Кровавая Княжна
- -
- 100%
- +
За дверью послышались тихие шаги, затем еще одни и дрожащий голос молодой женщины:
– Не ходи, прошу. Руслан с ней разберется.
– Если она уже у нашего порога, то никакого Руслана и в помине больше нет, – удрученно произнес мужчина и не спеша распахнул дверь перед незваной гостьей.
Дверь открылась, и перед Каярой предстал самый старейший из всех оборотней, живущих ныне на земле. Варгос Делая, ранее уважаемый последователь кодекса, истинный старовер и достопочтимый воин, ныне – предатель собственной крови. Доказательство его преступления с ужасом взирало на Каяру из дальнего угла комнаты, крепко держа за руку наследие этого порочного союза. Парнишка лет десяти выскочил из-за спины матери и встал перед ней, выставив вперед кухонный нож.
– Женя, – взмолилась мать, в попытках вернуть отпрыска обратно за свою спину.
– Не тронь маму! – воинственно закричал полукровка.
– Евгений! Брось нож! – грозно крикнул его отец и опустился на одно колено перед княжной, принимая почтительную позу приветствия. – Мы не ждали вас, Княже.
– Я вижу, – Каяра не удостоила его даже своего взгляда. Она перешагнула через порог и направилась в сторону женщины и ребенка.
Мужчина бросился к ней в ноги, обхватив ее щиколотки руками:
– Умоляю, пощадите! – взмолился оборотень на глазах уже подоспевшей рати своих воинов.
– Чем ты думал, Варгос? – по-звериному взревела наследница крови Ринса. – Так опозорить весь свой род!
– Я не думал, Княже. Это моя вина, не их! Прошу, пощадите!
– Человеческая женщина! Как твои подданные это приняли? Или же…
Она закрыла глаза и жадно втянула воздух. Да, сомнений не оставалось, эта женщина была не единственным человеком в деревне.
– Ты хоть представляешь, что вы натворили?
– Это все моя вина! Это я всех сбил с толку!
– Варгос, прошу, – уже со слезами на глазах еле вымолвила супруга.
– Что тут происходит? – Руслан, все еще сжимая свой обнаженный меч, вышел вперед из толпы.
– Владыка Ринса, я взываю к вашему милосердию! – продолжил древний оборотень, совершенно не обращая никакого внимания на своего командира.
Услышав имя кровавого клана народ деревеньки затрепетал. Кто-то ринулся к своим домам, видимо, в надежде, что еще успеет увести прочь своего человеческого возлюбленного от кровожадного монстра. Но Каяра уже просто не могла этого позволить. Закон требовал свершения правосудия.
– Барьер, – выкрикнула наследница древней крови и вокруг поселения начал расти серый магический купол.
– Нам не убежать, это Ринса, – послышался истошный женский вопль из толпы.
– Мы все погибнем! – в панике выкрикнул какой-то мужчина.
– Я прошу суда, – в последней надежде произнес Варгос на древнем ишрите.
– Суда? – Каяра повернулась к наглому предателю и схватила его за шею, отрывая от пола. Она сжала свои пальцы, со всей силы своей ненависти так, что перекрыла ему доступ кислорода. – Ты понимаешь, чем закончится этот суд! Я выжгу здесь все! Даже пепла не останется ни от ваших домов, ни от вас самих! Вы, ваши семьи, ваши дети будете умирать в ужасной агонии, что даруется лишь предателям кодекса! Не будет равных этой боли! Нет и не было смерти ужаснее той, о которой ты только что взмолился!
– Простите, – прокряхтел волк.
Вальмирия разжала свои пальцы и отпустила предателя. Тот, недолго думая, бросился обнимать свою человеческую супругу и сына. Он сжимал их крепко и усыпал поцелуями, не зная, сколько еще им осталось на этом свете, но уже уверенный в том, что конец как никогда близок.
Сердце Каяры было преисполнено гневом. Как они могли так предать кодекс? Как он мог отвернуться от многовековой памяти своей семьи? Но помимо злости, девушку терзала горечь предстоящей казни, убить всех обитателей поселения, дабы отчистить память их предков. А как могло быть иначе? Она должна была покарать неверных! Таков закон.
Внезапно, девушку осенило, а что, если выход все же есть? Что, если ей все же удастся избежать кровавой бойни и получить в соратники целую сотню добрых воинов?
– Ты не хочешь спросить, Варгос, что привело меня к вашим воротам?
– Вы не знали? – с надеждой обернулся к ней оборотень.
– О сраме, что вы здесь развели – нет! – огрызнулась Ринса.
– Тогда, зачем вы пришли?
– Я пришла, чтобы позвать вас на войну. Последнюю великую войну за мир подаренный нам Мирой.
– Войну? – с удивлением и страхом произнес глава клана Делая.
– Три года назад корги с калгалой, в качестве своего предводителя, напали на мой клан. Выжила лишь я. После чего сын Тени затаился, до недавнего времени.
– Калгала? Сын Тени? – с содроганием произнес Варгос.
– Да. Вчера его последователь напал на меня на острове Аресал. И сейчас я призываю верных вернуться на землю предков, дабы дать отпор врагу в надвигающейся битве. Сюда я пришла, в надежде предупредить подданных кодекса и призвать к союзу, а нашла лишь предателей крови.
– Умоляю! Простите хотя бы наших детей, они не должны отвечать за грехи своих отцов! – Варгос бросился на колени перед княжной.
– Они и есть грехи своих отцов! Тебе ли этого не знать! – наследница крови Ринса немного успокоилась и продолжила. – Но для вас все же есть шанс на спасение.
– Мы сделаем все, что угодно, Княже! – воодушевился оборотень, хватаясь за брошенную нить, даже не думая, что она несла за собой.
– Вы отречетесь от имени своего клана, более вы не будете иметь никакого отношения к роду Делая. Как и более вы не будете одним кланом. Так же вы отречетесь от кодекса, и никогда более не станете называть себя староверами. Вы потеряете все свои прежние привилегии и присягнете на верность государству Триединства, станете его подданными.
– Никогда! – послышалось из толпы.
– Я никого не принуждаю, – спокойно добавила Каяра. – Вы вправе выбирать, либо так, либо смерть. Я приму любое ваше решение.
– Мы сделаем! Мы все сделаем! – уверил ее Варгос.
– Господин! – послышался недоумевающий голос Руслана.
– Но! Вы должны будете навсегда попрощаться со всеми людьми из вашей деревни. Все дети-полукровки должны будут пойти с вами, – по щекам человеческой женщины покатились молчаливые слезы. Она еще крепче сжала руку своего сына, словно уже предвкушая жестокое расставание. – Триединство хоть и простит вам совокупление с людьми, но их все равно не примет.
Варгос посмотрел на свою супругу с грустью, предать женщину, которую он любил, было выше его сил. Но и не спасти жизнь своего сына он тоже не мог, как и она:
– Мы все сделаем, – улыбаясь сквозь слезы, повторила она слова своего супруга.
Сколько боли было на их лицах, сколько страданий! Как жесток был закон, что отнимал любовь, что разлучал семьи. Закон, для которого честь была превыше всего!
– У вас десять дней, этого должно хватить, чтобы собрать свои пожитки и добраться до острова. Все, кто откажутся соблюдать эти условия, будут осуждены и казнены, согласно законам кодекса.
С этими словами Каяра покинула осрамленную деревеньку и ее порочных обитателей.
Каяра оказалась в комнате того, кто значился последним в ее списке, но, по сути, был самым значимым для нее. Мужчина на кровати сразу ощутил присутствие важного гостя. У него ни на секунду не возникло сомнений в том, кто стоял перед ним. Да и как он мог не признать наследницу крови, с которой был связан. Он тут же принял почтительную приветственную позу:
– Во славу кодекса, во славу крови матери его, во славу Ринса!
Девушка взмахнула рукой, и все свечи в комнате разом загорелись.
– Здравствуй, Ратмир, – Каяра протянула руки вперед, приглашая хозяина опочивальни в свои объятья.
Белобрысый вампир недолго думая устремился вперед и, вновь упав перед гостьей на колени, обнял ее за талию.
– Я безумно счастлив, увидеть Вас!
– Как и я, – наследница клана Ринса тяжело вздохнула и продолжила. – Но, к сожалению, цель моего визита не такая уж и радостная.
Ратмир отпрянул от своей госпожи и обеспокоенно посмотрел ей в глаза.
– Клана Ринса больше нет.
Вампир тут же подскочил на месте, в его серых глазах сразу появились предательские слезы боли и отчаяния. Это была самая ужасная новость, которую он только мог услышать.
– Все до единого погибли в сражении три года назад.
– До единого? – он все никак не мог заставить себя поверить в то, что услышал.
– Да. Выжила только я.
– Кто враг? – за секунду скорбь уступила ненависти. Это заставило Каяру улыбнуться, теперь она узнавала в нем следы ее клана.
– Калгала.
– Быть не может!
– Может. Этот калгала, каким-то чудом пережил великую войну. Как удалось недавно выяснить, он наследник крови Тени, что, как ты понимаешь, далеко не идет нам на руку.
– Почему вы пришли только сейчас?
– Потому что до сегодняшнего дня, я была уверена, что калгала не знает о моем существовании. Но теперь это не так. Один из его приспешников напал на меня утром, поэтому мне пришлось изменить планы и ускорить созыв староверов.
– Вы созываете всех на войну? Мне разбудить Совет Гальдимеша?
– Нет, не буди. Солнце уже скоро встанет, а к утру я уже должна вернуться в Аресал.
– В Аресал? – ее слова заставляли удивляться Ратмира все больше и больше.
– Да, мне удалось заключить союз с Триединством. Поэтому наша главная точка обороны будет там.
– Крепости Аресала нет равных, – на этот раз с пониманием произнес вампир.
– Поэтому мне нужно, чтобы ты передал мое послание Гальдимешу: Я жду всех староверов верных кодексу на последнюю великую войну, дабы отстоять и сохранить наследие Миры!
– Боюсь, что Гальдимеш уже не тот, каким вы его помните.
– Раз ты все еще служишь им, то это означает, что все не так уж плохо. Иначе ты бы уже давно призвал свою хозяйку на суд.
– Они хоть и давно по пятнали свои помыслы, но все еще не переступили ни одного строгого закона. С годами они стали хитрее, их обуяла жадность. Они изменились, владыка.
– И не они одни, – с сожалением произнесла вальмирия. – Но в любом случае, нам нужна их армия. Другой у нас все равно нет.
Ратмир с пониманием посмотрел на свою повелительницу, кажется, и до него уже докатились слухи о прекрасных боевых навыках армии Триединства.
– Я сделаю все, чтобы они прибыли в Аресал.
– А разве они могут отказаться? Отказаться защитить наследие Миры? – уже с нотками гнева сказала последняя кровь клана Ринса.
– Нет, но могут растянуть отбытие.
– Тогда нам нужно их поторопить.
– Вы хотите воспользоваться правом вето?
– Нет, его мне нужно приберечь, раз уж мы говорим о хитром союзнике. Тем более оно у меня лишь одно. С последним вето, я потеряю свою власть над ними.
Она подошла к окну, через которое уже начали просматриваться первые лучи восходящего солнца. Времени почти не осталось.
– Если через неделю Совет Гальдимеша не примет решение, то тогда ты, мой шевалье, скажешь им следующее…
Глава 4
Как и обещал, Володар все еще ждал ее возвращения. Он был счастлив увидеть свою, хоть и весьма промокшую и уставшую невесту. Третий генерал сразу бросился к ней навстречу и заключил ее в свои сильные объятия.
– Осторожно! Теперь и тебя сушить придется, – отшутилась Каяра.
– Ничего, – улыбнулся полутора тысячелетний вальмирий. – Как все прошло?
– Где-то отлично, где-то неплохо, а где-то совсем не то, что я ожидала.
– И где же тебя приняли хуже всего?
– Ты знал, что Варгос вместе со своим народом преступил законы крови?
– Они соединились с людьми? – спросил Володар в удивлении.
– Да, – на выдохе ответила Каяра.
Ее нареченный слегка отогнулся назад и посмотрел в глаза своей возлюбленной.
– Как я понимаю, клана Делая больше нет?
– Нет, клана нет, но вот союзники, надеюсь, у нас остались.
– Не совсем тебя понимаю.
– Я заставила их отречься от имени и всех регалий и присоединиться к Триединству. Только так можно было сохранить им жизни.
– Интересный поступок для наследницы крови Ринса, – с долей гордости произнес он.
– Ты думаешь, нам всегда нравилось вырезать целые кланы? – оскорбилась Каяра.
– Ну, история это весьма красочно доказывает.
Каяра осеклась, ведь клан Ситал тоже пал от рук Ринса. Она с опаской посмотрела на своего нареченного, но не нашла в выражении его лица ни капли тревоги. Это немного ее успокоило.
– Просто нужно уметь отвечать за свои слова и поступки и не давать обещаний, которые не собираешься выполнять. Законы кодекса суровы. А покровительство Ринса не то, что раздается направо и налево. И если они хотят получить от нас защиту, то должны следовать и нашим правилам. Это честно. Тем более мы никогда и никого не заставляли давать клятвы против их воли. Это был их выбор и только им отвечать за это.
– Вынужден согласиться, но боюсь, что для местных ты точно скоро станешь чудовищем.
– Ну и пусть.
Володар еще с большим удивлением посмотрел на свою избранницу.
– Мне не важно, как я выгляжу в глазах других, пока я в ладу с собой и своими принципами. И все равно им придется меня принять, хотят они этого или нет. Иначе им просто не выжить.
– В каком-то плане и ты сейчас принимаешь тех, кто тебе претит?
– Да, но не во имя собственного выживания, а для спасения наследия Миры!
– Меня уже очень сильно начинает пугать твое отношение к собственной жизни. Складывается ощущение, что ты даже не допускаешь мысли, что сможешь пережить эту войну.
– Я смотрю на вещи здраво, Володар. И тебе советую.
Тут она немного замялась. Да в голове пронеслась мысль, которая так же не давала ей покоя все это время, которую она боялась озвучить до этого момента.
– Ведь против калгалы уже выступали два вальмирия.
– Лиргерия и Владимир, – добавил Володар.
– Да, и оба они погибли.
– Я не думаю, что боги хотят нашей смерти, Каяра, – насупился нареченный. – Иначе, зачем им делать нам такой дар?
– Думаю, что главная причина, по которой нас так одарили, так это убийство калгалы, а не наше спасение.
– А разве не может быть и того и другого?
– Может, – девушка почувствовала, как сильно он желал услышать от нее эти слова, и просто не смогла ему отказать в этом.
– Представляешь? Мир после войны, мы уходим в тихое и спокойное место вдали ото всех, и вечность проводим вместе. Мне кажется, я знаю, чем мы будем заниматься первое столетие.
Володар подмигнул молодой вальмирии и притянул ее за талию ближе к себе.
– Догадываюсь, – улыбнулась Каяра и страстно поцеловала своего нареченного. – Тебе пора идти, солнце уже взошло.
– Да, и слышишь? Народ уже собирается на завтрак. Кажется, мое появление будет эффектным! – вальмирий ликовал, намекая на оживленный коридор третьей башни.
– Тебе настолько претит скрывать наши отношения?
– А тебе разве нет?
– Да. Не только их…
– Скоро, Каяра, – он поднял ее левую руку перед собой и приложил свою ладонь к ее. Его рука была почти вдвое больше руки молодой княжны. Такая сильная, такая теплая, такая надежная! – Тем более, я не собираюсь прилагать уж слишком больших усилий к обереганию этой тайны.
– Как и я, – по-заговорчески произнесла девушка.
Внезапно их внимание привлек приближающийся к двери знакомый запах. Судя по шоркающим шагам, кто-то не спал всю ночь, лелея свои "отцовские" переживания.
– Заходи, Ярослав.
– Ты уже вернулась? Я принес тебе одежду, Володар попросил. Ой, я не вовремя? – оборотень слегка опешил, увидев стоящую по среди комнаты в обнимку пару.
– Нет, я уже ухожу, – успокоил его Ситал и направился к двери. – Увидимся вечером, – бросил он напоследок Каяре.
– Да.
– Все нормально прошло? – сгорая от интереса спросил Ярослав.
– В целом не плохо.
– Но могло быть и лучше?
– Могло, но есть, что есть. Главное, что все они все-таки прибудут на Аресал.
– Но некоторые не хотели?
– Да, и до сих пор не хотят.
– Так что не так-то пошло? – не выдержал всех этих загадок Кросс.
– Все нормально, Ярослав.
– Ты мне ничего конкретного не скажешь, ведь так?
Каяра отрицательно помотала головой. Больше она не могла полностью довериться старому другу. Если вдруг он снова даст не ту информацию Совету, как в первый день их приезда на остров, или еще кому, это могло вылиться в большие неприятности. Да и лучше теперь было держать его слегка поодаль. Не все из новых гостей острова будут рады такому спутнику рядом с ней. Так будет лучше для его собственной безопасности.
– Ясно, опять двадцать пять. Сиди, молчи и жди косточку.
– Не утрируй.
– А если я присягну твоему кодексу, ты будешь мне доверять?
– Боюсь, если ты присягнешь кодексу, то не ровен час, когда мне придется тебя убить.
Ярослав опешил от такого заявления.
– Прозвучало, как угроза, – нахмурился оборотень.
– Это не угроза, это предупреждение.
– Еще хуже.
– Ярослав, ты же представляешь, какую ответственность возьмешь на себя, если вдруг дашь мне присягу. Да, не скрою, у меня нет причин ее отклонять. Мне придется ее принять. И я уже знаю, чем это закончится. Этот мир не для тебя.
– Почему ты всегда все за всех решаешь?
– Не правда, я ничего тебе сейчас не запрещала. Я просто дала совет, чтобы ты немного опустился с небес на землю и взглянул на вещи здраво, прежде чем совершишь непоправимую ошибку.
– А может я смогу?
Каяра устало вздохнула и приблизилась к своему названному опекуну. Она положила ладонь на его щеку и с полной серьезностью посмотрела ему в глаза.
– Ты сейчас ведешь себя, как маленький мальчик, который из-за всех сил пытается доказать этому миру, что он способен на все. Но, к сожалению, то, что ты рисуешь в своем воображении, не соответствует действительности. Ты слишком самоуверен. Думаешь, что если вдруг что-то решишь, то это у тебя получится по щелчку пальцев. Но даже не хочешь вдаваться во все детали. Все не так просто, такое решение повлечет за собой многое. Я знаю тебя, поэтому могу с точностью ответить: Жизнь старовера не для тебя.
Ярослава обидели ее слова, даже в большей степени его задели ее сомнения в нем. Но в глубине души он знал, что юная вальмирия была права. Он никогда не сможет всецело принять кодекс и служить ему. В нем было слишком много человеческого, чувственного, от которого старому оборотню будет слишком трудно отказаться.
– Ладно, я понял тебя, – он аккуратно убрал ее руку со своего лица. – Совет просил тебя прийти к ним по прибытию. Они хотят знать, чем закончилось твое ночное приключение.
– Они уже собрались?
– Не знаю, – честно признался он.
Каяра закрыла глаза и слилась с замком воедино. Она быстро отыскала нужное ей место, где уже собрались правители в ее ожидании.
– Уже на месте, – улыбнулась она волку.
– Рано, видимо, я не один сегодня плохо спал, – он задумчиво посмотрел на дверь и добавил. – А кто-то не спал вообще.
– Вальмирии не нуждаются во сне так, как другие.
– Я не только о Володаре, Каяра. Дмитрий бегал за мной весь вечер. Он не мог поверить, что на тебя было совершенно нападение. Но по крайней мере, теперь наше решение скрывать твое происхождение стало более понятным для всех.
– Не думаю. Они лишь заблуждаются, но скоро этому придет конец. Я до сих пор до конца не могу понять, почему так опасно рассказывать обо всем жителям Аресала.
Ярослав обреченно выдохнул и с грустью посмотрел на свою названную воспитанницу.
– Давай, я расскажу тебе все на примере. Во время войны с чистокровными…
– Ты хотел сказать, во время геноцида? – поправила его девушка.
– Да, – неохотно согласился Кросс. – В общем, масштаб всего этого ужаса был в большей степени спровоцирован народом Аресала. Граждане Триединства, осознавая, какая пропасть в силе между ними и наследниками чистой крови были настолько напуганы, что просто теряли рассудок. Они требовали защиты, они требовали казни всех и вся. В каждом чистокровном они со временем начали видеть потенциальную угрозу. А потом все пошло по цепочке, увидев, сколько семей уже было убито, они начали бояться возмездия. В итоге, они уже не видели никакого другого выхода, как истребить их всех.
– Но здесь другая ситуация, наш враг – калгала.
– Который сильнее прежнего врага. А значит, страха будет больше. Многие просто сбегут с острова, в желании где-нибудь спрятаться, переждать битвы.
– Просто сбегут, как крысы с тонущего корабля?
– В каком-то роде, да, так и есть. Но это лишь одна сторона, будут не только те, кто сбежит. Появятся и те, кто пожелает на всем этом нажиться.
– Нажиться на войне?
– Да, Каяра. У страха велики глаза, знаешь, сколько раз сменились верхушки за период сражений против староверов? Козни, распри, ложь. А кто-то пожелает и свергнуть власть, т.к. в военный период их авторитет и так был подорван. Любой проигрыш будет нести за собой опасность государственного переворота.
– Совет боится не только паники и побегов, но также и за свою безопасность.
– Да, им нужно предоставить решение вместе с оглашением проблемы. Иначе, весь ваш союз будет под большим вопросом. Ведь как правило, новая власть должна будет держать другую политику. Еще и угроза пока лишь номинальная, они еще не могут даже толком обозначить врага. А вот староверов на остров приведут и начнут готовиться к войне.
– Поэтому они решили сначала продвинуть свою программу по примирению новообрядцев и староверов, чтобы хоть как-то сгладить углы.
– Да. И если ты вдруг повернешься ко всем своим друзьям спиной и отгородишься от них в пользу чистокровных, то ты станешь первым примером того, как легко могут отречься от них союзники.
– И вместо ощущения себя в безопасности, они будут чувствовать, что их могут предать в любой момент.
– Ну и не стоит забывать, что ты пример для тех, кто прибудет на остров. Если ты не станешь налаживать мосты, то и у них не будет для этого причин.
– Но тут есть риск и для меня, мой авторитет может быть подорван. И это не закончиться простыми дебатами.
– Видишь, все сложно.
– Ладно, я тебя услышала и обдумаю все, что ты мне сказал. Хотя, ничего конкретного обещать пока не могу. Кодекс связывает меня по рукам и ногам, и я несу определенный долг перед своим народом.
– Ты не их правитель, Каяра.
– Я хуже, Ярослав. Я их палач.
Кросс хотел было что-то ей возразить, но так и не смог найти нужных слов. Он все еще не до конца понимал иерархию ее мира, и какое конкретное место она в нем занимала. Для него было загадкой, как староверы смогли остаться более сплоченными, не имея единого правителя. Вот только правитель у них всех был. Правитель, которого они уважают и чтят веками, только лица у этого господина не было. Ведь их царь – кодекс, дарованный их предками, первыми богами.
– Мне нужно идти, не стоит доводить и Совет до паники.
– Да, это точно. Мне пойти с тобой?
– А разве у тебя нет никаких обязанностей? Вопрос с кораблем нужно решать. Мы не можем оставить остров без сообщения с материком. Чем мы будем кормить вампиров?
– Думаю, в Аресале достаточно большие запасы крови.
– Но не бесконечные. Если мы запрем крыс, то они еще быстрее захотят слинять с нашего корабля.
– Ты предлагаешь отпустить корабль?
– Мы не сможем определить есть ли хоть кто-то на острове, в ком течет кровь калгалы. Но сейчас у нас все же есть преимущество. Пока существует лишь маленький круг осведомленных, его лазутчикам тут нечего вынюхивать. Тем более, скоро на остров должен прибыть тот, на кого я очень надеюсь.
Каяра взяла свою окровавленную одежду и аккуратно сложила ее в шкаф. Да, возможно, всесильный нос Соломона мог сыграть им на руку. Хотя, это была лишь слабая надежда. Все-таки речь шла о наследнике Тени.
Внезапно ей на глаза попалась книга, что она недавно брала в библиотеке.
– Кажется, мне больше она не нужна.
– Ты же хотела…
– А разве теперь в этом есть смысл? Тем более уже с первых страниц стало ясно, что все в ней сплошная выдумка. Там нет фактов, лишь только то, что утвердило Триединство. Все равно придется знакомиться заново.
– Ты собираешь ее сдать назад? Ты же собиралась к Совету.
– После встречи с Советом. Не думаю, что скоро у меня найдется время ходить по библиотекам.
– Это да, – задумчиво процедил оборотень.
Встреча с Советом прошла достаточно ровно. Они уже были рады тому, что Каяра вернулась на остров, как и обещала. Еще больший восторг, особенно у Артура, вызвала новость, что один из древнейших кланов присягнет на верность Триединству. Для Совета это был несказанный бонус. Теперь их военная сила могла возрасти в своем значении, а значит повысить и их влияние в этом союзе. Каяра же смотрела на эту ситуацию по-другому. Для нее такое решение помогло не потерять до ужаса необходимых воинов, что и так были под счет. Ни каких бонусов влияния для правительства Триединства она в этом не видела, ведь союз уже заключен, и менять его положения она не собиралась. Да, и не прописывали они ничего подобного в изначальное соглашение.