Дорожная сказка, или Большое путешествие маленького ёжика

Не отправили. Но вечером, когда Семья расположилась на ночлег в очередном трактире, состоялся серьёзный разговор с порицаниями со стороны Папы–Волшебника, Мамы–Волшебницы и Мудрой Волшебницы. Аньетта, Деонисиус и Ксюнделла хранили дипломатичное молчание, помня о собственных потерях в различных путешествиях. Со стороны Фыр–фыра последовало клятвенное заверение, что он никогда–никогда больше не потеряется. Впрочем, на долгие воспитательные беседы ни у кого сил не было. Устали все, поэтому быстро поужинали и разошлись по своим светлицам. Фыр–фыр уже привычно устроился спать под рукой Ксюнделлы.

**

Утром нового дня Фыр–фыр проснулся с лёгким ощущением недовольства собой. Вчерашний прокол живо вспомнился маленькому ёжику, вызвав краску на щечках юного исследователя. Какое счастье, что Семья Добрых Волшебников так снисходительно отнеслась к его зуду любопытства! И Фыр–фыр очень твёрдо пообещал самому себе быть примерным ёжиком – он даже прошептал это обещание под одеялом, чтобы уж наверняка!

Тем временем Семья начала просыпался. Долгий переезд накануне не мог не сказаться на общем настроении, однако оптимизм ещё не иссяк.

– Сегодня едем из Варшавограда в Дюссельдорфбург, – огласил план на День Папа–Волшебник. Мама–Волшебница схватилась за свою Чародейскую книгу:

– Время в пути – десять часов, – воодушевила она Семью. – Запланировано два привала и кормление нашей колесницы.

– А колесница тоже ест? – изумился Фыр–фыр.

– И уверяю тебя, ни в чём себе не отказывает, – хмыкнул Папа–Волшебник.

– Интересно… – протянул Фыр–фыр.

– Абсолютно ничего интересного, – зевнула Аньетта.

– Кому как, – возразил ёжик. – Я ещё ни разу не видел процесс кормления колесницы.

– Увидишь ещё, – махнула Мама–Волшебница сочным зелёным яблоком, от которого намеревалась откусить кусочек.

– И буду очень внимателен, – заверил её Фыр–фыр. – Ведь мне нужно будет обо всем рассказать бабушке Ёжке, когда я вернусь.

– Кстати, вспомнила Мама–Волшебница. – Наш семейный Почтовый Голубь принес ответ от твоей семьи.

Фыр–фыр привычно покраснел.

– Конечно, они не в восторге от твоего поступка, – погрозила пальцем ёжику Мама–Волшебница, – но рады, что с тобой всё в порядке. И желают хорошо провести время. Раз уж так сложилось.

– Я бы на твоём месте привезла бы сувениры каждому, – задумчиво порекомендовала Мудрая Волшебница. – Это смягчит их сердца, когда ты встретишься с ними.

– Спасибо за совет, – серьёзно ответил ёжик.

И погрузился в составление мысленного списка родственников и вариантов сувениров каждому. В задумчивости он проследовал за Семьёй Добрых Волшебников, лишь чуть–чуть замешкавшись на пороге Трактира, заглядевшись на чудесный куст неведомого ему растения – такого, раскидистого, с жёлтыми цветочками, поэтому, когда, наконец, примчался к колеснице, то застал в самом разгаре немую сцену. Вся Семья внимательно разглядывала что–то, расположившееся в колеснице на месте, которое в путешествии занимала Ксюнделла. Фыр–фыр торопливо вскарабкался на высокую ступеньку колесницы и тоже заглянул на этот небольшой трон. На нём мирно спал медвежонок. Судя по юбочке – девочка–медвежонок. Судя по короне на голове – принцесса–медвежонок.

– Это ещё кто? – высказал наконец общую мысль Папа–Волшебник.

– И откуда оно взялось? – добавила претензий к вышесказанному Мама–Волшебница.

– Она спит? – присоединилась к вопросам Мудрая Волшебница.

– Кто её пустил сюда? – недоумевала Аньетта.

– Э? – сказал Деонисиус.

– А можно я оставлю её у себя? Можно? Она такая миленькая! – надрывалась (шёпотом) Ксюнделла.

– Нужно разобраться! – сказал Папа–Волшебник.

– Но мы уже отстаём от графика на семь минут, – Мама–Волшебница постучала пальцем по своей Чародейской Книге.

– Но не можем же мы её просто выбросить из машины! – возмутилась Маринелла.

– Мы её разбудим и спросим! – предложила Аньетта.

– А! – сказал Деонисиус.

– А можно я оставлю её у себя? Можно? Она такая миленькая! – продолжала шептать Ксюнделла.

– Так! Тихо! – сказал Папа–Волшебник. – Задерживаться мы не будем! Нам нужно до темноты миновать Сумрачный Лес и Заклятую Реку. Поэтому оставляем эту дамочку здесь. Как проснётся, выясним – кто такая и откуда взялась. По местам!

Послушное Семейство резво расселось по своим сидениям. Непрошеную гостью осторожно переложили на мягкую подушку между Маринеллой и Ксюнделлой (она даже не проснулась, только сочно всхрапнула), и колесница зажужжала мотором.

Проснулась незнакомка только к первому привалу, когда путешественники остановились, чтобы покормить колесницу, и бедный Фыр–фыр прямо–таки разрывался между желанием понаблюдать за процессом кормления экипажа и знакомством с новой попутчицей. Сжалившись над ним, Маринелла шёпотом подсказала:

– Колесницу мы ещё не раз кормить будем…

И ёжик обратил всё внимание на зевающую гостью. Та завершила процесс пробуждения и критически осмотрела присутствующих. Пауза затягивалась. Взрослые Волшебники выжидательно наблюдали за принцессой–медвежонком, дети–Волшебники также ждали первых слов прибывшей. Закончив осмотр, гостья всхлипнула:

– Вы ведь Семья Добрых Волшебников?

– Не сомневайся, – ответила Ксюнделла.

– Значит, я правильно попала! – прорыдала принцесса–медвежонок.

– Ты хотела попасть к нам? – удивилась Аньетта.

– Я хотела попасть к добрым волшебникам, – пояснила гостья, шмыгнув носом.

– Зачем? – спросил Деонисиус.

– Меня заколдовала злая колдунья, – ответила принцесса–медвежонок. – А мне сказали, что против колдуньи могут выступить добрые волшебники.

– Колдунья? – насторожилась Маринелла. – Что за колдунья?

– Заколдовала? – добавила Мама–Волшебница, которая в отсутствие Папы–Волшебника (он как раз кормил колесницу) осталась за главную.

– Разумеется, заколдовала! Я же принцесса. Между прочим, прекрасная! – с некоторой претензией в голосе сказала гостья.

– Для медведя ты тоже вполне себе ничего, – со знанием дела вставил фразу Фыр–фыр.

– Я произвожу фурор своей внешностью в любом обличии, – не могла не согласиться Принцесса. – Но всё–таки в виде человека мне было бы комфортнее.

– Так каким образом ты, Прекрасная Принцесса, очутилась в нашей колеснице? – вернулась к главной теме Мама–Волшебница.

– Колдунья, превратив в меня в это – пусть и симпатичное, но всё же животное, наложила на меня заклятие. А снять его могут только волшебники. Вот и отправила меня к вам.

– Хм, – скептически подняла брови Мама–Волшебница. – Наложила заклятие и сразу же отправила к тем, кто может его снять? Непонятная тактика.

– И неправильная! – вмешалась Аньетта, стремясь блеснуть полученными в Школе Волшебников знаниями. – Колдуньи не могут так поступать, это противоречит их природе.

– А тебя точно колдунья обратила? – спросила Маринелла – Может быть, ты съела чего?

– Нет! – упорствовала Принцесса – Колдунья! Она пришла в мой прекрасный сад, выхватила волшебную палочку и превратила меня в медведя.

– Без всякого повода?! – удивилась Маринелла.

– Без! – слишком уж уверенно ответила Принцесса.

– Ну хорошо, – сделала вид, что согласилась с ней Мама–Волшебница. – Но как мы тебя расколдуем?

– А разве вы не можете просто снять с меня заклятие? – удивилась Принцесса.

– Нет, конечно. Не зная истоков, не зная причин… – задумчиво проговорила Мама–Волшебница. И отправилась оплачивать корм колесницы, в то время как Папа–Волшебник вернулся на своё место.

– Так что с ней решили делать? – спросил он, ткнув пальцем в Принцессу.

– Но–но! Я бы попросила! – возмутилась та. – Невежливо тыкать пальцем в королевскую особу.

– Эта особа залезла в мою колесницу. Без спросу. Могу ее вообще сдать местным властям. Во избежание, – хмуро заметил Папа–Волшебник.

– Нет–нет, не надо её сдавать! – вступилась Ксюнделла. – Мы сможем ей помочь.

– Но как, деточка? – спросила Маринелла. – Ведь мы не знаем способа.

– У Мамы есть Чародейская Книга, – задумчиво проговорила Аньетта. – Наверняка там что–нибудь можно отыскать.

– Но не сейчас, – отрезал Папа–Волшебник. – Нам ехать ещё долго, мы не можем тратить время.

– Мы почитаем на ходу, – успокоила его старшая дочь, а младшая энергично кивнула, хотя и не умела пока читать самостоятельно.

– Ну хорошо, – согласился Папа–Волшебник, явно с трудом и нехотя. – Везёт мне на «зайцев» в этом путешествии!

– Ой, пожалуйста–пожалуйста, не выгоняйте меня! – захныкала Принцесса. – Я же совсем не знаю, где нахожусь. И как мне превратиться обратно. И как мне вернуться домой, в моё королевство! Без меня там колдунья так все напортит! Она ведь осталась на троне вместо меня!

Покормив колесницу и приняв (временно) Принцессу в попутчики, друзья продолжили дорогу, вернувшись каждый к намеченным планам: Папа–Волшебник управлял колесницей, Мама–Волшебница контролировала маршрут, Маринелла читала сказки Ксюнделле и Фыр–фыру, Аньетта слушала музыку в своей Волшебной Книжечке, Деонисиус чертил планы и схемы. Принцесса немного подумала и забралась на колени к Аньетте, чтобы разделить радость музыкального общения.

**

Рассказать свою историю Принцесса смогла поздно вечером, когда путешественники заселились в очередной трактир, расставили на столике ужин и приготовились отдохнуть с дороги. Рассевшись кто как мог, все заворожено слушали рассказчицу.

– Жила–была в одном королевстве в великолепном замке Принцесса, – начала она. – И была она столь прекрасна, что и описать нельзя. Золотые локоны, голубые глаза, изящный носик, розовые щечки, коралловые губки, не говоря уж о совершенной фигуре – облик Принцессы так и просился на портрет, чтобы быть запечатленным для потомков. И придворные художники (а их было очень много!) работали день и ночь, увековечивая красоту Принцессы. Все стены замка были увешаны портретами – в профиль, в анфас, в три четверти, в полный рост, на троне, в саду, на охоте… Время шло. Принцесса становилась все прекраснее. Художникам приходилась закупать тоннами краски, даже в соседних королевствах. А потом и в дальних. И слава о красоте принцессы разнеслась по всему свету. Скоро в государство потянулись толпы туристов, ведь все хотели своими глазами увидеть невероятную красоту правительницы того королевства.

– Да поняли мы, – буркнул Папа-Волшебник. – Красавица, короче.

Принцесса смерила его негодующим взглядом, но перешла к основной части истории.

– И вот в один прекрасный день, когда Принцесса пожурила горничную, уволила одного художника и трижды поменяла мнение об обеденном меню, она вышла в сад, чтобы немного отдохнуть от тяжкой доли управленца. И тут на дорожке прекрасно распланированного сада Принцессы появилась страшная–страшная неизвестно как попавшая в ухоженный сад замка скрюченная старуха. Принцесса даже забыла о своей усталости – так по–хозяйски шла по дорожке незваная гостья.

«Эй! – вскричала Принцесса. – Как ты сюда попала? Это частная территория!»

«Ай–яй–яй! – прошамкала ведьма. – Разве так встречают дорогих гостей?»

«Гостей приглашают! – парировала хозяйка замка. – А ты явилась без спросу».

«А меня как раз попросили!» – усмехнулась ведьма.

«Кто же это? – гневно поинтересовалась Принцесса. – Я тебя точно не звала!»

«Меня позвали твои подданные», – подняла брови незваная гостья.

«Хм. Зачем им нужна такая страшила?» – хмыкнула красавица–принцесса.

«Видать, не нравится им, как ты управляешь. Попросили меня подсобить».

И Колдунья достала из складок своих лохмотьев самую настоящую волшебную палочку. Звезды и искры засверкали вокруг принцессы. Мерцание прекратилось также внезапно, как и началось. Дымка рассеялась – и вместо уродливой старухи перед Принцессой предстала великолепная в своей красоте Волшебница. Или колдунья – пока Принцесса этого не знала.

– А, так ты тоже красотка, – произнесла Принцесса и осеклась: её звонкий чарующий голос звучал совсем не звонко и крайне неочаровательно. В испуге она постучала по груди рукой… Ах нет, не рукой! Не веря своим глазам, Принцесса глядела на самую настоящую медвежью лапу.

– Аааа! – закричала (вернее, зарычала) Принцесса. – Что ты сделала со мной?! Как я теперь буду жить? Как я покажусь на глаза своим придворным? Что скажут туристы? Аааа! Оооо! Уууу!

– Так слушай же меня, некогда прекрасная, а нынче ужасная принцесса! – возвестила всё–таки Колдунья. – Твой облик вернется к тебе…

– Ура! – Принцесса с готовностью выпрямилась, перестав заламывать лапы.

– Но чтобы вернуться к человеческому облику, ты должна…

– Что? – в нетерпении задала вопрос Принцесса.

– Не перебивай, а то сделаю заклятие необратимым! – строго одёрнула принцессу–медведя Колдунья.

– Угу, – хмуро ответила та.

– Ты должна отыскать Семью Самых Добрых Волшебников. Они должны дать тебе самые ценные дары. И только тогда ты обратишься обратно в прекрасную принцессу.

Заколдованная помолчала.

– И как я найду этих волшебников?

– Я тебе помогу. Так и быть, – милостиво откликнулась Колдунья. – Я отправлю тебя прямо к ним. Но дальше – дальше ты должна действовать сама.

– И какие же ценные дары они мне дадут? Просто так? – допытывалась Принцесса.

– Ты должна постараться. Может быть, помочь им в чём–то. Не знаю. Включи воображение. Думай головой! И срок тебе на это – 12 дней. Не успеешь получить дары – так и останешься медведем до конца дней своих. А сейчас приготовься. Я отколдую тебя к Добрым Волшебникам. И кстати, пока ты будешь перевоспитываться, я пригляжу за твоим королевством.

– Что? – возмутилась Принцесса. – Ты меня свергаешь?

– Всего лишь заменяю. И.о., так сказать. Но настоятельно не рекомендую затягивать процесс получения даров.

И не успела Принцесса и глазом моргнуть, как её завертело в очередном таинственном тумане, а когда дымка рассеялась, оказалось, что заколдованная красавица очутилась в совершенно незнакомом месте – пустом месте. Запертом месте. Поплакав и покричав, она в конце концов уснула. А когда проснулась, то увидела всех вас.

Так завершила Принцесса рассказ о собственной нелёгкой судьбе. Некоторое время слушатели безмолвствовали. Потом начались дебаты.

– Значит, тебе нужно получить от нас некие дары? – уточнил Папа–Волшебник.

– Да.

– А какие? – поинтересовалась Мудрая Волшебница.

– Не знаю. А что вы можете дать?

– Да мы много чего можем. Но твоей Колдунье явно нужно что–то конкретное. Она больше ничего не говорила? Ни на чём не настаивала? – допытывалась Мама–Волшебница.

– Нет. Она только выгнала меня с трона, превратила в медведя и не дала никаких чётких инструкций.

– Странная ситуация, – прокомментировала Мама–Волшебница. – Мне нужно будет проконсультироваться со своей Чародейской Книгой. Но можно сделать это не сегодня – я так устала за этот долгий путь. Глаза слипаются!

– Да, всем нужно отдохнуть, – согласилась Маринелла. – Дети уже спят.

Дети действительно уже спали, да и Фыр–фыр с Принцессой с трудом удерживали глаза открытыми. Поэтому решено было отложить проблему новой попутчицы на следующий день.

**

Что–то в рассказе Принцессы не сходилось, но Фыр–фыр как ни старался, не мог понять, что же именно смущает его в истории, рассказанной новой попутчицей. Он размышлял об этом вечером (недолго, потому что сон сморил ёжика быстрее, чем он смог прийти к каким–либо достойным внимания выводам), он размышлял об этом утром, пока все просыпались, умывались и завтракали. Принцесса ни в чем себе не отказывала, щедро намазывая маслом нежные булочки и поглощая чай в неумеренных объемах.

– Значит, я тут поразмышляла на досуге, – начала утреннюю беседу Аньетта. – Полагаю, мы должны вызвать колдунью, которая наложила на принцессу заклятие.

– Ни в коем случае! – отреагировала Мама–Волшебница. – Я сначала должна посоветоваться со своей Чародейской Книгой. Вчера не успела, – виновато пояснила она. – Увы! Но сегодня нас опять ждёт долгая дорога из Дюссельдорффбурга в Перросвилль, так что у меня будет время полистать страницы.

– Главное, не забывай следить за дорогой, – проворчал Папа–Волшебник. – А то нашу колесницу так и тянет взбрыкнуть и уклониться от маршрута.

– А ты на что? – нахмурилась Мама–Волшебница.

– Одна голова хорошо, а две лучше, – невозмутимо ответил ей супруг.

Занятые беседой друг с другом, ни Папа, ни Мама–Волшебники не обратили внимания на заговорщицкие перемигивания, которыми обменивались Аньетта и Деонисиус, а вот Фыр–фыр заметил и подобрался поближе к парочке юных волшебников.

– А что! Давай попробуем! – горячо шептала Аньетта. – Мы как раз недавно проходили в Школе Теорию Заклинаний. Я сумею!

– Ага, – согласился ее старший брат.

– Вот сядем в колесницу, и я вызову колдунью. А ты уменьшишь её до минимальных размеров, чтобы только на ладонь мою помещалась. Мы её припугнём и узнаем, как расколдовать Принцессу. А взрослые даже не заметят. А мы – хлоп! – и расколдуем!

– Угу, – ответил Деонисиус.

Фыр–фыру стало так любопытно, что он решил в колеснице сесть сегодня рядом с Аньеттой и Деонисиусом. Надо же было посмотреть, как действует Теория Заклинаний.

Фыр–фыр действительно устроился на самом заднем ряду колесницы, благо, места было много. Из предосторожности он залез за мягкую подушку в виде зайца, на которой Аньетта выполняла один из пунктов своего Дорожного Плана (спала). И вот ёжик сидел за зайцем и внимательно смотрел и слушал, раскрыв как следует глаза и ушки.

– Вот, вот это заклинание! – прошептала Аньетта, толкнув брата в бок – тот был увлечен игрой с виртуальным миром в своей собственной Волшебной Книжечке и, похоже, уже утратил интерес к авантюрам сестры.

– А? – сказал Деонисиус, не отрывая взгляда от приключений своего героя.

– Я произношу заклинание!! – прошипела Аньетта.

– Ага, – согласился Юный Волшебник.

– Буффало–боффало, йорики–морики, карики–кларики, бо! – торжественно прошептала Юная Волшебница.

– Что? – услышал её Деонисиус. – Это не то…

Договорить он не успел – раздался ужасающий грохот, весь задний ряд колесницы заволокло дымом, передние ряды вздрогнули от неожиданности. К счастью, ничего непоправимого с пассажирами не случилось, однако Папа–Волшебник явно не впал в экстаз от неожиданного звукового и дымового сопровождения.

– Что это?! – дружно вскричали все.

Аньетта, Деонисиус и Фыр–фыр ничего не могли пока ответить, пребывая в шоке от случившегося. Маринелла и Ксюнделла заглянули на их ряд, пытаясь понять, что произошло. Мама–Волшебница с первого ряда колесницы надрывалась с вопросами.

– Успокойся, дочура, – произнесла наконец Маринелла, первой обретя дар речи. – Любимые детки наколдовали нам нового "зайца".

– Что?! – грозно вскричал Папа–Волшебник.

Через несколько минут, прошедших в полном молчании, колесница остановилась на обочине дороги, и родители–Волшебники смогли приступить к расследованию. Перед их взором предстал странный маленький человечек: весь он был словно составлен из кубиков – голова была кубиком, тело кубиком, руки и ноги тоже соединялись из кубических деталей, а в кубическом кулаке человечек сжимал кирку.

– Это кто? – хмуро спросил Папа–Волшебник.

– Это Стив, – хмуро ответил сын.

– Откуда он взялся? – нервно поинтересовалась Мама–Волшебница.

– Это я его наколдовала, – хмуро, но мужественно признала Аньетта.

– Откуда наколдовала? – вставила свой вопрос Мудрая Волшебница.

– Судя по всему, из моей игры, – произнес довольно длинное предложение Деонисиус.

– Откуда? – хором удивились все.

Вместо ответа Юный Волшебник поднял повыше свою Волшебную Книжечку, где был хорошо виден мир Стива и явно читалось сходство этого кубического мира с кубическим же пришельцем.