Агент ЛГС. Книга 1. Часть 1. Заслон

– Мой бедный наивный ребёнок, – насмешливо растягивая слова, проговорил Камил.

(Андрэ Нортон. "Саргассы в Космосе")

Шустрый.

Я улавливаю момент старта, когда пилоту уже некогда будет отвлекаться на другие детали, кроме полёта, скорее всего, под обстрелом сил армии Луны, и активирую дистанционно одного из роботов. У меня в запасе мало времени. Направляю его к нашему контейнеру. Даю команду перерезать одну, ближайшую к нему, фалу, потом вторую, третью. Разумнее всего, конечно, начать с дальней стропы, которая запечатывает мой выход, но робот может не успеть перерезать другие, если вдруг пилот заметит внезапную активность своего подчинённого.

Какой же я глупец! Надо было всё-таки начать со своей стороны, а там бы я, вырвавшись, что-нибудь соображу. Как ни странно, обстрела корабля не происходит, и он идёт на взлёт ровно, не уворачиваясь от преследования. Как на обычной прогулке. И, вероятно, не отвлекаясь на погоню, пилот рано замечает активацию робота. Тот замирает буквально возле фалы, сдерживающей моё укрытие! Этот гад берёт управление роботом на себя в ручном режиме и возвращает на базу. А потом и вовсе обесточивает! Я никак не могу взломать теперь систему по банальной причине отсутствияу робота питания…

– Эпическая сила! – только и успеваю я выругаться.

Леший напрягается, вскидывая бровь:

– Что происходит? – он уже, не скрываясь, обращается ко мне, нарушая конспирацию. Хотя, какая может быть конспирация в таком критическом случае…

– Роботы обесточены. Я не могу им дать приказ. Все фалы, кроме одной, перерезаны, но оставшаяся как раз пережимает мой выход. Я не могу выйти, чтобы скинуть за борт Вашу капсулу. И…

– … и скоро мы выйдем в безвоздушное пространство?

– Да…

– И…

– … и меня разорвёт внутренним давлением.

– Как я могу помочь? Ты можешь открыть мою капсулу? Я выйду и воспользуюсь экзоскелетом.

– Во-первых, у Вас связаны руки и ноги. Во-вторых… А в-десятых капсула откроется только после доставки Вас на Землю. Я не смог подобрать электронный ключ или разблокировать. Но успел дать команду…

– К чёрту блокировку. Я могу вышибить двери?

– Это не под силу даже роботам. Двери и корпус из высокоуглеродистого пластика. Это попрочнее титана.

– Как можно помочь тебе? Я могу вызвать моих пленителей? Пусть ты и попадёшь к ним в лапы, но останешься жив, а там мы…

– Я отключил звук, коротнув его. Но даже, если они будут знать, что на корабле есть угроза чьей-то жизни, они и пальцем не пошевелят. Вы для них важнее.

– Послушай, воин! Я тебя узнал, я сделаю всё, когда выберусь отсюда, чтобы…

– Скажите Роксане, что мои последние слова были о ней.

– Родители твои…

– Нет их для меня. Я ж с Земли. Мне с ними не по пути. Луна навеки!

– Луна превыше всего! – на автомате откликается командор, но это не сбивает его с темы. Он что-то пытается мне сказать…

Я уже плохо соображаю, в голове гудит, глаза застилает пелена крови, виски бешено стучат.

"Как же так?! Зачем я умираю молодым? Что я успел сделать в этой жизни? Для чего жил?"

Я даже чувствую, как у меня лопаются глаза, сосуды, мозг. Это только в голофильмах космонавты умирают мгновенно. Для меня время замирает и длится бесконечно долго! С каждым мигом боль усиливается всё больше и больше. И когда она уже кажется невыносимой, оказывается, есть ещё более мучительная боль. Сознание разрывается от понимания безвыходности и обречённости. Каждую секунду я проживаю всю свою жизнь заново, раскаиваясь в содеянном в разных ситуациях из воспоминаний. Я вижу, как лопаются мои сосуды, хотя мне и видеть уже нечем, скорее всего, глаза вытекли ранее. Боль усиливается до бесконечности.

"Може бой! Как я хочу жить!"

Максим Григорьев

Я удаляюсь от Луны, а конца края вражеских полчищ не видно! Кажется, что они роем занимают всю Тёмную Сторону Луны! Но нет, вон видно Землю. Что это? Они все летят параллельно мне? Это атака на нашу планету?

Мой грузовичок шустрый, но патрульные будут половчее. Однако вся эта орава движется с общей скоростью флагмана. Поэтому я опережаю всю кавалькаду и устремляюсь вперёд на родную Землю. Я должен всех предупредить! Хотя, о чём я? Такую армаду не скроешь. Скорее всего, их давно уже засекают и готовят отпор. А это значит, что мне ни в коем случае нельзя снимать "Невидимку", иначе меня подобьют свои же! На подлёте пытаюсь выйти на связь, но панцирь "Невидимки" глушит все волны, даже мысленной связи. Вот тебе и выбор – снять панцирь и быть подбитым случайно обнаружившими меня защитникам, даже не успевшими опознать "свой-чужой". Или прорываться как есть. Выбираю второй вариант. Раскрою себя только у самой Земли. Забиваю программу поведения управлением "Невидимкой". А, может, надо было на Спутнике сдать контейнер? Хотя, вероятно, Спутника уже нет. Уничтожен. Эта саранча сметёт вмиг такую кроху, какой бы она гигантской ни казалась в сравнении с моей шлюпкой.

Вижу перед собой Землю. Но меня не радует её вид. То тут, то там я вижу вспышки на планете! Её уже атакуют! Наверное, с дальних подступов ещё. В назначенное место я прибыть не смогу. Меня просто собьют либо те, либо другие. Любым случайно пролетающим кумулятивным снарядом из роя подобных. Возможно, даже не под мою цель калибром.

Скоро надо будет производить торможение и разворачивать корабль на все сто восемьдесят градусов. Уж что-что, а садятся корабли до сих пор попкой вниз, своей нижней точкой.

Можно разворот сделать заранее и тогда спуск будет плавным. Но я решаю побыстрее достичь Земли, опасаясь, что с каждой минутой бой становится всё жарче и жарче! Придётся делать петлю ближе к планете. Это опаснее, требует мастерства, но так больше шансов выжить и быстрее встретиться с почвой в хорошем смысле этого слова.

– Я, приятель, никогда не считаю, что дело – дрянь, пока не вляпаюсь по самые уши.

(Андрэ Нортон. "Саргассы в Космосе")

Леший.

Мне эхом ещё слышится предсмертный крик Шустрого. Он умирает долго. Может, на самом деле проходит лишь пару минут, но для меня они растягиваются на часы! Я чувствую всю его агонию. Каждый штрих его боли отзывается во мне, словно я вместе с ним переживаю всё это. Слёзы хлыщут его кровью из моих глаз.

Остаток пути я провожу в оцепенении. Эмоции давно выплескались, остаётся лишь пустота. Для чего это всё, если мы не можем спасти жизни тех, кто пытается спасти нас?

Со временем я замечаю странности в поведении космолёта. Он, видимо, уже входит в поле притяжения какой-то планеты и это, скорее всего, не Луна. Нарастающей силой тяжести мой контейнер отрывает от палубы трюма. Я знаю, что из всех креплений осталась лишь одна фала. Не знаю, как крепил стропы тот космолётчик, но даже разрезанные другие почему-то не ослабляют это крепление. Капсулу переворачивает. Верх и низ у меня сперва меняются местами, а потом я и вовсе улетаю в угол потолка, видимо, диаметрально противоположный закреплённому углу пола.

Руки и ноги мои стянуты пластиковыми браслетами, что сковывает мои движения. Лучше уж быть привязанным к кровати! А, нет, не лучше. Неожиданно захотел в туалет. Но как добраться до унитаза, что сейчас свисает над моей головой?

Едва приноравливаюсь к новому положению, как снова начинается болтанка! Меня швыряет по всему кубрику. В какой-то момент, видимо, рвётся крепление и теперь контейнер шандарахает по всем стенкам трюма. Я скорее чувствую, чем слышу какой-то скрежет и тут снова воцаряется невесомость! Что это? Мы снова в космосе? Или я падаю в капсуле в свободном полёте?

Снова рывок. Меня зашвыривает буквально под кровать, катясь по полу я прикладываюсь носом об одну из ножек койки, едва не теряя сознание. Верх и низ снова приходят в норму. Чувствуется притяжение, более сильное, чем наше на Луне. Скорее всего, сработали парашюты, и моя капсула парит в неизвестном направлении.

Максим Григорьев

Я принимаю решение приземлиться в самой безопасной точке планеты – в Крыму. Там нет никаких баз или скоплений городов и военных баз. Это всепланетный курорт и здравница. Но сейчас несезон и всё население там – лишь дежурный персонал отелей и пансионатов. Там даже местных жителей давно уже нет. На время внесезонья они мигрируют в города, где кипит жизнь. Почему-то выбираю местом приземления Аю-Даг. Мишка всегда меня манил. Маршрут корабля автоматически просчитан бортовым мозгом.

И тут я замечаю странное. Корабль начинает рывками швырять, будто бы что-то в его утробе бултыхается. Взгляд на мониторы – так и есть! Несчастный единственный груз закреплён остаётся лишь одной точкой. Что с другими стяжками случилось – не имею ни малейшего представления! Надо было проверить обстановку после инцидента с роботом, но меня отвлёк квест с вражеской армией.

Принимаю решение отправиться в трюм. На всякий случай цепляю парашют и аварийное снаряжение. Как чувствовал!

В трюме меня встречает пустота. Хорошо, что груз был один и не побил другие, а будучи закреплён по центру, до обшивки сразу не достал, повредил лишь немного палубу.

Мой грузовик снабжён как лифтом для подачи снизу, так и боковыми шлюзами. Так как другой поклажи нет, я не герметизировал трюм, и внутренние ворота были не задействованы. У контейнера оторвана последняя фала и капсула каким-то образом попадает прямо во внешние ворота. Шанс – один из десяти. Он их снёс и сейчас застрял, создавая дисбаланс центровки корабля. За курс я не беспокоюсь, Корабельный Мозг всё просчитает и скорректирует. Но как быть с грузом? Спешу к экзоскелету. Роботов-то я обесточил. Но сперва решаю осмотреть поближе, чем держится капсула.

Но, когда я к ней приближаюсь, она рвёт остатки внешнего шлюза и прямо на моих глазах вываливается за борт!

Её приземление надо отследить. Я знаю куда приземлится моя Ласточка, она справится и без меня. Поэтому я, зная что со мной предусмотрительно прихвачен парашют, выпрыгиваю следом за грузом.

Это только на уроках физики тела любого веса падают с одинаковой скоростью и ускорением. А Вы попробуйте уронить на ногу себе гантель в три килограмма или пуховую подушку с тем же весом. Каков будет эффект?

Чтобы хоть как-то догнать стремительно удаляющуюся капсулу, я группируюсь, переворачиваюсь головой вниз и, выпрямляясь в струну, пытаюсь стрелой догнать капсулу. По крайней мере, я её ещё держу в поле зрения.

А Земля приближается с бешеной скоростью. До неё уже…

Наконец-то у капсулы с запозданием срабатывает экстренный парашют. Потом он сразу вытягивает второй. Контейнер замедляет падение и теперь плавно спускается. Куда? Пока не знаю, но явно где-то в Крыму. Надеюсь )

Теперь и я, уже почти приблизившись к капсуле, могу выпустить парашют. Дёргаю за кольцо… Лишь бы это не чека гранаты.

Надо мной раскрывается сперва тормозной парашют, а потом он вытягивает и основной. Я парю в некотором отдалении от плавно спускающегося контейнера.

Эх, сейчас бы насладиться красотами Крыма с высоты! Но я занят, пытаюсь вычислить точку приземления и корректирую по ветру натяжением строп своё направление. Меня почему-то всё время сносит от траектории капсулы.

Похоже, мы приземлимся в районе Долины Приведений. Теоретически до Аю-Дага рукой подать, но сколько мы будем туда добираться, не известно. Почему "мы"? Подозреваю, что капсула раскроется при приземлении и оставлять человека внутри неё небезопасно. Если это наш человек, мы доберёмся за несколько часов. Если пленник, потребуется целый день. Вряд ли он будет спешить.

И тут по нам начинают стрелять! Всё-таки в Крыму остались военные. Как им объяснить, что я свой? Достаю ракетницу, запускаю. И в этот момент боль сковывает мою правую руку.

Говорят, в космосе всё возможно, верно?

(Андрэ Нортон. "Саргассы в Космосе")

Леший.

Это я удачно под кровать попадаю. Руки и ноги у меня связаны, хоть я и нахожусь в замкнутой камере. Во время этой болтанки мне очень сложно защищаться от ударов о стены, а так я упираюсь ногами в ножку, обхватив её по возможности связанными стопами. Руки мои, повторюсь, также в пластиковых ремнях, но, вытянув их, умудряюсь кистями обхватить другую, дальнюю ножку кровати. Разумнее будет переместиться к двум ближним друг к другу, но во время чертыханий капсулы боюсь вообще вылететь из-под укрытия, надёжно привинченного к полу. Подожду, когда немного устаканится, и перегруппируюсь.

Наконец-то дождался такого момента. Контейнер застрял где-то в перекошенном состоянии. Его больше пока не трясёт. Удерживаясь ногами всё за ту же ножку, сгибаюсь, дотягиваюсь до другой, ближней к первой. Перекидываю за неё руки, зажимаю в локте. Такая хватка понадёжнее. И вовремя.

Тянутся томительные минуты ожидания. А, может, всё-таки секунды, но очень длинные. Чувствуется, что капсула где-то покачивается, потом ощущаю вибрацию и…

Свободный полёт! Сперва понимаю, что вверх тормашками мы с капсулой летим в бездну. Потом резкий рывок и верх с низом приходят в привычную ориентацию. Наверное, раскрылся парашют. Мы парим. Это явно Земля…

Макс Григорьев

Через жуткую боль пытаюсь контролировать ситуацию. Понимаю, что из правой руки хлещет кровь. Нужна перевязка. Я давно ношу на руках и ногах приспособления для самостоятельной затяжки на такой случай. Левой рукой открепляю шпильку и накручиваю её, стягивая жгут. Когда кровотечение останавливается, снова фиксирую в захватки. Не зря таскал эту дрянь. Пригодилась!

Могу теперь лучше контролировать ситуацию, не надо сильно переживать за потерю крови.

Нас несёт на Демерджи. Интересно, на Южную или Северную Вершину? С Южной путь короток, там давно обустроена туристическая тропа. Северную Вершину покоряют только опытные путешественники.

Эх, напрямую к Мишке не пройдём. Внизу, в Алуште вижу вспышки. Кому понадобилось бомбить маленький курортный городок? Там же и жителей сейчас нет! И тут с удивлением вижу, что с разных сторон города раздаётся ответная стрельба.

Оу, нет! Только сейчас понимаю, по кому стреляют и сверху, и снизу! Импульсниками сверху из нагоняющих космических кораблей лупят по моей Ласточке! Она уворачивается, и обстрел приходится по городу. Город же атакует снизу тоже моё судёнышко! Вы что, сговорились?! Оставьте мой грузовик в покое! Будь у меня сейчас бластер, досталось бы и тем, и другим. Хотя им это, что слону мухобойка. Только выдал бы себя.

Кстати, как ни странно, но ни меня, ни контейнер никто не замечает! Даже на ракетницу, похоже, не обратили внимания. Может, им и невдомёк предположить, что я катапультируюсь? Они же не в курсе, что капсула просто выпала из корабля, а я добровольно сиганул за ней. Наверняка это воюют роботы как с той, так и с другой стороны, и наша выходка не укладывается в их логику. Видимо, решили, что вылетела часть обшивки.

В любом случае идти через Алушту опасно. Как и по основным дорогам. Придётся передвигаться к моему кораблю горами. Надеюсь, после того, как мы покинули шлюп, он включил снова режим "Стэлс"? Ведь идёт корабль курсом от гор в море. И только в режиме "Невидимки" должен свернуть к Гурзуфу, направив ложную мишень дальше в сторону Турции.

Капсула не нашла ничего лучшего, чем направиться прямиком в ущелье водопада Джур-Джур. В мирное время самое простое – пойти по дороге через Генеральское на прибрежный серпантин и далее через Алушту к Гурзуфу, но с учётом атаки Лунатиков и активными боевыми действиями, вызванными нашим побегом, идти придётся через Южный Демерджи и Долину Приведений. Как быть дальше, решу потом. Задача номер один – удачно приземлиться, учитывая, что я тяжело ранен, а в месте падения полно острых деревьев и рассчитывать, что наши парашюты не порвутся, спуская нас до Земли – шансов один на миллион.

Эх… Накаркал…

Леший

Любому свободному падению рано или поздно придёт конец. В этом я не сомневался. И с готовностью ждал приземления. Однако, что-то пошло не по плану. Я почувствовал резкий рывок, затем нас подбросило обратно вверх, и по затухающей амплитуде пришлось ещё немного потанцевать. Не скажу, что мне эти танцульки пришлись по душе. Что происходит, мне не ведомо. Но, почему-то я нисколько не сомневаюсь, что посадка оказывается внеплановой и экстремальной. Остаётся ждать. Только вот чего?

И тут происходит странное.

Раздаётся шипение, и я понимаю, что открылись какие-то шлюзы. К добру это или к худу мне не известно.

Выжидаю некоторое время и теша себя ничем не обоснованными надеждами, вылажу из укрытия, медленно на связанных ногах подпрыгиваю к выходу. Нажав сплетёнными руками на ручку, открываю дверь. Внешний шлюз действительно открыт!

Эпилог

Читатель, если тебе интересно как дальше будут развиваться события героев этой книги, следи за развитием в следующей части.

Как сложатся отношения между двумя представителями враждующих Миров? Какие препятствия им предстоит преодолеть как в физическом, так и в нравственном смысле. Какие их ждут открытия?

Другие книги авторов и чтеца Евгения Смарта и Эжена Шегги встречайте на страницах ЛитРес:

https://www.litres.ru/author/evgeniy-smart/

https://www.litres.ru/author/ezhen-sheggi/