Проект «Новый Эдем»

И Кондрат, Кондр, всегда мрачный, замкнутый, молчаливый. Он держался в стороне. Ото всех. Первым не подходил, не заговаривал, лишний раз даже не смотрел.

Хотя он не один оказался такой. Девушка в форме курсанта Специального корпуса, Иви, тоже не отличалась общительностью, но и не сторонилась остальных. Спокойная, сдержанная, сосредоточенная. И неулыбчивая. Фео ни разу не видела, чтобы она улыбалась.

Обычно испытания и тренировки проходили на том самом плацу на крыше, на котором состоялся первый сбор, только занятия по стрельбе проводились в тире Специального корпуса. Фео надеялась, им тут устроят экскурсию, хоть чуть-чуть расскажут об учёбе и покажут всё заведение. Но это ведь не урок по профориентации. Словно под конвоем по строго заданному маршруту: до тира и обратно. И всё.

А однажды их провели на закрытую станцию подземки, усадили в поезд, который шёл без остановок, и сразу пополз слух: сегодня тренировка будет в полевых условиях. Не на крыше, не внутри здания. Внизу. На земле.

Странно звучало. Будто до сих пор они находились на какой-то другой планете. Хотя… может, так и было в действительности.

Лично Фео никогда не покидала границы города, вроде даже на улицу не выходила. Если говорить не о крышах и не об открытых галереях, опоясывающих или соединяющих небоскрёбы, а о самых настоящих улицах. Залитых асфальтом полосках пространства между домами, поделённых на автомобильные дороги и тротуары. Последние были совсем узкими: два человека с трудом разойдутся, и почти всегда пустыми.

На улицу выходили только разве для того, чтобы сесть в наземный транспорт, а Фео и вся её семья обычно пользовалась подземкой. Они уже настолько привычны: грохот летящих по туннелям составов, вечный сквозняк, полумрак за окном, расчерченный тире и точками тусклых ламп. А тут вдруг в окна вагонов заглянуло солнце.

Поезд выехал на поверхность, затормозил у открытой платформы. Значит, прибыли в «Зелёную зону».

Неужели? Вот это да! Фео, конечно, знала, что она реально существует, верила, видела на экране планшета, но вот побывать здесь…

Иметь в Зелёной зоне собственный дом ‒ мало кому доступная роскошь. Даже съездить сюда на отдых, и то дорого. Захочешь просто погулять на природе ‒ всё равно плати, а уж желание снять номер в комфортабельном отеле на несколько дней обойдётся в такую сумму, которая не каждому по карману. А тут их привезли просто так, совершенно бесплатно. Как хорошо, что Фео записалась на участие в проекте!

Вокруг платформы асфальт, а дальше земля и трава. Их даже не торопили особо, чтобы они могли насмотреть по сторонам, осознать, даже насладиться другой, неведомой им стороной жизни. Какой она раньше была. Когда зданий мало, и они не возносятся высоко, чуть ли не до неба, которое проглядывает между ними узкой голубой полосой. И только когда ты на самом верху оно становится настоящим, бескрайним, а пространство во все стороны словно выложено плиткой ‒ крыши, крыши, крыши. Когда деревья растут не в ящиках и кадках, а размер и форма их крон не утверждены строгими правилами.

Вот бы Диньку сюда. Он уже давно пристаёт с расспросами к Фео, куда она всё время уходит и чем там занимается. Пришлось ткнуть его носом в сайт проекта. Хочет знать, пусть сам читает, подробно же написано. Только вот про вылазку на Зелёную зону ни слова. Но брату не надо на тренировку, просто оказаться здесь и увидеть своими глазами. И маме, и папе.

Хотя родители застали прежний облик Земли, но, наверное, уже не помнят. Они же тогда совсем маленькими были. И точно не отказались бы посмотреть сейчас, вспомнить.

Фео настолько увлеклась фантазиями, что совсем забыла, зачем она здесь и с кем. Её привёл в себя громкий окрик.

‒ Строимся в две колонны. И бегом. По дороге. Прямо до леса.

Лес. Сказочное слово. Точно знаешь, что он существует, но никогда не видел вживую, и потому всё-таки сомневаешься в его реальности. А теперь уже нет. Вот он темнеет совсем рядом.

Высокие сумрачные ели, совсем не похожие на те искусственные: аккуратные, маленькие, пушистенькие, ‒ что выставляют везде перед новым годом. И контрастом к ним ‒ белые стволы с чёрными штрихами. Берёзы. В городе их вообще нет. Всё больше декоративные породы, которые симпатичней смотрятся стриженными. А у берёз тонкие, гибкие, свисающие ветви, а без них пропадает настоящее очарование этого дерева.

Казалось, лес тоже движется им навстречу, чуть наклоняется каждым деревом и всматривается в приближающихся людей. Нет, люди, наверняка, ему не в новинку. Это для них, выросших в каменных джунглях, он невероятная экзотика. Их, наверное, и привезли сюда именно затем, чтобы, попав в другой мир, они не простояли сутки с удивлённо открытыми ртами, рассматривая непривычные пейзажи, впитывая незнакомые впечатления. Ведь говорили, что в том мире очень много лесов.

Прививка от излишнего удивления. И первый опыт ориентирования в чуждой обстановке. Чтобы они не заблудились и не потерялись сразу среди древесных зарослей.

Выдали карты, разбили на команды. Какая из них первой доберётся до финишного пункта. Фео критично оглядела тех, кто ей достался в напарники.

Конечно, Пак. Он всегда торчал рядом, и, кажется, их уже воспринимали как одну человеческую единицу. Достало! Будет отставать, Фео его прибьёт.

Плюс странная девица. Фео и раньше её замечала и понять не могла, что та здесь делает. Стройной её не назовёшь, даже с натяжкой. Щекастая, с шевелюрой, объёмной не менее, чем она сама ‒ пышной копной мелких кудряшек, старательно зачёсанных и стянутых в хвост, но всё равно выбивающихся и торчащих спиральками. Прямая ассоциация со старым дырявым матрасом, у которого прорвалась обивка и пружины высунулись наружу. Ведь бежать придётся, а тут такая баржа на буксире.

Имя у баржи пафосное ‒ Регина. Хотя надо отдать ей должное, стреляет она отлично. Случается же. Первый раз взяла в руки оружие, а все выстрелы точно в яблочко. Хотя, может, она врёт, что никогда раньше не пробовала? Хотя ‒ подумаешь! ‒ удивительная меткость. Сейчас это её достоинство вряд ли окажется полезным, а прочие достоинства вообще будут только мешать.

Хорошо, что остальные в команде нормальные. Даже очень. Иви с её курсантской спецподготовкой и Самир. Он хоть и приземистый, но, сразу видно, спортивный. Тут почти все в хорошей физической форме, за исключением таких экзотических экземпляров, как Регина или Пак.

И всё-таки бежать по стадиону и по лесу ‒ совсем разные вещи. На стадионе ‒ ровная, специально приспособленная дорожка, вниз можно не смотреть, не запнёшься, если только за собственные ноги. А здесь успевай следить, чтобы не угодить в выбоину на тропе, чтобы не зацепиться за торчащий из земли древесные корень, да и окружающий пейзаж слишком непривычен.

Быстро забывается об основной цели, хочется остановиться и всё как следует рассмотреть, а ещё лучше ‒ потрогать. Ощутить под пальцами прохладный глянец листьев и неровности коры. У одних деревьев стволы почти гладкие, у других ‒ в отслаивающихся шелушинках или словно в чешуйках, у третьих ‒ в глубоких морщинах и складках. А ещё цветы. И даже ягоды. Фео заметила на бегу словно нарочно подсвеченную пробившимся сквозь листву солнечным лучом ярко-красную каплю.

Земляника. Скорее всего. Фео приходилось пробовать выращенную в оранжереях крутобокую густо-бардовую клубнику, а вот настоящую лесную землянику ‒ ни разу. Она должна быть особенной. Но сейчас нет времени на то, чтобы остановиться, сойти с тропинки в заросли травы, сорвать. Промчалась мимо. Но через несколько секунд Фео нагнал Пак, протянул к ней стиснутую в кулак руку.

‒ Держи!

И разжал пальцы.

Сначала Фео подумала, он поранился до крови. Тогда ‒ что она должна держать? Но почти сразу поняла. Это ягода. Та самая земляничина. Точнее, бывшая ягода. В кулаке Пака она расплющилась в непонятное нечто. Узнать можно только по мелким желтоватым зёрнышкам.

‒ Ну и что теперь? ‒ разочарованно фыркнула Фео. ‒ Мне тебя облизывать?

А аромат-то какой! Сладкий, манящий. Волшебный. Если бы это была её собственная рука, Фео не удержалась и запросто бы облизала ладонь. Даже если бы земляничина превратилась в бесформенную кашицу и размазалась по коже. Как же хотелось ощутить настоящий лесной вкус.

Пак насупился, махнул рукой, стряхивая с неё раздавленную ягоду.

Идиот полный! Лучше бы сам попробовал.

Первыми они не пришли. Из-за тихоходной Регины, конечно. И ещё чуть-чуть заблудились почти перед самым финишем. Досадно. Фео разозлилась на всё и на всех. Но странно, почему-то больше всего мыслей было о землянике и постоянно представлялась, как она светилась алым в солнечном луче, а потом кровью размазалась по ладони Пака. А ещё запах, который трудно с чем-то сравнить. И по-прежнему жалко, что Динька всего этого не видел.

***

Планшет пискнул, оповещая о пришедшем сообщении. Фео из всех возможных интересовало только одно. Так пусть это будет оно. Пусть будет оно.

Сенсорный экран не отреагировал на мгновенно похолодевшие пальцы, и пришлось воспользоваться голосовой командой.

‒ Открыть сообщение, ‒ выдохнула Фео.

Голос дрожал и звучал, словно чужой. Неужели и тут не сработает? Но на этот раз планшет отреагировал правильно, выбросив на экран окно с текстом.

«Поздравляем. Вы прошли отбор и включены в команду…»

Дальше Фео читать не смогла. С трудом сдержала сумасшедший радостный визг, зато изо всех сил прижав планшет к груди, запрыгала как маленькая, выкрикивая:

‒ Да! Да! Да!

В комнату сунулся Динька, изумлённо вылупил глаза:

‒ Фе, ты чего?

Фео бросила планшет на стул, подскочила к брату, схватила за руки, пытаясь втянуть его в свою пляску ликования. У Диньки глаза округлились ещё сильнее, он посмотрел на свои размахивающие по воле Фео руки, на обезумевшую сестру и поинтересовался:

‒ Ты чокнулась?

‒ Нет, Динька, нет! ‒ воскликнула Фео, но тут же поменяла мнение: ‒ А может быть и да. Меня взяли в проект. Понимаешь? Зачислили в команду.

‒ Какой проект? ‒ медленно соображал братишка. ‒ Тот самый?

‒ Тот самый! Именно, тот самый! ‒ восторженно выкрикивала Фео.

‒ И что теперь?

‒ Теперь я попаду в другой мир. Представляешь? Я буду его изучать, пригоден ли он для массового переселения. Не одна, конечно. Но и я… я тоже.

‒ А я?

Динькин вопрос озадачил Фео.

‒ А ты. Что ты? ‒ Она застыла на месте, хотя и продолжала сжимать мальчишеские ладони. ‒ Ты останешься дома с мамой и папой. И будешь меня ждать.

Но брату не понравился предложенный расклад. Он сердито выдернул свои руки из пальцев Фео.

‒ Я не хочу дома. Я хочу туда. Как и ты.

На его месте Фео повела бы себя точно так же. Прекрасно понятны его желание и возмущение.

‒ Динь. Ну там берут с пятнадцати лет, а тебе ещё двенадцати нет, ‒ попыталась она утешить брата. ‒ Вот подожди, подрастёшь, и обязательно найдётся что-нибудь похожее и для тебя.

‒ Я и сейчас не маленький, ‒ сердито буркнул Динька, выскочил из комнаты, но даже его обида, не испортила настроение Фео, её по-прежнему переполняла радость.

Она подхватила планшет со стула, чтобы дочитать до конца сообщение. В нём говорилось только о новом сборе: дата и время, а место то же самое ‒ крыша небоскрёба, на которой проходило большинство тренировок.

Что лучше: сейчас сказать родителям, что зачислена в команду, или потом? Наверное, лучше потом. После сбора, после того, как узнает конкретно, когда она отправится исследовать новый мир. Вариант, что родители могут возразить против её участия в проекте, Фео даже не рассматривала.

Они с самого начала не в восторге, наверняка надеются, что у дочери ничего не получится. А у неё получилось. Ещё как получилось! И маме с папой придётся это принять.

Значит, решено твёрдо: Фео расскажет им после сбора. Если, конечно, Динька не проболтается раньше. Но сбор уже завтра, а брат обиделся, не захочет говорить.

Обычно он не жаловался на несправедливость жизни. Родителям. Потому что те легко расстраивались, не хотелось лишний раз их волновать. А с Фео делился. Ей всегда казалось, что она более зрелая, более сильная, чем многие взрослые. И папа с мамой в том числе. Вот и решала всегда сама. Где возможно уступала, но не в этот раз.

Тут Фео не сдастся, даже если родители будут категорически против. Да и как они её удержат? Запрут дома? Пусть только попробуют.

А на следующий день, когда отправилась на сбор, на станции подземки опять наткнулась на Пака. Он стоял перед турникетом и всматривался в проходящих. Увидел Фео, засиял улыбкой до ушей, встретил словами:

‒ Ты прошла. Поздравляю.

Откуда только узнал? Хотя на сайте может и вывесили полный список, или Пак залез в закрытую информацию. Он умел. И теперь специально притащился, показать, как он за Фео рад. Ещё бы букет припёр.

‒ Ага. Я в курсе что прошла, ‒ снисходительно проговорила Фео, но всё-таки вежливо добавила: ‒ Спасибо.

Проскользнула через вертушку. Пак двинулся следом. Оглянулась, удивилась.

‒ А ты чего?

‒ Я тоже прошёл, ‒ Пак гордо вскинул голову.

‒ Через турникет? ‒ съехидничала Фео.

‒ В команду, ‒ многозначительно заявил Пак.

‒ Да ладно. Разыгрываешь?

‒ Нет, ‒ произнёс твёрдо, не показывая обиды.

Быть такого не может! Задохлик и конченный ботаник тоже в проекте? Не-не-не! Бред!

Фео даже не услышал грохота подъезжающего поезда, не заметила мелькания синих вагонов почти перед самым носом, только ветер почувствовала. Как он налетел и, похоже, подхватил, закружил, перенёс в другую реальность.

‒ Пойдём! ‒ дёрнул её за рукав Пак. ‒ Сейчас двери закроются.

Фео брезгливо оттолкнула его руку, но послушно шагнула в вагон. Не пропускать же поезд. Но свыкнуться с мыслью, что Пак тоже прошёл отбор, она так и не могла. Даже когда стояли на плацу, не верила. Хотя на этот раз их было совсем мало, не то, что раньше.

Сама Фео, курсант Специального корпуса Иви, крепыш Самир ‒ их присутствие не вызывало вопросов. Даже к кандидатуре Кондра у неё не нашлось особых претензий. Если подходить объективно. А вот Пак. Да ещё ‒ ничего себе! ‒ Регина. Она-то здесь для чего? Чтобы придать веса экспедиции? С ума сойти.

И ещё несколько знакомых лиц, которых Фео помнила по тренировкам, а вот имён не знала. Но были и те, кого она в первый раз видела. Вот этого, например.

Высокий светловолосый парень, очень даже симпатичный. Особенно когда улыбался, открыто и искренне. Фео он тоже улыбнулся, случайно встретившись взглядом, и у неё губы сами растянулись в ответ, несмотря на то, что старалась казаться серьёзной и сдержанной. И имя его сразу запомнилось, стоило один раз услышать ‒ Марк.

Фео посчитала присутствующих. Девятнадцать. Странное число. Или ещё кого-то не хватало?

Точно, не хватало. Всего уже построились, а он только появился на краю плаца.

Шёл, не торопился, руки в карманах чёрной куртки. И вообще, слишком много чёрного. Брюки, ботинки, коротко подстриженные волосы, которые топорщились жёстким ёжиком, широкие дуги бровей. И глаза. Может, не совсем чёрные, но очень тёмные.

Взгляд цеплялся издалека за эти чересчур чётко обозначенные радужки, больше напоминающие отверстия оружейных стволов, и постоянно казалось, что парень смотрел именно на тебя. А ничего подобного. Скорее всего, Фео он даже не заметил. Да и остальные ему по барабану. Потому что на его губах играла едва заметная самоуверенная ухмылка. Весь из себя такой.

По тренировкам Фео его тоже не помнила. Наверное, они проходили в два потока. Или некоторых зачислили без отбора?

Судя по тому, как вёл себя вновь прибывший ‒ вполне возможно. Потому он и корчил из себя крутого перца. И опоздал, наверняка, нарочно.

Фео фыркнула презрительно, но продолжала смотреть на парня, пока он не дошёл до общего строя, не остановился на фланге. Тогда за остальными его стало почти не видно. И ладно. Можно подумать, у Фео забот других нет, кроме как на этого самодовольного зазнайку пялиться.

Теперь их двадцать. Две команды по десять человек. Сначала будут вместе, потом разделятся. Последняя неделя для окончательной подготовки и ‒ в путь. Невероятный путь, который ещё никому не удавалось пройти. Через портал в новый мир.