Будюмкан. Забайкальская глубинка

Погружение в миф

Дальше, речь пойдет про родной наш Будюмкан. Здесь многие из нас начали свой путь в мир под названием Жизнь. Но что мы знаем про эту землю? Старики рассказывали, что изначально, на месте Будюмкана было озеро, на котором охотились за утками, ловили рыбу. В давние времена на территории Будюмкана был станы кочевых племен эвенков или тунгусов. Первыми пришли Башуровы и Верхотуровы. Говорили, что Башуров был беглый, первым пришел, раздвинул кусты, а там озеро. Вот так он и поселился. А первые поселения были в районе Башуровской подушки.

Почему в Будюмкане нет змей — загадка природы или чудо?

Есть поверье, которое передается исстари из поколения в поколение. В рассказе прослеживается соперничество за нравственное превосходство с жителями соседнего села Кактолги в гостеприимстве. Бабушки наши пели: «Кактолга, Кактолга, где ты поселилась, среди речек, среди гор. Чтоб ты провалилась!» Каждый кулик свое болото хвалит, так и жители нашего села любят гордиться и хвалиться своими качествами. И в этом они единодушны. К слову сказать, жители Кактолги на самом деле очень гостеприимны и хлебосольны, а также кактолжане живут между собой дружно и большим коллективом. Большинство по фамилии Астафьевых. Но они настороженно относятся к «пришлым». Хотя это мое субъективное мнение. А в Будюмкане более склонны к индивидуальному образу жизни. Сказались переселения и выселения вероятно. А может быть такая атмосфера села. Но будюмканцы всегда дадут кров и накормят путника. И между двумя селами идет некое противостояние, несмотря на дружбу. Никого не хочу осуждать, но идеальных людей не бывает. Лично наша семья прекрасно относится к Кактолге и ее жителям. Тем более судьбы этих двух сел тесно переплетены. Люди женятся, выходят замуж и переезжают туда-сюда. Я училась в Кактолге в 10—11, учились и сестра с братом и жили в интернате. Мама работала там в сельсовете. А наша невестка вообще родом из Кактолги. Правду ли говорили старики или выдумали, но змей в диаметре 12км от Будюмкана нет, а в Кактолге, которая находится на расстоянии 30км, есть.

Ведун и змеи

Когда-то дамно ходил по деремням дед. Вроде бы звали его Лука и был он знаюшшым (волхв, ведун). Шел он от деремни к деремне. Прошел Кучугай, Аркию, Каталгу, Урюпину, Черен, Пакаю, Очуногду, Иёнду и пришел в Будюмкан. Жил маненько и пошел дале. Когда уходил он из Будюмкана, на окраине, на отшибе, на горе дед вбил в землю кол и начал кого-то шаманить, шоптать — и тут а, паря, все змеи, какесь, сползлись, и и маленьки, и больши, и обвились, значить, на етот кол вокруг. Потома-ка все ети куликанки начали сдыхать и падать узле кола. Вобшэ их было димно годява.

И с тех пор у нас куликанки не живут. Целых дьвенадцать килОметров вокруг деремни ни единой змеи нету, а везде есь. Хошь — верь, хошь — не верь, а правда. Говорят, что пондравились ему люди в Будюмкане. У нас же как: пришёл — тебя и накормют и напоют, и в баньке намоют. А он жа, старик-от тот много ходил, мозоли на ногах больши набил. А его здеся попотчевали браво, люди ему пондравились. А в остальных местах-то ить есь змеи. Каталжане всегда змей нам подкидывают, завидуют, поди и ишо водой приносит, но они подыхают сходу. Теперича ходи, сбирай ягоды, хошь кого, и не боись никого.

А вот. Не знай, что жа дед-то был, крешшонай али шаман, но навроде русский, Лука жа. Всё-то его вспоминам добрым словом. А каталжане злятся, завись их берет, он ить имям-то не вывел. А там, в Кучугае да в Аркие одни знаюшшы жили, шаманили тожа, шоптали, злы, но так-то и лечили кого. Вон, Зоя-база, Пичужиха, Аркашиха-то, Нюрочка оттэль, с Аркии, ишо Домна с Улькой, и мать Домнина. Вот каке оне, там весь народ такой был. Подолге живут. Но есь ехидны, злы и жадны. Там тоже сёлы были, а теперича одна Каталга осталась, ране же переселяли народ туды-суды. А в Каталге-то ить, вобшэ, щас люди добры, весёлы, нетомишто щас у нас — одне строки. Но нет. У нас-то всё рамно народ всех лутче.

(Записано от Башурова Василия Александровича (1908—1998))

Деревенька моя

Деревенька моя любимая, затерялась среди полей, гор и рек. Кажется, нет нигде жизни, она только в глухом, покинутом месте, где еще местами не ступала нога человека. Но никогда и ни с чем не сравнить первозданное чудо природы! Сложно описать словами яркие выразительные оттенки цветов, листьев, травы, благоухающий запах. Особенно, когда всё просыпается, невероятно насыщенный аромат распускающихся деревьев, цветение цветов и пение многочисленных птиц. И первое весеннее ку-ку! Утром выйдешь на улицу, голова кружится от этих чудес. Где-то блекает гуран, где-то кукует кукушка, где-то запоет петух, замычит корова. И тишина… нет машин, нет техники, нет гула, запаха бензина, а только свежесть и радость наполняют душу!

Культурно-исторические сведения о селе Будюмкан

Будюмкан — село на севере Газимуро-Заводского района. Центр сельского самоуправления — село Кактолга. Расположено на левом берегу реки Будюмкан (приток реки Аргунь), в 25 км к юго-востоку от с. Кактолга. Образовано как населенный пункт Нерчинского горного округа. В 1915 г. Будюмкан — центр Аркинской станицы 1-ой бригады Забайкальского крестьянского войска. Крестьяне переведены в казачье сословие. В марте 1919 г. в Будюмкане принято решение о формировании Восточно-Забайкальского фронта. В январе 1930 г. жители Будюмкана вошли в Кактолгинскую сельскохозяйственную коммуну, а после ее распада приняли участие в Кактолгинском восстании. В 1931 г. образовано отделение Кактолгинского совхоза. В 1971 г. действовало отделение совхоза «Кактолгинский». В 1989 — 180 человек, в 2002 — 182, 2022 — 156. Имеются: основная школа, библиотека, клуб [23: 153—154]

(Энциклопедия Забайкалья)

Нужно сказать, что деревня очень отдалена от центра. Расположена к юго-востоку от Читы. Основные занятия населения: животноводство, огородничество, охота и рыболовство. Село со всех сторон окружено горами, сопками и лесом. В этот населенный пункт все еще не проведена единая государственная электролиния, и село обслуживает местная электростанция, которая «доживает» свой век. Люди часто обходятся без электрического света и используют для освещения лампы (керосиновые), свечи и другие светильники, которые изготавливают и подручных средств. Экономический уровень жизни населения низкий. (2003г).

С развитием золотодобычи местное население в большей части трудоустроено. Уровень жизни повысился. Но электричество дают по графику. Очень тяжелой ситуация была в 2023 году, когда население осталось практически без подачи электричества. В 2024 году ситуация нормализовалась.

Деревенские жители привыкли не надеяться на помощь извне. Только на себя. Больниц, поликлиник тоже нет. Один фельдшер на два села, из Кактолги. Дороги в плохом состоянии, сотовой связи нет. Интернет спутниковый, дорогой, скорость на низшем уровне. 21 век, друзья.

Село родное

Кто родился дома в Будюмкане: Верхотурова Мария Семеновна, Скворцов Василий Степанович, Скворцова Антонина Васильевна, Верхотуров Алексей Андреевич, Верхотуров Данил Андреевич.

Места будюмкана: верх (на горе) или бугор, низ, Башуровска падушка. Надмельничная. Маракон, где раньше был МТС, гладка сопка, раньше на берегу была большая школа. Больница, потом там школа на низу (клубная). До 19 года. Была почта -потом Тюкавины (центральная), контора до нулевых — клубная. Был аэродром (2), был сельсовет, совхоз.

Памятник Журавлеву, скрывался от белых. Был потоп 1958, который вымыл ров. Река сменила русло.

Во время гражданской войны Журавлев П. Н. в Будюмкане спасался от преследования белогвардейцев. Говорят, жил в землянке под гладкой сопкой. Ему в селе установлен памятник.

Гладка сопка, потому и называется так, что выглядит гладкой, ровной. Она отделяет от Будюмкана Девачаниху.

Девачаниха

В месте Девачаниха (Деваджаниха) есть камень, по форме, напоминающий сидящую в скорбной позе девушку. Старики говорили, что давным-давно была у Чингисхана дочь (дева, дочь хана (чана)). Потеряла она своего любимого, плакала по нему горькими слезами, сидела на горе и ждала своего суженного, да так и застыла. А отец ее стережет и не пускает с места. С тех пор место так и называется Девачаниха. А место и вправду необычное. Растительность там отличается пышностью и размером. От красоты дух захватывает. И, кажется, что вот-вот поднимет голову каменное изваяние и увидит вдали знакомую фигуру, оживет, встанет, расправится от долгого сидения в одной позе. Превратится вдруг в юную Деву, бросится со всех ног к своему любимому в объятия. И тогда наступит конец ее безмолвному ожиданию, застывшему в вечности.

Светопереставление

Ране избы-то пятистенны были, все ить в одной избе. Это, если девка — то чужа, ушла — чужой товар. А мужиков скоко есь — все в одном доме живут. Вот и говорили тогды: «За зятя держись, да за скобу берись, а за сына держись, дак на печку скребись». Ругались меж собой невестки, и всяко было, где и дрались. У всех ребятишки, и как-то ить жили. Поверия кака была, не сошли господь. Вот бабы-то всё наладят на столе и мужики вперёд очередь за стол, а уж там че останется. И баню истопят, изладят, когды все мужики-то перемоются, а потом уж бабы с ребятишками. Баб-то за людей не шшытали, так и говорили: «Курица не птица, баба не человек».

Это счас их почитают боле мужиков. Мужики-то, которы теперича и стирают и коров доят. Светпереставление, откуль чё и взялось. Но каки и мужики-то пошли никуда негодны. Скупушшы, бестужи, ни петь ни лаять и ни милостыню славить. Стало быть, кому че на роду написано. Девки-то щас всё сами, а мужики некоторы их ногтя не стоят. Совсем перестатились, пьют ить как все!

В Будюмкане Петров день был престольным. Вся округа в престольный праздник гостила в этой деревне. Праздновали. А в других селах, например, Иванов день или Кирики Улиты.

Тяжелое время выпало на долю людей во времена коллективизации и раскулачивания. Будюмкан был центром казачьей станицы, и большинство сельчан были по тем меркам зажиточными людьми. Всего добивались своим трудом, много работали и поэтому жили не бедно. Кто держал корову, считался «кулаком», и в тридцатые годы такие семьи раскулачили, всё нажитое забрали, а самих людей угнали в неизвестные направления. В степи, в Казахстан, зимой. Новые хозяева жизни скот заморили, церковь разрушили. Рушился привычный уклад, менялись устои, рвались родовые связи, обрубались корни. Людей превращали в перекати-поле, Иванов, родства не помнящих. Как наша семья жила в такое сложное время?

Исход

Нашу бабушку Параню Скворцову в девичестве Верхотурову Марию Семеновну родители были вынуждены оставить 3-дневную с бабушкой по матери Башуровой Прасковьей Степановной. Тогда как всю их семью зимой угнали в Темиртау. Родилась Мария 27 октября 1933г. Паранькой ее назвала бабушка, так к ней и прикрепилось это имя. Добрейшей души человек, тихая по натуре, безропотная, воспитанная бабушкой. Красивая, с грустным взглядом карих глаз. От нее веяло умиротворением и спокойствием. Правда иногда могла вспылить (сдуреть). Так бывает с терпеливыми людьми. Росла с бабушками, к родителям так и не привыкла. Эту боль от расставания с маленьким ребенком они пронесли через всю жизнь. Как сердце материнское разрывалось от горя и боли, утрата и страха за детей, трудно даже представить. Почерневшие от горя, лишившись всего, покидали наши предки родную землю. Их гнали в неизвестность, в мороз и стужу. Что там ждет впереди?! Хватит ли сил?! Смогут ли сберечь они жизни своих детей?! А дома остались старые родичи на руках с маленькой крохотной дочуркой. Беспомощные, потерянные, брошенные, лишенные любви и заботы. Они бы не выжили в пути. Чего только не пережил наш многострадальный народ! Новые поколения никогда не должны забывать, на каких костях, на какой крови, на каких слезах, зиждется их жизнь. Мария (Параня) съездила к родителям, когда они обосновались на новом месте. Кулаки, они сильные духом, никогда и нигде не сдаются. И на новом месте стали зажиточными, благодаря своему трудолюбию и хватке. Но дочь с ними не осталась, она уже, будучи подростком, совсем к ним не привыкла. Ее тянуло домой, к своим родным просторам. Она вернулась в Будюмкан. Вскоре совсем юной в возрасте 16 лет вышла замуж за Скворцова Степана Гавриловича. Дед Степан был родом с Урала, из Оренбурга. Родился 10 мая 1926г. У него был родной брат Михаил. Воевал Степан в Кенингсберге, затем был переброшен на войну с Японией. Далее служил на Урюпино. Охотничал, приезжал в село. Там и повстречал Параню. «ОбезУмел», от ума отстал и остался жить в Будюмкане.

Разговор в гараже

16.08.2022.

На улице идет неуютный августовский дождь. Чувствуется приближение ранней Забайкальской зимы. Пришла к отцу в гараж.

Отец курил, сидя на своем столе и смотрел в окно.

— Расскажи про наводнение, когда ров вымыло.

— Шут его знат, вроде в 1958.

— А где дом Семена Верхотурова, твоего деда стоял?

— Где огород наш, большой с высоким крыльцом.

— расскажи про Семена.

— Дед Семён был маленького роста, а бабушка Евгения Башурова, как и дед Гоша, высокая. Дед Семен приезжал в гости, у него болело сердце. На войне получил осколочное ранение. Ему делали много операций, извлекали обломки. Ишо Заезжал и дед Фан, брат Шаньгиной Лидии Константиновны, он родственник. У брата Семена Алексея Кириллыча была любовница Жилиха, он к ней от семьи ушел. Славка похож на Алексея. Такой же на внешность и повадки, движения. Так же пальцы оттопырит, идет. Большой такой.

_ Как ты собак в детстве запрягал?

— Оёёёй, ездил на собаках. Всех бездомных запрягал. Вечером на печку сушиться и собак с собой. Галька Башурова со мной связалась, упала и ударилась головой, и говорит: кишки из головы вылезли.

— А про вороненка?

— Маленький из гнезда выпал, вырастили его. Така покасть, всё перевернет. Унесешь его в лес, придешь, он уж дома на воротах: «Каррр!»

— А потом же вы переехали в Сбега или куда?

— В степи уехали после наводнения 1958, года, когда размыло ров.

— А зачем вы поехали отсюда?

— Дак вынужденно переселяли. Переселения и усиления колхозов. Там дед Гоша загулял, поехали они с этим, ну с одним мужиком, на мотоцикле с люлькой по степи. И уехали в Китай. Их оттуда под конвоем вернули. Дед Степан сказал: «Консул идет». Так и прицепилось. А мы с Сашкой Алимазом прогуливали школу, убегали.

— Почему «Алимаз» его зовут?

— Дед Степан прозвал от сокращенного «Александр Михалыч» — Алимах. Бабушка Дуся Лазаревна тоже жила в степях. Лазарь был сильный. Загнул лемех на спор и не пошел на работу. Когда в Будюмкан возвращались, он сказал: Будюмкан возрождатся. Скучал, ноги мочил в воде, как приехал. Лазаревна тоже была сильна. Бересто несла, которое 2 мужика не могли поднять.

— А про Деда Степана расскажи.

— Он с Оренбурга был. на Войну пошел. Потом На Урюпино служил. А деду Степану палец отрезало пушкой, она покатилась по накату. И пуля бок счесала. Из Калининграда в Китай с Японией воевать. Потравили радиацией всех, кто там был, Христофорыч тоже.

— Дед Кап рассказывал, как во время бомбежки ползли. Только переполз в другой кратер, по нему ударило. Его сослуживца разорвало. Сыра голову съели, объелись в Польше.

— И потом в Будюмкан Вернулись?

— На Амуре жили. Вот красиво, речка больша от суда дотуда.

— А где служил?

— В Бурятии, в Наушках.

Оксана и земляника*

июль 2022.

У Верхотуровых, отца Семена был большой дом на горе. С огромным крыльцом во весь дом. Зажиточно жили. Башуровы чуть ниже, где наш старый дом.

Бабушки Ленин отец Семен воспитывался у дяди в семье. Его усыновили. Так как родители умерли от Уровской болезни. Дядю звали Алексей. Поэтому б. Лена хотела, чтобы Лешу так назвали. Когда Семен женился, то жили вместе с дядькой, и ребятишки помирали. Тогда Алексей сказал, что надо отделяться и стали жить отдельно. Петровская, Богдать и Половинка.

Сосватали Лукерью, сестреницу б. Лены из Богдати. Показали Егора, он был красив. А выдали, когда приехала в Будюмкан, за Кузьму. Он был с бельмом на глазу. Во время восстания она сбежала с красноармейцем, было уже 4 Детей. Дед Саха (их старший брат — отец деда Васи Башурова) их на коне догнал в Черене и вернул.

Нина*

— Гоша: «пупу» — заикался.!! Дядя Вася Башуров в Урюпино за стенкой жил. А в Будюмкане этот дом купили.

— Сейчас там магазин.

— Помню, как в Половой бабушку Лену лесиной придавило. Стирала на завалинке. Ветер подул. Лежала, глаза синие. Я кричала. В Урюпино Боровские за стенкой жили. Мы с ребятишками подрались, а их мать кинула топор и валенок мне разрубила. Кипятком ее баба Лена плеснула. Ее судили, бабушку Лену. Она на суд ездила, привезла нам игрушки.

— Про Урюпино. Вот застава, за ней лес.. это речка Тепкураучи. за речкой — Метео и дома работников. Справа дорога на Будюмкан, слева через Афониху погран -полоса, и ещё левее дороги по пустырю стояла школа, всё конечно заросло до неузнаваемости.

Люба*

Дед Кап посватался к бабе Лене прим 1949—1950г в Половинке. Устроился в геологоразведку. Поехали по местам: Половинка, Очуногда, Черен, Половая. В 1951 родилась Галя в Черене. Я в 1953 Люба в Черене. Нина родилась в Половой в землянке, роды принимала Сара. Я в детстве болела корью в Урюпино. Жили на поляне, а дворы в лесу. Ягода, грибы, хлопушки. Маленькие девчонки еще были, ели саранки, багул. Баба Лена работала на пекарне, шила. Была корова Майка. Аппендицитом все болели, в больницу в Будюмкан возили. Я нашла 5 р. хотела куклу, а отец купил водки. В Урюпино жили, совсем еще маленькие, мама на работе, а мы дома. Убирались, настираем себе одежду, развесим. Кактолгинские приезжали к маме за хлебом и мукой. Они в то время совсем голодно жили. Мы накормили кактолгинских, бабёнок, вскипятили самовар. Ягоду сдавали, грибы. Потом обстановка с Китаем накалилась. Разведка распалась.1963—1964 г.г. в Будюмкан переехали. 2 месяца доучивались в Урюпино без родителей, жили на дому у бабки Смолиной.