Семь ночей с тобой

Глава 6. Мирон

М-да… Ну и ситуация.

Понятия не имею, какие такие жизненные перипетии заставили эту дрожащую девственницу продать своё тело, но настолько отстойного и в то же время крышесносного секса у меня давно не было. Потребность в ней ощущалась почти на животном уровне. Тормоза срывало напрочь. При этом я ни разу не поверил в её дурацкую игру в ответную страсть. Поэтому внутри свербело стрёмным ощущением насилия над ней.

Адская смесь какая-то получалась. Извращённое удовольствие, в итоге которого меня швырнуло в реальность как башкой с высотки вниз.

Возможно, не будь во мне этой дикой жажды в девчонке, я потратил бы больше времени на её расслабление, на то, чтобы добиться отклика. Но тогда я оправдался тем, что хрен я этого добьюсь вообще. Она никак не отключала голову, а без этого бесполезно даже пытаться.

Но слезая с неё, ощущал себя настоящим насильником. Факты говорят об обратном. Я – покупатель, она – добровольный товар. И если не способна хотя бы попытаться раскрыться мне навстречу, вместо того, чтобы чувствовать себя мученицей – стоит отправить её назад, а не вывозить этот детский сад. Я платил, чтобы расслабиться, а не вовлекаться в драму с жертвой грубого насилия. И отвалил немало, чтобы хотя бы постараться настроиться на меня. Ведь далеко не урод, обычно даже не прибегаю к деньгам, чтобы уложить девушек в постель.

А эту и дорогое сексуальное бельё не настроило, и мои попытки приласкать скорее отвратили.

Во время секса меня буквально унесло нежностью её тела, теплом, узостью и даже влажностью. Смазка всё-таки выделилась, хотя она выступает и в случае насилия – естественная реакция организма, чтобы избежать повреждения. Но на тот момент мне хватило даже этого, чтобы забыться окончательно.

Зато после как отшибло. Придя в комнату и увидев ту самую незнакомку, был уверен, что всю ночь не выпущу её из объятий; а по итогу ограничился всего одним разом. Конечно, его не хватило. Внутри до сих пор всё горит. Но и прикоснуться к ней не мог, даже посмотреть на неё. В голову запоздало врезались её скорее болезненные, чем страстные, стоны; впивающиеся мне в спину со всей силы ногти, кусающие плечо зубы.

В итоге свалил в ванную, а потом в другую комнату. Терпел, как идиот. За свои же деньги давал девчонке послабления.

Мне бы отправить её назад и найти кого посговорчивее, но почему-то не могу. То ли задевает самолюбие её неспособность перестроиться, то ли просто слишком хочется именно её. Несмотря ни на что. По-настоящему, по-всякому, но главное, чтобы взаимно.

Прекрасно сознаю, что только проблем себе добавляю, а не разгрузки, но не отдаю никаких распоряжений насчёт девчонки. Более того – встаю пораньше, чтобы с утра, до работы, наведаться к ней. Кажется, я сошёл с ума, если всерьёз собираюсь соблазнять ту, которая и так по факту принадлежит мне.

Она спит. Свернувшись клубочком, разметав по подушке белокурые локоны. Слегка посапывает во сне. По-дурацки, не равномерно даже, но как-то по-особенному мило.

Застываю, глядя на неё, такую трогательно невинную сейчас. И борюсь с новым идиотским желанием – уйти и дать ей поспать. Оставить в покое… Чтобы что? Заявиться ночью и опять, не заботясь ни о чём, просто взять своё? Или она у меня тут неделю просто гостить будет?

Прогоняю из головы её отчаянный взгляд и сбивчивые уговоры продолжать в момент, когда уже был готов распрощаться. Забавно, что это ведь единственный мимолётный раз был. И легко подавился неуклюжими и скорее нелепыми действиями девчонки. Все её манёвры были скорее неумелыми попытками повторить порно-ролики или типа того, уж не знаю, где она такого нахваталась. Что эта скорее забавная якобы соблазнительная походка ко мне, что потом откровенно наигранные стоны… М-да, со школьных времён на такое не натыкался.

Но фигня в том, что в случае Вари и этого оказалось достаточно. Вернее, выбесило, конечно, но не отвратило. Слишком уж я её хочу. Она манит меня своими невинными глазами, этой хрупкой фигуркой и пухлыми губами, которые хочется зацеловывать. Не сказать, что редкая красавица, но что-то в ней меня прошибает, настолько, что заносит даже. Определённо я на такое не подписывался. Но и определённо не откажусь.

Она переворачивается во сне, и я осторожно шагаю к кровати. Стараюсь не думать о том, каким кошмаром для неё, наверное, стал наш первый раз. Ведь он и в жизни девчонки первый был.

На этот раз мне не удаётся подавить накатывающее раскаяние напоминанием, что это было её решением срубить деньги таким образом. Сажусь на кровать, и девчонка чуть дёргается во мне. Подскакивает, глаза сонно потирает, просыпается постепенно.

Офигеть она чутко спит. Как начеку. Будто на краю пропасти лежит, а не в роскошном особняке с шикарными условиями.

– Доброе утро, – говорю, когда взгляд девчонки становится более ясным.

Как-то треснуто звучит мой голос. Какого чёрта она со мной делает?

– Доброе… – растерянно отвечает она, чуть не натягивая на себя одеяло, но в последний момент не став этого делать. – Я… Ты хочешь…

Девчонка даже договорить не в состоянии, не то что и в самом деле на это пойти. Конечно, я хочу. Особенно, когда она такая чуть растрёпанная после сна, почти неприкрытая одеялом, с губами приоткрытыми. Но эта её реакция… Если до этого, даже подсознательно зная, что вчера было насилие; мог себя убеждать, что ей где-то понравилось, то теперь ответ слишком очевиден.

Подавляю в себе очередной дурацкий порыв – на этот раз извиняться за вчерашнее. Такими темпами я и вправду могу докатиться до того, чтобы просто на неделю пустить к себе погостить девчонку, которой ещё и прилично отвалю сверху за просто так.

– Хочу позавтракать с тобой, – наконец невозмутимо сообщаю, когда в её глазах уже чуть ли не паника. – Пойдём на веранду, там уже накрыто.

Облегчение в глазах девчонки было недолгим – видимо, она вспоминает, что надолго от меня не отделается. И рано или поздно мне понадобится именно секс.

Но раз уж она это понимает, то, может, и начнёт уже настраиваться в ту сторону чуть более охотно? Ей всего-то нужно позволить мне раскрепостить её, не закрываться.

– Хорошо, – девочка неуверенно сжимает краешек одеяла, кидая взгляд на свою одежду. – Сейчас?

Ну понятно, ей даже переодеваться при мне не по себе. Не хочется вставать у меня на глазах почти голой и позволять мне смотреть.

Настолько всё хреново, значит. Но хотя бы вчера девчонка не ушла в драму и не тупо ревела всю ночь – на ней ночная рубашка вместо кружевного комплекта, да и постельное бельё другое на кровати.

– Сначала оденься и умойся, – решаю не продлевать её мучения, с ними разберёмся потом. – Думаю, ты уже знаешь, где прилегающая к этой комнате ванная.

Девчонка неожиданно улыбается моему почти бесцветному намёку на её посвежевший вид и смену белья. Такая робкая, неожиданная и почти мягкая улыбка, что отвести взгляд невозможно. Она ведь и лицо незнакомки резко преображает, делает более чувственным и женственным, а не напряжённо кукольным. До безумия хочется коснуться. Но я за каким-то хреном снова сдерживаюсь.

Надеюсь, что ненадолго.

– Да.

Девчонка перестаёт улыбаться, вряд ли подозревая, что за буря у меня сейчас ни с фига внутри.

– Хорошо, – мягко говорю, давая понять, что я не против. Пусть и в ванную ходит, и бельё когда хочет меняет, и вообще себя посвободнее чувствует. – Как тебя зовут?

Кажется, мой вопрос её озадачивает.

– А вам… То есть тебе, – она осекается, на этот раз почему-то чуть менее уверенно обратившись ко мне на «ты». – Не сказали? Я Варя.

Криво ухмыляюсь, поймав себя на мысли, что даже и не интересовался именем девчонки, которую ко мне направили. Почему-то не по себе говорить это ей, хотя она наверняка догадывается, что мне был нужен только бездушный секс.

Почему «был»?..

– Мирон, – только и представляюсь в ответ.

– Я знаю, – неопределённо сообщает Варя и делает лёгкое движение в сторону своей одежды.

Поднимаюсь. Не знаю, заботит ли её идея одеваться при мне или уже нет, но самому лучше уйти. Пока не испорчу собственный же план расшевелить девчонку и получить гораздо большее, чем вчера.

– Я зайду за тобой через десять минут.

***************

Странно, но в этом достаточно закрытом голубом платье Варя выглядит ещё более сексуально, чем во вчерашнем чёрном комплекте. Кстати, интересно, а что на этот раз у неё под одеждой? Её бельё? И какое?

Поднимаюсь к ней навстречу, даже отодвигая перед ней стул. Как заправский джентльмен. При этом ловлю себя на мысли, что давненько у меня тут никто так не оставался, чтобы завтракать со мной потом.

– Не знаю, чем ты обычно завтракаешь, – миролюбиво начинаю банальный разговор. – Но тут варианты и с тостами, и с кашей, и с фруктами, и с хлопьями. Что хочешь, в общем.

– Я буду гранолу с ягодами, – подавлено говорит Варя и тянется к выбранному. Хотя не удивлюсь, если это просто первое, что ей попадается на глаза. – А куда денутся продукты, которые мы не съедим?

Она тут же прикусывает губу и слегка мотает головой, словно жалея, что завела эту тему. Но я рад. Во-первых, это хотя бы первый за долгое время её искренне проявленный интерес был, а во-вторых, занятно наблюдать за такой живой девчонкой. Уж лучше её неловкость из-за заведённой темы, чем обречённая пустота или отторжение.

– За это отвечает Алиса, – говорю как есть, хотя, возможно, этим скорее отнимаю у себя очки в глазах явно неизбалованной Вари. – Я не особо вникаю, но не думаю, что она их выбрасывает.

Девчонка только кивает, никак не продолжая тему. Хотя догадываюсь, какой там примерно ход мыслей в голове. Мол, я совсем не ценю ничего, привык покупать и не париться, а люди в той же Африке голодают. Да и не только в Африке, даже тут, в Москве, хватает тех; кому такой завтрак праздничным покажется.

Я мог бы рассказать ей, что немало средств отваливаю на благотворительность, да только смысл? Даже в мыслях это звучит, как неуместное оправдание. Мы из разных миров, Варя всё равно останется при своём.

Замечаю, как она тянется понюхать белые розы, которые стоят на столе в вазе. Кстати, не моё распоряжение. Видимо, экспромт кого-то из слуг. И удачный, раз Варю заинтересовало.

Вроде обычная девчонка, а словно не от мира сего для меня. Завораживает, хочется узнать получше.

Но не стоит. Решение пообщаться с ней, чтобы расслабилась и была больше готова к моим прикосновениям и остальному – одно, а погружаться в личные темы ни к чему. Зачем нам узнавать друг друга или привязываться, если эта неделя вокруг другого строится.

Вот об этом лучше и поговорить. О сексе. Ну не фригидная же Варя? Надо пробудить её чувственность. Не думаю, что она пошла бы на такой шаг, как продажа девственности, если бы секс её отвращал. Какая бы там нужда ни заставила.

– Я не хочу отправлять тебя назад, – начинаю с места в карьер и одновременно придвигаюсь ближе. – Но и насиловать не хочу.

Варя вздрагивает и напрягается вся – то ли от моих слов, то ли от действий.

– То, что было вчера, не должно повториться, – говорю мягче, даже не пытаясь поймать её взгляд. – С этого момента между нами будет всё только добровольно.

Она ёжится, бросает на меня любопытно настороженный взгляд.

– Вчера тоже так было…– пытается возразить, да только совсем неуверенно звучит.

Усмехаюсь, вдруг поймав себя на мысли, что споря с ней об этом, даю понять – знал про её боль и всё равно продолжил. Да, купил и имел право, но всё же…

С другой стороны – если я буду делать вид, что купился на её игру, Варя может продолжать изображать страсть и даже не пытаться в самом деле её прочувствовать. Мыслями опять не там будет. И тогда каждый наш секс превратится в своего рода пытку – меня на выдержку и прорыв через броню, её – на борьбу разума с ощущениями. И даже когда второе победит, девчонка может чувствовать себя использованной.

– Ты не умеешь притворяться, – спокойно поясняю, глядя ей в лицо. Варя не успевает спрятать свой взгляд, а может, и не пытается больше. Тогда приступаю к прощупыванию почвы: – Скажи, откуда ты нахваталась вчерашних движений и стонов? Смотрела порно?

Спрашиваю без осуждения, но, кажется, смущаю Варю. Её милое лицо слегка краснеет.

– Скорее из любопытства, не ради удовольствия, – не медлит с ответом и довольно уверенно говорит она.

Хороший знак. Значит, хотя бы разговаривать на эту тему со мной Варя готова. Но спрашивать про разделы, пожалуй, не буду. Хотя интересно, на каких её взгляд задержался дольше, и вместо любопытства возникло более будоражащее чувство. Рано пока шарашить мою скромницу таким вопросом. Тем более что сам знаю про порно скорее в теории. На практике никогда не интересовало.

– И как тебе?

– Слишком искусственно, – кривит губы она, на этот раз чуть дольше задержав на мне взгляд.

Более задумчивый и прицельный, кстати. Такой, будто девчонка пытается мысленно прощупать, кто я такой. А я в то же время совсем даже не мысленно прощупываю её.

Хотелось бы заняться этим и физически, но это потом. Пока киваю, принимая её ответ и полностью соглашаясь с ним.

– Вчера было так же, – мягко подмечаю. Этим снова даю понять, что знал про имитацию, но всё равно продолжал. И на этот раз не выдерживаю: – Мне жаль, что я причинил тебе боль.

Это не извинения, нет. Просто мне не хочется, чтобы Варя думала, будто эгоистичное потребление для меня норма в постели. Девчонка должна мне довериться, раскрыться, а не считать циничным ублюдком.

А она, видимо, каким-то таким меня и считает, потому что смотрит немного недоверчиво и озадаченно.

– В первый раз всегда больно вроде бы, – при этом говорит с деланным безразличием. – Всё в порядке.

Хм, сомнительные у неё представления о сексе. У меня были девственницы, которых сразу уносило в кайф. Там даже если и была боль, то отголосками. А в представлении Вари, похоже, первый раз – своеобразная жертвенность девушки, где надо просто перетерпеть.

Подавляю мысль, что во многом это из-за меня она так думает. Если не во всём. Не знаю, что об этом было в представлении девчонки раньше, но опыт влияет куда больше воображения.

– Нет, – снова в моём голосе мягкость. Но мусолить одно и то же смысла нет, а потому уверенно заключаю: – Сегодняшняя ночь будет посвящена тебе и твоим оргазмам.

Хотелось бы и с утра это дело начать, да только скоро на работу идти. А Варя пока совсем не готова, чтобы по-быстрому решить вопрос. Она и говорит со мной неохотно, хоть и открыто. Задумчиво хмурит брови на моё заявление, прикусывает губу.

– У тебя был кто-нибудь? Хотя бы в плане поцелуев? – спрашиваю, чтобы прощупать почву насчёт её неопытности и спящей чувственности, но вдруг ловлю себя на мысли, что чуть ли не ревную.

Странным, совершенно не свойственным мне и непонятным образом. Я эту девчонку едва знаю. И не то чтобы стремлюсь – откуда тогда это?

– Поцелуи были, в школе встречалась с мальчиком. Он стал настаивать на сексе, я не была готова, вот и расстались.

Хм, любопытно. Она отвечает честно, я же вижу. Почти без заминки, да и довольно подробно. Это ведь не односложный ответ – иначе было бы достаточно первого предложения, без всё такого же неохотного, но объяснения про неготовность к сексу.

– Сколько тебе было?

– Шестнадцать.

Лицо у Вари миловидное настолько, что и не угадать возраст. Я бы и сейчас ей шестнадцать дал. Но будь это так, её не пустили бы на тот аукцион. Да и я не педофил, а тело реагирует на эту девушку самым определённым образом.

Значит, как минимум два года прошло с тех пор, как она рассталась с тем парнем. И всё это время даже не интересовалась плотскими отношениями? Вряд ли они только целовались, наверняка как минимум обжимались. И это ничего в ней не зажгло. Видимо, тот «мальчик» был именно что мальчик, неопытный и неумелый, желающий только присунуть.

Ухмыляюсь невесёлой мысли, что и сам вчера повёл себя, по сути, так же.

– А сейчас тебе сколько? – спрашиваю, почти уверенный, что услышу цифру ниже двадцати.

– Девятнадцать.

Что ж, почти угадал. Хотя ставил бы на восемнадцать. В любом случае, прошло ощутимое время с момента её расставания с тем парнем. Аж три года. А если она говорила только про одного «мальчика», значит, даже поцелуев с другими потом не было?

С одной стороны, это почему-то греет. Приятно сознавать, что Варя может быть только моей хотя бы неделю, и больше ничьей ни раньше, ни, уж тем более, сейчас. С другой —пауза в три года может значить только одно.

– То есть, секс для тебя возможен лишь при глубоких чувствах? – спрашиваю обыденно, но ведь уже знаю, что в самую суть.

И вроде бы присутствие тут Вари – её выбор, но коробит почему-то меня. Опять это непонятно откуда взявшееся чувство, что не имею право.

– Был, – надломлено отвечает она и пытается усмехнуться.

Был, а я это отнял, сам того не зная.

Снова напрашивается вопрос, зачем девочка пошла на такой, совсем ей не свойственный, шаг. Проблемы в семье? Кому-то понадобилась дорогостоящая операция? Грандиозные долги и кредиты? Ну не криминал же…

Смысла спрашивать нет – мне не скажут. Вчера Варя ясно дала это понять. Но выяснить самостоятельно можно. Пожалуй, переговорю сегодня с Леоном на эту тему. Но что бы там ни было – это не повод лишать себя удовольствия. Тем более что оно станет обоюдным. В конце концов, я невольно испортил девочке первый раз – мне и исправлять.

– Этой ночью я много размышляла и поняла, что сама виновата, – неожиданно решительно выпаливает Варя. Выныриваю из мыслей, смотрю ей в глаза, и она уже чуть менее уверенно продолжает: – Я бы и не позволила тебе… Ну… Возбудить меня. Теперь будет проще, потому что примерно знаю, чего ждать.

Не думал, что девчонка сама придёт к такому решению. Что смело, пусть и в то же время смущённо, сообщит мне это в лицо, не отведя взгляда под моим пристальным. Думал, ещё долго буду поводить к сексу доверительными разговорами о нём же.

Конечно, Варя явно относится к этому как к обязательству. Не хочет доставлять мне неудобств. Именно это я вижу в её взгляде. Но есть и решимость – а это сейчас главное.

Двигаюсь ближе – отторжения не вижу. Даже от моих действий девчонка не теряется, не отодвигается и не напрягается особо.

– Знаешь, чего ждать, но хочешь по-другому? – с особенной, почти непривычной самому, чувственностью уточняю. Одним вопросом направляю её в нужную сторону, чтобы не мирилась покорно.

– Да, – почти одними губами выдавливает она, пока наши взгляды почти не отрываются друг от друга.

И наплевать, чем вызвано её согласие. Главное, что у меня ещё остаётся шанс, который мне непонятным образом прямо-таки чертовски нужен. Обстоятельства нашего сближения меркнут перед почти бесящим меня не умолкающим желанием касаться её, чувствовать, целовать. И не пойму даже, почему именно эта девочка – концентрированное удовольствие, накрывающее с головой. У меня ведь и неопытные милахи тоже уже были.

– Ты хотя бы примерно сознаёшь, насколько ты красива? – то ли чтобы расслабить её комплиментом, то ли в каком-то заворожённом состоянии спрашиваю, обхватывая ладонями её лицо и глядя в глаза. – Ты сводишь с ума, – подытоживаю и провожу носом по нежной щеке. Чувствую, как Варя чуть подрагивает, впитываю её тепло, внимаю затаившемуся дыханию.

Оно более неровным становится, когда я настойчивее притягиваю девчонку и слегка вжимаю в себя. Она располагает руки мне на плечи, и уже этого достаточно, чтобы продолжать. Мягко касаюсь губами её губ. Целую медленно и нежно, плавно и тягуче, пытаясь забрать поцелуем тревогу и страх Вари. Внимаю, как постепенно она расслабляется, подаётся мне навстречу, чувствует и пробует.

В эти секунды чётко понимаю, насколько многое потерял вчера, отпустив тормоза. Робкий и искренний отклик девочки – это отдельное удовольствие, увеличивающее собственное во сто крат. Зарываюсь ладонью ей под вырез платья на спине, поглаживаю тёплую нежную кожу, распаляю ласками… Правда, непонятно, кого – её или себя. Потому что уже хочу – больше, ближе, глубже.

Вот только времени нам чертовски мало остаётся. Я должен уже сидеть в машине, чтобы успеть на назначенную важную встречу с новыми партнёрами. Которых, увы, никому не могу делегировать. Понимаю необходимость этого и помню даже сейчас, но чертовски не хочется перестраиваться.

– Может, нахрен эту работу, – шепчу в губы Варе и тут же засасываю в жадный поцелуй. Настойчивее сминаю губы, оттягиваю, языком вторгаюсь. Девчонка принимает и это, не напрягается совсем.

Хотя, возможно, во многом из-за моих слов про работу. Уверен, на неё они действуют успокаивающе.

– У вас там что-то важное, – в подтверждение этой мысли рвано выдыхает она, хоть и не отстраняется. А будто даже ко мне клонится, тянется слегка.

Вот только её слова мне не нравятся. И не столько даже ненавязчивым поторапливанием на работу.

– У вас? – с напускной строгостью переспрашиваю, легонько целуя девчонку в нос.

Не узнаю себя. Чуть ли не нежничаю тут с ней сижу, когда у самого трубы горят. Во всех сферах и смыслах.

– У тебя, – мягко исправляется она и даже улыбается.

Мимолётно, но согревающе. Киваю, неохотно отстраняясь. Может, пауза и для Вари будет кстати. Если за ночь девчонка приняла решение довериться мне и позволить ввести её в чувственный мир без притворства; то теперь, когда мы уже это обговорили и сделали пару нужных шажочков, охотнее утвердится в правильности решения и расслабится.

– Да, увы, важное, ты права, – соглашаюсь, уже поднимаясь с места. – Увидимся ночью.

Больше не задерживаюсь, потому что даже мысленно уже в делах. Перестраиваюсь быстро. Прикидываю в уме объём работы, потому что основу сегодня беру на себя. У Леона будет другое немаловажное занятие – как можно скорее выяснить, кто такая эта Варя и почему она здесь.

Глава 7. Варя

Облегчённо вздыхаю, когда Мирон, не оборачиваясь, уходит. И завтракать гораздо легче становится. Даже наслаждаюсь вкусом гранолы, а потом и к тостам тянусь. Вкусно здесь кормят – во рту так и тает почти всё, что я беру. Да и наслаждение позволяет чуть забыться.

Хотя мыслей, где Света и в порядке ли мои родители, хватает. Я связывалась с ними как бы невзначай, спрашивала про дела, врала, что у подруги на неделю зависну. К счастью, мне легко поверили, потому что из-за её проблем с отчимом я уже не раз у неё оставалась. Ведь он при мне упорно притворяется хорошим. За меня папа и мама в такие дни не волновались – многое о нём не знали, да и слабак он ещё тот. Такой только исподтишка может что-то делать, грязные мысли свои замышлять о Свете и фантазировать о ней, запираясь в ванной с её нижним бельём. Мерзость, в общем.

Сочувствуя подруге, я раньше и представить себе не могла, каково быть на её месте. А теперь испытываю что похлеще. Не похотливые поползновения в мою сторону, а очень даже ощутимые действия. Да, Мирон другой, совсем не как её отчим. Но от этого только более тошно.