Криминальные каникулы – 1. Том второй. Под знаком орла
- -
- 100%
- +
– Пойдёшь! – Сказала Алиса.
Данька впервые за всё время их знакомства услышал в голосе своей американской подруги железные нотки.
– Нет!
– Пойдём поговорим!
Алиса схватила Дашу за руку и повлекла за собой к выходу. Та подчинилась.
Хлопнула дверь.
Данила принялся прислушиваться, о чём говорят девочки, но слышал только едва разборчивые голоса, а о чём именно шла речь – это было не понятно. Наконец дверь распахнулась и на пороге появилась улыбающаяся Алиса.
– Всё в порядке! – Объявила она. – Пойдём на твою дачу!
Потом ей пришлось коротко переговорить с англичанами. Алиса объяснила им, что через час-полтора она вернётся, и тогда им можно будет продолжать обход ветеранов.
– Только не задерживайся, ладно? – Попросил археолог.
– Не волнуйтесь, мистер Брайтон, сегодня погода куда лучше, чем вчера, я надеюсь, что мы сможем добраться до конца списка.
– А что мы потом будем делать? – Спросил Файшер. – Ну, когда с ветеранами закончим?
– Вечером соберёмся все вместе и решим.
Даша одела куртку, натянула на голову шапку и вопросительно воззрилась на Алису.
– Ты забираешь нашу девочку? – Уточнил Брайтон. – Насовсем?
– «Вашу»? – С улыбкой переспросила Алиса.
– Мы уже как-то привыкли к ней, – в свою очередь улыбнулся археолог. – Ты хочешь отправить её обратно к родителям?
– Нет. Я отыскала место, где она сможет пока пожить.
– Бедный ребёнок! – Посочувствовал Брайтон.
– Да – бедный, – подтвердил Файшер, но по его сияющему виду было ясно, что разлукой он нисколько не огорчён.
Шли молча. Даша, насупленная и не очень довольная плелась за Алисой и Данилой. Данька всё порывался спросить, что именно сказала маленькая американка Даше там, на веранде дома, но всё как-то не получалось: он не хотел, чтобы это слышала Даша.
Два садово-огородных хозяйства располагались по обеим сторонам посёлка, поэтому им пришлось пройти через весь Шибинец.
В другом конце посёлка стояла плотная стена разнокалиберных сараев и гаражей, за ними в свою очередь, вплоть до самой реки, тянулись дачные участки.
Ребята направлялись именно туда.
Когда Родион Раскольников направлялся к старухе-процентщице, по дороге он принялся раздумывать, как было бы хорошо для города, если бы Летний сад распространить на всё Марсово поле, а потом всё это соединить бы с Михайловским садом… А потом вспоминает (!), что идёт совершать убийство.
У «целителей человеческих душ» это называется «защитным механизмом».
То, что происходило сейчас с Данилой, можно было отыскать именно на этой страничке учебника по психологии. Если бы он осознал, что Даша – та самая жутко-красивая рыжая девочка, которой он посвятил каждое мгновение, последних дней идёт вслед за ним – и куда? – на его дачу! – чтобы там жить! – он бы, пожалуй, вряд ли смог бы адекватно воспринимать окружающую действительность.
– Хочешь, я тебе наш овраг покажу? – Спросил Данька, и сам удивился своему вопросу.
Он остановился так резко, что Даша ткнулась ему головой в плечо.
– Тебе знак нужно на спине нарисовать, чтобы дистанцию соблюдали, – посоветовала она. – Мел есть?
– Нету.
– Ну и ладно, – отмахнулась девочка. – Потом фломастером накарябаю. Так что там с оврагом – это шутка такая?
– С каким оврагом?
Даша ответила долгим и внимательным взглядом, каким доктора обычно смотрят на тяжелобольных пациентов.
– А-а… Я хотел тебе овраг показать…
Неожиданно Даша схватила Данилу за рукав и толкнула в сторону:
– А, ну, в сторону!
Близко от них, вздымая целые облака пыли, проехала тяжело гружёная машина.
– Ты вообще, как до нынешних-то лет дожил? – Хмуро осведомилась рыжая хулиганка.
– Так я… Это…
– «Я, это», – перекривляла его девочка. – Ещё бы пара секунд – и в руках у тебя была бы арфа, а за спиной – крылышки. Скажи спасибо, что я подсуетилась. И фантазии у тебя какие-то странные. Зачем нам смотреть какой-то там овраг?
– Там красиво.
Даша покосилась на Алису, тот едва заметно пожал плечами.
– Ладно, веди! – Согласилась она. – Это далеко?
– Не-е, тут ВСЁ близко. У нас Шибенец маленький.
– Ну и названьице, – хмыкнула девочка. – Оборжаться и не встать. Кто придумал?
– Не знаю.
– Кто-то вроде тебя – зуб даю.
Алиса помалкивала.
Данила провёл друзей в проход между двумя рядами сараев, и вскоре ребята оказались перед песчаным обрывом.
Даша заглянула вниз и отшатнулась:
– Ого! Тут километров пять будет! Или даже десять.
– Метров сто, – уточнила Алиса. – И то вряд ли.
– Верно, – кивнул Данька.
Даша в это время снова подошла к краю обрыва, подняла ладонь, закрывая глаза от солнца, и вгляделась вдаль. Тут в самом деле было очень красиво. Прямо под ногами шумели деревья, лес уходил вдаль, а у самого горизонта блестела лента реки.
– Ну и овражище! – Изумилась девочка. – И где он заканчивается?
– На самом деле это не совсем овраг, – принялся объяснять Данька. – Мы просто называем это оврагом. На самом деле наш посёлок стоит на горе, а здесь просто-напросто спуск с неё.
– Вы весь мир, кроме своего города считаете оврагом?! Не-е, всё-таки где-то тут есть бункер со злобными учёными.
– Которые генетические эксперименты проводят? – Уточнил Данила.
– Точно. И делают из здешних аборигенов идиотов.
– Значит я тоже идиот? – Насупился Данька.
Даша почесала кончик носа.
– Покажи язык! – Вместо ответа потребовала она.
– М-м! – Открыл рот мальчик.
– Вот! – Удовлетворённо кивнула рыжеволосая хулиганка, – ты безропотно выполняешь команды чужих людей, даже самые абсурдные. Это диагноз, как ни крути; нормальный человек так поступать не будет.
Даже серьёзная и молчаливая Алиса прыснула в кулак.
Ещё раз полюбовавшись пейзажем, ребята пошли дальше.
Казалось, лабиринт гаражей, сарайчиков и сараев никогда не закончится.
Из очередной двери раздалось утробное мычание и потянуло таким сильным запахом навоза, что Даша сморщила носик и ускорила шаги:
– Никогда бы не подумала, что при жизни говядина так жутко воняет.
– Нормальный деревенский запах, – буркнул Данька. – Всё-таки мы не по Москве шагаем. Мне автомобильная вонь куда меньше нравится.
Улучив момент, когда Данька оказался чуть впереди, Даша схватила Алису за рукав:
– Я только сейчас поняла очевидную вещь: ориентироваться нужно по медведям на небе, а не по затылку Сусанина… Алис, спроси у него фамилию, вдруг это партизанский потомок заведёт нас куда-нибудь в болото или к этим, которые его позавчера украли. Откуда ты знаешь, почему они его отпустили – вдруг он с ними договорился.
– Хватит молоть… эту, как её…
– Чепуху? – Предположила Даша.
– Точняк – её!
Даша хихикнула, и маленькая американка непонимающе захлопала ресницами:
– Почему ты смеёшься? Я что-то не так сказала?
– Не переживайся, – отмахнулась от неё Даша. – Всё в толстом порядке – так ты вроде всегда говоришь?
– И совсем не всегда! – Запротестовала Алиса. – Только один раз, а потом меня исправили, что нужно говорить «в полном».
– «В полном», «в толстом» – какая разница. «В толстом» – так даже прикольнее. Ладно, проехали.
– Куда? – Не поняла дотошная Алиса.
Вместо ответа Даша возвела глаза к небу и промолчала. Вскоре их догнал Данила, и разговор сам собой прекратился.
Глава 61
Впервые за всё время, что ребята знали Дашу, у неё пропал дар речи и она не нашлась, что можно сказать. Приоткрыв рот, рыжая хулиганка изумлённо оглядела помещение, где оказалась, судорожно перевела дыхание и наконец выдавила из себя:
– Это ТУТ мне жить?
Алиса и Данила переглянулись. Увидев панику в глазах своего друга, маленькая американка взяла контроль над ситуацией в свои руки:
– Жить ты могла бы дома, у родителей. А здесь ты будешь прятаться.
– ТУТ – прятаться? – Голос Даши дрогнул.
Данька опустил глаза в пол.
– Да! – Твёрдо сказала Алиса. – По крайней мере – до завтрашнего утра. А потом будем посмотреть.
Даша снова шумно вздохнула, наконец с усилием выговорила:
– Ладно, если до завтра – я согласна. А завтра что?
– Будем посмотреть, – снова повторила Алиса. Данила что-то шепнул ей в ухо, и маленькая американка тут же поправилась. – Будет видно.
Дашу можно было понять.
Два дачных посёлка разительно отличались друг от друга.
Первый, в котором жили Брайтон и Файшер, появился как минимум полсотни лет назад. Старые деревянные дома были построены основательно, как это умели делать в советские времена. Участки с громадными яблонями и вишнями, окружённые со всех сторон громадными соснами, напоминали утопающую в зелени садов большую деревню.
Даша, судя по всему, впервые увидевшая настоящую дачу, решила, что и все остальные такие же.
Она глубоко ошибалась.
Участки в другом дачном посёлке начали раздавать в начале девяностых. Самым старшим едва ли исполнилось три-четыре года. Землемеры из горсовета отыскали громадную заболоченную территорию, поделили её на аккуратные квадраты по шесть соток и принялись за небольшую мзду раздавать их всем желающим. В желающих недостатка не было. Вскоре новоявленные дачники всеми возможными средствами принялись огораживаться друг от друга – шифером, какими-то явно кладбищенскими оградками, самодельными изгородями и по мере своих сил «поднимать целину». Самые шустрые успели начать строительство – и кое-где поднялись квадратики летних домов.
Данькин участок был одним из самых «продвинутых» – кроме кирпичного дома на нём располагались две теплицы, сарай для инвентаря и даже гараж.
– У вас что – машина есть? – Тут же спросила Даша.
– Нет, – огорчённо мотнул головой мальчик. – Купим когда-нибудь. Наверное.
– Везёт тому, кто сам себя везёт, – сказала Даша. – Вам не повезло – факт. Чё, с деньгами у вас совсем напряжёнка?
– Напряжёнка, – пришлось согласиться Даньке. – Как у всех сейчас. Зарплату на несколько месяцев задерживают, папке за февраль только на прошлой неделе заплатили. Ещё хорошо, что чернобыльские вовремя выплачивают.
– Чернобыльские? – Заинтересовалась Алиса. – Это как?
– Девять лет назад у нас Чернобыльская АЭС взорвалась, – пояснил мальчик. – Ну, и радиацией нашу область немножко зацепило. Нам всем за это компенсацию выплачивают.
– Деньги дают? – Удивилась Даша. – Из-за какой-то радиации?
– Радиация – довольно опасная штука, – сказал Данила. – Около этой АЭС до сих пор мутанты рождаются. Я в газете сам видел фотографию козлёнка с тремя головами.
– Ужас какой! – Тихо сказала Алиса.
Данила вытащил из кармана ключ и открыл дверь. Даша, отстранив его, первой вошла в дом – и застыла.
– Это ТУТ мне жить? – Едва смогла вымолвить она.
Интерьер не отличался особым разнообразием. Точнее сказать, его не было вообще. Внутри дом оказался абсолютно не отделан.
Наличествовали: четыре кирпичных стены, бетонный пол, обитый фанерой потолок и небольшая печка около стены, на которой стояла донельзя замызганная кастрюля. Из мебели были только аккуратно застеленная кровать в углу, журнальный столик, два стула по обеим сторонам стола, вазочка с засохшими цветами на подоконнике – и больше ничего.
Алиса постаралась исправить ситуацию. После долгих объяснений рыжеволосой хулиганке пришлось смириться. Действительно, что ещё ей оставалось делать?
– Здесь хуже, чем в тюрьме! – Буркнула Даша. – Там хоть кормят три раза в день.
– Откуда ты знаешь? – Вскинулась Алиса. – Ты что – была там?
Она бы уже нисколько не удивилась положительному ответу.
– По телевизору видела.
Даша прошла по дому взад-вперёд, потом поёжилась – несмотря на жаркий день, тут было довольно прохладно.
– Я тебе пообедать принесу, – пообещал Данила.
– Уж будь добёр, – без всякого воодушевления ответила Даша. – Только если ты тушёнку принесёшь – я тебя вместе с банкой заставлю съесть, не открывая. Тушёнка мне уже поперёк горла стоит.
– А что ты любишь? – Спросила Алиса. – Что тебе принести?
– Для начала: тетрадь потолще и карандаш.
– Это ещё зачем? – Не понял Данила.
– Напишу, что я люблю, пока вы добрые. Когда ещё представится такая возможность… Не, лучше тоненькую тетрадь принесите, я напишу, чего я не люблю, а всe остальное – тащите сюда.
– Да ну тебя! – Как-то совсем по-русски сказала Алиса и первой вышла наружу. Через минуту ушёл Данила, не забыв предупредить, чтобы Даша никуда не уходила.
– Тебя забыла спросить! – Возмутилась рыжая хулиганка в сторону захлопывающейся двери.
Девочка осталась одна.
Несколько минут она лежала на кровати, бессмысленно глядя в потолок, потом вскочила и принялась бродить взад-вперёд по тесному помещению. Еe деятельная натура жаждала какой-нибудь деятельности, однако делать тут было ну, совсем нечего. Теперь предыдущее место, где рядом суетились незадачливые кладоискатели, уже не казалось ей таким уж плохим.
«И всe из-за каких-то трёх отморозков! – С ненавистью подумала она. – Хотя кто сказал, что их трое, может их там целая дивизия была. Всё равно, если бы я одного из них угробила, может они бы и отстали от нас. И ещё этот мент – в каждой бочке ложка дёгтя, из всех щелей вылезает, будь он неладен! Ещe не понятно, от кого больше прятаться нужно!»
Даша снова принялась бродить из угла в угол, пока не наткнулась на небольшую картонную коробку, стоящую перед раскрытой дверцей печки. Внутри были навалены газеты для растопки, а на самом дне ящика лежала книга. Это была самая большая книга из всех, что Даше когда-либо приходилось видеть. Девочка с трудом приподняла еe на уровень глаз и, прищурившись, прочитала название «Справочник по высшей математике».
– Дебилы! – Пожаловалась Даша куда-то в пространство. – Такую книгу выкинули! Нет, в этом Шибинце… или как там его… с генетикой точно проблемы. Какие нормальные люди будут выкидывать книгу, которую лет пять можно читать – и то вряд ли прочитаешь. Пока до конца дойдeшь, забудешь начало – и опять можно начинать читать. Это ведь просто вечный двигатель какой-то – а они выкинули! Всё – себе возьму! И даже спрашивать не буду, они всe равно только зимой заметят, что книги нет, а за это время я что-нибудь придумать успею. Только вот как еe отсюда вынести, чтобы этот принц не заметил?
Принцем Даша про себя называла Даньку, но ему самому ни за чтобы в этом не призналась.
Она чуть передвинула кровать, чтобы удобнее падал свет, улеглась на жёсткий матрац и открыла первую страницу. Математику она всегда любила, все школьные учебники по математике, которые им выдавали в конце учебного года, она одолевала за лето, однако сейчас, увидев на первой же странице мудрёные формулы, была вынуждена признаться, что математики она не знает ВО-О-Б-ЩЕ.
Читала она долго. Какие-то страницы перелистывала, не задерживаясь на них, какие-то изучала более внимательно, а несколько раз надолго задумалась, уставившись в пространство и беззвучно шевеля губами.
– Да не может такого быть! – Один раз вознегодовала она и снова сосредоточенно уставилась в стену прямо перед собой.
У неe явно что-то не сходилось.
– Ересь какая-то! – Наконец подвела итоги Даша и снова вернулась к книге.
Незаметно для себя она уснула, а проснувшись, долго не могла сообразить, где находится.
– Есть хочется – просто жуть! – Сама себе пожаловалась она. – А пить – ещe сильнее. Тут даже воды нет! Пойду прогуляюсь, – решила девочка. На предостережения друзей она решила не обращать внимания. Действительно, кто её в этом медвежьем углу отыскать сможет. В город же она не пойдёт, так, пройдётся поблизости, посмотрит на ближайшие дачи – и тут же в норку. А тут, может, и принц с консервами появится. Теперь она была согласна даже на тушёнку, лишь бы с хлебом.
Глава 62
Михаил относился к тому счастливому поколению шестидесятников, которое знало и понимало, зачем оно живёт. Впереди была глобальная цель – коммунизм, а на страницах серьёзных изданий всерьёз шёл спор между «физиками» и «лириками», которые бурно решали, что имеет первостепенное значение для общества – наука или искусство.
Мальчик имел математический склад ума, поэтому у него даже не было сомнений, какую стезю избрать. Он поступил на физико-математический факультет областного вуза, учился ровно, хотя и звёзд с неба не хватал, и без всякого сомнений считал, что жизнь удалась. Так было вровень до тех пор, пока на четвёртом курсе он не очутился на производственной практике. Тогда ему стало понятно, что профессия инженера не подразумевает постоянных изобретений и открытий, неустанных поисков чего-то нового или улучшения всего старого.
Оказывается, почти всё рабочее время среднестатистического инженера занимала бумажная волокита. Составление бесконечных планов, отчётов, технических спецификаций, инструкций и формуляров – всё это было до невозможности скучно. Иногда приходилось принимать участие в починке станков, которые появились ещё в то время, когда Михаил в коротких штанишках бегал в детский садик, а самые лучшие умы человечества пока ещё не изобрели даже простенького «тетриса».
Михаил устроился на работу – и жизнь потекла своим чередом. За двадцать лет мало что изменилось. Тот же кабинет, те же бумаги, те же разваливающиеся на ходу станки. Рутина.
Он сидел за заваленным бумагами столом и составлял список электрики, необходимой слесарям в следующем квартале. Тоже идиотизм, с какой стороны не посмотри: каким местом он должен догадываться, что именно и как сломается в следующие три месяца? Но делать ничего не оставалось – и Михаил послушно переписывал строчку за строчкой из списка за текущий квартал, лишь изредка изменяя позиции и меняя количество необходимых экземпляров, чтобы «сдираловка» не выглядела слишком уж наглой.
Телефон зазвонил, когда он уже почти закончил.
– Да?
– Миш, к тебе тут пришли.
Сразу стало понятно, что звонят с проходной.
– Кто?
– Милиция.
Это слово произвело действие ушата холодной воды. Михаил вскочил с места. Он сразу же решил, что с Алисой что-то случилось. Не одеваясь, как был – в рубашке и комнатных туфлях, он выскочил из кабинета и помчался по пролётам лестницы, перепрыгивая через три ступеньки.
До проходной было метров пятьсот, но он промчался это расстояние за несколько секунд, а потом долго не мог отдышаться.
Владимир с удивлением оглядел взъерошенного инженера:
– Миш, ты чего?
– Это я должен спросить тебя… чего случилось…
Милиционер пожал плечами:
– Да ничего такого. Просто был поблизости, решил зайти к тебе, пообщаться в неформальной, так сказать, обстановке. А то всё по телефону, да по телефону, уже и неудобно как-то, всё-таки в одном городе живём.
– Ты меня так больше не пугай!
– Чего это ты вдруг стал таким боязливым?
– Станешь тут с вами… Ты не знаешь и половины того, что на самом деле тут происходит!
– Не хочешь об этом поговорить? У тебя как со временем?
– Нормально у меня со временем. В нашем отделе вечером в пятницу никогда не бывает много работы.
– Пойдём, попьём пивка?
Михаил не любил спиртное, но сейчас был вынужден согласиться. Не в подворотне же, в конце концов, им разговаривать.
Старый раздолбленный «Уазик» стоял тут же, около проходной.
Михаил сходил в офис и переоделся. Вскоре они сидели в небольшом кафе. Полная буфетчица копалась у себя за стойкой, раскладывая в витрине пирожки и салаты в крохотных фаянсовых тарелках. Пожелтевшие, давно не стиранные оконные занавески были густо облеплены мухами.
Михаил, поколебавшись, принялся рассказывать историю, которую совсем недавно ему поведала Алиса.
Владимир недоверчиво хмурился, покачивал головой, скептически хмыкал, в общем всеми возможными в данном случае средствами показывал, что всему, о чём говорит приятель, он не верит ни на грош. Когда рассказ был окончен, страж порядка отхлебнул последний глоток пива и поставил пустой бокал на край стола.
– Ты сам-то этому веришь? – Без обиняков спросил он.
– Алиса – на редкость благоразумная для своего возраста девочка, – дипломатично ответил Михаил. – Она вряд ли стала бы меня обманывать.
Владимир скривился:
– Сокровища, бандиты, похищения – мура какая-то. Мне даже начальству докладывать нечего – меня всем отделением оборжут. Дарью Батьковну на родину вернуть – это да, нужно, не спорю, а во всём остальном…, – не договорив, он безнадёжно махнул рукой.
Михаил отставил в сторону нетронутый бокал с пивом.
– Похищение ребёнка – это, по-твоему, тоже смешно? – Спросил он.
– Это ещё нужно доказать, что Данилу похищали. Если мы когда-нибудь сможем отыскать этих «гастролёров», даже самый тупой адвокат камня на камне не оставит от обвинения в похищении. Ну, посидел пацан полтора часа в чужой машине – поди докажи, что он не по своей воли там очутился. А там и сами потерпевшие, у которых карту отобрали, как я понимаю, скоро покинут территорию нашей страны. Так что, как ни крути – всюду клин.
– И ты ничего не собираешься делать? – Нахмурился Михаил.
– Почему же ничего? – Спокойно ответил Владимир. – Буду присматривать за твоими малышами, как говориться, в свободное от работы и учёбы время. На Дарью я ориентировочку уже послал, может что отыщется за неделю… точнее, у меня уже шесть дней осталось. С твоей лисой-Алисой я время от времени тоже общаюсь. Хотя она не очень откровенна, но кое-что из происходящего я понимаю. Да и местных я насторожил: если кто-нибудь из чужаков появится – я тут же об этом узнаю. Так что не переживай, работа идёт. Для нас сейчас главное, что для детей никакой опасности нет, так ведь?
– Дай-то бог.
Они одновременно замолчали. Михаил, наконец, начал пить своё пиво, рассеянно глядя куда-то за окно.
– У меня кое-какие кусочки пазла начинают складываться, – тихо проговорил милиционер. – Я сейчас подумал: это ведь довольно логично получается. Сначала эти ребята у наших англичан угоняют машину, ставят в автомобиль свой жучок – и возвращают машину обратно. Не знаю, что там они услышали полезного, но они в конце концов добились своего: забрали у иностранцев карту. То-то я сначала не понимал, зачем эта машина вообще была угнана. Я ведь сначала, – Владимир смущённо хмыкнул, – тоже не поверил, что всё это на самом деле случилось.
– И что? Убедился?
– Убедился. Права твоя лисичка-Алиса, Потапыч, на все сто.
– Но начальству ты всё равно ничего докладывать не будешь?
– Не вижу смысла, Миша. Нет заявления – нет дела. Да тут и заявление писать некому. Некому и незачем.
– Не нравится мне всё это, Володь. Алиса сюда отдыхать приехала. И язык изучать. А вместо этого она влезла в какие-то криминальные разборки.
– Когда я отвезу тебя домой, – принялся планировать Владимир, – заеду к англичанам и посмотрю, собираются они там или нет. Если нет – потороплю. Чем быстрее они уедут, тем спокойнее нам будет жить, веришь-нет?
– Верю, – послушно согласился Михаил.
– А теперь допивай пиво – и поехали.
Вскоре они вышли из кафе, уселись в машину, и запылённый «уазик», натужно ревя мотором, принялся петлять по улицам Фокино.
– Володь, – сказал Михаил, глядя куда-то в сторону, – у тебя миллионов пятьдесят не будет? Месяца на три-четыре?
– Найдётся. Нам зарплату больше, чем на два месяца пока ещё ни разу не задерживали. Что, с деньгами совсем туго?
– Совсем. Много потратили, пока Лариску собирали, теперь перед Алисой не хочется в грязь лицом ударить. Не буду же я её макаронами и пшёнкой кормить.
– Карта с сокровищами нам сейчас совсем бы не помешала, да? – Хохотнул Владимир.
Михаил ничего не ответил.
Глава 63
Бродить между дачами Даше скоро надоело. Тут не было, ну, совсем ничего интересного. Людей было совсем мало. Кто-то полол грядки, кто-то убирал со своего участка сухие ветки и корни, кто-то просто грелся на солнышке.
Даша обошла весь посёлок по периметру и вскоре вернулась обратно. Ни Данилы, ни Алисы пока ещё не было.
– Конечно, им хорошо, – сказала Даша сама себе, – ездят по городу, чай пьют, пирожки кушают. А я тут как дура – одна, голодная, холодная, оборванная, злая…
Она бы ещё с удовольствием пожалела сама себя, но прилагательные закончились.
Девочка уселась на ступеньке крыльца, обхватила руками колени и принялась разглядывать плывущие по небу облака, плотные и белые, словно из ваты. Но и это вскоре ей надоело.
Неожиданно в птичьи трели вплелись новые звуки – где-то вдали слышались звонкие ритмичные удары. Даша прислушалась и решила, что стучат то ли топором, то ли молотком.
– Туалет строят. Или сарай какой-нибудь. Пойти, что ли, посмотреть?
Девочке явно не хватало общения: в отсутствии других собеседников она разговаривала сама с собой и не испытывала особенных неудобств.