Совсем неглавная героиня

Глава 12

Сан Линь

В просторном зале было непривычно тихо. И это невзирая на столы, ломящиеся от еды и напитков, и сидевших за ними вельмож. Если присмотреться, легко можно было узнать глав некоторых самых крупных кланов, по слухам, не проявляющих особой лояльности к семье императора, а также их ближайшее окружение. Но никто из них не торопился прикоснуться к изысканным кушаньям. Возможно, этому способствовало то, что место во главе стола до сих пор пустовало.

Откуда‑то лилась едва слышная музыка, лишь подчеркивающая царившее здесь безмолвие. Казалось бы, при таком скоплении народа невозможно соблюдать тишину, даже если ни у кого вдруг нет настроения разговаривать. И тем не менее на лицах собравшихся можно было различить лишь молчаливое ожидание. Да в глазах некоторых отражался страх, стоило им бросить взгляд чуть в сторону от пустующего места, туда, где на подушках удобно устроился совсем молодой на вид парень‑лис.

Ему одному, пожалуй, не было дела до происходящего здесь. На его безмятежном лице сложно было различить хоть какую‑то эмоцию. Лишь взгляд чуть потеплел, когда рядом с ним негромко рыкнули, привлекая внимание, а в следующий миг на его колени опустилась огромная тигриная голова с пробивающимся между шерстинок драконьим гребнем.

Тишина в павильоне нарушилась судорожным синхронным вздохом присутствовавших вельмож. Но ни тигродракон, ни его хозяин, принявшийся ласково почесывать опасную зверюгу за ухом, никак на это не отреагировали, привыкнув к подобной реакции на свое появление. Впрочем, сейчас сложно было судить, кого опасались больше: хищную смертоносную тварь с говорящим именем или же ее хозяина, за одну ночь вырезавшего под корень едва ли не самый могущественный клан.

– Надеюсь, вы не успели заждаться? – раздался обманчиво веселый голос Гу Юнженя, и собравшего здесь всех сегодня.

Появившись на пороге, он улыбнулся достаточно приятной улыбкой, которая в свое время многих ввела в заблуждение, и, не глядя больше ни на кого, прошел к своему месту во главе стола. Ему не было никакого дела до глав могущественных кланов, которые ждали его почти час, не смея даже разговаривать между собой, а сейчас, выказывая ему уважение, кланялись, чего не делали уже очень давно. Если не учитывать посещения императорского дворца и вынужденных встреч с представителями правящей династии.

Гу Юнжень удостоил кивком лишь Сан Линя, также вскочившего со своего места и отвесившего поклон. Но ни для кого не являлось секретом, что мужчина открыто благоволил молодому лису, и тот уже по праву считался его правой рукой.

– Мой господин, – кивнул Сан Линь.

– Были проблемы? – уточнил Гу Юнжень, пробежавшись взглядом по так и не смевшим пока разогнуться вельможам, и чуть нахмурился. – Я вижу здесь не всех.

– Главы кланов Ван и Чэнь выразили сомнение и отказались принимать участие в собрании, – отчитался Сан Линь, мазнув безразличным взглядом по гостям, напрягшимся еще сильнее после этой фразы.

– Посмертно? – приподнял бровь Гу Юнжень и, получив утвердительный кивок в ответ, удовлетворенно усмехнулся. Он делил людей лишь исключительно на сторонников и врагов и своему протеже отдавал конкретный приказ. Что не помешало ему сейчас громогласно расхохотаться, обращаясь уже к своим потенциальным союзникам:

– Ох, простите манеры моего близкого друга. Кровь молодая, горячая. Мою фразу «пригласить дорогих гостей на пиршество» он трактовал по‑своему и весьма огорчился отказом некоторых из вас. – Гу Юнжень широко улыбнулся, взмахом руки давая понять вельможам, что можно уже разогнуться. – Я обязательно принесу извинения новым главам этих кланов, надеясь на дальнейшее взаимопонимание. Ну что же вы, не стесняйтесь, за едой и разговоры вести приятнее…

Сан Линь лишь криво усмехнулся уголком губ на эту фразу и молча вновь опустился на подушки рядом с Баосы. Согнув одну ногу в колене, а вторую вытянув, он приобнял свое мохнато‑чешуйчатое «дитя» и, вполуха слушая речь Гу Юнженя, принялся рассеянно почесывать тигродракона под подбородком.

Сан Линь и так знал, ради чего Гу Юнжень все это затеял. В конце концов, именно поэтому лис и стал сотрудничать с ним. Являясь потомком свергнутой династии, Гу Юнжень с детства мечтал восстановить справедливость и вернуть то, что по праву должно было принадлежать именно ему.

Пусть в новых летописях и скрывается факт вероломного предательства младшего брата, а также последнюю пару поколений всячески прославляется воцарившаяся власть, есть те, кто все еще помнит… И те, кто не считает, что при нынешнем императоре все гладко.

И Сан Линь полностью принял сторону Гу Юнженя. Ему, как никому другому, было известно, до какой степени развилось беззаконие. Разумеется, никто не давал гарантий, что, как только Гу Юнжень займет трон императора, все изменится. Но все, через что пришлось пройти в свое время Сан Линю и таким же беззащитным босякам, как он, произошло при попустительстве нынешней правящей династии. Невозможно творить такие мерзости столь долго, чтобы до императора не дошли хотя бы слухи. Следовательно, по мнению Сан Линя, император был замешан во всем этом ровно столько же, сколько и те, с кем он имел наслаждение беседовать в пещерах. Потому лис ни капли не сомневался, принося Гу Юнженю присягу.

– Но как же артефакт власти? – спросил кто‑то из присутствующих. И тут же несколько голосов дополнили его, согласно зашумев.

– Да, без артефакта узаконить власть не удастся…

– Артефакт должен признать…

– Вы сомневаетесь в том, что меня признает артефакт, при создании которого использовалась кровь моих предков? – лениво протянул Гу Юнжень, прервав разгоравшийся спор, и медленно обвел всех испытующим взглядом, вынуждая замолчать.

– Поймите нас правильно: у нас и в мыслях ничего такого не было. Но ведь артефакт находится в академии, под защитой боевых магов и их учеников, – рискнул все же ответить за всех глава клана Чжао.

– Верно. Поэтому мы и начнем с нападения на академию и добычи артефакта. Вы со мной? – ухмыльнулся Гу Юнжень.

Сан Линь, словно тень, молниеносно оказался за его спиной, сохраняя все такое же безразличное выражение лица. Лишь Баосы чуть обнажил верхние клыки и глухо зарычал, ожидая команды.

Но после демонстрации, что бывает с теми, кто не согласен со взглядами Гу Юнженя, будь это даже простая попытка уйти с ужина, не дождавшись появления хозяина, неудивительно, что отказаться не рискнул никто…

Глава 13

Сан Линь

Свет луны освещал небольшую проплешину леса перед озером и отбрасывал причудливые блики по воде. Окутывал мягким сиянием фигуру Сан Линя, сидевшего на самом краю крутого берега. Тихо шумела листва, потревоженная легким ночным ветерком, да озеро иногда отзывалось едва слышным плеском, когда туда падали мелкие камешки, смахнутые хвостом парня. На лице лиса застыло озабоченное выражение, ему явно не давала покоя какая‑то мысль, на что пушистая конечность реагировала, нервно подергиваясь, как у большого кота.

За спиной Сан Линя неожиданно хрустнула ветка под чьей‑то тяжелой поступью и затрещали ближайшие кусты. Парень молниеносно вскочил на ноги, в его руке словно сам собой оказался обнаженный меч. Но вместо ожидаемой опасности на берег вышел Баосы. Озадаченно встряхнул головой, заметив напрягшегося «мамулю», и в довершение ко всему оглушительно громко чихнул.

– Вообще‑то, хищникам положено подкрадываться совсем неслышно, чтобы жертва до последнего не услышала шагов своей смерти, – заметил лис нравоучительным тоном, тут же расслабившись. А присмотревшись к морде питомца, насмешливо фыркнул и потянулся к ней рукой. – Ворону сожрал, что ли? Перья вон поналипали. Кролика бы лучше поймал… А, вижу клочки шерсти. Кролика ты таки поймал, а после, довольный собой, решил полетать и на лету закусил пичугой? – вздохнул Сан Линь, очищая шерсть тигродракона, пока тот подставлял лобастую башку под ласку. И добавил укоризненно: – У нас завтра важный бой, а ты наедаешься.

На что Баосы тут же возмущенно рыкнул, мотнув головой, всячески намекая, что это так, заморил червячка, а на самом деле он все еще голодный.

– Да знаю я, что тебя попробуй прокорми… – усмехнулся парень, вновь усаживаясь на свое место на краю небольшого обрыва над озером. Баосы тут же примостился рядом, пытаясь подлезть под руку, чтобы его приобняли. Впрочем, лиса просить особо не требовалось. Как бы там ни было, тигродракон в самом деле для него был самым родным существом в этом мире.

– Ее ведь не было там, верно? – внезапно спросил Сан Линь, вновь погрузившись в свои размышления. – Девушек, правда, не было, да и похожего запаха тоже, но с нее станется нацепить чужую личину…

Тигродракон мотнул головой и недовольно рыкнул. Сан Линь слабо усмехнулся.

– Хочешь сказать, что она в отличие от меня дружит с рассудком и связываться с Гу Юнженем не станет? – правильно интерпретировал он реакцию своего мохнато‑чешуйчатого друга. Баосы почему‑то сразу невзлюбил Гу Юнженя. Открыто это, конечно, не демонстрировал, понимая, что тем самым подставит «мамулю», но наедине не скупился на фырки.

– Вообще, я был уверен, что она все же работает на него. Все тогда так замечательно складывалось бы: мое неожиданное спасение, твое появление… Эй, не слюнявь лицо, фу! Я же не говорю, что это плохо. Что бы я без тебя делал? Разве что меньше времени тратил на поиск жратвы для тебя… Не слюнявь, сказал же! Да и ее помощь с местью тоже вписывалась в эту версию. Думал, увижу ее сегодня на собрании… – протянул Сан Линь и досадливо поморщился. Даже не стал вновь одергивать Баосы, сочувственно рыкнувшего и снова лизнувшего его в щеку.

Посидев несколько минут в тишине, Сан Линь встряхнулся, и на его лице неожиданно появилась улыбка.

– А если она не работает на Гу Юнженя, это знаешь что значит? – хитро прищурился он. – Что она на противоборствующей стороне. На приближенную к императорской семье не похожа, да и не стала бы все равно возиться со мной. Среди ученых ее тоже нет. Но, учитывая, что она вытворяет со своей ци, все эти ее изобретения, познания в травах… Ошибки быть не может: она одна из преподавателей академии и завтра наверняка выступит в защите вместе с другими. Ты ведь мне укажешь на нее?

Баосы возмущенно отпрянул от лиса и задрал нос как можно выше, демонстрируя свое отношение к такому предложению.

– Да брось! Она, значит, раз попросила, и все? Ты теперь будешь начисто игнорировать мои просьбы, лишь бы она была довольна? – осуждающе протянул Сан Линь.

Баосы покосился в его сторону, но промолчал, неуверенно переступив с лапы на лапу.

– А вдруг нас судьба столкнет в бою? Я на нее нападу, так и не поняв, что это она и есть… – протянул лис. И удивленно покосился на сердито зарычавшего тигродракона. Чтобы тут же хмыкнуть, поймав мыслеобраз от него. – То есть сообщать мне, кто она, ты по‑прежнему не будешь, но в случае опасности сам же ее и защитишь? Ладно, пусть хоть так. Я все равно рано или поздно узнаю, кто она и зачем лезет в мою жизнь…

А уже следующим вечером армия Гу Юнженя готовилась штурмом взять ворота академии, пока он сам с Сан Линем и Баосы наблюдал за нападением издали.

– Мой господин, вы уверены, что это необходимо? – уточнил Сан Линь, всматриваясь в показавшиеся на стенах академии далекие фигурки преподавателей, принявших бой. Если он не ошибся в своих размышлениях, то не все там незнакомцы для него. Есть кое‑кто, кто всегда в центре заварухи…

– Думаешь, лучше броситься в бой вместе со всеми? Линь, на то я и предводитель, что у меня всегда есть запасной план. Как видишь, сразу ворваться в академию не удалось. А мы не можем позволить себе терять время. Тем более сейчас, когда основные силы академии сосредоточены в одном месте. А ты на то и мой генерал, что сопровождаешь в опасных вылазках, – ухмыльнулся Гу Юнжень, ни капли не расстроившись недоверию своего протеже.

Баосы также был не в восторге от нового плана, по которому ему предстояло полететь к академии со стороны скал, а конкретно пропасти, везя на себе и Сан Линя, и Гу Юнженя. Но если верить последнему, защита академии в том месте несовершенна, пусть и стоит антимагическая завеса, выводящая из строя все артефакты. На то, что враг способен преодолеть путь по воздуху, уже очень давно никто не делал ставок. А зря…

Гу Юнжень оказался прав. Почти без заминок им удалось преодолеть пропасть и проникнуть на территорию академии. Но неожиданно их там встретили. Сан Линь едва успел выставить щит из ци, как его сотряс мощный магический удар.

– Гу Юнжень! Я знал, что ты стоишь за всем этим, – раздался грозный голос главы академии, на ходу создающего новое боевое заклинание.

– Лянчень, старина, а я предупреждал, что еще обязательно вернусь, – расплылся мужчина в неприятной ухмылке. И небрежно кивнул Сан Линю: – Он мой. Действуй дальше по плану.

Но как оказалось, они были не единственными у пропасти. Из‑за спины главы выглянула перепуганная, совсем юная еще девчонка.

– Господин Се Лянчень, я же говорила, что они попытаются проникнуть здесь! Я чувствовала это! – пронзительно закричала она. Повернулась к Сан Линю и, только сейчас заметив тигродракона, взвизгнула и мертвенно побледнела.

– Ланлинь, назад! Предупреди остальных! – скомандовал Се Лянчень, на что девчонка с готовностью кивнула и бросилась бежать.

И с разгорающейся внутри ненавистью Сан Линь узнал в этой пигалице ту, кто приговорил его к едва не состоявшейся позорной казни.

– Баосы, взять! – скомандовал он будто чужим голосом. И бросился за ней, намереваясь сперва уничтожить мелкую дрянь и лишь потом поспособствовать захвату академии…

Глава 14

Сан Линь

Тигродракон, негромко рыкнув, тут же бросился за истошно визжащей девчонкой за какие‑то хозяйственные постройки. Спустя несколько мгновений визг оборвался на высокой ноте, захлебнувшись. На лице Сан Линя тут же расплылась мрачная удовлетворенная улыбка. Осознание, что его враг повержен, придало ему сил. Он был уверен в своем питомце, знал, что смерть для девчонки наступила быстро – Баосы редко играл со своими жертвами. И все же хотел удостовериться, что месть состоялась.

Но стоило ему только двинуться в сторону скрывшихся Ланлинь и Баосы, как за спиной раздался оглушительный грохот и все озарило яркой вспышкой света. Стремительно обернувшись, лис увидел, как часть каменистого плато, на которое они высадились, откалывается и падает в пропасть. Гу Юнжень, находившийся на самом краю, балансировал, рискуя упасть следом. Но тут уже Сан Линь не мешкал, сформировав из ци петлю и подтянув своего господина ближе.

Похоже, они все же недооценили мощь главы этой академии, который сейчас и дальше успешно отражал все атаки Гу Юнженя и теснил того к краю пропасти.

– Юнжень, смирись, тебе никогда не победить меня и не добраться до артефакта, – вещал тем временем Се Лянчень с легким налетом превосходства на холеном благородном лице. – Я был главой, когда ты поступал в эту академию. Я остался им, когда твой жалкий заговор против императорской семьи раскрыли. Я буду им, когда о твоем существовании все забудут…

– Я добьюсь своего! – зарычал Гу Юнжень и выпустил серию боевых заклинаний, завершив все шквалом огня. – Больше никто не встанет на моем пути!

На лице главы отпечаталось удивление и даже почти опаска, но в последний миг он успел отразить атаку. И пусть постарался сохранить все то же беспечное выражение лица, заметно побледнел.

– Остановись! Ты еще можешь уйти без потерь. Я не выдал тебя императору в прошлый раз, разве этого мало, чтобы оценить выпавший шанс и начать новую жизнь? – заметил глава нравоучительным тоном, что не помешало ему покрыть бывшего ученика шквалом ледяных лезвий.

Гу Юнжень расплавил их новой стеной огня, но одно из лезвий все же проскочило, чиркнув его по щеке и оставив длинный порез. Мужчина провел по нему рукой и, взглянув на окрасившуюся кровью ладонь, неожиданно расхохотался.

Наплевав на полученный приказ и посчитав, что Баосы и сам справится, Сан Линь бросился обратно к Гу Юнженю. Встал рядом с ним и вступил в бой с главой, не дожидаясь соответствующего приказа. Мужчина слегка нахмурился от неожиданности, но в следующий миг чуть улыбнулся уголком губ и благодарно кивнул, принимая помощь своего генерала.

– Нотации… Тогда и сейчас. Все, что ты можешь, – только сыпать нотациями, когда люди погибают сотнями. Даже когда я пытался открыть тебе глаза на происходящее за этими стенами, что я получил перед тем, как меня исключили? Очередную высокопарную речь, полную пафоса, которая в нынешних реалиях не несет абсолютно никакого смысла! – крикнул Гу Юнжень в перерывах между взрывами заклинаний. – Но нет, все, что тебя интересует, – только в стенах твоей гребаной академии. Ты не знаешь, что происходит за ее пределами, к чему ведет власть твоего возлюбленного императора! Потому что не хочешь! Зациклился на приказе защищать артефакт любой ценой, учишь этому поступающих сюда юных заклинателей и даже не задумывался ни разу: а оно того стоит? Почему символ императорской власти хранится здесь, а не во дворце императора, где ему самое место? Не потому ли, что артефакт может его больше не признать, учитывая его деяния и деяния его приближенных?

– Ты не видишь всей картины в целом, зациклившись на малом! – аж побагровел глава, которому под двойным напором было сложнее сдерживать натиск. Роли поменялись, теперь уже Се Лянченя теснили к самой пропасти. Шаг за шагом, но он отступал. Мелкие камешки уже срывались вниз под его ногами.

– А ты видишь? Тогда тем хуже! Слепец, пожертвовавший честью и принципами ради былого и усиленно цепляющийся за старые традиции, – не тот человек, который достоин возглавлять академию и просвещать юные неокрепшие умы, – констатировал Гу Юнжень и, сделав хитроумный пасс, вложил все силы в последний удар. Щит Се Лянченя выдержал смертельное заклинание, но Гу Юнжень преследовал иную цель: глава и так стоял на самом краю, ему не хватало лишь небольшого толчка, чтобы полететь в пропасть.

– Прощай, Лянчень, не скажу, что мне будет тебя не хватать, но все же зря ты сегодня вышел на это плато, – обронил Гу Юнжень с самой толикой сожаления и уже спокойно обернулся к Сан Линю: – Где твой тигродракон?

Сан Линь бросил взгляд на ту постройку, за которой скрылся Баосы, и нахмурился, враз напрягшись.

– Должен был уже вернуться… – пробормотал он.

– Да брось, что твоей зверюге могла сделать эта пигалица? Расслабься, он наверняка пользуется случаем и дожирает ее бренные останки, – хмыкнул Гу Юнжень. – Пойдем, артефакт где‑то совсем близко, я его чувствую… Демоны!

Ругань Гу Юнженя относилась к тому, что из‑за, должно быть, учебных павильонов на плато над обрывом высыпало с десяток преподавателей, настроенных решительно. Сан Линь пробежался по ним быстрым жадным взглядом в надежде узнать свою спасительницу, но единственная женщина среди преподавателей была значительно ниже по росту и чуть шире по фигуре.

– Та мелкая пиявка все же умудрилась сбежать от тигродракона и позвать на помощь! – зло сплюнул Гу Юнжень, готовясь к бою.

– Баосы! – крикнул Сан Линь, уже не на шутку беспокоясь за своего питомца, и пронзительно свистнул, подзывая его привычным способом. На ментальном уровне он чувствовал, что питомец где‑то рядом, но все же… К счастью, почти сразу после крика откуда‑то сбоку появился взмыленный тигродракон, видимо, долго преследовавший беглянку. При ближайшем рассмотрении Сан Линь заметил кровь на его шерсти, знаменовавшую, что свою жертву Баосы все же догнал, оправдывая свое имя.

– Они убили главу! – воскликнул кто‑то из преподавателей, видимо, успевших застать финал битвы.

Но не успел стихнуть этот крик и выпуститься первое боевое заклинание, как над академией разлилось бирюзовое сияние. А как только оно стихло, крыша одного из павильонов взорвалась осколками, и оттуда вылетел горевший ослепительным голубым огнем артефакт.

– Небесная Звезда… – ахнул кто‑то.

Артефакт проплыл по воздуху к Гу Юнженю, издевательски завис вне зоны досягаемости над самой его головой и, еще раз ярко мигнув, вдруг исчез.

– Уходим тем же путем! – процедил Гу Юнжень сквозь зубы, понимая, что в академии ему ловить больше нечего. А вот где теперь искать своенравный артефакт, уже другой вопрос…

Глава 15

Ангидрид твою валентность! Я так надеялась, что успею хотя бы долечить мальчишек до того момента, как Гу Юнжень нападет. А теперь что делать?!

А хотя… может, все и к лучшему. Здесь, в лечебнице, защитные плетения самые мощные и, что важно, работают в обе стороны. То есть я, как целитель, могу закрыть пациентов в их комнатах, и никто не сможет выбраться наружу, пока их не выпустит другой лекарь или сам глава академии.

То есть два домашних героя не будут путаться у меня под ногами. А я могу не светить пузырем на голове, а позаимствовать внешность у одного из них. Или даже…

– Лежать!

Поскольку Сиян на этот раз был просто молниеносен, я даже не успела упасть в божественный обморок, а мой краткий ступор запросто списывался на общую тревогу. А это значит, что, даже услышав боевые колокола, мальчишки не успели повскакивать с кроватей и удрать на битву.

– Джейсин! – успел возмутиться мне вслед Юань Шуай, когда я с ловкостью вспугнутой мыши вымелась из комнаты и сразу же активировала защитное плетение. – Стой! Да стой же! Ты не можешь так уйти!