Хочу любить тебя снова. Книга 2

Глава 5.

Молчаливый наказ.

Ходя на службы, я не могла молиться, силы мои были на исходе, от ранних подъемов в четыре –пять утра, я совсем выбилась из сил. Хоть ложились спать рано, как только в принципе начинало темнеть. В таком режиме жили все постояльцы гостиницы, поэтому никто не шумел и не мешал друг другу отдыхать после трудового дня.

Я помню, как от этого недосыпа даже стоя засыпала во время службы. Как только начинала падать, то сразу просыпалась. Смешно, но так и было. Садиться на лавочки в храме не принято, да и страшно было бы стыдно, если бы заснула на лавочке при всех, поэтому службы- стояла на ногах.

А еще как-то на вечернем молебне, я увидела, что все очень празднично, было расставлено в храме множество живых цветов и как- то было все по-другому. Потом я узнала, что на следующий день будет служба- посвящение новых молодых монахов.

Конечно сцена посвящения на меня оказало сильное впечатление, особенно то, как эти молодые парни лет по двадцать, чтобы посвятить себя Богу, отречься от всего мирского, должны были проползти в белых длинных рубаха на животе весь огромный храм до алтаря. Зрелище было на мой взгляд странное.

Трое молодых парней в длинных белых сорочках, лежа на животе ползли по полу, как гусеницы, извиваясь вверх-вниз всем телом. Этот путь занял у них несколько минут и прихожане могли смотреть и много осознать пока совершался данный обряд. Для меня это был просто обряд, а для этих ребят выбор всей жизни!

Подумать только ведь мы сами, действительно, своими поступками выбираем свою жизнь.

Вот так проходили дни в послушании, а встречи с отцом Власием все никак не предвиделись. И через несколько дней нам сказали, что в ближайший месяц он не будет проводить встречи, что уже через пару дней он уедет из монастыря. Я прям загрустила… Ведь найти ответ на свой вопрос я еще не смогла, а так надеялась все решить и с готовым решением вернуться в Москву.

Но потом оказалось, что отец Власий будет проводить исповеди перед воскресным днем, а так как послушники были вне очереди, то нас он исповедуют первыми. Вот было у меня радости! Я с волнением ждала завтрашнего дня.

Тут была небольшая проблемка: на исповеди говорят о своих грехах, а не спрашивают совета по житейским проблемам. Поэтому писав на листочке все свои грехи, я снизу приписала мучивший меня вопрос: «Оставаться с мужем или нет?»

И уже на исповеди, когда подошла моя очередь я с волнением стояла и перечисляла свои грехи, а в голове было только одно: «Как бы спросить…»

Я решилась и задала свой вопрос, на что батюшка очень строго на меня посмотрел, помолчал несколько мгновений. И немного постояв, он кивнул три раза головой, первый раз – «Да» -утвердительно, второй- «нет» – отрицательно, а третий- опять «Да».

Я тут же, после исповеди у батюшки, вышла во двор монастыря и набрала номер Матвея.

– Можешь приезжать за мной в Москву, мы с Мироном поедим жить все вместе в Краснодар. – сказала я тихим и подавленным голосом.

Но где-то далеко в Душе был отклик восторга. Тихий, робкий восторг, но он был.

Задумавшись я пошла гулять по территории монастыря. «Теперь моя миссия здесь окончена, потрудившись можно и возвращаться домой» – думала я.

Совсем ничего не поняв, я только запомнила эту поочередность: «Да, нет, да» по кивку головы, батюшка так многозначительно дал мне ответ. А вот, что с этим делать так и не догадалась тогда. Только по прошествии трех лет все встало на свои места, я поняла ответ батюшки.

Но на Душе стало значительно легче практически сразу после нашего разговора с отцом Власием. Я успокоилась и внутри приняла для себя, что больше в Москве одна не останусь, что уеду к сыну и заберу его в Краснодар. Я решила, что буду жить с мужем и с сыном, и ни какая карьера и деньги мне так не нужны, как семья.

Вот с такими внутренними решениями я благополучно добралась на электричке в Москву. Самого Матвея эта новость очень обрадовала, он улыбался, когда слушал меня, я это чувствовала. Теперь осталось подождать несколько дней, и Матвей заберёт меня.

Москва мне после стольких дней тишины показалась огромным ульем, который гремит и шумит неимоверно! Нет размеренности и покоя, нет гармонии и порядка. Я еще больше убедилась в том, что очень устала от этого города и хочу уехать из него поскорее.

Глава 6.

Инфантильная позиция Жертвы.

Мой приезд в Москву был как явление «Христа к Народу», я по привычке освещала себя крестным знамением даже входя в дверь вокзала, на столько это перешло в привычку за те десять дней, которые я провела при монастыре. Мне не хотелось красить лицо, ногти, казалось это совсем непонятным и не нужным для жизни. Не хотелось разговаривать и по всюду я искала тишины, но ее было не найти…

Хорошо, что это состояние продолжалось всего несколько дней. Хорошо, что мой мозг не сконцентрировался на этой «западне» на долго. Для меня это была ловушка сознания, когда ты весь такой праведный, а весь мир грешен, ты ходишь ешь и молишься и так может пройти вся жизнь. И появляется оправдание всему этому бездействию, оправдание в виде: «Я же молюсь во благо себя и всего Мира». А труд, что является твоей пользой для этого Мира? Тут такие вопросы еще в моей голове не возникали. Но Москва не даст долго грезить! Город меня встряхнул и поставил перед выбором: «либо –поезжай домой, либо -срочно выходи на работу!» В Москве нельзя не работать, такие цены и такие скорости не дают возможности хандрить и депрессовать. Быстро поднимаешь свою «лотосную попу» и в бой! Деньги на съем жилья, деньги на продукты, деньги – выслать маме, деньги на одежду и проезд! И список нескончаемый! Поэтому только в мегаполисах происходит мгновенное включение в жизнь. Там эффект от трудотерапии просто зашкаливает!!!

Если Вы еще помните мою подругу Юльку, то здесь тоже не обошлось без ее вмешательства. Мы, конечно же, тоже обсуждали как лучше поступить в моей ситуации. Мы с ней обсуждали долго, по буквам и полочкам. Юлька уже на то время стала учиться на психолога и поэтому уже умела задавать правильные вопросы.

– Почему ты хочешь остаться с Матвеем?

– Ну, потому что он хороший. – тянула в задумчивости я.

– Что ценного в том, что он хороший? Хорошими могут быть многие. Что тебе и твоему ребенку от того, что он хороший?

– Блин, Юлька, я не знаю… А, что мне делать по-твоему? – спросила я.

Мы лежали на большой кровати у Юли дома и мило обсуждали наши проблемки.

– Конечно оставаться! Тебе нужно заработать на свое жилье, потом перевести сюда сына и маму. – воодушевленно наставляла Юля.

Мой ум это прекрасно понимал, что без работы мне не «стать на ноги». Но моя хроническая усталость и хронические страдания по ребенку толкали меня на совсем другие размышления. Например, вот мы втроем с Матвеем и Мироном живем в нашей уютной квартирке, мы счастливы, мы все вместе, мы любим друг друга.

–А кто спрашивается мне сейчас мешал быть счастливой? Зачем все эти жертвы? – такие вопросы я еще не научилась себе задавать.

Я не была ответственная за свою жизнь, поэтому и поехала к батюшке за советом. Поэтому пыталась, чтобы кто угодно кроме меня решил за меня где мне жить и с кем. Чтобы в случае неудачи я могла просто сказать, что это не мое решение, это мне посоветовали, а я по неопытности согласилась. А вокруг меня очень страшные обстоятельства, а все и каждый причастные к моей трагедии, потому что вовремя меня не остановили и.т.д.

С Юлей мы тогда, в тот момент моей жизни, не с проста пересеклись! Она ведь тоже была на распутье: толи быть с сыном, толи дальше покорять Москву.

В итоге, я-то уехала и у меня, действительно, завязалась семья, и ребенок был воспитан мною, безгранично отхватив мою любовь и заботу.

А вот жизнь Юли сложилась по другому сценарию. Ведь часто то, что мы можем посоветовать другим и есть наши собственные, глубинные переживания и умозаключения. Как думаем, так и говорим, как говорим, так и живем. Вот наша судьба так и рождается. Мы «писатели» своих судеб, мы Творцы своей реальности, вот именно поэтому. То, что у нас в голове, то мы и можем дать миру.

Юля осталась в столице в поисках богатого жениха, а я уехала в глубинку объединять семью. И вот, как Юля и предупреждала, что все может повторится, так и произошло. Этот исход событий, наверное, понимали все кроме меня. Я как обычная жертва обстоятельств, повесив голову покорилась судьбе, хотя мои амбиции по- прежнему зашкаливали и не давали мне жить в согласии с собой. Это такая нервная дрожь и мелкая раздражительность, которая не дает покоя. Особенно, когда вокруг все кажется таким безоблачным, и нет ни тени неприятностей, но при этом ты все равно несчастен. С начала вроде бы ты даже рад и счастлив, но при всем при том, ты не хочешь оставаться один сам с собой наедине, ищешь хоть какого- нибудь общества, чтобы оправдать свое бездействие и губительное к себе отношение.

Да, я хотела карьеры, а сама поехала в глубинку сидеть дома с ребенком. Вот оно строительство своего чудесного будущего! Пряv, сама себя наказывала и не давала жить себе так, как я хотела. Больше думала, что так надо!

Хотела быть на виду, жить, работать, дарить миру свои умения и знания, жить социальной жизнью, познать богатство и успех, построить самодостаточную жизнь- вот мои мечты! Вот настоящие желания! Только пройдут многие года прежде, чем я это сама про себя узнаю.

Но вот запереть себя дома с маленьким ребенком, в чужом городе, без друзей и родных, это сверх безумство! Я «жгла» мосты, я «резала» себе Душу, я «рвала» любые шансы проявить себя! Как жалкое, невнятное создание выдавливала из себя счастье, которое совершенно не испытывала… Я сама себе не оставила ни единого шанса! Но как? Почему я с собой так поступила? За, что себя наказала?

Вспомнилась одна цитата Бернарда Шоу: «Если вы начинаете с самопожертвования ради тех, кого любите, то закончите ненавистью к тем, кому принесли себя в жертву.»

Глава 7.

Краснодар- город мечты.

На первый взгляд это так, но давайте капнем глубже. В городе ли дело? Или в нас? В нашем внутреннем состоянии счастья и гармонии?

Радостная картинка города совсем не отражала моего внутреннего состояния.

Моя проблема была в том, что я возвращалась к Матвею по мгновенному своему решению, а он при этом при все не пошевелил и пальцем! О Боги!!!Как же я могла быть так глупа?

Матвей вообще никак не напрягся, он, в принципе, даже и букета цветов не подарил, чтобы как- то меня задобрить и вернуть назад в отношения. Да, при том при всем, я сама себя «связала веревками», каких-то придуманных обязательств, кинулась жить по- новому.

Конечно, теперь квартира не была съёмной, она была родителей Матвея. Конечно, жить в своем жилье морально более комфортнее. Но тут были и подводные камни. Квартирка наша оказалась после проживания квартирантов, ремонт уже совсем износился, техники не было никакой. Первое время, наверное, полгода, я готовила на малюсенькой, старенькой двухкомфорочной настольной плитке. У нее вместо конфорок были спирали и поэтому готовка была очень нудной и неудобной, мне хотелось и печь и жарить, но наши финансовые возможности сильно просели. Переезд забрал все накопленные сбережения, которые были после работы в Москве.

Здесь опять я сама себе запретила жить свою жизнь счастливо, хотя бы с удобной плиткой! Я долго терпела, долго мучилась, а потом в момент раздражения и недовольства, взяла и оторвала одну из спиралей на плите. Специально оторвала, как бы сама себя защищая от дальнейшего морального уничтожения от такой готовки пищи. А Матвею сказала, что плитка вдруг перегорела! И о Чудо, через пару часов Матвей купил мне новую плиту!!! И деньги откуда-то сразу нашлись! КАК???

Это были бытовые вопросы, а вот с моим трудоустройством было еще интереснее…

Чтобы мне выйти на работу все было очень сложно. Даже сложнее, чем я себе рисовала, когда собиралась здесь жить. Я была уверенна, что работы много, но может менее оплачиваемая. Но и это предположение, тоже было ошибочным. Работы хорошей вообще не было. Просто никакой! Я еще какое-то время этому удивлялась, ходя по собеседованиям. Потом стала принимать отсутствие работы, как за данность.

С детским садиком, совсем не клеилось, Мирошу я не могла устроить потому, что их не было в районе, а тот единственный к нам ближайший сад, конечно же был переполнен до отказа. По настоятельному совету свекрови я даже собиралась устроиться в детсад воспитателем. Ой, что это было за удушающее событие в моей жизни. Я в прямом смысле слова «стала себе на горло», пошла на собеседование, на должность воспитателя. Мало того, что зарплата и статус были за гранью нормы для меня, так еще и мне указали, что мой диплом педагога не подходит, надо переучиваться на воспитателя! И это в придачу за свой счет! Как вообще такое может быть? После всех моих достижений, после моих высоких должностей в Москве, мне нужно было еще что- то доказывать здесь, в каком-то провинциальном Краснодаре?

Я была возмущена до придела! Не понимала на тот момент, что была для работодателей Краснодара- шокирующим сотрудником, уверенна, что многие из них побоялись просто за свои насиженные места. И поэтому придумывали для моей работы всяческие препятствия.

А я при этом постепенно теряла всякую надежду на то, что смогу выйти на работу.

Мирон занимал все мое свободное время, он еще был слишком мал и поэтому без садика я поняла, что выйти на работу мне не удастся. Мы с Матвеем попробовали собирать отказы из МФЦ, чтобы потом подать в прокуратуру и «выбить» место в саду, мы искали через кого можно дать взятку, чтобы попасть ребенку в детсад. Самое, что интересное – нашли. Но, когда узнали расценки, у меня «мороз пробежал по коже». С нас попросили сто тысяч рублей, при том что на «дворе» шел 2013 год. Я посчитала тогда сколько же мне отрабатывать взятку, если выйти на работу. Оказалось, что года полтора, при этом ни копеечки на себя не тратить. А самое смешное, что и в сад сыну ходить до школы примерно два года. Вот такая арифметика.

Может это все смешно и весело? Но почему-то жизнь совей серьезностью сильно меня цепляла за «кровоточащие раны». Тут вспыхнули и обиды, и горечь нереализованности, и трагичность моего существования. Я стала видеть, что попала в обман, сплошной, круглосуточный обман. И не понимая то ли я себя обманула, толи мне так голову задурили, я «выла от тоски». А кто не оставил себе свободы выбора? Кто создал для меня такую жизнь?

Мое настроение было, как ветер в этом городе порывисто и переменно!

Глава 8.

Все еще трясет, как на вулкане.

Хочется, чтобы проблемы улеглись, решились в конце концов, но как?

Нет ни понимания, ни представления. Мне не было понятно, как я могу повлиять на ту ситуацию, в которую я попала. Все, как –то шло не так… Ни работы, ни денег, ни самореализации. И тут я опять сдалась, решила, что раз ничего не могу предпринять в данной ситуации, то просто подожду. А вот знать бы чего ждать и когда оно – это не известно, что наступит? Вот тут был вопрос. Его решать на тот момент не хотелось, поэтому я его просто отодвинула. Как бы отошла не много в сторону от данной ситуации, стала просто наблюдать за своей жизнью.

Когда в жизнь пускаем трагедию, трагедия проявляется во всех сферах жизни. Тут же и в семейной жизни шла трещина, да еще какая. Из-за того, что ни настроения, ни внутреннего настроя на позитив не было, то и мои отношения с Матвеем стали страдать. Мои постоянные придирки, моя раздражительность, конечно же не клеили наши отношения, поэтому в семье наметился такой сбой, что даже не знаю, как же мы все это пережили. Было на тот момент всем трудно и тяжело на Душе.

Ребенок в тот момент был буфером, который собирал весь негатив в семье на себя, поэтому, думаю он и был капризен и гиперактивен. Проблема была вся изнутри, а ребенок нам показывал ее наружу.

Муж начал пить.

Эту проблему я уже не могла пережить. Настолько была широка бездна непонимания друг друга, а алкоголь все еще больше усугублял.

Выть на Луну оставалось.

Но кто же поверит, что с виду в благополучной семье – такие проблемы.

Каждый вечер я видела возле тарелки с ужином, бутылочку пива. И ничего не могла с этим сделать. Да, могла поистерить, поскандалить, но на следующий день ситуация повторялась снова и снова. Меня все раздражало и пугало. Я прекрасно понимала, что мой маленький сын видит мужа выпившим каждый день. А я мужа при этом ненавижу. И когда я кричала на Матвея, сын жалел папу и просил не ругать его.

Картина конечно, была душещипательная. Но что делать?

На тот момент уже не было ни сил, ни денег что- то изменить. Остались одни только грезы о лучшем будущем.

Застрять в этой ситуации можно было на долго, но помог в первую очередь долг перед сыном. Мой родительский долг, воспитать сына в любви и ласки, воспитать здорового и крепкого здоровьем, Духом мужчину.

Часто по ночам я плакала в подушку, понимая, что мои грезы о светлом будущем могут никогда не осуществиться. И эта страдальческая жизнь мне надоела до полного изнеможения.

Было даже такое, что, выходя на общий балкон, на десятом этаже – я хотела спрыгнуть. И только долг перед ребенком спас от этой мысли. Так шла моя жизнь. Я себя раскачала просто до истерии, поэтому уже стала замечать, что могу легко взбеситься от пустяка. И из легкой, доброй девушки превратилась просто в мегеру.

Почему-то все думала, что это обстоятельства меня делают такой, что, если бы я не жила с Матвеем, то обязательно моя жизнь сложилась бы по- другому. Я была бы просто счастлива только даже от того, что живу. Моя смекалка, мой мозг, мой мир не допускали того, что виновник всех моих бед – это я сама. Мой выбор. Мои стремления я, конечно же, осуществляла сама. А вот винила всех вокруг себя, чувствовала себя жертвой обстоятельств. Я хотела бы уйти от Матвея, но не понимала, как это осуществить. Ведь кроме моего жгучего порыва еще были нужны деньги. А я не работала. Сама себя засадила дома в выжидательную позицию.

И давай страдать! Страдать именно по собственной воле! Делаешь себе сама боль и потом все это в себе переживаешь! Странная, конечно, была цель…

И так прошло около полугода. Наступил месяц май. На улице красота, весна, все вокруг счастливы! А я, как раз, после майских праздников подошла к Матвею и сказала, что ухожу от него. Что заберу Мирошку и уеду к маме.

Матвей на это мне ничего не сказал. Молчание в ответ! Холодное молчание. А что было в тот момент у меня в Душе? Может я и не хотела никуда уезжать? Я очень надеялась, что меня становят и скажут добрые, теплые слова!!! А их не было. Просто молчание… Просто пустота.

И вот уже куплены билеты на поезд. Больно щимит сердце. А Душа все ждет заветных слов: «Дорогая, как же я тебя люблю! Я тебя не пущу! Я сделаю все, что ты хочешь! Я брошу пить!»

Билеты мне купил Матвей своими собственными руками и на поезд сажал нас с Мирошей тоже он. Он делал это со свойственной ему заботой и вниманием, а мое сердце «разрывалось на куски».

И только проводница вагона, смотря на всю эту картину, проницающим взглядом, громко, именно Матвею, сказала, с чувством горечи и сострадания: «Куда же ты их отправляешь!?»

И тут я окончательно поняла, что совершаю огромную ошибку! Но поезд уже тронулся…

Глава 9.

Лето в деревне.

Первые впечатления по приезду домой меня обрадовали. Появился воздух в легких, как-то спал груз обид с плеч. Я чувствовала, что в родном краю и небо голубее. Хотелось жить и радоваться. Как любая новизна чувств и смена обстановка – переезд к родителям меня взбодрил. Но это продолжалось целых три дня… А потом, в мою трагическую картину мира включились нравоучения мамы и укоры – папы…

Я опять почувствовала, что мне три года… Теперь за каждый свой шаг я должна была дать отчет маме и обязательно должна была делать, что они мне говорят. При этом со стороны отца были нескончаемые упреки, что я никчемная, неумеха, что лишила сына родного папы, а главное – «Что теперь об этом скажут соседи!?»

Вот и приехали!

Теперь мне стало еще хуже, чем с пьющим Матвеем в чужом городе.

Такие мытарства продолжались все лето. Я не знала покоя и минуты не было, чтобы не испытывать напряжение со стороны родителей. Они терзали меня словами, они давили по самым моим больным местам. Я уже и злилась, и ругалась с ними, и как только не пыталась укрыться от их недовольства за мой поступок.

Мирошка был еще маленький и доставлял тоже много хлопот, на него единственного мои родители еще переключались. Его они любят больше чем меня с братом вместе взятыми. Для меня не принципиально, я хорошо принимаю тот факт, что внуки дороже чем собственные дети.

Особенно была рада, что меня в какие-то моменты они не трогали, а, например, занимались с Миронм, его воспитанием. Мама самозабвенно готовила для внука первое, второе и компот, дед- без устали гулял с ним по парку, придумывая для него разные игры и занимался его спортивным образованием. Дедушка, действительно, с полной отдачей сил посвящал всего себя -Мирону. У них и сейчас связь. Хотя Мирон уже давно не малыш.

Меня дома доставали постоянные придирки: то это не так сделала, то почему наоборот ничего не делаю, а болтаю по телефону, сижу, стою, и в принципе, что угодно, лишь бы придраться? То есть родители постоянно указывали мне, что мне нужно делать и как жить.

И в один не очень прекрасный вечер меня они допекли так, что я сорвалась в чем была дома, покидала какие под руку попали вещи и уехала в город!

Ухала на ночь глядя, без денег. Но у меня там жил брат с семьей. На его поддержку я и рассчитывала.

Телефон на звонки от родителей не брала, но знала, что благодарна им за то, что они могут присмотреть за сыном, несмотря на наши отношения друг к другу.

В городе Курске у меня был не только брат, но и мои однокурсницы по институту и были, конечно же, мои подруги. Поэтому в городе я себя отлично чувствовала, только нужно было пожить где- то, залечить раны…

Я осталась переночевать у брата. Утром мы, конечно же, поехали в храм. Это вообще отдельная история с храмами, тут можно отдельный роман написать. Не жизнь, а сплошное хождение по всем святым местам.

И вот мы поехали с братом в храм. Да не в обычный храм, а в тот, где вел службу какой-то особый батюшка, по словам современников- прозорливый.

Мне совсем не хотелось стоять там службу… Но, что делать, я же к брату приехала, он решал, что нужно делать. В то время я разрешала очень многим вторгаться в собственные желания, нарушать мои границы и позволять портить мне жизнь. Особая привилегия для этого- была у моих родных. Именно от них, конечно же, больше всего мне и доставалось.

На улице была жара, а в Душе вьюга! Как дальше жить не понимала от слова- совсем!!!

Вечером мы с братом решили немного посидеть, попить – вкусненькой. И все бы ничего, да только брата стало перекрывать. Он начал орать, что я дура! Что ушла от мужа! Кому я теперь нужна?! И все в том же духе. Такого хамства и презрения я выдержать не могла и не собиралась. Хоть алкоголь и плох во всех отношениях, но тогда благодаря ему у меня появилась смелость защитить себя. На фоне алкоголя меня зацепили эти высказывания через чур сильно, и я сделала «ход конем».