Барыга. Торговля на маркетплейсах по-русски

И самое главное – научился разговаривать. Не орать, не обижаться, а именно разговаривать. Потому что если каждый конфликт превращать в личную драму, то никакого бизнеса не получится. А если к этому относиться с лёгкой долей юмора – даже перепутанная партия товара превращается не в трагедию, а в очередную историю для будущей книги.

Решил, что поездка «на место событий» стала необходимостью. До этого всё было через ноутбук: отчёты, таблицы, чаты. А тут я решил: «Хватит гадать, надо самому увидеть, что там происходит». Позвонил Олегу, предупредил: «Я приеду, хочу посмотреть, как всё устроено». Он как-то не особо обрадовался: «Да там смотреть нечего, обычный склад». Но я настоял.

Приехал. Склад оказался действительно обычным – пара стеллажей, гора коробок, запах картона и скотча. Но меня поразило другое – полная неразбериха. Работники что-то ищут, пересчитывают, кто-то звонит поставщику, кто-то ругается. Я стою в углу, наблюдаю и понимаю, что половина моих нервов – от этого хаоса.

Подходит парень из команды, говорит: «Вы по какому вопросу?» Я говорю: «Да я вот тот самый клиент, который каждый день пишет в чат и спрашивает, где мой товар». Парень засмеялся: «А-а, так это вы!».

Я хожу между коробок и задаю вопросы: «А как вы проверяете, что поставщик привёз именно то, что я заказал? А как вы учитываете цвет, размер?» Вижу, что многие процессы делаются «на глазок». После этого визита я написал себе целый список, что надо менять: от чек-листов для закупщиков до простого правила подписывать всё крупными буквами.

Эта поездка дала мне два важных урока. Первый – пока ты сам не посмотришь, что происходит с твоим бизнесом, у тебя нет полной картины. Второй – людям, которые работают с твоим товаром, твои переживания совершенно непонятны, пока ты им не объяснишь, что это не просто коробка, а твои деньги и репутация.

Вечером я вернулся домой, открыл ноутбук и впервые сел писать инструкции. Чёткие, по пунктам: что проверять, что фотографировать, что отгружать в первую очередь. Да, это заняло время, но эффект был моментальный. Ошибок стало меньше, а закупщики начали сами отправлять фотоотчёты без моих просьб.

Конечно, косяки никуда не исчезли полностью – это всё-таки люди, а не роботы. Но теперь, когда что-то шло не так, я хотя бы понимал, на каком этапе это произошло. И самое интересное – мне самому стало спокойнее. Когда ты знаешь, что систему можно контролировать, уровень стресса падает в разы.

Смешной момент был на следующий день. Олег пишет: «Ну что, доволен?» Я ему: «Да, но если ещё раз увижу бардак, приеду с ноутбуком и буду там жить, пока не разберёмся». Он смеётся: «Ладно, ладно, сделаем по-человечески».

Нельзя быть пассивным наблюдателем в своём бизнесе. Даже если у тебя есть фуллфилмент, даже если есть люди, которые всё делают за тебя, твоя задача – быть вовлечённым. Потому что никто, кроме тебя, не заинтересован в том, чтобы всё работало идеально.

Закупщики и упаковщики – это такие же люди, как и я. У них есть свои проблемы, своя усталость, и они тоже ошибаются. И если относиться к ним как к партнёрам, а не как к виноватым по умолчанию, они начинают работать лучше. Иногда достаточно просто поблагодарить или похвалить, и уже на следующий день они делают всё быстрее и аккуратнее.

Сейчас, вспоминая те времена, я улыбаюсь. Тогда мне казалось, что каждая ошибка – это катастрофа. Именно эти косяки сделали меня внимательным, научили считать каждую копейку и контролировать процесс. И, честно говоря, иногда даже рад, что всё было так хаотично. Иначе я бы никогда не научился быть предпринимателем, а остался бы вечным «диванным бизнесменом».

Только мне стало казаться, что всё под контролем и работа будет предсказуемой, как тут же стал замечать какие-то странности. При анализе рынка увидел знакомые карточки. Сначала я думал, что конкуренты просто такие же опытные, как и я, нашли те же товары и выложили их на маркетплейс. Ну бывает, рынок большой, пересечения неизбежны. Но чем дольше я смотрел на их карточки, тем сильнее чесалось ощущение, что что-то тут не так. Фото точь-в-точь, описания мои, даже ошибки в тексте те же. Я такой уникальный, что даже опечатки мои начали продавать.

Сначала написал Олегу в личку: «Слушай, а что за прикол? Кто-то просто взял и скопировал мои карточки один в один. Ты не знаешь, что за ребята?» Он ответил нейтрально: «Да рынок такой, все копируют всех. Не парься, заливай новые товары». Ответ вроде нормальный, но от этого только сильнее стало подозрительно. Решил промолчать, но начал следить внимательнее.

Через пару недель ситуация стала абсурдной: всё, что я загружал, появлялось у этого «конкурента» буквально на следующий день. Такое впечатление, что кто-то сидит у меня за спиной и просто копирует всё, что я делаю. Однажды я решил проверить: специально выложил карточку с очень странным товаром, который, честно говоря, не ожидал, что кто-то купит. Просто эксперимент. И угадай что? На следующий день этот же товар появился у конкурента.

В тот момент я понял – это не случайность. И чем больше я думал, тем яснее становилось, что круг подозреваемых не такой уж и широкий. Доступ к моим карточкам и закупкам есть только у меня и у Олега с его командой. И чем больше я перебирал варианты, тем очевиднее было, что источником утечки может быть только он.

Обида накрыла неожиданно сильно. Я помню, как сидел на кухне, ноутбук передо мной, холодный чай сбоку, и я разговариваю сам с собой: «Серьёзно? Вот так вот, да? Мы вроде как партнёры. Я тебе деньги каждый день перевожу, доверяю всё – закупки, отправки, а ты меня же и подрезаешь?» Чувствовал себя героем плохого фильма, которому в финале нож в спину втыкают.

Написал Олегу ещё раз, на этот раз без лишних реверансов: «Слушай, объясни честно, это твои люди копируют мои карточки?» Ответ пришёл спустя четыре часа: «Ну а что ты хотел? Бизнес – это конкуренция. Никто никому ничего не должен. Мы тоже хотим зарабатывать».

Тут у меня просто снесло крышу. Даже не сам факт, что карточки украли, а вот эта спокойная интонация в сообщении. Как будто всё нормально: «Ты ж не думал, что мы тут ради благотворительности работаем?» Я тогда впервые почувствовал, что работать с этим человеком дальше я не смогу.

Внутренний диалог был странный. С одной стороны, хотелось всё бросить, удалить все карточки, написать в чат с другими селлерами, что Олег – мошенник. С другой – я понимал, что пока у меня нет альтернативы, я всё равно зависим от него.

Эти дни были самые нервные. Каждое утро я открывал ноутбук, видел, что снова скопировали мои новые товары, и злился. Прямо физически чувствовал, как внутри всё кипит. В какой-то момент поймал себя на мысли, что больше времени трачу на злость, чем на то, чтобы искать новые товары.

И тогда впервые пришла мысль: «А что если всё это оставить? Или, хотя бы, перестать зависеть от других людей?». Так во мне поселилась мысль о том, что нужно переезжать ближе к источнику товара, в Москву. Там и рынок, и поставщики, и возможности найти новых партнёров.

Я сидел вечером, рисовал в блокноте схему: как можно построить всё самому – закупки, склад, отгрузку. На тот момент казалось, что это нереально. Но мысль засела. И чем дольше я обдумывал, тем яснее понимал, что это единственный способ перестать быть заложником чужих решений.

С Олегом мы больше особо не разговаривали. Он продолжал закупать, я продолжал переводить деньги, но в голове уже крутился план побега. Это было как жить с соседом, который каждую ночь ест твои продукты из холодильника, а ты делаешь вид, что не замечаешь.

И вот этот момент – осознание, что нужно что-то менять. Пора было выходить из кухни, из чатов, из режима «бизнес на диване». Настало время собирать вещи и ехать туда, где всё происходит по-настоящему.

Да, момент, когда решение оформилось окончательно, был почти бытовым, без всяких голливудских спецэффектов. Сидел вечером на кухне, ноутбук передо мной, как всегда открыта таблица с товарами, расчёты, чаты с закупщиками и Олегом. Жена зашла, посмотрела на меня и говорит: «Ты опять злой сидишь. Что случилось?» Я буркнул что-то вроде: «Да эти… опять мои карточки скопировали». Она посмеялась: «Так радуйся, значит, делаешь всё правильно». А у меня внутри кипит, уже не до смеха.

В тот вечер мы с ней долго разговаривали. Я объяснил, что так дальше работать не могу, что каждый день чувствую, как меня обворовывают, и что зависеть от чужих решений – это тупик. Жена спросила: «А что ты хочешь?» И вот этот вопрос меня как будто щёлкнул по лбу. Чего я хочу? Сначала не нашлось, что ответить, а потом начал выкладывать вслух то, что давно прокручивал в голове: «Хочу сам всё делать. Хочу сам решать, что закупать, сам решать, как отправлять. Хочу поехать в Москву, найти нормальных поставщиков, организовать склад».

Она выслушала и сказала: «Ну поезжай. Чего сидеть?» Это прозвучало так просто, что я аж завис. «В смысле – поезжай? Это же всё не просто! Снять жильё, найти транспорт, наладить процессы…» А она спокойно: «Ты же всё равно об этом думаешь каждый день. Хуже не станет. А так хотя бы попробуешь».

На следующий день проснулся уже с твёрдым ощущением, что пора. Начал смотреть объявления о квартирах, прикидывать, сколько стоит аренда в Москве. Оказалось, что это не так уж страшно, особенно если сравнить с тем, сколько нервов мне стоит оставаться на месте.

Написал Олегу: «Слушай, я скоро, наверное, сам перееду в Москву, хочу организовать склад и отгрузки». Он ответил смайликом и что-то вроде: «Ну-ну, удачи. Тут всё не так просто, как кажется». В его словах чувствовалась лёгкая усмешка, но вместо того чтобы охладить мой пыл, это только подлило масла в огонь.

И вот это ощущение – что начинается что-то совсем другое, что сейчас я переступаю невидимую черту, – стало главным итогом всей истории с Олегом. Его «предательство» на самом деле оказалось толчком. Если бы не оно, я бы, может, до сих пор сидел в Питере с ноутбуком на кухне и злился на весь мир.