По ту сторону Земли. Начало перемен

Глава 3

– Так что, кто-нибудь расскажет, наконец, куда вы нас повезете? – спросила я, устраиваясь на заднем сиденье.

– Увидишь, – Эрик улыбнулся, посмотрел на меня в зеркало заднего вида и нажал на кнопку стартера. Мотор отозвался легким, почти неслышным гулом, и новенький БМВ бесшумно тронулся с места.

– Том? – я повернула голову в сторону переднего пассажирского сиденья. – Тоже будешь вредничать? Все равно же расскажешь, стоит Кайли задать тот же вопрос. А она задаст.

– Боюсь, сегодня мне придется молчать, – Том рассмеялся. – Поверь, Трейси, это место лучше просто увидеть, чем пытаться его описать.

– Скажите хотя бы, это далеко? – я с интересом наблюдала за тем, как стрелка спидометра плавно, но уверенно проходит отметки восемьдесят, девяносто, сто километров в час. – Мы поедем на этой машине? И Эрик, здесь нельзя так разгоняться.

– Я знаю, но мы торопимся, – Эрик резко сбросил скорость и остановился с противоположной стороны от дома Кайли. – Марк и Холли уже ждут нас в парке.

– А откуда БМВ? – я оглядела дорогой, абсолютно новый кожаный салон автомобиля. – И, кстати, зачем? У вас ведь есть свои машины.

– Чтобы не привлекать внимание, – Том провел рукой по передней панели. – Модель неплохая, но рядом с нашими механизмами и рядом не стояла. И это будет заметно, если мы будем ездить по Портсмуту на наших машинах.

– И скорость набирает ужасно медленно, – Эрик кивнул. Я лишь закатила глаза: любую машину он разгонял за считанные секунды, если позволяла местность.

– Это что, новенькая М8?! – Кайли распахнула заднюю дверь, устроилась на сиденье, бросила под ноги рюкзак и завороженно оглядела салон. – Да откуда у вас столько денег?

– Во-первых, она взята напрокат, – Эрик вновь завел мотор, и мы двинулись в сторону центрального парка.

– А во-вторых, Эрику она не стоила ни цента, – расхохотался Том, ткнув его в плечо.

– В каком смысле? – Кайли просунула голову между передних сидений и заинтересованно посмотрела на Эрика. – Ты что, ее угнал?!

– Я же говорю, взял напрокат. Ну, или почти напрокат, – Эрик хмыкнул и посмотрел на меня через зеркало. – Только пожалуйста, без осуждений.

– Чтоо? Я молчу, – я пожала плечами. – Но да, в какой-то степени я этого не одобряю.

– А разве не ты с месяц назад пыталась расплатиться в бразильском кафе наколдованными деньгами? – развеселившийся Том повернулся ко мне.

– Хей! – теперь уже я ткнула в плечо его. – Во-первых, я была немного не в себе…

Так, за разговорами и взаимными подколами я даже не заметила, как мы подъехали ко входу в парк. Эрик оставил автомобиль на парковке рядом с точно таким же, но другого цвета – скорее всего, на нем приехали Холли и Марк. Мы прошли в ту часть парка, в которой тренировались днем. Ребята действительно уже ждали нас. Марк открыл портал, и через считанные секунды мы оказались на обочине автострады, ведущей в Тенебрис. Вместо привычного черного микроавтобуса рядом были припаркованы две легковые машины.

– А где минивэн? – я с интересом оглядела автомобили. Раньше мне казалось, что они похожи на наши, но Том был прав: их машины куда аккуратнее и красивее снаружи, и салоны куда более комфортабельные. Да и материалы были совсем другими: качество сплавов, из которых были сделаны детали, было трудно недооценить даже невооруженным взглядом. С ними могли бы конкурировать разве что люксовые машины арабских шейхов, собранные на заказ, и то я бы не была так уверена в таланте земных мастеров.

– Я приехал раньше, чем ребята, забыла? – Эрик улыбнулся и кивнул на черный матовый спорткар, очень похожий на Lamborghini Aventador. – Если честно даже не подумал, что стоит его взять.

– Не проблема, – Марк щелкнул брелоком, и фары второго автомобиля, похожего на Mercedes GL, приветственно моргнули. – Девушки, залезайте на заднее сиденье.

– Ты поедешь один? – я повернулась к Эрику, глядя, как Том устраивается на переднем сиденье черного внедорожника.

– Мы едем в аэропорт, – Эрик повертел в руках брелок от своего автомобиля. – Марк ездит слишком аккуратно, я планирую приехать пораньше и уладить последние вопросы с нашим транспортом. А что такое? Хочешь со мной? – уголки бледных губ поползли вверх.

Я прекрасно понимала, как выгляжу в глазах остальных ребят в тот момент – неуравновешенная истеричка, которая сама не знает, чего хочет, и никак не может прекратить мучить себя и их друга. Да и мои подруги наверняка думали так же. Но если на Земле присутствие Эрика как минимум раздражало, на Утопии я чувствовала себя куда комфортнее, если он был где-то поблизости. С другой стороны, стоило ему приблизиться слишком близко, как на каком-то подсознательном уровне сразу хотелось его оттолкнуть. Я не понимала, что со мной происходит, мои чувства перемешивались с теми, что чувствует он, и временами я не могла объяснить, это мне нужно его присутствие, или он хочет быть рядом, а я на самом деле – нет… Но как бы то ни было, у нас остались темы для обсуждения, которые неплохо было бы закрыть, будучи наедине, чтобы не портить выходные себе и всем остальным. Поэтому я не задумываясь кивнула и пошла к пассажирской двери спорткара, стараясь не обращать внимание на то, как Марк шумно выдохнул, а Том закатил глаза.

– Только не говори, что ты просто хотела прокатиться с ветерком на крутой тачке, – Эрик сел на водительское сиденье и завел машину. Секунда – и мы тронулись с места. Еще две – и спорткар уже летит по автостраде со скоростью сто километров в час, продолжающей увеличиваться.

– Только не говори, что… А хотя знаешь, даже язвить не хочу, – я переводила взгляд с него на стрелку спидометра, перевалившую за отметку «сто семьдесят», и обратно. – Боюсь, что ты засмеешься, отвлечешься, и я не успею заметить, как снова окажусь на том свете.

– Ты же понимаешь, что я могу вести машину с закрытыми глазами, да? – Эрик улыбнулся, но все же сбросил скорость до ста сорока. – Но ты права, так гораздо проще и приятнее смотреть на тебя, – он развернул голову в сторону пассажирского сиденья.

– Мне было бы гораздо комфортнее, если бы ты смотрел на дорогу, – я сосредоточено смотрела в окно на сосновый лес, превратившийся на такой скорости в сплошную буро-зеленую массу.

– Так и что мы будем обсуждать? – Эрик хмыкнул и повернул голову, сделав вид, что полностью сконцентрирован на дороге. – Погоду? Предстоящее Рождество? О, или тот факт, что мы вроде как расстались вчера, но я что-то уже не уверен?

– А вы что, на Утопии тоже отмечаете Рождество? – я повернулась к нему, выдержала секунд с пятнадцать полный нежности взгляд и вскинула руки вверх. – Ладно. Ладно! Только, пожалуйста, не смотри на меня так. Я хотела поговорить об этом еще вчера, но ты так быстро ушел…

– Решил не бесить тебя лишний раз, – он нажал пару кнопок на передней панели, и салон наполнился тихим ненавязчивым джазом. – Если бы я остался, кто знает, до чего бы мы договорились в тот день. Не хотел испытывать судьбу.

– Но захотел сейчас? – я хмыкнула и скрестила руки на груди.

– Сейчас ты куда спокойнее, – Эрик улыбнулся.

– Почему ты так думаешь?

– Сердце, – Эрик дотронулся рукой до левой части своей грудной клетки. – Вернее, пульс. Я примерно научился определять по частоте ударов, что с тобой происходит. Сейчас ты в порядке, видимо, воздух Утопии хорошо на тебя влияет. Утром дома была просто в бешенстве, возле колледжа – обеспокоена и раздражена, но уже куда меньше, чем за завтраком.

– Значит, все-таки следишь за мной, – скорее утвердительно, чем вопросительно протянула я. – И часто ты так делаешь?

– Реже, чем хотелось бы, – Эрик хмыкнул. – У меня много других дел здесь, мы все еще восстанавливаем работу Совета, Ордена и прочего. Да и не очень приятно находиться на Земле долгое время. Везде вокруг… раздражающие факторы и все такое. И на солнце некомфортно, наши лекарства действуют здесь куда лучше, чем по ту сторону. И да, не нужно думать, что это какая-то извращенная вампирская хрень! Я просто… переживаю за тебя, вот и все, – он сильнее втопил ногу в педаль газа, и отметка спидометра вновь начала приближаться к цифре «сто семьдесят».

– Я ничего и не думала об этом, – я помотала головой. – Ну, в смысле, как о чем-то извращенном. Это… даже приятно. Не помню, чтобы кто-либо когда-либо так пытался обо мне заботиться… Спасибо. И прости. Я действительно не хотела тогда говорить то, что сказала. По крайней мере, не хотела, чтобы этот разговор вот так прошел.

– Трейси, я не понял, так мне можно трогать тебя за коленки, пока мы едем, или нет? – Эрик засмеялся и положил свою руку на мою ногу. – А то мы уже почти на месте.

– Можно, – я положила на его ладонь свою. – Но давай мы обойдемся без ярлыков типа «встречаемся», «расстаемся», «все сложно» и так далее. По крайней мере, до конца выходных.

– И почему мне кажется, что ярлыки, которые ты выберешь после выходных, мне не понравятся, – Эрик вздохнул, погладил мою ногу и свернул с автострады в сторону аэропорта.

Я промолчала. Что я могла ему ответить? Что не знаю, что чувствую? Какое клише… Что он меня все еще бесит, но уже не так сильно, и я не против развлечься на выходных? Еще лучше… Сказать правду? Что я с каждым днем все хуже контролирую себя, и в какой-то момент он может разозлить меня настолько, что пострадает от моей руки? Как доктор Купер утром… Да он же вообще перестанет оставлять меня одну. И я сильно сомневаюсь, что рядом будет Кейтлин, чтобы остановить меня в случае чего.

С этими мыслями я сидела в машине, пока Эрик улаживал вопросы с самолетом. Тот же небольшой полувоенный авиалайнер, на котором мы летали в Фуэрцио в свое время, уже стоял на взлетной площадке. Черт, даже не догадалась спросить, куда мы едем, пока мы были вдвоем!

Через минут пятнадцать подъехали остальные. Мы быстро погрузились в самолет. Холли, как обычно, заняла место рядом с Эриком в кабине пилота, мы с Кайли, Томом и Марком устроились в пассажирской части с бокалами дорогого шампанского. Вся дорога заняла от силы минут пятнадцать.

– Так, судя по всему, мы на том же континенте, – уверенно констатировала Кайли, спускаясь по трапу. – И явно не так уж далеко от Англии. Вокруг снег и так же темно, как было, когда мы взлетали. Ну говори уже, где мы? – она повисла на Томе.

– Терпение, – тот рассмеялся, обнял девушку и кивнул на огромный семиместный внедорожник. – Давайте в машину, мы возьмем вещи. Еще минут двадцать езды, и мы будем на месте.

Мы быстро погрузились в машину. За руль на этот раз сел Том, Кайли заняла переднее сиденье, Марк с Холли – центральные, а мы с Эриком разместились на задних.

– Почему не ты за рулем? – шепотом спросила я, когда внедорожник миновал территорию аэропорта и понесся по довольно узкой горной дороге.

– Том лучше знает эти места, – также шепотом ответил Эрик. – Доберемся быстрее, если он сам будет вести.

Действительно, внедорожник мчался по серпантину словно поезд по рельсам, ловко петляя на поворотах. Минут десять мы ехали через густой хвойный лес, сплошь состоящий из необыкновенного цвета темно-бирюзовых пышных елей, а когда он резко закончился, нам открылся неописуемый вид.

– Это… – Холли завороженно смотрела в окно.

– Добро пожаловать в Швейцарские Альпы, – Эрик кивнул в сторону окна. – По крайней мере, согласно земной географии мы примерно в этом районе. Это Монтибус Манис.

– Великие горы… – прошептала Кайли.

– О, кое-кто продолжает изучать латынь, – Марк хмыкнул.

Место было поистине потрясающее. Белоснежные шапки, украшенные бирюзовыми еловыми борами, словно гирляндами, и искрящиеся даже при полном отсутствии солнца, величественными хребтами возвышались вплоть до горизонта, местами уходя высоко за облака, а небо тут и там освещали зеленые и фиолетовые вспышки, которые собирались в…

– Это же северное сияние! – я буквально прилипла к окну, потрясенная прекрасным видом. – Как красиво…

– Да, место и впрямь потрясающее, – Том вновь свернул в лес. – И очень спокойное. Никаких орков, гоблинов, демонов и прочего морока.

– А как тогда Эрик… – Холли тут же осеклась, не успев договорить. – Извини, я не это имела ввиду, – она резко развернулась к нам. – В смысле, вы же создания ночи, а здесь днем явно многовато света. Тебе здесь комфортно?

– Все нормально, – Эрик улыбнулся, но судя по темным пятнам, начавшим проступать на бордовой ауре, его все же немного задело. – Если употреблять достаточно… белка и… нужных препаратов, здесь действительно комфортно.

– Не переживай, Холлз, холодильник должны были до отказа забить его «белком», – рассмеялся Том, припарковывая автомобиль возле неожиданно появившегося посреди лесной чащи дома. – Так что я уверен, мы все повеселимся на славу.

– Вау, – я вышла из машины и задрала голову вверх, любуясь ночным небом, переливающимся всеми оттенками зеленого и фиолетового.

– Это ты еще дом не видела, – Марк кивнул в сторону особняка, выгружая из багажника сумки. – Пойдемте, устроим вам небольшую экскурсию.

Прекрасный двухэтажный деревянный особняк величественно возвышался среди пушистых елок. Шесть спален, четыре ванных комнаты, огромная гостиная, суперсовременная кухня, обеденная зона, небольшой домашний кинотеатр, спортивная зона, просторная веранда – казалось, внутри особняк куда больше, чем выглядел снаружи. А в дополнение к этому баня, огромный подогреваемый бассейн под открытым небом, расположенный прямо на краю горы, с которой открывался невероятный вид, даже небольшой залитый каток – в какой-то момент мне и впрямь показалось, что я в раю. И Том был прав – я не чувствовала ни единой души вокруг, а все, кто был рядом, похоже, чувствовали то же, что и я – безграничное счастье и удовлетворение.

Кайли решила разместиться в спальне Тома, Холли, немного подумав, выбрала себе отдельную спальню. Я последовала ее примеру, несмотря на недвусмысленный взгляд Эрика, когда мы выбирали комнаты. Все-таки, наверное, лучше быть одной в кровати, если опять начнут мучать кошмары. По крайней мере, меньше вероятность, что я ему наврежу.

Остаток вечера провели за игрой в alias и кучей алкоголя: винный погреб Тома оказался ненамного меньше того, что был в доме Эрика. Утром было решено отправиться на прогулку после завтрака: погода обещала быть солнечной.

Около часа ночи все разбрелись по комнатам. Я так устала, что уснула, стоило голове коснуться подушки. Правда, сон был недолгим: фоморы, странное пробуждение у себя в комнате, белоснежные клыки, впивающиеся мне в шею. И опять эти странные слова: «Жатва скоро начнется. Кровавая дань… пора выплатить…»

– Твою мать, – я, наконец, проснулась и резко села на кровати. Сердце бешено колотилось, казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Обычно меня будили родители, Кейтлин или Эрик, и я довольно быстро возвращалась в реальность. Сейчас же я была совсем одна в темной комнате, и с каждой секундой мной все больше овладевала паника.

– Нет, так не пойдет, – сказала я самой себе и решительно поднялась с кровати. Вышла в коридор и замешкалась возле двери напротив на пару секунд. Потом сделала пару негромких стуков и повернула ручку.

– Трейси, – Эрик стоял посреди комнаты с телефоном в одной руке, а второй придерживал темно-синее полотенце, обернутое вокруг бедер. С мокрых пшеничных волос капала вода, стекая по накачанному торсу. – Все в порядке?

– А? – я с трудом оторвала взгляд от кубиков пресса – так уж вышло, что почти голым его я видела впервые. – Да. В смысле нет. В смысле…

– Эй, – он бросил телефон на кровать, подошел ко мне и начал гладить по волосам. – Что с тобой?

– Я… – Боже, каких усилий стоило поднять глаза. Это он так возбужден или я? – Мне приснился кошмар.

– Опять фоморы? – в голубых глазах появилось беспокойство.

– Вообще-то, на этот раз ты… – задумчиво протянула я, разглядывая его лицо. «Черт, как можно быть таким идеальным?!».

– Так, ложись-ка в постель, – Эрик кивнул на кровать. – А я пойду надену на себя что-нибудь. Мне ведь… одеться?.. – он слега наклонил голову вбок и заинтересованно проскользил взглядом вниз по моему телу. Стоит ли говорить о том, что я стояла перед ним в одном белье и тонкой футболке, едва прикрывавшей бедра.

– Нет… То есть, да! Черт! – я перехватила его руку, откидывающую назад очередную прядь моих волос.

– Извини, я подумал… – он одернул руку. – Неважно. Ложись в кровать, я сейчас, – не успела я моргнуть, как он скрылся за дверью ванной.

Я пробежалась взглядом по комнате. Большая двуспальная кровать, шкаф с зеркалом в полный рост, комод из темного дерева, темно-синее кресло в углу комнаты, большой светильник рядом. Среди подушек в кресле обнаружилась книга.

– «Краткая история человечества». Ничего себе, – присвистнула я, а услышав, как дверь ванной вновь открывается, обернулась и потрясла книгой в воздухе. – Ты серьезно?

– Почему нет? – Эрик стоял, одетый в темно-синие домашние брюки и серую футболку. – Может быть, хоть в одной из них найдется ответ на вопрос о том, что с тобой происходит, – он махнул рукой на стопку книг, стоящих на комоде. Я непроизвольно начала перебирать их: «Утопия. Начало времен», «Трактаты современного чародейства», «История магии» и прочее в подобном духе.

– А ты никогда не задумывался, что то, что со мной происходит, на самом деле не является проблемой? – задумчиво протянула я, собирая книги в стопку. – Может быть, меня невозможно исправить, потому что нечего исправлять? Может, это моя судьба? Пытаться давить в себе магию, которая каждую секунду рвется наружу, и умереть в пятьдесят лет?

– Я отказываюсь в это верить, – Эрик сел на край кровати. – Помнишь, я как-то сказал, что покажу тебе каждый уголок на этой планете? Так вот, она настолько огромна, что пятидесяти лет будет маловато. А свое обещание я собираюсь сдержать, даже если ты будешь против, – уголки его губ поползли вверх.

– Для человека, с которым я пыталась расстаться около суток назад, ты чересчур самоуверен, – я села рядом и обвилась руками вокруг прохладной бледной шеи.

– Ты забываешь одну маленькую, но существенную деталь, – голубые глаза засветились. – Я не человек. В конце концов, я могу тебя заставить, – холодные пальцы проскользили по моей руке, и все тело моментально покрылось мурашками.

– А ведь говорил, что больше не будешь использовать на мне свои фокусы, – я заглянула ему прямо в глаза и картинно надулась. – Все вы, парни, одинаковые!

– Я почти уверен, что где-то там была формулировка «не буду тебе во вред», – Эрик нахмурился, но в тот же момент рассмеялся, усаживая меня к себе на колени. – Я люблю тебя.

– Это мы уже проходили, – я улыбнулась. – Что-нибудь из того, что я еще не знаю?

– Ах ты маленькая вредина! Передразниваешь меня?! – он резко повернулся, и я оказалась спиной на кровати, он – сверху.

– Поцелуй меня, – я запустила руки в его все еще влажные волосы и слегка потянула к себе. Он мягко прильнул своими губами к моим, но в какой-то момент мне показалось, что он замешкался.

– Давай-ка ложись спать, – спустя пару минут крепких объятий он сел на кровати. – Том наверняка захочет неслабо потаскать нас по горам завтра, не хочу, чтобы меня обвиняли в том, что ты не выспалась, – он подмигнул и притянул меня к себе.

– Я могу задать вопрос? – я села рядом с ним и внимательно посмотрела на него. – Он, правда, прозвучит резковато, но все же… Ты меня хочешь?

– Ты издеваешься? – бледное лицо исказила гримаса боли. – Конечно я тебя хочу! Но…

– О, сейчас будет сцена из «Сумерек», да? – я закатила глаза. – Говорю сразу: ни за что не поверю, что ты девственник! Или беспокоишься за мою честь.

– Уж извини Трейси, но я слишком стар и много всякого видел, – Эрик хмыкнул. – Все эта романтика вокруг девичьей чести – ерунда, придуманная в средние века сексистами, стоящими во главе Церкви. И ты права, женщин в моей постели в свое время было немало… Не в этой постели! – уточнил он, глядя, как вытягивается мое лицо. – Ты ведь сама задала резкий вопрос, уж извини, что и ответ звучит не лучше. Тем более, какой смысл врать? Ты бы поверила, если бы я сказал, что у меня было с пару десятков женщин за восемьсот лет?

– Конечно нет… Молчи, точное количество я знать не хочу! – я ткнула ему рукой в грудь.

– Я что, похож на законченного идиота, чтобы тебе его называть? – Эрик засмеялся и поднял руки вверх. – Мне кажется, мы отходим от темы.

– Угу, – я отвела взгляд. Теперь я чувствовала себя жутко неловко. И зачем я вообще спросила!?

– Насколько хорошо ты меня чувствуешь? – вдруг резко спросил Эрик. – В парке ты сказала, что чувствуешь эмоции других волшебных существ. Насколько сильно чувствуешь мои?

– Это… сложно, – я начала теребить край одеяла. – Я чувствую, когда ты рядом, даже если тебя не вижу. Я вижу блики на твоей ауре, когда твое настроение меняется, и я могу различать эти блики. Радость, злость, раздражение, страх… Но мне кажется, что я не чувствую ничего конкретного… голода, например.