- -
- 100%
- +
Во-первых, он храпит. Тихо, посапывая. Я это не замечала раньше, а сейчас ловлю себя на том, что прислушиваюсь к этому звуку, как к чему-то дико сексуальному. Это бесит еще сильнее.
Во-вторых, в номере холодно. Я вся в одеяле, но нос мерзнет. А мое теплая пижама
лежит где-то там, внизу, под толстой попой рыжего кота. Васька устроилась на моем чемодане, свернувшись калачиком, и смотрит на меня своими зелеными фонариками. Взглядом: «Только попробуй, меня согнать!» Полная хозяйка положения, в отличие от меня…
В-третьих, и это самое ужасное, — чувство абсурдной нормальности. Вот он здесь, спит. Как бывало сто тысяч раз. И эта знакомая линия плеча, профиль, уткнувшийся в подушку… Мозг отказывается воспринимать это как катастрофу и настойчиво предлагает режим «А может это судьба?!».
«НЕТ!» — почти вслух говорю я себе. Не судьба! Пьяный голый бывший в моем номере, развалившийся на всей кровати звездочкой — это ЧП федерального масштаба.
Я осторожно, поднимаюсь на ноги, не выпуская из рук своего одеяльного щита. Я делаю шаг в сторону в двери. Паркет ледяной. Тимка, почуяв свободу, выползает из-под кровати и жмется к моим ногам, бросая тревожные взгляды на спящего врага - Ваську и ее хозяина.
Нужен план. План А: разбудить этого нахала, вытолкать в коридор и захлопнуть дверь. Но он голый. А его одежда… Где вообще его одежда? Я вожу взглядом по комнате и вижу мужские туфлы, аккуратно стоящие у стула, а затем замечаю смятую рубашку на полу. Значит, раздевался он сознательно. Значит, он ТОЧНО был уверен, что это его номер. Мысль немного охлаждает мой праведный гнев. На миллиметр.
Пока я стою в раздумьях, Тимур всхрапывает, переворачивается на спину и бормочет сквозь сон: «Васька… я так люблю тебя…».
О какой Ваське он говорит?! Обо мне или о своей кошке.
А он тем временем продолжает: «Не выгоняй меняяяя… синий человечек».
И я сдаюсь. Ну не могу я его сейчас будить и выставлять. Во-первых, это не по-человечески. Во-вторых, он может упасть, удариться, и я потом буду виновата. В-третьих… черт, просто не могу и точка.
Вздыхая, я принимаю соломоново решение. Я вытаскиваю с кровати одеяло и подушку.
Подушку кидаю на ковер, а сама, укутавшись в оба одеяла, устраиваюсь рядом, строя себе крепость. Тимка, довольный, забирается ко мне на грудь и тычет холодным носом в подбородок.
«Вот и отлично, — думаю я, глядя в темноту на потолок. — У него — люкс-кровать. У меня — пол и собака. Все честно».
Уснуть невозможно. Мозг лихорадочно прокручивает события. Глюк в системе. Два ключа на один номер. Его пьяная уверенность. Его слова про судьбу. Вот придурок!
Я ворочаюсь. Тимка поскуливает. А с кровати доносится такое равномерное, такое спокойное дыхание, что это начинает действовать как снотворное. Постепенно тепло от двух одеял согревает меня и я проваливаюсь с рваный сон.
***
Свет. В глаза бьет холодный зимний свет из панорамного окна. Я открываю глаза и на секунду не понимаю, где я. Потом всё накатывает: отель, корпоратив, наглая кошка, бывший…
Я лежу на полу, вся одеревеневшая. Тимки нет на груди. И тишина. Такая неестественная, насторажмвающая тишина.
Медленно, со скрипом в каждой мышце, я приподнимаюсь на локте.
Тимур сидит на краю кровати. Уже в джинсах. Босиком. Спутанными волосами и лицом цвета бетона. Он держит в одной руке стакан с водой, а в другой две таблетки обезболивающего. Смотрит на меня с таким немым, животным страданием, что мне почти его жаль. Почти.
Наши взгляды встречаются. В свете дня вся безумность происшедшего обретает четкие, нелепые формы.
Он первым нарушает тишину. Голос у него хриплый, эротичный.
— Это… — он делает паузу, будто собирается с мыслями. — Это не сон, да?
— Если бы, — хриплю я в ответ, пытаясь привести в порядок свои спутанные волосы. Выгляжу я, наверное, как после урагана. А мой хрип скорее не сексуальный, а пугающий.
Он кивает, медленно, будто боясь, что голова отвалится. Потом глотает таблетки и делает большой глоток воды. Ставит стакан. Смотрит на свою рубашку на полу, потом на меня, на мою крепость из одеял.
— Я… — начинает он снова. — Я вчера немного… перебрал с новым клиентом. И, видимо, занял твою кровать.
«Немного», — мысленно передразниваю я его. Но вслух говорю только:
— Угу.
— Прости, — говорит он вдруг, просто и без пьяного пафоса. — Я не знал, что ты здесь. Честно. Мне выдали ключ, он не сработал, но администратор внизу что-то пощелкал и сказал, что починил. Я думал, это мой номер.
В его тоне звучит такое искреннее недоумение, что гнев окончательно испаряется.
— Мне тоже так сказали, — отвечаю я, вставая, но не сбрасывая свой кокон из одеял. Каждое движение отзывается болью в спине от ночи на полу. — Что с номером что-то не так. И тоже все «починили». И то, что это единственный номер, в котором разрешено проживание с животными.
Мы снова молчим. Теперь мы оба на ногах, разделенные тремя метрами ковра и годами молчания. Он в джинсах, я в одеяле под которым ничего, кроме таких трусов, которые лучше не показывать никому, кроме собаки. В углу, на подоконнике, сидят рядом Тимка и Васька. Они не дружат, нет. Они просто с одинаковым подозрением смотрят на нас, на своих странных хозяев.
— Значит, — Тимур проводит рукой по лицу. — Значит, так. Один номер. До послезавтра.
— Да, — киваю я, чувствуя, как по телу разливается жар от осознания этого факта. — Похоже, что так.
Он смотрит ю на меня, потом на свою огромную кровать. Точнее на МОЮ кровать.
— Сегодня я буду спать на полу.
Предложение звучит так рыцарственно и так нелепо после вчерашнего, что я не могу сдержать слабую ухмылку.
— Посмотрим, — говорю я и, хвата первую попавшуюся одежду, направляюсь в ванную. Мне нужно умыться. Очнуться. Придумать, как жить дальшие 48 часов в одной комнате люкс с историей, которая не дает о себе забыть.
Захлопываю дверь и прислоняюсь к ней лбом. Тимур кому-то звонит. Меня разливает одновременно желание приложиться ухом в двери и отпрыгнуть подальше. Я логично выбираю первое и вся превращаюсь в слух…
Продолжаю знакомить вас с захватывающими и горячими новинками литмоба "Бывший мой"
Аля Мяун
"Случайный бывший"
https://litnet.com/shrt/gexX
Глава 7
28 декабря. Утро после. Состояние: как будто меня ночью переехал асфальтовый каток, а утром забыли соскрести со льда.
Я стою под горячими струями душа, пытаясь смыть с себя остатки ночного кошмара и странного, предательского тепла от того, что он сказал «прости» и предложил спать на полу вместо меня. Вода помогает. Немного.
Завернувшись в банный халат отеля, я осторожно приоткрываю дверь ванной.
Из номера доносится низкий голос Тимура. Он говорит по телефону. У меня сразу сжимается всё внутри. Неловко подслушивать, но я замираю на пороге, будто вкопанная.
— …да, я уже в отеле. Всё нормально… Нет, Кэт, не нужно.
Пауза. Он говорит тише, но стены, видимо, тонкие, или у меня слишком чуткий слух после всего пережитого.
— Правда, не стоит. Здесь скучно, одни бизнес-тренинги… Да, я тоже… Конечно, соскучился.
Меня будто слегка обдает паром от душа, только неприятным, липким. «Кэт».
«Соскучился». Значит, девушка. Естественно. У него же жизнь не замерла в тот день, когда мы разбежались. Но почему-то эта простая мысль впивается в бок острым холодком.
— Завтра вечером, обязательно… Да, встретимся у тебя… Ладно, договорились. Целую.
«Целую». Очень мило.
У меня автоматически сжимаются кулаки в рукавах халата. Я больше не хочу это слышать. Я резко, с шумом, толкаю дверь ванной и выхожу в номер, делая вид, что только что оторвалась от умывания и ничего не слышала.
Тимур быстро заканчивает разговор, что-то буркнув в трубку, и кладет телефон на тумбочку. Он уже полностью одет — темные джинсы, свежая футболка. Выглядит собранно, хотя тени под глазами выдают вчерашнее.
— Всё в порядке? — спрашиваю я нейтрально, направляясь к своему чемодану.
— Да, — коротко бросает он, не глядя на меня. — Мне нужно… отлучиться. По делам. Клиент.
Он что-то ищет по карманам, суетливо, избегая моего взгляда.
В воздухе висит неловкость, густая и необъяснимая.
Минуту назад он был почти рыцарем, предлагавшим свою кровать, а сейчас холодный и деловой, куда-то спешащий чужим человек.
С девушкой по имени Катя, которая скучает.
— Хорошо, — говорю я, слишком бодро. — Я как раз собиралась позавтракать.
— Отлично, — он находит ключ-карту и, наконец, смотрит на меня.
Взгляд у него какой-то беглый. Немного виноватый.
— Я… потом. Мы… это… обсудим насчет номера с администрацией.
И, не дожидаясь ответа, он выходит, мягко прикрыв за собой дверь.
Я остаюсь одна в огромной и тихой комнате. На его большой кровати лежит идеально заправленное одеяло, подушка взбита. Он даже это успел сделать.
А на моем брошенном на полу одеяле, лежит, свернувшись калачиком, Васька.
Кошка открывает один зеленый глаз, смотрит на меня с немым укором, будто я виновата в том, что её хозяин слинял, а затем презрительно зевает.
А из-под кровати доносится тихий скулеж. Мой Тимка. Он забился в самый дальний угол и не решается выйти, пока тут хозяйничает пушистая бестия.
— Иди сюда, дурачок, — зову я его, опускаясь на колени. — Она же тебя не съест, в конце концов. Ты же не съешь? — этот вопрос я уже адресую кошке. Она поднимает на меня сонный взгляд и снова зевает.
Тимка выползает, весь дрожа, и тычется мордой мне в колени. Я глажу его по голове, а сама смотрю на идеальный порядок в той в той часте номера, которую я окрестила «стороной Тимура». Такое ощущение, будто его и не было. Только вот кошка осталась. И это вызывает странное чувство пустоты.
И тут я слышу: тук-тук-тук.
Легкий, но настойчивый стук в дверь. Сердце на секунду замирает. Он вернулся? Что-то забыл? Или это…
Я натягиваю халат покрепче, проверяю, не выглядывает ли что-то неприличное, и подхожу к двери. Заглядываю в глазок.
В коридоре стоит не Тимур. И даже не горничная.
На пороге, с деловой улыбкой и папкой в руках, стоит наш босс, Кирилл Анатольевич. А рядом с ним незнакомый мужчина лет сорока в безупречном костюме, с оценивающим взглядом.
Обреченно вздыхая, я открываю дверь.
— Василиса! — весело, слишком весело произносит Кирилл Анатольевич.
Его взгляд бессовестно скользит по моему халату, мокрым волосам и, кажется, фиксирует Тимку, выглядывающего у меня из-за ног. — Вот ты где! А мы к тебе! Разрешите представить — это наш ключевой клиент, Сергей Владимирович. Он очень хотел познакомиться с нашими звездами лично перед лекцией! Показать гостеприимство!
Сергей Владимирович кивает, его взгляд делает быстрый, профессиональный круг по моей фигуре в халате и по интерьеру номера за моей спиной. На его лице застыла вежливая улыбка.
Я стою в дверном проеме, чувствуя, как под халатом у меня проступает ледяной пот. В номере бардак из моего чемодана, трясущийся чих и шипящий кот и я — в чем мать родила, если мать рожала меня в банном халате «Снежной Короны».
Видя, что я не сдвигаюсь с места, мой босс меняет тактику.
— Вижу, вы не одеты. Давайте-ка собирайтесь, мы с Серегой, кхым, точнее с Сергеем Владимировичем будет ждать вас внизу в ресторане на бизнес -завтраке.
— Х-хорошо, — отчеканиваю я, как пионер и буквально захлопывание дверь.
На кой мне сдались эти бизнес завтраки?! Может никуда не ходить?
Но мой громко урчащий живот протестует. Мне приходится найти в чемодане приличную одежду - джинсы и кофту с декольте, уложить волосы в подобие пучка. Насыпав Тимке корм, я, наконец, выхожу из номера, старая не замечать умоляющего взгляда моего пса под названием «Только не оставляй меня с этим Мур-чащим кошмаром!»
Спускаясь на лифте я думаю о том, что обычно на бизнес-завтраках подают шампанское. Это мысль меня приободряет.
Но как только я захожу в зал, меня накрывает волна холодного ужаса….
_______________________
Ещё одна книга литмоба "Бывший мой"
Лариса Акулова
"Бывший. Мой новый"
https://litnet.com/shrt/O9Ls
Глава 8
28 декабря. Бизнес-завтрак. Состояние: как у зайца, которого выгнали на охоту волков и заставили улыбаться.
Шампанское. Единственная светлая мысль в моей темной, темной голове. Пузырьки, холодок, легкое головокружение, которое поможет забыть, что я сейчас переживаю самый жуткий провал с момента моего выступления на школьном утреннике в пятом классе, когда я забыла слова и простояла в костюме снежинки в гробовом молчании.
Я вхожу в ресторан отеля. Он пахнет кофе, дорогими духами и деньгами. И тут мой внутренний заяц, уже готовый к шампанскому, замирает в ужасе.
За столиком у окна сидит Кирилл Анатольевич и Сергей Владимирович. А между ними… пустое место. Моё. И это еще не все. Рядом с их столиком, буквально в двух метрах, за другим столиком, сидит Тимур.
Он уже не один. Рядом с ним — эффектная брюнетка в идеальном деловом костюме, она что-то живо обсуждает, показывая на планшет. Его клиент? Коллега? Та самая… Кэт? Нет, не может быть, он же говорил, она не приедет.
Тимур видит меня. Его взгляд скользит по мне, по моему «деловому» декольте, и в его глазах мелькает что-то нечитаемое. Может, насмешка? Может, паника, зеркальная моей?
Он едва заметно кивает и тут же отводит глаза, углубляясь в разговор.
Кирилл Анатольевич машет мне рукой, как тонущему. «Иди к нам, звезда!» — словно говорит его жест.
Я плыву к своему столику, чувствуя, как каждое движение дается с трудом. Кажется, все в зале смотрят на меня.
Вернее, смотрят на пятно от зубной пасты, которое я только что обнаружила на своем плече. Почему я его не заметила?! Потому что торопилась. Потому что вся моя жизнь проходит впопыхах и каждый раз замирает перед лицом неминуемого позора.
Я не знаю, что мне делать: попробовать стереть это чертово пятно на глазах у начальника и его золотого клиента. Или сделать вид, что всем в порядке.
Я высоко задираю голову, расправляю плечи до боли в них и подхожу к столику.
— А вот и наша Василиса! — гремит Кирилл Анатольевич. — Присаживайся, не стесняйся! Сергей Владимирович, вы только посмотрите, какая у нас перспективная сотрудница! Энергичная, целеустремленная!
Я падаю на стул, улыбаясь так широко, что у меня вот-вот сведет скулы. «Энергичная» после ночи на полу с чихуахуа. «Целеустремленная» с единственной целью — дотянуться до кофе. Или до бокальчика игристого. Второе даже лучше.
— Еще раз очень приятно, — говорю я, протягивая руку клиенту. Моя рука почему-то влажная. От ужаса.
— Взаимно, — отвечает он, пожимая ее с вежливой силой.
Его взгляд оценивающий. Он изучает меня, как новый проект.
— Кирилл много о вас рассказывал. Говорит, вы будете сегодня блистать с лекцией.
— О, да, — вступает босс. — Василиса у нас заряжает всю команду! Настоящий мотор! Мы ее даже с собакой на корпоратив привезли, вот как ценим! — Он смеется, как будто только что выдал гениальную шутку.
Я чувствую, как краснею. Сергей Владимирович поднимает бровь.
— Собакой? Необычно. Так вот, что вы прятали в номере? Любите животных?
— Обожаю, — выдавливаю я, думая о том, как бы сейчас обняла Тимку и пушистого демона вместе, лишь бы провалиться сквозь землю. — Они помогают… для душевного равновесия.
Официант приносит меню. Я автоматически ищу шампанское. Его нет. Только свежевыжатые соки, кофе, омлеты. Предатели.
— Я… кофе, пожалуйста. Черный. Крепкий, — говорю я, мой голос звучит так, будто я прошу яду.
Тимур, сидящий рядом, кашляет. Я не смотрю в его сторону, но вижу краем глаза, как он подносит ко рту стакан с водой.
Его спутница что-то говорит, и он кивает, но его поза кажется напряженной. Он нас слышит. Он слышит весь этот позорный спектакль.
— Так вот, о лекции, — Сергей Владимирович отхлебывает апельсиновый сок. — Мне интересна ваша методика мотивации. Кирилл говорит, у вас нестандартный подход.
Методика мотивации. Да, у меня есть методика. Она называется «Сделай это, иначе тебя уволят, и ты не сможешь кормить чихуахуа». Но вслух я говорю:
— Да, я считаю, важна личная вовлеченность. Когда каждый чувствует себя частью общего дела. — Господи, я несу ту же чушь, что и все.
Мой взгляд тем временем самопроизвольно скользит к Тимуру. Он теперь смотрит прямо на меня. В его глазах насмешка? Нет, это скорее что-то вроде… понимания? Или жалости? И от этого еще становится ещё тошнее.
— Отлично! — Кирилл Анатольевич хлопает по столу ладонью. — Вот это я люблю! Личную вовлеченность! Вот как Василиса вчера за рулем пять часов, с собакой, чтобы успеть! Это вовлеченность!
В этот момент официант подходит с моим кофе. Его поднос задевает край моего стула. Чашка подпрыгивает, и несколько капель горячего кофе выплескиваются мне прямо на светлую кофту. Прямо на место, где начинается декольте.
Я вскакиваю с тихим воплем. Все смотрят.
Тимур замирает. Его спутница смотрит с любопытством.
— Всё в порядке? — спрашивает Сергей Владимирович с вежливой тревогой.
— Да-да, ничего страшного! — говорю я, хватая салфетку и растирая коричневое пятно, которое от этого только становится больше. — Это… к счастью. Восточная примета.
Из-за соседнего столика раздается чей-то сдержанный смешок. Не Тимура. Его спутницы. Мне хочется исчезнуть.
— Я… мне нужно в номер, привести себя в порядок, — лепечу я. — Перед лекцией.
— Конечно, конечно! — бодро соглашается босс. — Беги, заряжайся! Мы на тебя рассчитываем! Попробуй оттереть пятно зубной пастой, которая у тебя на плече.
Я почти бегом выхожу из ресторана, чувствуя на спине тяжелые взгляды.
Пятно на груди расплывается, как клякса позора. Шампанское я так и не получила. Зато получила новый уровень унижения.
И только когда лифт закрывается, я понимаю. Я забыла свою сумочку. Там ключ от номера, телефон, все. И она там, на стуле, рядом с Тимуром, его брюнеткой и моим пролитым кофе.
Господи, а ведь день только начался.
____________
Приглашаю вас в еще одну новинку литмобы "Бывший мой"
Лайза Фокс
"Бывшие. Это секрет."
https://litnet.com/shrt/qE02
Глава 9
28 декабря. Утро. Состояние: пятнистое (в прямом смысле). Алкогольных единиц: 0. Горячих напитков, пролитых на себя: 1 (кофе). Потенциальных свидетелей моего позора: весь ресторан, включая бывшего с незнакомой брюнеткой.
Итак, я в лифте. Двери закрылись, оставив снаружи весь этот кошмар. У меня на кофте растекается коричневое пятно размером с маленькое блюдце. Или с моё пошатнувшееся самомнение. Оно теплое и влажное, как и мои глаза от ужаса осознания происходящего.
МОЯ СУМКА.
Осталась там. На стуле. Рядом с Тимуром. В ней всё: ключ от номера (где мой Тим, вероятно, отбивается от злобной кошки), телефон (единственная связь с внешним миром), помада (которая мне сейчас остро необходима, чтобы не выглядеть как призрак) и пачка салфеток (чтобы рыдать втихаря).
Лифт едет наверх. Куда? У меня же нет ключа! Я не могу вернуться в номер! Что мне там делать?
Я застряну в коридоре, в испачканной кофте, и меня заберёт охрана как подозрительную личность.
Я жму кнопку первого этажа. Лифт послушно едет вниз. Мне нужно вернуться. Взять сумку. Пережить ещё один раунод унижения.
План А: Быстро вбежать, схватить сумку, пробормотать «спасибопока» и исчезнуть.
План Б: Если сумку уже кто-то взял (о, Боже, вдруг Тимур?), сделать вид, что я просто вернулась вытереть лужу кофе со стула. Из благородства.
Двери лифта открываются. Я делаю глубокий вдох, как ныряльщик перед прыжком в ледяную воду, и выхожу.
Иду обратно к ресторану, пытаясь прикрыть пятно папкой с программой тимбилдинга (бесполезно).
Заглядываю внутрь.
Столик босса и клиента ПУСТ. УРА!
Они ушли! Но мой стул… тоже пуст.
Сумки нет.
Сердце падает куда-то в район коленок.
Я обвожу взглядом зал и вижу ТИМУРА.
Он один стоит у выхода из ресторана, разговаривая с официантом. И В ЕГО РУКАХ — моя сумочка! Та самая, с потертым уголком и смешным брелоком в виде чихуахуа. Ее не спутать ни с какой другой.
Он замечает меня.
Разговор с официантом заканчивается, а Тимур направляется ко мне. Каждый его шаг отдается в моей голове гулким стуком.
— Искала это? — спрашивает он, протягивая сумку.
Голос ровный, без эмоций. Но в уголках его глаз я вижу ту самую чёрточку — смесь иронии и едва сдерживаемого смеха.
— Да, — выдавливаю я, хватая сумку, будто она мой спасательный круг. — Спасибо. Я… я просто…
— Залилась кофе и совершила тактическое отступление, — заканчивает он за меня. — Видел. Зрелищно.
— Очень смешно, — бормочу я, чувствуя, как снова краснею. — Нет, я просто проводила эксперимент — можно ли оставлять свои вещи без присмотра в этом отеле. И пришла к выводу, что нельзя. А твоя… коллега? Клиентша? Куда делась?
— Пошла готовить презентацию, — говорит он, пожимая плечами. Его взгляд падает на моё пятно. — Тебе надо переодеться.
— О, спасибо, Кэптан Очевидность! — взрываюсь я. — А я и не догадалась! Я-то думала, это новый тренд — пятна под грудью!
Он вдруг ухмыляется. По-настоящему. Такая же знакомая, раздражающая ухмылка, от которой у меня когда-то ёкало сердце. А сейчас ёкает только желудок от голода.
— Все та же, Василиса. Все та же боевая, — говорит он. — Ладно, не кипятись. Иди, переодевайся. У тебя же через час лекция, звезда.
Он подслушивал мой разговор с начальником! Вот мерзавец!
Он произносит это «звезда» точно так же, как наш босс, но без ехидства. С какой-то… усталой теплотой? Или мне это кажется?
— А ты? — спрашиваю я, не зная, зачем вообще продолжаю этот разговор.
— А я пойду разбираться с администрацией насчет нашего общего жилья, — отвечает он. — Пока мы не устроили тут «Войну и мир» в одном номере с участием кота и собаки. Держи, — он суёт мне в руку ключ-карту. — Она лежала на столе, на том месте, где ты сидела.
Я смотрю на пластиковую карточку в своей руке, потом на него. Он уже поворачивается, чтобы уйти.
— Тимур, — вдруг вырывается у меня.
Он оборачивается.
— Спасибо. За сумку. И… за ключ.
Он просто кивает и уходит.
А я стою посреди вестибюля, с мокрым пятном на груди, с чужой ключ-картой в одной руке и своей сумкой в другой. В голове кавардак.
Он забрал мою забытую сумочку и мой ключ, чтобы отдать их мне. После всего. После ночного кошмара, после пьяного храпа, после телефонного разговора с Кэт.
И почему-то этот простой жест заставил меня понять одну простую вещь: день только начался, а я уже устала. Но, кажется, несмотря на все эти неурядицы, я ещё на плаву.
P.S. Вес: неизвестно, чувствую себя воздушным шариком, который вот-вот лопнет. Количество кризисов за утро: 3 (ночь с бывшим, бизнес-завтрак, потеря и обретение сумки). Шампанское всё еще не выпито. Это преступление.
Мне надо переодеться (как правильно заметил Тимур) и подготовиться к презентации (что ожидает от меня босс), но вместо этого я делаю резкий разворот и иду в противоположное направление от лифта — к бару рецепшена. Бокал шампанского мне сейчас нужнее всего перечисленного выше.
И конечно же, я даже не подозреваю, как сюрприз ждёт меня там…
____________
Встречайте еще одну новинку Литмоба "Бывший мой"
Элла Ми
"Это новогодний залет, бывший!"