Моя кавказская любовь

Глава 3. Сделка века

Поселок расположился на холме, отчего казался многоярусным – каждая новая улица располагалась выше предыдущей. Пыльная дорога их переулка пересекала его пополам. Дорога эта убегала вверх, словно указывая на рыжие скалы за холмом. Дома здесь были построены своеобразным образом: один ряд красного кирпича перемежался с серыми голышами, уложенными боком под определенным углом.

Андрей вышел из машины. Под ногами было много мелких камней, над головой мало неба, благодаря вершинам гор, холмам и скалам горизонт будто подскочил ближе, чем следовало – земля под куполом.

Теперь в воспоминаниях равнина казалась тонкой полоской где-то там, далеко, а небо над ней бескрайним.

По улице носились дети. Между ними явно сейчас проходил полувооруженный конфликт – девочки против мальчиков. У каждого дома лавочка, на каждой лавочке старушка, а то и две, и три.

– Таможня, – кивнул на них Коля. – Мимо их зорких глаза ни внуки с правнуками не проскочат, ни соседи.

– Старушки везде одинаковы, – заключила Маша, выгружая свои вещи из багажника. – Что под избой, что под саклей.

Андрей помог достать самую тяжелую поклажу. Рядом остановился мальчик верхом на потрепанном велосипеде. Дети, забыв о вражде, сбились в кучу. Любопытные глаза их следил за храбрецом.

– А ты откуда приехал?

На смуглом лице застыло вежливое любопытство. В вопросе сочеталось несочетаемое: крайне вежливый тон и отсутствие вежливости.

– Из Москвы, – Андрей даже растерялся немного.

Мальчик благосклонно кивнул, принимая ответ.

– А ты там, в метро, катался?

Андрей принял правило серьезной беседы и ответил:

– Да.

– Я тоже. Меня зовут Сармат, а это мои друзья. Если захотите, мы отведем тебя на речку тут недалеко. Там красиво. Коле понравилось.

И мальчик с чувством собственного достоинства покатил дальше, а Коля рассмеялся.

– Удивляет? Урок первый: тут и стар и млад очень часто забывают про обращение на вы. Это потому что в осетинском языке такого нет. Привыкай. На самом деле ребята тут замечательные, как и везде, в принципе.

Хлопнула калитка в деревянных воротах, и на улицу встречать гостей вышел хозяин дома, где Коля снимал комнаты. Худенький мужичок среднего роста, лысый обладатель пышных черных усов. Он весело глянул на гостей, причесал указательным пальцем усы и приосанился.

– Приехали уже? А я, глухой ишак, не слышал даже! Пошли, это надо отметить.

Он подхватил пару сумок и занес их во двор. Андрей сделал шаг вслед за ним и попал во двор, который был скрыт от летнего зноя под сенью виноградника. Прямо над головой рос витаминный рай.

– Это зреет будущее вино, – гордо сказал хозяин дома, перехватив его взгляд. – А сегодня мы будем уничтожать запасы старого.

Он, излучая блаженство, скрылся в недрах дома, поставив сумки на один из крылечек.

– Сейчас вино достанет, – шепнул Андрею Коля.– Его жена на днях уехала. Его Георгий зовут. Зам начальника моего.

Маша подошла к одному из деревьев и ошарашенно уставилась на мужа.

– Коль, а почему у них чеснок на дереве растет?

Андрей тоже подошел в поисках впечатлений. Действительно, под огромными листьями прятались плоды похожие на чеснок.

– Это инжир. Скоро потемнеет и перестанет походить на чеснок. Пошли. Мы будем жить тут, – сказал Коля, открывая дверь.

Домик сразу начинался с кухоньки. Дальше располагались две комнаты. Одну заняли Андрей и Анатолий Петрович.

Из открытого окна доносился телефонный разговор хозяина.

– Валико! Приходи вечером ко мне. Как зачем?! У меня гости, а жене скажи, что я попросил тебя помочь мне шкаф передвинуть.

Коля как раз вошел в комнату и тоже услышал эту фразу.

– Жора! – высунулся он из окна. – Мы ведь его позавчера уже двигали! Пора придумать новый повод!

– Эх! – махнул в их сторону Жора. – Для того чтобы двигать шкаф повод не нужен, нужны особые обстоятельства!

Оказалось, что «особыми обстоятельствами» Георгий Шотаевич считал отсутствие в доме жены и детей. Стоило благоверной отправиться к родителям в гости в соседнюю республику, как запасы вина и араки в погребе начинали бесконтрольно таять под натиском передвигаемых шкафов, которые, впрочем, всегда оставались стоять на месте.

Вечером заявились мужики со всей округи. Притащили с собой закуску, кто на что горазд.

– О! Жорик! Нино все еще у родителей гостит? – спрашивали они.

– Конечно! Дай бог им здоровья и долгих лет жизни! Такие каникулы мне устраивают.

Жорик был очень доволен. И жена у родителей отдыхает, и друзья в сборе. Стол накрыли во дворе, чтобы не оставить улики в доме. Двор от них избавлять куда легче. Посуду помыл, под столом подмел и чисто!

Компания собралась шумная и довольно веселая. Приезжие местных интересовали чрезвычайно. Особенно когда дело дошло до тостов. А до них дошло, как только все честное общество расселось вокруг стола. Гости весело болтали между собой. Андрей, по своей сути, был немногословен, но очень любил, послушать других людей.

Жорик торжественно встал. Мужики, сидевшие по правую и левую стороны от него, тоже встали. Их серьезные лица были одухотворены и сосредоточены.

– Выпьем за Большого Бога! Пусть Он хранит всех людей на этот свете.

 Дальше Жорик перешел на свой родной язык. Говорил долго и вдохновенно. Когда он закончил, присутствующие подняли стаканы и практически синхронно выпили.

– Здесь принято пить только после тоста. Первые три – это молитвы, – шепнул Коля.

Над головой ветер шевелил листьями винограда. Стремительно сгущались сумерки. Вечер потихоньку переставал быть томным.

А утром Андрей вновь понял, что без приключений не обошлось. Голова на этот раз болела меньше, но самочувствие было не менее паршивым.

– Мне кажется, что тебе нельзя пить, – сказал над ухом голос Анатолия Петровича. – Сынок, ты немного бываешь не в себе.

Андрей тяжело сел.

– Вы правы, Анатолий Петрович. В последнее время мне не везет с этим делом. Вчера не хотел обидеть Жорика. Мне показалось, что для него дело принципа нас угостить. Я со школы стараюсь не пить вообще. Никогда ничего не помню. Алкоголь – зло.

В поле зрения появилась морщинистая рука.

– В твоем случае – истинное зло. Объясню тебе. Ты вчера у друга Жорика, – Анатолий Петрович запнулся, припоминая, – по имени Васо купил турбазу и прилегающие к ней земли. Взял и перевел ему крупную сумму. Андрюша, сынок, мы не смогли вас обоих остановить. Ведь ни документов… ничего. Мы его не знаем, но Жорик уверяет, что Васо не обманет.

Андрей слушал Анатолия Петровича и не мог поверить, что враз спустил все свои деньги. Проверил счет. Да. Оформил перевод.

– Черт!

Васо действительно оказался человеком порядочным. Зашел к ним сразу же как проснулся.

– Что-то мы вчера с тобой борщнули, – сказал он. – Ты сначала подумай, нужна ли тебе моя турбаза, отзовем деньги, если что.

Андрей решил ради интереса посмотреть, что именно он спонтанно хотел приобрести. Воображение рисовало весьма соблазнительные перспективы для бизнеса. Работа на лоне природы. Да какой! Возможно, не все так плохо. Если не понравится, то отзовет сделку и все. Поживет на Кавказе немного, погуляет по ущельям и вернется в столицу.

– А можно сначала мы туда съездим? Надо посмотреть, чтобы решить. Думаю, надо все взвесить сначала.

Васо его отвез. Андрей с первого взгляда понял, что, несмотря на жесткие сомнения и рациональные мысли, ему приятно чувствовать себя обладателем райского места под названием «Азау».

Глава 4. Дзера, ты сломала корову!

Весело шурша гравием, автобус катил по залитой солнечными лучами дороге. Он вез в горный аул ходячее бедствие и настоящий ужас для любой уважаемой семьи. Он вез домой Дзеру.

Сейчас этот наглый ужас обрушился на голову водителя.

– Ну, Микич, что с тобой случится, если ты довезешь меня до дома? Тебе же только с трассы на соседнюю улицу зарулить. Смотри, какие у меня сумки тяжелые.

Микич, человек, имевший две особенные черты, определявшие его личность: обширное пузо и непреклонный характер, сказал свое решительное:

– Я тебе не такси.

– Да конечно! – Дзера самоотверженно вела переговоры. – Ты… э-э-э… самый лучший в мире водитель автобуса. Да если бы не общественный транспорт, мы бы до сих пор ездили на ишаках! Ты, Микич, не баранку в руках держишь, а цивилизацию.

Микич был падок на лесть, но не глуп. Он свысока улыбнулся и сказал:

– Цивилизация тоже кушать хочет. И пить. Только не говори мне, что из Грузии ничего такого, – Микич игриво пошевелил толстыми пальцами, – не везешь.

Дзера мысленно хлопнула себя по лбу. Конечно же! Положительный исход любых переговоров часто решает взятка, от которой сложно отказаться! Тем более, такой жирный намек промелькнул между ними, что…

– Обижаешь, Микич. Я тебе лично бутылку вина везу! Красное, домашнее. В прошлом году солнечное лето было, и вино получилось отменное. Не вино, а божественный нектар!

– Две! – не растерялся Микич.

Дзера тоже не растерялась и поспешила согласиться с ним, пока Микич совсем не обнаглел. Да и поворот в сторону дома на горизонте маячил.

– Конечно две!

Микич снял кепи с головы и протер ею потное лицо и лысину.

– Внимание пассажиры! Мы сделаем небольшой крюк. У Дзеры сумки тяжелые.

– Да слышали мы все! – лениво отозвались пассажиры из недр салона.

Микич крутанул баранку, и автобус поехал в сторону от привычного маршрута.

– Цены тебе нету, Микич! – самым благодарным тоном сказала Дзера, соскакивая со ступеньки.

Дзера помогла Микичу выгрузить свои сумки из багажного отсека, выудила из одной обещанную плату за доброту.

– Хорошего дня тебе, – пожелала она водителю.

– И тебе! – махнул в ответ Микич, дверь автобуса закрылась.

– Это что? – Мама, бабушка и жена старшего брата Алина вышли на шум. Алина держала на руках малыша Руслана и качала головой.

Дзера была довольна собой. Стояла посреди многочисленных сумок с гостинцами и улыбка победителя украшала ее губы. Хлопнула по ржавому боку автобуса.

– Почти лимузин! Привет, семья, я приехала, – сказала и нырнула в распахнутые объятия бабушки.

Мама недовольным взглядом прошлась по ее рваным джинсам и футболке.

– Хорошо, что ты вернулась. Надо бы заняться тобой, пока не поздно. Отец тебе за внешний вид ничего не скажет, но я знаю, он подумает, что это я тебя упустила. Плохо воспитала.

Недавние победители проигрывают молча. Улыбка стала растерянной.

– Да, – вторила свекрови Алина. – Это тебе не город. Дзера, девушку украшает скромность.

Дома ее быстро переодели. Джинсы – срамота! А вот красный велюровый халат до пят на замочке-молнии – это писк последнего десятилетия.

– Красота! – вертелась она перед зеркалом.

– Не паясничай. Хоть на человека стала похожа. Вырядилась как бомж. Выйдешь замуж, заберешь его с собой. Хоть выглядеть будешь прилично.

Дзера решила промолчать о том, что замуж собиралась только в одном случае: крайнем. А вообще, хотелось, конечно, встретить ту самую большую любовь, а красный халат в таких делах – не помощник. Это безвыходная ситуация.

– Ага, – покладисто согласилась Дзера – с мамой спорить себе дороже.

– Тебе действительно очень идет, – похвалила ее душераздирающий внешний вид Алина.

– И ты, Брут? Местная мода – страшная сила. А можно я без этого, – Дзера потрясла подолом, – обойдусь? И вообще, где торжественный ужин по поводу моего возвращения?

– Сейчас все вместе приготовим.

Алина развела руками:

– Ты же знаешь, мы ко дню рождения Русика готовимся. Не успеваем ничего.

На кухне бабушка лепила пирожки. Мама к ней присоединилась. Дзере тоже пришлось. Она, тяжело вздохнув, потопала к столу. Готовка была ее стихией последние пять лет жизни в общаге, но такие таланты должны храниться в тайне. Иначе, неровен час… Конвейер из трех женщин выпускал пирожок за пирожком, но каждый третий был бракованный.

Первой сдалась мама.

– Ну сколько можно продукты портить! Откуда только руки растут у этого ребенка! Иди лучше пред домом подмети.

Дзера знала, что подметать на улице – значит показать товар лицом. Девочка у нас выросла умница, красавица и дворник высшего разряда. Пора к ней свататься. Поэтому недолго думая она и тут накосячила. Пыль стояла столбом. Прохожие старались пройти мимо их дома быстрее, бросая на Дзеру осуждающие взгляды. Из окна соседнего дома высунулась Фируза.

– Дзера! Ради бога, припорашивай землю, перед тем как подметать! Дышать нечем.

– Хорошо, – весело отозвалась она. – Только сейчас я уже так доделаю! Лень мне за водой идти!

Но бдительные родственники были тут как тут. Загнали нерадивую хозяйку домой подальше от соседских глаз.

– С ума сошла? Кто так делает? – отчитывала ее мама. – Алиночка, милая, закончи, пожалуйста, пока эта бестолочь нас совсем не опозорила.

Алина с достоинством взяла метелку в руки и профессионально завершила уборку территории. Дзера пошла играть с годовалым племянником пока остальные заняты. Оглядела комнаты хозяйским взглядом и решила внести единственную посильную лепту. Уберет весь дом и все, свободна.

Посадила племянника в манеж, притащила таз с мыльной водой и, чтобы малыш не заскучал, принялась отплясывать.

– Лучшие друзья девушки – это тряпка и пылесос! Слышал? Только ты не будь таким категоричным мужиком, когда вырастишь.

Вечером с пастбища стали возвращаться коровы.

Их рыжая коровка зашла во двор, тяжело неся переполненное вымя. Бабушка завела ее в стойло и привязала.

– Надо бы подоить, – сказала она и бросила роковой клич. – Дзера!

– Ой, не! Я же боюсь ее! Бабуля пощади, а? Она меня хвостом прибьет… или копытом.

Бабушка была непреклонна.

– Привяжи ей хвост к ноге и не дергай, ты же умеешь.

Дзера скрестила руки на груди.

– Уметь и любить – это разные вещи.

– Дзера, женщина должна делать. Корова не спрашивает, любишь ты ее доить или нет. Это твоя обязанность. Делай.

Дзера ловко поймала хвост и веревочкой, которая висела на гвоздике, привязала его. Принесла воды и вымыла коровье вымя. Чистой тряпочкой вытерла его насухо. Сила на низенькую шаткую табуретку и углубилась в работу. Ее с детства завораживал этот процесс, а запах стойла был скорее приятен, но и об этом маме и бабушке лучше не знать.

Корова стоять смирно отказывалась. Иногда ее копыто грозно приподнималось и со стуком опускалось на деревянный настил.

Тонкая молочная струя раз за разом билась по боку пластмассового ведра с такой силой, что в одно мгновение превращалось в ароматную пенку. Бабушка бдительность потеряла и отошла мыть банки для закаток. И, когда дойка была почти завершена, копыто вновь топнуло, но теперь норовя задеть доярку. Дзера дернулась и старенький табурет под ней опрокинулся. Потеряв равновесие, она потянула корову за сосок сильнее, чем надо. Бедное животное замычало и попало копытом в ведро.

– Прости меня, прости! – Дзера гладила рыжие бока. – Я же не хотела!

Ведро опрокинулось, и молочная речка потекла к ногам прибежавшей впопыхах бабушки.

– Бабу (сокращенное от «бабушка»), я случайно, клянусь!

Бабушка хотела потрогать вымя, но корова вновь замычала и дернула головой.

– Дзера! Ты даже корову сломала! – сказала старушка устало.

Дзера сто раз пожалела о несчастном случае и, хоть как-то пытаясь загладить свою вину перед несчастным животным, предложила:

– Можно я Аслана позову? Я видела его коня у ворот, когда мимо на автобусе проезжала. Он дома сейчас.

Бабушка покачала головой, глядя на внучку и через пару мгновений кивнула:

– Иди.

Дзера побежала, молясь, чтобы Аслан никуда из своего дома не делся. Нашла его во дворе. По одному его обросшему виду Дзера поняла, что он только спустился с пастбища. Борода и волосы отросли и придавали ему дикий вид. Он сидел и смотрел на заросший сад, крайне задумчивый и даже рассерженный. В руках крутил спелое яблоко.

– Аслан, привет.

Он, наконец, ее заметил.

– Давно не виделись, – сказал он и запустил яблоком в глубину сада.

Дзера замялась.

– Ну, да. Аслан, тут такое дело… Я корову доила, а бабушка говорит, что я сломала ее. Я не хотела, правда! – Дзера почувствовала, как у нее затрясся подбородок. – Она меня копытом, а я всего лишь пыталась увернуться и дернула. Вот.

Аслан тяжело вздохнул и встал.

– И кто же тебе животное доверил? О тебе, хозяюшка, уже легенды ходят. Пошли, посмотрю, что ты там испортила.

Аслан зашел в дом, взял свою громоздкую ветеринарную аптечку и зашагал вниз по улице, пребывая в глубокой задумчивости. Дзера пыталась не отставать.

– Аслан, а можно я полезу не в свое дело?

– А я могу отказаться? – он насмешливо на нее посмотрел.

– Не-а. У тебя что-то случилось? Какой-то ты грустный.

Аслан задумчиво потер переносицу прежде, чем ответить.

– У меня появились новые соседи. Случай не смертельный, но неприятный.

– Да?! Кто такие?

Аслан усмехнулся.

– Скорее, такая. Девушка из города.

Он небрежно махнул рукой. Как-то слишком небрежно. Дзера промолчала о промелькнувшей мысли, ведь хотела спросить: Хорошенькая, наверное? Но не спросила. Чувство такта не дало.

Корову Аслан осмотрел быстро. Намазал ей чем-то вымя, сказал бабушке, как лечить ее дальше и сделал свое главное наставление:

– И, пожалуйста, не подпускайте эту безрукую, – кивнул он на Дзеру, к моей пациентке, если не хотите потерять удой. – Пожалейте животное.

Дзера недовольно фыркнула. Хотелось хоть немного реанимировать свое самолюбие.

– Ничего я не безрукая! Я, между прочим, в школе целый лес из кактусов когда-то вырастила. Шикарный.

Бабушка, услышав о сомнительном достижении, горестно всплеснула руками и запричитала.

– Да кто же теперь нашу инвалидку безрукую замуж возьмет? А если возьмут… вернут на следующий день. Что люди скажут? Какой позор на мою седую голову!

– Так не выдавайте. Не берите такой грех на душу, зачем кому-то жизнь портить? Мужья ведь не кактусы, помрут от такой заботы, – рассмеялся Аслан

Дзера уловила в его голосе неприкрытый сарказм. Он ей подмигнул, мол, знаю, что ты туда не стремишься, вот и пытаюсь помочь.

– Правильно Аслан говорит. Не надо меня замуж! Я с этим вопросом сама разберусь.

Аслан ужинать с ними отказался, сославшись на дела. Дзера с сожалением смотрела, как могучий ветеринар вышел из их калитки, а ведь мог бы и разрядить обстановку. У него такие вещи здорово получались.

За праздничным столом все сидели грустно. Брат с отцом пришли и им сразу же донесли о приключениях Дзеры.

– И кто на такое чудо позарится? – спросил пространство перед собой Юра, старший брат Дзеры.

Она посмотрела на него исподлобья и продолжила как ни в чем не бывало жевать еду, казавшуюся безвкусной.

Алина скромно предположила:

– Азамат. Он ведь за ней столько лет бегает.

– Он дебил, – прямо сказала Дзера все, что думала о своем ухажере. – И вообще, я замуж не собираюсь. Я институт не для этого заканчивала. Хочу работать.

Мама погладила ее по голове.

– Ты умница у нас. Всегда мы гордились твоими успехами, но, доченька, возраст… Сейчас пора подумать о семье. Я за твоего отца в восемнадцать лет вышла. Алиночка наша – твоя ровесница, а уже ребенка имеет. Самое главное в жизни человека – семья. Работа пришла и ушла. В старости она тебя не согреет. Мы ведь тоже невечные. Внуков хотим…

– У вас уже есть внук. И я перед отъездом Юрика просила с Азаматом по-мужски разобраться, – Дзера выжидающе посмотрела на брата.

Он замялся и спрятал взгляд. Это Дзеру насторожило. Ее брат никогда не был трусом.

– Я с ним поговорил.

Алина мило улыбнулась.

– Любой конфликт лучше решать словами, нехорошо стравливать мужиков. Не ровен час…

Дзера смотрела на нее и, кажется, начинала что-то понимать. Милая невестка интригует. Очень топорно, грубо, но у нее получается.

– Я и не хотела стравливать. Это проблема, которую я не могу решить без помощи, поэтому и попросила. Столько лет эти "ухаживания" терпела и ни слова никогда не сказала, но сейчас у меня уже сил никаких не осталось.

Алина сдаваться не собиралась.

– Дзера, не капризничай. При всех твоих недостатках, есть человек, который тебя любит. Он Юре всю свою душу наизнанку вывернул. А ты воротишь от него нос! Попомни мои слова: так любить тебя никто не будет.

Отец весь разговор слушал молча, но вдруг хлопнул по столу.

– Хватит ее сватать. Хочешь работать? Иди и работай… Сейчас такое время… Женщина должна твердо на ногах стоять. Это правильно. Но если хоть краем уха услышу хоть что-то… не пойдешь – полетишь замуж. А теперь дайте спокойно поесть.

Дзера хотела расцеловать отца, но не осмелилась.

– Спасибо, па.

Тот просто кивнул, сверкнув на нее карими глазами. Алина покачала головой, она явно не успокоилась. Будет ждать, когда Дзера оступится, но… не дождется! Так и хотелось спросить ее: Что я тебе сделала?

Глава 5. Одинокий турист

Отдых Андрея превратился в очередные рабочие будни. Сидя под навесом из винограда, он разложил бумажки со всевозможными проектами по туристическому бизнесу. Пристально изучал, как развиваются конкуренты, какие методы рекламы используют. Некоторые приемы он уже сумел реализовать через социальные сети. Но всего этого было мало. Нужна креативная идея, такая, чтобы привлечь сюда туристов из всех концов страны, а, возможно, и мира.

Ко всем заботам по продвижению добавились и другие: нужно было оформить документы в санэпидемстанции, пожарную безопасность и прочие немаловажные аспекты такого рода деятельности.

Он провел в городе две недели, практически безуспешно бегая по инстанциям. Жил в гостинице и привык вставать в шесть утра под вопли несчастного влюбленного. Понял, что лично для него это время самое благодатное. Думается лучше всего.

Иногда он вспоминал об общежитии, было интересно все ли студенты продолжают придерживаться заданного графика?

Раньше него просыпалась только хозяйка дома. У них за лето даже сложился общий ритуал. Пока все спали, они с Андреем работали, а потом Нино заваривала ароматный черный чай с секретным ингредиентом, который каждый раз менялся. Например, иногда она добавляла в заварку сушеные веточки чабреца или базилика. Нотки аромата этих растений едва улавливались, но придавали привычному напитку пикантный вкус.