Вариант – подмена, подмена не вариант

– Паша, слушай внимательно и не перебивай. Пообещай, что если со мной что-то случится, ты позаботишься о Свете с Егором.

– Объясни хотя бы в двух словах, почему с тобой должно что-то случиться?

– Я наткнулся… Случайно наткнулся на очень нехорошие документы, и теперь, похоже, из-за них за мною следят.

– Что это за документы?

– Они попали ко мне по ошибке. Я тебе более подробно расскажу, но не здесь и не сейчас. Просто пообещай, что позаботишься о моих, если что.

– Обещаю.

– Ладно. Мне пора возвращаться. Вечером заходи, обсудим более подробно.

– Хорошо, Тёмыч, увидимся тогда вечером. Я пойду пока что домой, посплю немного. А то устал после дороги.

Друзья вышли из кафе. Паша пошёл к остановке. Вдруг за спиной он услышал визг шин и глухой удар. Резко повернулся и увидел падающего на асфальт Артёма, «девятку», исчезающую за углом.  Паша подбежал к Артёму.

– Тёмыч, держись! «Скорую»!  Звоните в «скорую»! – прокричал Паша.

– Кабинет, пиджак… – прохрипел Артём и закатил глаза.

– Вот это да, – подумал четвертый, – меня перекинуло в Пашу.

В лаборатории засуетились, и кто-то из сотрудников крикнул: «Профессор, вы это видели?»

– Да, это очень интересно! – ответил Радонов, – Разум четвёртого перескочил… Видимо, это случилось из-за близкого контакта с погибшим. Раньше такого не было, несмотря на то, что и у других испытателей рядом погибали люди.

– Что мы делаем, – спросил оператор, – прерываем?

– Никак нет, следим дальше!

Паша понял, что Артём умер. Вокруг начали собираться зеваки. Кто-то подбежал помочь, Кто-то начал снимать происходящее на камеру мобильного телефона. Где-то вдали уже послышалась сирена. В общей суете Павлу удалось незаметно достать из кармана брюк Артёма ключи от кабинета.  Скрываясь в общей суете, Павел пошёл к зданию ФСБ. Открыв дверь кабинета, он достал из кармана пиджака предназначенное ему письмо, спрятал его у себя и отправился домой.

По дороге домой Павел заехал в морг. Ему нужно было вернуть ключи Артёма. Следствие всё равно будет, и если вдруг попадётся какой-нибудь не в меру дотошный следак, он сразу же заметит пропажу служебных ключей, и начнёт «копать» глубже. А Павлу сейчас это не было на руку. Он сам сначала хотел во всём разобраться. Дома Павел плотно зашторил кухонное окно, включил свет. На кухне почему-то всегда лучше думается. Достав конверт, он посмотрел на просвет. Помимо письма внутри была карта памяти. Паша метнулся в комнату за «левым» телефоном, поставил его на зарядку и начал читать письмо.

«Здравствуй, Паша. Мне очень жаль, но если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых, и мои опасения оправдались. И всё это из-за той проклятой папки, которая попала ко мне по ошибке. В конверте есть карта памяти. Да ты её уже и сам нашёл. На ней – документы. Когда ты их увидишь, то поймёшь мои опасения. Вот, в принципе и всё. Ты – один только, кому я могу доверять. Позаботься о моих. Может быть, я слишком много прошу, но, если у тебя получится, вывези их из России…»

Вставив карту памяти в телефон, Паша стал просматривать фотографии документов. И, точно так же как Артём, он не мог поверить своим глазам. Но всё увиденное подкреплялось его опытом службы в разведке и смертью лучшего друга. Он достал из холодильника начатую бутылку водки, налил половину гранёного стакана и опрокинул его в себя.

– Светлая память тебе, Артём…

Поминки были скромными. Пришло несколько коллег по службе. В углу на тумбочке стояла фотография Артёма с траурной ленточкой, а перед ней – стопка водки, накрытая небольшим кусочком хлеба. Кто-то из гостей написал на клочке бумаги четверостишие и положил рядом с фотографией.

« Свеча догорает тихонько во мгле…

Фото безмолвно стоит на столе.

Время беспечно память сотрёт.

Нам человека никто не вернёт…»

Паша зашёл в детскую комнату. Света молча, сидела возле кроватки. В ней спокойно спал Егор. Он был ещё слишком мал, чтобы понять происходящее.

– Паша, пойдём на кухню, – сказала Света, – Как же так, Паша? Артём и мухи не обидит. За что его? Следователь говорит, что это – несчастный случай, но я не верю.

– Всё верно, Света, это не несчастный случай. Но об этом не сейчас. Я обещал Артёму позаботиться о тебе с Егором. Я вас не брошу. Пойдём к гостям, – За столом Павел поднял рюмку.

– Светлая память тебе, Артём.

…Прошло несколько лет после гибели Артёма. И вот, по стечению удачных обстоятельств, Павла направили с очередным заданием в Казахстан. Он понимал, что время поджимает.  Ведь на дворе уже было лето 2019–го…  По приезде в Астану, Павел встретился со своим хорошим товарищем, генерал-майором Кадыром.

– Кадыр, здравствуй, дорогой. Как твои дела, как семья?

– Всё хорошо, Паша. Правда, обстановка у нас неспокойная. Сам знаешь.

– Вот, как раз об этом я и хотел с тобой поговорить. Мне нужна твоя помощь.

– Конечно, помогу, чем смогу.

– Кадыр, то, что я тебе сейчас покажу – очень опасная информация. Из-за неё уже погиб хороший человек.

Павел дал полный расклад дел, показав фотографии документов, отснятых Артёмом несколько лет тому назад. Кадыр долго смотрел  на них в сильном удивлении.

– Паша, это очень ценная информация. Надо подумать, как можно её использовать. Чем конкретно я могу тебе помочь?

– Мне нужно будет переправить через границу в Казахстан несколько человек, включая жену и сына моего хорошего друга, Артёма, который как раз из-за этих документов и погиб.  Они должны быть в приоритете.  Я хочу отправить их на последнем поезде из России, пока не закрыли границу.

– А как же ты?

– Я, и ещё пара человек, попробуем добраться до границы на машине самостоятельно. В нужное время я сам на тебя выйду.

Вернувшись в Россию, Павел сразу просёк, что за ним следят, и стал усиленно создавать  видимость, что нет никаких последствий от его встречи с Кадыром. Так прошла пара месяцев. Всё это время фургон, напичканный всякой электроникой, стоял в обширном дворе Светланиного дома, плотно забитом автомобилями. Оперативная информация собиралась круглосуточно. До дня «Х» оставалась неделя, как вдруг во дворе появился Павел. Он зашёл в подъезд, позвонил в дверной звонок.

– Егор, сынок, открой дверь, пожалуйста. Я не могу отойти от плиты. Егор подбежал к двери.

– Кто там? – спросил он.

– Это дядя Паша, – послышался голос из-за двери.

Егор, открыл дверь.

– Привет, Егор. Мама на кухне?

– Да, она готовит обед.

– Ну, хорошо. Иди пока, посмотри телевизор. А мне нужно поговорить с твоей мамой.

Егор послушно пошёл в комнату и сел перед телевизором. Там начались новости.

«И теперь к главным новостям.  Повсеместное чипирование  принимает всё более серьезный оборот.  Напомним, что ещё три года назад Госдума законодательно обязала всех жителей страны вне зависимости от возраста и финансового положения пройти чипирование. Недовольные  законом противники до сих пор пытаются помешать этому процессу. В ход идут разные средства: начиная от листовок, заканчивая диверсиями в серверных центрах, где хранятся данные по чипированию граждан. В связи с беспорядками полиция переведена на усиленный режим.  К другим новостям мы вернёмся после рекламы». Весело зазвучала песенка: «Денег нет на микрочип? Ты возьми себе кредит!» Бархатный голос продолжил: «Займы под чипирование – всего сорок девять процентов годовых. Для пенсионеров – скидка!» Егор не стал дослушивать рекламу до конца и побежал на кухню.

– Ты уже слышала последние новости? Значит так. Через неделю вы с Егором пойдёте в парк, что недалеко от метро. Погуляете минут пятнадцать, чтобы не вызывать подозрения. Затем, спускайтесь в метро и проезжайте  пять остановок.   На перроне тебя встретит мой человек. Он будет в полицейской форме. Пройдёте с ним, он расскажет, что вам делать дальше. И еще, возьми вот эту брошь, в ней есть мини-камера. Так я смогу за вами следить и всегда быть в курсе происходящего.

Света и Егор торопливо шли по заснеженному парку. Людей было немного, поскольку рабочий день ещё не закончился. Снег приятно скрипел под ногами.

– Мама, мама, можно ещё 5 минут  побегаю?

– Хорошо, Егор, ещё 5 минут, и нам нужно идти дальше.

Егор пытался растянуть эти пять минут как можно дольше, потому что прекрасно уже понимал: снега он еще долго не увидит… Неожиданно один из оперативников поскользнулся на наледи. Света резко повернулась на вскрик «…Твою мать!», пронзительно прозвучавший у нее за спиной. Повернувшись, она увидела мужчину, лежащего на снегу. Света подхватила Егора на руки и побежала к ближайшей станции метро. Проехав пять остановок, она вышла из поезда и стала ждать. К ней подошел молодой полицейский и велел Свете и Егору идти вместе с ним к эскалатору, ведущему наверх. Они шли очень быстро, и Егор еле поспевал за взрослыми. Паша сидел в это время за компьютером у себя дома, и пристально следил за происходящим со Светой и Егором.

– Что будет с нами дальше? – спросила  женщина. Полицейский посмотрел по сторонам, понял, что за ними  никто не следит, и нехотя ответил.

– А дальше будет следующее: сейчас наверху машина отвезёт вас на Лубянку, в КГБ. Оттуда мы сможем переправить вас в Казахстан. Это все, что я могу сказать вам в настоящий момент.

– Но как нам быть дальше? Ведь у Егора даже чипа  нет? Вы об этом прекрасно знаете, а в нашей стране  сейчас это недопустимо…

Полицейский заметил, как из толпы отделились двое в чёрных костюмах и двинулись за ними, быстро нагоняя полицейского и женщину с ребёнком.

– Заходите на правый эскалатор, а  я их задержу! – сказал полицейский.

Завязалась драка. Одного преследователя удалось вырубить сразу. А вот со вторым пришлось  повозиться. Подсечка! Оперативник теряет равновесие. Полицейский, встречает его в полёте ударом ноги в челюсть. Оперативник, теряя сознание, падает на пол.  В это время второй приходит в себя, и, видя приближающийся поезд, быстро смекает, что можно столкнуть полицейского на рельсы. Но полицейский оказался проворнее. Шаг в сторону… Резкий скрип тормозов разнёсся по станции. Состав застыл, едва показавшись из туннеля.

– Алло, Павел, это Семён, – произнёс полицейский в мобильник,  – женщина с ребёнком в порядке. Они сейчас должны быть в служебном помещении.

– Спасибо тебе, Семён, я вижу. Ты не надумал ехать с нами?

– Нет, я останусь в России. Бог даст  – свидимся.

Наверху женщина и мальчик почти подбежали к двери  с надписью «служебное помещение». Войдя, они оказались в темной комнате. Дверь за ними захлопнулась, и к темноте добавилась тишина…

– Егор, не волнуйся, всё будет хорошо.

– Мама, а я и не волнуюсь.

В ту же секунду зажёгся яркий свет. Мать и сын инстинктивно зажмурились. Служебное помещение было просторным. Рядом с дверью возле выключателя  стоял мужчина в штатском.

– Здравствуйте. Паша меня обо всём предупредил. Вам нечего волноваться. Теперь слушайте внимательно. Сейчас вас повезут на Лубянку. Там Егора поместят в отдельную комнату, а вас поведут на допрос. О чём бы вас там ни спрашивали – молчите. Завтра Паша вас и Егора оттуда вывезет. А сейчас спокойно выходим на улицу. Там нас ждёт машина.

Станция метро жила своей обычной, суетливой жизнью. Толпились у эскалатора и возле киосков люди. На картонке у выхода пристроился попрошайка. И в этот момент Света отчётливо поняла, что прежняя жизнь для неё закончилась. Возле входа на станцию стояла чёрная иномарка с наглухо затонированными стёклами.

– Садитесь в машину, – громко и грубо сказал мужчина, «играя на публику».

Света с Егором сели, и  машина помчалась на Лубянку. Там, как и предупреждал мужчина в метро, их разделили.

Светлана сидела посередине маленькой комнаты спиной к двери и очень нервничала. Вопросов у неё было явно больше, чем ответов… Вдруг послышался скрежет ключа в замочной скважине и дверь открылась. Хлынул свежий и холодный воздух. В помещение вошел высокий мужчина в военной форме. В руке он держал синюю папку. Сел, снял фуражку. Положил руку на папку. Помолчал немного. Потом спросил:

– Вы понимаете всю серьезность  ситуации?

– Я не отвечу ни на один вопрос, пока не увижу  сына невредимым! Не ждите ответов, пока не дадите повидаться с сыном! – почти закричала Светлана.

– Ну что ж… Хотите так, значит – будет так. Он встал, забрал со стола папку и вышел. Щёлкнул замок. Павел, окончательно убедившись, что со Светой все в порядке, выключил компьютер и поехал на Лубянку.

Светлана не могла бы сказать, сколько прошло времени. Ведь единственное, что связывало её с реальным миром – окно под потолком. А за окном была беспросветная темнота ночи. Нервы её были на пределе. Снова послышался скрежет ключа. Дверь начала открываться.

– Где Егор?! Приведите моего ребёнка!

– Тише, Света, не кричи. Это я, Паша.

– Паша, что происходит? Где Егор?!

– Всё в порядке, он в безопасности. Идём скорее. Надо вас вывезти. Времени очень мало. Уже глубоко за полночь. Идём.

Быстрым шагом они шли по безлюдным, мрачным коридорам Лубянки к подземной стоянке. В Пашиной машине, на заднем сидении сладко и беззаботно спал Егор. Света вздохнула с облегчением, обняла и поцеловала Егора, села рядом с Павлом.

– Куда мы едем?

– Я везу вас на вокзал. Открой бардачок, там ваши новые документы. Твой новый паспорт, свидетельство о рождении Егора, и два билета на последний поезд до Астаны, – с этими словами Паша передал Светлане папку, – Вот, держи, здесь инструкция, что делать дальше.

– Паша, а как же ты? Ведь тебе теперь тоже нельзя тут оставаться…

– Мне нужно закончить ещё пару дел. Я сам вас найду. Не беспокойся.

За полчаса они домчались до вокзала. Ведь ночью было меньше пробок. Да и Москва заметно опустела из-за закона о чипировании. До отправления поезда оставалось пять минут.

– Всех провожающих просим покинуть вагоны, – послышался голос из громкоговорителя.

– Вот, Света, возьми. Здесь в сумке вещи и еда на пару дней. Вам должно хватить. Я вас там найду.

Паша вышел на перрон. Поезд тихонько тронулся, постукивая колёсами, будто переваливаясь с ноги на ногу.

– Все, достаточно, выводите его. Четвертый, ну, как вы?

– Какой сейчас год? – со страхом в голосе спросил испытатель.

– Успокойтесь, голубчик, – ответил профессор, – Вы в нашем времени. Собственно, как я и говорил, ваши года там, это наши минуты здесь. Вы были в отлучке всего 10 минут, но у вас прошло много лет. Я прошу всё подробно описать в отчете. Особенно обратите внимание на тот случай, когда вас сбила машина, и ваше сознание перекинулось к другому человеку. Я прошу вас, опишите этот момент в мельчайших подробностях. Так, у нас осталось еще два испытателя, давайте закончим с ними и перейдем к подведению временных итогов. Номер пять, попрошу занять свое место, мы продолжаем. Как вы себя чувствуете?

– Я немного чихаю, видимо простыл где-то, – ответил пятый.

– Ничего страшного, это нам не помешает. Начинаем!

Утро выдалось необычно шумным. За окном без остановки сигналили машины и постоянно выли сирены то ли полиции, то ли пожарных…

– Что так шумно, где я? – размышлял пятый. Поднявшись с кровати, взял в руки телефон, чтобы посмотреть, который час.

– Странно, нет сигнала сети. Вот, блин, так сразу и не проверишь, где я, – подумал пятый. Зажав кнопку включения, перезагрузил телефон. Надел футболку, натянул штаны, Кое-как всунул ноги в тапки, и пошаркал на кухню.

На кухне за обеденным столом сидела  жена. В одной руке у нее была чашка с кофе, а в другой пульт от телевизора, висящего на стене.

– С добрым утром, Вика…Ты видела, что происходит?

– Дима, я не уверена, что оно доброе. Ни один канал не работает, да еще и телефон по ходу «сдох», сигнала нет, как класса.

– Странно, у меня тоже, – пробормотал Дима. И шмыгнул носом.

– Может, в интернете что пишут?

– «Вайфай» тоже не работает…Слушай, а ты чего носом шмыгаешь?

– Да не знаю, наверное, простыл где-то.

– Коллеги, обратите внимание, очень интересно, что недуг пятого каким-то образом тоже отразился на объекте испытания, но это уже тема отдельного исследования, – отметил профессор Радонов.

– Дай-ка, я попробую подключить к телевизору обычную антенну. Может, удастся что-то поймать, – сказал Дима.

К счастью, телевизор, висевший на кухне, был не новым, и потому имелась возможность подключить к нему штекер обычной, аналоговой антенны. Дима открыл балконную дверь. Вой сирен и сигналы машин усилились.

– Черт возьми, да что там происходит на улице, у нас что, конец света?! – бормотал он, копаясь в старом шкафу на балконе, и тут же радостно воскликнул, – Нашел штекер! Вот и пригодилась старая запчасть!

Дима подключил антенну в телевизор, и начал бродить по кухне в поисках сигнала.

– Вот так, еще немного, вот, вот, стоп, замри! – сказала Вика.

Сигнал был очень слабый. Шёл экстренный выпуск новостей. Ведущий явно пребывал в растерянности, читая текст. «Напоминаем, что в связи с полным отключением интернета и цифрового сигнала по всей стране мы ведём трансляцию нашего канала по аналоговому сигналу. На данный момент нет достоверной информации, произошло ли это отключение интернета только у нас, или же по всему миру. Некоторые аналитики выдвигают версию, что проблема со связью произошла из-за сбоя в работе спутников на орбите Земли, связанного с магнитными бурями, о которых предупреждали на прошлой неделе. А теперь к другим новостям. Из-за сбоя в сети произошёл полный отказ работы светофоров, и на дорогах образовались очень сильные заторы. Также перестали работать и навигаторы. Пробки оцениваются в 10 баллов. Полиция убедительно просит не выезжать на улицы города без срочной необходимости. Также зафиксирован отказ работы мобильной связи и мобильного интернета. Если вам нужно связаться с экстренными службами, воспользуйтесь обычным проводным телефоном. Отключение затронуло больницы. Аэропорты закрыты, они работают только на прием рейсов, которые на данный момент находятся в воздухе и не выпускают в полёт тех, кто ждет своей очереди на земле. Люди не могут снять деньги в банкоматах. Железнодорожные вокзалы и автостанции, пассажирские терминалы речных и морских портов закрыты. Все госучреждения прекратили свою работу на неопределенный срок. Крупные сети магазинов не в состоянии обслужить покупателей. Возле них собираются толпы разъяренных людей. Национальная гвардия и полиция переведены на особый режим. Мы будем держать вас в курсе событий, не переключайтесь».

Дима опустил руку с антенной, и сигнал сразу же пропал.

– Добро пожаловать в восьмидесятые, – пробормотал Дима себе под нос.

– Что будем делать? – спросила Вика.

– Как-нибудь проживем, еда у нас есть, пересидим недельку-другую дома, а там видно будет. Может, правительство что-нибудь придумает. Максимум, рванем на дачу.

…Прочитав заголовок утренней газеты, Дима удивился.

– Вика, представляешь, а сегодня ровно десять лет со дня отключения интернета, вот время-то летит. Помнишь, как мы поначалу не знали, что делать… Потом я нашел старый телефон, подключил его, появилась хоть какая-то связь.

– Помню. А ты помнишь эти пустые полки в магазинах, прямо как в девяностых. Опять начали ездить «на картошку», всё собирать вручную.

–Да, тогда было нелегко. Ну, хорошо, что я помню, как это – жить без интернета. А новое поколение… Вот тут реальная беда! Ну-ка, что там по телевизору…

«Добрый день, в эфире выпуск новостей. На Красной площади пройдет десятая церемония в память погибших в беспорядках  связанных с отключением Интернета. В городской больнице сегодня должны выписать очередных «интернет – пациентов» – блогеров и тиктокеров, так и не сумевших до сих пор своевременно адаптироваться к обществу без интернета. Наш следующий репортаж будет о выставке в музее под названием «Назад в прошлое».

– Дети, попрошу не отставать, – прозвучал голос экскурсовода, – Вот, посмотрите, на этой витрине представлены экспонаты. Их когда-то называли мобильными телефонами. В этих маленьких коробочках у ваших мам и пап была целая жизнь. Они утыкались в них носами с самого утра и до позднего вечера, поэтому не замечали почти ничего, что происходило вокруг. Так было долгое время до того момента, пока, по непонятным причинам, во всем мире не стало интернета. А что такое интернет, и как он работал, мы с вами видели в предыдущем зале. Помните?

– Да! – хором ответили дети.

– Оператор, стоп! Пятый, как вы? – спросил профессор.

– Нормально, только непонятно мне, как люди могут ТАК жить…

– Ну что, шестой, вы готовы?  Я, если вы не против, хочу вас подержать там, куда вы попадете – подольше.

– Конечно профессор, держите, сколько нужно, я никуда не тороплюсь.

– Тогда начнем!

Солнце уже шло на закат, когда к высокому, необычного дизайна зданию, сделанному из сверхпрочного материала, из которого  раньше изготовляли космические корабли (хотя, в это время все здания были такие), приблизилась машина, у которой вместо колёс были четыре небольших энергополевых генератора. Машина неторопливо летела в нескольких сантиметрах над трассой. Скользнув над световым полем, служившим воротами для въезда на парковку и сканером всех въезжающих автомобилей, машина шустро проскочила вовнутрь и встала на свое парковочное место.

– Ничего себе, у нас такие машины ещё нескоро появятся, – подумал шестой, – Машина на энергетических «подушках», и полная герметизация салона! Для нашего времени – фантастика, А тут – норма…

Послышался негромкий щелчок, и тихое шипение разгерметизации. Дверь плавно начала подниматься кверху. Из машины вышел пожилой человек лет семидесяти. Его звали Джон. Он отошёл от машины на три шага, и салон машины автоматически закрылся. Лифт при его приближении открылся. Сработала система распознавания, синхронизированная с микрочипом. Это устройство было вживлено Джону еще 15 лет назад, после того, как раскол общества привел к общему коллапсу. Откуда-то сверху прозвучал женский голос.

– Приветствую, Джон. Добро пожаловать домой. Едем на 137 этаж.

Каждый раз, возвращаясь, Джон говорил себе, что вакуумный лифт – очень хорошая вещь, поскольку подъём занимал всего несколько секунд. Зайдя в дом, он поздоровался с системой, разулся, налил бокал вина и сел возле камина. На тумбочке рядом лежал дневник, который Джон успел исписать весь, за исключением последней страницы. Он оставил её на сегодня. Ведь сегодня, по его мнению, была годовщина дня икс. Прежде чем начать писать на последней странице, Джон решил еще раз перечитать дневник, и вспомнить, как жизнь привела его к той точке, в которой он находился сейчас. Видно было, что нет-нет, но иногда Джон обращался к нему. Обложка дневника была слегка измята и потрёпана. Открыв первую страницу, Джон начал читать…

«На дворе 2020 год. Но в принципе всё началось немного раньше, примерно в октябре 2019–го, в Китае. Правда, тогда правительство  страны об этом молчало, но позже стало известно, что болезнь, которой в дальнейшем дали название «Коронавирус» или, по-научному – «ковид–19», началась, как утверждали, с человека, который якобы скушал летучую мышь. Болезнь стремительно стала распространяться по всему миру и уже весной 2020 года охватила большую часть земного шара. Как утверждают медики, у этой болезни очень серьёзные последствия. В Европе, а в частности в Италии была очень большая смертность. Но это было при первой волне. Ко второй волне люди немного научились и уже знали как себя вести с этой заразой. Вначале людей во всех странах начали закрывать на карантин, мол, сидите дома, никуда не ходите, а то заболеете. Так продолжалось несколько месяцев. Где-то дольше, где-то меньше. Были страны, которые делали гостиницы для больных «короной». Люди в них отсиживались, пока не выздоравливали. Но на фоне происходящего были более страшные вещи. Складывалось впечатление, что правительства всех стран будто сговорились и прикрываются «короной» от чего-то, более глобального.

Год 2021. Трудно представить, что такое вообще случилось. Если бы мне даже не десять лет назад, а три года назад сказали, что такое будет, я бы не поверил. Америка, великая страна, расколется на несколько частей, и там начнется гражданская война не за права белых или черных, а просто люди начнут «сходить с ума» и воевать за то, что у соседа «трава зеленее».В то же время, события в Белоруссии, которые начались еще летом 2020, перерастут в глобальный конфликт в Европе. Взрыв, прогремевший тем же летом 2020 в Бейруте, послужит толчком к началу военных действий на Ближнем Востоке. И не войны Ливана с Израилем, а войны Ливана с Ираном. А триггером для этого конфликта послужили найденные к концу 2020 доказательства, полученные в ходе расследования взрыва в порту Бейрута. Россия тоже не осталась в стороне. После демонстраций в Хабаровске, в начале 2021 года начался раскол в верхних слоях власти. Но на фоне всего этого, как утверждала Россия, им удалось найти вакцину от «коронавируса», и начать прививать её населению.