- -
- 100%
- +
– Надь, послушай…
Но Катя не дала ему договорить.
– Значит так, товарищ, – Катерина хотела добавить «алкоголик», но остановилась, – так вот. Что там у вас делается… кодируйтесь, лечитесь, не знаю, что еще, вам виднее. И только после этого приходите. Ясно? И женщину свою лечите. Помощи он ищет. Подумать только…
– Кать, зачем ты так, – не выдержала Надя. Она взяла отчима за руку, – подождите я возьму вещи и приду.
– Надя, опомнись!
– Там моя мама, – просто сказала Надя и пошла за сумкой.
Пока Нади не было, Катерина подошла ближе к Толику и с угрозой прошипела:
– Если обидите мою подругу или обманете, будете иметь дело со мной. Я не предупреждаю! Я угрожаю.
Катерина понимала, что сильно перебарщивает, и так нельзя разговаривать с человеком втрое старше. Не этому ее учили родители. Но поделать с собой ничего не могла.
Толик послушно кивал. Надюша спустилась, обняла Катю и пошла с отчимом в сторону своего дома.
«Глупая, – подумала Катерина, возвращаясь в свою квартиру, – глупая».
Поднимаясь по ступенькам, Надя вдруг остановилась.
– А где мама? – осторожно спросила она
– Не знаю, – честно ответил Толик.
Надя вошла в квартиру. Толик старался как мог: проветрил, вынес мусор и пустые бутылки, даже худо-бедно протер пыль. Надя огляделась – мамы нет. Она прошла в комнату. Там тоже было слабое подобие порядка. Надя вопросительно глянула на Толика.
– Она их нашла, – поняв немой вопрос, ответил мужчина.
Наде было очень горько и обидно. Она откладывала все копеечки, отказывала себе во всем – копила на учебу. А мама все пропила, спустила на алкоголь. Надя украдкой вытерла выступившие слезы.
Дверь хлопнула, и Надя с Толиком обернулись. На пороге стояла Галина Борисовна. Ее лицо опухло, немытые волосы были собраны в неаккуратный пучок, под глазами чернели круги. Надя невольно посмотрела на портрет на стене – совершенно разные женщины.
– О! Надька! Как живая, – эти слова вылетели, как острые иголки.
Главным словом здесь было «как». Надя действительно выглядела, как человек между жизнью и смертью. Ей было больно внутри. Она не знала, какая ее рана болит сильнее. Разбитое сердце из-за несчастной любви или горечь от маминого отношения.
Толик завел женщину на кухню и закрыл дверь. Но Надя слышала все.
– Галя, хватит! Сколько можно отравлять жизнь себе и другим, – зло шептал отчим.
– Гля, какие мы нежные, – усмехнулась мама.
– Галя, у тебя дочь растет. Подумай о ней. Давай вместе пойдем закодируемся, – настаивал мужчина
Мама, открыв бутылку пива об стол, начала смачно пить. Она с жадностью глотала алкоголь, пытаясь потушить пожар внутри.
– Не поняла, вы что, считаете меня алкашкой? – она разозлилась, – я свободный человек. Это моя жизнь. И прошу в нее не лезть. Ты вообще тут кто такой. Посторонний прихлебалец.
Мама перешла на крик. Она с грохотом поставила пустую бутылку на стол и взяла вторую.
Диалога не получилось.
Теперь, когда маме не нужно было поддерживать образ трезвой женщины и ходить на работу, она совсем расслабилась. Но ни Наде, ни Толику идти было некуда. Все вернулось на круги своя. Толик бегал по квартирам, вкручивая лампочки, Надя рисовала, спрятавшись от внешнего мира, Галина Борисовна пила и радовалась свободе.
Надюша считала дни до начала учебного года и снова робко верила в чудо. Один годик, и она уедет. Начнет учиться и жить самостоятельно, как взрослый человек. Только любить больше никогда не будет. Никогда.
Первое сентября
Катя бежала по аллее к высокой ели. Максим уже был там. Он ждал ее целый час. Нет, это не Катя опоздала, это он пришел раньше. Соскучился. В руках он держал белого пушистого котенка, купленного в Париже. Максим вез игрушку аккуратно, завернув в полотенце, чтобы мама не видела. Конечно, подарок был неоригинальный, но Макс оправдывал себя тем, что покупал его второпях и большом секрете. Мама не признавала никаких увлечений сына и напрочь отсекала всякие чувства. Единственное, что должен был делать Максим – учиться. И парень не спорил с мамой, не портил и без того шаткие отношения. Он знал – завтра рядом будет бабушка, а с ней все совсем по-другому. Папа же в эти дела не лез – главой семьи была хрупкая женщина.
Максим купил игрушку для единственной и любимой девушки. Все каникулы он думал только о ней. И твердо решил признаться в своих чувствах. В конце концов, они уже не дети и имеют право на любовь.
Они не виделись целое лето. Максим прилетел только сегодня и первым делом позвонил Кате. И теперь она неслась к нему навстречу. У Катерины были двоякие чувства. Она скучала, Максим ей снился, но девушка списывала все это на их давнюю крепкую дружбу. Она не видела в Максе своего героя. Привычка – самое губительное чувство, за которым теряются яркие краски жизни. И Катя не видела яркого в их отношениях, которые были для нее стабильно белыми, с редкими полосами серого.
– Привет, – она подбежала сзади и, привстав на цыпочки, закрыла Максу глаза.
Он убрал ее руки с лица и крепко прижал их к себе. Ему хотелось поцеловать каждый пальчик. Но Катя, как всегда, в бешеном порыве вывернулась, чмокнула Макса в нос, растрепала волосы и начала тараторить.
– Максик, я скучала, ты мне даже снился, – она не понимала, что этими словами тревожит душу парня.
– Кать, нам нужно поговорить, – осмелился Макс и протянул девушке котенка.
– Милый, смотри какой пушистый. Я назову его Пушок. Спасибо большое, – Катя дурачились и радовалась как ребенок.
И как его, взрослого парня, угораздило влюбиться в эту девчонку. Она разрывала его сердце, сама о том не зная.
– Кать, я долго думал… – Макс сделал вторую попытку
– Стой, – Катя не обратила внимания на то, как Максим нервничает, – пойдем за мороженым. Знаешь, я поняла, что оказывается ненавижу фруктовое мороженое. Прям терпеть не могу. Максик, я так давно не ела шоколада.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.