Нити Перуна

Глава 1

Андрей осторожно переступил через порог покосившейся деревянной избы, в которой, по словам деревенского старосты, хранились старые записи. На улице стояла ранняя осенняя прохлада, а в полумраке внутри пахло старой древесиной, влажной землёй и чем-то неуловимо травяным – возможно, сушёными листьями, а может, истлевшими за долгие годы пергаментами.

Он был здесь впервые. Четыре часа пути на автобусе из областного центра, затем ещё полтора – автостопом с местным фермером на видавшем виды грузовичке. Деревня с труднопроизносимым названием – Терёмцы или Терёмово, он до сих пор путал его в голове – незначилась ни в одном из путеводителей. Но там, в городской архивной комнате, Андрей обнаружил упоминание: «Этнографические исследования конца XIX века. Записи неизвестного автора, связанные с дохристианскими обрядами местного населения. Хранятся на месте находки». Это было указано в старом инвентарном каталоге, и он, движимый научной жаждой, решил проверить всё сам.

Комната была освещена единственной лампочкой на голой проводке. Свет выхватывал из полумрака небольшие стеллажи, накренившийся стол и стопки бумаг, завязанных грубым шпагатом. Здесь царил полузабытый мир: толстые тетради с твёрдыми обложками, листы со странными значками, рисунки идолов и схемы непонятных ритуалов. Андрей аккуратно разрезал один из шпагатов карманным ножиком, привычно пользуясь им вместо канцелярского резака.

Когда он развернул первую тетрадь, его удивило качество бумаги: плотная, с подпалинами, но всё ещё читаемая. Строчки мелким аккуратным почерком – явно почерком учёного, который знал, что делает заметки для потомков. Андрей глубоко вздохнул: язык старый, дореформенный, но вполне разборчивый: «…сей предмет обнаружен мною в ночь на Ильин день, при лунном свете у болотной лощины. По-видимому, искусно изготовлен из металла, мне неведомого…»

Андрей нащупал в кармане смартфон – сделать несколько снимков. Но связь здесь была нестабильна, а батарея сидела. Однако документирование было важным шагом. Он медленно, чтобы не повредить страницы, переворачивал листы и встречал всё более странные упоминания: о «железном боге», который не ржавеет и не нагревается на огне, о «сплавах, дающих звуки при свете луны», о непонятных символах, вырезанных на камнях.

Шорох за спиной заставил его резко обернуться. В дверном проёме стоял низкорослый мужчина в кепке – тот самый староста, Пётр Михайлович, что провёл его сюда. Его морщинистое лицо напряглось, словно в ожидании вопроса. Но Андрей не успел ничего сказать, потому что взгляд его упал на странный предмет в руках старосты.

– Я тут подумал, – тихо произнёс староста. – Вы же учёный, да? Вам ведь интересно про старину-то? Вот, держите.

В его ладони лежал небольшой идол, не выше половины ладони, выточенный или отлитый из странного металла. На первый взгляд похож на грубый кусок тёмного железа, но при свете лампы на его поверхности играли глубокие оттенки: сине-зелёные, почти фосфоресцирующие.

– Это что? – выдавил Андрей, подходя ближе.

– Не знаю точно. Давно у нас в роду хранился. Мать моей бабки рассказывала, будто наш прадед его от какого-то «учёного господина» спас, а тот потом пропал без вести. Всё боялись показывать чужим. Но вы, гляжу, пришли с уважением к нашему старому времени. Держите, может, разберётесь.

Андрей осторожно взял идола. Тот был неожиданно тяжёлым и прохладным. Идеально гладкие бока, символы, напоминающие древние письмена, опоясывали фигурку по кругу. Казалось, что это не просто старинная поделка. Что-то в ней было смущающее и одновременно завораживающее.

– Спасибо, – вымолвил он наконец. – Я обещаю обращаться с ним крайне бережно.

Староста кивнул и, не говоря больше ни слова, вышел, оставив дверь приоткрытой. За окном слабый ветерок пошевелил листьями, и в далёких полях скрипнула несмазанная телега.

Андрей положил идола рядом с тетрадью. Сердце его стучало быстрее обычного. Интуиция учёного – того, кто уже годами бьётся над сухими фактами и выцветшими документами – подсказывала: он наткнулся на что-то действительно необычное. Нечто, что не вписывается в его прежние представления о славянском язычестве, металлах, обрядах. В науке были давно забытые уголки, где такие находки могли перевернуть целые концепции.

Он сделал глубокий вдох и вытащил телефон, надеясь хотя бы запечатлеть этот момент. Камера сфокусировалась на идоле, и вспышка выхватила на долю секунды странный отблеск, словно внутри металла вспыхнул крохотный синий огонёк. Возможно, просто оптическая иллюзия.

Через полчаса, аккуратно завернув идола в мягкую ткань, Андрей покинул старую избу и вышел на улицу. Небо уже темнело, по нему растекалось серое осеннее облако. Ему предстояло вернуться в город, в лабораторию, где коллеги могли помочь определить состав металла. И только на полпути к автобусной остановке, он осознал, что его руки дрожат от возбуждения.

Он ещё не знал, что эта находка приведёт его к открытиям, в которых древние ритуалы и современная квантовая физика переплетутся в удивительном узоре. Но уже сейчас чувствовал, что почва уходит у него из-под ног, и привычные научные догмы вот-вот будут поставлены под сомнение.

Глава 2

Андрей прибыл в город ближе к вечеру. Автобус с жёсткими сиденьями и скрипящими дверями доставил его к серому зданию вокзала. Небо затянуло свинцовыми облаками, и в воздухе чувствовался неприятный запах выхлопных газов и сырого асфальта. После уединения деревни контраст оказался резким и почти отталкивающим.

Он направился к университетскому корпусу, где располагалась лаборатория материаловедения и прикладной физики. Там работала его давняя знакомая Алина – талантливая программистка и исследовательница, специализирующаяся на квантовых системах. Они познакомились на междисциплинарной конференции, где Андрей выступал с докладом о доисторических орнаментах славянских культур, а Алина показывала демоверсию своего программного симулятора квантовой логики. В то время они обсудили возможность взаимных консультаций: Андрей помогал бы с культурным кодом знаков, а Алина – с обработкой больших массивов данных, если они Андрею понадобятся.

Коридоры лабораторного этажа были выкрашены в спокойные светло-бежевые тона, по полу разливались блики от люминесцентных ламп. Андрей прошёл мимо стеклянных дверей, за которыми группы студентов и аспирантов копались в формулах, проверяли показатели на осциллографах или работали с микроскопами. Гул приглушённых голосов и монотонный шум приборов был на удивление успокаивающим.

Алина уже ждала его у входа в свой кабинет – просторную комнату, уставленную серверами, мониторами, 3D-принтером и несколькими странными устройствами, похожими на корпуса для квантовых чипов. Её тёмные волосы были небрежно собраны в пучок, а на носу сидели тонкие очки. Она помахала ему рукой:

– Привет, Андрей. Ты рано сегодня. Нашёл что-нибудь в своих экспедициях?

Он вместо ответа аккуратно достал свёрток с идолом из сумки. Завернутый в мягкую ткань, идол ещё сильнее выделялся в стерильной среде лаборатории. Алина приподняла бровь, когда увидела странный предмет.

– Металлический идол? Древний артефакт? – Она наклонилась ближе, пытаясь разглядеть узоры. – Это что за символы? Похоже на какую-то старую письменность… Возможно, аналоги буквиц или рунических знаков?

Андрей кивнул.

– Я обнаружил упоминания об этом ещё в деревенских записях XIX века. С виду – нечто языческое, но мне нужны точные данные. Я думал, мы сможем определить состав металла и понять, в чём особенность. Он тяжелее, чем кажется, и… у него был странный отблеск при вспышке камеры.

Алина озвучила в шутливом тоне:

– Надеешься найти секретный сплав, который бросит вызов современной металлургии? Или, быть может, скрытый QR-код от древних славян?

Она улыбнулась, но в её взгляде мелькнул искренний интерес. Они прошли к анализатору материалов – мощному спектрометру, совмещённому с рентгеновским дифрактометром. Андрей осторожно положил идола на специальную площадку. Алина запустила программу: монотонный гул оборудования, ровные зеленоватые индикаторы сканирования, и вот уже на экране начинают выстраиваться первые графики.

– Странно… – протянула она, всматриваясь в показания. – Состав не соответствует известным сплавам. Небольшое содержание железа, примесь никеля, но присутствуют пикантные детали: редкие элементы вроде иттрия, ниобия… Причём в сочетаниях, которые обычно не встречаются в природных рудах. Такое ощущение, что это изделие не из этой эпохи. И даже, может быть, не из этого региона.

Андрей почувствовал, как внутри него растёт странное возбуждение, смешанное с лёгким беспокойством.

– Возможно, древние мастера случайно выплавили уникальный сплав?

– Случайно? – Алина пожала плечами. – Сомневаюсь. Такое ощущение, что это материал – создан технологически, с учётом определённых свойств. Но мы же говорим о деревенской находке, датированной… XIX веком или раньше?

– Ещё старше, судя по дневникам. Они упоминали, что находки были совершены в тех местах задолго до прихода христианства. Если верить записям, у людей, живших там, были особые ритуалы и они говорили о «железных божествах», которые не меняются от времени.

Алина переключила экран на другой режим.

– Попробуем просветить идол под разными углами… Хм, интересно. Есть участки с аномально высокой плотностью. И, смотри, узоры на поверхности, кажется, закодированы не просто как орнамент. Это нечто вроде схемы. Может быть, геометрическое отображение данных?

Андрей приблизился к экрану, прищурившись: на развертке излучения, отразившегося от поверхности идола, проявились тонкие линии, складывающиеся в сложные симметричные паттерны. Они напоминали странные комбинации резьбы, которые он видел в некоторых артефактах бронзового века, но те были примитивнее и не так чётки.

– Если это данные, то какие? – спросил он вполголоса, почти забыв, что разговаривает с Алиной. – Никто из древних не мог знать о сложных структурах, напоминающих электронные схемы или квантовые ячейки.

Алина задумалась, накручивая прядь волос на палец.

– Давай предположим, что это своеобразный «информационный носитель». Теоретически, если бы у нас была дешифровка, мы могли бы интерпретировать эти узоры как код. Но в таком случае, что за «сообщение» может храниться в этом крохотном идоле?

Повисла пауза, во время которой шум лаборатории показался Андрею гулким и отдалённым. Он вспомнил слова старосты о том, что идол передавался из поколения в поколение. Вспомнил записи археолога о песнопениях и ритуалах при лунном свете. Возможно, древние обряды были чем-то вроде ключа к пониманию этого «кода»?

– Может, мне стоит дополнительно изучить культурный контекст этих символов, – заговорил он наконец. – Вдруг в фольклорных источниках найдётся подсказка. А ты, если возможно, попробуй симулировать структуры. Может быть, твои квантовые программы помогут найти закономерность.

Алина кивнула. В глазах её зажегся тот особый огонёк любопытства, который свойственен учёным, почуявшим тайну.

– Согласна. Знаешь, у меня есть экспериментальный симулятор квантовых связей, где можно вводить любую геометрическую конфигурацию. Добавим эти узоры и проверим, нет ли резонанса или закономерного паттерна. Ну а ты пока составь список символов и их вариаций. Есть ощущение, что мы близки к чему-то интересному.

Андрей кивнул, и в этот момент кто-то постучал в дверь. На пороге стоял молодой лаборант, державший кипу бумаг. Он бросил настороженный взгляд на странный предмет в сканирующем аппарате.

– Алина, ты просила отчёты по сверхпроводящим тестам… Вот они. – Он поставил папку на стол, стараясь не задавать лишних вопросов.

Когда лаборант ушёл, Алина повернулась к Андрею и тихо произнесла:

– Давай постараемся держать это в секрете, пока не поймём, с чем имеем дело. Я знаю любопытных ребят из соседней лаборатории, они обожают сенсации. А нам нужен чистый эксперимент.

Андрей улыбнулся и аккуратно вынул идола из аппарата, снова завернув его в ткань. В душе у него шла борьба: открытие могло быть либо фантастическим прорывом, либо глупым недоразумением. Но что-то в этом металле, в этих узорах и дневниках прошлого подсказывало: они на пороге знания, которое изменит их представления о том, что было раньше и что возможно сейчас.

– Договорились, – сказал он. – Я буду искать смысл символов, а ты попробуешь запустить свои симуляции. Посмотрим, куда нас приведёт этот путь.

За окном начинал моросить мелкий дождь, размывая огни улиц. В кабинете становилось тихо, лишь ровно гудели серверы, пока двое молодых учёных стояли на пороге большой тайны, ещё не зная, какой разброс фрагментов истории им придётся собрать воедино.

Глава 3

Вечернее небо за окнами университетской библиотеки уже погружалось в синий сумрак, а Андрей всё ещё сидел за старым дубовым столом, окружённый стопками книг. Лампы, подвешенные к массивным кованым карнизам, бросали тёплый свет на страницы, перечёркнутые затейливыми орнаментами. Библиотека находилась в старом крыле кампуса, где высокие окна и тяжёлые стеллажи создавали особую атмосферу – как будто он вернулся на столетие назад, в эпоху первых этнографов.

Он искал в старых монографиях и этнографических сборниках любые упоминания о схожей символике. Большинство книг, которые он пролистывал, были посвящены известным славянским орнаментам: солярным знакам, символам плодородия, узорам, призванным охранять дом от злых духов. Но искомые знаки выглядели иначе – сложнее, «технологичнее», если можно так сказать.

Андрей отложил одну книгу и взял другую, пометив закладками несколько интересных рисунков: нечто, напоминавшее соединённые кольца, спирали, причудливые геометрические фигуры. У него возникло смутное ощущение, что эти символы не предназначались для поверхностного чтения. Возможно, они были частью какого-то «метаязыка», в котором отразились знания о мире, недоступные примитивным представлениям о ремёслах и обрядах.

Он сделал небольшую пометку в блокноте: «Сопоставить найденные символы с орнаментами из архива деревенских записей. Обратить внимание на повторяющиеся мотивы спиралей и криволинейных форм. Сравнить с набором символов на идоле». Внутренний голос подсказывал ему, что где-то должна быть ниточка, за которую можно потянуть.

Внезапно его телефон завибрировал. Это была Алина. Он вышел в коридор, чтобы не мешать другим редким посетителям библиотеки.

– Привет, – раздался приглушённый голос Алины. – Я только что закончила прогон символов через мой квантовый симулятор.

– И как результаты?

– Странные, – призналась она. – Я попыталась задать координаты узоров как конфигурацию потенциалов для абстрактной квантовой системы. Предполагала, что ничего особенного не получится, но симулятор показал устойчивые паттерны. Знаешь, как будто символы задают «каркас» для энергетических состояний. Это нелепо звучит, но я будто ввела в компьютер не просто рисунки, а схему какого-то квантового устройства.

Андрей невольно улыбнулся. Слова «квантовое устройство» и «древний идол» звучали как полная фантастика. Но ведь вся эта история уже давно перестала вписываться в привычные каноны.

– Может, это своего рода древний код? – предположил он. – Я читаю тут этнографические труды. Ничего чёткого пока. Но есть упоминание о так называемых «голосах ночных духов», записанных в виде орнаментов. В некоторых преданиях эти узоры считались ключом к пониманию воли богов.

– Голоса ночных духов, – протянула Алина. – Звучит мистически. Но квантовый симулятор – вещь предельно рациональная. Она просто ищет математические паттерны. Попробуй взглянуть на это с другой стороны: что, если эти люди, которых мы считаем архаичными, каким-то образом зашифровали информацию, используя обрядовые символы? Информацию, которую можно интерпретировать в терминах современной науки?

Андрей задумался, глядя в окно на фонари, отражавшиеся в лужах.

– Это бы означало, что наши представления о знаниях древних народов слишком примитивны. Может, они обладали некой интуитивной формой науки, облечённой в мистические образы.

– У меня появилась мысль, – сказала Алина после небольшой паузы. – Я могу попробовать применить к узорам метод классификации, основанный на машинном обучении. Вдруг мы выявим повторяющиеся элементы, которые можно интерпретировать как «алфавит»?

– Отличная идея, – согласился Андрей. – А я попытаюсь найти хотя бы фрагмент текста или заклинаний, где упоминаются существа или объекты, символика которых близка к нашим узорам.

Они простились, и Андрей вернулся к стопкам книг. Теперь он знал, что его исследования не напрасны. Каждая деталь могла оказаться частью сложной мозаики. Он вспомнил о старике-волхве, которого встречал в деревне – о том, что кто-то когда-то упоминал «Нити Перуна» или «дороги Рода», по которым передаются знания. Алина говорила о квантовых паттернах, а этот волхв о потоках энергии божеств. Не слишком ли похожи эти концепции, хоть и обёрнуты в разные языки?

Погрузившись в очередную монографию о древних ритуалах, Андрей нашёл упоминание о песнопениях, выполняемых перед особым видом идолов, вырезанных из металла, «которого не творила земная рука». В песнопениях говорилось о «ключах к миру невидимому», о «знаках в железе», через которые боги «говорят огнём и светом».

Он тщательно переписал строки в блокнот, выделяя повторяющийся символ: треугольник, соединённый с кругом, скрещенные линии… Похоже, эти мотивы появлялись и на идоле. Может, речь о некой форме сакральной «космической грамоты», понятной лишь тем, кто знал секреты.

Слышались шаги библиотекарши, тихо перекладывающей книги. Андрей откинулся на спинку стула. Наступило странное чувство, будто они с Алиной стоят на границе двух миров – рационально научного, где всё поддаётся логике, и древнего, где через символы и обряды люди интуитивно постигали некие фундаментальные принципы Вселенной. Что, если славянские волхвы были не просто языческими шаманами, а своеобразными первоучёными, чьи знания искажены вековыми слоями мифов?

Телефон завибрировал снова – Алина отправила сообщение: «Завтра утром загляни ко мне. У меня есть идеи насчёт дешифровки. И ещё: постарайся узнать, не упоминалось ли где-нибудь использование звука или ритма при взаимодействии с такими предметами. Мне кажется, что нужны не только визуальные символы».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.