Академия Сейгард. Город Тысячи Пещер

ГЛАВА 5. ИЗЫСКИ АННЫ

Полет через окно на Иллая не подействовал, равно как и визит в кабинет к декану, если он вообще состоялся. Произошедшее только распалило одержимого гневом принца. Но Аста узнала об этом лишь за завтраком. Спала она отвратительно. Соседку, судя по всему, мучали кошмары. Та ворочалась и что – то бормотала, словно в бреду, лед со стены переполз на пол и превратил их комнату в самую настоящую ледяную пещеру.

Стало ясно, почему изначально у студентов с разными стихиями здесь были разные корпуса. В Килденгарде на ее этаже в красивейшем здании, напоминающем дворец, жили старшекурсницы с разных факультетов. Все вперемешку.

Пол ночи Аста тряслась и стучала зубами, свернувшись клубком под двумя шкурами, пыталась разбудить ледышку, но толку было мало. Бьянка просыпалась на пару секунд и отключалась вновь. Пару раз Аста даже подумывала зажечь несколько огненных сфер и погреться, в академии такое делают на первом курсе, простенько и почти не требует контакта со стихией, но перед глазами сразу встал дракон, пикирующий вниз на монаршую особу. К пяти утра она обессилела, привела себя в порядок и даже красиво оделась для первого дня занятий. Выбор пал на нежное платье цвета пыльной розы с пышной юбкой, доходящей почти до щиколотки, и ярким, красным атласным поясом, который она завязала причудливым бантом. Форму, что выдал ей Кейлор, Аста потеряла еще вчера, но не сильно горевала по этому поводу. Над волосами она тоже успела поколдовать, благодаря раннему пробуждению времени было в достатке. Когда Аста отправилась на завтрак, Бьянка еще спала, но кошмары видимо отступили, и количество льда заметно уменьшилось.

Путь в столовую она нашла без особых усилий. И сразу поняла, ей будет в разы сложнее, чем она надеялась. Если вчера на нее все лишь презрительно смотрели, то сейчас шарахались как от чумной, а некоторые откровенно посмеивались, перешептываясь. С нарядом вышла оплошность. Когда Кейлор проводил ей экскурсию по столовой, на наряды учащихся она как – то внимания и не обратила. А ведь все были в форме. Все до единого, без исключений. В ее академии тоже была форма, но для старшекурсников почти не было правил, по большей части ее надевали только на экзамены и официальные мероприятия.

Иллай, нацепив маску презрительного безразличия, отыгрывал роль мерзавца. Хотя, кто знает, может он и правда стал таким. Сидел принц на том же месте, что и накануне, а черноволосая девица, расположившись рядом, кормила его виноградом.

Почти все столы были заняты, но Аста приметила небольшой столик на двоих в углу, у выхода на балкон. Гордо вздернув нос, она прошествовала к длинному столу с блюдами, позади которого, что – то помешивая в котелке, суетилась добротная женщина лет шестидесяти с упрямыми рыжими кудрями, что так своенравно выбивались из под чепчика. Меню было явно скромнее, чем в Килденгарде, где трудились лучшие повара столицы, и все, за исключением чаши с фруктами, хоть и пахло аппетитно, было ночным кошмаром любой девушки, что заботилась о красоте фигуры и нынче обязательном для любой уважающей себя леди тонком аристократическим стане.

Тушеный картофель с мясом, свиная рулька, жаркое в глиняных горшочках, домашние колбаски, блинчики с начинкой и без, а еще пирожки. Румяные, только из печи. О столичной моде на блюда из рыбы или вообще – на исключительно овощные – рыжеволосая повариха точно не слышала. Рука, предательница, сама потянулась к пирожку с мясом, но Аста вовремя себя одернула. Она бы с удовольствием вкусила все, явно с душой приготовленные яства, вот только тонкий стан дался ей неимоверными усилиями. Внешне Аста была похожа на мать, правда та, кроме бледной кожи и роскошной копны светлых волос по сей день обладала точеной фигурой, уплетая при этом точно такие же пирожки и всяческие сладости за обе щеки. А вот Аста пошла в отца и толстела, стоило ей лишь посмотреть на что – то жирное, сочное и непременно очень вкусное, потому последние пару лет ела то, от чего в пору сойти с ума. Овощи на пару, рыбу – белую, тоже на пару и прочие гадости. Но оно того стоило. Винсенту нравились худые барышни, хрупкие словно фарфор, да и в академии худоба была особенно в моде. Повариха же тем временем решила окончательно прикончить Асту, и пока она накладывала на тарелку фрукты, водрузила на стол котелок с мясной похлебкой. Такой наваристой и ароматной, что у Асты чуть слезы на глаза не навернулись от несправедливости. Смерив Асту внимательным взглядом, повариха уставилась на дольки яблока и апельсина, которые Аста аккуратно разложила по тарелке, и запричитала:

– Новенькая? Тощая какая, боги, бледная… Словно сама богиня смерти. Ты что ж это делаешь? Брось ты эти яблоки, картошечку возьми, похлебка вот. C пылу с жару.

– Спасибо, но я не голодна. Мне бы чаю, если можно.

– Можно, конечно! Сейчас сделаю. Звать – то тебя как?

– Астория. Можно просто Аста. А Вас?

Повариха щедро насыпала заварки прямо в кружку:

– Анна. Может блинчик или пирожок? Есть и сладкие, и с мясом…

Сколько надежды было в этом взгляде, но Аста вновь вежливо отказалась и, отстояв свою тарелку с фруктами, направилась к столу. Поставила тарелку и пошла за чаем, а когда вернулась, тарелки уже не было. По залу прошлась очередная волна смешков. Поэтому Аста задрала нос еще выше и гордо села за стол с одной единственной чашкой чая. Ничего. Полезно для фигуры. Худее будет.

Чай был вкусный, с травами и очень уж выраженной сладостью. Не сдалась, значит, повариха и все таки запихнула в чашку ложку меда, пока Аста не видела. Наслаждаться чаем, увы, пришлось недолго. Чай превратился в лед, а чашка заледенела настолько, что Аста с трудом отодрала ее от пальцев. Чашка упала на стол и треснула. По залу прошелся очередной смешок. Виновника долго искать не пришлось. Он и не прятался. Сидел на лавке рядом с Иллаем и злобно сверлил ее ледяными глазами. Такой важный, а стихией – то владел плохо, даже хуже ее соседки, простенький трюк, а лавка вся во льду. Аста почти вышла из себя и уж было собралась метнуть в ледышку огненный шар, но помощь пришла, откуда не ждали. В ледяного мага полетела деревянная ложка, а повариха, скинув фартук, вылетела в центр столовой, словно фурия:

– Ты что вытворяешь, паршивец? Мало вам ваших игрищ у гейзеров? Чуть пол академии не разнесли! Делать нечего, как над новенькой издеваться?

Тетенька серьезно нарывалась. Глаза ледышки озарились крайней степенью бешенства, а лед стремительно пополз в сторону ее единственной союзницы в этих пещерах, но так и не достиг ног поварихи.

Парень свалился с лавки на пол и схватился за голову, из носа пошла кровь. Иллай вскочил на ноги, приготовившись к драке. Пальцы принца горели пламенем, глаза искрились, как вчера в ее комнате. Глянув на корчащегося от боли приятеля, Иллай прорычал:

– Довольно! Или гореть будешь так долго, что сам станешь молить о смерти!

За спиной у Асты равнодушно хмыкнули, но ледышке кажется полегчало.

– Тогда псов своих держи при себе, Мэйсон. Не хочу сегодня остаться голодным.

Голос приятный. Мелодичный. Иллай, бросив на нее еще один, вероятно сотый по счету, полный ненависти взгляд, все же усмирил свой гнев и уселся на место, пока свита поднимала ледышку. Аста развернулась. Высокий, худой, болезненно бледный, словно не спал месяцами, но при этом красивый настолько, что аж зубы сводит. Яркие глаза цвета лесной зелени, черные длинные волосы, убранные в высокий хвост. Форма с серебристыми нашивками. Такой она в академии еще не видела. И заостренные уши. Эльф! Аста собралась было познакомиться, но прозвучал горн, означавший конец завтрака и начало занятий. Красавец меж тем грациозно уплыл в сторону стола с едой и совершенно одухотворенно, словно ничего и не было, изучал ассортимент, пока повариха что – то щебетала, наливая ему щедрую порцию похлебки.

ГЛАВА 6. РЕЙДЕН

Рейден Омни.

Принц совсем с цепи сорвался. И раньше было несладко, но появление Астории Берлейн, кажется, окончательно лишило Иллая рассудка. Не успей он выскочить из душа, наспех схватив полотенце, и вышвырнуть гаденыша из комнаты через окно грубейшим боевым заклинанием, неизвестно, чем бы все закончилось. А девица стояла в остатках платья и совершенно бесстыдно его разглядывала, вместо обычного «спасибо». Причем разглядывала как – то обидно, совсем без восторга, пренебрежительно морща свой аристократический нос. Иллай на разговор, конечно же, не пришел. Впрочем, как и всегда. Искать принца он не стал, лишь мыслено поблагодарил духов за то, что единственная комната, оставшаяся свободной после очередной выходки принца, была по соседству с той, где поселилась девица. На всякий случай перед сном накинул на дверь ее комнаты простенькое охранное плетение и «сигналку». Не хватало еще, чтоб мальчишка вернулся ночью и окончательно разрушил себе жизнь. Но утром он и сам захотел придушить девицу. Моль явилась на утреннюю тренировку в платье. На бал что ли собралась? Платье в принципе было ничего, хотя трусы с бантами приглянулись ему куда больше. Стояла посреди пещеры, гордо вздернув нос. Иллай, как и прочие, демонстративно девицу игнорировал, но Рей чувствовал, что принц еле сдерживается. То, что наследник престола Эльсинора и Астория Берлейн знакомы, он уже понял. Мать этой бледной моли прямым текстом сказала, что узнала принца. И он вспомнил ее. Мелькала пару раз в королевском дворце в Эльсиноре и, кажется, была подругой матери Иллая. А значит и девица там бывала. Но сейчас стояла вся такая важная, гордая, ужасно довольная собой и своим нарядом. Еще и прическу соорудила, но совершенно не понимала, что в паре метров от нее вот – вот рванет. Рей планировал обычную тренировку, но девица заставила его передумать. Не зря же на болотах ночью появилась брешь в материи, и теперь там шастала всякая нечисть. Вечером они с Лиораэлем как раз туда собирались, чтобы навести порядок. Но не пропадать же такому добру.

ГЛАВА 7. «ЛЕДИ»

Хам стоял в центре небольшого грота, облаченный в черное с красными нашивками, как и все студенты факультета огня. На тренировку пришло человек двадцать, хотя огненных в академии, со слов Бьянки, было больше сотни. Возможно, герцог делил студентов на группы. Иллай со своей девицей тоже присутствовали. И конечно же демонстративно ее игнорировали. Все молчали, ожидая начала практики, и она молчала.

– У нас разрыв материи на болотах. Так что навыки сегодня оттачиваем там. Что скажете? Поджарим нечисть?

Студенты одобрительно загудели и направились в сторону заваленного камнями прохода, ведущего непонятно куда, Аста же застыла на месте. Болота? Серьезно? Он издевается? Более чем довольный собой герцог не сводил с Асты насмешливого взгляда. И правда издевается, да еще и не стыдится.

– Ну что же Вы стоите, леди Берлейн? Уверен, представители местной фауны высоко оценят Ваше платье. Жалко, что шляпку забыли, – взмахнув рукой, хам прошептал простенькое заклинание.

Камни взлетели в воздух, освобождая проход. Иллай и свита уже скрылись из виду. Явно знали дорогу, а вот Аста так и стояла, закипая от гнева. Герцог же совершенно беспардонно схватил ее за рукав платья, словно котенка за шкирку, и запихнул в узкий, темный, сырой и крайне некомфортный тоннель. Махнул рукой и вновь завалил проход. Проход был такой узкий, что идти можно было только по одному, даже Аста со своей худобой чувствовала себя тесновато. Судя по голосам, остальные ушли вперед метров на десять.

– Студентка Берлейн, поживее, у нас впереди два часа пути.

От удивления Аста резко развернулась и врезалась герцогу носом в грудь. Твердую, как стены этого самого тоннеля.

– Два часа? Вы специально это затеяли?

– Не льстите себе. Думаете, мне есть дело до столичной фифы из Килденгарда?

Рука взлетела в воздух и со звонким хлопком опустилась на щеку герцога быстрее, чем Аста успела сдержать порыв.

На лице Рейдена Омни остался розовый след от ладони. Браво Астория, второй день в Академии, а уже успела декана и трусами удивить, и пощечину дать. Дважды. Герцог схватил ее за руку и рванул вперед так, что она снова чуть не клюнула носом ему в грудь. Над ними моментально развернулся щит тишины. И когда только он успел произнести заклинание? Но стало как – то не по себе. Руку мужлан отпускать не собирался. Держал хоть и стальной хваткой, но не больно, даже приятно. Руки у герцога были теплые, явно грелся от резерва, а вот Аста весьма продрогла и уже сто раз прокляла себя за то, что не накинула хотя бы шаль. Пахло от него костром и тем самым хвойным мылом. Но на светскую приятную беседу хам настроен не был:

– Послушай, леди. Я уже понял, что с принцем ты знакома. Не доводи парня до греха, он и так весь трясется от одного твоего вида. Ты ведь и представить не можешь, через что ему пришлось пройти. Если у тебя есть хоть капля совести и сострадания, сиди в своей комнате и не отсвечивай рюшками. У нас здесь не смотр невест, а академия, ясно?

И вот, третья по счету пощечина. За нее Асте было совершенно не стыдно. Фифу он нашел видите ли, на себя бы посмотрел. Пользуясь секундным замешательством герцога, Аста вырвала руку и направилась по коридору вслед за остальными. В этом месте, казалось, что гордость – единственное, что у нее осталось. Но мать всегда учила ее, никогда не вешать нос и не склонять голову.

– И может хватит драться? – прилетело ей в спину. – Тоже мне. Леди.

ГЛАВА 8. БОЛОТА

Рейден Омни.

Фифа оказалась с характером, а так и не скажешь. Ударила его. Трижды за два дня! Не больно, магию не вложила, лишь прошлась тощей лапкой по щеке, но гордость зацепила. Конечно сам виноват, мог бы и помягче выразиться, но девица бесила так, что аж зубы сводило. Этими своими модными платьями, небось от лучших портных Килденгарда, с кружевами и рюшками, атласными лентами. За одно такое платье можно было неделю кормить сирот в городском приюте Эльсинора, но нет, все это великолепие фифа нацепила на практику… И главное, где? В пещерах Сейгарда! Одни туфли чего стоили. Темно – красные, на маленьком каблучке. Самое то для Сейгардских болот. Но чапала вперед, как ни в чем не бывало, задрав нос с явным чувством собственного превосходства.

Из тоннеля они вышли спустя почти два часа, нагнав по пути Иллая с остальными. Не успев толком сделать и шага по тропинке через болото, девица, ожидаемо, поскользнулась на своих изящных каблуках и плюхнулась в зеленую жижу под бурный хохот группы. Вид был воистину шикарный. Фифа тонула в жиже, а вот пышная юбка явно была против и парусом лежала на поверхности. Рей закатил глаза, опустился на колени, измазавшись в грязи, но все же выволок бледную моль на тропинку. Волосы рассыпались по плечам, хотя часть так и осталась заколота шпильками на затылке. Концы светлых прядей сменили цвет на грязно – зеленый. Туфли канули в бездну. Вишенкой на торте было платье, что повисло на тощей фигурке мокрой тряпкой.

На болотах было на удивление спокойно, что уж очень не понравилось Рею. Пока девица гордо отжимала подол платья, он задрал голову вверх и осмотрел своды пещеры. Ничего. Совсем ничего.

– Так нет же разрыва… – пробормотала моль.

– Без тебя будто не заметили! – шикнула Амалерия. Подружку Иллая Рей на дух не выносил, но сейчас с юной эсгаркой был солидарен. Лучше бы моль и правда стояла молча и не мешала.

Он злился. Следов от разрыва не было. Ни чудищ, ни малейших искажений материи. Варианта, собственно, было два. Или кто – то разрыв мастерски заштопал. И этим «кто – то» точно был не он и не Лиораэль. Или бреши не было вовсе. Какой вариант ему нравился меньше, Рейден так и не определился. Здесь и без разрывов вечно шастала всякая гадость. По большей части, конечно, безобидная, но пакостная. Потому и завалили единственный проход к Академии. Но сейчас на болотах был полный штиль.

Моль, на удивление быстро оправившись от болотных ванн, зевнула, изящно прикрыв рот ладошкой, и устало промямлила себе под нос:

– Как же в сон клонит…

Он бы и не обратил на нее внимание, но девица испуганно распахнула серые глаза и пропищала:

– Эртейская пыль!

– Чего? – Амалерия, поди, о таком и не слышала. – Какая, к демонам, пыль?

Рей, к сожалению, понял «чего», как и принц, поймавший его взгляд:

– Я еще в тоннеле засыпать начал. Обратно не дойдем.

Вот и он… Тоже. Размяк еще в дороге. Думал, ссора со столичной фифой вытянула из него всю энергию. Мысленно выругался, проклиная и себя, и Лиораэля. Взбрело же им когда – то в голову особо склонные к разрывам участки пещер опутать защитной «сеткой». Чтоб наверняка. Защита работала на отлично, но с побочным эффектом. Портал здесь было не открыть, правда раньше это его не заботило. Прогулки по два часа в каждую сторону отлично отражались на эмоциональном состоянии его подопечных, давая возможность собраться с мыслями и выпустить пар.

Принц был прав, времени на обратную дорогу не оставалось. Не пройдет и получаса, свалятся без сил и уснут сном младенца.

– Идем на север. До сторожевой башни, – зевнув, выдал принц, с трудом боровшийся со сном. – Там есть выход на поверхность.

Ах вот значит, куда мальчишка девается по ночам. Воздухом дышать ходит.

– Это же ловушка. Или вы серьезно думаете, что кто – то просто так рассыпал тут мешочек пыли, которую на всем континенте днем с огнем не достать? – выдала моль, всматриваясь вглубь жижи в поисках туфель. – Вряд ли нас наверху ждет теплый прием. Не находите, Ваша Светлость?

Рея аж передернуло. Если паршивец и правда пользуется заброшенным входом в пещеры, то и ловушка вполне могла предназначаться именно ему. Чуяло сердце, рано или поздно принца кто – нибудь узнает. Как никак на момент «гибели» Иллаю было пятнадцать. Считай, взрослый парень. Да, за пять лет изменился. Сильно. Но моль же узнала. Что, если был кто – то еще… Кто и разрыв прикрыл, и тварей убрал, чтоб не поглотили всю пыль, и мальчишке хоть что – то осталось.

Фифа оказалась умна, чем взбесила его еще больше:

– У Вас есть предложения получше, леди Берлейн?

ГЛАВА 9. ТЕРМАЛЬНЫЕ ВАННЫ

Еще и в болото нырнула. Просто замечательно. Платье провоняло мерзкой жижей и облепило тело. Спасибо, конечно, герцогу за протянутую лапу, но она и сама бы выбралась. Отжала подол, что есть сил, но лучше не стало. Холодно и противно. Сдалась и собралась было рискнуть, и подсушить платье огнем, как вдруг зевнула. Сладко, от души, словно три секунды назад не тряслась от холода, и тело вдруг налилось приятной тяжестью. Запахло бедой.

– У Вас есть предложения получше, леди Берлейн?

Вот же хам. А предложения были. Перед сном она внимательно изучила карту Сейгарда и сейчас примерно понимала, где именно они находятся. Она была здесь c Винсентом, только не внутри, а снаружи. На окраине Эльсинора. У водопада бурной горной реки Арган.

Идея была рискованная. Древне – кессарийские заклинания требовали сил, которых у нее не было, но другого выхода она не видела. Портал тут не открыть. Только слепой не заметил бы защитную сетку на сводах грота, где располагались болота. Наверняка герцог лично расстарался. Такую снимать не менее часа.

Подошла к стене пещеры, хоть и знала, стена та самая, что ведет наружу. В ущелье водопада. На всякий случай приложилась ухом к шершавому камню… Шумит.

Положила обе руки на стену, коснулась прохладной поверхности лбом:

– Мэйсон, поделишься силой?

Кажется, она слышала, как сзади поперхнулась черноволосая подружка принца.

– Берлейн, что за фокусы? – рявкнул герцог.

За спиной послышались шаги.

– Мэйс, не подходи! – девица – то у «Мэйса» неугомонная. И как только он ее терпит. Не знает же ведь, что Аста придумала, но уже взъелась.

Принц молча и неуверенно, но все же подошел и застыл у нее за спиной. Он, в отличие от своей подружки, понял, в чем состоял план Асты. В детстве они частенько таким занимались.

Отец Асты, хоть ныне и впал в немилость великой Фейссы – хан, как никак был ее сыном. Единственную внучку Фейсса – хан обожала и позволяла Асте куда больше, чем было бы дозволено приличной леди в Килденгарде. В том числе часами изучать древне – кессарийские заклинания, обряды и ритуалы, описанные в бесценных фолиантах с тысячелетней историей, надежно спрятанных в самых недрах обширной библиотеки кессарийской правительницы.

Древние кессарийцы были в десятки раз сильнее современных правящих династий континента, а потому и ритуалы были мощные, но затратные. У Иллая даже в детстве сил было в достатке, и он не жадничал. Позволял Асте черпать все, что было, дабы опробовать прочитанное. Иногда выходило боком. Пару раз чуть дворец не спалили, да и принц потом днями валялся почти без сил, хоть и ни разу ее не сдал. Но все же подошел, значит, за пеленой гнева остатки здравого смысла остались. Понимал, что вариантов у них особо – то и нет, если не желают поспать на болотах, пока кто – то перережет им горло. Амалерия сзади что-то бубнила, но Аста ее уже не слушала. Ладонь Иллая накрыла ее руку, вторую он положил на стену, отзеркаливая ее позу. Сделав глубокий вдох, Аста зашептала заклинание на древнем языке. Сила принца обжигала вены и отдавала болью во всем теле, но хотя бы бодрила. Стена под их ладонями задрожала и стала почти неосязаемой. Водопад, залитое солнцем ущелье. На дворе январь, но в Эльсиноре всегда лето. Сама Аста, продолжающая читать заклинание, все еще ощущала под ладонями холод пещеры. Иллай, видимо, тоже, так как ладони не убрал, еще и лбом припал для надежности туда, где должна быть стена. Герцог сориентировался первым, уловив ту тонкую грань, когда стена и правда на миг растворилась, и рявкнул:

– Вперед, живо!

Студенты ринулись наружу. Прикинув, что все вроде выбрались, Аста выдернула руку из ладони Иллая и что было мочи пихнула принца в спину. Прозрачная грань замерцала, но выдержала. Принц рухнул на землю, чуть не придавив свою подружку, и тогда она убрала вторую руку. Перед носом вновь появилась стена. Она бы в любом случае не выбралась, а так хоть что – то.

Аста развернулась и почти обессилив сползла вниз по стене, в сон клонило нещадно.

– Спать прямо тут собрались?

Открыв глаза, узрела герцога, стоявшего по колено в грязи, скрестив на груди руки, и застонала:

– Как и Вы, судя по всему…

– Студентка Берлейн, Вы вообще знаете, чем Вам грозят подобные кессарийские штучки?

– Знаю. Потому, будьте так любезны, помолчите хоть минуту. И так все тело болит, а за своего любимчика не волнуйтесь, я совсем немного силы взяла. Мне пока жизнь дорога.

Она не лгала. У Иллая силы взяла совсем чуть – чуть, зато свой резерв выжгла почти полностью. В детстве брала в разы больше. Сила принца, хоть и огонь, всегда была мягкая, теплая, словно солнце в Эльсиноре, приятно щекотала ладони и согревала тело. Может и прав он был тогда у нее в комнате, принц Иллай и в самом деле умер. Остался только Мэйс. Грубый, дерзкий, жестокий. И сила такая же, сжигающая каждую клетку тела. Почти заснула, но почувствовала, как герцог взял ее на руки.

Очнулась от шума воды, разлепила глаза. Оказалось, лежит на весьма теплом камне у голубоватого озера, от которого исходит пар. Еще один термальный источник. Интересно, сколько их в Сейгарде? Под головой у нее, аккуратно свернутый в кулек, лежал черный свитер. Герцог. Точно. Искать его долго не пришлось, подняла голову и вот… Расслабляется в источнике, прикрыв глаза. Позволила себе пробежаться взглядом по лицу нахала и даже расстроилась. Герцог был совсем неплох, хотя признавать это не хотелось. Черные волнистые или даже, скорее, кудрявые волосы, едва достающие до плеч, намокли и стали виться еще больше. Густые прямые брови вразлет. Почти идеально ровный нос. Высокие скулы, в меру пухлые губы. Почувствовав на себе взгляд, герцог распахнул черные глаза и промурлыкал:

– Любуетесь, леди Астория?

Вот же язва.

– Еще чего. Не дождетесь.

Хам лишь усмехнулся:

– Освежиться не хотите или уже сроднились с болотной жижей?

Точно. Платье. Высохло, пока она дрыхла на камне, и встало колом. Провела рукой по волосам и ужаснулась. Вид явно был впечатляющий. Искупаться хотелось до изнеможения. Герцог, тем временем, продолжал наслаждаться ваннами.

– Не накупались еще? Может все же попытаетесь хоть секунду быть джентльменом и оставите меня одну?