Послевкусие желанной мести
- -
- 100%
- +
– Бурным? – Она поборола желание улыбнуться.
– Именно. Мы оба очень темпераментные, но мы счастливы вместе. – Он выпрямился, расправил плечи и одарил Анну умопомрачительной улыбкой. – Мне нужно вернуться в офис и организовать дела так, чтобы я мог о тебе заботиться. Я вернусь утром, когда ты встретишься со специалистом.
Он протянул врачу свою визитку:
– Звоните мне, если возникнут проблемы. – Он наклонился и быстро поцеловал Анну в губы. – Постарайся не волноваться, красавица. Ты самая упрямая женщина, которую я знаю. Память обязательно к тебе вернется. Дома тебе будет лучше.
Ласковое обращение «красавица» звучало непривычно для ее ушей. Стефано называл ее куколкой, несмотря на ее, как он часто говорил, острый язык.
Анна смотрела, как он выходит из больничной палаты. Примерный и преданный муж, который идет разобраться со своими делами, чтобы следующие несколько недель заботиться о своей недееспособной бедняжке жене. Смотря на него, она думала, что совершенно ему не доверяет.
Пока память к ней не вернулась или пока она не поговорила с Мелиссой, ей следует быть настороже.
Стефано вышел из больницы пружинящей походкой. Именно в такие времена, когда удача сама шла ему в руки, он хотел закурить. Жаль, что он отказался от этой привычки десять лет назад.
Стефано привезет свою жену домой. Женщина, которая использовала его, унизила, бросила и пыталась шантажировать, вернется в его жилище. У него по поводу нее большие планы.
Он начнет их реализовывать через несколько дней, когда она немного придет в себя, а тем временем сполна насладится тем, что она в его власти. Анна ненавидела, когда о ней заботились. Она не умела отдыхать, ей всегда хотелось что-нибудь делать. Как минимум двухнедельный отдых покажется ей худшим кошмаром.
Стефано повеселел, подумав, что станет свидетелем ее мучений.
Стефано решил сдержать слово и обеспечить ей хороший уход после того, как она вернется в его дом. Пусть он презирает Анну, но не позволит ей страдать физически. Он по-прежнему испытывал страх при воспоминании о том, как она упала в обморок, и знал, что не желает переживать что-нибудь подобное снова. Его удивило, что Анна добралась до офиса, не потеряв сознания, чему поразилась даже врач.
Итак, судьба решила ему помогать.
Анна не помнит, что произошло между ними. Весь прошлый год стерся из ее памяти. Стефано может говорить ей что угодно. Пока она в его власти, а ее сестра на другом конце земного шара, никто не опровергнет его слова. Судя по тому, как Анна побледнела, узнав, что Мелисса поехала в Австралию, она будет долго злиться на свою сестру и вряд ли выйдет с ней на контакт в ближайшее время.
Пока он должен скрывать свою обиду на Анну за то, что она заставила его жениться на ней.
Стефано позвонил Мелиссе, как только они приехали в больницу, зная, что Анна захочет увидеться с сестрой. Его соединили с боссом Мелиссы, и он сообщил, что та в отпуске и отправилась в поездку, которую готовила несколько месяцев. Анна не упоминала об этом, и Стефано догадался, что Мелисса сообщила ей обо всем накануне вылета. Конечно, после того как обе сестры уехали в Париж – поездку оплатил Стефано, чтобы порадовать свою жену, – Анна вернулась оттуда раньше и явно ничего не знала о затее Мелиссы.
Анна сидела в отдельной палате и листала журнал. На ней, как и днем ранее, было черное платье из джерси. Она встретила Стефано неуверенной улыбкой.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
– Лучше.
Он сел в кресло для посетителей.
– Ты выглядишь лучше. – Он улыбнулся и провел пальцем по ее нежным щекам, и Анна округлила глаза. – Но ты по-прежнему очень бледная.
Она резко уклонилась от его прикосновений и пожала плечами:
– Я плохо спала.
– Ты отдохнешь, когда мы вернемся домой. – Врач-консультант по секрету сообщил Стефано, что сон – лучшее лекарство после сотрясения мозга.
– Мне не верится, что я не помню целый год своей жизни. – Она показала ему журнал. – Посмотри на дату на этом журнале. Я ничего не помню. Здесь пишут о знаменитостях, о которых я ничего не знаю.
– Я уверен, после возвращения домой ты начнешь многое вспоминать. – Он надеялся, что это произойдет не слишком рано. У него были определенные планы насчет своей жены. – Ты ничего не помнишь о нашем браке?
– Ничего. Я помню только, что ты встречался с женщиной по имени Жасмин.
Жасмин получила пищевое отравление за час до его запланированного полета в Калифорнию на награждение за достижения в области технологий. Ее болезнь дала Стефано возможность заставить Анну поехать вместе с ним. Она согласилась только потому, что за такой короткий промежуток времени он просто не нашел бы замену Жасмин. Ее убедило также дизайнерское платье, которое он ей купил. Вечером после награждения Анна заявила, что займется со Стефано сексом только после того, как они поженятся.
Он не сомневался, что ее воспоминания об их совместном времяпровождении в конечном счете вернутся.
– Наш брак – шок для тебя.
– Можно сказать и так, – прошептала она. – Я пообещала себе, что скорее пойду на свидание с бабуином, чем с тобой. Не говоря уже о том, чтобы выйти за тебя замуж. Ты в самом деле ни разу мне не изменил?
Он приказал себе сохранять спокойствие и ответил непринужденно:
– Ни разу. У нас были некоторые проблемы, но ничего серьезного. Мы старались их уладить.
Несколько месяцев назад его сфотографировали во время ужина с одним из директоров шведского филиала его компании – статной блондинкой, которая ему даже не нравилась. Анна сделала вид, что ей все равно, но Стефано знал, что она расстроилась. Через две недели после этого его сняли за ужином с одной из его сотрудниц в Сан-Франциско, и это только подлило масла в огонь. Он объяснил Анне, что не виноват, доказывая, будто фото было обрезано, и рядом с ними за столом сидели еще десять сотрудников. Однако недоверие Анны выросло, и она перестала его скрывать. Ее отношение так взбесило его, что он заявил, будто любит общение с людьми, во время которого его поездки за рубеж без нее проходят гораздо быстрее.
Он должен был знать, что с этого момента Анна начнет искать доказательства его предполагаемой неверности.
В ее ореховых глазах читалось подозрение:
– Какие проблемы?
– Тебе было нелегко в роли моей жены. Тебе не нравятся СМИ. – Отчасти он говорил правду. Анна ненавидела быть в центре внимания средств массовой информации. – Журналисты часто писали о том, что наш брак рушится. Если верить прессе, мы сто раз расходились с тех пор, как поженились. Это ерунда. Наш брак был скоропалительным, и, естественно, это спровоцировало проблемы.
Она наморщила нос:
– Когда я пришла в офис, ты посмотрел на меня, как на Антихриста. Из-за чего мы поссорились, если я ночевала у Мелиссы? Я застукала тебя с женщиной?
Боже. Даже с амнезией она остается подозрительной. Он уже сказал, что не изменял ей. У него никого не было с тех пор, как они полетели в Калифорнию, и их отношения безвозвратно изменились.
– Женщина, с которой ты меня увидела, моя сестра.
– Ой. Сожалею. – Анна застыдилась. – Я видела, как она выходит из машины следом за тобой, и…
– Предположила, что у меня с ней роман. – Анна сделала точно такое же предположение, увидев Кристину в их квартире. Наконец она нашла доказательства, которые так долго ждала с того момента, как обменялась со Стефано обетами. Если бы она удосужилась узнать правду, он все бы ей рассказал, однако правда ей была не нужна. Ей просто требовалось свидетельство его неверности, чтобы урвать огромный куш от его с трудом заработанных денег.
Стефано планировал представить свою сестру в суде, чтобы законодательно обвинить Анну в желании его обобрать. Он надеялся, что она будет унижена. Теперь у него на уме другой метод ее унижения.
– Я сожалею, – повторила она. – Я думала, ты единственный ребенок в семье.
– Я тоже так думал, до недавнего времени. Я расскажу тебе об этом, когда ты наберешься сил.
Анна закрыла рот рукой и широко зевнула, потом несколько раз моргнула, словно боясь заснуть.
– Ляг и отдохни, – сказал он. – Скоро к тебе придет врач, а потом мы вернемся домой, где ты сможешь отоспаться.
Хотя Стефано презирал Анну, видя ее уязвимой и слабой, он хотел ее защищать. Ему захотелось обнять ее и гладить по голове, пока Анна не уснет. Он предпочитал слушать ее язвительные замечания – так они казались на равных. Ее амнезия – его оружие, однако он не воспользуется им в своих интересах, пока Анна немного не окрепнет после сотрясения мозга.
Кивнув, она легла, как обычно, свернувшись калачиком. Через несколько минут он решил, что она уснула.
Но Анна, не открывая глаз, вдруг спросила:
– Из-за чего же мы поссорились, если я ночевала в своей квартире?
– Ничего серьезного. Ты часто там ночуешь. Мы оба упрямы и неуступчивы, но мы всегда миримся.
– Если все не так серьезно, почему ты вчера на меня разозлился? В больнице ты тоже почти все время на меня дулся.
Упрямая Анна. Она не отстанет от Стефано, пока не получит ответы на свои вопросы.
– Мне было обидно, что ты отвергла меня. Я не понял, что у тебя амнезия. Я сходил с ума от волнения, поэтому казался сварливым. Прости меня.
Анна открыла глаза, долго и насмешливо смотрела на него:
– Ты извиняешься за то, что обиделся на меня? У тебя тоже сотрясение мозга?
Стефано рассмеялся, наклонился и поцеловал ее в щеку. Анна нахмурилась, а он расхохотался громче.
– Я знаю, ты не помнишь о наших отношениях. Мне остается надеяться, что память к тебе вернется. – Но не слишком рано. Стефано еще надо реализовать свой план.
До годовщины их свадьбы осталось девять дней. Чтобы ее отпраздновать, Стефано приготовил Анне сюрприз, который она ни за что не забудет.
Глава 3
Анна вытаращила глаза, когда водитель остановился у набережной. Ее всегда интересовало жилище Стефано, расположенное в высотном жилом комплексе с видом на Темзу, строительство которого в свое время было самым дорогим проектом в мире. Стефано купил там самую дорогую квартиру на верхнем этаже.
Водитель открыл дверцу Стефано. Прежде чем он успел выйти, Анна слегка коснулась его руки, словно по привычке.
– Ты не мог бы что-нибудь рассказать мне о наших отношениях? – произнесла она. – Откуда мне знать, что я могу тебе доверять?
– За то время, что ты на меня работала, ты хоть раз уличила меня во лжи? – уверенно спросил он.
– Я ни разу не уличила тебя во лжи, – призналась она. За полтора года, что она работала на Стефано, их отношения были честными.
– Тогда доверься мне. – Он решительно смотрел ей в глаза, и по ее спине пробежала дрожь.
– Похоже, иного выбора у меня нет.
Если она вспомнит ПИН-код своего телефона, то тогда сможет дозвониться до Мелиссы и обо всем ее расспросить. Хотя пока она не готова разговаривать со своей сестрой. При мысли о звонке Мелиссе Анне стало тошно. Она не позвонит ей до тех пор, пока не будет уверена, что не наорет на сестру, о чем потом пожалеет.
Она должна была знать о поездке Мелиссы. Письмо Мелиссы говорило о многом. Она просила у Анны прощения.
Разве сможет Анна простить Мелиссу? Как она могла так поступить после того, что сделала их мать? После смерти их отца не прошло и полугода, когда их мать начала встречаться с австралийцем, с которым познакомилась через брачное агентство. Анна, которая скорбела о потере обожаемого отца, пыталась понять одиночество матери. Правда пыталась. Она поборола желание назвать ее предательницей. И вот через три месяца после знакомства с австралийцем и через девять месяцев после похорон своего мужа мать Анны объявила, что эмигрирует в Австралию со своим новым мужчиной.
Стефано коснулся большим пальцем ее подбородка и нежно его погладил:
– Когда к тебе вернется память, ты узнаешь правду. Я помогу тебе в этом.
Ее сердце забилось чаще, она затрепетала от его прикосновения и сглотнула.
Когда же она уступила взаимному влечению, которое всегда между ними было? Анна боролась с этим с самого начала, не желая присоединяться к толпе любовниц легендарного соблазнителя Стефано. По правде говоря, у нее не было доказательств того, какой он любовник. На самом деле она запрещала себе думать об этом, хотя нескончаемая вереница его гламурных и сексуальных подружек не оставляла ее в покое.
При устройстве на работу к Стефано Анна поставила условие: она никогда не будет посредником между ним и его любовницами. Она ни в коем случае не станет покупать для них симпатичные безделушки или нечто подобное. Когда Анна сказала ему об этом, он расхохотался.
Она не понимала, в какой момент ее симпатия к Стефано и восхищение им, а также ее абсолютная решимость никогда не ложиться с ним в постель, сменились желанием выйти за него замуж. Она слышала о скоропалительных браках, но ей были неизвестны стремительные браки работодателя и работницы. От размышлений у нее разболелась голова.
Смотрел ли Стефано на нее тогда, как сейчас, с теплом в зеленых глазах? Целовал ли он ее в губы первым или она целовала его?
– Как ты поможешь мне все вспомнить? – прошептала она.
Его большой палец коснулся ее щеки.
– Я помогу тебе снова почувствовать удовольствие, которое ты испытывала в моей постели, – тоже шепотом ответил он. – Я снова научу тебя быть женщиной.
От стыда Анна покраснела.
«Я снова научу тебя быть женщиной».
Она все поняла. Стефано знал, что она была девственницей.
Свою невинность Анна ни с кем не обсуждала. С какой стати? Ведь двадцатитрехлетние девственницы встречаются реже единорогов.
Итак, она все-таки вышла за него замуж.
И если она стала его женой, она спала с ним. А это означает, что все ее самообладание и хладнокровие испарились.
После отъезда матери Анна очень гордилась своим умением держать себя в руках. События могли развиваться как угодно, но свои эмоции она подчиняла железной воле. Посещая вечеринки, она отказалась от алкоголя, сигарет и наркотиков и была единственной, кто потягивал колу и гордился тем, что контролирует собственные привычки. Самообладание было ее единственным козырем.
Она сильнее покраснела, представив себя в постели со Стефано.
Пожирая ее глазами, он провел пальцами по ее шее и сжал рукой ее плечо:
– Пошли в дом. Тебе надо отдохнуть. Ты устала.
Протяжно выдохнув, Анна кивнула. На этот раз она была не в состоянии произнести ни слова.
Она делила с ним не только постель…
Отчаянно стараясь выглядеть беспечной, она позволила Стефано провести ее через грандиозный атриум своего дома к частному лифту. Она обрадовалась, когда у нее появилась возможность присесть на диван и оглядеть дом Стефано.
Ее дом.
Ей показалось, что она шагнула в иную реальность.
Она сидела в такой большой гостиной, что чувствовала себя малышом, который пробрался в огромный бальный зал с позолоченной хрустальной люстрой.
Окна во всю стену по периметру комнаты открывали самый удивительный вид на Темзу и Вестминстерский мост.
Анна ничего не вспомнила. Прожив здесь почти год, она на все смотрела как в первый раз.
Она огляделась:
– А где прислуга?
– У меня нет прислуги, – сказал он. – Консьерж выполняет всю необходимую работу по дому, и я плачу за это.
Впервые сколотив состояние в своем родном городе Лацио, Стефано нанял прислугу, но вскоре ему разонравилось постоянное присутствие в доме чужих людей. Домработница, уборщики, дворецкий, повар, садовник… Список прислуги был бесконечным. Поэтому он вызывал к себе прислугу один раз в несколько недель.
Стефано заботился о себе с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать лет. Ему не надо было помогать одеваться или готовить ему ванну. Зная, что у его коллег в домах полно прислуги, он считал, что они впали в детство.
Стефано терпеть не мог, когда перед ним заискивают. Именно поэтому он так захотел нанять Анну секретарем. Встреча с ним не произвела на нее совершенно никакого впечатления – подобной реакции он не встречал уже много лет. В деловой обстановке он привык, что его мнения боятся; в личной жизни он привык видеть желание женщин и энтузиазм мужчин, а также жажду сблизиться с ним из-за его денег. Анна смотрела на него с презрением.
Он зашел в офис «Левон бразерс», когда переговоры о его покупке фирмы только начались. Анна сидела за столом в офисе, и Стефано, проходя мимо нее, передал ей свое пальто. В ответ она язвительно произнесла: «Добро пожаловать!» Он остановился у двери, которую, как он думал, Анна ему откроет, а она уставилась на него с вызовом, вздернув подбородок и поджав губы.
– Что вы сказали? – спросил он.
– Добро пожаловать! Я хотела сказать это мысленно, как, по-видимому, вы хотели мысленно поблагодарить меня за то, что я повешу ваше пальто.
Так резко напоминать Стефано о важности хороших манер уже давным-давно не осмеливался никто.
Прижав руку к груди, он насмешливо поклонился и сказал:
– Благодарю вас.
Она чопорно кивнула и повесила его пальто на вешалку. Она была ниже ростом тех женщин, с которыми он привык встречаться, но обладала идеальной фигурой. Он отлично помнил, что на ней было надето в тот день: пышная клетчатая юбка ниже колен, высокие коричневые ботинки на небольшом каблуке, узкий черный жилет и облегающий жакет цвета хаки и широкий ремень с острыми шипами, которыми вполне можно было выколоть кому-нибудь глаз.
– Могу ли я осмелиться и попросить вас приготовить кофе? – спросил он, очарованный ею.
– Попросить вы можете, но берегитесь! Я могу вам отказать, и вы обидитесь.
Хохоча, он отправился на совещание. В течение часа, когда язвительную красотку секретаршу шесть раз вызывали в зал заседаний, чтобы она объяснила, какой отчет подготовила для Стефано – идиоты, управляющие компанией, просто ее не понимали, – Стефано знал, что купит эту фирму и переманит к себе Анну. Оказалось, она – настоящий мозговой центр «Левон бразерс». Поэтому Стефано решил, что принял лучшее бизнес-решение.
Он поверил, будто она всегда открыта и откровенна. Однако он не подозревал, что она обычная охотница за миллионами.
Теперь к браваде, которая всегда читалась в ее глазах, примешивалась тревога.
– В доме только я и ты?
– Мы любим оставаться наедине, – сказал он. – Мы можем ходить по дому голышом, не беспокоясь, что нас увидят.
Ее щеки стали пунцовыми, но она подняла бровь и уныло ответила:
– Поверь мне, я не стану ходить голышом, пока ты здесь.
Умиляясь ее упрямству даже теперь, когда она едва держалась на ногах от усталости, он прошептал ей на ухо:
– Хочу тебя заверить, что, когда тебе станет лучше, ты не захочешь одеваться. Поверь, красавица, мы проводили много времени вместе голышом.
– Если я этого не помню, значит, такого не было.
Глядя на ее твердо поджатые губы, он вспомнил, как складывались их отношения после свадьбы. Он не подозревал, что Анна девственница, пока она не проговорилась об этом, когда они вошли в номер для новобрачных.
Она стояла и дерзко смотрела на него, как сейчас, но тогда в ее глазах читался страх. Он шокировал Стефано сильнее, чем ее заявление о невинности.
Он занимался с ней любовью медленно и нежно, а когда почувствовал, что она испытала первый оргазм, начал торжествовать и ликовать, словно оказался первым покорителем Эвереста. Та первая ночь была особенной. Драгоценной. И это было только начало.
Познав радости секса, Анна стала чувствительнее и раскованнее.
Она об этом не помнит. Когда Стефано в следующий раз увидит ее голой, для Анны это окажется первым разом, и поэтому она будет выглядеть мучительно застенчивой.
Он поцеловал костяшки ее пальцев.
– Ты дойдешь до спальни сама или мне отнести тебя?
Ее глаза сверкнули, и она возмущенно ответила:
– Я дойду сама.
Стефано помог ей встать, и она, держа его под руку, пошла за ним в спальню, в которой он спал один весь последний месяц.
За прошедшие сутки его жизнь так резко изменилась, что Стефано начал подумывать, не он ли ударился головой и получил сотрясение мозга.
Его жена вернулась домой и скоро снова окажется в его постели.
Он заметил ее нескрываемое удивление, когда открыл дверь, и Анна увидела интерьер в мягких приглушенных тонах и большую кровать, доминирующую в комнате.
– Мы выбирали декор вместе, – сказал он ей. – Ты выбрала кровать. – Это было первое, что они купили после свадьбы. Стефано знал, что Анна не захочет спать с ним в кровати, на которой прежде он лежал с другими женщинами.
И теперь они опять будут делить постель. Анне надо знать, что в этой спальне они занимались любовью сотни раз. Он должен убедить ее, что они настоящая супружеская пара и для них естественно спать вместе.
Пока он не станет думать о том, что почувствует, лежа рядом с женщиной, которая выставила его дураком.
– Серьезно? – хрипло спросила она.
– Да. Когда твое самочувствие улучшится, я обещаю, что тебе понравится то, чем мы с тобой обычно занимались. Но пока это может подождать. Врач посоветовал отдыхать несколько дней. Я обещал заботиться о тебе, а я, как ты знаешь, человек слова.
Стефано всегда сдерживал обещания. По его мнению, именно обязательность отличала людей от животных. Женившись на Анне, он пообещал хранить ей верность. Он дал слово, что если когда-нибудь захочет ей изменить, то расстанется с ней до того, как случится измена.
Она тоже дала слово: она пообещала ему доверять. Ее обещание оказалось ложью. Ее намерения были лживыми. Она лгала ему с самого начала. Их брак основывался на лжи и притворстве. Бросив Стефано, она тут же потребовала от него денежной компенсации, решив оттяпать у него часть состояния, которое он создал с нуля.
Анна была алчной лгуньей. Она выставила Стефано дураком, но она заплатит за это.
Но, какой бы алчной и коварной ни была его жена, прямо сейчас она слишком слаба для того, чтобы плести интриги.
Она тяжело опустилась на кровать и заморгала, стараясь не закрывать глаза. Он опустился на колени и расшнуровал ее ботинки, потом осторожно снял их, а затем уложил ее под одеяло. Анна уснула до того, как он закрыл жалюзи на окнах.
Ему стало не по себе, когда он увидел ее бледное лицо и темные круги под глазами. Он поборол желание наклониться, отвести волосы с ее лица и поцеловать в щеку.
Он закрыл дверь затемненной комнаты. Он не имеет права испытывать к Анне сострадание. Амнезия сделала ее уязвимой, но это не отменяет ее поступка.
Вскоре она снова будет в хорошей физической форме.
И вот тогда начнется серьезная игра.
* * *Открыв глаза, Анна сразу поняла, что рядом с ней кто-то лежит.
Стефано.
Как он оказался в ее постели?
От усталости она едва помнила, как добралась до кровати.
Стефано привез ее в квартиру днем. В комнате стояла абсолютная темнота, но сейчас, наверное, уже светает. Должно быть, она проспала добрых двенадцать часов, но чувствует себя лучше. Тошнота ушла, голова была тяжелой, но не болела. У нее пересохло в горле. Но даже если бы она знала, где находится кухня, то не осмелилась бы встать с кровати. Она едва осмеливалась дышать.
Стефано лежал рядом с ней. Если она пошевелит ступней, то коснется его ноги.
Интересно, он одет или обнажен?
Она слышала только его ритмичное дыхание и биение своего сердца.
Она испытывала странное чувство от такой интимной обстановки, особенно после восемнадцати месяцев упорного сохранения их отношений в деловом русле. Начав на него работать, Анна проводила с ним больше времени, чем кто-либо другой. Они вместе путешествовали по всему миру, наслаждались вкусной едой, иногда выпивали, язвили, смеялись над собой и над другими, ругались, швыряли вещи друг в друга… Однако Анна не позволяла Стефано пересекать запретную черту.
И вот Анна вышла за него замуж. И теперь полностью осознает, что за время брака они не просто лежали в одной кровати.
* * *Стефано проснулся от почти болезненного желания. Прежде он обнял бы Анну и занялся с ней любовью до того, как они оба открыли глаза. Сегодня он вскочил с постели и принял душ до того, как уступил эмоциям.
Хотя он говорил себе, что нет ничего необычного в том, чтобы снова делить постель со своей женой, ему приходилось сдерживать свои желания. Он оказался к этому не готов. Он смотрел на спящую Анну при тусклом свете и испытывал странное сочетание отвращения и сострадания.
Раньше Анна ни разу не болела. Он никогда не видел ее беспомощной. Он лежал рядом с ней, прилагая все силы, чтобы к ней не прикасаться. Ему потребовалось немало времени, чтобы уснуть.
Намыливаясь дорогим гелем для душа, он подумал, что сегодня впервые за месяц проснулся от такого сильного желания.
Воздержание давалось Стефано нелегко, однако ему оставалось только предполагать, что из-за отвращения к Анне он не хочет искать ей замену.