Фальшивые боги. Часть 2. Трудный путь изгоя
- -
- 100%
- +
Снова мудрый Уэ пришёл на помощь. Взяв за руку, он заставил юношу развернуться и повёл за собой. По его знаку большие двери закрыли, и рёв толпы стих.
В огромном вестибюле Ойо увидел множество эониев. Но, в отличие от улицы, они стояли молча и строго смотрели на него. Юноша понял – здесь собрались управляющие планет СНМ. Грозные и величественные, они, казалось, обвиняюще взирали на него. Сыну постельничей было неловко чувствовать на себе взгляды этих надменных эониев, которые раньше даже не посмотрели бы в его сторону.
«Они узнали, что я устроил землетрясение? – в голове Ойо заметались панические мысли. – Проклятый Уэ специально вытащил меня из Эгеля для показательного суда. Но я так просто не дамся. Я принял волшебный Эхициум и сейчас могу что угодно сотворить с этими эониями».
– Обр Ойо, – в торжественной тиши огромного зала напыщенно прозвучал голос Уэ. – Разрешите представить вам управляющих Содружества…
Ойо разжал кулаки и расслабился. Всё не так плохо, как он думал. Но настроение упало. Уэ ещё что-то говорил, но юноша не слушал. Его не покидало ощущение пережитого страха из-за возможности раскрытия совершённого им преступления.
«Я должен защититься от суда, – крутилось у него в голове. – Но ведь я не могу убить всех эониев, как мать. А почему нет? Мне надо вернуться в Эгель. Там никто меня не достанет. Но сперва нужно пройти этот дурацкий ритуал, и тогда я буду делать всё, что захочу».
Уэ намеревался познакомить Ойо с первыми лицами СНМ. Остановившись напротив управляющего планетой Брт – Юэ, он поздоровался вежливым кивком и собрался произнести его полный титул. Но Ойо этот незнакомый старый эоний был неинтересен.
– Уэ, я хочу увидеть зал, где состоится церемония, – властно перебил юноша.
– Но…
– Мы идём или нет?! – рявкнул молодой эоний.
Зная капризный нрав Ойо, Уэ не стал настаивать на этикете. Ему не нужен был скандал накануне главной церемонии.
– Прошу сюда, – указал регент в сторону огромной двери в конце парадного вестибюля. Затем он обречённо вздохнул, обменялся понимающим взглядом с Юэ и, кивнув ему, поспешил за Ойо.
Не обращая внимания на высших государственных сановников, будущий трейм быстро прошагал сквозь толпу. Следовавший за ним Уэ кивками приветствовал коллег. А Ойо не обращал внимания на эониев и окружавшее его великолепие. Всё это ему было безразлично. Юношу гнал страх, и он рвался сбежать.
По знаку Уэ солдаты распахнули створки обитых золотыми картинами дверей. Невидящий взгляд Ойо скользнул по бойцам, но он их не увидел. Его внимание привлекло лицо стоявшего в толпе эония. В памяти юноши ожили некие эмоции, связанные с ним, и он вспомнил: это был солдат из дежурившего в Эгеле полка дядей. По приказу Ойо клоуна с угловатыми дугами над глазами отпинал другой боец, и затем он исчез из дворца. И вот тот самый ринк стоял в вестибюле.
«Что тут делает клоун, переодевшийся в гражданский костюм?» – удивился Ойо. Не останавливаясь, он прошёл в следующий зал, но в его душе поселилась тревога. Возможно, это было из-за убитых им дядей, которым служил клоун. Мать Дуа говорила: всё в мире взаимосвязано. Наверное, она была права, но Ойо не мог понять: как?
Зал церемоний потрясал красотой, и юноша отвлёкся от своих тревог. В высоту помещение в несколько раз превышало рост эония, а в длину и ширину оно казалось площадью, частично заставленной вазонами. Стены полностью укрывал зелёный лиственный ковёр, из-за чего возникало ощущение, будто попал в настоящий парк. Лишь на далёком потолке просматривалась великолепная отделка. Там была подвесная конструкция из квадратов с золотыми контурами, внутри которых размещались картины с подвигами треймов. Бросив на них взгляд, Ойо узнал сюжеты из тайной галереи Эгеля. Но его больше интересовала флора.
Огромные двери закрыли, и Зал погрузился в тишину. Ойо это понравилось, и он принялся осматривать вазоны с растениями.
Уэ наблюдал за парнем. Регент неоднократно пытался на пальцах разложить юному эонию некоторые истины. На что тот ответил: «Я рождён командовать. Народ должен слушаться трейма. Остальное меня не касается».
Ойо увлечённо бегал между вазонами и потому не заметил, как Уэ покинул зал. Он беседовал с растениями, будто с разумными существами. Для него не было ничего важнее цветов. Юноша узнавал каждый кустик по только ему известным признакам, здоровался с ними и рассказывал, как долетел. Ойо искал сломанные и повреждённые ветви, но ни один листик не пострадал во время переезда. (Уэ пригрозил садовникам, что оторвёт им головы, если хоть одно растение пострадает). Оставшись довольным осмотром, юноша направился на поиски исчезнувшего регента.
* * *Будущий трейм нашёл главу Совета управляющих в вестибюле. Не обращая внимания на присутствовавших там эониев, он потребовал у Уэ, будто у прислуги, чтобы переставили вазоны.
Побеседовав с управляющими планет, глава правительства объяснил им, что Ойо неустойчив в психическом отношении. В хрониках описывались подобные отклонения у треймов, не мешавшие им выполнять свои обязанности. К тому же сегодня здесь собралась огромная толпа. Объяснение удовлетворило руководителей Содружества, и им не осталось ничего иного, как терпеть выходки неадекватного персонажа, волей судьбы вознёсшегося на высший пост государства.
Уэ вызвал рабочих и вместе с Ойо вернулся в Зал церемоний. Он снова наблюдал за будущим треймом и поражался, насколько тот далёк от народа и политики, которой ему предстояло заниматься. Внимание Ойо всецело поглощали вездесущие сорняки, а ведь власть даётся не всем.
К своему удивлению, Уэ сейчас видел не трясущегося над кустиками ботана, а деспота, принявшегося безжалостно гонять садовников. Так открылась ещё одна грань характера эония, заставившая Уэ задуматься.
Он вспомнил бывших регентов. Ыу и Яэ слыли мудрыми политиками. Они фактически правили СНМ больше тридцати лет. Трейм Яуэ не вникал в тонкости экономической и хозяйственной деятельности государства, поскольку у него была иная функция. А принятие законов и контроль их исполнения лежал на братьях. За годы правления они буквально перевернули Бтрк, и планета вошла в эпоху процветания. Это отмечали все эонии.
Но не о том сейчас думал Уэ. Он вспомнил встречу в Фусси, после которой братья сбежали от него. Они не были глупцами, и лучше других видели истинное положение вещей. Уэ считал: регентами тогда двигало желание мести за уничтоженные земли, и потому, ослеплённые эмоциями, они решили убить племянника.
Для успокоения совести Уэ провёл тайное расследование в замке Эгель, но не нашёл улик против Ойо. А сейчас перед ним был эоний, способный на преступление.
В юноше словно уживалось несколько личностей. То он казался помешанным на растениях ботаном. Этот эоний боялся толпы и капризничал. Но сейчас Уэ видел деспота, безжалостно издевавшегося над рабочими. А вот эта личность была способна преступить закон.
«Так кого же я хочу привести к власти? – задумался регент. – А может, Ыу и Яэ раньше меня увидели гнилое нутро племянника и потому решили его устранить? Чем отольётся мне желание усадить на трон сына постельничей? Не делаю ли я роковой ошибки? Хотелось бы надеяться, что нет».
– Обр Ойо, здесь просто великолепно. – Воскликнул Уэ, когда ему надоело смотреть, как рабочие бесконечно переставляли тяжеленные вазоны.
– А я хочу, чтобы было ещё лучше! – воскликнул юноша и повернулся к садовникам. – Эй вы! Танцисты должны стоять здесь.
– Обр Ойо, – произнёс Уэ, когда уставшие работники уселись прямо на пол. – Я хочу представить вам управляющих планет Содружества.
– Зачем? – отмахнулся юноша. – Мне они не нужны. Если понадобится, я позову их.
– Но так положено по этикету…
– Вот и следуй ему, – парировал Ойо и снова занялся перестановкой вазонов.
Уэ ещё дважды пытался вытащить будущего трейма на церемонию знакомства с управляющими, но тот и слушать не хотел. А когда садовники, наконец, завершили перестановку, Ойо повернулся к Уэ.
– Я готов к церемонии, – не терпящим возражения голосом заявил юноша.
– Но, обр Ойо, торжества назначены на завтра. Сегодня у нас знакомства и репетиции.
– Ничего не желаю слушать! – выпалил тот. – Я хочу сейчас! Зови всех своих управляющих.
Кто бы знал, чего стоило Уэ держать себя в руках. Он не хотел портить взаимоотношения с Ойо и не мог изменить дату церемонии, официально назначенную на завтра. Но не зря же Уэ столько лет управлял планетой.
– Обр Ойо, – произнёс регент, – прибыли ещё не все растения. Оставшиеся привезут завтра утром.
Юноша обвёл взглядом зал, уже заставленный многочисленными вазонами. Лишь единственное помещение в правительственном дворце могло вместить столько.
– Да. Я вижу, – кивнул Ойо, закончив осмотр. – Но ты же сам сказал: невозможно весь парк доставить сюда. Поэтому я и выбирал наиболее красивые цветущие экземпляры.
– Верно, обр Ойо, я так и говорил, – согласился Уэ, довольный придуманным ходом. – Но сегодня, после нашего отбытия из Эгеля, садовники начали готовить к перевозке самые нежные и красивые цветы из парка.
При этих словах глаза Ойо расширились, и он с предвосхищением спросил:
– Экцисты?!
– Да, – солгал Уэ, не имевший понятия, о чём речь. А сам подумал, что необходимо срочно распорядиться о доставке.
– Когда они прибудут?
– Завтра утром.
– Хорошо, отложим церемонию, – согласился Ойо. – Но предупреди садовников: я их уничтожу, если что-нибудь случится с экцистами. А теперь я хочу отдохнуть. Да, Уэ, ты обещал альбомы с экзотическими растениями, чтобы я выбрал новые экземпляры для Эгеля.
– Они уже в ваших апартаментах. Но я хочу предложить вам провести беседы с чиновниками и послами, которые прибыли на ваш праздник со всех планет государства. Они специально готовились к этой встрече.
– А о чём мне с ними беседовать? – отмахнулся Ойо. – Я уверен: они ничего не смыслят в растениях. А значит, мне будет неинтересно. Поболтай с ними сам.
– Придётся, – вздохнул регент, хотя внутренне был рад такой позиции юноши. Глава Совета надеялся, что, прикрываясь именем трейма, станет проводить выгодную для себя политику, и уже предвкушал, как несметные богатства польются к нему рекой.
«Я мудро поступил, взяв под опеку этого царственного простофилю» – похвалил себя Уэ.
– Я устал, – пожаловался Ойо. – Веди меня в мои апартаменты.
Сегодня всё шло не по плану, но такова жизнь. Внутренне кипя, Уэ молча указал в сторону восточной двери, через которую можно выйти к лифтам.
Глава 28
Мировая Федерация. Звезда Нган. Планета Астуд. Крепость Тэ
Крепость Тэ, сложенная из мегалитических каменных блоков, наверное, выдержала немало осад с тех времён, когда заложили первый камень цитадели, а копья и мечи были главным оружием её давно почивших строителей. Но с каждым новым днём незаметно происходили изменения. Прежнее могущество таяло, и казавшееся незыблемым величие превратилось в прах. Это закон бытия: всё меняется – и обитатели, и нравы, и сама жизнь.
И вот, некогда мощная и неприступная цитадель, олицетворявшая власть, культуру и всё то, что составляло мечту построившего её народа, стала последним убежищем гонимых, нищих и просто бездельников. А жизнь ушла в иные места, которые также будут покинуты.
Тго сидел на широком парапете, венчавшим массивную оборонительную стену. Отсюда хорошо была видна цитадель со всеми её чудными постройками, и его любопытный взгляд бродил по узким улочкам, взбирался на башни и нырял на дно раскинувшейся внизу долины.
– Кого только не приносит дорога. Эй, мутант, ты откуда взялся? – донеслось слева.
Тго, с высоты разглядывавший древнюю крепость, повернул голову и посмотрел на любопытствующих. В пяти шагах от него стояло четверо нганцев. Одежда мешала их покрытым шерстью телам, и они её не носили. Густой мех парней ещё по-юношески блестел на солнце, зато все четыре руки бугрились накачанными мышцами. Похоже, от безделья они не знали чем заняться и искали развлечений. И ради этого даже не поленились забраться на стену. Но юнцы ошиблись с выбором объекта. Тго окинул их взглядом и отвернулся.
Он тоже скучал, но не приставал к незнакомцам, по опыту зная – будут проблемы. Жизнь давно научила его не высовываться. Но парни были ещё в процессе постижения этой мудрости. Тго не хотелось становиться их педагогом, и снова предался изучению цитадели.
Тэ возведена на вершине скалы и считалась неприступной, если только у захватчиков не росли крылья. Внутрь можно было попасть лишь по ветхому деревянному мосту через полуразрушенные восточные ворота. В плане крепости был пятиугольник, в каждом углу которого возвышалась башня. С внешней стороны от вершины стены до подножия крепостной горы было не менее сотни ростов Тго. У него захватывало дух, когда бросал взгляд в глубокое ущелье.
Тэ плотно застроена многоэтажными каменными зданиями, утратившими былую красоту. Лишь по сохранившимся декорам сейчас можно было представить великолепие города в период расцвета. Преобладавший в цитадели природный камень делал её светло-коричневой. Парковые зоны тут не предусматривались, и скудная зелень росла лишь на редких горизонтальных крышах. А мостовые, по-видимому, благодаря сильным ветрам, были начисто выметены.
– Хакаши глухой, – заявил ещё один нганец. Парни явно хотели зацепить чужака.
– А ещё невежлив, – поддакнул более низкий голос.
– Не, похоже, он бестолковый и даже языка не знает, – высказался четвёртый.
Юнцы стояли в ряд, перекрыв верхнюю плоскость крепостной стены, возвышавшейся над городом на три роста Тго. А сзади него была башня. Парни решили, что зажали мутанта, и ему некуда деться. Их фасеточные глаза нагло таращились, вспучиваясь над плоскостью лица. Тго знал – у нганцев это оскорбление. Так они ставили себя выше слабого противника и уже демонстративно почёсывали кулаки, предвкушая расправу над двуруким мутантом. Но тот не проявлял ожидаемого страха, что заставляло парней держаться настороже.
– Вонючего хакаши надо обучить культуре нганцев. Не то он так и отправится в свою выродскую резервацию, не зная, как вести себя в обществе, – прогундосил один из парней.
Слушая трёп молодняка, Тго лишь ухмылялся. А юнцы распалялись и орали всё новые оскорбления. Но, озадаченные невозмутимостью чужака, парни не рисковали приближаться.
– Хакаши ещё и слепой, – с издёвкой пробасил третий. – Надо прочистить ему все органы…
– Эй, молодёжь! Чего пристали к путнику? – раздался мощный рёв.
Тго повернулся к неожиданному заступнику. Огромный нганец с седой шерстью на теле появился из двери башни. По традиции своего рода он не носил одежду, но под линялым мехом хорошо угадывалась развитая мускулатура. Тго прикинул – старик ростом с него самого, а в ширину больше раза в три. По нганским меркам это был настоящий богатырь. Нижнюю пару рук он упёр в бока, а ладонью правой верхней козырьком прикрыл лицо от стоявшего в зените голубого солнца.
«Возможно, это бывший военный» – подумал Тго.
– Мы просто говорим, дядя Эг, – сказал кто-то из пацанов.
– Знаю я ваши беседы, – вновь раздался бас гиганта. А его нижние руки стали лениво разминать огромные кулаки. – Отстаньте от путника, не то вам же хуже будет. Или снова хотите получить мои подарки?
– Ладно, дядя Эг, – сказал один из парней. – Раз вы так говорите, то мы пойдём.
Юнцы спрыгнули на крышу дома, упиравшегося в крепостную стену. Всем своим видом они старались показать, что уходят только из уважения к возрасту Эга, а не боятся его кулаков. Вскоре молодцы спустились на мостовую и затерялись среди узеньких проулков древнего города.
Проводив банду взглядом, Тго обернулся к дяде Эгу. Тот по-прежнему стоял в дверном проёме и с плохо скрываемым интересом разглядывал незнакомца. Тго не стал благодарить его за оказанную услугу, да и нганцы не любили излишней щепетильности. А если бы дошло до кулаков, он и сам проучил бы назойливых молодцев.
– Эй! Тго, нас ждут! – донёсся снизу голос Араги.
– Иду! – отозвавшись, по примеру юнцов он сиганул на примыкавшую к крепостной стене крышу и вскоре присоединился к товарищу.
* * *Калейдоскоп жизни порой всё переворачивает и сводит тех, кто в иных обстоятельствах не сблизились бы. Инцидент на звездолёте йкутса познакомил Тго и бывшего офицера стражи Арагу, но, прежде чем они оказались на Астуде, им пришлось многое изменить как в своих приоритетах, так и в жизни.
После поединка хакаши с сулу, в салоне корабля «Ошма» царила гробовая тишина. Тго бродил по пустым коридорам в поисках Уюя, но так и не нашёл его. Вернувшись в Зал встреч, среди трупов он обнаружил живого воина и вытащил его к шлюзу. Туда же с нижней палубы Тго доставил и двух усыплённых солдат. Одного из них удалось разбудить. Боец сразу начал командовать, но Тго мастерским приёмом успокоил нганца и кое-как объяснил, что был ранен офицер. Воин немного знал эонийский и оказался сообразительным. Он быстро осознал пользу от сотрудничества с хакаши. Затем на корабле стражей они доставили Арагу на ближайшую планету Рагод, где того поместили в госпиталь.
Во время перелёта Тго начал понемногу изучать язык ШИ и рассказал младшему офицеру Понпо свою историю, а заодно наладил с ним отношения. Нганцы уважали силу и тех, кто им помогал. Оценив участие хакаши в спасении коллеги и в благодарность за содействие в расследовании инцидента на борту корабля йкутса, закончившегося гибелью сулу и их учителя, офицер закрыл глаза на прошлое мутанта. Но он сам был заинтересован в этом.
Понпо требовалось написать рапорт о миссии, но воин ничего не знал, поскольку проспал. По совету Тго боец изменил бортовые документы патрульного звездолёта. По их новой версии – нганцев вызвали сулу, что соответствовало фактам, но не для ареста мутанта, а из-за сумасшествия йкутса. Прибывшие воины пытались навести порядок, но Озо сперва убил учеников, а затем травмировал офицера Арагу. Второй солдат отряда стражей – Тотро попал случайным выстрелом в хозяина корабля и затем, получив сильный удар щупальцем, потерял сознание. Получилась довольно складная версия, в которой были учтены все нюансы.
В соответствии с ней после гибели йкутса Понпо направился на планету Рагод, чтобы доставить командира и коллегу в госпиталь. За верные действия во время инцидента нганец получил внеочередное звание старшего офицера и стал капитаном сторожевика. Под его командование поступил также Тотро. По странному стечению обстоятельств боец ничего не помнил о событиях на «Ошме» и не мог дать показания. Его амнезию списали на якобы полученный от йкутса сильный удар.
Понимая, что без Тго быстрая карьера не состоялась бы, нганец пожелал отблагодарить мутанта и сделал ему документы, позволявшие свободно перемещаться по Федерации. Теперь у Тго было официальное имя – Вишес Фуш, что на нганском значило – оказывающий услуги.
В день, когда ему выдали документы, Арагу выписали из госпиталя. К сожалению, тот стал калекой – охромел на левую ногу и лишился двух рук. Нижние конечности врачам пришлось ампутировать, чтобы спасти тело от начавшейся гангрены. Учитывая опыт и заслуги, командование галактических стражей предложило Араге остаться на службе, но с понижением в звании и переводом на другую должность. Бывший офицер хорошо знал, какие порядки царят в военной среде. Он не хотел стать посмешищем, и сам ушёл со службы по состоянию здоровья.
Между хакаши и бывшим стражем завязались товарищеские отношения. Тго не мог определить, что объединяло его с Арагой, но между ними не было неприязни. А нганец держался так, словно они давно знакомы.
Кстати, бывший страж не обвинял йогрянина за потерю нижних рук. Тго пытался обсудить это, но Арага резко оборвал его, сказав, что воспринимает произошедшее как неудачно сложившиеся обстоятельства. В среде нганцев был очень строгий отбор, и он не мог открыто признаться в поражении, ведь стражи всегда побеждают, а проигравшие умирают. К тому же у Араги было оправдание – не он тогда владел своим телом. Но нганец отказывался сражаться с Тго даже в тренировочном бою.
Так получилось, что у них обоих жизнь круто изменилась. Арага уволился со службы и ещё не решил, чем займётся. А Тго задался целью отыскать Уюя. Бывший офицер галактической стражи имел в собственности небольшой космолёт восьмой гражданской модели, рассчитанный на четверых пассажиров. Он предложил свою помощь новому товарищу, которому был обязан жизнью. А Тго не мог отказаться, поскольку не представлял, как продолжить поиски Уюя. Так началось их космическое путешествие.
Арага повёз товарища на родную планету Астуд. Он был уверен – именно там можно найти информацию о мире йкутсов, куда, вероятно, Озо отправил эония. За три стандартных месяца полёта они посетили ещё четыре узловые планеты. В Федерации выпускались карты межзвёздных маршрутов, по которым можно было долететь от одного обитаемого мира к другому, потому они так и назывались.
Оказалось, только Арага мог покидать корабль в порту, поскольку своими глазами Тго разительно отличался от граждан других народов Федерации. Несмотря на официально выданные документы, жители планеты Угва, на которую приземлились товарищи, поспешили донести на него стражам, рассчитывая получить награду за поимку хакаши. Только вмешательство Араги спасло тогда положение, и затем они сразу покинули космопорт. Поэтому на следующих трёх планетах Тго отсиживался на борту, а нганец отправлялся за информацией.
Но его поиски не увенчались успехом. Обычно за вопросы о вотчине йкутсов Арагу обзывали свихнувшимся чудаком. Эллипсоидов считали легендарными героями, избавившими Галактику от ужасных йогрян, и даже богами. А высшие силы, как известно, обитали не на планетах, а где-то вне этого мира.
* * *Уже в третий раз Арага вёл товарища на встречу с мудрецами крепости Тэ. В предыдущие два дня нганцы изучали Тго, брали кровь на исследование, расспрашивали о прошлом. Даже просили показать, как он испускает голубую дымку, которую называли энергией гелов. Было очевидно, что его проверяли.
– Арага, думаешь, мы получим у твоих земляков информацию о планете йкутсов? – спросил Тго, шагая рядом. За время путешествий он выучил разговорный язык ШИ, на котором общались нганцы, и теперь мог беседовать с товарищем. Правда, ему трудно давалось шипение, и потому из-за сильного акцента Арага порой плохо его понимал.
– Уверен, – отрубил бывший страж. – Мне надоело впустую бороздить космос. Я считаю: Астуд – единственный мир, где можно хоть что-то узнать.
– Было уже две встречи, но мы ничего полезного не услышали.
– Мудрецы осторожны, – раздражённо произнёс Арага. Ему не нравилось, когда Тго сомневался в его решениях.
Страж снял военный стальной костюм при увольнении и теперь, как и остальные нганцы, был обнажён. Хотя на широте крепости Тэ нежарко, благодаря шерстяному покрову местные жители чувствовали себя комфортно. Без металлической оболочки можно было увидеть развитую мускулатуру и множество шрамов, рассказывавших о боевом прошлом бывшего воина. Тго заметил, с каким почтением на товарища смотрели молодые нганцы, только собиравшиеся отправиться на службу, да и седовласые ветераны.
– Но откуда старики в полуразрушенной крепости могут знать координаты планеты йкутсов, если вся Галактика уверена, что это миф? – с сомнением произнёс йогрянин.
Арага осмотрелся, а убедившись в отсутствии чужих ушей, вполголоса сказал:
– Большинство рас почитают йкутсов богами. Поэтому не говори о них так громко и в подобном ключе. Религиозных фанатиков везде хватает.
– А здесь есть поклоняющаяся им секта?
– Похоже, ты ничего не понял, – вздохнул Арага и покачал головой. – Йкутсы – боги. Они правят Галактикой. Для нганца огромная честь быть стражем и служить им.
– Почему раньше не рассказывал? Я думал, ты ненавидишь этих вампиров.
Арага молча шёл по переулку, где стены можно было достать, просто разведя руки, и таких здесь большинство. Лишь свернув на более широкую улицу, нганец сказал:
– У каждого в жизни свой путь, но все мы ищем ответы на вопросы. А я знаю нечто сокровенное. Тго, пришло время рассказать, почему я привёз тебя сюда. В Тэ есть тайное общество. Мой отец состоял в нём, а от него и мне кое-что известно.
– А чем они занимаются?
– Собирают и хранят древние рукописи. Их архивы значительно старше общества, поэтому я считаю – лишь здесь мы сможем получить информацию. Благодаря рассказам отца, я распознал в тебе йогрянина. А потом и йкутс подтвердил…
– Мне повезло, – усмехнулся Тго, – иначе ты сразу расстрелял бы меня. Кстати, я ещё помню, как воняла сгоревшая обшивка на корабле йкутса. Полагаю, то был, так сказать, дружеский нганский привет мутанту.
– Я бы не убил тебя, – не среагировал Арага на шутку. Сегодня он был не в настроении. – Во-первых, я не считаю йогрян злом, как проповедуют йкутсы. А во-вторых, у меня не было полномочий на крайние меры. В соответствии с протоколом отряду следовало арестовать хакаши. Но когда мутант не сдался, пришлось действовать по особой инструкции. Конечно, ты нас раззадорил своей непробиваемостью, поэтому мы немного поразвлекались и отошли от стандартной модели задержания. Хоть что-то да должно было тебя достать.