Всё начинается с нуля

Глава третья.

Люди отреагировали мгновенно, перейдя в активную атаку. На меня с разных сторон обрушились удары дубинок и плетей. Досталось и моим сородичам. Оба эльфа упорно пробивались к свободе. Убегавший Кот сильно хромал на левую ногу, но с помощью Медведя им удалось скрыться в дверях, опрокинув по пути визжавшего Маньяре.

– Мы обязательно придём за тобой, Отторно! – прокричал кто-то из них.

Сердце пропустило удар. Откуда он знает моё имя? Я замер, наблюдая, как часть стражи бросилась следом за беглецами. Мощный удар в ухо мгновенно вывел меня из строя. В голове загудело, взгляд выхватил сверкающие застёжки чьих-то сапог, а дальше удары посыпались как из ведра. Понимая безвыходность ситуации, я всё-таки попытался защищаться. На последнем дыхании вскочил, превратившись в сплошной оголённый нерв, перехватывал и отправлял обратно удары противников. Получал тумаки и вновь раздавал сдачу, не всегда понимая, кому именно оппонирую.

Остатки сил отняли серия прыжков и кувырков, похожих на замысловатый танец. Во время этих перемещений я наносил короткие, точные удары, выбирая уязвимые места в защите врагов. Но численное преимущество брало верх, и я начал понимать, что прыгать мне оставалось недолго. Стоило подумать об этом, как всё внезапно закончилось. Стража вытянулась по струнке. Я же остался стоять один, шатаясь и глупо держа в руках одну из дубинок.

Я не сразу понял, что произошло. Но сквозь кровавую пелену, заливавшую лицо, разглядел, что один из присутствующих на ближайших трибунах мужчин стоит во весь рост и, кажется, в упор смотрит на меня.

Я выплюнул песок, которого успел изрядно наглотаться, когда меня повалила стража, пытаясь усмирить. Затем откашлялся и нагло заявил:

– Спасибо, но я бы и сам справился.

Мужчина хмыкнул и сделал знак отвести меня обратно в катакомбы.

На этот раз мне предоставили самому заботиться о себе и обрабатывать раны. Ни Латифа, ни тем более Хроп не появлялись. Выданная одежда была безнадежно испорчена. Кровь от выбеленной кожи штанов отходила плохо, размазываясь и окрашивая их в неприятный розоватый оттенок сырого мяса.

Сидя на матрасе, я оттирал фигурку рыцаря, тряпицей, смоченной в отваре ромашки. Эта занятная вещица спасла мне жизнь, и более я не собирался с ней расставаться. Только бы найти шнурок или хотя бы кусок верёвки, чтобы привязать на пояс. Что-то подсказывало мне, что такие безделушки на показ носить не стоит. Лишь бы понять, как убрать клинок обратно. Я в сотый раз повертел фигурку, потряс и осторожно заглянул в отверстие поперёк металлической рыцарской головы. Попутно примеряя, какой толщины должна быть верёвка. Оказалось, что внутри отверстия есть ещё одна металлическая петелька, сплетённая из тонкой проволоки. Оторвал кусок шнуровки от сапога, осторожно продёрнул и подвесил на ладони, оценивая результат. Стоило фигурке качнуться у меня перед глазами, раздался щелчок, и лезвие спряталось внутрь, сделав рыцаря вновь ничем не примечательным украшением. Ликуя, едва успел зацепить её на шлёвке у бедра, когда дверь моей комнаты с грохотом распахнулась. Несколько стражников в золотых доспехах встали по обе стороны от неё.

После чего порог бодро переступил высокий и крепкий мужчина, отличавшийся от стражи только пурпурным плащом и алым плюмажем на шлеме. Офицер, не иначе. Следом семенил круглый Лизарий, отирая платком потное, взволнованное лицо.

Невозмутимо продолжал приводить себя в порядок после боя. Видно, стычка с охраной просто так мне с рук не сойдет.

Военный снял шлем и полоснул по мне колючим взглядом черных глаз, провозгласил громко и по-командному. Значит точно офицер:

– Эльф Отторно, собирайся и следуй за нами.

Не спеша повиноваться его словам, иронично выгнул бровь и спросил:

– И куда же?

Вояка буквально задохнулся от такой наглости, но чётко чеканя каждое слово, добавил, презрительно щуря черные глаза:

– На месте узнаете. Поторопитесь и без лишних вопросов.

Ситуация приобретала острый оборот. Я и сам не понимал, почему мне так нравится бесить этого строгого дядю, но остановиться я уже не мог.

– А сеньор Лизарий точно не против? Может, сначала стоит спросить его разрешение?

У вояки нервно дернулся уголок рта. Но он быстро справился с собой и резко отрезал:

– Не против. Ему хорошо заплатили.

Вышеупомянутый Лизарий скривился, как от зубной боли, но согласно покивал, явно недовольный размером гонорара. Очень хотелось сорвать с пояса фигурку-стилет и проткнуть круглое тело хозяина арены, вдруг лопнет, как мыльный пузырь.

– Прекрасно. Надеюсь, вопросы исчерпаны.

Следуйте за мной, сеньор эльф, – последнее в его устах прозвучало как насмешка.

Я поднялся и сделал несколько шагов по направлению к военному. Однако тот не двигался с места.

– У вас что, нет рубашки?

Я отрицательно покачал головой и развёл руками.

Офицер метнул грозный взгляд в хозяина арены. Тот быстренько стащил с себя лиловый плащ и бросил мне. Честно говоря, в подземных катакомбах было не так тепло, как на улице, и я, следуя за офицером по мрачным извилистым тоннелям, начинал подмерзать. Поэтому тут же плотно завернулся в чужую одежду, перебросив край плаща через левое плечо. Благо ширина одеяния позволяла укрыть двоих таких, как я. А вот длиной плащ едва достигал моих колен. Да не в моём положении воротить нос.

Вскоре мы поднялись по истёртым каменным ступеням и оказались прямо за круглыми стенами арены. В тени переулка росли кусты магонии. От остального мира нас отделял только металлический забор из облупившихся чёрных прутьев. Калитка была открыта, и за ней виднелась крытая повозка с башенкой на крыше, расписанной геральдическими слонами и ромбовидным орнаментом. Пурпурные бархатные шторы были наглухо задернуты. Именно к ней меня и подвёл офицер.

– Заходите! – приказал он.

Я присвистнул:

– Ничего себе транспорт для зачинщика беспорядков.

Вместо ответа военный сделал знак ближайшему солдату, и тот бесцеремонно запихнул меня внутрь, следом залез офицер в плаще и захлопнул дверцу.

Я с размаху плюхнулся на обитый бархатом диванчик. Повозка тронулась. Полутьма и мерное покачивание дарили приятную сонливость. Хотелось со вкусом потянуться, до хруста в суставах, а потом задремать.

– Здорово они вас отделали, – уважительно заметила фигура напротив. Там сидел тот самый человек в алом одеянии и золотом венце на седеющих волосах, который буквально спас меня от охранников на арене.

Некоторое время он заинтересованно наблюдал за мной, а потом спокойно произнёс:

– Думаю, сеньор эльф, вы уже поняли, кто посмел лишить вас заслуженного отдыха.

– Допустим, – я сложил руки на груди. Мой собеседник напротив сидел ровно, как палка, с идеально прямой спиной и сложенными на коленях руками.

– Как тебя зовут, наглый эльф? – мужчина не улыбался, но в его голосе не было гнева.

– А может быть, стоит сначала представиться тому, кто устроил нам эту прогулку? – не сдавался я.

Офицер рядом со мной гневно засопел и заёрзал.

Сеньор в алом сделал ему отрицательный жест рукой:

– Меня зовут Роган, и я правлю Златавиром уже более тридцати лет. – Устало произнёс мужчина.

– Отторно, – буркнул я, мысленно прикидывая, что мне светит за учинённую драку, раз уж сам король выступает в роли конвоира.

– Как ты попал в плен, Отторно? С твоими умениями… – король удивлённо развёл руками.

– Не знаю, точнее, не помню, – вздохнул я.

– И многое ты не помнишь?

– Почти ничего, – честно ответил я, надеясь, что мою безумную храбрость спишут на последствия амнезии.

Прямые брови короля поползли вверх, но он быстро взял себя в руки:

– Тем лучше, значит, ты не будешь судить предвзято.

– Судить о чём? – я никогда не бывал в обществе монарших особ, ну или не помнил об этом. А потому беседуя с правителем Златавира, позволял себе украдкой смотреть в окно, пальцем отодвинув край бархатной занавески. Жёлтые кирпичные улицы заливало яркое солнце. На деревянных окнах, в обнимку с горшками герани, грелись пузатые коты. По булыжной мостовой сновали горожане и крестьяне в круглых соломенных шляпах. Большинство златавирцев были коренастыми, невысокого роста, веснушчатыми и светловолосыми. С широкими, приветливыми лицами. А вот зелени городу катастрофически не хватало.

– Я не держу обиды на ваш народ за то внезапное вторжение. Я понимаю, у вас были причины. А потому, после всего, что я видел на арене, я решил забрать тебя с собой во дворец. У меня есть для тебя достойная работа, Отторно.

Голос монарха вернул меня в карету.

Мой вопрос он предпочёл оставить без внимания.

– Я уже открыл было рот для очередного вопроса, но король вскинул руку:

– Не перебивай.

Моя единственная дочь Шарин, – при этих словах голос короля потеплел, – вошла в лета, когда приличные девушки вступают в брак. Завтра состоится турнир, победитель которого сможет назвать мою дочь женой.

– Я хочу, чтобы ты обеспечил её безопасность до турнира, во время и после, пока она вместе с мужем не отбудет в его владения. За это ты получишь пятьсот золотых леранов и свободу. Сможешь вернуться к Лизарию или в эльфийские земли.

– А разве ваши люди не могут справиться с этой задачей?

Откуда-то сбоку раздался явный зубовный скрежет.

– Могут. Но они привлекут к её персоне слишком много ненужного внимания, если будут повсюду сопровождать её.

– То есть мне нужно таскаться везде за принцессой? – я настолько ужаснулся перспективе целый день дышать в затылок какой-то человеческой девчонке, слушая беспечный женский треп, что вопрос вырвался сам собой.

– Надеюсь, ты, Отторно, понимаешь, что от таких предложений не отказываются.

Фин, – обратился он к офицеру, – выдай сеньору эльфу задаток.

На колени мне шлепнулся пухлый мешочек.

– Здесь сотня золотых монет.

Я вновь уставился в окно, переваривая информацию. И как оказалось, не зря. Паренька в бесформенном плаще и соломенной шляпе я заприметил ещё давно. Он шёл за неспешно катившейся каретой и будто невзначай оглядывался по сторонам.

– Ваше величество, прикажите кучеру ехать быстрее.

Король внимательно посмотрел мне в глаза и дважды ощутимо стукнул по стенке кареты. Повозка тут же начала набирать ход. Заметив это, парнишка не растерялся, одним широким прыжком оказался на уступке кареты и в дверь просунулись рука с заряжённым арбалетом.

– Однако веселенький город этот Златавир, – подумал я.

Офицер вскочил со своего места, но я оказался быстрее. Схватил тощую руку повыше локтя и на излом рванул вверх. Арбалет щелкнул, и салон кареты наполнили крики. Король диким взглядом смотрел на стрелу, завязшую в обивке крыши, а несостоявшийся убийца голосил что есть мочи, но отпускать бедолагу я не собирался. Он так и тащился за нами до самого дворца, выписывая ногами кренделя, чем знатно повеселил почтенную публику Златавира.

– Как ты, наверное, уже понял, обстановка в Златавире для меня сейчас не очень спокойная. Так что я рад, что не ошибся в тебе, – сказал король, выходя из кареты перед одним из боковых входов во дворец и наблюдая, как его несостоявшегося убийцу уносят стражники.

– Надеюсь, принцесса тоже будет рада моему обществу, – вздохнул я. Не хотелось следующие три дня глотать желчные замечания и гневные взгляды златавирской наследницы.

– А это мы сейчас и узнаем, – ответил король, пересекая огромный приёмный зал и направляясь к узкой винтовой лестнице в дальнем конце.

Я вдруг вспомнил, что кроме разбитой рожи на мне были: только плащ хозяина арены, штаны с растёртыми кровяными пятнами и сапоги с небрежно оторванным шнурком.

– Ваше величество, мне кажется, для встречи с принцессой я неподобающе одет.

Король остановился, окинул меня оценивающим взглядом и заключил:

– Тем лучше. Девицы возраста Шарин склонны к влюбчивости и излишнему романтизму. Хоть и зачастую отрицают этот факт. А мне случайные романы не нужны.

– Значит, на нормальную одежду могу не рассчитывать? – хмуро спросил я, топая за монархом по узким ступеням куда-то вверх.

– Очень даже можете. Но не сегодня, – отрезал он.

Мне казалось, что минуло не меньше часа, прежде чем мы добрались до места обитания принцессы Шарин. Белая стрельчатая дверь с резьбой вела в абсолютно круглую башенную комнату, больше всего напоминающую чашу. Чтобы оказаться в центре, необходимо было спуститься вниз по нескольким ступенькам. В глубине у стрельчатого окна стояла кровать под балдахином из алого шифона. Рядом камин с разложенными перед ним тигриными шкурами. На противоположной стороне большой книжный шкаф и ещё одна дверь. Но больше всего взгляд притягивала огромная труба на треноге у второго окна. Прямо по центру комнаты стоял массивный стол, сейчас заваленный различным рукоделием, а за столом мирно сидели две девушки, одетые в одинаковые безликие серые платья. Шарин оказалась классической принцессой. Светлые локоны, большие глаза, пухлые губы и румяные щеки. Прекрасно, восхитительно и просто очаровательно красивая. Скучно, аж до зубовного скрежета. Меня же она, видимо, сочла не таким банальным, поскольку оторвалась от своей идеальной вышивки и уставилась жадным, немигающим взглядом. Смутившись, я перевёл внимание на её соседку. Вероятно, служанку. На спинке её стула я приметил соломенную шляпу. Из окна кареты я видел множество простых горожанок в подобных головных уборах. Вторая девушка тоже подняла голову, вглядываясь в посетителей. На мой вкус она была куда привлекательнее принцессы. Её лицо было скорее интересным, нежели просто красивым. Узкий подбородок сочетался с маленькими, словно нарисованными губами. Гордый вздёрнутый кверху нос покрывали мелкие веснушки, а следом на мир взирали два больших миндалевидных глаза. Блестящие и лазурные, как весеннее небо. Однако самой изюминкой были мириады красно-каштановых пружинок, обрамлявших высокий лоб и уходивших в толстую витую косу, конец которой терялся где-то под столом. Девушка задержала на мне взгляд лазоревых глаз, и я невольно приосанился, одёрнув безразмерный плащ Лизария.

– Шарин, дорогая, – мягко начал король, – памятуя наш последний разговор о твоей безопасности, я нашёл для тебя личного охранника.

– Если бы ты действительно помнил наш последний разговор, отец, ты бы знал, что мне он не нужен, – произнесла служанка низким ясным голосом.

Оправившись от сиюминутного шока, я мысленно возликовал, что мне не довелось первым обращаться к принцессе. Вот был бы знатный конфуз.

Шарин поднялась на ноги, став ненамного выше.

–Тем более эльф. Если это шутка, то очень скверная. В её голосе появились гневные металлические нотки.

Внутренне ликование сменилось злостью и раздражением. Что эта пигалица себе вообще думает!

– Не дерзи отцу! – отчеканил король. – Эльфы – лучшие во всём, что касается боевых искусств и военного ремесла. А конкретно этот сеньор, я считаю, превосходит своих собратьев. А ещё, я думаю, тебе будет интересно поговорить с ним. На этом всё. Я так сказал!

Мне абсолютно не нравилась манера венценосных особ обсуждать меня словно мебель. Поэтому я напустил на себя гордый вид и важно произнёс:

– Имейте в виду, на все расспросы у вас не так много времени. Советую поторопиться, ваше высочество.

Шарин моргнула, смерив меня хмурым взглядом из-под насупленных бровей и рассержено упала обратно на стул. Придвинула к себе шитьё, но тут же уколола палец, прошипела под нос нечто явно недостойное дочери короля и отбросила пяльцы. В ответ монарх стрелой покинул покои принцессы, многозначительно хлопнув дверью. Повисла звенящая тишина. Блондинка за столом продолжала спокойно вышивать, Шарин задумчиво пожевывала губу, глядя прямо перед собой.

– А я, прочистил горло и задал давно волнующий меня вопрос, – прошу прощения, ваше высочество, а что это за труба у окна?

Принцесса отвернулась, но я заметил, что она закатила глаза.

– Телескоп, – бросила Шарин через плечо.

Я выжидательно приподнял бровь.

– Это должно мне что-то объяснить?

Шарин вновь поднялась, выбралась из-за стола и дробно цокая каблучками встала между мной и телескопом. Такая же прямая, как и её отец, с гордо поднятой головой и вскинутым кверху носом. Всем своим видом она сейчас напоминала зануду-отличницу.

Страсть как хотелось хорошенько дернуть маленькую всезнайку за её длиннющую косу, которая доходила ей почти до колен.

– Бах! Бах! Бах! – дверь задрожала под ударами, и высокий мужской голос буквально возопил:

– Шарин! Открывай! Не смей от меня прятаться, я знаю, что ты здесь!

Вновь воцарилась тишина. Иголка застыла в руках блондинки над очередным стежком. Она переглянулась с принцессой. В глазах последней мелькнула тревога.

– Бах! Бах! Бах! – открывай немедленно! Ты же знаешь, я не уйду, пока мы не поговорим! Иначе я всё расскажу твоему отцу!

Блондинка ахнула и прикрыла рот ладонью.

– Ваше высочество, давайте я выйду и скажу ему, что вам нездоровится. Ну или спрячем вас под кровать…

Шарин обречённо вздохнула и направилась к двери.

– Бесполезно, Улима, если Люций чего-то хочет, он не постесняется даже мертвого поднять.

Я прошел следом за принцессой и встал у стены, справа от дверного проема. Отчего-то незваный гость не внушал мне доверия.

Шарин приоткрыла небольшую щель и устало спросила:

– Что случилось, Люций?

В открывшемся пространстве запахло горелым анисом, показалась смазливая физиономия молодого мужчины. Опять анис… отметил я, разглядывая гостя теперь с большим интересом. Мысленно припоминая, мог ли я видеть его раньше?

Льняные кудри молодого человека, некогда были аккуратно уложены и зачёсаны назад. Сейчас из них во все стороны неряшливо торчали отделившиеся пряди. Левый глаз красавчика украшал здоровенный лиловый синяк, придавая мужчине вид весьма комичный.

Интересно, кто он такой? На родственника принцессы он мало похож, отметил я, наблюдая, как подрагивают уголки губ Шарин. Она явно пыталась сдержать улыбку.

– И ты ещё спрашиваешь?! Что случилось?! – взвизгнул мужчина, практически переходя на фальцет. – Сбежала! Не сказав ни слова! Как какая-то преступница! Бросила меня валяться, как куль с мукой! Да со мной могли сделать что угодно!

– Люций, ты преувеличиваешь, ты даже не вышел из кареты, – Шарин старательно смотрела мимо Люция, изо всех сил сдерживая смех.

– Я давно говорю, что ты ведёшь себя недостойно принцессы! – с пафосом произнёс мужчина. Ноздри его орлиного носа раздувались, с шумом выпуская воздух.

Шарин совладала с собой и ответила уже ровным голосом:

– Прости, Люций, но это было необходимо.

– Эксперименты… я так и понял, – раздражённо кивнул он. – Однако ты можешь вполне оценить степень моего благородства. Я всё равно не оставил идеи жениться на тебе. И я исполню свои матримониальные намерения сразу же после того, как меня объявят победителем турнира. И вот тогда сможешь забыть про свои глупости, —злобно прошептал он.

– Разумеется. Если выиграешь, – в тон ему прошипела Шарин.

Люций хохотнул и изящным отточенным жестом откинул со лба запылённую прядь.

– После того, что ты устроила, на твою руку позарится разве что какой-нибудь базарный попрошайка, ну или охотник за приданым. Так что ты должна быть мне благодарна, Шарин.

– Как будто ты не такой, – буркнула принцесса.

– Что ты сказала? – мужчина угрожающе подался вперёд.

– Я говорю, что благодарна тебе, ты, конечно, не базарный попрошайка, всего лишь придворный, но для семейного счастья это мелочи, – Шарин потихоньку начала закрывать дверь. – А сейчас, извини, Люций, но я хочу побыть в тишине.

– Как ты смеешь так разговаривать со мной?! Я, между прочим, тоже королевской крови! И знаешь, что я скажу? Именно поэтому твой отец уже дал согласие на наш брак и без всякого турнира! – Люций навалился на дверь со своей стороны, стремясь прорваться внутрь.

– Вот уж вряд ли! Отец никогда так не поступит! Мы слишком разные! И он-то это знает! – пропыхтела Шарин, силясь одолеть Люция в дверной битве. Тут она бросила на меня умоляющий взгляд и простонала:

– Не стойте, помогите!

Я отлип от стены. В этот момент Люций тоже заметил меня:

– Это ещё кто? – удивлённо спросил он, на миг перестав напирать на дверь.

– Личная охрана, – назидательно пояснил я и упершись ладонью в белоснежный лоб, толкнул опешившего Люция обратно в коридор. Мужчина попятился назад, оступился и слетел на пару ступеней вниз по лестнице.

– Шарин ахнула, приложив ладошку ко рту. Но тут же спохватилась и захлопнула дверь, отсекая от нашего слуха очередную гневную отповедь Люция.