В объятиях безумия
- -
- 100%
- +
Зажав между зубов плитку, собрала разбросанные бумаги, подхватила кружку и встала с мягкой поверхности. День уже и так затянулся, пора домой. Быстро все прибрав за собой, начала обувать ботильоны. Уже завязывая пояс пальто, услышала тихую трель моего мобильного телефона. Подхватив его, уставилась на незнакомый номер. Нажав кнопку ответа, поднесла к уху.
– Для официальных звонков достаточно позднее время, кем бы Вы ни были, – в моей руке оказалась красная помада, и я подалась к зеркалу поправить макияж.
– Какая интересная форма предложения отвалить, – низкий незнакомый бархатистый голос возник по ту сторону. – Вы всегда такая чуткая, доктор Снежная?
– Сделаю вид, что сарказма в Вашем голосе не услышала. С кем имею честь разговаривать? – закончив поправлять макияж, выключила свет и вышла из кабинета, прихватив с собой вещи. Система закрытия дверей у нас была сенсорная, как и везде, поэтому я приложила ладонь к панели и, дождавшись момента, когда она загорится синим цветом, набрала персональный код и пошла на выход.
– Виктор Владиславович Воронов, «Фемида», – на первый взгляд низкий бас мог звучать грубо, но имел довольно обволакивающий окрас. Он как будто гипнотизировал, успокаивал и дарил надежду одновременно.
– Что заставило столпа уголовного права «Фемиды» спуститься к простым смертным? – кто-то сказал бы об неуважении к собеседнику, но это была обычная манера общения с моей стороны. И в моих словах не было грубости – лишь легкая ирония.
– Сочту это комплиментом, доктор.
– Это не комплимент, – негромкий смешок приятно отозвался во всем теле. Ему бы в секс по телефону – отбоя бы не было.
– Мне доложили об инциденте, произошедшем сегодня. Мне очень жаль, что наш клиент позволил себе лишнего, но хочу отметить, что меры, применимые к нему были недопустимы сегодня. Был причинен вред здоровью.
– Руководство уже наказало провинившихся. Не могу обещать, что такие ситуации вообще никогда не возникнут, но будем прилагать все силы для их предотвращения, – я уже миновала последний пост и вышла на улицу. Дождя не было – лишь приятный аромат остался в воздухе. Неторопливо спустилась по лестнице и шагнула в направлении своей машины.
– А Вы честны, доктор. Это обескураживает, – хмыкнул собеседник. – Я поговорил с Бариновым – он не выражает никаких претензий. Он весьма, – на миг мужчина замялся, по всей видимости подбирая слова, – интересного о Вас мнения.
– Знаю, какого он обо мнения, – мой кадиллак X4 призывно моргнул фарами. – Не раз выслушивала его точку зрения по этому поводу, – я села внутрь.
– Каково это – привлекать психов? – его неожиданный вопрос привел меня в небольшое замешательство.
– Это не имеет значения. И Ваш вопрос не несет смыслового значения в нашем разговоре, – просто ответила, трогаясь с места. – Чего Вы хотите?
– С сегодняшнего дня я лично буду наблюдать за Бариновым. Надеюсь, таких инцидентов не будет. В этот раз вас всех пронесло, – вроде бы засранец должен раздражать, но этот голос! Понимаю, почему столько выигранных дел.
– Волнуетесь за психа? – не удержавшись, съязвила. – Он парень интересный. Душка просто!
– Не сомневаюсь. Но это не мешает мне в крайнем случае поставить раком всю вашу богадельню, – неожиданно резко выдал Воронов. Меня обдало леденящим холодом. Перемена его тона вызвала невольное восхищение.
– И какой же случай будет крайним? – не удержавшись, усмехнулась. – Могу Вам кое-что рассказать, Виктор Владиславович, – мой голос немного снизился. – В безумии все крайнее. В безумии нет порядка – только хаос. И он не бывает чрезмерным. Он просто есть. Поэтому, – цинично продолжила, – раком Вы сможете поставить лишь купленную Вами шлюху. Еще будут ко мне вопросы, господин адвокат? Надеюсь, Ваше чуткое Эго не пострадало. Я никоим образом не хотела Вас задеть. Лишь отвечала ответом на Ваши вопросы, – некоторое время по ту сторону царило молчание.
– Доктор, – наконец нарушил его собеседник, – в этом мире нет того, что могло бы меня задеть. Было приятно поболтать с Вами. Еще увидимся.
– Приятного вечера, Виктор Владиславович.
– Приятного, доктор, – звонок отключился, а я откинула телефон на соседнее сидение.
Мрачный тип с действительно коршуновыми замашками. Я полагала, что Греков – тот еще тип. Но этот… Ощущение леденящего холода не отпускало до самого дома. Понятно, почему именно Воронов занял уголовный сектор. Психи его не пугают. Напротив. Он внушает им ужас.
Глава 6. Первые зацепки
Иван сидел в своем кабинете, разгребая завалы на столе. Кроме дела «невест» в его ведении было еще пять текущих. Это отнимало силы, поэтому он решил распределить все между членами своей команды, чтобы как можно полнее окунуться в имеющее первостепенное значение. Накануне вечером, вернее уже за полночь, он ввалился к себе домой и просто упал на кровать, забывшись сном. Мысль о нужном ему отпуске как возникла, так и исчезла в бездне существующих проблем. На работе был уже к семи в ужасном настроении и с голодным урчащим желудком.
– Майор? – в проеме показалась темноволосая голова Александра Демина – еще одного члена его команды. Совсем скоро ему светило повышение в звании, и он пребывал в постоянном хорошем настроении. Или это все молодость? Хрен его знает! – Утро раннее? – широким шагом вошел в кабинет.
– Слишком раннее, – Авдеев откинулся на спинку уже порядком потасканного стула. Тот протестующе заскрипел.
– Вам бы стул заменить, майор, – заметил парень.
– Справлюсь без твоих соплей, Саш. Что с отчетом судмедэксперта?
– Я был сегодня у Дроздова. Показатели, как и у всех остальных. И ни единого отпечатка. Ублюдок слишком осторожен! – гневно ответил Саша. – Света еще проверяет ближайшее окружение девушки. Но что-то мне подсказывает, что и тут будет голяк.
– Между ними нет никакой связи, – пробормотал Иван. – Они нигде не пересекались. А что с их социальной жизнью?
– В соцсетях превалирует образ «правильных девочек». В переписках не было найдено никаких компрометирующих данных. Все были в поиске большой любви, постоянными отношениями связаны не были.
– Понятно. Ройте дальше. Между ними должна быть какая-то связь. Гущин говорил, что нам будет помогать внештатный психиатр? – Иван поднял глаза на парня.
– О, дааа, – протянул шатен. – Он мне рассказал. Когда нас посетит снежная царица? Колян из тридцать седьмого от нее в восторге. Совсем недавно она нагнула «любовницу». Та пыталась косить под психичку, но на доктора ее игра никак не подействовала. Она Горелову мордой в стол уложила, Колян теперь намерен жениться, – Саша заливисто рассмеялся.
– Через, – майор посмотрел на часы, – минут пятнадцать. Она должна быть к девяти.
– Пойду хоть зубы почищу, а то всю ночь на дежурстве протоптался, – усмехнулся Саша.
– Ты идиот, Демин, – Иван нахмурился. – Гущин еще не рассказал, чем закончились его пикаперские поползновения? – Саша покачал головой. – Ну вот. Пускай расскажет. Разозлите доктора – отпуска не увидите до седины.
– Понял, – выдавил недоуменно Демин. – Вот же ж гад!
– Иди работай, – через секунду того и след простыл.
Пятнадцать минут пролетели как одно мгновение. А доктор оказалась невероятно пунктуальной. Как только стрелки часов достигли нужных цифр, звуки соприкасающихся с полом каблуков стали отчетливо слышны. Она плавно вошла в кабинет с идеально прямой спиной и гордо приподнятым подбородком. Королева, не иначе. Строгое черное пальто было распахнуто, показывая миру идеально сидящий бордовый брючный костюм. Шею наглухо закрывала черная блуза с высоким воротником-стойкой, носы черных кожаных сапог выглядывали из чуть расклешенных брюк. Белоснежные волосы были уложены в своеобразную косу и перекинуты через одно плечо, неброский макияж терялся на фоне ее выразительных холодных глаз, а красная помада выделяла пухлые губы. Сегодня ее тон был чуть темнее, но это был определенно красный. В одной руке у нее находилась увесистая кожаная папка, в другой – довольно объемный пакет из располагающейся рядом кондитерской.
– Вам следует больше спать либо нанять личного гримера, – минуя приветствия, сказала девушка. Она обвела взглядом его небольшой кабинет и села на стул для посетителей напротив него. Пакет был предварительно оставлен на его столе. – Вчера я осталась без ужина, а утром – без завтрака. Если хотите – присоединяйтесь, – она кивнула на пакет. – Там еды на пятерых хватит.
– И Вам, доктор, доброго утра, – Авдеев нахмурился. – Это попытка проявить радушие?
– Что Вы! – она хмыкнула, закинув ногу на ногу. И так грациозно это сделала, что майор невольно засмотрелся. Как там Демин сказал? Царица? Определенно сходство имелось.
– Я же сказала – я пропустила несколько приемов пищи. Я просто хочу есть, майор. И на будущее – я всегда говорю то, что хочу сказать. В загадки не играю.
– Значит мы с Вами сработаемся, – они были прерваны Сашей, ворвавшимся в кабинет.
– Доктор, – пропел этот придурок. – Мы так рады! – мда… Энтузиазм из него так и прет.
– Демин! – Иван смерил его таким взглядом, от которого обычно все шарахались, но на парня это никак не подействовало.
Однако буквально спустя мгновение он сдулся – в игру вступила их гостья. Насмешливая улыбка тронула ее губы, а глаза стали похожи на два мерцающих айсберга. От этого взгляда даже Ивану захотелось спрятаться.
– Серьезно? – иронично переспросила. – Что-то Вы побледнели. Откройте пакетик, там шоколадный торт. Глюкоза Вам не помешает. Кстати, он уже порезан – не хватает только столовых приборов. И, Александр, организуйте нам всем кофе. Буду признательна. У меня слишком много работы. И временем располагаю совсем незначительным, – говорить о том, что Демина просто «сдуло» с места, не стоит.
– Вы весьма интересная, – рассматривая девушку, внезапно выдал Иван.
– Не поверите, за последние сутки уже второй раз об этом слышу, – она вздохнула. – Итак, где бумаги? И ваш психиатр.
– Скоро будут.
Спустя час, выслушав всех и вкусив невероятно вкусный торт, они засели за просмотром отчетов. Девушка периодически смешно морщила идеальный нос, что смягчало холодное выражение ее лица. Валентина, их штатный психиатр, хоть и была квалифицирована, но опытом располагала крайне небольшим. Надо отдать Снежной должное – она корректно об этом сказала и указала на какие моменты при работе нужно обращать внимание в первую очередь. В том числе – как правильно анализировать полученные данные. Не только Авдеев был покорен профессионализмом доктора – все внимательно слушали не отрываясь.
– Сведений довольно мало. Я уже делилась своими предположениями с майором, – она обвела взглядом всех присутствующих. – Думаю, стоит в первую очередь обратить внимание на отсутствие фаты у девушек. Этот символ непорочности он не просто забирает в качестве трофея. Для него они – не так невинны, как может показаться на первый взгляд. Полагаю, что этим он подчеркивает это.
– Он? – спросила Светлана – высокая темноволосая девушка. Она вместе с Гущиным и Деминым входила в состав команды майора. – А если это девушка?
– Хороший вопрос, – красные губы озарила широкая улыбка. – Женщины по природе своей более эмоциональны. Чаще всего преступления, совершенные ими, пестрят эмоциями. А тут такая методичность. Хладнокровие. Убийца наводит красоту. Какая женщина будет украшать себе подобную напоказ? Взыграет конкуренция. Я склоняюсь к предположению, что нам нужно искать мужчину. Глядя на них, у меня складывается впечатление, что он как будто «в поиске». Ищет идеальную кандидатуру, разочаровывается и убивает. Только вот что именно является стрессором, подталкивающим на это? Препараты, найденные в крови девушек, имеют довольно долгий период выведения из организма. Скорее всего накачав их, украсив для себя, а после не получив желаемого, он срывается.
– А что с сердцем? – подал голос Саша. – Принцип – не полюбишь меня, значит и никого больше? Нахрена их почти усыплять, а после так жестоко убивать? Милосердная жестокость?
– Это трактовать можно по-разному. Сердце не всегда олицетворяло любовь. Считалось, что оно было вместилищем души. Тело не вечно, а вот душа… Возможно он забирает у них и уничтожает самое важное – души. И поза подношения… Они как будто добровольно отдают их ему, а он жестоко с ними расправляется, – доктор на мгновение задумалась.
– Как это поможет нам найти его? – задал логичный вопрос Иван. – Все эти предположения конечно хороши, но, черт возьми, как?
– Он в поиске, и они в поиске, – доктор размяла пальцы. – Каждый их день был выверен до секунды. Отличницы, активистки и умницы. Ни шагу в сторону. Где же искать любовь, которую они так жаждут? На это просто нет времени. Смекаете, майор?
– Сайты знакомств, – ошарашенно пробурчал Авдеев. – Как мы это упустили?
– Просто не туда смотрели, – ответила девушка. – Не ищите страшное чудовище. Оно будет прекрасным. Все близкие девушек подтвердили, что в последнее время они были чуть скрытнее, чем обычно. И были очень счастливы. Так ведут себя люди, которые влюблены и очарованы. И, учитывая скромность наших девочек, все сайты не подойдут. Отметайте любую пошлость.
– Работа будет долгой, – вздохнула Светлана. – Таких сайтов тысячи. Они могли зарегистрироваться под посторонним ником.
– Проверьте еще раз их увлечения. Желательно за последний год. Должна быть общая черта. Это поможет сузить круг поиска, – посоветовала доктор. – И приготовьтесь – будут еще.
– Дурдом, – протянул Демин. – Ладно, за работу! Спасибо, доктор, – девушка кивнула, и вскоре в кабинете остались лишь они с Иваном.
– Нужно придумать, как подловить его, – он нервно постучал по столу.
– Нужно понять, что именно их связывает. Это поможет. И еще раз проследить последние события перед их исчезновением. Я оставлю себе бумаги, – она закрыта папку. – Хочу съездить в морг. Кто их ведет?
– Дроздов.
– Отлично. Я позвоню, майор, – она плавно встала со стула и покинула кабинет. Авдеев же вновь окунулся в бумаги, раскинутые на его столе.
Глава 7. Неожиданная находка
Я ненавидела морги. Запах смерти, витающий там, впитывался в кожу и ощущался еще долго после непродолжительного посещения этого заведения. Каждый, кто так или иначе связан с этим местом, говорит, что к этому привыкаешь. Что в этом нет ничего страшного. Что это естественный и логичный ход жизни. Кто-то даже приплетает религию. Я в это не верю.
В смерти нет ничего сакрального и логичного. Это всегда неестественно, страшно и нелогично. И привыкнуть к такому невозможно.
Перешагнув порог секционной, где меня уже ожидал судмедэксперт, назначенный на дело невест, ощутила ненавистный запах. Около накрытой жертвы стоял высокий худощавый ухоженный мужчина за сорок в медицинской униформе. Темные волосы местами отливали сединой, а усталый взгляд скрылся за толстыми линзами очков в титановой оправе. Мы пересекались с ним не раз по поводу различных дел, и Дмитрий Николаевич Дроздов был достаточно приятным человеком.
– Здравствуйте, – поприветствовал меня мужчина. – Несмотря на обстоятельства, рад снова видеть Вас, Мия Владиславовна.
– Я тоже, – кивнула ему в ответ. – Но я все равно ненавижу это место. Даже и не думайте приглашать меня сюда в гости.
– Можно подумать, что у Вас работа лучше, – на миг его лицо озарила улыбка, смягчившая суровые черты лица. – Мои хоть, – он выразительно кивнул на тело, – ведут себя адекватно.
– Вы на людях-то не шутите так, Дмитрий Николаевич. Не поймут, – улыбнулась ему в ответ.
– Что тут поделаешь, – он развел руками. – Без профессионального юмора тут делать нечего. Иначе просто ляжешь рядом со своими «пациентами» от всего, что порой видишь. А как Вы спасаетесь?
– От чего? – прошла к нему, остановившись рядом с телом.
– От чужого безумия. Никогда не завидовал психиатрам, – аккуратно приподнял простыню, открывая взору бледное тело довольно привлекательной брюнетки.
– Лучше чужое, чем свое, – мой взгляд переметнулся на жертву. – Я читала все ваши отчеты, – перевела тему, – можете что-нибудь еще добавить?
– Нет. Мы провели полную экспертизу и обнаружили уже известные факты. Поэтому я удивлен Вашему приходу.
– Меня интересует не девушка, а ее сердце. Покажите мне его, – на лице врача промелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки и отошел в сторону холодильных камер.
Пока он искал необходимое мне, я смотрела на ту, кто уже никогда не откроет глаз. Что же ты хотел от них? Убийца одновременно был милосерден и жесток. Не причинял боли, но нес смерть. Почему? Никаких признаков его присутствия на них – значит чувством собственничества не обладал. Какой-то неправильный серийник. Всегда есть «что-то». То, что заявляет, что это его работа, его жертва. Что-то тут не так.
– Прошу, – позвал меня Дроздов. Я переместилась к соседнему столу и увидела растерзанное сердце.
– Чем он нанес такие увечья? – орган был не просто поврежден, а разорван в клочья.
– Учитывая внешнее состояние органа, тяжело судить о «профессиональности» нашего убийцы. Края раны на теле довольно ровные. Однако, кое-что смущает. Несмотря на все выше сказанное, немного неаккуратно при созданной «аккуратности».
– А сердце?
– А что с ним? Изуродованный орган, как и у всех остальных. Словно его когтями драли, уж простите за такой простой сленг, – развел руками Дроздов.
– Он не зря делает акцент именно на нем, – задумчиво смотрела на то, что осталось от жизненно важного органа. – Если бы это было лишь проявлением его злости по отношению к жертвам либо по отношению к чему-то только ему известному, то и подготовка была бы другая. И пострадал бы не только отдельный орган. А где остальные сердца?
– Зачем они Вам? Думаете, что-то найдете? Сказать по правде, они выглядят также, – он отвернулся от меня, пройдя в дальнюю часть комнаты. – Подождите пару минут, сейчас принесу остальные, – с этими словами он скрылся за дверью в соседнее помещение.
Меня никак не отпускало увиденное. Слишком много вопросов вызывало, а ответы ускользали от меня ежесекундно. Увиденный пазл никак не хотел складываться. Зачем проявлять к жертвам столько заботы и при этом уродовать какую-то их часть? Только если… Мои мысли прервал звук подъезжающей металлической тележки. На фоне него шагов судмедэксперта было совсем не слышно.
– Сможем еще раз осмотреть сердца? – повернулась в его сторону. – Руки чешутся самой посмотреть, но протоколы не позволят, – подняла руки вверх ладонями к мужчине. Дроздов слегка нахмурился – кому вообще понравится вмешательство в работу? – Не оспариваю Ваше мнение, но мой опыт подсказывает, что кое-что мы найдем.
– И что же? – вздохнув, начал натягивать перчатки.
– Думаю, что мы могли ошибаться. Знаете, что самое сложное в моей профессии, доктор? – Дроздов пожал плечами. – Невозможно поставить диагноз, не увидев пациента, не так ли? И пока рыбешка не попалась на крючок, мы можем лишь предполагать, основываясь на опыте и знаниях. А уже после – ставить диагноз и выносить вердикт. Так вот. Все действия преступника укладываются в определенный придуманный им ритуал. Это может быть признаком наличия навязчивых состояний, а может быть просто хорошо продуманным планом действий. На данный момент невозможно сказать кто перед нами – адекватный или психически неуравновешенный человек.
– И что мы ищем? – все наше внимание перенеслось на орган перед нами.
– Его аккуратность.
– Серьезно? – Дроздов скептически посмотрел на меня. – Что тут аккуратного?
– Правильно – ничего. В этом и суть. Ищите доктор. Уверена, все это – не просто так, – цепким взглядом следила за каждым движением Дроздова. Время шло, а судмедэксперт тихо корпел над заданием, взвешивал и измерял параметры, попутно ворча себе под нос, что ничего не найдет.
– Эммм… – мужчина неожиданно поднял на меня удивленный взгляд. – Ваша идея была сомнительной, однако, похоже, мы сорвали джек-пот.
– Что-то нашлось? – я оживилась и подошла ближе к Дроздову.
– Сейчас узнаем, – он подхватил скальпель в руки. – Учитывая состояние органа, мы проводили стандартные методы его обследования. Точнее сказать – возможные методы. Некоторые части сердца были настолько повреждены, что было невозможно провести определение толщины тканей. Поэтому на этом все и закончилось. Но, – он отложил скальпель и с помощью тонкого пинцета извлек нечто небольшое из сердца и положил в лежащую перед ним чашку Петри, – мне в голову не пришло его прощупать. Да и зачем? А вот стоило бы. Если бы не Ваше рвение к работе, мы бы никогда не нашли это. Опергруппа «спасибо» не отделается. Да и я… тоже, – он хмуро улыбнулся.
– Бросьте, доктор. Это называется человеческий фактор. На то мы и люди.
– Небольшая часть левого желудочка сохранилась отлично. Как Вы знаете, у него достаточно толстые стенки, – продолжил Дроздов. – Похоже на флешкарту.
– Проверим остальные?
– Бесспорно, – спустя некоторое время у нас был целый набор небольших черных квадратиков.
– Продуманный засранец, – хмыкнула себе под нос, рассматривая новые улики. – Сердце – способ доставки посланий. Вопрос только в том – кому он их адресует.
– А как же то, что на них? – с интересом спросил судмедэксперт.
– У меня было довольно много мыслей на счет убийцы. Вплоть до чего-то крайне сакрального. Закрадывались мысли о том, что он выполняет какой-то ритуал. Однако… Не думаю, что это он. Наш субъект оставляет посылки с визитной карточкой. Даже не так, подарки. Красиво упакованные и презентованные. Я полагаю, что именно поэтому девушки такие нетронутые. Ему не нужно проявлять чувство собственности к ним – они лишь упаковка. Главной фигурой в его фантазиях является адресат. Когда мы найдем его, то ответим на огромное количество вопросов. А содержимое на флешках… Думаю, что это лишь его подпись. Как на подарочной открытке.
– Адресатом может быть кто угодно, – Дроздов задумался, упаковывая по-отдельности флешкарты.
– Да. И необязательно конкретный человек. Силовые структуры, общество или какая-то социальная группа. Бывшая, сосед или соседка, коллега по работе… Перечислять можно бесконечно. О, и это может быть его ученик или равный ему.
– Другой убийца?
– Да. В практике такое встречается, – кивнула. – В качестве вызова, метки территории или шоу для будущего поколения.
– Я тут вот что подумал, – губы врача тронула неяркая улыбка. – Я очень рад, что мои пациенты не похожи на Ваших.
– Дошутитесь, Дмитрий Николаевич, – забрала из его рук вещь-доки. И чуть тише добавила, мимолетно улыбнувшись ему в ответ, – обещаю, никому не расскажу, какой Вы шутник.
– До свидания, Мия Владиславовна! – он проводил меня к выходу из секционной.
– Надеюсь, нескорого, – как только я оказалась вне морга, смогла вдохнуть полной грудью. Отвратительное место.
Плавно продвигаясь к машине, набрала номер Авдеева. Пока хмурый майор и его веселые гномы будут разбираться с найденным, я буду работать. Отличный план, Мия! Учитывая количество этой самой работы.
– Да! – рявкнул голос по ту сторону.
– Гномы разозлили?
– Гномы? – майор резко изменился в голосе.
– Они самые. Теперь, когда Вы немного тон сменили, можно и поговорить. Мы нашли новые улики. Готовьте своих лучших айтишников, – вкратце рассказала ему о произошедшем.
– Мда… – протянул Авдеев. – Выходит, что убийца – не безумец?
– Почему же? Мы все по-своему безумны. И то, что он уравновешен, хладнокровен, изобретателен и продуман – придает его безумию неизведанные и опасные грани. В любом случае вам всем есть над чем поработать. И, кстати, курьером я не нанималась. Ваши улики будут у меня.
– Не понял.
– Поручите гномам. Они очаровательные и работоспособные. Дорогу к моему кабинету без проблем найдут.
– Боюсь спросить…
– Так не спрашивайте.
– Я все же спрошу. Если они гномы, то кто я? – голос майора под конец разговора принял приятный теплый окрас.
– Вы находитесь на стадии исследования, майор Авдеев. Удачи, – скинула звонок.
Глава 8. Внеплановая экспертиза со скрытым умыслом
Заглушив машину, Иван устало опустился лицом на руль. Напряженность последних месяцев сказывалась. Мужчина уже не мог припомнить, когда в последний раз спал больше четырех часов. Скосив взгляд на дом, нашёл окна своей квартиры. Неяркий свет пробивался сквозь плотные шторы, а это означало одно – дома его ожидали. Хорошо ли это? В такие минуты Иван хотел одиночества, как бы это грустно ни звучало. Тишины и полного отрешения от этого мира. А Катя… Какой бы замечательной она ни была, обеспечить этого не могла. И не потому, что не хотела. Девушка делала все для того, чтобы он был счастлив. Чтобы они были счастливы. Просто именно этого желания Ивана она не хотела признавать. Патовая ситуация. То, в чем так отчаянно нуждался мужчина, заставляло Катю ощущать себя ненужной.