Ангел любит лишь тебя

Когда на сердце камень – тяжело.

Но разве легче, если сердце – камень?..

Юрий Воронов. Память

Глава 1

«Чувствую себя бездомной собакой, которую только что пнули под зад. Впрочем, как всегда. Глядя на меня, вы, конечно, об этом не догадаетесь. Я Юлиана, обычная двадцатисемилетняя девушка. Работаю менеджером – продаю холодильное оборудование. Симпатичная, в меру ухоженная. Но ведь не зря говорят, что внешность обманчива. Внутри я надломлена, одинока, я всегда настороже. Я хорошо умею прятаться, чувствую опасность за километр и никогда не подпущу к себе чужого. Вам жалко меня? Не стоит, я уже привыкла. Сегодня почему-то мне особенно тревожно. И повода вроде нет, жизнь идет своим чередом, но что-то так и тянет оглянуться и проверить, все ли в порядке».

– Чего такая хмурая?

«Этот охранник никогда не упускает шанса со мной заговорить. Каждый раз одно и то же – прибауточки, заигрывания. Он даже не подозревает, что любая его шутка для меня испытание. Ну не люблю я такие разговоры, теряюсь и не знаю, что ответить. И чаще всего жду не шутки, а замечания или выговора. И от охранника, и от уборщицы, и даже от коллег по офису. Никак не могу привыкнуть к тому, что со мной уже давно так не разговаривают. Все мои страхи родом из детства, когда… а впрочем, лучше не вспоминать – до сих пор слишком больно».

Юлиана приложила пластиковую капельку к турникету, и загорелась зеленая стрелка – путь домой свободен, выходные начались.

– Холодно там, – ответила девушка, кивнув в сторону улицы.

– Так оставайся, здесь тепло! – хмыкнул охранник.

Юлиана сдержанно улыбнулась и, уже выходя за дверь в студеный февральский вечер, проговорила:

– До свиданья!

Она включила наушники, и в ушах голосом Макаревича заскрипела «Машина времени». Морозный воздух забрался под шарф и принялся выстуживать пуховик. Девушка медленно шла по оживленной улице, освещенной вывесками, и думала о своем.

Там вокруг такая тишина,

Что вовек не снилась нам.

И за этой тишиной, как за стеной,

Хватит места нам с тобой…

«Интересно, а где мое место, мой дом, в котором тихо, тепло и безопасно? Явно не здесь, на окраине Москвы, где мы с Галкой снимаем убогую обшарпанную однушку. В подъезде всегда воняет. Котами, застарелым куревом и сыростью. На стенах разводы, на лестнице мусор. В темном предбаннике никогда не горит свет. Скверное местечко. Никто в здравом уме не захочет тут жить. Но мы согласились – потому что это самый недорогой вариант из всех, что нам удалось найти».

Дверь, ведущая в подъезд старенькой «хрущевки», захлопнулась, замыкая пространство и создавая иллюзию безопасности.

– Ходят и ходят, – послышалось из-за соседской двери, – постоянные гулянки! Власти на них нет! Полиции!

В одной руке Юлиана держала тяжелый пакет из овощной палатки, очень кстати расположившейся прямо под их окнами, другой пыталась открыть дверь в квартиру. Оттуда слышалась веселая громкая музыка, которая многократно усилилась, как только девушка справилась с замком и толкнула дверь.

– Юля, привет! А у нас тут вечеринка, – темноволосая кареглазая Галка Королёва с порога окатила ее волной слащавых духов.

– Опять новые люди, Галь! Тебе не надоело? Соседи вон жалуются… – Юлиана бросила сумку на пол и принялась стягивать куртку.

– Да ну их, соседей! Они всегда жалуются, в мою жизнь лезут, потому что своей у них нет! – беззаботно отмахнулась подруга. – Ты присмотрись вон к тому мальчику, светленький такой, зовут Василий, – Королёва мечтательно посмотрела в сторону компании из трех мужчин, – я бы его себе взяла, но…

– Вот и забирай себе своего Василия, – буркнула Юлиана, бросив неприязненный взгляд на незнакомых людей.

– …для тебя мне ничего не жалко, – спокойно продолжила девушка, как будто ее не перебивали.

– Я пойду чаю налью, на работе целый день дурдом какой-то, – пожаловалась Юлиана, в глубине души надеясь, что подруга про нее забудет, увлекшись очередным кавалером. Королёва звонко хохотнула, больно ткнула ее в бок и спросила:

– Что, все разом захотели холодильников накупить?

Юлиана вздохнула и не ответила.

– Иди, иди за чаем, только вернуться не забудь! – проницательно заметила Галка.

Юля прошла через небольшой коридор и оказалась в тесной прокуренной кухне. Маленький стол был покрыт грязной клеенчатой скатертью, пол усыпан крошками, по углам примостились бутылки из-под выпивки. Венчала прекрасную картину раковина, полная грязной посуды. За столом двое молодых людей что-то увлеченно обсуждали.

– Ну здравствуйте, дорогие мои друзья, – насмешливо произнесла Юлиана.

Гости опасливо посмотрели на девушку, ожидая продолжения, но она молчала.

– Здравствуйте, – наконец вежливо поздоровался один из них, – а вам чего?

– Мне чаю, – спокойно ответила Юлиана, – и желательно в одиночестве и тишине. А вам?

– А что нам? – не понял парнишка.

– А вам я предлагаю быстренько свернуть свой спор и отправиться курить на лестницу, а еще лучше на улицу.

Дверь за спорщиками осторожно закрылась, Юлиана улыбнулась и потянула на себя скрипучую оконную створку. Ломтик луны, словно подвешенный на гвоздике, усмехнулся ей. Холодный февральский ветер зашумел и зашевелил занавески, унося с собой тепло, табачный дым и запах перегара, оставленный философски настроенными собеседниками.

Юлиана достала закопченный зеленый чайник, вылила из него остатки воды с кусочками накипи в раковину, нацедила воды из фильтра и включила газ.

«Да, это не мой дом. Но это место, куда я могу возвращаться каждый вечер. И как, черт побери, хорошо, что оно у меня есть».

Спустя несколько секунд в кухню вихрем внеслась Королёва. Она критически оглядела обстановку, сдунула с лица мешающуюся завитую прядь и требовательно спросила:

– Юлька, а где мальчики? Ну, которые сидели здесь…

Юлиана ответила ей раздраженным взглядом. Галка отмахнулась:

– Ай, ладно тебе. Ну что, ты готова?

– Я только чайник поставила. Галь, может, сегодня без меня, а? – недовольно произнесла Юлиана. Королёва сочувственно посмотрела на подругу:

– Ты слишком себя жалеешь! За личное счастье надо бороться, и мы с тобой…

– …его поборем, – закончила Юлиана и добавила:

– Галь, давай потом, ну пожалуйста?

– У тебя каждый день потом и каждый день не сегодня! – Королёва задорно улыбнулась и подмигнула.

– А у тебя каждый день сегодня, – вздохнула Юлиана.

– Пусть так, но зато я не цепляюсь за прошлое, а смело смотрю в будущее, – Королёва посерьезнела, выжидательно уставилась на подругу.

– Если ты про Артема, то сейчас я точно не хочу это обсуждать, – Юлиана налила кипяток в большую стеклянную чашку и раздраженно бухнула чайник на плиту. Чайный пакетик лениво всплыл, оставляя за собой коричневый след.

Галка пожала плечами. Мол, не вижу никаких проблем. В этом вся она. Какие проблемы? Нет проблем. Никаких вопросов, только ответы.

– Юлька, ты так пострадала из-за той истории, поэтому ты должна забыть его и идти дальше! – Галка решительно махнула шевелюрой и закрыла окно. Юлиана взяла чайный пакетик за этикетку и осторожно за него потянула. Вода вмиг потемнела, приобретая однородный темно-янтарный цвет.

«Пострадала, конечно, не то слово, – подумала Юлиана, – с тех пор, как Артем ушел, моя личная жизнь пошла наперекосяк. Я никому не доверяю – боюсь предательства, боюсь, что мне снова сделают больно. Я одинока и уже почти смирилась с этим. И даже почти забыла Артема. Но недавно он снова объявился».

– Галя, я выучила каждое слово, которое ты собираешься мне сейчас сказать! – Юлиана начала сердиться. – Прошу тебя, не трогай меня хоть сегодня!

– Поняла, поняла, все, молчу! – Галя повернулась к Юлиане, примирительно взяла ее за плечи и немного встряхнула. – Не злись, ты же понимаешь, что я за тебя волнуюсь.

– Все, Галя, все! Больше ни слова! Если хочешь, зови своих кавалеров, только отстань от меня, ради всего святого!

Королёва довольно улыбнулась, и Юлиана поймала себя на мысли, что Галка затеяла этот разговор совсем с другой целью. Собственно, которой в итоге и добилась.

Впрочем, эта вечеринка была не так уж и плоха. Компания подобралась гармоничная, лишние экземпляры быстро отсеялись. Юлиана смирилась с тем, что Королёва от нее не отстанет, и расслабилась. Тревожные мысли не исчезли, но словно померкли, отступили на задний план.

Около двенадцати сквозь орущие динамики неотчетливо послышался какой-то звук.

– Галя, к нам, кажется, стучат! Выключите кто-нибудь музыку.

Светловолосый коренастый Василий оторвался от Королёвой, с которой танцевал весь вечер, и метнулся к компьютеру, чтобы выключить плеер. На мгновение стало тихо. Еще секунда безмолвия, и все вздрогнули от настойчивого, беспокойного стука в дверь.

– Кто это может быть?

– Может, соседи? Проверьте, мы никого не заливаем?

– Надо посмотреть, кто это. Вася, иди вперед!

Вся компания опасливо двинулась к двери. Галка подошла к ней вплотную, с любопытством посмотрела в глазок, а потом повернулась к друзьям и прошептала:

– По-моему, мы встряли.

Оказалось, что в подъезде, где девушки снимали квартиру, живут не столь терпеливые соседи, как представляла себе Королёва, устраивая регулярные вечеринки с громкой музыкой, случайными гостями и обильной выпивкой. И собственная жизнь у соседей имелась, и ее, как ни странно, они готовы были защищать.

Озверев от грохочущей музыки и танцевального топота, соседи вызвали полицейских. Те приехали и проверили у всех паспорта. А еще попросили подтвердить, что ребята имеют право находиться в квартире. Юлиана тщетно искала договор аренды до тех пор, пока притихшая Королёва не призналась в том, что выкинула его, посчитав, что раз квартиру девушкам сдали, то больше документ им не понадобится. До хозяйки дозвониться не удалось, она упорно не подходила к телефону. Юлиана попыталась все спокойно объяснить, но один из гостей начал качать права, случайно толкнул полицейского, и вскоре вся компания оказалась в отделении.

***

В полицейском участке парней сразу же куда-то увели. Юлиана с Галей остались в помещении, разделенном крупной решеткой на две части. По другую сторону решетки за обшарпанным столом сидел молоденький худощавый полицейский. У него были большие черные глаза, обрамленные густыми длинными ресницами. Он сидел очень ровно, внимательно вглядывался в монитор, своим серьезным видом демонстрируя, что ни на какие провокации не поддастся. Галка сначала болтала, не останавливаясь, шутила, громко смеялась и весело упрашивала их отпустить. Когда Королёва поняла, что ее обаяние не работает, то замолчала. Казалось, девушка просто устала, но Юлиана видела, что подруга в растерянности.

Спустя пару часов утомительного сидения на жесткой лавке Юлиана услышала пронзительный звук – на столе зазвонил телефон. Полицейский внимательно выслушал собеседника, кивнул и повесил трубку. После чего встал из-за стола и направился прямиком к девушкам. Юлиана толкнула локтем задремавшую Галку. Та сонными глазами уставилась на него и спросила:

– Что случилось?

Полицейский окинул их строгим взглядом и коротко приказал:

– На выход.

– Мы можем идти? Нас отпускают? – уточнила Юлиана.

Их немногословный охранник распахнул решетчатую калитку и указал на дверь:

– Идите, документы вам в дежурной части отдадут.

Девушек долго упрашивать не пришлось. Василий ждал их на улице у входа в отделение, рядом с ним стояла женщина в классическом черном пальто длиной чуть ниже колен. На шее незнакомки был повязан теплый вязаный шарф, короткие темные волосы на непокрытой голове лежали так, словно их только что расчесали. Идеально вычищенные ботинки блестели даже при ночном скудном освещении.

– Вася, ты здесь! – обрадовалась Галя, – нас отпустили! Только я не поняла почему. И где остальные?

– Все уехали, – отозвался Василий. – Девочки, познакомьтесь. Это Регина, мой друг, и это она нас спасла. Задействовала связи и талант убеждения.

Женщина повернулась, и в желтом отблеске фонаря Юлиана увидела лицо незнакомки. Лет сорока или чуть больше, она выглядела ухоженной и даже элегантной. Серьезная, неулыбчивая, к такой просто так не подойдешь. Василий смотрел на нее нежно, с любовью.

– Спасибо, дорогая, что приехала.

Он обнял женщину и крепко поцеловал в щеку. Регина отстранилась, скупо улыбнулась присутствующим, а затем протянула руку для приветствия.

– Рада знакомству. Регина.

– Юлиана, – произнесла девушка, отвечая на необычно крепкое рукопожатие, – спасибо вам.

– Галина, – Королёва тоже пожала руку новой знакомой и пододвинулась к Василию поближе. – Ну, что будем делать?

– Надо разъезжаться по домам, уже поздно, – ответил Вася. – Видимо, придется вызывать такси, а то метро закрыто, да и электрички уже не ходят.

– Глупости, я тебя никуда не отпущу, – запротестовала Королёва, – лучше ты у нас переночуешь, а утром поедешь.

После недолгих препирательств решили выйти на проспект и вызвать такси, которое отвезет домой Юлиану, Галку и Василия, а затем доставит Регину. Ребята были довольны, что их так быстро выпустили и не стали ничего оформлять. Они шли в сторону центральной улицы, подальше от злополучного отделения. Юлиана устало молчала, утреннее непонятное ощущение тревоги вновь подступило и обвило горло сжимающимся кольцом.

«Я ведь чувствовала: что-то должно случиться, – раздраженно думала она, – и все равно пошла у Галки на поводу. Хотя что я могла сделать, ведь Королёву в ее порывах хрен остановишь!»

Галка болтала без умолку и прижималась к Васе все теснее. Василий тоже был возбужден, он обнимал Королёву за талию и поминутно благодарил Регину. Их спасительница держалась сдержанно, только пожимала плечами, когда речь заходила о ней. Наконец компания вышла на проспект, и Василий взялся заказывать такси.

– Через пять минут приедет, белый «рено», – Вася убрал телефон в карман и вновь обратился к Регине, – хочу сказать тебе еще раз спасибо. Даже не представляешь, как ты нас выручила.

Он вновь крепко обнял ее и держал, пока смущенная Регина не высвободилась, чтобы отойти к стенду с афишами концертных программ. Вася приблизился к Юлиане, которая на краю тротуара высматривала такси. Метрах в ста от них стоял белый седан с включенными фарами.

– Как думаешь, это не он? – спросила она Василия.

– Он бы подъехал сюда, – возразил он, – у меня геолокация включена.

Внезапно автомобиль сорвался с места и полетел прямо на них. Юлиана испугалась и сделала шаг назад, чтобы уйти от удара, но в этот момент машина вильнула вправо, и девушка, почувствовав резкую боль, повалилась на землю. Закричала Королёва. Регина бросилась к Юлиане. Василий тоже упал, но быстро вскочил на ноги и уставился вслед странному автомобилю.

– Черт, – ругнулся он, – быстро уехал. Кто-нибудь увидел номер?

– Юлиана, ты как? – заволновалась Регина, – Он тебя зацепил? Встать сама сможешь?

– Попробую, – ответила Юлиана, ощупывая ногу. – Он так внезапно сорвался, можно подумать, что специально на нас ехал. Надо позвонить в полицию.

– Не знаю, как ты, – упрямо возразила Галка, – но я с полицией больше никаких дел иметь не хочу. Тем более что номер мы не сможем назвать – кого они искать будут? Белую машину неизвестной марки с невидимым номером?

– Галя права, – сказала Регина, – никаких шансов, что его найдут, нет. Сейчас главное, чтобы с твоей ногой было все в порядке. Может, скорую вызвать?

Но Юлиана уже поднималась.

– Кажется, я могу медленно идти. Вон такси, поехали домой.

***

Утром объявилась хозяйка квартиры. Дама лет шестидесяти, неопрятная и неприветливая, такая же, как и «однушка», которую она сдавала. Женщина заявила, что аморального поведения жильцов она терпеть не намерена. Что на девушек и так поступало много жалоб от соседей, а вчерашнее происшествие она считает последней каплей.

– Даю вам три дня, чтобы освободить квартиру, – сказала она, – залог верну, если уберете все говно, которое вы сюда натаскали, – в этот момент она картинно обвела кухню взглядом, немного задержавшись на Василии.

– Что же нам теперь делать? – Галка демонстративно взялась за голову и запричитала. Юлиана подозревала, что этот концерт Галя давала специально для Василия.

«Вот же Галка, – раздраженно думала Юлиана, – даже в такой ситуации не может не думать о мужиках. Жить-то нам и правда негде. Денег нет, друзей, у которых можно перекантоваться, тоже. Если хозяйка вернет залог, то можно наскрести на один месяц проживания. Хотя арендодатели теперь ушлые – требуют не только предоплату за первый месяц, но и залог, которым очень удобно шантажировать жильцов. А еще ведь есть риелторы, они как мухи на навоз слетаются, если чуют сделку. Риелтор захочет не менее пятьдесят процентов за свои услуги. То есть нам нужна сумма, которая покроет минимум два с половиной месяца аренды, а через месяц нужно будет оплатить следующий период, и так каждый раз».

При этих мыслях Юлиана сама еле удержалась, чтобы, подобно Королёвой, не запричитать. Нога за ночь сильно опухла, на бедре образовался огромный лиловый синяк. Девушке было больно и очень жалко себя.

«Так, успокойся, – приказала себе Юлиана, – соберись и думай! От твоих соплей ничего не изменится, а воздух сотрясать впустую – только силы тратить!»

– У меня есть вариант, – тихо предложил Василий.

– Правда?! – Галка подняла на него сухие удивленные глаза, которые минуту назад усиленно терла, изображая нечеловеческие страдания.

– Да, – ответил парень. – Только это не Москва…

– В область я не поеду, – в отчаянии закричала Юлиана.

– Подожди, Юль, – отмахнулась Галка, – давай выслушаем человека!

– На самом деле ничего страшного в ближнем Подмосковье нет, – улыбнулся Василий. – До метро на электричке ехать всего пятнадцать минут.

– А что за квартира?

– Трехкомнатная, с ремонтом, кухня большая, не то что у вас здесь – спичечный коробок.

– Извини, Василий, – скептически прервала его Юлиана, – но на трешку у нас даже без ремонта и в дальнем Подмосковье денег не хватит!

– Юлиана, ты меня до конца сначала дослушай, а уж потом будешь возражать!

– Да, подруга, ты дослушай сначала, – поддакнула приятелю Королёва. Юле сразу захотелось чем-нибудь ее треснуть. Надо же быть такой беспечной!

Удивительно, что девушки, которые бо́льшую часть жизни прожили под одной крышей детского дома, выросли совершенно разными. Галка – бесшабашная и доверчивая, постоянно ищущая приключений и развлечений. Ее главная цель – «осесть при мужике», как она выражалась, то есть удачно выйти замуж. Желательно за москвича, с квартирой, машиной, но обязательно без детей. «Детей я и сама ему нарожаю, сколько потребуется, а, может, еще и больше, чтоб не удрал», – оживленно планировала подруга. Она никогда не унывала, из очередного романа выходила легко и беззаботно. Не получилось в этот раз? Ничего! Вон сколько мужиков вокруг ходит, успевай только ловить.

Юлиана же выросла молчаливой, вдумчивой, остро переживающей каждое событие в своей жизни. Она трудно сходилась с людьми, боялась привязанностей и никого к себе не подпускала.

– Подожди, – остановил Галю Василий, – снимать квартиру целиком я вам не предлагаю, только комнату в ней.

– А кто живет в остальных двух комнатах? – у Королёвой наконец-то мозги начали работать в нужном направлении. Хоть вопросы по существу стала задавать, а не только поддакивать.

– Я и мой друг, – просто ответил мужчина.

У Галки загорелись глаза.

– Расскажи, чем ты занимаешься? И кто твой коллега? – поинтересовалась Галя.

Юлиана потерла ушибленную ногу и тяжело вздохнула. Определенно, рано она понадеялась на Галкины мозги, они в любом случае настроены на одну единственную волну.

– Я машинист локомотива, но по совместительству подрабатываю маньяком.

Галка заржала как ненормальная. Юлиана тоже улыбнулась. Похоже, выбора у них действительно нет, придется принимать предложение улыбчивого машиниста.

Следующие два дня прошли как в тумане. Девушки паковали коробки, утрамбовывали сумки, постоянно удивляясь, как много оказалось у них имущества. Василий взял на себя часть хлопот, связанных с переездом. Его друг Слава Абрикосов, некрасивый парень с крупными чертами лица и длинными кудрявыми волосами, стянутыми сзади резинкой, тоже вызвался помочь. В воскресенье утром девушки сдали хозяйке ключи от квартиры, загрузили пожитки в старенький Славин «гольф» и тронулись в новую жизнь.

Вечером они вчетвером сидели в просторной кухне и пили кофе, который сварила Юлиана в небольшой кастрюльке – турка была слишком мала, чтобы напоить компанию из четырех человек.

– Может, коньячку к кофе, а, девушки? – весело спросил Слава. – У меня как раз початая бутылочка имеется.

– А что, насчет коньяка идея-то богатая! – Галкины глаза заблестели. – Давай, Слава, действуй, я пока закусон соображу.

– Ого, вечерок перестает быть томным, – Слава засмеялся и сделал круглые глаза.

Его лицо при этом стало еще более некрасивым, если не сказать уродливым. Юлиана целый день удивлялась, как уверенно и независимо Слава себя ведет. Из-за этой уверенности перестаешь даже испытывать первоначальную неловкость от его своеобразной внешности.

– Ладно, ребята, – Юлиана с трудом подавила зевок и поднялась, – я пойду немного отдохну, а то завтра на работу не встану.

Она быстро сполоснула чашку и отправилась в комнату, в которой им с Галкой предстояло жить. Надо привыкать снова. Еще один переезд, еще один чужой дом в череде остальных. Места постоянно менялись с тех самых пор, как пятигодовалую Юлиану забрали из родительского дома – единственного, который она по праву могла назвать своим. Дом, где ей было хорошо с мамой, папой, сестрой и огромным рыжим котом – ее котом. В детском доме тоже водились животные – крысы, морские свинки, кролики, шиншиллы, рыбки, черепахи. За ними ухаживали, их кормили и поили. Однако Юлиана четко осознавала (откуда только в ее возрасте взялось это понимание) – эти животные не ее. Они вообще ничьи, так же, как и другие жители этого заведения – дети.

Юля прислонилась к дверному косяку и огляделась. Небольшая комната с розовыми цветами на стенах.

«Красивые обои, я бы тоже такие выбрала, если бы у меня был собственный дом. Но, видимо, потому, что здесь опять все решено за меня, они кажутся чужими, казенными».

Одна большая кровать – ничего, с Галкой можно и вместе поспать, встроенный шкаф, стол, кресло и пара стульев. На тумбочке напротив примостился пузатый телевизор, накрытый кружевной салфеткой. Девушка устало присела на край кровати и достала телефон, весь день пролежавший в сумке. Экран заморгал непрочитанными сообщениями. Конечно, это Артем.

«Спокойно, девочка, – строго сказала себе Юлиана, – ты ему ничего не должна».

Однако молчать было невыносимо. Юлиана открыла мессенджер и ввела сообщение в ответ. Потом стерла его, затем опять стала набирать символы. Выключила телефон. Снова включила и уставилась на собственное сообщение, размышляя, отправить его или нет. Стерла. В конце концов, разозлившись окончательно, девушка забросила телефон обратно в сумку, погасила верхний свет, оставив неяркий бра над кроватью, и достала из дорожной сумки, куда она во время сборов засунула самые необходимые вещи, маленькую плюшевую собачку. Поролон вылезал из швов, пластиковые глаза почти оторвались, а ленточка, некогда обвивавшая шею игрушки, была кем-то срезана – Юлиана уже и не помнила почему. Она свернулась на кровати калачиком, сжала собаку в кулачке и прикрыла глаза. Мягкий потрепанный плюш приятно согревал руку. Игрушка, подарок Артема, была с ней всегда, она напоминала о самом счастливом времени, когда она впервые по-настоящему кому-то доверилась. И в тот же момент она предостерегала, настаивала: «Никому больше не верь!»

В комнату тихо прошмыгнула Галка.

– Еще не спишь? Время час! – возмутилась подруга.

– Ты ведь тоже не спишь, – резонно заметила Юлиана, – вы там уже закончили?

– Нет, мы еще посидим, – смешалась Королёва, – а ты не жди меня, свет выключай и ложись.

«Поразительное зрелище – смущенная Королёва», – отметила про себя Юлиана, но вслух пообещала:

– Скоро выключу.

Галка задержала взгляд на руке подруги, сжимавшей игрушку, внимательно и настороженно всмотрелась в ее лицо, но ничего не сказала. Только на лбу появилась и тут же исчезла едва заметная недовольная морщинка.

Утром, когда Юлиана проснулась, бра еще был включен, Королёва отсутствовала.

Девушка сонно огляделась, вздохнула и принялась собираться на работу. В телефон она старалась не смотреть.