- -
- 100%
- +
Носора уяснили, что императрицу не убить из гиперружья, а между ними и сценой было много людей. К тому же пираты сразу оправились и атаковали их. А против массы народа не могло помочь ни одно оружие. Какими бы сильными ни были ибо-хирбю, но люди, навалившись толпой, не дали бы им пройти.
Третьим выстрелом из гиперружья носора проложили себе путь к отступлению. Было убито человек двадцать из экипажа «Брунки», прибежавших смотреть на императрицу. А ещё ибо-хирбю расплавили часть задней стены отсека, обеспечив себе путь к бегству.
Рею повезло. Его оттеснила прибывающая толпа, и он не попал под энергетическую струю гиперружья.
– Принц, спасай императрицу! – крикнул Рей, стараясь переорать гомон толпы, а сам начал расталкивать пиратов.
Оставаясь в человеческих обликах, носора поспешно ретировались к дыре в стене. Они угрожающе направляли стволы на людей, и никто не решался приблизиться к ним. Пираты хорошо разбирались в оружии и знали, что трейлянских энергонакопителей хватало на несколько залпов. Но сейчас никто не мог сказать, носора полностью разрядили батареи или ещё нет.
Рей заметил, что капитаны стреляли в преступников из бластеров и даже мини-арбалетов. Кто-то метнул ножи. Но диверсантов не остановило оружие, и они продолжали двигаться к выходу.
Рей был недалеко от носора и догнал их уже в галерее. Выбрав момент, когда диверсанты отвернулись, он ринулся в атаку. Ловкая подсечка сбила с ног ближайшего врага. Хотя метаморфы и были связаны с подпространством, но физические законы везде одинаковы.
Ибо-хирбю выронил гиперружьё и растянулся. Носора было непросто в критической ситуации удерживать маску, и его тело стало оплывать.
– Тахасурисы туа! – услышали люди рёв.
– Заберите оружие! – бросил Рей, запрыгнув на спину ибо-хирбю и стараясь передавить тому шею. Пираты мгновенно сориентировались, и гиперружьё исчезло.
Второй метаморф начал поворачиваться, наводя ствол на придавившего сородича человека.
Рука Рея чувствовала не твёрдую плоть, а киселеподобную массу, и он понял, что таким образом не убить носора. Требовалось срочно менять стратегию, но сперва избавиться от угрожавшего ему гиперружья.
Рей из лежачего положения сделал подсечку не успевшему развернуться ибо-хирбю. Одновременно он смог толкнуть метаморфа ногой на пиратов. От удара диверсант пошатнулся и люди, схватив носора за конечности, попытались обездвижить.
– Отберите ружьё! – заорал Рей, следя, чтобы диверсант не повернул ствол. Возможно, его спасла близость лежавшего под ним ибо-хирбю, так как выстрела не было.
Сразу несколько человек вцепились в гиперружьё и вывернули ствол из рук диверсанта. Казалось, метаморф проиграл. Но ибо-хирбю и не думал сдаваться. Больше не было смысла сохранять маску, и он, нарастив объём, сбросил людей.
То же самое делал и поваленный носора: трансформировался и, увеличившись в два раза, пытался освободиться.
В межмирье Рей увидел, что контуры ибо-хирбю значительно уменьшились. Метаморфы из подпространства частично переместили свою сущность в физическую реальность и сейчас выглядели жалкими подобиями себя, но сохраняли те же очертания.
Рей решил не откладывать и атаковал лежавшего под ним ибо-хирбю. Голубой энергетический луч мгновенно отчленил треугольное навершие метаморфа от цилиндрического тулова, и обе его части начали истаивать.
Рей поспешил вернуть сознание в физический мир, где развивались основные события. Почувствовав, что тело ибо-хирбю расплывается и больше не подаёт признаков жизни, он вскочил и бросился вслед за уходящим носора.
Метаморф увеличился раза в три и легко отбрасывал пытавшихся атаковать его людей. Пираты были неробкого десятка. Рей видел, как они нападали и выбивали из рук ибо-хирбю оружие, которое тот доставал из своих одежд. Но его силе люди не могли противостоять, и уже человек шесть лежали на полу мёртвые или в бессознательном состоянии.
Пираты видели: бороться с этим носора, всё равно, что наскакивать на танк. Получив серьёзный отпор, они расступились, прижимаясь к стенам коридора. А ибо-хирбю набирал скорость, намереваясь прорваться к выходу на другой ярус. Но путь внезапно преградил человек в чёрном. Ибо-хирбю не ожидал, что кто-то из людей посмеет бросить ему вызов, но чувствовал – это непростой боец.
Метаморф оценивающе смотрел на воина. Возможно, он ощутил в подпространстве гела. А трансформирующийся облик показал, что ибо-хирбю готовился к поединку.
Рей снова наведался в межмирье, поскольку метаморф мог атаковать и отсюда. Он сразу понял, почему ибо-хирбю остановился. Оказалось, его соплеменник был ещё жив, но, видимо, из-за отрезанной верхней части потерял способность защищаться. Этим воспользовался второй метаморф и впитал в себя останки сородича, заметно увеличив свои габариты.
Рей не мог в подпространстве атаковать ибо-хирбю, поскольку их разделяло приличное расстояние, и энергии гела не хватило бы мощности. Поэтому он поспешил вернуться в реальность. Рей понимал: победить метаморфа будет нелегко, а значит, и ему следовало подготовиться к поединку. К сожалению, повторить трюк в подпространстве уже не удастся. К тому же носора удвоил свою энергию за счёт соплеменника.
Метаморф увеличился и, изменив конфигурацию тела, стал едва не квадратным. Быстро завершив трансформацию, он двинулся к человеку.
Наблюдая за приближающимся чудовищем, Рей активировал комбинезон и принял боевую стойку. Пираты изумились, увидев, как он вмиг оброс лезвиями в ладонь длиной. Острые пики сейчас торчали на всех сочленениях – на локтях, пятках, коленях, бёдрах. Это была готовая вступить в бой машина для убийства.
Ибо-хирбю не пугало острое оружие, ведь он лишь частично обитал в этом мире, а не имевшее костей тело могло быстро залечить порезы. Значительно увеличившись в размерах, гигант вознамерился растоптать стоявшую на пути букашку и двинулся вперёд.
Рей физически не мог противостоять квадратному носора. А значит, его козырем была только скорость, и он закрутил боевую мельницу. Рей двигался быстро, избрав тактику многочисленных уколов: приблизившись к врагу, делал несколько ударов и мгновенно откатывался. Его руки, ноги и туловище стремительно мелькали, нанося противнику чувствительные порезы. А на гранях лезвий голубела энергия, не позволявшая ибо-хирбю восстанавливаться.
Нарвавшись на шипы, вспарывавшие кожу и причинявшие боль, носора был вынужден остановиться. На полу валялось несколько кусков его плоти. Они расплывались, и, по-видимому, метаморф уже не мог прирастить их к телу. Сам же он не нанёс юркому противнику ни одного удара.
Рей чувствовал, что долго не выдержит набранный темп. Ему требовалось отдохнуть. Нанеся врагу серию глубоких порезов, он отдалился от ибо-хирбю.
– Это же Катиручи! Прикончи носора! – Пираты узнали спасшего императрицу непобедимого бойца и принялись скандировать его имя.
Но Рей не обращал внимания на крики, а следил за противником.
Ибо-хирбю, по-видимому, ощутил себя загнанным зверем. Сородич погиб, вокруг было много людей, своё оружие он уже потерял, а путь на следующий ярус преграждал Катиручи.
Но ибо-хирбю не собирался отступать. Он рывком вытащил нож из кармана и метнул в человека. Рей вовремя заметил скрытое движение противника и успел отклониться. Клинок лишь скользнул по его комбезу. Второе лезвие пролетело чуть дальше и коснулось шеи стоявшего у стены пирата. Оно лишь оцарапало кожу, но мужчина сразу упал, а из его рта пошла кровь с пеной. Не вызывало сомнения – ножи были отравлены.
Нечестный приём взбесил Рея. А в такие моменты он сам становился монстром: его разум начинал полагаться на подсознание, а руки и ноги на телесную память.
Когда Рей снова ринулся на носора, тот стал хватать людей и бросать на противника. Возможно, у него начался адреналиновый (или что там течёт в жилах ибо-хирбю) всплеск, и он использовал для защиты свои резервы.
В коридоре были молодые тренированные мужчины – абордажники, охранявшие отсек, где проходила встреча капитанов. Когда носора бросал их, они группировались, а некоторые даже кувыркались, поэтому почти никто не получил серьёзных травм. А Рею приходилось уворачиваться от летевших тел, и его скорость заметно снизилась.
Он вспомнил Ашару. Ясновидящая ведь даже не заикнулась, какие ему предстояли испытания.
«Вправе ли я осуждать её? – пронеслось у него в голове. – Что изменилось бы, если бы узнал всё наперёд? Вряд ли это помогло бы мне, поскольку мысленно я постоянно возвращался бы к тому, что говорила Ашара, и отвлекался от боя. А так я сам принимаю решения».
– Качи, освободите коридор! – скомандовал Рей. – Вон с этой палубы!
Мужчины и сами видели, что лучше не приближаться к свирепому носора. Многие из них уже получили ранения, а некоторые были убиты.
По мере оттока народа становилось просторнее, и ибо-хирбю уже не швырялся людьми. Да и сам он устал. Какими бы носора ни обладал силами, но против законов природы не попрёшь.
Рей подкрепился брикетом и, когда галерея опустела, снова пошёл в наступление. Боевая мельница была эффективна, но приходилось затрачивать много усилий на постоянные прыжки и сальто, поэтому Рей настроился на другой вид единоборств. Он был предельно сосредоточен и внимательно следил за метаморфом. Его глаза подмечали каждое движение огромного тела ибо-хирбю, и потому успел заметить, как рука существа резко удлинилась в попытке ударить. Это был новый приём, но цели он не добился. Рей поднырнул и отсёк истончившуюся конечность врага.
Возможно, носора было очень больно, так как по ушам людей резанул изданный им высокий громкий звук. Либо так ибо-хирбю выразил досаду, а затем продолжил сражение.
Рею пришлось отступать.
Получив от Катиручи болезненные удары, ибо-хирбю решил изменить тактику. Трансформировать тело для носора не представляло сложности, и он стал осьминогом с множеством отростков, которыми беспрерывно атаковал человека.
Рей осознал, что метаморф зажимает его в угол коридора, где, по-видимому, собирался задушить. Само чудовище, постоянно теряя части тела, уменьшилось в габаритах и беспрерывно ревело противным высоким голосом. Отрезанные щупальца валялись на полу. Рей заметил, как ибо-хирбю пытался вобрать их, но, видимо, обожжённые энергией гела части его плоти уже не приживались.
Как опытный боец, Рей понимал всю опасность ситуации. А помочь могло лишь что-то неординарное. До конца галереи оставалось четыре шага, и отступать было уже нельзя.
Показав монстру спину, Рей разбежался и, оттолкнувшись ногой от стены, сделал в воздухе сальто. Он рассчитывал перелететь быстро приближавшегося носора и напасть сзади. Но ибо-хирбю разгадал его манёвр и остановился. Рей свалился на метаморфа. Мгновенно обхватив жертву щупальцами, носора заключил её в кокон своей плоти. Будь это обыкновенный человек, победа, безусловно, досталась бы ибо-хирбю, но йогрянин имел в арсенале убийственное оружие. Энергия гела проникала в тело врага, и тот истаивал, растекаясь густой массой. Носора быстро терял объём и не мог напрячься, чтобы раздавить человека. Завизжав от боли, он выпустил свою жертву и откатился.
Рею тоже досталось. После смертельных объятий чудовища у него всё болело. Сражение развивалось столь стремительно, что он не сориентировался и не успел поразить метаморфа в подпространстве. Теперь оставалось лишь сожалеть об упущенном шансе и продолжать бой.
По-видимому, ибо-хирбю понимал: Катиручи не даст ему уйти. Но и сдаться он не мог, поскольку не сомневался, что живым его не оставят. У носора снова были человеческие габариты, а черпать дополнительную энергию уже негде. Подпространственная часть метаморфа уменьшилась до минимума и больше не могла подпитывать физическую оболочку.
Ибо-хирбю извлёк из комбеза два длинных ножа, которые, возможно, оставлял для последнего боя. Он уже не рассчитывал на огромные мышцы и как опытный воин понимал: единственный шанс победить – нанизать человека на лезвие. Даже поцарапать было достаточно, чтобы яд завершил бой.
Расстояние между противниками неумолимо уменьшалось, и любая ошибка Катиручи могла стоить ему жизни.
Рей тоже понимал, какую игру затеял ибо-хирбю, и приготовился защищаться. Он выжидал, когда носора окажется рядом. Сейчас для него больше ничего не существовало, кроме двух приближавшихся смертельно опасных клинков. Возможно, носора уже не мог быстро трансформироваться и не пытался выбрасывать щупальца. Он неспешно приближался и, наверное, чувствовал себя хозяином положения, поскольку стоявший перед ним враг был безоружен, а лезвия человека хотя и причиняли боль, но не убивали.
Когда ибо-хирбю уже собрался всадить клинок в человека, Рей упал и сделал мощную подсечку. Носора не ожидал такого приёма и, выронив ножи, рухнул. Но метаморф мгновенно сгруппировался и навалился на человека. К счастью, ноги Рея остались свободны, и он торчащим из ступни лезвием нанёс ибо-хирбю удар в голову. Метаморф дико взвыл, и, возможно, от боли потеряв над собой контроль, перекатился на спину.
Освободившись, Рей мгновенно вскочил и принял стойку. Тело ныло от ударов и усталости, но его поддерживал боевой азарт. Он чувствовал: близился финал поединка.
Ибо-хирбю обхватил голову конечностями и ревел. Опасаясь подвоха, Рей осторожно подходил к носора, намереваясь добить того. Но едва он оказался на расстоянии вытянутой конечности, ибо-хирбю прыгнул на него.
Это был неожиданный манёвр, опрокинувший Рея на пол. А монстр издал победный рёв. Метаморф, видимо, не сомневался, что Катиручи обречён, поскольку его тело и все конечности оказались прижаты к полу. Ибо-хирбю осталось задушить человека, и победа будет за ним. А потом он мог делать на борту этого корабля что угодно, и люди уже не помешают.
Ничто не вызывает столько эмоций, как наблюдение за смертельным поединком. Люди напряжённо следили за ходом битвы, но не вмешивались. Когда же носора прыгнул на Катиручи, пираты бросились ему на помощь. Но ибо-хирбю мгновенно отрастил три новые конечности и мощными толчками откинул людей.
От удара головой Рей на мгновение потерял сознание. А когда очнулся, увидел над собой чудовище. Снова костлявые лапы смерти жадно тянулись к нему, но он не привык сдаваться.
Ибо-хирбю заметно слабел, и его конечности никак не могли надавить с достаточной силой, чтобы прикончить Катиручи. Падая, он напоролся на торчащие шипы, и теперь каждое движение отдавалось болью. А ещё голубая энергия воздействовала на него, по-видимому, как яд. Но, понимая важность момента, ибо-хирбю продолжал душить противника.
Рей видел в глазах носора торжество победы. Метаморф несколько медлил, прежде чем убить Катиручи, возможно, желая насладиться его страхом. Но ибо-хирбю ещё не сталкивался с йогрянином и не знал, на что тот способен.
– Прощай, – выдохнул Рей, а в следующий миг из его глаз ударила энергия. Это было настолько неестественно и пугающе, что носора невольно разжал свои конечности. В следующее мгновение ибо-хирбю безжизненно обмяк, а его плоть растеклась по полу.
Люди тоже были шокированы. Исходившая из глаз Катиручи энергия пугала их и вселяла мистический страх.
Заглянув в подпространство, Рей не обнаружил контуров ибо-хирбю. Сущность погибла. Удовлетворившись привычным видом геломест людей, он вернулся в тело.
Когда пульс успокоился, и выровнялось дыхание, Рей разжал кулак, и окутавшая ибо-хирбю энергия стала втягиваться в ладонь.
Он окинул взглядом коридор и через разрушенную стену заглянул в отсек. Напряжённая тишина вызывала тревогу. В широком фойе было всего несколько бойцов в тёмно-синих комбезах, настороженно смотревших на Катиручи. На полу в разных позах лежало с десяток тел. Некоторые люди шевелились, но пока никто не спешил к ним на помощь. Капитаны тоже стояли молча. Они из зала наблюдали небывалый поединок Катиручи с ибо-хирбю. Немногим выпадало такое увидеть, и теперь им будет что рассказывать до конца жизни.
Невозможно было спрогнозировать, как отреагируют люди, оправившись от шока и начав осмысливать произошедшее. Пираты вполне могли посчитать увиденное колдовством. А Рею было известно, что кое-где чародеев сжигали.
Он сел. Его избитое тело на каждое движение отзывалось болью. Поединок с ибо-хирбю так измотал, что едва хватало сил шевелиться. Но требовалось срочно уходить, пока пираты не одумались. Рей помнил слова абордажников Торпеды, мечтавших захватить его, и сейчас для них был подходящий момент.
Он осторожно поднялся и зафиксировал взгляд на поверженном ибо-хирбю, вернее, на останках существа. Сейчас там, где упал метаморф, было жирное серое пятно, от которого исходил зловонный химический запах. Нигде не было одежды поверженного врага, хотя Рей неоднократно кромсал его лезвиями. Значит, метаморф полностью формировал свой облик из собственной плоти.
– Катиручи! Катиручи! – принялись скандировать пираты. Сперва это были лишь разрозненные голоса, но постепенно всё больше людей вливалось в общий хор.
Рей не знал пиратские законы и не представлял, что от него ждали. Но сейчас ему было не до этих загадок. Опираясь на стену, он направился к ближайшему повороту галереи.
– Стой! Катиручи! Не уходи! – донёсся женский крик, перекрывший скандировавшие голоса.
Рей посмотрел на разрушенную сцену. Там, прижимая руки к груди, возле принца стояла Амадея.
Нет, оставаться ему было нельзя. Он чувствовал себя всё хуже, и каждый шаг самому казался подвигом. Но боец, победивший носора, не имел права показывать слабость, ведь он сегодня сделал то, что многим было не по силам. Отвернувшись от сцены, Рей двинулся дальше.
– Прости меня! – вновь раздался отчаянный крик Амадеи. Лишь глухой не услышал бы в её голосе мольбу.
Но Рей уже завернул за угол.
* * *Когда Ратан, прикрывший императрицу от нестерпимого жара, наконец, поднялся, Амадея сразу вскочила. Осмотр показал, что её платье местами обуглилось, зато тело не пострадало. У Кобьера обгорели волосы, но костюм был целым, даже несмотря на то, что энергетический поток из гиперружья оплавил часть сцены. Лишь сместились некоторые украшения на спине, по-видимому, из-за не выдержавших температуры крепёжных деталей.
Амадея пребывала в состоянии шока и отвлеклась от наполненного пиратами отсека. Но когда прозвучали голоса, выкрикивавшие «Катиручи», она словно очнулась. Ей было известно, кому СМИ дали такое имя, и уже не отрывала взгляда от поединка Рея с диверсантом. Она вспомнила тронный зал Алимли, где любимый так же сражался за неё.
– Катиручи! Катиручи! – орали пираты, когда поединок завершился.
Амадея тоже кричала. Она ни на секунду не сомневалась, что Рей победит любого, кто вознамерится ей угрожать, и была счастлива снова видеть его.
– Стой! Катиручи! Не уходи! – вырвалось у Амадеи, когда после сражения Рей шёл по коридору. Но он лишь взглянул в её сторону и продолжил свой путь.
«Ну почему судьба так жестока? – Отчаяние захватило Амадею, а сердце предсказывало, что больше не увидит Рея. – Снова уходит любимый мужчина, а я не могу остановить его».
Слёзы полились из девичьих глаз.
– Прости меня! – Это кричала её страдавшая душа. Амадея не видела ни смотревшего на неё принца, ни пиратов, всё ещё пребывавших под впечатлением от сражения. Девичью душу обжигала горечь утраты, а всё остальное сейчас было несущественно.
Глава 78
Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»
После поединка с ибо-хирбю избитое тело желало отдыха, и Рей, завернув за угол, остановился. Идти не было сил. Он проглотил брикет и сделал несколько дыхательных упражнений, позволивших организму быстро восстановиться. Хотелось пить, но в костюме не предусматривалась ёмкость для жидкости. Когда он скрылся из глаз пиратов, доносившиеся из отсека скандирования умолкли, и повисла приятная тишина.
Рей отдохнул и направился дальше. Ему предстояло вернуться на Хасикату, а значит, требовалось снова проникнуть в технологическую трубу и спуститься по лестнице на пятый уровень. Но оказалось, экипаж «Брунки» не желал отпускать Катиручи.
Рей услышал приближающийся топот бегущих людей. Окинув взглядом широкую галерею, он решил здесь принять бой. В узком коридоре сражаться было бы труднее, поскольку любого можно задавить массой. А тут имелось место для манёвра.
Рей развернулся и встал в боевую стойку, поскольку не сомневался в намерении приближающихся. Из-за поворота действительно вылетело шесть пиратов, но увидев приготовившегося к бою Катиручи, они остановились.
– Что вы хотели? – Рей грозно смотрел на притихших бойцов.
– Ты сам сдашься, или тебя сперва успокоить? – прохрипел мужчина, бородатое лицо которого украшали шрамы.
«Как встретили, так и провожают» – усмехнулся Рей мысленно. А вслух произнёс:
– Я вот думаю: мне вас убить или просто покалечить, чтобы головы лучше соображали?
– Ты не покинешь «Брунку»! – заявил пират, делая маленькие шажки в сторону Катиручи. Следовавшие за ним мужчины не отставали. – Ты расскажешь, где спрятал кораблик и отдашь комбез. Он мне пригодится.
Рей внимательно следил за движениями пиратов и уже понял их намерения – неспешно приблизиться и затем атаковать. Но опытный боец не собирался так глупо подставляться. У нападавших мог быть в руках баллончик с ядом, бластер, нож или ещё какое-то оружие, которое те хотели использовать для оглушения жертвы.
Рей развернулся и пошёл к ближайшему повороту коридора. Он уже проиграл в голове сценарий схватки и ждал нападения.
Пираты решили, что Катиручи бежит, и бросились следом, по-видимому, рассчитывая количеством задавить одного.
Рей отрастил лезвия на сочленениях комбеза. Если бы не вымотался в сражении с ибо-хирбю, то действовал бы иначе, но сейчас ему было не до игр.
Пираты совершили роковую ошибку. Им следовало сразу выстрелить в Катиручи сетью, и тогда смогли бы попытаться захватить его. Но по-видимому, у них не было абордажного снаряжения. А оружие, которое они несли, оказалось бесполезно.
События развивались по задуманному Реем сценарию. Повернув в следующий коридор, он сразу остановился и приготовился к атаке.
Пираты не заставили себя ждать. Первый выбежавший боец получил шип в горло. Зажав кровоточащую рану, мужчина уже не мог думать о сражении. Второй боец не успевал остановиться и даже не пытался защищаться, поскольку всё развивалось стремительно. Лезвие на ступне Рея впилось в лицо воина. Схватившись за рану, мужчина свалился подле товарища, пытавшегося остановить фонтанирующую кровь.
Четверо бойцов из пиратской команды держались чуть сзади, но это их не спасло. Выпрыгнув из-за угла, Рей сразу атаковал брункийцев. Его тело сделало оборот, и ноги в прыжке нанесли по удару ближайшим пиратам. Лезвие распороло одному лицо возле глаза, а другому горло. Побросав оружие, мужчины пытались остановить кровь. Порезы были неглубокие, и, в отличие от первых бойцов, уже не подававших признаков жизни, они могли уцелеть. Последующими двумя толчками Рей уронил пиратов на пол и устремился к оставшимся молодым воинам.
Бойцы пытались стрелять в Катиручи, но их бластеры бездействовали. Оторопевшие мужчины потеряли драгоценные секунды, и новые сильные удары завершили бой. Один абордажник приложился головой о стенку и вырубился. А последний, упав, видимо, ушибся и так и остался сидеть, потирая шею и макушку.
Рей развернулся, намереваясь покинуть коридор, и опять услышал быстрые шаги множества ног. Подходила ещё одна команда, и бойцы в ней, вероятно, были вооружены. Бросив последний взгляд на поверженных пиратов, Рей направился к следующему повороту. Здесь был настоящий лабиринт галерей, и он рассчитывал до прихода бойцов скрыться в трубе.
Но брункийцы неплохо знали свой корабль и быстро настигли Катиручи. Пятеро мужчин в чёрных комбезах были полны решимости схватить его. Бросив лишь один взгляд, Рей увидел в руках пиратов сетемёты. Это было опасно: если его спеленают, он уже ничего не сможет сделать. К тому же уставшее тело вряд ли способно выдержать ещё одно сражение, да и ноги стали подгибаться.
Остановившись, Рей повернулся к бойцам и положил палец на активатор защитного поля. А брункийцы выставили перед собой сетемёты и приготовились к сражению. Но им не повезло. Расширяющийся энергетический кокон врезался в мужчин. Уже выстрелившие сети полетели обратно и даже спеленали одного из бойцов. А затем всю команду отбросило в конец галереи, и, по-видимому, вырубило.
Этот раунд тоже остался за Катиручи. Но желающие захватить его могли продолжить охоту, уж слишком лакомым призом был он для пиратов.
Осмотревшись, Рей понял: в этом коридоре было его первое сражение с брункийцами, намеревавшимися захватить императрицу, а также принца с Катиручи. Это была довольно широкая галерея шести метров в длину. Абордажники с «Эрадона» хорошо потрудились: убрали тела убитых и затёрли пятна крови. Сейчас ничего не напоминало о предыдущей схватке.