Брисеида. Тёмные всадники

– Вам там весело? – хихикали Лиз и Эней в коридоре.

Леонель схватил репу, которая плавала возле его локтя, и бросил ее в дверь, чтобы они замолчали. Они засвистели и с шумом удалились в сторону общего зала.

– В любом случае я не обязан тебя переубеждать. Ты делаешь вид, что удивлена, но думаешь точно так же, как и я. Ты притворяешься, что веришь в них. Иначе ты бы уже их видела. Цепляешься за свой так называемый опыт, как за спасательный круг, чтобы сохранить иллюзию.

– Глупости!

– Ты так и не увидела ни одну химеру, да?

– Я видела их в зеркальном отражении.

– Не надо придумывать эту чушь, чтобы бороться с Цитаделью. Ты из будущего, ты должна все понимать. Но ты упрямая. Почему ты хочешь, чтобы химеры вообще существовали?

Брисеида хотела ответить, но остановила себя, не успев произнести ни слова. Она никогда раньше не задавалась этим вопросом.

– Я думаю, что… химеры необычны. Страшные, потому что Цитадель обратила их против нас, но вначале они – лишь воплощение наших мечтаний. Если химеры существуют, то это потому, что вокруг нас есть нечто удивительное. Именно потому, что мы еще не до конца постигли тайны этого мира, у нас еще есть шанс найти смысл жизни. Даже если, как в случае с химерами, нам приходится принимать лишь проблеск этого.

Какое-то движение привлекло внимание Брисеиды. Рябь на поверхности воды создавали уже не капли воды, падающие с потолка, а длинные, похожие на корни пальцы зелено-серого существа размером с кулак, которое сидело на краю ванны и резвилось, наблюдая за ней.

– Понимаешь, – ответил Леонель с грустной улыбкой, – именно в этом твоя ошибка. Когда ты увидишь то, что видел я, ты поймешь, что в его тайне нет ничего прекрасного.

– ТАМ! – крикнула она, выпрыгивая из воды.

– БРИСЕИДА! – закричал Леонель, прикрывая глаза.

Маленькое существо уже исчезло.

– ОН БЫЛ ТАМ! Я ВИДЕЛА! А ТЫ? ОТКРОЙ ГЛАЗА! – крикнула она, оглядываясь в поисках существа.

– НО ТЫ С УМА СОШЛА! Я знаю, что я видел, прикройся!

Брисеида потянула за заляпанную грязной посудой скатерть. Три тарелки упали на пол и разбились на тысячу осколков. Она схватила тряпку, которым был обернут один из свисающих с потолка окороков.

– Я ВИДЕЛА ОДНОГО! – воскликнула она, бегом направляясь в общую комнату. – В бане! Я видела! Он… маленький, сморщенный! Я видела!

– Что? – ошеломленно спросил Менг, в его глазах отразилось то же удивление, что и во взглядах сидящих за ним мужчин.

Из кухни донесся громкий треск. Через несколько мгновений появился Леонель, вокруг его бедер была обернута скатерть, и парень воскликнул:

– Она сошла с ума!

Наступила тишина, а затем вся комната разразилась хохотом. Брисеида следила за взглядами, направленными на Леонеля, и за мокрой тканью на его талии, которая прилипла к его коже и подчеркивала его…

– Нет, вы не понимаете! Я имела в виду… вещь, а, а… а то есть существо!

Смех все усиливался.

– Моя посуда! – пискнула Менина, белая как полотно, и побежала на кухню.

– Какого черта вы делаете? – ворчал Энндал, схватив Брисеиду своей грязной рукой и вытаскивая ее в коридор. – Почему нужно было появляться полуголыми посреди всех остальных?

– Я видела химеру! Она сидела, слушала нас, а потом – пуф! Исчезла! Она должна быть где-то рядом!

– Ты уверена?

Все еще грязный Менг бросился на кухню и опрокинул оставшиеся тарелки, мебель и засохший бекон сачком для ловли бабочек.

Менина была шокирована, она прижалась к стене.

– Как она выглядела? – прорычал генерал.

– Зеленоватое, очень худое создание, – ответила Брисеида, которая последовала за ним вместе с остальными. – Оно было в каком-то коричневом мхе, а на голове рос какой-то гриб!

Внезапно Менина вновь обрела мужество и между каждым паническим вздохом выкрикивала фразы:

– НО ОН ЖЕ ШШШ! НЕХОРОШО, ШШШ, ЖЕЛТЫЙ! ЧТО-ТО НЕ ТАК? ШШШ! МОЯ ПРЕКРАСНАЯ ШШШ! Кухня!

– Не волнуйтесь, вам все возместят, – сказал Энндал, пытаясь успокоить ее.

– Что ты делала незадолго до ее появления?

– Я… я не знаю…

– Она сказала, что жизнь удивительна, – ответил за нее Леонель.

– Жизнь удивительна! – решительно сказал Менг, оставаясь таким же воинственным, сканируя каждый уголок кухни.

– Она ушла, мы бы уже нашли ее, – заметил Оанко между двумя возгласами Менины, которая находилась на грани обморока.

Он указал на разбитую посуду одним из грязных ловцов идей: осталось не так много стопок тарелок, за которыми можно было спрятаться.

– …ЭТО НЕ ПОТОМУ, ЧТО ШШШШ! У ТЕБЯ КОЖНАЯ БОЛЕЗНЬ ШШШ! ЧТО ТЫ ДОЛЖЕН ВСЕ УНИЧТОЖИТЬ! РАЗРУШАТЬ ВСЕ В ЧУЖИХ ДОМАХ!

– Он не болен, у него дома все такие, – объяснил Эней, полный добрых намерений.

– ШШШШ!

– Я попрошу одного из моих оруженосцев хорошо заплатить вам.

– Она не могла испариться, продолжайте искать!

– Вы ее не найдете. Существа Ольхового короля не позволяют подходить к себе дважды.

Все повернулись, чтобы посмотреть на странного стройного мужчину с ярко выраженным прищуром, который появился в дверном проеме. Он был одет в красный бархатный дублет с пышными рукавами, расшитыми замысловатой позолотой, поверх плотного трико, переходящего в невероятно острые кожаные сапоги.

– Давай! ШШШ! Ха! Существо Мрачного короля, ШШШ! У меня дома! – воскликнула Менина, грозно закатив глаза и встряхивая чайным полотенцем, словно отгоняя дурные мысли, одновременно успокоенная присутствием знакомого мужчины и встревоженная его словами. – Только это нам и не хватало! ШШШ! И каким вы хотите его видеть? Лепрекон? ШШШ! Лесной гном?

– Банник, я бы сказал. Только они могут наслаждаться столь темной водой.

– Теобальд! ШШ! Не богохульствуй здесь! ШШ! Иди и рассказывай свои глупости легковерным в зале, иначе привлечешь дьявола на мою кухню!

Теобальд с кошачьей легкостью подошел к лохани и погрузил в нее пальцы, унизанные тяжелыми перстнями с камнями.

– Очевидно, он уже бывал здесь раньше. Миледи с рыжими волосами, вы выглядите прекрасно. Вы наверняка чувствуете присутствие дьявола? Мы, чувствительные души, ощущаем подобное. Здесь, возле сердца, – сказал он, положив ладонь на грудь и закрыв глаза.

Он молча кивнул сам себе, затем подошел к Лиз и с сочувственным видом положил руку на ее солнечное сплетение.

– Вы чувствуете? Понимаю, что страшно, но вы не должны бояться. Я умею отгонять духов. Посмотрите.

Он дунул в свободную руку, свел пальцы вместе, как будто вынимая шип из тыльной стороны другой руки, резко дернул и разжал десять пальцев, пыхтя, как бык.

– Готово. Дьявол больше не побеспокоит вас.

– ШШ! Теобальд, не заставляй меня повторять!

– Конечно, нет, госпожа Менина!

– Госпожа Менина, – рискнул Энндал, – боюсь, нам придется снова воспользоваться вашими услугами, чтобы привести себя в порядок…

– Ну, что? Хотите, чтобы я показала вам дорогу? ШШ! Банника найти несложно, он единственный, кто остался в этой жалкой кухне!

– Ах, мадемуазель, идемте, нам нужно поговорить, – продолжал Теобальд, подходя к Брисеиде. – В данном случае необходимо подстраховаться.

Он взял из рук Уливе большую испачканную рубашку, энергично натянул ее через голову девушки и поднял рукава, чтобы она могла просунуть в нее руки.

– Кто такие банники? – спросила она, очарованная зловещей усмешкой, которая появилась на его небритом лице.

Позади Лиз корчила ему смешные рожицы.

– Существа, которые никогда не заходят так далеко на юг. Но Ольховый король могущественен, он, должно быть, призвал их. Он подвластен дьяволу.

– ТЕОБАЛЬД!

– Хорошо, хорошо, в большом зале, мы уже летим туда, мы уже там.

– Отойдите, отойдите, на даму только что напал банник. Ей нужен воздух и чай с розмарином и шалфеем, чтобы отпугнуть духов. Уливе, принеси ей что-нибудь поесть. Ты едва спаслась, Ольховый король не шутит со своей добычей. Вот представь, если бы ты держала в руках зеркало! Ты перестала бы быть одной из нас. Однажды я спас бедную женщину от ужасной участи. Я почувствовал, что существо приближается к моему сердцу, и паф! Я начал действовать. С помощью кинжала, вымоченного три ночи полнолуния в святой воде, и тремя зернами пшеницы, попавшими в вечернюю росу. Все, что мне было нужно, – это несколько точных движений, вот так, очень просто. С твоим маленьким другом было не так уж и сложно. Я попал ему по заднице. Они ненавидят это. Не хочу хвастаться, но у меня есть к подобному некоторый талант.

– Попадать по заднице? Без сомнения! – рассмеялся мужчина, сжимая в руках кружку с пивом.

– Кто ты? – настороженно спросила Лиз у Теобальда, устраиваясь напротив Брисеиды. Теобальд одарил ее дьявольской улыбкой:

– Я не дьявол, но я гораздо хитрее тебя.

– Что за Ольховый король? – спросила Брисеида.

– Брисеида, ты серьезно? Снова позволишь себя обдурить? – перебил девушку Леонель, натягивая ужасно короткую рубашку.

– Вы прекрасно выглядите, дорогой, – заметил Теобальд.

– Ты, иди, задури голову кому-нибудь другому своим воображаемым королем.

Некоторые из мужчин затаили дыхание, а затем, видя, что Теобальд спокойно воспринимает происходящее, разразились смехом.

– Чтобы знать о Мрачном короле, необязательно быть таким же сумасшедшим, как Теобальд, – сказал один из них, поправляя свой пиджак из тонкого пурпурного бархата.

Одной рукой он поглаживал свою чашку, такую же, как у Теобальда и многих сидящих здесь мужчин, молчаливых и желающих посплетничать.

– И не верить в его существование, – добавил другой. – Просто посмотрите на то, что происходит сейчас. Весь этот регион осажден злыми духами, находящимися на службе у Мрачного короля. Если даже сенешаль Каркасона готов организовывать турниры…

– Что за турниры?

– На него съезжаются рыцари со всего королевства. Это лучший способ вовлечь их в охоту на вуивра[4].

– На вуивра?

– Вы никогда не слышали о женщине-драконе с двумя ногами и крыльями летучей мыши? Что ж, вам повезло… Говорят, что только рубином, который служит третьим глазом, если его украсть, можно уничтожить Мрачного короля и заставить его приспешников бежать.

Брисеида обменялась взглядом с Леонелем: местные легенды не заставили себя долго ждать.

– Каждый может рассказать вам, как уничтожить Ольхового короля, но никто не расскажет о нем так, как я, – прошептал Теобальд поверх плеча Брисеиды. – Видите ли, причина, по которой я так много знаю о короле, заключается в том, что когда-то я пал одной из его жертв. Но я сбежал от него прежде, чем он успел высосать мою душу.

– Опять он за свое! – засмеялся человек в бархате.

Теобальд схватил Брисеиду за рубашку и заглянул ей в глаза:

– Я путешествовал со своим отцом. Я был так мал, что у меня еще не было настоящих зубов. Он рассказывал мне истории, а я прижимался к нему, потому что мог слышать звуки в лесной листве, которые он не замечал, потому что был так поглощен своими успехами. Ветви деревьев стягивали мой живот, ледяное дыхание ночи будоражило мои ноздри, листья, падающие мне на волосы, как стая птиц, умоляли меня бежать, чик-чирик… – Он запустил пальцы в волосы Брисеиды. – Я хотел предупредить отца, но было слишком поздно. – Он хлопнул в ладоши. – Там был Ольховый король. Мой отец не смог спасти меня. Меня отвели в проклятый замок, чтобы я отдал свою душу могиле его несчастной госпожи.

– Могиле?

– Его госпожа совершила ошибку, отдав ему свое сердце. Было время, когда Ольховый король слыл красивым, храбрым и доблестным рыцарем. Но его дикая натура всегда вела его на край света. Он забыл о своей красавице, чьи мечты о любви были разрушены, а тело и душа испарились в тумане теней. Рыцарь, вернувшись из Крестового похода, обнаружил последствия своей глупости и решил, что скоро умрет от горя. Но человек не умирает от глупости. Он просто устремляется в пропасть. Так и случилось. С тех пор он тщетно пытается украсить алтарь своей госпожи детскими душами, чтобы вернуть свою мечту, утраченную навсегда.

– И ты все еще там, в его призрачном замке? – оборонительно спросил Леонель.

Теобальд проигнорировал его.

– Ольховый король скользит сквозь пространство, не ведая ни надежды, ни времени. В его проклятых глазах, белых, как две соленые слезы, не отражается ничего, кроме падения Главнейшего. В то время как я, уже в том возрасте, сиял красками стремления. Вот как я от него сбежал.

– Падение кого?

Теобальд достал из кармана красный шнурок, обернутый вокруг своего рода железного йойо. С необычайной ловкостью он развязал узел и медленно опустил овальный предмет по шнуру, провозгласив при этом таинственным голосом:

– На протяжении четырех тысяч лет он падал в бездну. Он тонул в тенях и тумане, испуганный, Один, а за ним, в вечной ночи, Медленно опускались перья его крыльев.

– Главнейший из падших ангелов, Сатана, – прошептал один из мужчин, а остальные согласно закивали.

– Падение Ольхового короля – ничто по сравнению с падением дьявола. Я все еще думаю, что каждое падение причиняет боль.

Брисеида изучала Теобальда, не зная, за кем из собеседников наблюдать.

– Не стоит устраивать такие разговоры, – пробормотал Уливе, кивая. – Если бы твой отец услышал, что ты такое говоришь, он не был бы доволен.

– Надо называть вещи своими именами, – возразил Теобальд, снова усаживаясь на стул. – И история должна быть рассказана, чтобы рыцари приходили спасать благородных людей. Разве это не так, мессир д’Имбер из Арагона, служитель Ордена Дракона?

Прислонившись к стойке, Энндал, одетый в серую рубашку до колен, уклончиво ответил «да».

– Пойдете ли вы охотиться на вуивра после турниров? – нетерпеливо спросил человек в бархате.

– Он только этого и ждет! – воскликнул Теобальд.

– Вы же тот рыцарь, которого его милость ждет уже два дня, – продолжал Уливе, словно его осенило откровение.

– Несомненно, так и есть, – торжественно согласился Теобальд.

– Но почему вы не сказали об этом раньше? – воскликнул Уливе, недоумевая.

– Он ждал моего отца, – ответил Теобальд, подойдя к Энндалу и по-братски положив руку ему на плечо. – Настоящий рыцарь не станет размениваться на мелкие дела, он перепоручает их лейтенанту сенешаля.

Сильный сквозняк ворвался внутрь, когда дверь в трактир открылась. Мужчина с подстриженной челкой благородным шагом вошел в комнату, а в это время жаждущий ответов пьяница обратился к Энндалу:

– Значит, это правда? Только рубин вуивра дарует рыцарю силу, чтобы сразить Мрачного короля? И помогает отогнать злых духов, которые кишат в этом регионе?

– Отец! Наш человек наконец-то прибыл! – воскликнул Теобальд, сияя. – Я сразу узнал его. Он товарищ по оружию дяди нашего двоюродного брата. Мессир д’Имбер, рыцарь Ордена Дракона, собственной персоной.

Проходя мимо Брисеиды, он прошептал на ухо Энндалю:

– Настоящий рыцарь уже мертв, поверь мне, – а затем побежал к отцу, чтобы помочь ему сбросить плащ и тяжелый меч.

– Его светлость, мой отец, очень хотел встретить вас на пути в Каркасону, чтобы поприветствовать и помочь освоиться перед турнирами, – добавил он громко. – Какой рыцарь откажется от такой ценной помощи, когда все рвутся к городским воротам?

Господин настороженно осмотрел наряд Энндала, прежде чем сказать:

– Мессир д’Имбер, для меня большая честь познакомиться с вами. – Он бросил свои вещи в руки сына и подошел к нему:

– Бодуэн Эбрар, лейтенант Каркасона. Прошу простить холодность моего приветствия. Дело в том, что Теобальд до сегодняшнего вечера не мог вспомнить ваше имя. Я уже два дня жду тень, не зная, не появилась ли она из переполненного воображения моего глупого сына.

– Но мы прекрасно провели время в том трактире, – заключил Теобальд, счастливо вздохнув.

Уливе громко фыркнул, отступив за стойку. Взгляд Энндала переходил с одного на другого:

– Просто… Я не уверен, что…

– Отец! Негоже принимать такого неопрятного гостя, как вы! Только подумайте! Мессир д’Имбер со своей стороны без колебаний погрузился в старую лохань Менины, наполненную овощным бульоном, чтобы поприветствовать вас, набальзамированный овощным бульоном. Не окажете ли вы ему честь в свою очередь?

– Прошу прощения, мессир д’Имбер, – признал господин, все еще раздраженный оскорблением сына. – Позвольте мне отвлечься на несколько минут, чтобы освежиться, я только что вернулся из долгой поездки.

Не успел Энндал пропустить господина, как Теобальд взял его за руку и заставил сесть за стол рядом с Брисеидой, отгоняя любопытных торопливыми жестами.

– Почему вы ждали этого товарища по оружию, если знали, что он…

– Смерть не приносит ничего, но надежда – многое, – сказал сын лейтенанта. – Особенно поездки на природу. Мне очень нравятся выездные прогулки. Я не собирался лишать себя этого только потому, что товарищ по оружию дяди нашего двоюродного брата решил умереть! У меня было предчувствие, что рыцарь в конце концов появится. Так бывает в сказках, не так ли? А потом вы, кажется, потеряли по дороге пару своих кошельков. Я не люблю оставлять души на произвол судьбы. Я работаю для благого дела, как монахи-экзорцисты.

– Вот увидите, вас прекрасно разместят у монахов, – очень серьезным тоном заявил светловолосый бородатый мужчина, смело подходя к их столику с другом, несмотря на косой и убийственный взгляд Теобальда. – Это дом монахов, в епископском дворце, в котором они остановятся, да, Теобальд? Очень близко к каркасонскому собору. Там вы будете чувствовать себя комфортно и останетесь под надежной защитой. Дьявол не смеет заходить в такие священные места.

– Будет видно, – сказал Теобальд, словно взвешивая все за и против. Затем его лицо просветлело:

– Подождите, пока вы не увидите лица монахов и священников. Тогда у вас не останется сомнений в существовании зла. Они так ищут его, что видят его повсюду, и дьявол столь сильно выражен в их глазах, что можно подумать, что он живет в них! Ха! Ха!

Примечания