Если твоя вторая половина – Джин

1 глава

Никогда не стоит себя «ломать». Если Вам очень хочется курить – курите, говорить – говорите, сидеть на грязном полу – добро пожаловать!

Он сидел на холодном грязном полу, курил дорогую сигару, пуская слюни от удовольствия на лестничную площадку.

Курить для людей, конечно, дело вредное, хотя и обычное. Но для собаки…

Увы, он курил. Правда, если подумать, это совсем и неправдоподобно, но отказаться от хорошей сигары перед рассветом – было не в его силах.

Да, да! Это был тот самый бульдог, который отослал Светлану домой спать. Он тяжело вздыхал. Что же тут поделаешь? Его любовь к странной особе, живущей за дверью, находящейся сейчас рядом, была безответна. Да и какого ответа может ждать морщинистая, гавкающая рожа?

Он редко решался говорить на человеческом языке в этом виде, ещё и с ней. Только в крайнем случае.

Вот, вчера заговорил. И что? Как бы его любимая не попала в дурдом после таких разговорчиков.

Надо уходить. Пусть думает – приснилось, показалось, или что ещё…

«Круглое место» с куцым хвостом «покрутилось» вон из подъезда.

Свернув в глухой переулок, Буля (так проще его величать) растворился в утреннем, оседающем на брусчатку смоге, смешанном с городским туманом. Если бы кто-нибудь последовал сейчас за этим животным, то очень удивился бы его моментальному исчезновению, и любые поиски собаки были бы напрасны. Никто из здравомыслящих людей не стал бы заглядывать в большой грязный мусорный контейнер. Но и заглянув, всё равно никого бы не нашёл.

Бульдог не спеша спускался по пыльным ступеням прохода в Акрест. Так называли мир людей в мире Були. Он шёл и думал: «В последнее время что-то часто всё стало соединяться, перемешиваться. Люди Акреста всё больше и больше привлекают нас своей простотой и сложностью одновременно.

В нашем мире всё доступно, просто. Без осложнений в элементарных вещах. Живи и радуйся.

Так нет же! Почему-то и меня, и Кирилла, и ещё некоторых из нас, «хлебом не корми», а дай попасть туда, помочь людишкам, даже просто побыть среди них…»

Буля даже не заметил, как попал в зону трансформации, задумавшись о странностях последних событий, чувств и нынешнего времени.

Рыжий «ёжик» на голове трансформировавшегося светился позолотой. Мускулистые руки и ноги почувствовали прохладу, лишившись шерстяного покрова. Но лишь вплотную приблизившись к камере хранения, Буля, который на самом деле был Бориславом, вздрогнул, открыв свой именной ящик. В ящике ровным счётом ничего не было, если не считать старого окурка.

Борислав оглянулся, точно ища помощи. Не мог же он выйти отсюда в чём мать родила.

В другом конце коридора послышался знакомый смех.

– Кирилл! Ты обалдел? Надеюсь, ты без Любаши?

– Без, – послышалось в ответ. – А, что? Слабо нудистом пройтись?

– Слабо, слабо, – соглашаясь, ответил Борик, – давай сюда вещи, юморист!

– Не понимаю, Борик, зачем ты всё так усложняешь? У тебя же никаких шансов со Светкой в собачьем обличии.

– Ну… Я её боюсь, – ответил молодой человек, одеваясь.

– Что?

– Боюсь, боюсь, боюсь. Твоя Люба вон – тихая, мирная. А Светлану ты слышал?

– Так на фиг тебе такая?

– Не скажу, – ухмыльнулся Борислав.

– Ну, ну… Тебя что ли тоже женить хотят?

– Да. Родители Магду сватают.

– А за меня – Рогнеду. А ты её видел? Они же, вся их семья, «чистородные» в пятом поколении. У неё третий глаз на лбу и руки волосатые, и ещё столько всяких «прелестей», что дурно становится от одной мысли об этом… Фу!

– Да. Женщины в семьях джинов давно красотой не блещут…

– Так что нужно всё менять. «Новая кровь» требуется.

– Да разве нашим Староджинам объяснишь?!

– Не поймут, значит совсем в Акрест останусь. – Пробурчал Борик.

– И ты готов через какие-то там пятьдесят лет умереть?

– Вообще, я думаю, что до этого дело не дойдёт… А вот согласится ли Люба прожить с тобой такую длинную по человеческим параметрам жизнь – три, четыре, а то и на много больше, тысяч лет? А если ты ей надоешь и она уйдёт к другому, как у людей случается. У нас, если, конечно, её примут, мужики на руках такую красавицу носить будут. Рожи-то вокруг них какие! Как тебе такой поворот?

– Это уж точно! Правда… Она всего лишь человек и никогда не станет сильной джинной, такой, как, если бы она ею родилась.

– С этим можно, конечно, и поспорить. Но при чём тут это?

– А при том, что не каждый захочет связываться с полуджинной… И вообще, не пугай меня. Не уйдёт она. Как раз люди очень даже способны на сильные чувства. Если любят, то любят, ненавидят, так смертельно. У них женщины могут оплакивать мужчин всю жизнь!

– А мужчины?

– Кто их знает. Мне на них не жениться… Встречал несколько. Пьющие, гады. Курящие.

– Ну, началось! Камень в мой огород.

2 глава

Светлана с утра решила идти устраиваться на работу. Половину ночи ей мерещился хитро улыбающийся бульдог, летающий в кабинке лифта в обнимку с очкастым кактусом. При чём тут кактус во сне она никак не могла понять. Просто так приснилось – и все.

Проснулась она в страшной панике.

– Досиделась в одиночестве. – бормотала она себе под нос, собираясь. – Так я скоро совсем дурочкой стану. Нужно общаться с людьми. Пойду, поброжу, поищу работу. Подышу, наконец, воздухом, а то… Ну, надо же такому привидеться?! Говорящая Собака! Собака? Да, собака. Господи, Я сошла с ума.

Проходя к выходу мимо зеркала в прихожей, Светлана глянула в него.

– Тьфу! Сумасшедшая! – возмущённо плюнула она на увиденное и выскочила вон.

К лифту подойти на этот раз побоялась. Буквально прокралась мимо него. Не дай Бог, проглотит вместе с потрохами.

На лестнице опасливо оглянулась, боясь снова увидеть говорящего пса. Но там никого не было, кроме окурка сигары, брошенного ниже на ступеньках. И «полетела» стремглав по лестнице, как в детстве, перескакивая через несколько ступенек, вниз.

На улице женщина окончательно уверовала, что вчерашнее безобразие с говорящей собакой ей просто приснилось. Ведь в жизни такого не бывает, а значит и не было.

Навстречу шла Люба с большим домашним цветком в горшке Улыбаясь, поздоровалась с нею.

Свете очень хотелось расспросить соседку о ее новом ухажере, но последние капли воспитания, которые еще не растворились в ужасе добровольного домашнего затворничества, удерживали женщину от поступка.

Любаша внезапно сама обратилась к Свете:

– Слышишь, Свет – сказала она, – Мой хозяин, точнее хозяин магазина, где я работаю, решил «расширяться» и, кроме растений в горшках, продавать ещё и срезанные цветы. Ты не хочешь попробовать поработать продавцом цветов?

– Я?

– Да. А что тут сложного? Работать мы с тобой будем рядом, если что-то покажется сложным, то я с удовольствием помогу: букетики составлять, цветочки перебрать.

– Хорошо. Я всё равно как раз ищу работу, хожу вот тут…

– Тогда пойдём, я отнесу домой этот цветок, и мы сходим, поговорим по поводу работы с моим начальством, Они зашли в подъезд и подошли к лифту. Светка посмотрела на его двери с нескрываемым ужасом. Любаша, увидев реакцию соседки, спокойно проговорила:

– Не бойся. Без Кирилла я не могу это делать. Так что поедем, как нормальные люди.

– А Кирилл что? Он – не нормальный?

– Ну, скажем. Не совсем. Он… он… фокусник. Ладно поехали.

– Слава Богу! А то: вы – улетели, испарились, а тут собака – указывает, что мне делать…

– Какая собака? – поинтересовалась Люба.

– Бульдог. Рыжий, слюнявый. Жуть! Он мне всю ночь снился.

– А! Так собака – сон?

– Собака – сон… Сон…

Они доехали до шестого этажа, вышли. А Света еще думала о чем-то своём.

– Заходи. Кофе сейчас выпьем и пойдём, – пригласила к себе Люба соседку.

3 глава

На работу, хозяин цветочного магазина, Сергей Сергеевич Светлану взял, но с условием, что она постарается быть с покупателями пообщительней.

Боже мой! Если бы он знал о том, кого и о чём просил!! Но в тот момент, глядя на Светлану, невозможно было догадаться об истинных особенностях её характера. Потому что девушка вся оцепенела от увиденного.

На полке в отделе, где торговала Люба, стоял кактус.

Сейчас иногда маленькие кактусы в специальных магазинах украшают для привлекательности, то глазками, то носиком с губами, то шляпою… А этот кактус внимательно смотрел голубыми пуговками-глазками на Светлану сквозь очки. Ну, точь-в-точь такой же, как в её странном сне. Поэтому в тот момент Света могла только кивать головой, соглашаясь со всем на свете. Сейчас ее, наверняка, можно было нанять даже добровольным донором здоровых зубов. Она не сводила своих близоруких глаз с растения.

В конце концов, начальник попросил паспорт у новопринятой работницы и пригласил её к себе в кабинет. Там они составили договор и скрепили его подписями и печатью. Затем Сергей Сергеевич, спрятав документ в сейф, вместе со Светланой вернулись в Любин отдел.

Попрощавшись с девушками владелец магазина вышел из помещения и скрылся из вида.

Как только начальник ушёл, из-за угла дома появился Кирилл и направился в цветочный магазин.

– Привет Люба! Я так и подумал, что ты здесь.

О! Какие люди – заметил он обернувшуюся к нему Свету с округлившимися глазами.

– Здравствуй Светлана!

Но та молчала как партизан, продолжая коситься на очкастый кактус.

– Любочка! Я по тебе уже соскучился. Как тут у тебя дела?

– Нормально. Вот Света сегодня устроилась на работу в наш магазин. Будет работать в отделе срезанных цветов.

Покупателей у Любы в отделе сегодня совсем не было и не предвиделось. А в отдел срезанных цветов товар ещё не завезли. И поэтому они решили плюнуть на работу и закрыть магазин.

По дороге домой Света «оклемалась» немного и даже с удовольствием пригласила соседей, то есть Любу с Кириллом, «обмыть» её новую работу. Решили собраться у Светы в восемь часов вечера.

Весь оставшийся день Светлана крутилась по дому, наводя порядок в своей «берлоге», в которой уже довольно долгое время не принимала посторонних людей. Родители приходили, ругали за хлам, и уходили несолоно хлебавши.

Теперь же пришлось прикладывать немалые усилия, чтобы жилище стало более-менее прилично выглядеть. Особенно трудно было Свете собрать всю посуду по квартире, в которой она ела, а потом засовывала, то под кровать, то рядом с креслом в зале, то у телевизора на столике. Вилки, чайные ложечки, чашечки из-под кофе, тарелочка с недоеденными засохшими бутербродами, вазочки с грудой конфетных фантиков. И много неожиданностей, типа банки с открытыми консервированными помидорчиками маминой засолки, и забытыми на подоконнике. Или вездесущих палочек от «чупа-чупсов». А ещё хуже, сами недоеденные конфеты, прилипшие то к одному месту, то к другому.

Когда уборка подошла к концу, Света ненавидела себя больше, чем советский человек фашистов. Она даже не замечала того, что столько всего накопилось. Развалившись в любимом кресле, девушка заулыбалась мысли о том, какая же она свинья. И чего тут только не нашлось. Не хватает разве что новогодней ёлки. Но ёлки не было, просто потому, что в этом году Света её не ставила. Вместо живой ели или сосёнки в этом году девушка наряжала алое.

А чем не новогоднее дерево? И выносить не надо после праздника, и хвоя не осыпается. Тоже колючее и зелёное. И смотрелось очень даже симпатично. Особенно когда гирлянду вокруг повесила.

Света осмотрелась вокруг и удовлетворённо выдохнула. Всё было готово к приходу гостей.

Ровно в указанное время в дверь позвонили. На пороге стояли гости. Но это было вечером, а пока…

4 глава

Люба долго думала, что же принести в подарок соседке.

Пока не было дома Кирилла, который после обеда ушёл по делам она приготовила тортик, а также лёгкий ужин, и села отдохнуть. Вот тут девушка только и вспомнила, что соседка не могла оторвать глаз от чудного кактуса в магазине.

– Смешная эта Света. То орёт, как сумасшедшая, то становится такой пугливой и тихой. Ей точно кактус из моего отдела по душе. Так любовалась им, так любовалась! А даже сколько стоит постеснялась спросить. Но я то приметила, как соседка глаз не сводила с этой глазастой колючки. Сделаю-ка ей сюрприз! Точно будет рада такому подарочку! Хоть будет кому её ждать после работы – усмехнулась Люба.

Лёгкая на подъём, девушка помчалась за сюрпризом для Светы. Хорошо, что ключи от магазина всегда были у неё. Поэтому, добравшись быстренько до работы, Люба без проблем вошла в магазин и аккуратно упаковала очкастое чудовище в подарочный кулёк – сюрприз был готов…

– Вот радости-то будет Светке!

А Кирилл в это время уговаривал Борислава посетить Акрест в нормальном человеческом виде.

– Ну Борик, ну чего ты?! Зайдём к Любе, наедимся вкуснятинки. Она отлично готовит! А дальше – иди куда душе угодно…

– Ходить рядом с квартирой Светланы в таком виде?

– Ну и что? У тебя что, на лбу написано, что ты… не такой как они? Почему ты боишься без трансформации попадать в мир людей? Сколько работаю здесь, и никто не замечает разницы. Да её и нет. Внешне, по крайней мере.

– А если Света увидит?

– Ну и что? Пинка же не даст! Ты же не собака. И, вот ответь мне, она что тебя знает внешне?

Кирилл смеялся над товарищем, не скрывая, что для него проблема Борика – анекдот.

Если бы Борислав знал, что друг собирается повести его в гости к Светлане, то точно бы сразу упал в обморок.

Неожиданный поход в гости давал возможность познакомить нерешительного друга с женщиной его мечты. Предложение Кирилла застала Борика врасплох. С большим трудом, но он согласился отправиться к Любе на ужин в человеческом обличии, даже не подозревая о сюрпризе, который готовили друзья.

Попав к Любе и услышав, что им предстоит, он сначала остолбенел, а затем стал возмущённо выговаривать Кириллу.

– Не-е, я больше ни к кому в гости идти не собираюсь. Я возвращаюсь домой.

– Что же ты такой трус. Она же просто девушка, и не кусается.

– Точно не кусается? – улыбнулся Борислав.

– Точно-точно! – вмешалась Люба, и стала убеждать его, что ничего страшного в том, что их – трое. Это даже лучше – веселее будет. Ей ведь и в голову не могла прийти проблема Борислава. А проблема была чисто психологическая. Парень очень боялся не понравиться бойкой девушке. Ведь он рыжий!

Когда-то в школе все ребята смеялись над его рыжей шевелюрой и веснушками, и избегали его. Став взрослым, он так и не избавился от этого страха, быть отвергнутым просто из-за цвета волос.

В результате подумав, пошептавшись между собой, мужчины решили: Борик вернётся, станет Булей, снова пройдёт в Акрест и его возьмут с собой в гости как собаку Кирилла. Только на это Борислав и согласился.

Сказали Любе… Честно говоря, её удивить уже было трудно, но смеялась – до упаду. Борик боялся Светку, как огня!

– Но раз решили – делайте. – Ага! Так вот что за собака говорила с соседкой, – сказала тихонько, сама себе Любаша, – неудивительно, что Свете не по себе. Бедная она, бедная.

5 глава

…На пороге стояли гости.

Светлана, сияя, как новогодняя гирлянда, пригласила их войти.

– Извини, Свет, я со своей собакой. Можно? – спросил Кирилл и пропустил вперёд моргающего от страха перед встречей с хозяйкой квартиры, Булю,

Света увидев бульдога оцепенела.

Зашедшая следом Любаша со словами:

– Сюрприз – достала из-за спины маленький очкастый кактус.

И все: обморок явился к Светке незамедлительно и без приглашения. Только что сияющая девушка обмякла и свалилась без сознания на пол.

Борислав едва увернувшись от падающего тела, выскочил в соседнюю комнату. Запрыгнув на подоконник, и забыв, что он в облике собаки, вытащил дрожащей лапой из-под ошейника дежурную сигару и раскурив её, стал нервно выпускать клубы дыма.

Спустя какое-то время Светлана начала приходить в сознание, лёжа на своей кровати в спальне, куда её отнёс Кирилл. Она приоткрыла глаза, и сразу же «захлопнула» их. Прямо перед ней тот самый злосчастный бульдог сидел на подоконнике, да ещё и курил вонючую сигару. Дым коромыслом висел над собакой.

Для Светы все сигары и сигареты воняли. Какие бы доводы ей не приводили о благородстве запаха хороших сигар. Так что даже в полубессознательном состоянии факт курения вызывал негодование. Дым рассеялся и перед Светой уже отчетливо восседала, повернувшись к ней морщинистой мордой, курящая собака.

«Мама дорогая! Я сошла с ума. Точно.» – Думала Света.

И тут услышала голос Кирилла:

– Борик, хватит дымить. Ей же станет хуже. Она просто на дух не переносит табачного дыма. Туго тебе придётся, если не откажешься от своей затеи.

«Может это просто Кирилл свою псину курить научил?» – мелькнула слабая надежда в голове у «больной». И сразу же исчезла навсегда, потому что в ответ собака произнесла:

– Да. Нужно бросать, Я один из всех наших пристрастился и дымлю, как паровоз. Тем более Светлана терпеть не может курящих.

«Псина знает, как меня зовут. Караул! Или у меня шизофрения, или… Или что?» – с этой мыслью Светлана вскочила, как ошпаренная и запустила в Булю сначала тапком, а потом большой подушкой.

– Ты что за чудовище?! Вон! Вон! Вон отсюда! – орала она. – Оборотень слюнявый!!

Бедный бульдог от неожиданности свалился с подоконника вверх тормашками, стукнулся башкой об пол и «вырубился». Глаза закатились, а язык вывалился на бок.

Светка подбежала, схватила его за ошейник и хотела вышвырнуть вон из квартиры. Но Кирилл отобрал несчастное существо и щёлкнул пальцами в воздухе. Вокруг тут же поплыли голубенькие пузырьки.

Когда же они лопнули, Светлана заулыбалась и произнесла:

– Добро пожаловать! Вы с собачкой? Смешная псинка. Спит? Устала, бедняжка…

Потом, посмотрев на Булю в бессознательном состоянии добавила:

– Гаденькая какая-то она у вас. – И сморщилась.

Буля почти до конца вечера провалялся без памяти, а может просто делал вид, что без памяти. А в остальном вечер прошёл на славу.

Уходя и унося притихшего пса под мышкой, как портфель, Кирилл и Люба покинули гостеприимную хозяйку.

6 глава

Утром у порога Светлана нашла огромный букет роз кремового цвета. Их было так много, что считать просто не хотелось. Розы пахли головокружительно.

– От кого? От кого? От кого? – крутилось в голове счастливой женщины.

Но ответа не нашлось ни в букете в виде записочки, ни где-нибудь около входной двери. Вальсируя с охапкой роз, она направилась к единственной имеющейся вазе в доме.

Целиком букет не влезал туда, а делить его на части было некогда, да и честно говоря, пока совсем не хотелось – в кои веки ещё подарят такой букетище.

Света включила воду в ванной, прислонила розы к бортику, Дала напор, чтоб побыстрей набралась вода, ведь она должна была уже выходить из дому.

Ванная комната наполнилась чудесным ароматом роз…

Чуть не опоздав в первый день на работу, Светлана все же добралась до цветочного магазинчика.

Настроение было чудесным, несмотря на то, что впереди предстояла большая работа: сегодня нужно будет расставить цветы в витрине, составить букеты, разобрав новое поступление товара, вынести отходы, а к вечеру начать торговлю.

Света провозилась в своих цветах до обеда. Когда же справилась с делами, то обнаружила, что Любы нет на рабочем месте.

Через открытую дверь кабинета начальника был виден сидящий за своим столом Сергей Сергеевич, и Светлана поинтересовалась у него, куда делась её напарница по магазину. И начальник поведал, что Люба отпросилась на час раньше до обеда, чтобы подать с её молодым человеком заявление в ЗАГС.

На какое-то мгновение Свете стало так обидно, что соседка ничего не сказала ей об этом.

Но подумав, решила: и правда, а с какой стати Любе делиться с ней? Они в общем-то и не дружат даже. Подумаешь, в гости приходили. Наверно, если бы я выходила замуж, тоже бы не стала особенно распространяться об этом. Тем более, они только заявление подают.

Я бы даже сглазить побоялась.

Но всё равно обидно.

7 глава

У Борислава на затылке красовалась шикарная шишка. Голова болела, слегка кружилась, а тело не слушалось.

Он валялся в парке в гамаке между какими-то цветущими деревьями, но Борик не интересовался ни флорой, ни фауной. Разве что в виде еды, и то не сейчас.

Отец пришёл и строго спросил Борислава:

– С детством никак не простишься? В таком виде не появляйся дома. Приведи себя в порядок. И что за удовольствие страдать от физической боли? Ты что, перегулял в Акресте? Убери эту гематому на голове. Это ведь дело одного щелчка пальцев. В четверг придут родители Магды. Дело идёт к свадьбе. Будь дома.

– А сегодня какой день недели? – напрягся Борик.

– Сегодня уже вторник. Даю тебе день привести себя в порядок. А то похож на какого-то потрёпанного пса. И никаких походов в Акрест. Давно следует поднять вопрос о строжайшем контроле над переходом в мир людей. С тех пор, как стали свободно шастать туда-сюда кому только не вздумается, ничего хорошего не происходит.

– Ну почему? Возможно у нас, наконец, появится больше симпатичных женских и детских мордашек?

Отец задумался на какой-то миг, а потом произнёс:

– Быть может ты в чём-то и прав, но нет гарантии, что все такие дети будут способны к магии, в отличие от детей чистородных джинов. Ты ведь должен понимать, Борислав, что ребёнок, не унаследовавший магические способности, обречён быть изгнанным в Акрест и умереть через какие-то несчастные 50—80 лет.