После развода я стала его главной конкуренткой

Орлов отказался от всех предложений. Марина была единственной, кто на финальной встрече сказал ему, что проблема не в агентствах, а в его собственном брифе. Кирилл тогда после переговоров спросил, зачем она решила похоронить шанс на контракт. Через неделю Орлов лично прислал ей письмо.

Вы были правы. Бриф переписываем.

Но к «Вектору» он не вернулся.

— Откуда у него твой личный номер? — спросила Соня.

— Не знаю.

— Спроси.

Марина написала:

Добрый день. Могу сегодня после трёх. Подскажите, пожалуйста, тему встречи и откуда у вас мой контакт.

Ответ пришёл быстро.

Контакт дал Роман Фадеев. Тема — новый объект на Остоженке. Подробности лучше лично. В 16:00 удобно?

Роман Фадеев.

Марина вспомнила владельца архитектурного бюро, с которым работала на проекте четыре года назад. Номер у него действительно был.

— Что? — спросила Соня.

— Новый объект.

— Клиент.

— Пока нет.

— Потенциальный клиент.

— Он может хотеть «Вектор».

Соня выразительно посмотрела на неё.

— Тогда почему пишет лично тебе?

Марина начала печатать ответ.

Да, удобно. Пришлите адрес.

Она отправила. Соня медленно улыбнулась.

— Что?

— Ничего. Просто думаю о том, как быстро вселенная реагирует на хорошие идеи.

— Не начинай. Это может быть вообще не работа. Может, консультация.

— Конечно. Разумеется.

— Или он хочет спросить о Кирилле.

Улыбка Сони исчезла.

— А вот это уже не смешно.

Марина и сама почувствовала сомнение. Если информация о вчерашнем вечере каким-то образом уже начала расходиться по рынку, Орлов мог писать из любопытства. Но зачем назначать встречу по объекту?

— Я схожу, — сказала она.

— Правильно.

— И если он предложит проект «Вектору», я перенаправлю его Кириллу. Я не буду использовать момент развода, чтобы перехватывать клиентов.

— Орлов не клиент «Вектора».

— Был потенциальным.

— Два года назад. И отказался.

— Всё равно.

Соня задумалась.

— Хорошо. Тогда спросишь прямо.

— Спрошу.

— И если он скажет, что хочет работать с тобой?

Марина посмотрела в окно.

— Тогда тоже спрошу почему.

В половине четвёртого она вошла в бизнес-центр на Остоженке. Адрес, который прислал Орлов, оказался не его главным офисом, а одним из новых объектов сети. Здание ещё не открылось. В холле работали монтажники, часть мебели стояла в защитной упаковке, на стойке будущей регистрации не было ни компьютеров, ни табличек. Марина назвала имя охране. Через минуту к ней подошла женщина лет тридцати.

— Марина Андреевна? Я Елена, помощник Максима Сергеевича. Он ждёт вас на втором этаже.

Марина прошла за ней. Пока они поднимались по лестнице, она автоматически осматривала пространство. Слишком тяжёлый камень в холле. Красивый, дорогой, но холодный.

Навигация ещё временная. Освещение хорошее. Слишком нейтральное оформление для объекта, который, судя по расположению, явно собирался конкурировать не ценой. Марина поймала себя на профессиональном анализе и почти улыбнулась.

Соня была права в одном. Некоторые вещи действительно невозможно оставить в конверте. Максим Орлов стоял у окна в помещении, которое, вероятно, станет баром или переговорной зоной. Высокий, в тёмных брюках и простой белой рубашке без галстука. Марина помнила его чуть более формальным. Увидев её, он посмотрел на часы.

— Вы на две минуты раньше.

— Это претензия?

— Пока наблюдение.

Марина протянула руку.

— Добрый день, Максим Сергеевич.

— Добрый.

Он пожал её руку.

— Спасибо, что приехали так быстро.

— Вы написали достаточно загадочно.

— Иначе вы могли отказаться.

— Теперь вероятность только выросла.

На его лице появилась короткая улыбка.

— Вот поэтому я и хотел встретиться именно с вами.

Марина не ответила.

Орлов указал на стол.

На нём лежали планы здания, несколько вариантов логотипа и распечатанные концепции.

— Кофе?

— Нет, спасибо.

Они сели напротив друг друга.

— Сразу уточню, — сказала Марина. — Если речь идёт о тендере или проекте для «Вектора», сегодня я не могу обсуждать это от имени компании.

Орлов слегка наклонил голову.

— Почему?

— Потому что я больше не буду представлять «Вектор» на новых переговорах.

Он не выразил удивления. Это насторожило Марину.

— Вы уже знаете?

— Что именно?

— Неважно.

Орлов несколько секунд смотрел на неё.

— Роман сказал только, что вы сейчас, возможно, будете рассматривать независимые проекты.

Марина нахмурилась.

— Когда он это сказал?

— Сегодня утром.

Она попыталась вспомнить, говорила ли вчера с Романом. Нет.

— Интересно.

— Это проблема?

— Пока пытаюсь понять, откуда у него такая информация.

Орлов откинулся на спинку стула.

— Если вас беспокоит конфиденциальность, могу написать ему при вас.

— Не нужно.

Марина и сама догадалась. На юбилее присутствовало много людей. Кто-то видел, как она уезжала раньше. Кто-то мог заметить напряжение между ней и Кириллом.

Кто-то поговорил с кем-то. Рынок был намного меньше, чем казался со стороны. Но Роман не мог знать о её профессиональных планах, потому что этих планов не существовало. Значит, просто сделал вывод.

— Вернёмся к проекту, — сказала Марина. — Что именно вы хотите?

Максим Орлов развернул к ней один из листов.

— Это будет новый городской отель. Небольшой. Семьдесят четыре номера. Формально он войдёт в нашу группу, но я не хочу использовать существующий бренд.

Марина посмотрела на варианты логотипа.

— Почему?

— Потому что нынешняя сеть стала слишком предсказуемой.

— Для кого?

— Для меня.

— Это плохая причина менять бренд.

Орлов усмехнулся.

— Прошло два года, а вы даже не разогреваетесь.

— Вы позвали меня не за вежливостью.

— Именно.

Марина придвинула материалы ближе.

— Что говорят исследования?

— Пока никаких.

Она подняла глаза.

— Вы уже заказали три варианта айдентики до исследования аудитории?

— Четыре.

— Четвёртый настолько плох, что вы решили не показывать?

— Четвёртый мне нравится.

— Тогда, вероятно, он самый опасный.

Орлов рассмеялся. Не громко, но совершенно искренне.

— Теперь я вспомнил, почему после прошлой встречи хотел больше никогда вас не видеть.

— И всё же пригласили.

— Потому что после той встречи мы потратили четыре месяца и выяснили, что вы были правы.

Марина отложила лист.

— В чём именно?

— Мы пытались придумать новый бренд, не понимая, зачем он нам нужен.

— И сейчас понимаете?

— Поэтому вы здесь.

— Это не ответ.

— Хорошо. Существующая сеть ориентирована в основном на деловые поездки. Этот объект другой. Я хочу, чтобы сюда приезжали не только переночевать между встречами.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем вам клиент, который приезжает не только переночевать?

Орлов посмотрел на неё с лёгким раздражением. Марина помнила это выражение. Два года назад именно после третьего «зачем» он сказал, что встреча начинает напоминать допрос.

— Более высокая маржинальность дополнительных услуг, — ответил он.

— Тогда вам нужен не бренд. Вам нужно увеличить средний чек.

— Вы специально упрощаете.

— Я пытаюсь отделить бизнес-задачу от желания владельца сделать красивый новый проект.

— А если я хочу и то и другое?

— Тогда сначала нужно решить первое, чтобы второе не пришлось переделывать через год.

Орлов постучал пальцем по столу.

— Именно это мне и нужно.

Марина замолчала.

— Что именно?

— Вы.

Она чуть нахмурилась.

— Максим Сергеевич, если вы хотите заказать стратегию у «Вектора», я могу передать контакт…

— Я не хочу заказывать стратегию у «Вектора».

— Тогда у кого?

— У вас.

Марина некоторое время смотрела на него.

— Вы знаете, что у меня нет агентства, команды и даже предложения для вас.

— Это поправимо.

— Вы обычно начинаете проекты так?

— Никогда.

— Тогда почему сейчас?

Орлов встал и подошёл к большому макету здания у стены.

— Два года назад я пригласил четыре сильных агентства. Все пытались продать мне то, что я просил. Вы были единственным человеком, который потратил половину встречи на объяснение, почему я прошу не то.

— И вы нас не выбрали.

— Потому что вы были частью команды, с которой я не хотел работать.

Марина подняла брови.

— Достаточно прямо.

— Вы цените прямоту.

— Когда она не используется как оправдание грубости.

— Согласен.

Он вернулся к столу.

— У меня была проблема не с вашей работой. И даже не с Соколовым лично. У нас разный подход. Он хотел выиграть тендер. Вы хотели сначала понять, стоит ли его вообще проводить.

— Кирилл занимается бизнесом.

— Я тоже.

— Поэтому вы должны понимать, что я сейчас не могу взять такой проект.

— Почему?

Марина впервые за встречу почувствовала раздражение.

— Потому что вчера я работала с компанией мужа. Сегодня вы предлагаете мне отдельный контракт. Даже если юридически всё чисто, со стороны это будет выглядеть так, будто я ушла и на следующий день начала забирать потенциальных клиентов «Вектора».

— Я не потенциальный клиент «Вектора».

— Вы им были.

— Два года назад.

— Это не меняет восприятие.

— Моё меняет.

— Рынок состоит не только из вас.

Орлов не ответил сразу.

— Хорошо. Что должно измениться, чтобы вы согласились?

Вопрос застал её врасплох.

— Я не сказала, что соглашусь.

— Но вы не сказали и что проект вам неинтересен.

Марина посмотрела на планы. Проект был интересен. Очень. Настолько, что ей не хотелось признавать это даже самой себе.

— Мне нужно понять условия.

— Вот.

Орлов подвинул к ней тонкую папку. Марина не открыла.

— И ещё мне нужно официально завершить свои отношения с текущими проектами «Вектора».

— Сколько времени?

— Не знаю.

— Неделя?

— Возможно.

— Две?

— Максим Сергеевич, я вчера не планировала менять всю профессиональную жизнь.

Он внимательно посмотрел на неё. Марина поняла, что сказала больше, чем собиралась.

— Понятно, — произнёс Орлов.

— Что именно?

— Почему Роман говорил осторожно.

Она закрыла ладонью край папки.

— Давайте договоримся. Моё личное положение не является частью этих переговоров.

— Согласен.

— И если вы узнали что-то о моём браке…

— Я ничего не знаю о вашем браке.

Марина всмотрелась в него. Он не отвёл взгляд.

— Хорошо.

— Мне достаточно знать, что вы больше не хотите представлять «Вектор» в новых переговорах. Причины меня не интересуют.

— Прекрасно.

— Тогда вернёмся к работе.

Он снова сел.

— Я хочу, чтобы вы провели первую стратегическую сессию. Лично. Без обязательства брать весь проект.

— Консультацию?

— Если вам нравится точность — консультацию.

— После неё вы сможете уйти к другому агентству?

— Смогу. И вы сможете отказаться.

— Разумеется.

Марина открыла папку. На первой странице был краткий паспорт проекта. Срок запуска — восемь месяцев. Бюджет.

Целевая аудитория в формулировке внутренней команды.

Она прочитала первые два абзаца и сразу увидела несколько противоречий.

— Кто это писал?

— Наш маркетинг.

— Они хотят одновременно «молодую городскую аудиторию», «состоятельных деловых путешественников», «семьи на выходные» и «творческое сообщество».

— Да.

— То есть всех людей от двадцати пяти до пятидесяти пяти, у которых есть деньги.

— Примерно.

— Уже плохо.

Орлов улыбнулся.

— Вы ещё не согласились.

Марина закрыла папку.

— Поэтому и могу говорить бесплатно.

— А если согласитесь?

— Буду говорить то же самое, только по договору.

Он посмотрел на неё с тем выражением, которое Марина хорошо помнила по прошлым переговорам: смесь раздражения и интереса.

— Я дам вам три дня.

— На что?

— Решить.

— Вы только что сказали, что хотите стратегическую сессию.

— Хочу.

— Тогда зачем три дня?

— Потому что вы сейчас думаете не о проекте.

Марина напряглась.

— А о чём?

— О том, имеете ли право взять его.

Она ничего не ответила.

Орлов продолжил:

— Я не знаю, что произошло между вами и Соколовым, и не хочу знать. Но этот проект не принадлежит ему. И мне не принадлежит ваше чувство вины перед его компанией.

— Это не вина.

— Хорошо. Осторожность.

— Это профессиональная этика.

— Тем более. Проверьте всё, что считаете необходимым.

Он поднялся. Встреча, судя по всему, закончилась. Марина тоже встала.

— Я дам ответ через три дня.

— Хорошо.

Она взяла сумку, но папку оставила на столе. Орлов посмотрел на неё.

— Материалы можете забрать.

— Пришлите электронную версию после того, как я письменно подтвержу, что рассматриваю консультацию.

— Вы всегда настолько осторожны?

— С сегодняшнего дня — возможно.

Они вышли в холл второго этажа. Максим остановился возле лестницы.

— Марина Андреевна.

Она обернулась.

— Да?

— Чтобы не было недоразумения.

— Слушаю.

Он говорил спокойно, почти деловым тоном.

— Я не пригласил вас сюда потому, что вы жена Кирилла Соколова. И не потому, что слышал что-то о вашей нынешней ситуации.

Марина ждала продолжения.

— Два года назад я отказался работать с «Вектором», но сохранил ваши замечания. Мы использовали их, когда полностью переделывали концепцию сети.

Она удивилась.

— Мои замечания?

— Да.

— Вы тогда половину встречи со мной спорили.

— Это не мешает человеку потом признать, что оппонент был прав.

— Редкое качество.

— Не привыкайте.

Марина чуть улыбнулась. Орлов протянул ей визитную карточку.

— Поэтому я хочу, чтобы вы не путали этот разговор с делами вашего мужа.

Она взяла карточку.

— Постараюсь.

Максим задержал на ней взгляд.

— И ещё одно.

— Что?

— Мне нужна не компания вашего мужа.

Он сделал короткую паузу, но не ради эффекта. Скорее словно хотел убедиться, что Марина действительно услышит следующую фразу именно так, как она сказана.

— Мне нужны вы.

Марина вышла из здания через несколько минут. На улице было прохладно. Люди спешили мимо, кто-то разговаривал по телефону, возле входа остановилась машина доставки. Она осталась возле ступеней и достала визитку Орлова. Имя.

Должность.

Телефон.

Ничего особенного.

Самая обычная карточка. Но впервые за много лет человек предложил ей работу, не обращаясь к Кириллу, не упоминая «Вектор» как необходимое условие и не предполагая, что Марина придёт вместе с чужой командой. Она открыла телефон.

В переписке с Соней последнее сообщение пришло двадцать минут назад.

Ну? Ты ещё жива после Орлова?

Марина набрала:

Он предложил мне проект. Три точки ответа появились почти мгновенно.

ВЕКТОРУ?

Марина посмотрела на визитку ещё раз.

Затем написала:

Нет.

Соня молчала секунд десять.

Потом:

Я сейчас постараюсь не написать «я же говорила».

Следующее сообщение пришло почти сразу.

Не получается.

И ещё одно:

Я ЖЕ ГОВОРИЛА.

Марина рассмеялась прямо на улице.

Прохожая рядом посмотрела на неё с удивлением.

Марина убрала телефон.

Утром ей казалось, что у неё нет ничего.

Нет компании. Нет команды. Нет клиентской базы. Нет отдельного портфолио.

Даже папка на ноутбуке, которую она назвала «Личное», оставалась пустой. Всё это по-прежнему было правдой. Но теперь к нулю добавилось первое предложение. Не контракт.

Не бизнес. Не новая жизнь, которую можно было объявить начавшейся после одной удачной встречи. Всего лишь человек, готовый заплатить за её собственную работу. Марина посмотрела на карточку Максима Орлова и впервые подумала, что ноль не обязательно означает отсутствие всего.

Иногда с него просто начинают считать.