Любовь вопреки

Глава 1. Напитки для эльфов

Лес Лаурелин, который начинался сразу после городского кладбища, принадлежал эльфам. Поселились они в нем, давно. Все знали, что за проход по их территории нужно платить. В воскресный день эльфов можно было встретить в городке Гримдорф на ярмарке. Они обменивали прекрасные вещи, созданные ими, а также продавали дары леса.

Авиенна возвращалась из города в лес, сегодня, одна. Проходя мимо кладбища, она глянула на дом колдуна. В сумерках это место смотрелось жутко. Сейчас же, при свете дня, дом выглядел заброшенным и печальным. В полураскрытую дверь был виден силуэт высокого мужчины. Она отвела взгляд и ускорила шаг.

— Эльфийка, заходи на чашку чая.

Он обернулся, спускаясь по лестнице. Посмотрел на странное создание, идущее по лестнице за ним и продолжил.

— Даже не обернулась, не любит чай. Запиши, эльфам предлагать самогон.

— Записал. А может не самогон, а ещё что.

— Что?

— Ну, сок берёзовый или морковный.

— Да, запиши, выяснить, что пьют эльфы.

— Записал. А зачем?

— Тебе какое дело? Ты записывай.

— Пишу, пишу. — Ворчал чудик, теряя по пути бумажки.

Слуга у колдуна был странным, и выглядел необычно. Таким он был, потому что Феликс сделал его сам. Однажды к нему в руки попал кусок мозга учёного. Чтобы он не испортился, Феликс схватил то, что было под рукой в тот момент. А под рукой были тушки лесных животных, которых принёс недавно егерь. Существо получилось мохнатым и звероподобным, но разумным.

— Мне сходить к эльфам и спросить?

— Они нашпигуют тебя стрелами, к себе они никого не пускают.

— А как тогда выяснить, что они пьют?

Тупые вопросы бесят всех, особенно колдунов.

— Возьми все виды напитков, поставь на лоток торговца, встань на опушке и ори во всю глотку: «Кому винишко и бухлишко, сок и кофеёк»

— Понял.

Глаза зверька смотрели с огромным доверием и лучились энтузиазмом.

— Это был мозг лучшего математика в стране, как ты получился таким…?

— Не знаю. Так я пошёл?

— Куда?

— На опушку.

— Да, ступай уже.

Феликс остался сидеть в своём мрачном кабинете, заросшем паутиной.

— Кстати про бухлишко.

Он выдвинул ящик стола, там была бутыль портвейна, её он и достал. Выпивая, он пытался подсчитывать, сколько получилось заработать на кадаврах на этой неделе. Но мысли путались, фигура эльфийки так и вставала перед глазами.

Темный маг Феликс не был злым, но и добрым его бы никто не назвал. Его называли темным волшебником. Тем не менее к нему шли. Заказывали себе бесплатных слуг.

Зарабатывать на жизнь Феликс умел. По ночам он выкапывал трупы, перекраивал их, перешивал, переклеивал, создавая кадавров. Никто не против бесплатной рабочей силы. Все хотят работника, который не ест, не пьет, не спит и не умирает, и потому заказов у него всегда было с избытком.

Авиенна, улыбаясь своим мыслям, уже подходила к лесу, когда увидела ярмарочную палатку на развилке гномьей дороги. От шатра палатки несло магией, эльфы это сразу чуют. Но напитки, предлагаемые странным пушистым существом были настоящие. Конечно, это не эльфийский муривор, но медовый напиток издавал божественный аромат. Вокруг уже толпились эльфы, возвращающиеся домой.

— Специальная акция для эльфов, — орал уродец. — Подходи и пей бесплатно, хочешь вино, а хочешь берёзовый сок.

Рядом с ним стоял Глорифандель, страж границ леса.

— Где гарантия, что ты не сыпанул туда мышьяка?

— А зачем? Я сам их пью.

— Тогда наливай себе сухого вина.

Чудик отпил по царски, страж границ забрал у него бутыль и тоже знатно приложился.

Теперь к нему потянулись эльфы. Пушистик только и успевал разливать напитки, на которые ему указывали. Авиенна остановилась и разглядывала суетящееся за прилавком существо. После каждого бокала он что-то записывал себе на листочек и складывал в мешочек дары от эльфов. Он не догадался назначить цену напитков, ведь поставленная перед ним цель была другой, но от благодарности не отказывался. Каждую вещичку он с удивлением рассматривал и прятал.

— Мне медовый напиток. Кто ты, милое создание?

— Салти, — нараспев сказал пушистик и уставился на эльфийку протягивая ей бокал с напитком, — Салтагор.

— Вкусненько. А скажи, зачем ты здесь, с этими напитками?

— Нельзя, это секретный секрет.

— То есть тебя сюда прислали и запретили раскрывать цель, этой хмм, акции?

— Так точно, мастер не разрешил.

— Какой скрытный мастер.

— Да, мастер Феликс себе на уме.

— И не жалко ему раздавать свой винный погреб?

— Ну, он всегда говорит, что выяснить нечто важное нельзя без затрат.

— Да уж, но ты так и не выяснил, сколько эльфов в волшебном лесу.

— Нет конечно, зато узнал, что они любят пить, вот что важно.

— Очень важно. — Авиенна едва держалась, чтобы не хохотать.

— Да, эльфийка не захотела зайти на чай, и вот хозяин решил выяснить, что пьют эльфы.

— Разве спросить не легче?

— Не, мастер сказал, что вы утыкаете меня стрелами.

— Вполне возможно, если вторгнешься в наш лес. Но я тебе дам вот этот браслет, с ним, тебя пропустит даже суровый Глорифандель.

Тот подошёл поближе, допивая вино.

— Ты что выдаёшь чужакам пропускные браслеты? Зачем?

— Как не выдать такому красавчику?

Страж леса удивлённо посмотрел на страшненького зверька.

— От него разит чёрной, человеческой магией. И он, явно кадавр.

— Но он живой, а жизнь священна.

— И даже жизнь людей?

— Нет, людей нет.

— А гоблинов?

— Фу блин, конечно, гоблинов тоже нет.

— Вот, так уточняй, кроме людей и гоблинов.

— Хорошо, жизнь священна кроме людей и гоблинов. Эй, ты что записываешь наши слова?

— «… кроме людей и гоблинов» Что? Конечно нет.

— Он похож на шпиона. Я бы его пристрелил.

— Кто же платит за угощение так? Так нельзя, в следующий раз пристрелишь.

— Таак, ты разберешься до конца дня в своих записях?! И скажи мне, Салти, почему ее вещь ты положил вместе с остальными?!

— Потому что она её подарила мне, чтобы я мог гулять по их лесу.

— Вот дурень, этот Глориф тебя нашпигует стрелами.

Салти торопливо копошился в мешке с дарами эльфов. Вздыхая и охая он принюхивался к каждой вещи и качал головой. Феликс пытался сохранить спокойствие, хотя его очень разволновал тот факт, что эльфийка пила медовый напиток и что-то дала существу. Ее энергия, ее аура, возможно его чувства и мысли о нем. Вряд ли,конечно. Но вдруг. Он бы мог это считать, он мог бы о ней столько узнать, но это безмозглое существо смешало все предметы и потеряло половину записок.

Утром Салти, стараясь ступать как можно тише, подошел к столу мага и пальчиками взял браслет. Покрутил его в лапках и надел на заднюю. Браслет завибрировал и зверек уже хотел вытащить лапку обратно, но браслет щелкнул и, уменьшившись в размерах, прочно закрепился, мигнув сиянием лунного камня.

Салти потряс лапкой, но ничего не произошло. Эльфийский браслет лишь поблескивал камнем. Зверек вздохнул и побрел по песчаной дороге к Лаурелину. На развилке гномьей дороги он осмотрелся и шагнул в траву. Все, он был на территории эльфов. Раздвигая лапками высокие цветы он шел вперед.

— А вот и… хм, пушистик.

Раздался над ним веселый голос Авиенны. Она разглядывала прилизанного, мокрого от утренней росы зверька. Тот увидел, что его рассматривают, и начал оправдываться.

— Это я в лужу упал, как высохну потом, всегда такой.

— Пойдём, чудик.

Салти выпрямился от гордости и зашагал вслед за эльфийкой. Он с опаской поглядывал на воинов, проходящих мимо них, с луками и стрелами. С интересом смотрел на детей, что бегали наперегонки с бабочками, и на старейшин, что степенно беседовали в тени платанов.

— Я собиралась варить напиток из меда, но раз ты у меня сегодня гость, я покатаю тебя на лодке.

— На настоящей эльфийской лодке?

— На настоящей эльфийской лодке, по настоящему эльфийскому озеру.

Авиенна привела его к берегу озера, где стояли лодки из коры березы. Легкие магические суда. Она помогла забраться Салти и села сама. Лодка сама заскользила по глади озера.

Салти крутил головой, рассматривая все вокруг. На другом берегу все холмы заросли цветущим кустарником, цапля ловила лягушек в камышах. Цветки на кустарнике были бордового цвета с серебристыми краями, а бутоны серебристо-серой окраски. Отчего весь берег был как в волшебной дымке, над которой жужжали пчелы.

— Что это, — зачарованно прошептал Салти.

— Где? А, это. Это Кальмия и дикие пчелы.

— Медку наберём?

— Если хочешь разбухнуть и стать мохнатым шаром, то вперёд.

— Может пугануть их дымом? Я так делаю когда ворую мёд у пасечника.

— Лучше расскажи про своего колдуна, - перевела разговор в нужное русло Авиенна.

— О, он очень смешной и добрый. Постоянно шутит, особенно, когда мы выкапываем трупы и пилим их на части.

— Что вы делаете? А горожане не приходят к вам, с вилами и факелами?

— С чего бы? Они сами покупают у нас кадавров.

— Фуу, а зачем?

— Один раз заплатил и слуга будет работать вечно. Не спит и не ест, платить не нужно.

— Ради этого люди терпят вонь?

— Да откуда вонь-то? У нас куча алхимии, кадавры вообще не разлагаются. Можно даже сделать так, чтобы от него несло лавандой.

— Лавандой. Даа, весело живёте. А что ты ешь? У меня есть фрукты.

— Я вообще всё могу есть, как-то съел ежа, прям с колючками.

— Зачем?

— Поспорил с Грегором.

— А, я его знаю. Это жмот, который всё время пытается обобрать Глорифанделя.

— Феликс говорит, что он честный.

— Ну, значит он только эльфов ненавидит, виддист поганый. Ладно, пойдем, я покажу тебе жилище эльфов.

Салти рассматривал дома на деревьях, скрытые густой листвой. Они казались маленькими и совсем неприметными, но когда он вошел за эльфийкой, был поражен тому, что он увидел внутри: высоте потолков, зеленым ветвям, так живописно вписавшимся в интерьер эльфийской мебели. Наевшись фруктов, он слушал истории Авиенны.

— И тогда Глорифандель прибил гоблина гвоздями к бревну, которое тот срубил в священном лесу и бросил в реку. И табличку написал, что так будет со всеми, кто рубит деревья в священном лесу.

— И что с ним было потом?

— Он плыл на бревне до самого моря, а птицы объедали с него мясцо живьём. Чему учит нас эта история?

— Тому, что от Глорифанделя стоит держаться подальше.

— Нет, балбес, что нельзя рубить тут деревья.

— Отличная история, ещё есть?

Глава 2. Черная тень.

Феликс бродил по дому, швырял стулья и хлопал дверьми.

— Куда девался мохнатый идиот? — Со злости он пнул дверь и она рухнула с грохотом, а за дверью стоял Грегор.

— Давно ты здесь стоишь?

— Давно, слушаю твою ругань и думаю, не стоит ли зайти позже.

— Не стоит, входи. Что там с делами? Сколько новых заказов?

— Хватает заказов, пять новых, торговля процветает, купцам нужны работники, телохранители. Охранники, которые не предадут и не продадут. Есть один интересный, как ты любишь. Один торговец желает девку, которая молчит и делает что говорят, как все твои кадавры.

— Ему не понравится девка из истлевших кусков тел.

— Так возьми не истлевшие.

— Ты знаешь мои правила, я не убиваю ради создания кадавров, без исключений.

— И напрасно, мы бы заработали на этом кучу денег.

— Нет, правило есть правило. Не к тебе придёт толпа с факелами и вилами. Что ещё интересного?

— Один умник хочет кадавра в виде дракона.

— Могу, но стоить будет дорого. Костей много, могу склеить любую форму, правда будет костяной.

— А кожей сверху обтянуть?

— Можно, выдубленной коровьей.

— Вот и займись. Есть что выпить?

— Хм, я немного истратил напитки. Закупи мне вина и прочего. Осталось немного портвейна и чай.

Грегор оглянулся, будто в поисках кого-то, пододвинул со скрежетом колченогое кресло и сел в него, положив ногу на ногу.

— Тогда мне портвейн. О дварфский, самый лучший. А где твой дурачок?

— Я бы тоже хотел это знать. Сбежал куда-то с утра, поганец шерстяной. Что там с моими счетами? Куда, что вкладывал?

— Не беспокойся, прирастает твоё богатство. Вот расписки.

— Положи, потом ознакомлюсь. Грегор, что ты знаешь про эльфов? Про наших, соседских.

— Жуткие снобы, но безделушки у них волшебные, хорошо покупаются.

— Ты с ними ведёшь дела?

— Только с одним, Глорифандель, хитрый мужик. Никогда не хочет платить агентские проценты, как дварф, честное слово.

— Что он за гусь, что рассказывает?

— Что воткнёт мне шило в ухо если я не перестану обкрадывать его на процентах, и больше ничего, молчун.

— А где встречаетесь? Ходишь в лес?

— Да ты что? Они туда никого не пускают, он в банк приходит и заглядывает в мой офис. Жадюга остроухий.

Колдун допил портвейн из своего стакана и отставил в сторону.

— Спроси у него кое-что для меня.

— Спросить-то я могу, но ответ не гарантирую. Так что, я беру заказ на дракона, а красотку?

— Дракона сделаю, девку только тухлую. Ну, могу вымочить в растворах, чтобы не воняла, но всё равно на любителя.

— Ладно, уточню. Если что, пришлю мальчишку с запиской.

Агент ушёл, сперев остатки портвейна. Через несколько мгновений вернулся мохнатый.

— Где ты бродил весь день?

— Плавал на лодочке.

— Какой лодочке? Идиот, ты мой помощник, ты должен торчать рядом и помогать. Молчи, не хочу слушать твои глупости. Бери лопату, поступил заказ, надо много костей.

Колдун копал сам и присматривал, чтобы Салти, тоже не халтурил. Тот старательно копошился рядом. Комья земли летели во все стороны. Феликс поморщился.

— Черепа собирай, не разбивай, смотри. Они нужны будут.

— Хорошо. Будет много скелетов воинов, как в театре?

— В каком театре, что ты несёшь?

Феликс даже перестал копать и уставился на Салтигора. Тот невозмутимо продолжал:

— В городском театре ставят пьесу про древнего героя. Он посеял зубы дракона, а выросли скелеты и напали на него.

— Скажи мне, откуда у тебя время болтаться по театрам, если я тут работаю без роздыху?

— В тот день когда ты болел с похмелья и лежал на холодненьком полу.

— Пока я болел, ты вместо того, чтобы приносить мне бульон, бегал по театрам?

— Ага.

— Вот скотина. Где ты был сегодня? Что за лодочки?

— Так у эльфов.

— Видел эту?

— Я с ней и плавал. Хозяин, челюсть заболела? Как будто сейчас упадёт.

— Я всё время забываю, что ты идиот. Какого хрена, ты вообще там оказался?

— Ты же сам отправил меня раздавать напитки, ей понравился напиток и она пригласила меня в гости.

— Но почему?

— Я ей понравился, я пушистый.

— Облился формальдегидом и распушился, знаем. Что дальше?

— Она показывала мне озеро, мы плавали, там, на лодке и она рассказывала эльфийские истории.

— А про меня спрашивала?

— Конечно.

— Сто богов срединных земель, представляю, что ты рассказал ей!

— Сказал что ты весёлый и шутник. Шутишь всегда, когда мы копаем и пилим трупы.

— «Копаем и пилим трупы», она и на сто шагов ко мне не подойдёт. Ладно, нерешаемых задач нет, что-нибудь придумаем.

Утро встречает людей, дварфов и гоблинов, идущими на работу. Но Феликса утро всегда находило уставшим, на крыльце дома, возле мешков с костями и трупами.

— Что ты там жрёшь постоянно?

Салти громко чавкал, но продолжал рассказывать.

— Эльфийские фрукты. Хошь попробовать?

— Я тебе говорил, ко мне нужно обращаться по другому. «Хозяин, желаешь ли эльфийских фруктов» Как-то так.

— Я так и сказал, только другими словами.

— Что любит эльфийка? — Колдун давно плюнул на попытки обучить его вежливости и субординации.

— Она любит пить медовый напиток, плавать на лодке и еще, она не любит людей. Но ты не переживай, хозяин…

— А кто тебе сказал, что я переживаю, — взревел Феликс, — хватит чавкать, работать пошли. У нас заказов-неделю не разгрести. Мальчишка с запиской прибежит, смотри записку не потеряй.

Зверек засуетился и пошел вслед за Феликсом в подвал. В его ведении была бухгалтерия и запись заказов. Он достал толстый журнал в кожаном переплете.

— Отметь там, в бумагах, о заказчике дракона.

Салти кивал и записывал вслед за магом. Внезапно он заторопился и побежал в дом.

— Куда ты?! — Прорычал маг.

— Чернила, у меня чернила закончились.

Он долго рылся в шкафах и в задумчивости вышел на лестницу, ведущую как в подвал, так и к двери. Раздумывая идти ли ему в город за чернилами или сознаться Феликсу, что писать нечем он в дверях столкнулся с мальчишкой. Тот протягивал записку от Грегора. Салти схватил её и, убегая в дом крикнул:

— Подожди, я с тобой в город.

Бросив записку на стол и придавив стаканом, он рванул вслед за мальчишкой, догнав его уже у кладбища.

— Я в лавку. За чернилами.

Мальчишка молча кивнул, поглядывая на странное существо, в синем плаще со звёздами и колпаке. Салтигор сам себе его сшил, потому что он помощник мага, ну, он это так всем объяснял.

В городе было шумно. Салти не привык к такой суете. Вокруг все спешили. Крикливые дварфы ругались на всю улицу с уличными торговцами. Гоблины торопливо куда-то шли, разговаривая на своем языке и размахивая руками. Пока Салти рассматривал шумных прохожих, мальчишка нырнул в высокую железную дверь.

Он огляделся и увидел, что рядом никого, Салти пошел в лавку гномов. Она находилась совсем рядом с домом Грегора. В лавке был полумрак и он едва различил гнома за прилавком.

— Мне флакон чернил, — пробормотал Салти, а сам все пялился на всякие артефакты в особой витрине. Там было даже самопишущее перо, но Феликс слышать не хотел обо всем этом.

— Простых или магических?

— Простых, простых. Запишите на счёт колдуна.

— Конечно, конечно. Передай своему хозяину, что нить для сшивания привезли. Но деньги вперед. И не пролей чернила, как в прошлый раз.

— Я не пролил.

— Заляпал полки.

— Да, но кто сказал, что я пролил?

Феликс собирал проклятого дракона и ругался. Доставалось всем и в первую очередь заказчику, его жене, сестре и мамаше. Дракон был громоздким и крайне трудозатратным. Таскать кости было тяжело и волшебник уже серьёзно думал бросить это дело и сначала освоить телекинез, но в этот момент почувствовал, что происходит нечто странное. Тёмное облако, незримое обычному глазу накрывает местность. Чуждая, злая воля обволокла город и все его окрестности. Она подавляла сознание, маг понял, что начинает злиться и ненавидеть весь мир, что было совершенно иррационально.

Феликс, как и все маги, конечно обучен защищать своё сознание от постороннего влияния, а вот остальные нет. В подвале у волшебника была лаборатория. Он зажёг лампы и долго искал нужный прибор. Это оказалась жестяной коробкой, на ней была шкала и стрелка. Волшебник взвёл механизм, накручивая колёсико в задней части, а затем резко отпустил и уставился на стрелку. В коробке зазвенело, и стрелка задвигалась, она уверенно указала на чёрную часть шкалы, над которой сверху был нарисован гробик.

— Вотклятье, кажется это тёмный Властелин.

Феликс поспешил в город, стражи на воротах не было, во многих местах горели пожары, люди вооружившись дубинами, нападали друг на друга. Продуктовая лавка, в которой Грегор всегда закупал ему продукты, была разгромлена. Крыша обвалилась, из-под неё, на мостовую вытекла огромная лужа крови. Он свернул на соседнюю улицу к Грегору. Хоть бы этот был жив. Мельком глянул на гномью лавку. Не до гномов сейчас.

Дверь в дом Грегора висела на одной петле. Феликс заглянул внутрь. Никого. Но ни разгрома, ни крови… Сбежал возможно. На мостовой, орки перевернули карету и бессмысленно разбивали ее в щепу. К ним бежали гоблины с дубинами. Сзади что-то громыхнуло и дом сложился, как карточный домик, погребая под собой магическую лавку гнома. Безумный смех орков и визги фей, все слилось в гул. Феликс смотрел на все это и не видел смысла останавливать. Если весь мир сошел с ума, следовало уничтожить причину этого безумства.

Чтобы остановить ментальное давление на разумы горожан, нужна высокая точка над городом. Выше всего была городская ратуша, туда колдун и пошёл. Из-за угла на него выпрыгнул человек с мясницким ножом и набросился, пытаясь воткнуть грязное лезвие в живот. Феликс не позволил ему приблизиться, он бросил на мостовую, ему под ноги флакон. Склянка разбилась и газ усыпил горожанина. Дальше он шёл осторожно, заглядывал за углы, чтобы не получить вилами в рёбра. По улицам бегали группки горожан с разным кустарным оружием, но встречались и одиночки. Уже в центре города, колдун увидел своего помощника, который бестолково бегал среди домов и явно не знал, что делать.

— Салт, иди ко мне быстро. Что ты тут носишься?

— Так ведь кошмар…

— Просто иди за мной.

Феликс поднимался на крышу. По дороге он выломал из перил метровую арматуру. На крыше было довольно неудобно, покатый свод и скользкая черепица. К тому же начинался дождь.

— Найди медный предмет, размером с кулак, быстро.

Обычно бестолковый помощник, иногда умел работать быстро и действительно помогал. Очень скоро у Феликса в руках оказался медный подсвечник. Одним заклинанием, он раскалил его и придал иную форму. Затем прикрепил к арматуре.

— Что это, мастер?

— Это специальный маятник, метроном. Я сейчас пропитаю его энергией, а ты сообрази механизм, чтобы он двигался равномерно.

Скоро работа была завершена, Феликс вошёл в резонанс с раскачивающимся маятником и смог охватить мыслью город и его окрестности. Воля ужасного Властелина сильна, но он далеко. Волшебник его не остановил, но ослабил влияние и накрыл город. А дальше замкнул заклинание на маятнике и остановился. Беснующиеся горожане внизу резко остановились и снова начали осознавать себя, они с ужасом смотрели на разгром и хаос вокруг.

Город не успел пострадать слишком сильно, восстановить будет не так уж трудно. Вот слева храм Аттастарона ужасного, очень полезный культ смерти. Сотрудничать с ними одно удовольствие, они покупали скелетов постоянно и не торговались. Дальше несколько жилых домов, вообще не разрушены, а вот дальше городской банк.

Тёмное облако разбудило скрытую ненависть в людях, конечно, они первым делом бросились громить банк. Но дварфы не из робких, тут была настоящая битва. Ступени пропитались кровью и всюду валялись трупы. Карлики стреляли из арбалетов по нападающим. — Столько материала пропадает зря.

— Так может соберём тела, пока родственники не хватились?

— Нет времени, надо поговорить с эльфами. Да и потом, их всё равно притащат на кладбище, стоит ли возиться если их доставят на дом.

Хитрый зверь куда-то исчез, потом так же незаметно вернулся с мешком в руках.

— Что ты спёр?

— Посуды немного прихватил.

Колдун взял мешок и заглянул. — Золотые чаши из храма бога-крокодила, ты мародёр.

— Им, они больше не нужны.

— Ну да, зачем мёртвым чаши. Интересно, храм Ильфантерии тоже разнесли и убили жриц, или их просто хмм? Ладно потом узнаю из газеты.

Маг махнул рукой Салтагору и торопливо зашагал в сторону леса. Зверек бежал

Глава 3. Древнее подземелье.

— Мы куда? Мы кого спасать?

— Эльфов предупредить. Ты мне нужен.

— Я нужен? А зачем?

— У тебя же браслет. Пропуск в мир эльфов. Позовешь мне эльфийку. Сам ничего не объясняй. Знаю я тебя.

Тем временем они уже подошли к границе эльфийского леса, зверек без лишних слов, вновь нырнул в высокую траву, и пошел сразу к дому Авиенны. Когда он привел эльфийку к месту, где оставил Феликса, там, маг уже спорил, кричал и размахивал руками рядом с невозмутимым Глорифанделем.

— Мы и без тебя зафиксировали темную активность с той стороны. Для эльфов это не представляет опасности!

— Как ты не понимаешь, тупая твоя голова, это не только для эльфов, но и для всего вашего леса представляет опасность!

Авиенна, подошла ближе и спорщики замолчали, но только на мгновенье, посмотрели на нее, а затем, спор начался сначала. Эльфийка слушала молча, чтобы уловить суть. И только хотела что-то сказать, как маг повернулся к ней со словами:

— Лесу вашему кирдык, подтверди ему.

— Авиенна, скажи, что эльфам не нужна сторонняя помощь. Наш мир веками защищал себя сам!

— Я верю ему, Глорифандель. И я выслушаю, что он может нам предложить!

— А вы без пафоса умеете говорить? Или вы даже за завтраком так общаетесь?

— Человек, нам по три тысячи лет. Ты однодневка, что ты можешь понимать? Разговариваем, как надо.