Драконы не умирают!

Глава двенадцатая

СЕЛЕНА, ОБОРОТЕНЬ И ЛОШАДЬ

Степное холмистое предгорье благоухало летними травами, зеленое солнце щедро дарило тепло. В небольшой долине мирно паслась навьюченная лошадь, совершенно не обращая внимания на резвящихся рядом росомаху и дракона.

– Не догонишь! – весело крикнула росомаха, улепетывая от дракона.

Изумрудная молния мелькнула в траве вслед за бурым зверьком. Казалось, что вот сейчас дракон настигнет, но росомаха резко свернула в сторону, и зубы дракона лязгнули, поймав только пучок травы. Дракон сменил тактику. Теперь он не гнался по прямой за росомахой, а прыгал зигзагами, прижимая зверька к холму. Росомаха извернулась, стремясь прорваться обратно в долину, но хвост дракона со свистом рассек воздух перед самым ее носом, пришлось отступить.

– Попалась! – выкрикнул дракон.

Росомаха ринулась в сторону и врезалась в крыло дракона.

– Считай! – Дракон развернулся и побежал.

Росомаха закрыла лапками глаза и принялась считать:

– Один, два, три… – бормотала она, чутко шевеля ушками.

Дракон пробежал метров десять, перепрыгнул через широкий ручей, примял траву и осторожно отступил по своим следам. Повертел головой, примерился и скакнул в сторону мгновенно скрылся в зарослях ивняка, сливаясь с ландшафтом.

– Пятьдесят! – крикнула росомаха. – Кто не спрятался, я не виновата!

Она развернулась к долине, прищурилась от яркого света, и принюхалась. На морде росомахи промелькнула тень улыбки, она облизнулась и стремглав побежала. Не останавливаясь переплыла ручей, встряхнулась, разбрызгивая переливающиеся на солнце капли и юркнула в заросли.

Дракон приподнял голову, выискивая росомаху, но ни один лист не дрогнул на ивах. Дракон резко перекувырнулся назад через голову, уходя от преследования, только все равно опоздал: росомаха вцепилась в его хвост острыми зубками.

– Я тебя поймала, – невнятно, с хвостом в пасти, произнесла росомаха.

– Ладно, прячься, – проворчал дракон, отворачиваясь и начиная считать: – Один, два, три…

Росомаха отбежала от дракона, изогнулась дугой и не стало росомахи. Девушка с тихим стоном поднялась на ноги тряхнула головой, разметав копну коротких волос, и в два прыжка очутилась в ручье. Она сорвала тростинку, подула в нее и погрузилась в воду.

– Я иду искать! – крикнул дракон. – Кто не успел, тот опоздал!

Дракон пробежался по следу росомахи, принюхался над местом, где оборотень сменил облик, и тоже превратился в девушку. Не спеша она подошла к ручью и, постояв минутку, с усмешкой заткнула пальцем тростинку.

По воде пошли пузыри, пойманная девушка вынырнула и, отплевываясь, спросила:

– Селена! Как ты меня нашла?!

– Догадалась, когда поняла, что ты сменила облик, – улыбнулась девушка.

– Есть что-то захотелось…

– Вроде еще рано, недавно ели, – удивилась Селена и посмотрела туда, где паслась ее лошадка.

Стоило ей на миг отвернуться, как коварная девушка схватила Селену за волосы, и они с визгом упали в ручей, подняв фонтан брызг.

– Я тебя отучу ловить росомах, – топила девушка Селену, окуная ее голову глубоко под воду.

Но неожиданно сама плюхнулась на спину, а вынырнувшая Селена подняла ее за ногу.

– Будешь знать, как драконов топить, – засмеялась она, отпустила ногу девушки и пообещала: – В следующий раз, Рос, я тебя за такие выходки съем.

– Подавишься, – весело выкрикнула Рос и набросилась на Селену.

Борьба в воде и окрестностях шла минут десять, обе девушки перепачкались прибрежным илом и обмотались водорослями. У Рос в волосах запутался рак, он стремился выкарабкаться из бурой шевелюры, грозно клацал клешнями и запутывался еще больше.

– Рос, у тебя рак на голове сидит, – рассмеялась Селена. – Стой спокойно, я его вытащу.

Селена высвободила несчастное членистоногое и посадила на плечо Рос.

– Может, наловим раков? – предложила Рос, разглядывая его у себя на плече, пока тот не свалился в ручей.

– Я их не люблю, – поморщилась Селена. – У раков мясо сладкое.

– Тогда давай съедим твою кобылу, – засмеялась Рос.

– Лучше тебя. – Селена бросилась на девушку и повалила в воду.

Еще минут пять продолжалась возня в ручье. Обе девушки, запыхавшиеся и раскрасневшиеся, как вареные раки, выбрались на берег и разлеглись на траве.

– Полдень, – произнесла Селена, глядя в безоблачное небо.

– Хочу мяса, – капризно сказала Рос.

– Поймай зайца. – Селена закинула руки за голову, продолжая лежать.

– Не хочу зайца, хочу косулю, – надула губки Рос.

– Лови косулю, – равнодушно отозвалась Селена.

– Может, поможешь?

– Нет.

– Почему?

– Я не голодна.

– А я есть хочу.

– Ты что, всегда голодная?

– Почти.

– Хочешь рыбу? Вон она, плещется.

– Да ну ее, мокрая, скользкая, – поморщилась Рос.

– Дай позагорать, лень мне за косулей бегать.

– Тут идти-то сто метров.

– Ну полчасика.

– А вдруг убежит?

– Не убежит, она людей не боится.

– Почему?

– Непуганые здесь места, дикие.

– В пяти километрах отсюда монастырь.

– Так он женский, монашки не охотятся.

– Давай к ним в гости сходим, – предложила Рос.

– Обернемся зверями и перепугаем до полусмерти, – засмеялась Селена.

– Можно и попугать, только пусть сначала накормят.

– Эх, голодная ты моя, – вздохнула Селена, – пойдем, подстрелим тебе косулю. Только разделывать ее сама будешь.

– Отлично! – обрадовалась Рос.

Девушки перешли ручей, Селена подозвала лошадь, та недовольно фыркнула, но подбежала. Никуда не спеша, Селена натянула лук, выбрала стрелу и осмотрелась в поисках косули, Рос нетерпеливо подпрыгивала рядом. Косуля, ничего не подозревая, паслась в двухстах метрах. Коротко свистнула стрела, и животное упало, пронзенное навылет.

– Она ваша, – поклонилась Селена Рос.

Девушка-росомаха радостно взвизгнула и кинулась к добыче, даже нож взять позабыла. Когда Селена подошла к ней, поигрывая длинным ножом, сначала растерялась. Косуля была разорвана пополам, а Рос, вся перемазанная кровью, с наслаждением ела сырую печень.

– Такая вкуснятина! – Она закатила глаза и с жадностью вцепилась зубами в остатки печени.

– Я думала, мы ее поджарим, – усмехнулась Селена и пожала плечами, – но если тебе сырое мясо больше по вкусу, ешь.

Она бросила росомахе нож и пошла разводить костер, Селена предпочитала жареное мясо.

После обеда Рос опять предложила сходить в монастырь.

– Зачем он тебе? – Селену монашки не интересовали.

– Надо, – упрямо мотнула головой Рос.

– Хорошо, – легко согласилась Селена, – только помойся.

– Зачем?

– Ты что, пойдешь в монастырь вся в крови? Там неправильно поймут.

– А, это, – отмахнулась Рос. – Я быстро.

Она сбегала к ручью, тщательно вымылась и причесалась. Девушки оделись, затушили костер и пошли вдоль ручья. Селена свистнула лошади, и та покорно поплелась за ними, всем своим видом выказывая недовольство, изредка всхрапывая и отгоняя хвостом назойливых слепней.

– Королева, – на ходу спросила Рос, – почему ты не разрешаешь брату смотреть за тобой?

– Он и так всю жизнь подглядывал, хватит с него, – поморщилась Селена.

– Это не ответ.

– Согласна. Но какой тебе ответ нужен?

– Честный.

– Я не знаю. – Селена посмотрела на заходящее солнце. – Может потому, что Дин учит меня жизни, а сам не живет?

– Как не живет? – не поняла Рос. – Он что, умер и является к тебе с того света?

– Эх, не те книги я читала, – посетовала Селена, – надо было философию и риторику, а я увлекалась войнами да приключениями.

– При чем здесь книги? – удивилась росомаха, не получив ответа.

– Изучи я философию, наверное, смогла бы тебе разъяснить. Сердцем чувствую, а сказать не получается.

– Так брат жив?

– Жив, живее некуда. Сидит в замке безвылазно, за всеми наблюдает, а у самого энергия через край бьет, – проворчала Селена.

– У тебя один брат?

– Нет, двое, они близнецы. Клим – парень неугомонный, поступил на службу к императору. Генерал! Сейчас, наверное, в атаку скачет.

Летний, теплый ветер нес аромат степных трав, трепал девушкам волосы. Солнце по-вечернему не жгло, а мягко грело Селена рассказывала о своей семье, наблюдая за Рос. Девущика-росомаха слушала задумчиво, ее что-то терзало, какие-то сомнения поселились в душе. Селена не стала приставать к подруге с расспросами, решила – если захочет, сама объясним.

Они взошли на холм и увидели монастырь. Замок из серого необработанного камня приютился в центре вытянутой на север долины. Сбоку от замка возделанное поле огорожено плетнем. Девушки сверху видели, как по грядкам ползают монашки – пропалывают.

Рос забеспокоилась сильнее, но мужественно пошла вниз; первой. Селена взяла кобылу под уздцы, чтобы не выделывалась при спуске (с лошадью иногда случались приступы акрофобии, причем непредсказуемо), и последовала за подругой.

Ворота монастыря оказались распахнутыми, никто их не охранял, и вообще никого вокруг видно не было.

– Есть кто живой? – крикнула Селена, войдя на широкий двор.

Рос вздрогнула, съежилась, но промолчала. Селена взглянула на подругу.

– Зачем ты пришла сюда? – спросила она.

– Надо, – насупилась Рос.

Из подсобного помещения вышла пожилая монашка, хотя возраст женщины, одетой в серый балахон, определить было сложно.

– Что вам угодно? – спросила она дружелюбно.

– Могу я видеть Алфиру? – скромно поинтересовалась Рос.

– Она в поле, – сообщила монашка. – Позвать?

– Да, если можно.

– Я быстро, а вы пройдите в класс, – она показала, в какую дверь им надо, – там прохладно.

Девушки покорно вошли в класс и, как прилежные ученицы, уселись за разные парты.

– Рос, Алфира тебе кто? – спросила Селена после минутного молчания.

– Сестра, – ответила росомаха и с заминкой добавила: – Старшая.

– Она тоже оборотень?

– Нет, она родилась до пришествия Бога, – мрачно ответила Рос.

– Ее не коснулась божественная длань?

– Алфиры не было в деревне, она гостила у деда, на пасеке.

– И когда вернулась, то не приняла родных, – сделала вывод Селена.

– Не совсем. Алфира выросла в деревне среди оборотней.

– Что же случилось?

– Три года назад она рассорилась с родителями и ушла в монастырь, – ответила Рос и замолчала.

Селена ждала продолжения, но подруга сидела задумчивая и грустная.

– Кто меня спрашивает? – спросила монашка, войдя в полутемное помещение и не узнав сестру сразу.

– Алфира! – вскочила девушка.

– Рос? – прищурилась монашка.

– Я.

– Что ты здесь делаешь? – сурово спросила Алфира. – Здесь не место отродью.

– Выслушай меня, умоляю. – Рос опустилась на колени. – Не гони хоть пять минут.

– Хорошо, – смилостивилась Алфира, но поставила условие: – Только пусть твоя подруга нас оставит одних.

Селена молча встала и вышла. Во дворе она спросила все ту же монашку:

– Могу я переговорить с настоятельницей?

– Я спрошу, – улыбнулась монашка. – Постой здесь, добрая девушка, я быстро.

Селена прогулялась до ворот, проверила, как там лошадь. Кобыла сосредоточенно жевала траву, ни на что не отвлекаясь. На юге, где холмистая степь плавно переходит в горы, показалась темная полоска непогоды, значит, к ночи обещается дождь. Девушка нахмурилась: мокнуть в степи ей совершенно не хотелось, а ночлег в монастыре оставался под большим вопросом.

– Настоятельница примет вас. – Монашка потянула Селену за рукав. – Пойдемте, я провожу.

Кабинет настоятельницы монастыря располагался на самом верху самой высокой башни замка. Монашка, привычная к восхождениям, даже не запыхалась, пока вела Селену по винтовой лестнице.

– Входите. – Она открыла перед девушкой дверь.

Селена переступила порог ярко освещенного кабинета. Она непроизвольно посмотрела на шкафы с книгами и остолбенела. Прямо перед ней за стеклянными дверками красовались такие произведения! О некоторых ей рассказывала мама, а об остальных девушка слыхом не слыхивала. В самом центре стояли Библия, Коран, Тора, Бхагавад Гита, Махабхарата, Дао де дзинь, Лунь-Юй, Зенд-Авеста и еще много религиозных и философских трактатов. Селена легко читала названия по корешкам, не осознавая, что они написаны на различных языках.

– Девушка, – вывел ее из оцепенения насмешливый голос, – невежливо стоять в дверях с открытым ртом.

– О! Простите, – смутилась Селена, с трудом отрываясь от созерцания книг.

За широким столом, заваленным ворохом бумаг, сидела настоятельница монастыря с пером в руках. На губах немолодой женщины играла доброжелательная улыбка.

– Кто вы и откуда? – спросила настоятельница.

– Я Селена Примова, дочь графа Севера, – представилась девушка.

– Аресиномуса? – Брови настоятельницы взметнулись вверх.

– Да, – кивнула Селена. – Вы знали моего отца?

– Почему в прошедшем времени? Он сегодня утром был у меня.

– Отец вернулся?! А мама с ним? – Селена так и подпрыгнула на месте от неожиданности.

– Конечно. Хельга славная женщина, ей только за внешностью надо следить получше.

– Хельга? Маму звали Джокер!

– Джокер, – согласилась настоятельница. – Ваших родителей привел в монастырь голод, они очень торопились, и побеседовать нам как следует не удалось.

– Куда они отправились?

– В горы, – поморщилась монахиня. – Говорила я им, предупреждала. А они – надо им туда и точка, даже тролли их не пугают!

– Что родителям у троллей понадобилось? – сама себя спросила девушка.

– Ищут что-то, – пожала плечами настоятельница, – а что – не говорят.

– Вечно они гоняются за кем-нибудь, – улыбнулась Селена.

– Да вы, Селена, садитесь, – спохватилась настоятельница.

– Спасибо. – Девушка опустилась на неудобный стул с прямой спинкой. – Ночью будет гроза, жилья вблизи нет, и я хотела просить у вас разрешения остаться в монастыре, а утром мы уйдем.

– Только за отдельную плату, – улыбнулась настоятельница.

– Конечно, – кивнула девушка. – Сколько?

– Деньги нас не интересуют.

– Что же тогда?

– Что-нибудь редкостное, лучше книгу.

– Книг у нас нет. – Селена сразу придумала, что подарить монастырю. – Подождите минуточку.

Она вышла из кабинета, но никуда бежать не собиралась мысленно нашла свою лошадь и вытащила из мешка «вечное перо». И уже с пером в руках вернулась в кабинет.

– Вот оплата за ночь в монастыре. – Селена с гордостью протянула волшебную вещицу настоятельнице.

– Как оно сияет! – воскликнула монахиня, взяла перо и спросила: – В чем секрет?

– Им можно писать сколько угодно, только не забывать чернила подливать в чернильницу, – ответила девушка.

– Вечное перо!

– Ну да, я его так и назвала.

– Хороший подарок. – Настоятельница вывела замысловатую загогулину на чистом листе. – Можете остаться на ночь.

– Есть еще одно.

– Говорите, не стесняйтесь.

– Со мной сестра Алфиры.

– А, оборотень, это ничего, – отмахнулась монахиня, продолжая рисовать на бумаге. – Она же не виновата, что родилась такой.

– Алфира другого мнения, – покачала головой Селена. – Мне так показалось.

– Я с ней переговорю. Вы, Селена, подождите меня здесь. – Настоятельница решительно направилась к двери, но приостановилась и предложила: – Можете пока почитать что-нибудь, у меня много хороших книг.

Только настоятельница закрыла дверь, Селена схватила первую попавшую под руку книгу. Это оказался Артур Шопенгауэр «Афоризмы житейской мудрости». Девушка жадно впилась в потрепанные страницы.

Буквы непривычного алфавита давались с трудом, Селена прорывалась к смыслу и так увлеклась, что не сразу заметила вернувшуюся настоятельницу.

– Вы, Селена, меня удивляете.

– Чем? – Девушка оторвалась от пожелтевших страниц.

– Язык, которым написана эта книга, неизвестен в Эоле.

– Мама многому нас научила.

– М-да, Джокер необыкновенная женщина, – задумчиво произнесла монахиня. – Ее убивали не раз и не два, а она и внимания не обращает! Кстати, Селена, вы не так давно были мертвы.

– Была, – не стала отпираться девушка. – Разбойники напали. А как вы узнали?

– Это не сложно для тех, кто видит Свет, – загадочно ответила настоятельница. – Для меня большая честь принимать внучку богини Аму. Это же надо, в один день столько событий!

Селена совершенно не ощущала в себе ничего божественного: бабушку она никогда не видела, только скульптуры, и этот разговор девушке не особо понравился. Она поспешила сменить тему:

– Как там Рос? Помирилась с сестрой? Она так сильно переживала.

– У девушек все нормально. Жаль, что я не могу оставить в монастыре оборотня больше чем на сутки, правила не позволяют, – посетовала настоятельница.

– Я ничего не слышала о таком правиле. – Селена поставила недочитанную книжку на место.

– Этот закон очень древний, он прописан в уставе монастыря, в разделе, который нельзя изменить.

– Почему? Оборотни тоже люди, немного другие, но это их плюс.

– Но в моем монастыре оборотень ни послушницей, ни тем более монахиней не станет! – Глаза настоятельницы сверкнули.

– Да я не собираюсь вас уговаривать, Рос мне самой нужна, – поспешила успокоить ее Селена, – вдвоем путешествовать веселее.

– Куда вы направляетесь?

– На юг.

– Не ходите через горы, обойдите их стороной, – посоветовала монахиня.

Селена улыбнулась и не ответила. Горы тянулись на три сотни километров в обе стороны, чтобы их обойти, потребуется уйма времени и сил.

– Там живут тролли, – нахмурилась настоятельница. – Они всех пришлых съедают, потому в округе нет деревень.

Селена опять промолчала.

– Упрямая девчонка, – пробормотала монашка, – вся в мать.

– Мне бы лошадь на ночь пристроить, – попросила Селена.

– Ставьте в конюшню, – разрешила настоятельница, махнув на уговоры рукой. – Комнату вам покажут, ужин через час.

Селена поблагодарила настоятельницу за заботу и пошла устраиваться на ночлег.

– Красивая у вас лошадка, – похвалила монашка, когда Селена ввела под уздцы кобылу во двор. – Как ее зовут?

– Лошадь, – буркнула Селена.

– Просто лошадь? – Монашка протянула кобыле хлебную корочку.

Лошадка сжевала угощение и равнодушно пошла дальше.

– Просто лошадь, – кивнула девушка, не оборачиваясь.

Заведя кобылу в стойло, Селена только успела снять с ней поклажу, как протяжно и тревожно завыла труба. Девушки схватила лук с колчаном, меч и бросилась вон из конюшни!

Монашки, словно кучка перепуганных куриц, неслись к замку, побросав на поле лопаты и грабли. Едва последняя монашка оказалась внутри, ворота захлопнули и заперли на массивный засов.

Паника улеглась сразу, стоило показаться настоятельнице. Она важно прошествовала на крепостную стену. Селена пошла следом.

– Что случилось? – спросила настоятельница у монашки.

– Эльфы, – показала та рукой.

Селена уже сама видела. Около сотни всадников скакали к монастырю. Ничто в их облике не говорило о принадлежности к расе эльфов, но девушка почуяла угрозу.

– Почему вы решили, что это эльфы? – поинтересовалась Селена.

– Труби сбор, – приказала настоятельница монашке, только потом ответила Селене: – Здесь, кроме троллей и эльфой никого нет, а тролли на лошадях не ездят.

Труба пропела переливчатую трель, и на стены устремились монашки с луками и дротиками, у некоторых на поясах болтались мечи, другие несли копья.

– И что им надо? – спросила Селена.

– Книгу, – коротко ответила настоятельница.

Всадники приближались, теперь никто бы не усомнился в том, что это эльфы. Селена обернулась и увидела Рос, помогавшую сестре тащить на стену котел со смолой.

– Как они узнали? – пробормотала себе под нос настоятельница, но Селена услышала.

Эльфы остановились вне досягаемости стрел. Один всадник поскакал к монастырю.

– Пресветлая настоятельница, – крикнул он, не доехав метров двадцать.

– Я слушаю тебя, светлый эльф, – поморщившись, отозвалась главная монахиня. – Что ты хочешь?

– Отдай мне «Исход»! – потребовал эльф.

– Чего это ради?

– В твоем монастыре живет оборотень!

– Двадцать четыре часа кто угодно может здесь находиться.

– Но не больше! – мерзко усмехнулся парламентер.

– Сутки еще не прошли.

– Они пройдут, – рассмеялся эльф. – Мои воины не позволят оборотню покинуть пределы монастыря, и ты отдашь мне книгу!

– Если сможешь ее взять! – гневно выкрикнула настоятельница.

– Сможем, – кивнул эльф и поскакал обратно.

– Мы навлекли на вас беду, – сказала Селена.

– Это все равно когда-нибудь произошло бы, – вздохнула монахиня.

– Чем помочь?

Настоятельница пожала плечами и приказала монашкам:

– На стенах остаются наблюдатели, остальные на ужин, – и тише добавила: – Штурма до завтра не будет.

– Рос, – позвала Селена.

– Что? – подбежала девушка-оборотень.

– Ночью уходим.

– Почему? – набычилась Рос. – Я только-только помирилась с сестрой.

– Из-за нас монастырь в осаде, если мы уйдем, эльфы тоже уйдут.

– Тогда конечно.

– Ты сможешь спуститься по стене?

– Легко!

– Значит, сделаем следующее, – Селена предлагала простой план, – в полночь ты спускаешься по южной стене, я сбрасываю наши вещи, прыгаю вместе с лошадью, и мы бежим в горы, да так, как никогда раньше не бегали.

– Риск.

– Да, конечно, но подвергать монастырь штурму мы не имеем права.

– Согласна, – кивнула Рос.

– Молодчина, – похвалила Селена, – пошли ужинать.

Ночью Селена затащила кобылу на стену, росомаха чутко поводила ушами, прислушивалась.

– Уф, – тихо выдохнула Селена, – тяжелая скотина, отожралась.

Лошадь в ответ презрительно фыркнула.

«Эльфы, – предупредила росомаха, – они окружили монастырь, нам не уйти».

– Я не хуже их в темноте вижу, прорвемся, – проворчала Селена, с усилием натягивая лук, и пообещала: – Сейчас они у меня получат.

«Сколько их?» – спросила росомаха.

– Я насчитала девять. – Селена выложила на парапет десять стрел. – Начнем, помолясь.

Первая стрела свистнула в ночной тишине, показалось, очень уж громко. Лук запел, Селена стреляла без остановок, легко.

– Черт, – в сердцах помянула Селена нечистую силу, – их там целая толпа. Рос, подавай стрелы.

«Лапами неудобно».

– Как сможешь, так и давай.

Тетива звенела, словно арфа, стрелы свистели, лук нервно подрагивал. Селена убивала эльфов и не чувствовала угрызений совести, стреляла будто в тире.

Эльфы видели на стене лошадь и девушку, стреляющую по ним, и не понимали – как с такого расстояния их убивают и зачем там лошадь!? Когда двадцать два эльфа ушли в страну теней, остальные отступили, скрылись за холмом.

– Скверно, – проворчала Селена, разбирая лук.

«Что скверно?» – спросила росомаха, почесывая спину.

– То, что эльфы ждут. Они попытаются вернуть нас в замок. Давай, Рос, спускайся.

Росомаха перемахнула через парапет и ловко сползла по стене.

«Я внизу», – сообщила она.

– Лови вещи. – И Селена скинула вниз мешки.

Потом сняла казакин и тоже сбросила его под стену. Изумрудный дракон подхватил кобылу, легко взлетел и через полминуты присоединился к росомахе. Селена приняла человеческий вид, надела кафтан и быстро навьючила лошадь.

– Бежим, – шепнула она.

Девушка, лошадь и росомаха понеслись к далеким горам. В правое плечо Селены ударила стрела, но две кольчуги выдержали: стреляли навесом.