Обреченная. Замуж по приказу

Глава 4

– Ну, знаете ли. – Бросаю файл на столик и начинаю теребить салфетку в пальцах, – это бред сивой кобылы. Кто так завещание составляет? Это не условия, а чистой воды манипуляция. Даже после смерти, мой отец не изменяет своим привычкам и придумал для меня очередное испытание. Считаете это нормальным?

– Осмелюсь спросить. А что вас смущает? Да, это не стандартное завещание, где все передается наследникам по факту. Таким образом, Игорь решил озвучить свое последнее желание. Он мечтал понянчить внуков, но раз этого не вышло при жизни, он…

– У меня даже парня нет. – Не хочу слушать явно заготовленную речь и отодвигаю латте в сторону, – естественно, вы не в курсе, но мы расстались на днях. Сама судьба оберегает меня от бредовых мыслей дорогого отца. Так что, рожать мне не от кого. Ну, если только от первого встречного. И что теперь делать, как думаете? Может, начать бегать по улице и предлагать каждому мужчине вступить со мной в брак?

– Извините, не знал, что вы расстались со своим парнем. – Виталий в самом деле смотрит на меня с сочувствием и чешет переносицу, – о таком исходе Игорь явно не подумал. Он был уверен, что вы находитесь в серьезных отношениях, но просто тянете с браком. Вероятно, так он хотел подтолкнуть вас к решительным действиям. Так сказать, убить сразу двух зайцев.

– Мириться с козлом ради наследства я точно не собираюсь. Если честно, даже не верится, что отец пошел на такой шаг. Он на дух Олега не выносил. Хотите сказать, что передумал перед смертью и решил сделать царский подарок? Смешно, честное слово!

– Последние несколько месяцев Игорь был очень сентиментальным, и переосмыслил многие вещи.

– Если все так, то почему ни разу не приехал к собственной дочери? Дайте-ка угадаю. Он просто был очень занят! Он же важный бизнесмен, без него работа встанет и вообще, солнце погаснет. Да кому я рассказываю, вы ведь все прекрасно знаете. Не так ли?

– Василиса. – Виталий смотрит с сочувствием и меня это раздражает, – я понимаю ваше состояние. Но родителей не выбирают. Игорь не хотел вам зла, это я знаю точно. И в тот день…В день, когда случилась авария, он как раз ехал к вам. Хотел сделать сюрприз. Простите. Пожалуйста, выпейте воды, вы резко побледнели.

Он берет бутылку воды, отвинчивает крышку и наполняет стакан. Машинально делаю несколько больших глотков и прижимаю ладошки к щекам. Друг моего отца, человек, которого я совсем не знаю, ступил на тонкий лед. Он разбередил едва затянувшуюся рану и заставил вспомнить тот ужасный день. А сейчас сидит и спокойно рассматривает мое лицо. Словно, я забавная букашка под микроскопом. Зверек, за которым можно вот так просто наблюдать исподтишка.

– Василиса, вам нужно успокоиться и обдумать информацию. – Он сочувствующе улыбается, – я вам оставлю копию завещания, вы все изучите более подробно и примете окончательное решение. Безвыходных ситуаций не бывает, помните об этом. Сейчас вы расстроены, но уверен, все будет хорошо. Кто знает, может ваш парень сегодня же придет с цветами и попросит прощения. Будь я на его месте, именно так бы и сделал. Да, совсем забыл. Обратите внимание на последний пункт в документе.

– Последний пункт? – я прихожу в себя и подозрительно сощуриваю глаза, – хотите сказать, это еще не все сюрпризы?

– Просто хочу вас предупредить. – Виталий уклончиво пожимает плечами, – если все-таки решите исполнить последнее желание отца, то сделать это нужно за полгода. И обязательно сообщить мне. Я обещал контролировать весь процесс с самого начала.

– Вы сейчас шутите? – я изумленно распахиваю глаза и смотрю на мужчину, – я должна выйти замуж и родить ребенка за полгода, и все это время вы будете за мной следить?

– Не совсем так. Вы должный выйти замуж и забеременеть. Справки из женской консультации о постановке на учет, будет достаточно. И да. Я еще не встречал ни одной женщины, которая способна забеременеть и родить ребенка за шесть месяцев. Обычно, на это уходит больше времени.

– Сегодня явно не лучший день для юмора. – Прикусываю губу и рассматриваю мужчину внимательнее, – скажите честно. Вы считаете меня меркантильной? Думаете, я не упущу шанса и побегу в загс при любом раскладе?

– Нет, я не считаю вас меркантильной. – Виталий становится серьезным, – я считаю вас умной девушкой. И уверен, вы сделаете правильный выбор. Вы не должны отказываться от завещания.

– А если откажусь? Что, если для этого у меня есть личные причины?

– Если откажетесь, то наследство перейдет внебрачному сыну, Сергею. Вы ведь тоже с ним не общаетесь, верно?

– Верно. – Я морщусь, вспомнив о выскочке, которого терпела много лет. – Я прочитаю завещание очень внимательно, и, надеюсь, там не будет условия, при котором я должна с ним общаться или поддерживать «дружеские» отношения! Этого вы от меня точно не дождетесь!

– Такого условия нет. Здесь можете быть спокойны. Но… – Виталий кашляет в кулак и отводит глаза, – для Сергея действуют такие же правила. Он должен жениться и завести ребенка, чтобы получить наследство. Кто из вас сделает это первым, тот все и получит. Теперь понимаете, в чем срочность?

***

Мороженное встает поперек горла, даже начинает немного подташнивать. Убираю ведерко в сторону и лениво «растекаюсь» по дивану. В голове царит настоящий хаос – я в сотый раз прокручиваю разговор с Громовым и пытаюсь вызвать в себе чувство ненависти или хотя бы злобы.

Умом понимаю, что этот человек ни в чем не виноват, и все провернул мой папаша, но ничего не могу с собой поделать. Отдаляться мы начали очень давно, это было неизбежно, потому что, как только не стало мамы, отец быстро нашел ей замену. Погоревав для приличия полгода, он привел в дом новую женщину и просто поставил меня перед фактом.

Я была слишком маленькой, чтобы возражать или высказывать недовольство. А потом она забеременела и родила Сережу. Мне просто непонятно, на что рассчитывал мой отец, когда решил завести новую семью?

Своим поступком он отодвинул меня в сторону и стер все воспоминания о матери. Он делал это так старательно, что кажется, заодно забыл и о моем существовании. А может, просто не мог смотреть на дочурку, которая была копией своей матери? Может, не мог видеть во мне ее отражение?

Сейчас это не имеет никакого значения, но от мыслей о милом Сереженьке, я чувствую едкую горечь. С его рождением, моя жизнь превратилась в ад. С тех пор меня просто «не видели». И вот, теперь, мой дорогой «братец» является претендентом на шикарную недвижимость. Уверена, он уже подыскал подходящую жену и во всю старается над выполнением «условий».

Уж он-то не упустит свой шанс, это и дураку понятно!

Вот только есть одно но. Какой мне смысл бороться, если впереди нет ничего хорошего? Зачем мне дом и машины, когда я знаю свое будущее? Наверное, это глупо, но единственное, что я могу в своем положении, это – отпустить ситуацию и ничего не делать. Теперь-то понятно, зачем Сергей звонил мне несколько недель назад. Да еще так настойчиво.

Звонки я проигнорировала, справедливо считая, что общаться нам не о чем. Тем более, после того, как я покинула дом отца, мы не поддерживали связь. Как не печально признавать, но я – проиграла по всем фронтам. Я – лузер в этой жизни и ничего тут не поделаешь. А раз так, зачем лишний раз напрягаться и трепать нервы, которых и так совсем не осталось?

Глава 5

Хмуро стою над сковородкой и пытаюсь поддеть лопаточкой подгоревшую по краям яичницу. По привычке соскочила сегодня в семь утра, стою на кухне в любимой футболке с Микки Маусом, и пытаюсь проснуться. Нужно понемногу привыкать к статусу безработной, и во всем искать хоть маленькие, но плюсы.

За документами решила приехать позже – дней через пять Михаил Григорьевич немного остынет, и, надеюсь, перестанет смотреть на меня волком. Сейчас, главное, не торопиться и составить план дальнейших действий.

Одно радует – за квартиру я заплатила за три месяца вперед, и есть небольшая финансовая подушка. Если нужны будут деньги, попробую поискать простую работу, которая не будет занимать много времени и отбирать все силы.

Работать в офисе с бесконечными планами и дедлайнами я уже не могу и не хочу. Да и вечно подстраиваться под начальника и избегать его нападок, прячась в кабинете – нереально. После нашей последней встречи, он точно не оставит меня в покое: либо заставит покориться, либо загрузит работой так, что сама сбегу, роняя тапки.

Вчера я все-таки не выдержала и поговорила с Алиной. Она подтвердила мои опасения, и с придыханием рассказала, что начальник вне себя от бешенства и никому не дает спуску. В общем, лучше пока не соваться в разворошенное змеиное гнездо и заняться собой.

Начать можно с вкусного завтрака, затем выпить ароматного кофе, включить какой-нибудь старый сериал, а может, выбраться на прогулку в парк. Я и не помню, когда в последний раз была предоставлена сама себе. С Олегом мы никуда не ходили: любимым занятием моего бывшего было сидение в кресле у компьютера с чипсами.

Это сейчас он стал деловым и вечно занятым, но я прекрасно помню начало наших отношений, и то, как тащила его за собой, с трудом заставляя выходить даже в магазин на углу.

Теперь же он «оперился», и возомнил себя королем. Надо же, как сильно меняются люди при расставании! Начинают делить подарки и вещи, безжалостно оскорблять и «ломать» последнее человеческое, что осталось. И я тут, как всегда – потерпевшая сторона со своей неуклюжей любовью. С какими-то надеждами и мечтами. Я ведь реально думала, что у нас все хорошо…

Окончательно скатиться в хандру не дает звук открываемой двери, и сердце больно ёкает в груди. Стоит только вспомнить про подлеца, как он тут же появляется! Приехал без предупреждения, ломится в квартиру, словно вор, уверенный, что я уже на работе. Неужели, правда, настолько мелочный, что решил забрать вещи, которые подарил от «чистого сердца»?

Ну, уж нет. На этот раз без боя не сдамся! Выключаю газ, убираю сковороду с плиты и решительно иду в коридор. Если этот гад решил, что из-за шока после нашей последней встречи я превратилась в мямлю, то он сильно ошибается. Я сейчас же выставлю его за дверь!

– Васенька? Здравствуй. А ты сегодня разве не работаешь?

Встаю как вкопанная, увидев перед собой Алевтину Мироновну – хозяйку квартиры. Шумно отдуваясь, она стряхнула снег с высокой прически и приосанилась перед зеркалом:

– Очень странные дела. Что-то незаметно, что вы вещички собираете. Олег сказал, что ты быстро все сделаешь, учитывая срочность. Я тут мимо ехала, решила забежать, посмотреть, как все продвигается. А оно не продвигается, на месте стоит.

– Если честно, я не совсем понимаю, о чем вы говорите. – Я забываю поздороваться и нервно тереблю пальцы, – какие вещички?

Алевтина Мироновна пучит на меня блестящие глаза с таким удивлением, что становится не по себе. Неужели, Олег что-то от меня утаил или не посчитал нужным сказать? Ведь по его логике, мы теперь как бы незнакомые люди и ничего не должны друг другу!

– Дорогуша. – Она, наконец, отмирает и растягивает губы в слащавой улыбке, – сегодня вроде бы не первое апреля и я не намерена шутить. Ты была на работе, я заезжала на прошлой неделе и предупредила Олега, что нужно срочно освободить квартиру. Со дня на день придут покупатели, а тут настоящий бедлам. Я рассчитывала на вашу порядочность, и что вижу в результате? Смотрю, ты даже ухом не повела, и расхаживаешь тут, словно ничего не знаешь!

– Но, я на самом деле ничего не знаю. – С трудом проглатываю образовавшийся в горле комок, – Олег ничего мне не сказал. Дело в том, что мы поссорились. Может, поэтому…

– Не придумывай. – Алевтина Мироновна скептически морщится, и решительно идет на кухню, – вы, молодежь, чуть что, сразу же начинаете отговорки искать. Я четко Олегу все сказала, и проверила комнаты. Учти, я прекрасно помню каждую вещь в доме. Что касается арендной платы за три месяца, Олегу я все до копейки перевела. Вам нужно лишь съехать, и как можно скорее!

– Что?..Вы отдали ему все деньги, которые я отдала за аренду?

– А что не так? – хозяйка в удивлении приподнимает брови, – твой парень сказал, что сам все тебе сообщит, и что это были его деньги изначально. Слушай, – Алевтина Мироновна поджимает губы и осматривает меня с легким прищуром, – ты какая-то бледная. Заболела что ли? Только этого мне не хватало, еще подцеплю заразу. Предупреждать надо! А если поругались, так разве это трагедия? Я со своим муженьком каждый день собачусь, и ничего. Не устраивай драму на пустом месте, а лучше борща навари и ублажи, как следует. Тут же помиритесь.

Я медленно прохожу к столу и сажусь на низкий пуфик. Да что ж это творится такое? Не успеваю выдохнуть, как происходит очередное безумие. И куда мне теперь съезжать? В подъезд переселиться? Поднимаю глаза на Алевтину и пытаюсь разглядеть в отражении ее глаз хоть какое-то понимание. Но – тщетно. Ничего в ее глазах не отражается.

Алевтина Мироновна проходит к столу и наливает себе кофе. Затем, аккуратно присаживается на стул и двумя пальчиками берет из вазочки шоколадное печенье.

– Ну, хватит так смотреть. У тебя есть целых три дня, чтобы собраться. Я же не гоню тебя прямо сейчас. Садись, кофе попьем. Да что у тебя руки-то так дрожат?

Я молча качаю головой, и пытаюсь успокоиться. Сделать это непросто, потому что все, что о чем я способна думать в эту минуту, это об Олеге. И о том, как хочу вонзиться в его лицо ногтями.

Мужчина, которого я безумно любила, опустился в моих глазах ниже плинтуса. Он даже не погнушался и выманил у хозяйки деньги, которые ему не принадлежали! Он просто нагло наврал, чтобы оставить меня без копейки!

Машинально наливаю кофе и изображаю на лице дежурную улыбку. Естественно, я не собираюсь рассказывать про расставание, рак и потерю работы. Хоть и вижу, как жадно блестят глаза милой старушки. Все, что со мной происходит, – касается только меня, а я не хочу обрастать ядовитыми сплетнями и слушать сдавленные смешки за спиной.

Глава 6

Устало прислоняюсь к стене в коридоре и с удовлетворением осматриваю плоды своих трудов. Три больших чемодана с одеждой, косметикой и украшениями стоят, прислонившись к двери. Рядом скромно притулился пакет, в который я из вредности затолкала почти новенький робот-пылесос.

Пускай теперь Олежек покупает новый на деньги, которые получил с аренды. Да ему вообще грех жаловаться! Бизнесмен, сам себе хозяин при деньгах, и с новой возлюбленной. Формы у нее – шикарные, с этим не поспоришь. Он сейчас счастлив и доволен жизнью, а я сижу у разбитого корыта. И кто в этом виноват? Правильно, никто. Просто я по жизни такая невезучая и ничего с этим не сделаешь.

Хотя, нет. Среди сплошных черных полос проскочила одна белая. Звонок Виталия Громова оказался в прямом смысле слова – судьбоносным. Вчера в процессе сбора вещей я долго думала, как можно воспользоваться ненавистным завещанием, и внезапно меня озарило.

Найти за три дня новое жилье в городе практически нереально, а коттедж отца пустует просто так. Чем не прекрасная возможность пожить там хотя бы шесть месяцев? Ну, или сколько получится.

Когда срок «условий» выйдет, соберу вещички и съеду. Я – законная дочь, и могу воспользоваться жильем, разве нет? Кто знает, может болезнь съест меня за пару месяцев и проблема решится сама собой.

А если нет, за время, пока буду обживаться в хоромах, подышу свежим воздухом и переосмыслю свою жизнь. Я никого не обманываю. Я лишь стала заложником непростой ситуации, и теперь лихорадочно ищу из нее выход. В любом случае, все достанется Сергею. А все, что мне нужно сейчас – пожить где-то, пока не придумаю, что делать дальше.

Виталий очень удивился, когда я сообщила ему о своем согласии, это было слышно по голосу. Но, виду он, конечно, не подал, и немного подумав, согласился с моим обязательным условием. Он приедет с минуты на минуту, и, надеюсь, не станет устраивать допрос с пристрастием.

Я и сама знаю, что выгляжу в его глазах как круглая идиотка: сначала наотрез отказывалась от наследства, а уже к вечеру вдруг передумала и согласилась. Да еще и в дом к папаше решила переехать со всеми вещами. Друг моего дорогого отца явно не ожидал подобной прыти от будущей наследницы, но благоразумно промолчал.

Одно радует – Сережа до такого не додумался, и надеюсь, не узнает, что я побежала обживать домик. Вдруг решит, что я решила взять «свое» нахрапом и примчится со своим баулом! Что-что, а видеть его самодовольную физиономию, я точно не хочу. Хватит с меня прожитых бок о бок лет.

Протяжно вздыхаю и поправляю прическу перед зеркалом: все будет хорошо. Рано или поздно и на моей улице опрокинется самосвал с пряниками. С каждой минутой убеждаюсь, что все сделала правильно: если останусь в квартире, то придется встретиться с Олегом. А мне это совсем не нужно.

Пусть приезжает и долбится в закрытую дверь до посинения. Я хоть и больная, но – гордая!

– Василиса? Не думал, что вы уже готовы. Даже дверь открыли.

Резко поворачиваюсь и встречаюсь глазами с Виталием Громовым: он так незаметно появился, не иначе, подкрался на цыпочках. Как всегда серьезный, в дорогом черном пальто. Только на мысках дорогих ботинок лежат островки снега.

– Добрый день. Если честно, у меня не так много вещей, и вас это, наоборот, должно радовать.

– Да, в ваших словах определенно, есть логика. – Виталий задумчиво осмотрел тусклый коридор и чемоданы, – а как же ваш парень? Вы его предупредили, что уезжаете?

– Нет, и не собираюсь. Ну, что же вы стоите? Берите чемоданы. Одна я все не дотащу.

Виталий посмотрел на меня странным взглядом, но спорить не стал. Через пятнадцать минут мы загрузили вещи в багажник и выехали с парковки. Ехать до коттеджа не меньше получаса – я облокотилась на спинку сиденья и прикрыла глаза.

Внутри, как обычно, заворочались сомнения. Сама не до конца понимаю, зачем сорвалась и согласилась на бредовое предложение. Но еще больше меня удивляет Виталий – неужели, он на самом деле поверил, что я вот так запросто выскочу замуж и забеременею? Даже если бы я на самом деле этого хотела, то, извините, – нормальные мужики просто так на дороге не валяются. И тем более, не зовут замуж первую встречную.

Странный. Я даже приоткрываю один глаз и рассматриваю его сосредоточенный профиль. Почувствовав, что я притворяюсь, а не дремлю, он улыбается краешком губ и снижает громкость магнитолы до минимума.

– Наверное, вы чувствуете себя немного странно.

– Это почему же? – не выдерживаю, и открываю оба глаза, – по мне, так я вообще ничего не чувствую.

– Я думал, мысль, что вот-вот окажетесь в доме своего детства, вызовет у вас множество воспоминаний.

– Большинство воспоминаний детства мне хочется забыть навсегда. – Я хмуро отворачиваюсь к окну и смотрю на заснеженную улицу, – думаете, хорошо жить с мачехой и ее сыночком? Мой отец недолго горевал, и быстро женился. А что при этом чувствую я, его не сильно волновало. Вы не представляете, как я была счастлива, когда, наконец, покинула дом.

– Простите. Я не хотел затрагивать больную тему.

– Но – затронули. Да вы не волнуйтесь, сейчас это не имеет значения. Мой отец умер, и я не хочу говорить о нем плохо. Он пытался устроить свою личную жизнь, только и всего.

– Мы часто встречались с Игорем. – Виталий перестраивается в крайний ряд и бросает на меня короткий взгляд, – о своей новой семье он говорил мало, лишь то, что они переехали из коттеджа в центр, потому что так было проще добираться до работы. Но, он скучал по дому. Жалел, что когда-то полноценный дом превратился в летнюю дачу. И вот, сейчас, все может измениться. Разумеется, если вы помиритесь со своим парнем. Он вам что, изменил?

– Естественно. И сделал это наглейшим образом. – Я усмехаюсь и с вызовом смотрю на мужчину, – он прямым текстом сказал своей новой возлюбленной, что… – я вовремя вспоминаю, что не могу рассказать про рак, и начинаю тараторить, – использовал меня как кухарку и уборщицу. Представляете? Сказал, что никогда не любил и жил со мной из жалости. Вот скажите, вы бы тоже смогли жить с женщиной из жалости?

– Я?.. – Громов задумывается на секунду и поджимает губы, – нет. Ни с кем нельзя жить из жалости. Это неправильно. Но, Василиса. Как вы теперь поступите? Если не собираетесь мириться, то…

– Я немного погорюю и найду нового мужчину. – Щеки мгновенно вспыхивают, и я отвожу глаза, – в завещании не указано, что я должна выйти замуж именно за Олега. Олег, это мой бывший парень. – На всякий случай уточняю я и замолкаю.

– Вот как. А вы не из тех, кто долго переживает из-за расставания. – Громов хмыкает, и съезжает с трассы на поселковую дорогу, – но, допускаю, что вы еще не осознали, что потеряли любимого человека и захотите его вернуть. В жизни подобное часто случается.

– А вот этого не дождетесь. Вы понятия не имеете, что это за…экземпляр!

Я громко фыркаю и резко отворачиваюсь к окну. Разговаривать с этим мужчиной больше не имеет смысла. Похоже, он такой же самовлюбленный, как и все мужчины. Свято верит, что женщина обязана прощать измены и преданно служить своему господину вопреки всему. Конечно, именно так он и считает! Да еще наивно надеется на искренность с моей стороны.

К коттеджу мы подъехали в полном молчании. Виталий припарковал машину у ворот и заглушил мотор. Я выхожу наружу и запахиваюсь в куртку. Не думала, что когда-нибудь приеду сюда еще раз. Снег припорошил асфальт до самой калитки, и своим появлением мы безжалостно испортили белоснежный, ровный «ковер».

Виталий открыл калитку ключом и молча передал его мне. Пустующий дом встретил угрюмой тишиной, но внутри ничего не изменилось. Только пахнет затхлостью и деревянным паркетом. И здесь я провела все детство… даже не верится.

– Ну, что же вы стоите в темноте. – Громов включает свет в коридоре и осматривается, – я заказывал клининг, а вчера дистанционно подключил газ. За ночь дом прогрелся, и вы не замерзнете.

– Спасибо за заботу. И еще раз извините, что своим решением я заставила вас суетиться.

Я все-таки смотрю Виталию прямо в глаза. Пусть не думает, что я чего-то боюсь. Да, я захотела переехать в дом своего отца, и я имею на эту прихоть полное право. Я же молчу и не указываю на то, что меня фактически заставляют искать незнакомого мужчину и вступать с ним в брак!

– Не волнуйтесь, мне было не сложно. Вот только… – Громов хмурится и делает паузу, – надеюсь, вы понимаете, что жить здесь просто так – не получится? Если вы планируете воспользоваться домом как съемным жильем, то лучше сразу отказаться от этой затеи. Я буду приезжать к вам раз в неделю, и если пойму, что вы не предпринимаете никаких действий, то вам придется уехать. При всем уважении, я не могу просто оставить вас здесь. Вы слышите меня, Василиса?