Жизнь в рифме

В СОМНЕНИИ

В упомянутом мной треугольнике созависимых отношений есть три роли: Спасатель, Жертва и Преследователь. Первые две стали моим кредо, а вот «преследовать» было позволено только ему, хотя я редко, но все же пыталась и эту роль «напялить».

Когда малейшее что-то вроде «не так посмотрела», вызывало его недовольство и мат, который, как он говорил, был не на меня, а на ситуацию – я чувствовала себя всегда виноватой. Я чувствовала свою вину без вины, свою боль, но при этом его боль всегда важнее. Плохой поступок и ранящие слова я оправдывала его «тяжелым детством» и «предыдущими женами-стервами». «Он – старше, Он – мудр», – говорила я себе. Помогала религия, помогала вера и надежда на то, что я спасу нас, что моя любовь отогреет и ее хватит на нас двоих.

Хочу подсказать, намекнуть тому, кто в подобной ситуации, что счастья подобные отношения не принесут. Я не жалуюсь, я радуюсь тому, что это до меня дошло, тому, что я получила этот опыт и осталась жива (в прямом смысле, поверьте). Я благодарна судьбе за прожитые моменты удовольствия и вдохновения, особо остро ощутимые от амплитуды негатива и душевной боли.

В непонимании

Я молила Бога о рассудке,

Просветления во тьме скандала.

Наступили вторые уж сутки,

А причину – я так и не познала.

Если я раздор весь учинила –

Накажи, но пусть обид убудет!

Да, грешна я, Боже, нагрешила,

Пусть лишь мне за это пусто будет!

Горько от того, что Суть не понимаю,

А виновной чувствую с тоскою,

И пока Его не обнимаю –

Я лицо свое Святой водой умою.

Пусть водица смоет все ошибки.

Ты, Господь, – мои ключи к надежде,

Что начнем мы день с улыбки

И пойдем вдвоем, как прежде.

Прощаясь

О, как безжалостно звучало мое имя,

Разрезав воздух тихим утром зябким,

Я все тебе, а ты для Нас – во имя?

Мне путь совместный кажется негладким.

Кричал мне в спину: «Ненавижу!» –

Мол, и Любовь такая не нужна!

«На всех» в твоих глазах обиду вижу,

За это Я – Тебя жалеть должна.

Обнять, ведь был весь мир жестоким,

Прижать к груди, ведь предала родня.

Но ты со мною не был одиноким,

Рассчитывать ты мог лишь на меня.

Поэтому Твое я имя нежно называю,

Прощу я грубые и резкие слова

Тебя прошу, тебя я просто призываю:

Пусть порастет на прошлом «трын-трава».

Героизм

Я твердила себе: «Терпи и прощай!

Чувства выше любых обид!

Просто возьми и не замечай,

То, что внутри болит!

А потом бессилие и нет терпения,

Мысли о потерянной гордости,

Бесы шепотом внушают сомнения,

Чтоб не тратила так я молодость.

Помолившись, пройду рубежи,

Надо только немного времени,

Я сильнее злобы и лжи,

Когда есть и твое мне доверие.

Когда вместе мы – не все потеряно,

Мы забудем проблемы, утраты

И со всем справимся – я уверена

Не одни мы, как были когда-то!

Тогда мой мир сузился до одного человека. Мне оказались неважны не только подруги и родственники, как-то незаметно у меня пропали Мои желания и Мои интересы.

Я так боялась расстроить Его, так хотела нравиться, что стала скрывать свои собственные эмоции и чувства, которые заведомо могли быть Ему неугодны. И чем больше я старалась угодить, тем меньшую ценность я представляла и для Него, и для Себя.

Мое подсознание бунтовалось и выливалось в стихи, которые он, кстати, начал редактировать, порой меняя суть, тем самым вообще обезличивая меня.

Мне казалось, что я полюбила – вот и терплю, а иначе почему я унижаюсь, если не из-за любви?! Как же я заблуждалась, как исковеркала Любовь тогда! Но о своем понимании «почему» и о трансформации я опишу позднее, а сейчас: крик моей Души того времени.

Просила Небо

Я Небеса прошу исправиться,

Понизить тон и умереть пыл.

Я так хочу тебе, мой милый, нравиться,

Тому, кто самый надежный тыл.

Я Небеса прошу поберечь

Наш Мир и спокойный сон.

И избегать ненужных встреч

Разного рода пустых персон.

Я Небеса прошу смирить

Порой гордыни бурный всплеск,

Чтоб чистым сердцем тепло дарить,

Чтобы в глазах любимых только блеск.

Я Небеса прошу вразумить,

Прогнала сомнения давно далеко,

Да, мне сложно кого-то любить,

Но Его – я Люблю очень легко!

А Это что?

Я сегодня почти умерла,

Хоть ходила, дышала и ела,

Просто я лишь тобою жила,

А тебе же влюбляться «не дело!».

Я Любовь, что молила у Бога,

Всю тебе лишь хочу подарить,

И чуть-чуть получать, хоть немного,

Чтоб в безоблачном небе парить.

И все чувства как зыбучие стали пески,

Но спасательный круг мне не нужен…

Ты не хочешь, не видишь этой тоски,

Будь то завтрак, обед иль ужин.

Мы с тобою вместе, но ты не рядом,

Ты с Морфеем, айфон, в глазах монитор,

Грустно быть незамеченной взглядом,

Когда смотришь, казалось, в упор.

Я хочу получать чувства взамен,

На Земле не бывает просто иначе,

Не должно быть, конечно, измен,

Мы лишь люди – нужна же отдача.

А язык у Любви ведь простой:

Время вместе, подарков немного,

Светом помощь во тьме густой,

Ласка телом, судить нестрого.

Я у Бога Любовь просила…

Думала, он мне ее подарил,

Что же Это – понять не в силах,

Видно, ты другое попросил?

Оказалось иначе

В восторге прибывала я от образа такого:

От атмосферы сладкой и себя внутри…

Тогда не знала: не хватает ключевого,

Твердила лишь: «А ты вперед смотри!»

И искренне казалось: будто вижу музу,

И краски радуг вдоль моей дороги,

И места, что не будет боли грузу,

И что перешагну я горести-пороги.

Кафе все то же, те же звуки, тот же вкус…

Глаза открыты, эйфории больше нет…

Лишь блики памяти как липкий мусс,

И где пропал волшебный свет?

Рестарт, перезагрузка или обновленье…

Как Чудо Жизни ты не назови,

Все перемены и вперед стремленье,

Пожалуй, это путь к большой любви!

И быть не может так, как было раньше,

Отныне прежнее как-то глухо и пресно.

И больше нет иллюзий, лжи и фальши,

А безграничным чувствам стало тесно.

Не моя дорога

Мне сегодня приснился сон:

Что плыву я на берег чуждый,

Что не веют ветра в унисон,

И тот ветер не будет южный.

И не в силах я залечить

Раны душ, что других печалят.

И врагов мне не уличить,

Не заставить их прочь отчалить.

А я против теченья стремлюсь,

Измаралась вся в грязи и в тине,

И затхлостью будней давлюсь,

Я тону в чужеродной путине.

И так грустно, что жертва моя

В мире вовсе пустой оказалась,

Зря манили отчаянно эти края,

Для себя чистоты не осталось.

Как раньше

Вот снова сердце давит от обид

И сказанных в порыве гнева слов.

Я думала – топор войны уже зарыт,

И верила – не наломаем больше дров.

В ладошку по крупицам собираю

Я нежности и теплоты зерно,

Чтобы заполнить пустоту до края,

И спрятать ржавчины от слез пятно.

Я стучусь же к тебе – послушай,

Поищи ты в себе состраданье,

Отогрей охладевшую душу –

Я смогу оправдать ожиданья.

И сумею забыть все печали,

Мысли глупые выброшу напрочь,

И я буду любить, как в начале,

Когда сладкой была наша полночь.

Об отношениях

Себя ты ЗАСТАВЛЯЕШЬ мне поверить,

Мне, безусловно, дорого усилие твое,

Но хватит по другим меня все мерить,

Ты должен знать: среди чужого я – Свое!

Мне кажется, ты словом породил сомненье,

И снова: знай, что не в моей – в своей душе…

А я-то знаю точно, что Бога проведенье,

Любовь мы строим только по Его клише!

ЗАСТАВИТЬ – это совершить насилье,

Ты просто ВЕРЬ, не озираясь в мрак,

Что мы – Семья без трудностей усилья,

И что синоним «счастья» – слово «брак»!

Не отводи глаза

Не отводи, не прячь любимых глаз,

Хочу я видеть чувств твоих все отраженье,

Галантной музыкой, как блюз, а, может, джаз,

Слова любви для тела и души мне в упоенье.

Прошу, мой милый, лишь прямого взгляда,

Скрывать не нужно друг от друга свет души,

Такая близость – часть любовного обряда,

И потому: не прячь, прошу глаза не отводи.

Я вновь скажу: не закрывай свой омут карий,

Цени возможность лицезреть в моем тепло,

Поверь, родной, у нас с тобой иной сценарий…

Не отводи, не прячь. Что было прежде – истекло.

Твоей опорой станут мои тонкие запястья.

Забудь про трудный опыт, верь, все впереди…

Нанизывая бусинки любви на нитку счастья,

Я снова прошепчу: не прячь глаза, не отводи.

Ранящее слово

Будь аккуратней в выраженьях,

Не говори, что ты найдешь тепло с другой,

Не возрождай внутри меня сомненья,

Будь капельку нежней со мной.

И не ищи ты в голосе иголки,

Их нету, если сердцем посмотреть.

Тянусь к той самой верхней полке,

Чтоб пыль с твоей души стереть.

Тебя нашла. Ищу себя с тобою,

Не уставай учить и будь меня взрослее.

Тебе бывает сложно, я не скрою,

Я быть с тобой не вместе – не сумею.

Ведь ты – мой первый после Бога,

Просто разное «больно» у каждого,

«Сложно» – разное, и разное «строго»,

Не растратим за разным важное!

И сотканы души из разных материй,

Как же друг друга возможно понять?

В прошлом свои находки, потери…

С жизни кусочка чужой – не отнять.

Хочет подобия мыслей наш разум,

Сердце желает стучать в унисон,

Когда что-то не так – не вспыхивай сразу,

И не прервется тогда сладкий сон.

Просьба

Не молчи со мной, прошу: не молчи,

Ведь мое существо от обиды кричит,

Что вниманье твое крадет монитор,

И почти не глядишь в глаза мне в упор.

Говори со мной, я прошу: говори,

Ты мне душу и сердце свое отвори,

Просто вслух о неважном скажи,

Может, даже со сладкой толикой лжи.

Поболтай ты со мной о простом:

О погоде вначале, про цены потом.

Лишь бы не было этого: «Тише!»

Не молчи! Говори со мной! Слышишь?!

Люди не меняются

Нет, люди не меняются, конечно,

Но надежда со мной еще поживет,

И что грубость твоя – это не вечно,

Что вот-вот осознание придет.

Что настанет момент пониманья,

Как ты дорог и нужен лишь мне!

Сколько дарю я тепла и вниманья,

От того и так больно порою – вдвойне.

Да, люди не меняются…

Я, наверно, тоже не способна:

И все, что Нас касается,

Анализирую всегда подробно.

Ты говоришь, что это все разрушит.

Я верю, что ломает жизнь обида,

Которая от слов жестоких душит,

А из души здоровой лепит инвалида.

Мы оба не изменимся! Понятно!

Другого – человек не в силах поменять,

Чтоб друг на друга не ворчать невнятно,

Нам только остается ВОТ ТАКИХ принять!

Сомнения

Тоскливо как-то, горько, одиноко…

Ну, неужели тонок стебель у твоей любви?

Я полагала, что нет в ней цвета и срока…

И грустно, если ты его увидел, се ля ви.

Я не умею потакать капризам,

Ведь глубина и сила чувств не в том!

Пускай рискую, как лунатик над карнизом,

Но буду я отказывать осознанно в пустом.

Мне жаль: находишь в мелочи обиду,

Ведь не аналог слово «да» Любви!

И не хочу нахваливать для вида,

Тебе я откликаюсь, ты лишь позови.

Не сомневайся, слышу даже шепот,

Прошу, подвоха только не ищи,

Мне шаг совместный – отзвуком, как топот,

Взаимный вздох – как ультразвук пищит.

Скажи, я перед тобою в чем виновна?

За что мне наказанье тишиной?

За то, что мне не безразлично и не ровно,

Чтоб больше жизни были мы с тобой?

Советник

Я чувствую в себе испуг,

Мне шепчет ангел в ухо:

«Бросай, уйди, он нам не друг,

Иль просто мало духа?

Он поберег тебя хоть раз,

Хоть раз он вытер слезы?

Себя он ценит, как алмаз,

Он нам с тобой угроза!

Когда он пожалел хоть чуть тебя?

А извинялся, если делал больно?

В который раз, переступив себя,

Кричишь: “Любимый мой, довольно!”»

Пусть ангел шепчет сердцу горячо,

А не боятся Бог пускай поможет?

Не убирает нам Господь свое плечо

И новую любовь в картинку сложит.

Последнее унижение

Он уходил и закрывал все двери,

A я молилась, чтоб открыл мне вновь,

Ведь дело было даже не в доверии,

Он просто говорил, что это нелюбовь.

Что нет любви ни в письмах, ни в заботе,

Что мелочь убивает отношения в конец,

А я ждала с любовью, пока он на работе

Молила, чтобы Бог одел на нас венец.

Опять ушел, оставив вход закрытым,

И снова я не знаю, как мне поступить.

Кто остается у разбитого корыта?

Тот, кто как я, – не сможет разлюбить.

Я знаю, люди могут просто не вернуться,

Не постучаться в дверь и не заметить вход,

А со своей любовью в четырех стенах замкнуться,

И не искать к другой Душе подход.

А я ищу, но до какой поры – не знаю,

Когда любовь моя как будто не нужна.

Вчера опять я с ним прошла по краю:

Пустяк – и сразу ему я будто не важна.

Пишу сейчас к Нему, люблю я, как умею.

Другой не стану я, Тебе судьбу решать,

А я все так же с трепетом тебя жалею.

Еще разок позволь мне в двери постучать.

Встреча зимы

Мы ждем, когда пройдет зима, закончатся печали…

Сегодня буду вспоминать, как мы ее встречали.

Как падал градус от обид у самых нежных чувств,

И как сосуд нашей любви вдруг оказался пуст.

А той осеннею порой последний лист упал надежд,

Тогда уже мы спрятались за драп наших одежд.

Уже тогда с тобою шли, шагая невпопад,

Сентябрь тот похожий был на клоунов парад.

Нам лето не несло тепла, хотя еще хотели мы,

И пряча страхи за дела, за тенью кутерьмы.

А той весной не расцвели цветы в нашей душе,

И стало в ней «Люблю» – расхожее клише.

К зиме стремились целый год, зачем теперь назад?

Где в жизни каждая пора была кромешный ад?

Где больше нечего спасать, где сожжены мосты,

А время наше истекло, и наш огонь остыл?

***

Плакали даже слезы

В мартовские морозы.

В предощущенье разлуки

Стонали пальцы и руки.

Сердце плакало кровью

Над мертвой нашей любовью.

Слезы крупными вишнями

Были, наверное, лишними.

Дверь одиночества

В окна мне светит блондинка луна,

Одиночества двери открыла она.

Счастье разбилось в паденье – стекло

В изображенье, забытом на фото.

Добрый и очень надежный взгляд,

Вот те глаза о чем мне говорят.

Но дай заглянуть в зазеркалье под пленкой –

Смотрит зверино под бронзовой челкой.

То ли волчонок, а то ли шакал,

Вряд ли бы кто-то тебя тут узнал.

Плакать хочу, вспоминая обиды,

Но что изменилось, покажется с виду?

Заглянешь ли летом или зимой

С усмешкою, либо с улыбкой кривой.

Все! Надоело, срываю я маску

А ты не станешь способным на ласку.

Себя поселю на задворках у сердца,

Чтобы открыть мне для счастья дверцу.

В ОСОЗНАНИИ

Возможно, я бы не вырвалась из этого зависимого состояния, если бы не закрытые границы из-за COVID-19, если б нас с ним не разделили географически на 500 км обстоятельства, если бы не поддержка близких и помощь специалистов.

Я многое понимала и раньше, но гнала мысли о том, что это история не про Любовь. Хотя, признаюсь, что порой тянет примерить роль «Жертвы» или «Спасателя», но я взяла за себя ответственность и стараюсь всегда осознавать себя, не вступать в порочный замкнутый круг.

Я помню хорошие моменты, которые, безусловно, были с мужем, и не запрещаю себе (по крайней мере, стараюсь) отныне чувствовать любые эмоции. Я помню (но накатывает и порой желание забыть) и ценю то, что было, но радуюсь тому, что есть сейчас.

Неидеальный мир

Ты был неидеален, а я… конечно, тоже!

Я обернусь назад с мурашками по коже.

Был сладкий сон с иллюзией кошмара,

Или кошмар с лицом Любви пожара?

Да, я была неидеальна, ты… немного тоже.

И оба ждали, что Господь во всем поможет.

Он помогал, давая море силы и терпенья,

Сейчас мне тоже Бог помог… прозреньем.

Ты был неидеален, и я совсем, пожалуй, тоже.

Наш мир совместный нам уже никто не сложит.

Я помню все, глаза, затылочек и руки,

Но не стереть из карты памяти и муки.

Я так была неидеальна, а ты… ты был немного тоже.

Осталось лишь взмолиться: «Помилуй нас обоих, Боже!

Убереги от слез нас вот таких – неидеальных,

Пусть не случилось нам колец венчальных».

В реальном мире идеалам нету места,

Неидеальный был жених, такая же невеста…

Свои ошибки признавать теперь умею…

Неидеален мир – об этом лишь жалею!

Крик

Как устала кричать я шепотом!

Как устала плакать в подушку!

Мне шаги твои – сделались топотом,

Стали воплем слова на ушко.

Не болит за тебя, как раньше,

Если даже порезал палец,

Перебрал ты тоски и фальши,

Оказалось, что Книга – глянец.

Как мне твой кислород живой

Обратился угарным газом?

Как несчастлива стала с Тобой?

Здесь обида и боль – все разом.

Видно, так умирает Любовь…

От того, что Ее не ценят,

Возродить возможно ли вновь,

Если ты лишь один на сцене?

Разные

Разные: рваные, ровные, странные,

Богом друг другу зачем-то данные.

Небезразличные и безучастные,

Вместе счастливые или несчастные.

Разные: близкие, дальние, чуждые,

А раздаем ведь советы ненужные.

Право влиять на других мы лелеем,

На душу и разум – связующим клеем.

Добрые, злые… – в целом мы разные,

Телом красивы, внутри безобразные,

Корчим гримасы в камеру с птичкой,

С улыбкой от сердца и по привычке.

Разные мы. И с разной задачей,

Радость кому-то с нашей подачи,

Всем оставляем след на судьбе

Кому-то и ты, но а кто-то – тебе.

Бунт

Не нуждаюсь я в твоем великодушии,

Не обижала я, чтобы меня прощать!

И нынче мне объятия твои – удушье,

Так стоит ли уже былое возвращать?

Я полагала: ты – Скала, большая Глыба,

Что буква М в «Мужчине» – велика,

И что мечты моей ты золотая рыба,

А оказалось, омут ты, и даже не река!

Прощай себя и не суди невиноватых.

За внешним благородством – пустота,

И поищи себе других душой богатых,

А я найду того, кому не чужда теплота!

Память простит

Забуду о том, что ты мне был дорог,

Пройдет наважденье, чарующий морок.

Что правдой казалось твое лицемерье,

Что были разорваны нити доверья.

Что были ночные слезы в подушку,