- -
- 100%
- +
Когда за Рейчел закрылась дверь, Лили встала и подошла к окну. Она посмотрела на темнеющее небо и облака, разрываемые сильным ветром на части, и задумалась. Размышления Лили прервал телефонный звонок. Звонил Алан, и девушка заколебалась, стоит ли отвечать ему сейчас. Телефон продолжил звонить, и Лили ответила.
– Привет, это Алан, если ты, конечно, меня ещё помнишь.
– Не подскажете свою фамилию, чтобы я быстрее вас вспомнила?
– Боюсь, я не могу разглашать эту тайну, потому что она принадлежит не мне одному.
– Кому же ещё?
– Нам с тобой, Лили.
– Что же мне теперь делать?
– Попытайся всё вспомнить. Вспомни меня, Лили.
Лили не выдержала и рассмеялась. Она слышала, что Алан смеётся вместе с ней, и от звука его смеха у неё на душе стало теплее. Девушка поняла, что если уедет, этот мягкий низкий голос ещё долго будет её преследовать, в прямом и переносном смысле этого слова.
– Всё в порядке. Я вспомнила тебя.
– Потрясающая память, детка.
– Зачем ты звонишь?
– Хочу узнать, как ты без меня?
– Рыдаю каждый день.
– И почему мне тебя жаль, хоть я и знаю, что это неправда?
– Может, потому что это могло бы быть правдой?
– Этого ты мне точно не скажешь. Меня больше волнует другой вопрос: когда мы увидимся?
– Сегодня я свободна.
– Ты не против, если я к тебе приеду?
– Да чего уж там. Зови сразу всех.
– Зачем всех?
– Чтобы общими усилиями разобраться в ситуации.
– Объяснишь ситуацию, когда я приеду. Захватить с собой фотографии, которые ты мне оставляла?
– Зачем? Мне же не нужна моя работа.
– Понятно. До скорого.
Бессонная ночь дала о себе знать, и Лили заснула. Разбудил её, как и утром, звонок в дверь.
– Почему мне все сегодня не дают выспаться? – спросила девушка у Алана, когда тот заходил в квартиру.
– А зачем ты спишь днём?
– Чтобы не спать ночью. Разве это не очевидно?
– Очевидно, дорогая. Я принёс торт, хотел попить с тобой чай и поговорить.
– Хорошо, поговорим. Сейчас заварю чай.
Когда Лили ушла на кухню, Алан стал рассматривать её однокомнатную квартиру. Несмотря на простоту обстановки, мужчина чувствовал себя здесь комфортно.
– Очень приятная квартирка, но ощущается нехватка мужчины в доме, – заговорил Алан, когда Лили вернулась из кухни.
– Возможно, ты прав.
– Мы с тобой об этом раньше не говорили, но твоё сердце принадлежит кому-то?
– Странно, что ты спрашиваешь только сейчас.
– Не вижу ничего странного. Друзья всегда интересуются жизнью друг друга.
– Раньше ты не интересовался.
– Раньше я не был твоим другом.
– Хорошо, я отвечу, но, пожалуйста, не проговорись никому.
– Обещаю.
Лили сделала серьёзное лицо и прошептала:
– Мое сердце никому не принадлежит, потому что у меня его нет.
– В следующий раз закрою уши, чтобы не слышать твоих секретов, – Алан сделал вид, что обижен, но девушка заметила, что он разочарован её скрытностью.
– Пожалуйста, не злись. Я же не злюсь, что ты прислал ко мне Рейчел.
– Что? Рейчел была здесь? – писатель не мог поверить, что после разговора с ним Рейчел отправилась домой к Лили. Алан ей сказал, что боится потерять девушку. Он знал, как может повести себя его героиня в той ситуации, в которой оказалась Лили. Собственно говоря, его героиня так и поступила, и если бы Дэниел не вмешался, он бы больше никогда её не увидел. Алан намеревался помешать Лили совершить ошибку, но он не думал, что Рейчел опередит его.
– Да, она приходила утром. Сначала беседа не задалась, но потом мы мило поболтали.
– О чём вы разговаривали?
– О тебе, обо мне, о жизни.
– Надо же. Всё обсудили?
– Рейчел не сказала, сколько раз в день ты чистишь зубы и сколько у тебя было девушек. А так да, обсудили всё.
– Я рад, что вы провели время вместе. Надеюсь, это помогло тебе понять, что ты чуть не совершила ошибку. Лили, неужели ты и вправду хотела уехать, не попрощавшись и не сказав мне ни слова? – Алан выглядел обиженным.
– Какое это имеет значение? – Лили задумчиво посмотрела на Алана. – Я вообще не понимаю, как ты узнал, что я захочу уехать, если Рейчел тебе этого не рассказывала?
– Предположил. У вашего журнала были проблемы, а ты вела себя странно, словно тебя это не волнует и тебе нечего терять. Вот я и подумал, что ты хочешь уехать, – поспешно произнёс он, отводя взгляд.
– У меня какое-то непонятное чувство, что ты узнал о моём решении до того, как я сама его приняла.
– Это можно объяснить тем, что ты слишком эмоционально на всё реагируешь и не понимаешь, что люди видят твои чувства и читают тебя, как открытую книгу. Что случилось в нашу последнюю встречу? Ты ушла от меня, расстроенная, ничего не объяснив. Я тебя чем-то обидел?
– Мне показалось, что ты хочешь меня обидеть, указать мне на моё место. Однако сейчас я понимаю, что ты вовсе не хотел сказать мне ничего обидного. Извини, что повела себя так глупо и заставила тебя теряться в догадках.
– Не извиняйся. Ты говорила и делала в тот момент то, что считала нужным.
– Благодаря тебе, я познакомилась с Рейчел. Она необыкновенная девушка. Ты должен гордиться, что у тебя такой агент.
– Поверь, я так и делаю. А когда забываю, она непременно напоминает об этом.
– Она заботится о тебе, как мать о своём ребенке.
– Рейчел всех пытается научить жизни, не обольщайся.
– Алан, где твоя серьёзность?
– Я потерял её в песочнице, – писатель состроил недовольную гримасу.
– Какой же ты, в сущности, ещё ребенок, – улыбнулась девушка, потрепав Алана по волосам.
– А ты разве нет?
– Извини, что задела твою тонко чувствующую инфантильную натуру.
– Ой, да ладно, купи мне шоколадку, и мы в расчёте.
– Приятно иметь с тобой дело. Кстати, ты принёс фотографии?
– Давай не будем сегодня говорить о работе.
– Мы о ней вообще не говорим.
– Не говорим, потому что я знаю: как только ты напишешь статью, ты исчезнешь из моего поля зрения.
– Во-первых, Алан, это моя работа, и, если я не буду её выполнять, меня уволят. Во-вторых, ты не сможешь всегда держать меня возле себя. И в-третьих, кем ты вообще себя возомнил?
– Слушай, может, тебе стоит сменить работу? Например, поработаешь помощником следователя? Это, конечно, нелегко, но зато будешь заниматься тем, что приносит тебе удовольствие: раскрывать чужие секреты и наказывать виновных, проповедуя добро и моральные ценности. Никогда об этом не думала?
– Алан, что ты несёшь? И вообще, с чего ты взял, что общение с эгоцентричными знаменитостями не приносит мне удовольствия?
– Не понимаю, как ты можешь терпеть капризы знаменитостей и общаться с кем-то вроде меня, не потеряв рассудка.
– Может быть, мне нравится в своей работе именно то, что я вращаюсь в мире красивых и знаменитых, но не являюсь его частью, а наблюдаю за ним со стороны.
– Ты могла бы добиться намного большего, если бы верила в себя и настойчиво шла к своей цели.
– Моя судьба никогда не писалась под мою диктовку, – тихо сказала она.
– Я тебя понимаю.
– Не думаю, Алан, что человек, который рос в полноценной семье и которому всё в жизни давалось легко, сможет понять и сотую долю участи сироты, вынужденной каждый день себе доказывать, что она живёт не зря, и искать то, чего больше никогда не сможет обрести.
– Мне не знакомы страдания, через которые ты проходишь каждый день, и, если бы я знал, как избавить тебя от них, я бы это сделал. Но неужели ты не веришь в то, что сможешь создать собственную семью и обрести счастье?
– Я не верю, что от прошлого можно отказаться и забыть день, который навсегда превратил тебя в несчастного человека. Я не верю в то, что раны зарубцовываются, когда на них не смотришь. Никогда не станет целым то, что разрубили на части. Люди, выросшие без семьи, на всю жизнь остаются неполноценными калеками. Мы напоминаем сожжённых бабочек: крылья остались, но на них не взлетишь.
Девушка выглядела разбитой и уставшей. Ей приходилось сдерживать себя, чтобы не расплакаться, и Алану захотелось обнять её и защитить от нападок этого жестокого мира.
– Я не говорю, что ты когда-нибудь сможешь забыть произошедшее: такая боль не проходит. Однако неправильно проживать этот день снова и снова. Ты должна чувствовать вкус жизни, пусть он часто бывает горьким, но ведь трудно приготовить вкусную еду без соли. Кто знает, когда ты найдешь своё счастье: через год, через месяц, завтра, – их взгляды встретились, и Лили почувствовала себя так, словно по её телу прошёл электрический ток. – Или, может, сегодня? – Алан взял девушку за плечи и медленно притянул к себе. Его губы настойчиво нашли её рот, и волна нежности захлестнула обоих. Девушка запустила руку в волосы Алана и прижалась к нему своим телом. Её тёплые влажные губы прильнули к шее мужчины, покрывая её ароматными поцелуями, словно лепестками роз. От поцелуя девушки тьма в душе Алана смешалась со светом и размыла все существующие в его сознании границы. Преграды между реальным и идеальным миром рухнули. Миры столкнулись, и у этого столкновения было два пути: создать нечто прекрасное из неземного слияния двух душ или уничтожить всё то, что составляло условия существования в чужом мире.
Глава 11
– Я хочу, чтобы ты чувствовал меня. Полностью. До конца.
– Меня всегда волновал один вопрос: если любовь – это состояние души, почему люди влюбляются не в души, а в тела и лица? Ведь только полюбивший душу обретает вечность.
Алан Росс “Призрак времени”
Мужчина внезапно отстранился от девушки и увидел, как задрожали её руки и помутнел взгляд. Алан не мог совершить ошибку, о которой потом пришлось бы жалеть. Ему не хотелось пользоваться слабостью Лили и внезапным приступом страсти, который он у неё спровоцировал своей настойчивостью. Он надеялся, что когда-нибудь девушка полюбит его так же сильно, как он её. Тогда Лили будет принадлежать только ему, и ничто не помешает их воссоединению.
–Я не хочу торопить тебя. Пусть всё идет своим чередом, – произнёс он, взяв её руки в свои и поцеловав их.
– Как скажешь, – ответила Лили, положив голову ему на грудь.
– О чём ты думаешь?
– Мне кажется, что я очень долго ждала твоего поцелуя, словно я мечтала о нём ещё до нашей встречи.
– Ты не представляешь, как долго я мечтал о тебе, – мужчина сказал это тихим и проникновенным голосом, и Лили захотелось снова его поцеловать.
– Значит, ты признаёшь, что внушал мне неприязнь с целью привлечь к себе?
– Я готов признать всё, что скажешь, лишь бы доставить тебе радость.
– А ты признаёшь, что наша встреча была предначертана свыше? – смеясь, спросила Лили.
– Да, милая, она предначертана, – ответил писатель, и его взгляд стал серьёзным.
– Если расскажу Рейчел, что сегодня произошло, она будет долго смеяться. Она велела ей звонить, если что-то пойдёт не так. Весело было бы посмотреть на её реакцию.
– У нас что-то пошло не так?
– Обычно мы так себя не ведём.
– Ну да, не каждый день ты признаёшься мне в любви, – усмехнулся Алан.
– Знаешь, что плохо?
– Что?
– Что ты живёшь в мире фантазий, – нараспев произнесла девушка и чмокнула Алана в щёку.
– Не пытайся меня обмануть. Твои губы мне всё сказали.
– Они могли тебе только сказать, что ты хорошо целуешься. Ничего больше.
– А я не прошу больше, – подмигнул он.
– Хочешь сказать, что больше ты ни на что не претендуешь? Вот ни за что не поверю.
– Болтать с тобой – одно удовольствие, но завтра мне придётся рано вставать на важную встречу, поэтому я тебя покину.
– О, – разочарованно произнесла девушка. – Что за встреча?
– С директором одного достаточно известного канала.
– И что понадобилось этому директору?
– Хочет снять обо мне фильм. Должно интересно получиться.
– Ой, надо же! – хлопнула Лили себя по лбу. – Совсем забыла, что ты знаменит и должен ходить на важные встречи.
– Тебе придётся мириться с обратной стороной моей известности. К сожалению, с ней я сталкиваюсь каждый день. Не считая тех дней, которые провожу с тобой, – усмехнулся Алан. – Ты всячески игнорируешь тот факт, что я чего-то добился в жизни, и обращаешься со мной как с избалованным подростком. Может быть, так ты просто избавляешь себя от ненужных страданий? Или это делает за тебя твоё подсознание?
– Подсознание редко даёт нам подсказки, их нужно всего лишь понять. В остальное время оно тщательно скрывает от нас всю правду, словно боится, что, узнав её, мы больше его не послушаем. Я предпочитаю игнорировать подсказки подсознания: мне достаточно моего сознания. Мне и так понятно, что я в подмётки тебе не гожусь. Зачем лишний раз уязвлять своё самолюбие, правильно?
– Напрашиваешься на комплимент? Хочешь, чтобы я разубедил тебя? – весело спросил он.
– Возможно.
– Значит, слушай. Ты замечательная, необыкновенно красивая девушка с отличным чувством юмора, светлой душой и добрым сердцем. Тебе двадцать два года, а ты уже познала горечь утраты, но не сломалась и не потеряла способности чувствовать. Ты сильная, хотя порой тебе очень хочется быть слабой, и это нормально. Для своих лет ты многого добилась, и я горжусь тобой, правда.
– Спасибо, Алан, за прекрасные слова, – Лили потянулась к нему и обняла за шею. – Я этого не ожидала. Буду завтра скучать по тебе. У тебя всё получится, я уверена.
– Ценю твою поддержку, милая, и уже по тебе скучаю.
– Прощай.
Алан шёл по улице и улыбался. От радости у него сильно билось сердце. Впервые они с Лили так близки друг к другу. Лили делала его лучше, и именно с ней он снова становился самим собой, тем, кем и должен быть. Сзади кто-то дотронулся до руки Алана, и он обернулся. Перед ним стояли две девушки, и одна из них обратилась к нему:
– Простите, вы мистер Росс?
– Да.
– Можно с вами сфотографироваться? – смущённо спросила девушка.
– Да, конечно.
Когда девушки ушли, Алан про себя улыбнулся, вспомнив свою первую встречу с Лили. Её уверенное и дерзкое поведение не шло ни в какое сравнение с тем, как к нему обычно относились женщины. Тут он вспомнил и Рейчел, она тоже вела себя с ним не так, как остальные, и решил ей позвонить.
– Рейч, привет. Чем занимаешься?
– Готовлю для Джеймса ужин.
– Джеймс по-прежнему присутствует в твоей жизни?
– Представь себе.
– Я думал, что вы уже разбежались.
– Алан, дорогой, давай я сама буду решать, каких мужчин оставлять в своей жизни, а с какими прощаться. Иначе следующим, с кем я попрощаюсь, будешь ты.
– Ладно, забудь. Я не поэтому звоню.
– Как там Лили? – догадалась Рейчел о причине звонка Алана.
– Превосходно. Ты знаешь, как я ненавижу, когда ты вмешиваешься в мою личную жизнь, но в этот раз ты ничего не испортила и даже помогла мне. Спасибо, что уговорила Лили остаться. К тому времени, когда бы я пришёл, её могло там уже не быть.
–Знаешь, мне показалось, что Лили вовсе не хотела уезжать. Она как будто ждала кого-то, кто пришёл бы к ней и отговорил от этого решения.
– Всё очень просто: Лили ждала меня, а я ждал её. Всю свою жизнь.
– Алан, ты ли это? Мне показалось, что телефон взял другой человек.
– Так и есть – другой, – подтвердил Алан. – Когда люди влюбляются друг в друга, они запускают химическую реакцию, которая в результате меняет их обоих.
– Значит, я разговариваю с улучшенной версией Алана Росса?
– Да. Теперь мы с Лили вместе.
– Здорово. Я вас поздравляю.
– Что бы я без тебя делал?
– Несложно догадаться.
– Удачного вечера, Рейч.
– Ого, ты нас с Джеймсом благословляешь?
– Выходит, что так.
Впервые за долгое время Алан ложился спать со спокойной душой, которая не болела и не терзала своего обладателя мыслями о несбыточных мечтах. Раньше писатель думал, что нельзя влюбляться в своего персонажа, потому что иначе автор начнет его идеализировать, перестанет видеть пороки героя, и история повернётся в другую сторону, сторону иллюзий.
Алан Росс понял, что писатель и героиня этой истории вовсе не были обречены на вечную разлуку. Все преграды между ними существовали лишь в сознании Алана, который боялся нарушить законы вымышленной реальности. Но, как оказалось, у них с Лили общая реальность, одна на двоих, и они имеют все шансы на совместное будущее.
Ночью писателю приснился странный сон. Алан бродил по белому лабиринту и всякий раз натыкался на тупик. Казалось, что из лабиринта нет выхода. Когда Алан отчаялся и захотел присесть на белый песок, лежавший у него под ногами, его кто-то сильно толкнул, писатель упал лицом вниз и потерял сознание. Очнувшись, он увидел черную дверь и зашёл внутрь. Комната разительно отличалась от лабиринта: она была тёмной, и тусклый свет горел лишь в конце комнаты, где сидела девушка. В ней нетрудно было узнать Лили. Она сидела спиной к Алану и смотрелась в зеркало, весело напевая своему отражению. Слов нельзя было разобрать, но прекрасный тонкий голос раздавался по всему лабиринту и манил к себе. Алан не мог противиться соблазну подойти ближе к девушке и сделал к ней несколько шагов. Когда отражение Алана появилось в зеркале и Лили его увидела, её лицо исказилось от боли, и она выбежала из комнаты. Мужчина бросился вслед за ней, но свет в лабиринте погас. Алан не мог найти выхода и постоянно звал Лили. Непроницаемая тьма и осознание того, что он никогда отсюда не выберется без посторонней помощи и, что ещё хуже, больше не увидит свою Лили, не услышит её чудесного голоса, вселяло страх в душу Алана.
Алан проснулся от того, что у него сильно колотилось сердце. “Я никогда не причиню Лили вреда и не отпущу её. Не заставлю нас существовать в разных мирах” – проносилось в голове у писателя. – “Лили создана для любви ко мне, а я был создан, чтобы создать её”.
Утро выдалось тёплым, и Лили не спеша пошла на работу. Каждой частицей своего тела она ощущала солнце, которое снова вернулось в её жизнь. В редакции всё оставалось по-прежнему. Нора раздавала приказы и отчитывала неопытных корреспондентов, но, увидев Лили, непринуждённо улыбнулась:
– Как ты, дорогая?
– Замечательно. Рада тебя видеть.
– Я тоже. Что со статьёй Росса?
– Боюсь, ты разозлишься, но мы никак не можем сдвинуться с мёртвой точки. Зато теперь хорошо относимся друг к другу, – девушка мечтательно улыбнулась.
– Зачем мне на тебя злиться, если ты наладила отношения с человеком, который спасёт мой журнал?
– Я думала…
– С этого ведь всё и начинается: сначала клиент становится твоим другом, а потом вы принимаетесь за работу, которая с большей долей вероятности получится, если вы понимаете друг друга.
– Так ты не сердишься? – обрадовалась Лили.
– Конечно, нет. Я дам вам столько времени, сколько потребуется.
– Спасибо за понимание, Нора.
– Особый клиент, особые правила.
– Алан действительно исключительный…
– Само собой, – перебила её Нора. – Но не всё же время тебе заниматься статьёй Росса. В редакции полно другой работы. Некоторые обязанности я могу поручить только тебе.
– А что у нас запланировано на ближайшее время?
– Я хочу, чтобы ты посетила одно мероприятие, организованное для лондонских предпринимателей.
– Хорошо. Что за мероприятие?
– Детали ты узнаешь потом: сейчас они не важны.
– Ладно, я поняла, – Лили опустилась в кресло. – Сейчас журнал ведёт борьбу за своё существование, и мы будем делать всё, что в наших силах, чтобы выжить. Я уверена, что мы победим.
– Я тоже верю в нас.
– Я знаю, но тебе нужно больше отдыхать. Не могу смотреть, как ты с ног валишься от усталости.
– Работа – лучшее лекарство от тяжёлых мыслей. Я на собственном опыте в этом убедилась.
– Расскажи мне, что тебя волнует, кроме работы? – обеспокоенно спросила Лили. – Мы давно уже не разговаривали по душам. Пора восполнить этот пробел в нашей дружбе. Ты так не считаешь?
– Конечно, я думаю точно так же, – устало вздохнула Нора. – Но не хочу взваливать на тебя свои проблемы.
– Я твоя подруга. Помогать тебе – это мой долг.
– Вовсе нет, Лили. Ты не обязана выслушивать мои проблемы.
– Но я хочу их выслушать, – упрямо повторила она.
– Ладно, хорошо.
Нора уединилась с Лили в своем кабинете.
– Несколько недель назад я увидела человека, которого очень сильно когда-то любила и до сих пор люблю. Он был вместе со своей женой и дочками. Мне было больно на это смотреть: моя мечта сбылась у другой женщины. А ведь это могли бы быть мои дети. Мы были так близки к этому, но в один момент всё рухнуло. Маленький ничтожный случай разрушил всё, к чему я шла долгие годы, – руки Норы сжались в кулаки. – Иногда утешаю себя тем, что я просто оказалась не по зубам этому мужчине, который не смог преодолеть невзгоды вместе со мной. Однако главная вина лежит не на мне: я доверилась не тому человеку. Не проходит и дня, чтобы я не жалела о своей доверчивости и о глупой, но самой важной в моей жизни любви.
– Счастливая любовь. Несчастная любовь. Просто любовь. Всё это дано нам не случайно, а для того, чтобы познать величайшую тайну жизни. И тот, кто отказывается от несчастливой и невзаимной любви, тот отказывает самому себе в возможности отгадать эту тайну, – Лили перевела взгляд на Нору, сидевшую с опущенными плечами и вытиравшую платком глаза, и подошла к ней, чтобы обнять. – Нора, ты до сих пор разгадываешь тайну. Это заслуживает уважения: не каждый человек на такое способен. Уверена, что рано или поздно ты найдёшь разгадку в сердце мужчины, которого ты полюбишь и который будет любить тебя.
– Спасибо, Лили, но я не заслужила твой доброты. Зачем я только навязывала тебе общение с Россом, с которым ты не могла поладить?! – сокрушённо сказала она.
– Глупости, – успокоила её Лили. – Я сама должна была понять, что с тобой происходит.
– Мне стало легче, когда я тебе всё рассказала.
– Я вижу улыбку на твоем лице, а, значит, прежняя Нора вернулась.
– В этом твоя заслуга.
– Я просто выполняю свою работу, – улыбнулась девушка. – Кстати, какие задания у меня на сегодня?
В кабинет вошла Мэри, секретарша Норы.
– Проследи за работой наших внештатных редакторов: в их материалах часто не бывает изюминки. И могу я попросить тебя присмотреть за журналом, пока меня не будет?
– Не вопрос, а как долго ты будешь отсутствовать?
– Пару дней, наверное. Хочу воспользоваться твоим советом и немного отдохнуть, забыть всё, что меня беспокоило.
– Отличная идея! А за нас не волнуйся, мы справимся.
– Я знала, что могу на тебя рассчитывать, – Нора радостно вышла из кабинета.
Лили взяла в руки прошлый выпуск журнала и быстро его пролистала. Несмотря на тревоги Норы, Лили не могла не заметить, что журнал медленно, но верно возвращался в прежнюю колею и вновь становился интересен читателям. Лили часто брала интервью у малоизвестных, но талантливых артистов, которые сразу привлекали внимание публики и становились популярными. С популярностью этих артистов росла и популярность самого журнала.
Девушка положила выпуск на место и отправилась к остальным. Лили обвела взглядом всех присутствующих: редакторов, журналистов, корректоров, верстальщиков, менеджеров, начальника отдела рекламы и дизайнера. Каждый из них был увлечённо занят работой, и Лили внутренне обрадовалась тому, что здесь работают люди, небезразличные к своей профессии и преданные любимому делу. Даже те, кто недавно сюда пришёл, работали с самоотдачей и страстно хотели помочь журналу “Сияние” занять своё место среди конкурентов.
– Хочу попросить у вас минутку внимания, – окликнула девушка работающих. – Норы несколько дней не будет. Я вместо неё. Если будут возникать какие-то вопросы, смело обращайтесь ко мне.
– Хорошо, детка, – отозвался новенький журналист. – У меня возник вопрос: ты свободна сегодня вечером?
– Не думаю, что эта информация имеет значение для парня, у которого уже есть девушка. Не так ли? Я знаю про вас с Мэри, так что не отвлекай других своими вопросами не по теме. Лучше бы спросил у меня, какие цветы любит твоя девушка.
Все дружно рассмеялись, а парень сделал вид, что обижен. Лили заметила, как он подмигнул Мэри, которая густо покраснела под его взглядом.
– Я и без вашей помощи знаю, какие цветы любит Мэри, – обиженно проговорил парень. – Розы, да, дорогая?
Мэри подошла к нему и что-то прошептала ему на ухо. Парень рассеянно улыбнулся и быстро вышел из помещения.
– Мэри, что ты ему сказала?
– Сказала, что пора познакомиться с моими родителями, раз он так много обо мне знает.
Новый взрыв смеха сотряс коллектив.
– Хорошо, ребята, теперь принимайтесь за работу, – твёрдо произнесла Лили.
Работа в редакции снова закипела. Во время обеда позвонил Алан.
– Привет, малышка. Как твои дела?