Демонант. Последнее желание
- -
- 100%
- +
– Знал. Я у этого дома давно обитаю. Даже и не вспомню сколько десятков лет. В разных телах, конечно. Но люблю это место, так и тянет сюда.
– Опиши мне подробно, что происходило в квартире.
– Я уже описал, Миша. Слушай внимательнее.
– Ты сказал только про танец.
– Да. Чтобы что-то еще увидеть, мне требовалось подойти ближе. Но я сидел на этой лавочке и наблюдал. Иногда счастливые моменты тоже приносят насыщение.
– Такие как этот?
– Да, терпкий коктейль из горя и счастья.
– Ничего не понимаю… Звучит, как бред сумасшедшего, если честно!
– А кто есть сумасшедший? Тот, кто видит больше других? Или иначе, чем большинство, к примеру, как демонант?
– Давай без философий, ты вроде не четвертого ранга и не занимаешься такими делишками.
– Нет, я только наблюдаю.
– Вот тогда и скажи, кроме Валова и его жены, ты больше никого не видел?
– Нет.
– Значит, Валова никто не убивал?
– Почем мне знать? Я вижу только эту сторону правды.
– А куда делась жена после танца? – Михаил потер лоб и с силой надавил на виски.
– Наверное, ушла.
– Из квартиры никто не выходил. В коридоре было полно соседей. По их словам, она была, а потом пропала.
Демон изящно растянул губы в улыбку.
– Ох уж эти женщины. Умеют они исчезать, оставляя после себя одни вопросы.
Райлиев напрягся, он чувствовал, что демон намекал не только на смерть Валова, но и пытался зацепить его. Но как Семиг мог узнать его прошлое?
«Неужели он пробил мою защиту?»
– Не думай об этом, демонант. Я считаю, что в этом деле женщина не имеет никакого значения. Она только украсила последние минуты жизни старика. Но куда она делась потом, я не знаю. Меня в квартире не было. – Демон взял трость в руку и погладил красный камень. – Думал, что полицейские найдут ее, но, похоже, у них ничего не вышло. Да и разве это имеет значение?
– Конечно имеет.
– Ты придаешь значение деталям, но не видишь общей картины.
– Потому что именно детали прорисовывают картину произошедшего.
– И что же у тебя прорисовалось, когда ты узнал, что все мы видели воскресшую жену, а потом она исчезла.
– Что-то… – Райлиев цокнул, подбирая правильное слово. – Магия какая-то.
– Магия… – Семиг пропел это слово, смакуя каждую букву. – Когда-то очень давно она была в этом мире. Но потом пропала. Люди перестали в нее верить. Может быть, она вернулась?
– Ты предлагаешь поверить в то, что Валова убила магия, позволив при этом станцевать с воскресшей женой? – сдерживая сарказм, спросил Михаил.
– Я ничего тебе не предлагаю. Ты склонен считать так, как пожелаешь. А лучше так, как выгоднее будет полицейским. Ну кто хочет возиться с древним дедом, который и так бы скоро умер? Магия или нет – неважно.
– Жизнь каждого человека важна, – не очень уверенно проговорил Райлиев.
– Ну-ну, – демон достал еще одну сигарету и закурил, выпуская кольца дыма в сторону демонанта.
– Не нравится мне это дело, – отмахиваясь рукой от дыма, вымолвил Райлиев. – И ты, наблюдатель, мне тоже не по душе.
– А ты мне симпатичен. Иначе я бы ушел.
– И с чего это такая милость? Я думал, вы недолюбливаете демонантов.
– Недолюбливаем.
– Что ты скрываешь, Семиг? Я ведь все узнаю. Рано или поздно.
– Узнай. Я тебе чем могу помочь? И так сказал больше, чем хотел. Молчание – не моя сильная сторона. Я бы даже помог вам, к примеру, стер память соседям, и они бы забыли про жену. Но, увы, никто из демонов не способен такое проделать. Зато люди умеют обрабатывать своих сородичей, внушать им какую-то простую версию, которая все объясняет.
Райлиев прикусил нижнюю губу. Ветер задул еще сильнее, забираясь под джинсовку Михаила. Демонант дернул плечами и поежился. В темном небе клубились тучи, закрывая луну и звезды и готовясь вот-вот разразиться сильнейшим ливнем.
– Я видел в квартире следы демонов. Знаешь их?
– Демонов? Я видел только одного, – ответил Семиг. – Он частенько захаживал к нему в гости.
– Зачем?
– Не знаю. Но скорее всего, чтобы поговорить, – демон затянулся в очередной раз и выдохнул дым через нос.
– Только поговорить?
– Миша, Миша. А еще считаешь себя знатоком демонов. Многим из нас нужно питание, а не убийство. Живые люди намного ценнее, чем мертвые. Да и что такого, если демон общается с человеком? Уделил время старику, чего не делал для него никто в последние пару лет. – Демон щелкнул пальцами, и бычок улетел прямо в урну, стоящую неподалеку от лавки. – Он не убивал его, Миш.
– Откуда такая уверенность? – Михаил серьезно посмотрел на Семига.
– Я верю тому, что вижу. После того как демон ушел, Иннокентий был еще жив. – Семиг хитро улыбнулся.
Демонант увидел, как к ним идет один из полицейских. Семиг откинулся на спинку лавочки и поправил поля шляпы, прикрывая лицо.
– Рай, тебя зовет сыщик Карсонов. Срочно, – сказал парень, пытаясь не смотреть на демона.
Райлиев встал и направился обратно в квартиру Валова.
– Не благодари, Рай! – рассмеялся демон и тут же закашлялся.
Поднявшись на второй этаж, Райлиев очень неучтиво растолкал продолжающих дежурить в коридоре неугомонных соседей и вошел в квартиру.
– Звал? – спросил Михаил, подходя к Леониду и Ване, которые стояли у окна.
– Криминалисты кое-что нашли, – серьезно сказал Леонид и показал на стекло.
Райлиев подошел ближе и увидел надпись, которую кто-то сделал пальцем по стеклу. Сейчас на следах был черный порошок, и демонант прочитал послание: «Не у каждого есть сердце. Бросьте это дело. Танец касается только меня».
– Бросишь теперь это дело, как же, – пробурчал Карсонов, отодвигаясь в сторону и давая Райлиеву изучить надпись.
– И что это значит? Какая-то предсмертная записка? – спросил он, посмотрев на Карсонова.
– Это еще цветочки. Мы нашли кое-что поинтереснее.
Леонид пошел к ванной и показал на овальное зеркало. На его поверхности было таким же способом написано: «Некоторые люди в чем-то очень похожи друг на друга. Доверься своим желаниям, Рай».
– Какого черта? – подавился от удивления демонант.
– Хорошо, что у тебя, Рай, есть алиби на сегодняшний вечер. Ты был со мной. А так… Ты знал этого Валова? Был здесь?
– Не неси чушь! – возмутился Райлиев. – Я бы сразу тебе об этом сказал. И может быть, это послание не мне.
– Мы, конечно, проверим, есть ли кто по имени Рай, но…
– Меня тоже не Рай зовут, – бросил недовольно демонант.
– По документам. Но в участке ты Рай. И не только в участке. Сам жаловался, что демоны к тебе стали так обращаться, когда ты связался с нами.
Райлиев сжал кулаки и стиснул зубы.
– Стали, Лень.
– Как думаешь, демоны могли оставить это послание тебе?
– Наверное, могли.
– А зачем? – подходя ближе к зеркалу, спросил Карсонов. – Что твой демон говорит?
– Во-первых, он не мой. Во-вторых, он тоже видел жену Валова. Про послания ничего не сказал, но он знает одного из демонов, кто бывал здесь.
– И кто это?
– Не успел спросить, ты же меня позвал.
– Ну, знаешь ли! Тебе тут послание оставляют, – с трудом сдерживая ругательства, выдохнул Карсонов.
– Семиг, тот «мой» демон, – Михаил изобразил кавычки, – еще сказал, что Валов был жив, когда от него ушел демон. Но я и по следу тебе это сказал. – Михаил все еще рассматривал послание. – Чертовщина какая-то!
– Это еще мягко сказано, – шмыгая носом, поддержал его Карсонов, выходя из ванной комнаты. – Так, слушаем все меня! План слегка меняется. Ваня, ты еще не успел соседей обработать?
– Нет, – с опаской закачал головой полицейский.
– Комментариев не даем, квартиру опечатываем. Если уже опросили соседей, то пусть расходятся. Ребят, вы тут заканчивайте, – сказал он, обратившись к криминалистам, – а мы в участок. Валова можно увозить. Чехов, попроси, чтобы нам предварительно экспресс-тесты по старику провели, пока отчет о вскрытии готовится. Рай, ты со мной поедешь. Если послание тебе, то нужно все оформить.
– То есть мы продолжим заниматься этим делом? – уточнил у сыщика Чехов.
– Я пока не знаю, – честно признался Карсонов. – Дождемся вскрытия. Потом будем думать. Но я уверен, что Кравцов захочет закрыть дело или перекинуть его в Обитель. Следов насильственной смерти нет, на взлом и кражу непохоже. А записки, соседи, магия…
Михаил вернулся к окну, чтобы еще раз взглянуть на надпись, но увидел, как Семиг встал с лавки и огляделся по сторонам.
– Лень, подожди меня пару минут, – кинул он и бросился на улицу. На лестнице подвернул ногу и чудом не скатился кубарем вниз. Прихрамывая, Райлиев устремился к демону, который медленно шел в сторону совершенно не освещенного переулка.
– Семиг, стой! – закричал демонант. – Стой!
– Вы нашли записку, – демон не спрашивал, он утверждал.
– И не одну. Кто оставил ту, что была в ванной комнате? И почему в ней мое имя?
– Твое имя? – Демон остановился и повернулся к Райлиеву. – Раз твое – ты с этим и разбирайся. А я буду наблюдать, – сладко пропел демон.
– Ты ответишь…
– Я ничего больше не отвечу! – повысил голос демон. – Ты не вправе требовать с меня объяснений. Я и так сказал больше, чем ты заслуживал знать. Бойся своих желаний, Рай. И оставь это дело. Тут я согласен с посланием.
Демонант опешил.
– Ты прочитал мои воспоминания или знал, что было?
– Ты для меня сейчас как открытая книга, демонант. Твоя защита не работает. Ты заигрался. – И демон прищурился: – Если хочешь восстановить защиту, закрыться от демонов и вернуть контроль над своими мыслями, то заканчивай… сам знаешь с чем.
После этого демон отвернулся и, постукивая тростью по асфальту, быстро зашагал вперед. Михаил какое-то время простоял на одном месте, то сжимая, то разжимая кулаки. Он хотел крикнуть что-то в спину Семигу, но никак не мог подобрать слов.
– Что-нибудь узнал? – подошел Леонид и положил руку ему на плечо.
– Нет, – буркнул демонант.
– Тогда поехали, скоро ливанет.
Райлиев нехотя захромал за Карсоновым, забрался на переднее сиденье его старенькой служебной машины «Амур 100» и закрыл глаза, пытаясь понять, что же сегодня произошло.
Глава 2
Существует всего шесть рангов демонов, о которых мы знаем. От первого, к которому можно отнести низших демонов, живущих в вещах. До шестого, к которому мы относим только трех высших демонов-основателей, появившихся на Земле много тысячелетий назад. Скорее всего, даже раньше самого человека в том понимании, к которому мы привыкли.
Время в участке пролетело для демонанта как одно мгновение. Леонид быстро взял у него показания на всякий случай, если послание окажется адресованным именно ему. А потом они еще раз обсудили все, что узнали и увидели на выезде.
Вскоре Райлиев отправился домой, но уснуть так и не смог. За окном уже светило яркое утреннее солнце, а он проклинал друга за пять кружек не очень вкусного, но точно горячего кофе, которым тот его постоянно снабжал ночью. Отсиживаться дома не хотелось, и Михаил, быстро собравшись, вернулся в участок, где уже кипела работа.
В кабинете у Леонида сидел начальник полицейского участка Кравцов и с кислым лицом выслушивал отчет о ночном вызове. После чего встал и явно дал всем понять, что это бесперспективный случай и нежелательный висяк, которого нужно избежать любыми способами. В чем-то он был прав. Не было ни следов взлома, ни следов насильственной смерти. А странные послания и видения соседей не могли служить основаниями для проведения расследования. Оставалось только дождаться результатов вскрытия – и можно было выдохнуть.
Карсонов оживился и уже хотел устроиться поудобнее в кресле и спокойно выпить утреннюю кружку кофе, но ему позвонил патологоанатом и вызвал к себе. Причем голос его был таким загробным, что Карсонов и сам помрачнел. Взяв с собой Михаила, он поехал в морг, где производилось вскрытие Иннокентия Валова.
Войдя в холодное помещение с ярким светом, Райлиев и Карсонов сразу надели белые перчатки, предложенные доктором Ледовским, и подошли к его столу.
– Прости, Лень, сегодня не буду предлагать тебе сыграть в игру, от чего же он умер, – складывая руки на выпирающем животе, проговорил Ледовский и откинулся на спинку кресла. – Рак последней стадии. Метастазы в легких и печени. Я созванивался с коллегой из Первой онкологической. Он все подтвердил. Валова отпустили доживать несколько недель дома. Предложили хоспис, но Иннокентий отказался. Врач считал, что Валов едва ли протянет пять дней. В общем-то, так и вышло, – Ледовский кивал во время своего рассказа. – В крови ничего подозрительного не обнаружено. Никаких веществ. В том числе и алкоголя. Все чисто, – патологоанатом перелистывал документы.
– Анализ делали через лабораторию или…
– Или, конечно. Сам же вчера попросил экспресс. Через лабораторию результаты ждать дней пять, не меньше. Они все еще загружены под завязку. А мы взяли кровь и отвезли в морг управления. Знаешь же, их демон все чует и тут же выдает заключение. Они записывают, шлепают печать, и экспресс-анализ готов. Два часа, не больше, и то на все про все. Хорошо, что это наконец легализовали, и к делу приобщить можно, и в общий отчет прикрепить. А раньше, помнишь? Сначала экспресс, чтобы расследование продвигалось, а только через неделю аналогичный анализ приходит из лабы, но зато официальный.
– Все равно не люблю этих демонов. Не верю я им.
– Зато управление верит.
– А суды все еще требуют официальный из лабы. Легализовать-то легализовали, а все равно кочки оставили.
– Это точно.
– Значит, никакого убийства, отлично.
– Подожди, не торопись. Я еще не закончил. Есть тут такое, от чего я, возможно, лишился бы последних волос, если бы они были, – Ледовский почесал тыльной стороной ладони абсолютно лысую голову, блестящую в ярком свете потолочных ламп. – У вашего Валова нет сердца.
– Чего? – опешил сыщик.
– Идемте покажу.
Он подвел их к дальнему столу с лежащим на нем трупом Валова. Сыщик и демонант заглянули в раскрытую грудную клетку Валова.
– Быть такого не может, – прохрипел Карсонов.
– Ладно бы кто-то его забрал. Не знаю как, но допустим. Но тут его словно никогда и не было. Оно не вырезано и не извлечено другими недоступными моему воображению способами. Впервые такое вижу за всю практику. Вместо сердца у него переплетение артерий и сосудов.
– Напоминает клубок кровавых ниток, – сказал Леонид и посмотрел на Ледовского, который взял и положил себе на ладонь в перчатке озвученный комок, показывая его со всех сторон, словно огромный бесценный бриллиант.
– Может, это патология какая-то? – с умирающей надеждой в голосе спросил сыщик, не отрывая завороженного взгляда от того, что было в руке Ледовского.
– Ага, не иначе. Как это еще объяснить? – патологоанатом пожал плечами.
– Но человек же не может жить без сердца? – спросил серьезно демонант. – Или это функционировало так же?
– Рай, мне-то откуда знать, как это могло функционировать? И функционировало вообще или нет. Мне же труп привезли. Но если Валов дожил до вчерашнего дня, значит, это как-то работало. Другого объяснения у меня пока нет.
– Ты меня пугаешь, Ледовский, – сказал Карсонов. – Не заставляй думать, что среди мертвяков ты постепенно лишаешься рассудка.
– Уж поверь, Леня, с мертвяками, как ты их назвал, намного спокойнее и комфортнее работать, чем с вашими клиентами. Но это… Я осмотрел все тело под лупой. Искал хоть какие-то следы, как такое можно сотворить, так сказать, искусственным путем. Ничего. Я вообще без понятия, как это объяснить. Буду искать, с кем можно посоветоваться.
– Не у каждого есть сердце, – тихо сказал Михаил.
– Вот черт! Послание на стекле, – встрепенулся Карсонов, отрывая взгляд от кровавого клубка. – Вот оно о чем. А мог демон провернуть такую штуковину?
– Извлечь сердце без каких-либо следов и заменить его этим? – Михаил озадаченно глянул на Леонида, тот уверенно кивнул. – Конечно же нет. Они делают все человеческими руками. Сами они могут только забраться в тело, внушить мысли, и то не все из них. Зависит от ранга и способностей.
– Тогда что нам остается, поверить в версию с магией? – снимая перчатки и бросая их в ведро с отходами, спросил сыщик.
– Что еще за магия? – удивился патологоанатом.
– Видишь ли, Макс. – Леонид достал жвачку из кармана и, снова ни с кем не поделившись, бросил в рот две подушечки. – Валов за несколько минут до смерти танцевал со своей умершей пять лет назад женой. Это видели соседи. Старушка была вполне себе живой. После танца она куда-то исчезла. И мы не нашли никаких следов старушки, зато обнаружили следы демонов. Но они тоже на такое не способны, как считает Рай. Остается магия. Чертовщина. Называй как хочешь эту хрень. Можешь и это, – Карсонов показал большим пальцем на стол с трупом, – так объяснить в отчете.
– А храмовников привлекли?
– Пока нет, – ответил Карсонов.
– Демон не проникал в тело Валова, – пожал плечами Райлиев. – Это точно. По крайней мере, в день смерти. И демона в другом обличье тоже не было в квартире, когда старик умер. То есть повесить это на демонов у нас нет оснований. Карсонова пошлют в далекое пешее путешествие при попытке спихнуть дело в Обитель. И ты тоже сказал, что Валов умер от рака. Или все же он мог умереть от подмены сердца? Но тут мы опять приходим к тому, что демоны на такое не способны.
– А ты это знаешь наверняка? – уточнил Ледовский.
– Насколько это возможно. А так мы ничего не знаем наверняка о демонах. Только те сведения, что собирали храмовники и мои предшественники. – Райлиев стянул перчатки и тоже избавился от них.
– Ладно. Эм-м-м… Эх-х-х… – Патологоанатом тяжело вздохнул и оперся руками о стол. – Я даже не знаю, как отчет подать по поводу Валова. Посоветуюсь еще среди своих, может, кто-то что-то подскажет. Но, скорее всего, напишу, что выявлена патология. А там сам решай, Лень, будешь ты копаться в этой магической хрени или нет.
– Но причину смерти какую укажешь, если простым языком? – на всякий случай уточнил Карсонов.
– Рак.
– Понял. А то и Кравцов против этого расследования, – жалобно произнес сыщик. – Планы, раскрываемость и все такое.
Карсонов и Райлиев покинули здание морга.
– Ладно, рак, значит, рак, – произнес демонант, пока они шли к машине. – Но знаешь, Лень. Эти послания не дают мне покоя. Всю ночь думал об этом. Если там все же мое имя, то зачем? Чтобы вывести на демонов? А если так, то, значит, они в этом замешаны. Может, кто-то хочет, чтобы мы остановили демонов. Поэтому я должен довериться своим желаниям и не отступать?
– А ты желаешь ловить демонов? – усмехнулся Карсонов.
– Ну я же помогаю тебе.
– Я думал, ты это от скуки, чтобы с ума не сойти от одиночества и заточения в пустом доме, на которое ты сам себя обрек.
– Перестань. Не об этом сейчас. Может, Ледовский прав и мы далеко не все знаем про возможности демонов? Особенно высших. Я понимаю, что никакой магии не существует. И никакому некроманту не под силу оживить мертвого человека. Я встречал способных, кто вступил в связь с демоном ради силы. Но и они не могли оживлять. Получать послания откуда-то, неизвестно откуда, – да. И то, я бы сказал, это больше обман, чем способности.
– А если у кого-то получилось?
– Ага, тогда бы у нас тут уже зомби разгуливали по улицам. И почему Валов? Почему его жена?
– Не знаю. Давай найдем горе-некроманта или тех демонов и спросим.
– Найдем. Но мы что-то упускаем, словно разгадка совсем рядом, а мы ее не замечаем. Бывает у тебя такое чувство?
– Бывает. Интуиция называется, – усмехнулся Леонид. – Ты домой или со мной в участок?
– Домой. Поищу информацию о некромантах и демонах.
Карсонов прикрепил на крышу «Амура» мигалку, чтобы не стоять в пробках. После чего прыгнул в салон, где уже сидел Михаил, и, не прогревая двигатель, сорвался с места, заставив верещать шины, сцепившиеся с асфальтом. Демонант даже пристегнуться не успел и впопыхах дергал ремень.
– Ты в порядке? Опять не спал? – спросил сыщик.
– В полном, – без эмоций ответил демонант.
– Это не мое дело, но…
Неожиданно в лоб «Амура» чуть не влетел какой-то мотоциклист. В последний момент Леонид успел среагировать и крутанул руль влево, уходя от столкновения. Хорошо, что встречка была свободной, и Карсонов, чуть притормозив, вернулся на свою полосу.
– Кретин! Покупают права и творят что хотят! – выругался на мотоциклиста сыщик и взглянул на друга. – Рай, я тут давно хотел с тобой поговорить, но никак не мог подобрать момент, чтобы ты выслушал меня, а не вскочил и тут же удрал.
Карсонов вырулил на широкую дорогу, забитую машинами, съехал на обочину и утопил педаль газа.
– Ты его подобрал. Удрать из мчащейся по шоссе машины я не смогу, – сухо бросил Райлиев.
– Рай, ты не в порядке. Я думал, со временем тебе станет лучше.
– Ага.
– Но тебе не стало. Наоборот. Тебе нужна помощь. Но беседы со мной на эту тему ты последнее время избегаешь. Я не понимаю…
– И чего же ты не понимаешь?
– Прошло три года. Не месяц, не два. А три года! А ты все еще винишь себя, все еще живешь, будто это случилось только вчера. Ты стал до жути отстраненным, безжизненным, холодным. Правда! От тебя так и веет чем-то загробным, – Карсонов наигранно поежился. – В отделе поговаривают, что внутри тебя сидит демон. Да и мне временами так кажется.
– В демонанта нельзя проникнуть без его согласия, – все тем же тоном без эмоций перебил сыщика Михаил.
– Значит, ты разрешил. Не знаю зачем, но…
– Вот и я не знаю зачем. Нет во мне демона. И ничего во мне нет.
– Вот и я о том же. Ты потерялся, Рай. Потерялся в прошлом, и тебе нужна помощь, чтобы найти выход в настоящее. Тем более к тебе проявляет чувства наша Элла. Весь отдел об этом знает. Ты об этом знаешь. Красивая баба, с такой сладкой попой. М-м-м… С чувством юмора, без загонов. Это ж вообще редкость. А у нее знаешь сколько поклонников?
– Не-а, не интересовался.
– А ты поинтересуйся. Разуй глаза.
– Не могу, Лень, – взглянув куда-то вправо, ответил Михаил.
– Не не можешь, а не хочешь. Пора уже освободиться. Тебе двадцать шесть. Твоя жизнь не закончилась, она продолжается, – Карсонов закончил объезжать пробку, выключил мигалку и вернулся с обочины на основную дорогу. – Вот чем ты занимаешься? Работаешь фрилансером. Клепаешь однообразные сайты. Хотя мог бы зашибать приличные деньги конструктором, как делал раньше. Сбил себе график, дрыхнешь днем, а ночами сидишь у компа, словно ты кровосос. А потом ходишь с кругами под глазами, точно панда. Я вообще думаю, что если бы не наши с тобой расследования и совместные вечера на веранде, то давно бы ты сгинул.
– Не сгинул, – коротко произнес Райлиев таким тоном, который не подразумевал дальнейшего углубления в эту тему. – И спасибо, что поддерживал во мне жизнь. Но если тебе надоела моя компания, так и скажи.
– Хрень не неси! Ты непробиваем, черт тебя дери, – сдался Карсонов. – А я ради тебя стараюсь.
– Не старайся. Я же не прошу.
– Ты-то никогда не попросишь. Тонуть будешь в болоте, и то промолчишь. Хоть бы вещи их убрал, чтобы каждый день не вспоминать.
Райлиев молчал, сжав ручку двери так, что костяшки побелели.
– Давай чаще выбираться в бар? Поиграем в боулинг или бильярд. Или в баньку, выпарить из себя ненужные мысли. Второй год тебя уже зову.
– Мне хватает походов в бар демонов, когда я помогаю тебе в расследованиях, – скривился Михаил.
– Это не считается, – фыркнул Леонид.
– А баню я вообще не люблю. Пекло, словно в аду.
– Нам надо расслабиться, приободриться. И никаких возражений. Так что выбирай, куда пойдем.
Райлиев ничего не ответил и сделал вид, что подумает над предложением Карсонова. Но стоило ему зайти домой, как на него тут же навалилось непреодолимое желание глотнуть прошлого. Он стянул кеды и джинсовку, прошел на кухню и открыл верхний ящик, заставленный кастрюлями. Вытащил все эти, уже не нужные никому погремушки и отставил в сторону. Встал на стул и достал спрятанную в самом углу маленькую металлическую шкатулку. На ней была надета серебряная цепочка с освященным крестиком. Михаил стянул ее, отложил в сторону и аккуратно открыл. В шкатулке он хранил шарф Киры, который она ему так и не успела показать. Шарф, который она купила в тот день и в котором сидел демон, впитавший ее воспоминания. Демонантам запрещалось держать дома демонов и тем более хранить демононизированные вещи, в которых они сидели. По Указу, полагалось относить такие предметы в ближайшую Обитель или сразу же вызывать храмовников. Выскоблить демона – неимоверно тяжелое занятие. Это можно сделать, только если отбелить его. А этот ритуал умели проводить лишь храмовники и посвященные демонанты. Нужно было не только распознать демона и его ранг, но и создать алтарь с нужными символами, подобрать специальные порядки слов, которые храмовники держали под семью печатями. Только так демоны выдворялись из нашего мира. Вот только куда, никто не знал – людям там было не место.