Поцелуй Катрины

Глава 6. Гость и рыба через три дня начинают вонять.

Резной кулон, напоминающий Агаву, уютно устроился между пальцев и помогал сосредоточиться на главном. Я доверяла ему принимать за себя решения, потому что верила, в такие моменты именно мама советовала мне, как правильно поступить. Вот и сейчас, сидя у окна, я не знала, что делать, уехать с Сегундо в Испанию или остаться здесь с дедом?

Влюбленный мальчишка, он же сходит по мне с ума. Не отпускает от себя, крутится вокруг как заведенный, стараясь во всем угодить. Приглашает на танцы, провожает до дома. Мы с ним и целовались-то только один раз, а, кажется, что знаем друг друга всю жизнь. Но дед запрещаел мне с ним видеться, говорит, что оказывает на меня плохое влияние. Не понимаю, что это значит?

Мне только исполнилось восемнадцать лет и кажется, что я, так же как и Сегундо, влюбилась. Мы любили друг друга, и я верила в то, что он возьмет меня с собой в Барселону и рано или поздно сделает меня своей женой.

Внезапно чья-то тень показалась у окна, и перед моими глазами возник симпатичный молодой испанец. Его черные блестящие волосы переливались на солнце, а родинка над губой так и манила его поцеловать.

– Селестина пойдем на пляж! – Кареглазый юноша оказался у окна и потянулся ко мне как к солнцу, стараясь поцеловать. Сильные руки схватили меня за талию, но я отстранилась и скользнула к двери, подальше от навязчивого поклонника.

– Дед не разрешает с тобой видеться, говорит, что ты оказываешь на меня плохое влияние.

Сегундо недолго думая, залез через окно в комнату и присел на подоконник, скрестив загорелые руки на груди. Он играл мускулами под облегающей футболкой, и я сгорала от желания до него дотронуться. Он был настоящим красавцем и выбрал меня. На других девчонок даже и не смотрел, хотя красоток в нашем городке хватало, и они не сводили с него глаз, каждый раз оборачивались, когда мы шли вместе.

– Не понимаю, о чем говорит твой дед. Я не могу оказывать на тебя плохое влияние. Если подумать, я же идеальный мужчина, а ты идеальная девушка для меня. Послушай Селестина, – испанец приблизился ко мне, прижал к стене и зашептал, – не ломайся, пойдем сегодня вечером на танцы?

– О, Сегундо, не надо! Тебе пора уходить.

– Я сам решу когда надо, хорошо? О, моя горячая девочка, я не могу не смотреть на тебя, твои вишневые губы сводят меня с ума. – Коснувшись их языком, я задрожала. – Скажи мне…

– Что сказать? – Я еле стояла на ногах, возбуждение от его пухлых губ и хриплого голоса кружили голову и не давали думать.

– Ты мне нравишься, а я нравлюсь тебе, я же знаю. – Нежно целуя губы проводя языком по зубам, он забирал мою душу с собой, и я не сопротивлялась. – Скажи мне, то, что я хочу услышать!

– Я люблю тебя, Сегундо! – Я прижалась к мужчине своей мечты и обняла его за шею. Он целовал меня неистово, страстно и я верила в то, что он любит меня и никогда не оставит.

– Я хочу, чтобы ты знала, ты моя единственная! И я хочу тебя… здесь и сейчас.

– Нет! Мой дед скоро вернется. Нельзя!

– Как ты не понимаешь одного, отпуск моих родителей подходит к концу, и через неделю мы возвращаемся в Барселону.

– Я помню, милый! Но зачем же спешить, у нас вся жизнь впереди. И я так хочу, чтобы ты стал у меня первым.

– Первым? Да ладно, Селестина, ты, что ещё девочка? – Он удивленно посмотрел на меня и прижал к себе, словно я была его нераспустившимся цветком. – Ты такая красивая, горячая и ещё девственница. Я не верю. Неужели, ты никому не хотела отдаться и почувствовать внутри себя горячего мужчину.

– Что такое говоришь, бесстыдник! Я подарю себя только тому, кого полюблю всем сердцем. И это будешь ты.

– Горячая моя мексиканочка, от твоей аппетитной фигуры, у меня просто крышу сносит.

– Сегундо милый, а ты возьмешь меня с собой в Барселону?

– Мы с тобой потом об этом поговорим, хорошо. Иди, я тебя поцелую, ты же любишь меня, правда?

– Да… Конечно, не сомневайся в моих чувствах.

Сегундо поцеловал меня и застонал от удовольствия. Он начал с меня стягивать кофточку, целуя шею, переходил на грудь. Рычал и причмокивал.

– Нет, пожалуйста! Уходи Сегундо. Дедушка скоро должен приехать, не надо, чтобы он тебя здесь увидел!

– Нет! Запри дверь, я не могу сейчас уйти. Не прогоняй меня. Ты, что не чувствуешь, как я хочу тебя. – Он взял моё лицо в ладони и начал целовать, его язык грубо проникал в рот, исследуя меня и не давая вздохнуть.

– Сегундо… Послушай меня. Сегундо! – Я отошла от испанца, но он снова схватил меня за руки и дернул к себе, причинив боль. – А-а-а-а! Что ты делаешь?

– Селестина, отдайся мне. Сейчас! – Он схватил меня на руки и отнес к кровати, резко бросив на подушки, прыгнул на меня и начал снимать с себя футболку.

– Ты что творишь? Перестань!

Я пыталась вырваться, но мужчина, навалившийся на меня, не давал мне даже дёрнуться.

– Нет, не трогай меня. Я не хочу. Пожалуйста, оставь меня в покое. Сегундо! Я серьезно! Нет!

– Я буду нежным. Обещаю… – Он расстегнул пуговицу на джинсах и, не сводя с меня глаз, начал стягивать их с себя.

Где-то в глубине сознания, я услышала скрип открывающейся двери и неспешные шаги. Это были мои дедушка с бабушкой.

– Селестина, ты дома? – услышала я грубый голос моего деда.

Сегундо резко отстранился от меня и испуганно посмотрел в мои глаза.

– Ты закрыла дверь?

Я отрицательно помотала головой и усмехнулась.

– Тебе лучше бежать! Он сейчас сюда войдет и если увидит тебя, то схватится за ружьё.

Долго уговаривать испанца не пришлось, он выскочил из кровати и в ту же секунду нырнул в окно, так и не застегнув джинсы. Жаль, я тогда не видела, светил он своим прибором, убегая из моего дома, или все-таки хватило ума, привести себя в порядок. Слухи в нашем небольшом городке распространяются со скоростью падающего водопада.

На танцы, я тем вечером не пошла. Я всё ждала телефонного звонка от Сегундо, но так и не дождалась. А потом, у меня разболелась голова от злости на этого испанского паршивца. Это был первый раз, когда мне очень хотелось пришить мерзавца.

Через неделю Сегундо уехал, пообещав, что будет ждать меня в Барселоне. Я дала слово, что приеду к нему, как только закончу со всеми неотложными делами.

Поцеловав меня на прощание, он оставил свой адрес, написав его на дорогой салфетке номера гостиницы, в котором жил вместе с родителями.

Пару недель спустя, я собралась ехать к Сегундо в Барселону. Сколько бы меня не уговаривал дед, я не сдалась и осталась верна своему слову испанцу.

Тогда я ещё не знала, что это поездка изменит мою жизнь так сильно, что я больше никогда уже не буду той наивной девочкой, какой была, живя в доме у деда.

Оставляем этот слайд, он важный! Здесь Сегундо проявил себя как отъявленный засранец, недостойный даже упоминания в моих мемуарах.

Глава 7. От счастья в Калифорнию не убегают.

Я никогда не была заграницей и не подозревала, как это остаться совсем одной в незнакомом городе. Не зная нравов, я боялась почувствовать себя никому ненужной. Тысячи мыслей летали в моей голове, но самая важная была той, что я не могла поступить иначе. Мужчина мечты позвал за собой и я, бросив все и поругавшись с дедом, улетела в новую жизнь. Ничто не могло заставить меня изменить своего решения: ни уговоры бабули и добрых подруг, ни клятвы любви от безумного приставалы Карлоса. Ничто.

Бежать за мечтой и любовью к Сегундо, ведь он ждет меня в Барселоне и обещает жениться.

Взяв в руки затертую до дыр салфетку, я ещё раз прочитала адрес, мысленно произнесла его про себя и поцеловала, стараясь представить, в этот момент любимого. Вот он сидит в своем номере и пишет заветные слова. Это ли не любовь?

Самолету Мехико – Барселона оставалось лететь около пяти часов, половина пути была позади, и мне ничего не оставалось делать, как сидеть у иллюминатора, смотреть на пушистые облака и бесконечный океан, простирающийся где-то внизу.

Я водила рукой по стеклу и словно отодвигала облака, стараясь создать новые и новые фигуры. Вот это облако напоминает кулон в виде агавы, оставленный мне мамой. Я машинально дотронулась до шеи и не обнаружила его. Мурашки побежали по телу, и я снова дотронулась до шеи, потом заглянула под футболку, надеясь увидеть порвавшуюся цепочку, пусто. Провела рукой по длинным черным волосам, ничего. В глазах защипало, мамин счастливый кулон потерялся, и я не знала где он?

Привстав со своего места и пройдя через пару кресел, я заглянула на багажную полку и достала оттуда черную кожаную сумку. Забрав её с собой, села и начала искать любимое украшение, без которого никогда и никуда не ходила. Он был моим талисманом, оберегом, подсказывал правильные решения и напоминал о маме. Перерыв сумку я не нашла ничего полезного и ещё больше расстроилась. Слезы потекли из глаз, быстро схватив сумку, я сорвалась с места и побежала в туалет. Не видя никого и ничего, чуть не сбив в проходе бортпроводницу, я ворвалась в кабинку и закрыла за собой дверь. Опустившись на корточки, дала волю слезам и разрыдалась. Темные волосы падали на лицо и прилипали к мокрым щекам, слезы нещадно жгли глаза, спускались вниз и попадали на губы. Закрыв лицо руками, я села на пол, вытянула на сколько могла ноги и, вздрагивая всем телом, заплакала.

Воспоминания о красавице матери и кулоне, который не уберегла. О сильном отце, который не смог смириться со смертью любимой жены, став слабым и безвольным. О добром дедушке с бабушкой, которые любили меня несмотря на все выходки. О несравненной Мексике, жившей в горячем сердце и дававшей мне силу на подвиги и безумства – все это мысли сейчас кружились здесь в этом небольшом пространстве на высоте десяти тысячах километров.

– Мамочка, я обязательно найду кулон, я обещаю! Возможно, он остался дома, чтобы я однажды вернулась за ним к дедушке. Он же всегда оберегал меня от глупостей. Да ладно, какие глупости, о чем это ты, Селестина? – Я смотрела на себя в компактное зеркальце и видела черные от туши глаза, подтеки струйками скопились под ресницами и делали меня похожей на грустную панду.

В дверь постучали, и я вздрогнула от неожиданности.

– Минуточку, пожалуйста, я уже выхожу!

Быстро привела себя в порядок, смахнула остатки слез, шмыгнула носом и поправила выбившиеся волосы.

Глаза все ещё были красными, и я была похожа на вампира. Недовольно сморщилась от собственного отражения и пообещала себе больше не плакать. По крайней мере, в этом месяце. Схватив сумку, я вышла из туалета и пошла на свое место.

***

Плавно приземлившись на взлетно-посадочную полосу, самолет выполнил свою миссию и попрощался с нами. Испания встречала меня горячим солнцем и совершенно другим воздухом. Я пока только улавливала незнакомые мне ноты иронии и прохлады, смешанные с бурбонской ванилью и розовым перцем. Волнение капля за каплей накапливалась в моём сердце, и я точно знала, что скоро, возможно, даже завтра полюблю эту незнакомую страну всей душой.

Приехав на автобусе в центр Барселоны, я оцепенела от количества туристов с фотоаппаратами. Их лица светились счастьем и плавились от удовольствия. Столько красоты собрала Барселона, что моё сердце замирало от невероятных видов.

Как же я сейчас хотела, чтобы Сегундо был рядом и разделил со мной эту радость и красоту. Повертев головой по сторонам, словно в поисках любимого, который ушёл за мороженым я решила поскорее найти его адрес.

Порывшись в сумке, я нашла скомканную салфетку и прочитала адрес:

Av. del Litoral, 64, Barcelona, Spain.

С любовью, Сегундо.

Жаркое солнце палило нещадно, стоял полдень, и улицы начинали пустеть. Начиналась испанская сиеста и люди спешили покинуть улицу и укрыться в прохладных кафе, уютных ресторанчиках или перебраться поближе к морю.

– Сеньор, вы не подскажите, где находится этот дом? Сеньо-о-р! – Я взмахнула руками и отвернулась от неприветливого мужчины. – Наверно турист.

– Сеньорита, вы не поможете мне? Я бы хотела найти этот дом, номер 64. Прошу вас!

Молодая брюнетка остановилась, широко улыбнулась и посмотрела мне в глаза.

– Да, конечно! А вы откуда? Из другого города? Из Испании. У вас красивый акцент, но сразу чувствуется, что другой!

– Я из Мексики… ммм… из Акапулько.

– Точно! Обожаю Мексику, и мужчин мексиканских. Ох, хотела бы я поесть с ними хрустящую кесадилью с мясом, ммм, слюнки потекли, чувствуете?! А ещё станцевать Харабе Тапатио5 под звуки маракаса. Даже мурашки побежали по коже, посмотрите! – Она схватила меня за руку и приложила к своей, продолжая улыбаться белозубой улыбкой.

– Да, да! Я поняла, приезжайте как-нибудь к нам, мы любим гостей. – Я немного отстранилась, засмущавшись от такой темпераментной девушки, и убрала руки за спину. – Сеньорита, вы не знаете дом шестьдесят четыре по улице Av. del Litoral, где находится? Здесь?

– Хм… вы как раз стоите на улице Rambla del Poblenou, она пересекает Avinguda del Litoral и считается одной из самых популярных улиц нашего города. Здесь туристов ходит тьма тьмущая, потеряться можно в раз. Но зато она ведет на пляж к морю, и ещё здесь расположено несметное количество кафе и ресторанов. Вот если ты пойдешь туда…

– Стоп, стоп. Мне нужен дом шестьдесят четыре.

Молодая энергичная испанка продолжала что-то рассказывать, улыбаться и пританцовывать. Вот она жизнь полная удовольствий.

– Ладно, пойду сама поищу.

Я пошла вдоль улицы Rambla del Poblenou, смотря по сторонам, стараясь не пропустить нужную мне улицу. Дойдя до конца и выйдя на набережную, я повернула направо и увидела номер дома. Это был он, финиш моего путешествия. Листок с адресом выпал у меня из рук, подхваченный ветром, он летел к морю. Я стояла у дома, который и не был домом.

Это был популярный ресторан Can Fisher, и я не думаю, что мой любимый Сегундо жил в нем. Он соврал, подсунув визитку популярного ресторана, он просто хотел от меня отделаться.

Я огляделась по сторонам и поняла, что это не сон, я нахожусь за тысячу километров от родного дома, у меня нет денег и никого, кто мог бы помочь мне в чужом городе.

Сегундо здесь не было, вокруг шныряли испанцы и сотни туристов, они не обращали на меня внимания, и впервые в жизни я почувствовала себя невидимкой.

Кажется, именно в тот момент, я поняла, что моё детство закончилось. И от этого стало невероятно грустно.

Глава 8. Быть атомом не просто.

Сколько прошло времени с тех пор, как шасси мексиканского самолета коснулось земли Испании, я не знала. Я не проверяла на календаре дни и ночи, не отсчитывала секунды и минуты на часах. Ничего. Думала ли я о том, почему это произошло со мной?

Думала.

Каждый день.

Тогда в самолете, я дала себе зарок не плакать, и я сдержала обещание. Боль затаилась где-то в глубине души и иногда грызла меня, стачивая зубы и надрываясь от крика. Я позволяла ей такую роскошь, но только по ночам, когда была одна. Меня это даже забавляло – наблюдать и контролировать свою боль, то отодвигая, то приближая ее, наслаждаясь её агонией. Страдания заползали в моё сердце и незримыми щупальцами вытаскивали из него любовь.

После работы я приходила в свою маленькую комнатку, которую снимала недалеко от ресторана «Can Fisher». Да именно туда я и устроилась. Мне повезло, начинался туристический сезон и ресторану позарез нужны были официантки.

Просто необходимы! Мне так сказал менеджер.

Когда он узнал, что я только приехала, и мне негде жить, то предложил снять комнату его друга недалеко от ресторана. Естественно, вычел сумму аренды из моей будущей зарплаты, но это даже было неплохо для меня. Это означало, что весь туристический сезон я проведу на берегу моря, в потрясающем ресторане, где меня будут кормить вкусной паэльей с добавлением щепотки ароматного шафрана.

В свой выходной я наслаждалась Барселоной, ласковым морем и запахами апельсиновых деревьев. Тогда это было похоже на сказку, и я очень хотела верить, что эта сказка никогда не закончиться.

Мне было восемнадцать лет, но уже тогда знала, что все, что в моей жизни происходит неслучайно. Все не просто так, да и, как говорил дедушка:

– Вся наша жизнь, это выбор. Нужно только уметь сделать его таким, чтобы потом не жалеть о содеянном!

И я не жалела.

Ни минуты не сомневалось в своем решении. Пускай сейчас со мной не было маминого кулона, я знала, будь он со мной, сказал бы мне то же самоё.

Когда я только въехала в свою комнату, она выглядела очень просто и не презентабельно. Менеджер Лукас сказал, что до меня, здесь жил парень. Это все объясняло. Комната была достаточно чистой, но не совсем уютной. Слишком много мебели в таком маленьком помещении. Я решила избавиться от лишнего, неизвестно сколько бы мне пришлось здесь прожить.

Несомненный плюс моей комнаты был в том, что она была на первом этаже. Вы скажете, это разве плюс? Но в данном случае да! Так как комната находилась недалеко от ресторана, а ресторан рядом с набережной, то и дом, в котором, я собиралась жить, выходил прямиком на лазурное море. А моя комната окнами смотрела на пляж и водную гладь, и словно распахивала свои объятия закату и восходу каждое утро и вечер. Большое французское окно, с двумя распашными створками открывались на уютную террасу, где стояло плетеное кресло и резной белый столик. И это все принадлежало мне.

Вы не поверите, как только я увидела эту красоту, завизжала от счастья и начала пританцовывать от радости.

Лукас смотрел на меня и улыбался. Интересно, о чем он думал в этот момент?

После ухода Лукаса я сразу принялась за дело, необходимо было сделать много работы, перед тем, как я выйду вечером на смену.

Это была моя первая работа, и я не хотела, чтобы меня уволили. Возвращаться в Мексику, не добившись ничего в этой жизни, после того как я уехала оттуда, поругавшись с любимым дедушкой, было верх безумия и трусости. Самой важной задачей для меня сейчас было остаться на этой работе, и получить хоть какой-то опыт, чтобы потом двигаться дальше.

А вначале, необходимо было навести порядок в этой комнате.

Я открыла шкаф и обнаружила там постельное белье. Интересно, сколько оно тут пролежало? Хм… в стирку! Туда же полетели полотенца. Я открыла дверь в душевую и решила её проветрить, хоть она и была относительно чистая, помыть её не мешало бы. В тумбочке оказались чистящие средства, перчатки и губки.

То, что надо!

Мне очень не нравилось, что в комнате невозможно было дышать из-за большого количества мебели, поэтому я, недолго думая, пошла за помощью. Мне нужен был управляющий этого дома, и лучше, если это будет мужчина.

Мне снова повезло, я буквально притащила милого коротышку с небольшой лысиной на голове и черными усиками на лице, в свою комнату и попросила помочь убрать ненужную мебель.

В тот момент я поняла, как здорово быть красивой женщиной, стоило тебе улыбнуться, отбросить волосы назад и прикрыть глазки, мужчины тут же превращались в Супергероев, готовых совершить ради тебя любой подвиг.

– Слетать на Луну, пожалуйста! Вынести мебель – запросто! Приказывайте, госпожа! Может, вечером в кино?

– Я бы с радостью, такое предложение, но, к сожалению, сегодня я ужасно занята.

В мусор полетели два старых кресла, один шкаф, неработающий телевизор и качающийся стол со стулом. Туда же – странного цвета ковёр и прикроватная тумбочка. Все древнее и непригодное для использования. Когда управляющий ушел, оставив свой номер телефона и попросив меня о свидании, я зашла в комнату и вдохнула полной грудью. Теперь мне ничего не мешало, наслаждаться прекрасным видом и яркой испанской жизнью. А ведь она только начиналась, и я это очень хорошо понимала.

Мой первый рабочий вечер прошел идеально, я многому научилась, и меня даже похвалили. Со временем я начала получать неплохие чаевые и начала откладывать деньги. Каждый день я видела новых людей, которые приезжали в Барселону на день или два, на неделю или на всю жизнь. Город манил, привлекал и одаривал своей жгучей энергией и сексуальностью, возбуждал чувства, смешивал с сумасшедшим буйством красок, непокорностью и фантазией.

Осталось сделать одно дело, и оно оказалось не таким простым, как я думала в начале. Мне нужно было поговорить с дедушкой и все ему рассказать, но я жутко боялась этого разговора.

Я понимала, что чем дольше я оттягиваю этот важный разговор, тем тяжелее мне становится.

Чего я опасалась? Услышать недовольный голос деда и его нудные нравоучения, о том, что он предупреждал меня о Сегундо.

Нет, я боялась другого: расплакаться и потом долгими вечерами собирать себя по кусочкам. Осознать, что совершила ошибку и поехала за придурком Сегундо в Испанию. Меня все предупреждали, что здесь мне будет невероятно сложно, но кого я слушала? Бабуля ещё тогда сказала: “Испанец – последний проходимец и ехать за ним, значит спустить свою гордость в унитаз.” Она тоже была права.

А ещё я очень, просто невероятно, скучала по своим родным и бесшабашным друзьям. Услышав их голоса, я опасалась сорваться, все бросить и вернуться на родные берега моей Мексики.

Собравшись с силами, я все-таки решила позвонить дедуле. Телефон был у того самого управляющего, который помогал мне таскать вещи, как только я въехала в эту комнату. Улыбнувшись и согласившись выпить с ним кофе, он все-таки разрешил мне воспользоваться его стационарным телефоном.

– Дедуля, это Селестина.

– Я знал, что ты рано или поздно одумаешься. Внучка, ты когда возвращаться? – Добродушно произнес Антонио.

– Пока не собираюсь. Ты не представляешь, как мне здесь здорово.

– А, Сегундо с тобой? Дай ему трубку, скажу ему пару ласковых.

– Ой, дедуль, он сейчас на работе.

Услышав тяжелый вздох, я думала, что дед положит трубку и не захочет со мной больше разговаривать. А ещё я была уверена, что он не поверил моему вранью о Сегундо. У него всегда была потрясающая чуйка.

– Как ты, внучка?

– У меня все хорошо, вот только… мой кулон. Мне кажется, я его потеряла.

– Не потеряла, в ванной он. Ждет тебя, как и мы с бабушкой. Не теряйся милая, звони почаще. – Попрощался дедушка и положил трубку, прежде чем я успела сказать что-то еще.

О, мой любимый дедушка, как же я скучала по его бархатному голосу. После разговора я расплакалась, и весь вечер вытирала слезы из раскрасневшихся глаз. Удивительно, что кулон нашелся в ванной, видимо, он не собирался покидать Мексику, зная, что однажды я вернусь на родину моей матери, чтобы снова надеть его на шею!

Так прошел месяц моей работы в Барселоне, в ресторане «CanFisher» на улице Avinguda del Litoral и возвращаться в Мексику в ближайшее время, я точно не планировала. В этом городе было все, что меня привлекало, а ещё мне очень нужно было найти одного мерзавца, который обманул меня и бросил.

Но вот однажды, спустя два месяца моего пребывания в Барселоне, во время вечерней смены, я увидела его.

Человека, перевернувшего мою жизнь с ног на голову.

Глава 9. Лицо видим, а сердец не знаем.

– Селестина, девочка моя, неужели это ты?

Мужчина встал из-за своего столика и протянул ко мне огромные волосатые ручищи. На миг я опешила, потому что не поняла, кто это был? Словно этот человек был из другой жизни. Из параллельной вселенной, в которой мы любили друг друга, провожали закаты и встречали рассветы. А потом он уехал, обидел, обманул. Разбил моё сердце и выкинул осколки в море.

Это даже к лучшему, что мы наконец-то встретились. Я хотела сама его найти, но жизнь вновь преподнесла мне сюрприз и сыграла по моим правилам.

– Сегундо, мерзавец! – Вскрикнула я и осеклась.

Эмоции окатили меня как из холодного душа, и я замерла, ожидая реакции моего несостоявшегося любовника. Он двинулся ко мне, но я выкинула руку вперед.

– Остановись, не прикасайся ко мне!

Теперь, когда он был на расстоянии метра, меня, почему-то посетила странная мысль: любила ли я этого мужчину? Теперь даже и не знаю. Думаю, это была скорее страсть, гормоны или желание понять, что такое настоящая близость между мужчиной и женщиной и, испробовать для себя что-то новое. Словно мне не хватало адреналина в бурной мексиканской юности?

– Малышка, я так рад, что ты узнала меня! Ты не представляешь, как я скучал по тебе все это время? Селеста, ты мне веришь?!

– Ни капли.

Не слушая, Сегундо продолжал улыбаться и смотреть на меня. Руки его жестикулировали и всё пытались дотронуться до меня.

– Я наконец-то нашёл тебя, в этом ресторане. Кстати, а что ты здесь забыла?

– Сегундо, ты сейчас издеваешься надо мной, да? – Я закипала, теряя терпение и время на этого идиота. – Что я здесь делаю? В этом ресторане? Ты что не помнишь, как дал мне листок с адресом и написал: «С любовью, Сегундо»? Я же думала, что ты здесь живешь, в шестьдесят четвертом доме. А вместо тебя обнаружила это место. Долбанный рыбный ресторан на пляже. И тебя, – ткнула в его грудь пальцем, – здесь не было!