она, не могу больше держать.

Герцог забирает агрегат и сует его вдогонку.

– И орудие ваше заберите, лучше приготовьте нам завтрак, раз разбудили, – приказывает Анне напоследок, а потом поворачивается ко мне, закрывая дверь. – Что это только что было, Грейс? – он подходит вплотную ко мне и нависает сверху. – Что за цирк вы двое здесь устроили?

– В смысле? – спрашиваю в шоке, не такой реакции на его спасение я ожидала. – Это вы тут вдвоем обнимались, пока я не пришла. Как твоя невеста я действительно могла разорвать помолвку! Или нужно было оставить вас, чтобы вы насладились обществом друг друга? Ты бормотал, что весьма не против, – щурю от злости глаза.

– Бормотал? – Клемондский в удивлении приподнимает левую бровь. – Так я, наверное, считал, что это ты пристаешь, – и тут между нами повисает молчание, каждый осознает, что только что сказал другой. – Кхм, – герцог прочищает горло, – а где ты была?

Очевидно, пытается отвести внимание от собственной двусмысленной фразы.

– Пить хотела! И есть! – подскакиваю на ноги. – Со вчерашнего утра ничего не ели, а я не лесная фея, Артур! Я человек с обычными потребностями организма.

– Да, действительно, как и я, – бормочет он, опуская глаза в пол. – Ладно, спасибо за проявленную бдительность, идем завтракать!

Он отворачивается и шагает к выходу.

– Хм, не такой я реакции ожидала, но ладно, – недовольно причмокиваю, – в конце концов, мы не по–настоящему вместе. Но попрошу прописать в мой контракт подобные форс–мажорные случаи, а то твоя бешенная поклонница всерьез собиралась ударить меня сковородой, повезло, что я как раз проснулась и проголодалась. Неизвестно, что было бы с моей головой после подобного.

Вздыхаю, выпрямляюсь и с независимым видом ступаю к двери. Конфликт исчерпан, работа осложняется, но мне не привыкать.

– А какой ты реакции ожидала? – зато, кажется, теперь Клемондскому хочется пообщаться. Он подскакивает обратно ко мне. – Как ты сказала, у нас все не по–настоящему, – он наклоняется к моему лицу, обдавая кожу своим горячим дыханием, – впрочем это не мешает нам приятно позавтракать в обществе друг друга, – он отстраняется так же быстро, как и приблизился, берет меня под локоть и тащит на выход. – Идем, любимая.

Смотрю на него недоуменно, но подчиняюсь. Лишь проклинаю мурашки, которые снова забегали табуном по коже от волнующей близости герцога. Надо с ними что–то делать, он не может оказывать на мое тело такое влияние.

– Идем, любимый, – едко передергиваю его интонацию и гордо вздергиваю подбородок.

Некоторое время шагаем в молчании, Клемондский посматривает на меня с интересом, но я не реагирую.

– Прости, ситуация и впрямь оказалась из ряда вон, я не ожидал подобного цирка. Только проснулся, а тут происходит непонятное. А ты молодец, отлично отреагировала и прекрасно выполнила роль моей невесты, – наконец мягко произносит герцог.

– А я не играла, Артур, – отвечаю ему надменно, – я действительно возмутилась поведением твоей поклонницы.

Договариваю и присаживаюсь за стол, наслаждаясь произведенным впечатлением.

Глава 10

– Т–ты, ты, – он никак не может сформулировать мысль, – ты всерьез, да? Так это ведь.

Не дослушиваю, перебиваю.

– Не переживай, Артур, я не в коей мере не посягаю на тебя всерьез, все исключительно в рамках договоренности. Подобная ситуация с Анной возмутила бы кого угодно и совершенно искренне. А теперь присаживайся, пожалуйста, за стол, и давай поедим. Если, конечно, твоя излишне рьяная поклонница не отравит меня своей стряпней. Тогда тебе придется нанимать кого–то другого.

Герцог кивает и занимает место напротив. В его глазах как будто мелькает что–то, похожее на мимолётное сожаление, но скорее всего мне кажется. Нам обоим ни к чему сложности. Никаких чувств! Это первое и основное правило моего бизнеса. Впрочем, раньше и намека на подобную проблему не возникало. Но мне пора расти, полезно проверить свои силы в серьезном заказе.

– Не думаю, что она станет травить тебя, все же это рискованно, – говорит Клемондский, когда я уже почти забыла, что сказала.

– А я вот уже ни в чем не уверена. Но зато теперь совесть не мучает, что такой большой гонорар получаю, рядом с тобой опасно, – смеюсь.

– Н–да, есть такое дело, – герцог заставляет себя улыбнуться, но получается не очень искренне, как будто я случайно попала в точку.

– Есть что–то, что я должна узнать? – прищуриваюсь, настороженная его реакцией. – Может быть, про твоих родственников? Бывшую пассию, с которой едва не дошло до венца? И насколько они опасны, на что способны дабы устранить меня?

– Грейс, – герцог делает глубокий вдох и окутывает мои руки своими ладонями, – ты в полной безопасности, – поднимает на меня свои честные безумно красивые глаза. – Я никому не позволю тебе навредить, поверь.

Уголки его губ приподнимаются, привлекая к себе внимание. Да, насколько же проще работать с аристократами помельче. Их внешность обычно не столь идеальна, да и манеры оставляют желать лучшего.

А тут столько проникновенности, напускной искренности в словах, что сразу забываешь про крушение кареты и сумасшедшую поклонницу со сковородой подмышкой. Ведь эти чувственные губы притягивают к себе все внимание и мысли.

Слегка трясу головой. Должно быть, на небосклоне Венера вступила в свои права, раз у меня так много мыслей не о том. Стоит их пресекать на корню.

– Ваш завтрак, – произносит Анна.

И она бывает к месту, вот сейчас уж точно. Избавила меня от ответа, да и ото всего неудобного разговора. Если вспомнить, как Клемондский реагировал на то, что остался без денег, и платить за него будет девушка, предположу, что фраза про «не позволю навредить» из той же оперы. У человека на лицо комплекс идеального джентльмена. Не стоит принимать на свой счет и излишне очаровываться.

– Благодарю, – отвечает герцог, освобождая на столе место для тарелок.

Владелица «Веселой утки» ставит перед нами омлет с томатами и тостами, а также небольшой пузатый чайник и кружки, и собирается уходить.

– Не так быстро, уважаемая, – останавливаю ее за руку. – Несите еще один столовый прибор и кружку. Что вы так на меня смотрите? Говорю, несите прямо сейчас!

Анна недовольно фыркает, но отправляется выполнять приказ. Клемондский смотрит на меня с любопытством, но молчит.

– Замечательно, а теперь берите, пробуйте, – отрезаю по небольшому кусочку на наших с герцогом тарелках и пододвигаю вернувшейся Анне, – и чай тоже отпейте, пожалуйста.

Она смотрит на меня с раздражением, но все–таки выполняет предложенное.

– Довольны? – произносит, запив еду большим глотком чая. – Или будете ждать час, чтобы наверняка убедиться в том, что я ничего опасного не подсыпала?

Клемондский с трудом подавляет смех, мне тоже становится весело от происходящего.

– Надо бы подождать, было бы вернее, – киваю с улыбкой, – но пока можете идти, – Анна резко разворачивается, – будьте у нас на виду! – кричу ей вдогонку.

Отвожу взгляд от хозяйки «Веселой утки» и встречаюсь глазами с герцогом. Мы с ним, не сговариваясь, смеемся, абсолютно не сдерживаясь, отпустив себя, как приличные аристократы никогда не делают.

– Ненормальные, – доносится до нас комментарий Анны, вытирающей соседние столы.

Но ее реакция вызывает у нас лишь новый приступ веселья.

– Кажется, ты потерял председателя клуба твоих поклонниц в Севидже, – наконец говорю, утирая выступившие слезы.

– Даже не знаю, как буду дальше с этим жить, – качает головой Клемондский.

– Эх, – беру в руки столовые приборы, – а ведь могли сначала скидку потребовать, а теперь, боюсь, не получится.

– Ах, да, деньги, – герцог вмиг мрачнеет, из–за чего я тут же мысленно ругаю себя.

– Не стоит о них думать, – машу рукой, – ты мне столько платишь, что я могу позволить себе многое. Лучше давай решать, как до твоего поместья добираться будем. Я не хочу сегодня ночевать в Севидже, странные здесь личности живут. Мало ли, решат всем клубом навестить нас, не отобьемся ведь.

– Твоя правда, – усмехается Клемондский, расслабляясь.

Позавтракав, расплачиваемся с Анной и покидаем ее чудное заведение, надеюсь, навсегда. Если еще когда–нибудь доведется побывать в Севидже, буду искать ночлег в частных домовладениях.

– Идем, нанять экипаж здесь можно на городской площади, я узнавал, – направляет меня герцог, – гардероб бы еще раздобыть, но не уверен, что в подобном месте стоит на это тратить время.

Окидываю беглым взглядом редких прохожих и вынужденно соглашаюсь.

– Пожалуй, ты прав, Артур. Местная мода интересна для моих провинциальных заказов, но не для тебя. Единственное, я бы обувь поменяла на что–то с плоской подошвой. Если снова придется идти пешком, я взвою.

– Не придется, не нагнетай. Всего лишь одно небольшое недоразумение, ведь это не показатель того, что впереди будет еще.

Собираюсь припомнить Клемондскому утренние приключения, но не успеваю. Чей–то экипаж мчится на бешенной скорости по улице прямо в нашу сторону.

Глава 11

Успеваю лишь зажмуриться, так как понимаю, что отскочить я ни за что не успею. Либо в ногах запутаюсь и упаду, либо еще что случится. Но миниатюрная копия девы с драконом пока что со мной, а, значит, не все потеряно.

И точно, в следующую секунду меня буквально откидывает в сторону, припечатывая в стену ближайшего здания чем–то мягким и теплым. А еще вкусно пахнущим. Наклоняюсь немного вперед и с наслаждением вдыхаю. Очень вкусно пахнущим.

– Ты в порядке? – произносит Клемондский прямо у меня над ухом. – Я едва успел нас спасти.

Резко открываю глаза и несколько секунд моргаю.

– Артур, ты? – наконец произношу удивленная.

– Головой ударилась, что ли? – Клемондский заботливо ощупывает мой затылок. – Да нет, вроде все нормально. Значит, шок. Я сам опешил, когда увидел несущуюся прямо на нас карету. Ненормальный город, кто так по улицам ездит?

– Опасность миновала, – произношу тихо, осознавая, что только что принюхивалась к герцогу, – можно снова вернуть друг другу привычное личное пространство.

Клемондский не сразу понимает, о чем я.

– Ох, – хмурится, – ты права. Мы слишком, да, – он делает шаг назад, – извини. Впредь буду соблюдать положенную дистанцию.

Чувствую прохладу, как только герцог отходит. Опускаю глаза вниз, теряясь в собственных эмоциях, вызванных этим обстоятельством. Так много новых открытий за столь короткий промежуток времени.

– Нет, не надо, – качаю головой, – не извиняйся, ты снова нас спас. Кажется, мне пора носить твою миниатюрную фигурку в корсаже вместо привычного оберега.

Хотела разрядить обстановку шуткой, но она получилась какой–то не такой. В итоге испуганно замираю. Не стоило брать этот заказ, совершенно точно не стоило. Он слишком странный, все идет не по сценарию с самого начала.

– Что ж, тогда я повешу себе на шею медальон с тобой. Мои родственники упадут в обморок, поняв, какие высокие у нас отношения, – усмехается Клемондский.