- -
- 100%
- +
На шестой день нашего пребывания во Франции мой друг, видя моё с трудом скрываемое нетерпение, великодушно согласился поехать в Лион, где родился Антуан де Сент-Экзюпери. Это оказалось не так близко, от Парижа почти 500 километров. Но самые дорогие воспоминания писателя из его детства и отрочества связаны с усадьбой в Сен—Морис—де—Реман, что находится в 40 километрах на юго-восток от Лиона. В этот уголок Франции мы и направили свой путь.
Сложно было, не владея французским языком, добираться до места. Нас выручал, недавно пройденный в Англии, курс английского моего друга и несколько выражений по-французски, которые я заготовила дома, в России.
Из Парижа в Лион мы решили отправиться с железнодорожного вокзала, который так и называется – Лионский (Gare de Lyon). Это один из крупнейших и красивейших вокзалов Франции. Его великолепное здание – классический образец архитектуры конца ХIХ, начала ХХ века.
Билеты до Лиона купили на скоростной двухэтажный электропоезд TGV (Train à Grande Vitesse) – туда и обратно, в один день. Это удовольствие оказалось недешёвым, 75 евро на одного в один конец. Локомотив проходит расстояние от Парижа до Лиона всего за 2 часа, со средней скоростью 240 – 260 километров в час. Наши места располагались на втором этаже. Большие окна вагона открывали панорамный вид на живописную местность вдоль железнодорожного пути. TGV идёт плавно, его высокая скорость ощущается только на поворотах и то, едва заметно. 9
За окном пролетали ухоженные французские поля, нарезанные аккуратными наделами, у каждого – свой хозяин, бережно и с максимальной выгодой использующий собственную землю. На французских лугах пасутся белые коровы. Удивительно, но все коровы, которые попадались нам по пути из Парижа в Лион, были исключительно белыми! Непривычно. Только здесь я поняла, что российских коров потому и прозвали бурёнками, что они, в основном, бурой масти; коричневые с красноватым или сероватым отливом, либо пятнистые.
По дороге в Лион
Говорите по-русски!
Два часа в пути прошли незаметно. Вот и Лион – один из самых богатых и красивейших городов Франции и мира, второй по величине после Парижа. Мы прибыли на вокзал Пар-Дьё (Part Dieu) – современное здание архитектуры 80-х годов ХХ века, выполненное в стекле и камне красновато-коричневого цвета.
Большие оригинальные часы в виде прозрачного стеклянного циферблата с 12 жёлтыми металлическими шарами, вместо цифр, украшают здание вокзала. На часах было 11 утра, когда мы приехали в Лион, а в 20 часов, этого же дня, мы должны были отправиться назад, в Париж. То есть в нашем распоряжении оставалось около девяти часов ─ не так уж много с учётом предстоящего поиска и посещения усадьбы Сент-Экзюпери в городке Сен-Морис де Реман, под Лионом.
В этот день у меня сильно болело левое колено, натруженное накануне многочасовыми пешеходными прогулками по Парижу. Это мешало полноценному путешествию, но в душе у меня всё ликовало от предвкушения того, что ждёт меня сегодня впереди.
До отъезда во Францию я поинтересовалась в интернете, как добраться из Лиона в Сен-Морис де Реман. Согласно информации, доехать можно было на автобусе или на маршрутном такси.
Мы вышли из здания вокзала, прошли через дорогу на стоянку автобусов, но ни один из них не отправлялся в Сен-Морис-де-Реман. Вернулись на вокзал. Мы видели, как от него отправлялись маршрутки, но – в другом направлении.
Кого бы из прохожих или из вокзального персонала мы ни спрашивали, как проехать в усадьбу Антуана де Сент-Экзюпери, все отправляли нас в аэропорт имени Сент-Экзюпери, в Лионе. Возможно, причина крылась в том, что я неверно, с сильным русским акцентом произносила название городка, и французы не могли понять меня, реагируя единственно на фамилию Saint-Exupеry. Но закралось и сомнение: знают ли они вообще о том, что поблизости находится усадьба знаменитого писателя?
Мой друг решил, что надо купить карту Лиона и его пригорода с названиями населённых пунктов. Тогда можно будет предметно объяснить окружающим, что именно мы ищем. Я обострённо чувствовала, как убегает наше время и предложила продолжить поиск методом, как мы его с другом назвали, «человеческого фактора».
Таким образом, мы разделились. Друг нашёл неподалёку, здесь же на вокзале, торговую лавку, где продавали печатную продукцию, и пытался отыскать в ней нужную карту. А я, оглядевшись вокруг, увидела стоявшую неподалёку от меня женщину лет пятидесяти в открытом летнем платье. Подойдя к ней, я горячо, на ломаном французском, стала объяснять свою проблему:
– Bonjour! Je viens de Russie. Aidez-moi, s’il vous plaît! (Здравствуйте! Я – из России. Помогите мне, пожалуйста!) Она искренне и немного снисходительно улыбнулась и обратилась ко мне на чистом русском:
– Говорите по-русски!
От радости я крепко обняла её, потом объяснила, в каком направлении, какой населённый пункт и чей дом мы ищем.
– Я люблю Сент-Экзюпери, – сказала она, – но не знала, что где-то здесь поблизости находится его дом. По дороге на работу и обратно я много раз проезжала стороной Сен-Морис-де-Реман. Рада случаю, хочу увидеть усадьбу Сент-Экзюпери! Давайте вместе поедем туда, я – на машине. Только вам придётся немного подождать меня.
Эту милую женщину зовут Ивонной. Она провожала на вокзале своего 94-летнего, но ещё бодренького отчима, русского по происхождению. Мы поздоровались с ним. Надо было подождать, пока Ивонна посадит отчима на поезд, который через 20 минут отправлялся в Париж.
О таком раскладе я и не мечтала! Мой умный, внимательный друг, заметив наш активный диалог с Ивонной, подошёл и включился в разговор, быстро сориентировался и, предложив помощь Ивонне, взял у неё из рук чемодан её отчима. Мы вчетвером, в тесной вокзальной сутолоке, стали пробираться к поезду на Париж.
Подошли к вагону, посадка уже шла вовсю. Отчим взял свой чемодан, попрощался с Ивонной, с нами и скрылся за дверями вагона. А мы, втроём, пошли на стоянку автомобилей, где Ивонну ждал серебристый джип. Она доверчиво и дружелюбно пригласила нас в машину. Отъезжая от вокзала, Ивонна объяснила, что работает она в Лионе, а живёт в Гренобле, дорога в который проходит немного в стороне от городка Сен-Морис-де-Реман. Ей надо вернуться сегодня домой. Так что по пути она завезёт нас в усадьбу Сент-Экзюпери и заодно сама посмотрит её.
Сен-Морис де Реман
Ивонна – светлый, энергичный и общительный человек. Уверенно управляя автомобилем, она эмоционально рассказывала нам о себе. Родом Ивонна из Армении, русская. Привезли её во Францию 15-летней девочкой. Сейчас она живёт в Гренобле вдвоём со своей матерью, бывшей учительницей русского языка. Ивонна объяснила, что Сент-Экзюпери ещё и потому близок ей, что она заканчивает курсы учебно-полётной подготовки на планерах и очень любит небо.
Ивонна с братом держат ресторан в Лионе, готовят исконно-русские блюда в том числе борщ, голубцы, блины с мясом, пельмени… Русская кухня очень нравится французам. Чтобы поужинать в ресторане Ивонны, надо сделать заказ, как минимум, за месяц. Каждое утро Ивонна едет на работу из Гренобля в Лион, а вечером возвращается назад, домой. Расстояние между Лионом и Греноблем по трассе – 94 километра.
Мы выехали из Лиона. Пейзаж ─ по сторонам красивой широкой автострады напомнил мне дорогу, ведущую в небольшой город Текели, мою малую родину в Казахстане. Похожие клёны по обочинам, а вдали – голубеющие горы с белыми вершинами. Снег на них не тает и летом. Но там – отроги Джунгарского Алатау, а здесь ─ Альпы. Правда, пейзаж был похож только растительностью на обочинах и очертаниями гор вдали. Здесь же удивило высокое качество многополосной автострады: большая ширина дороги, исключительная ровность покрытия, чёткость линий разметки и аккуратные дорожные ограждения на всём её протяжении.
Ивонна, пользуясь навигатором, через несколько минут свернула налево от основной магистрали и поехала по уютной дороге, по бокам которой густо росли высокие липы, радуя глаз приветливым светло-зеленым коридором листвы.
Наконец мы подъехали к небольшому автомобильному кольцу, возле которого увидели столб с указателями. На одном из указателей было написано «Saint-Maurice-de-Rеmens» (Сен-Морис де Реман).
Сильное радостное волнение охватило меня. Ивонна спросила, узнаю ли я дом, который ищу. Ещё бы! Этот трёхэтажный особняк я видела закрытыми глазами, как наяву, ведь столько раз смотрела на него в интернете!
Усадьба в Сен-Морис де Реман, парадный подъезд
– Да, ─ уверенно ответила я.
– Ну, сказала Ивонна, – тогда смотрите внимательно по сторонам. Мы проехали одно, второе, третье строение и вдруг, справа от дороги, я увидела знакомое мне по картинке здание, но не со стороны главного, паркового фасада, как – на картинке, а со стороны двора. Через стеклянную дверь второго этажа на нас смотрел Маленький принц с копной волос пшеничного цвета! Его макет скопировали с рисунка Сент-Экзюпери и установили, как маяк, для тех, кто, как и мы, ищет этот дом. К горлу у меня подкатил комок.
Маленький принц в окне старинной усадьбы
ГЛАВА 4. ДОМ МАЛЕНЬКОГО ПРИНЦА
Невольно крупные слёзы навернулись на мои глаза
Ивонна остановила машину. Мы вышли, приблизились к воротам высокой металлической ограды, окружающей дом и парк, тот самый, «с тёмными елями и липами», и вдруг я увидела, что ворота изнутри заперты на большой замок. Между металлическими стойками ограды хорошо просматривался внутренний двор с хозяйственными постройками и задний фасад дома. Вид на парк загораживало большое дерево. Оно заслоняло своей пышной кроной правый угол дома и вход в парк.
У ворот усадьбы, вид со двора
На металлической ограде, слева, висел белый прямоугольник из фанеры, с закреплённым на нём плотным листом бумаги, с графиком посещения усадьбы для всех желающих. Оказалось, дом открыт для посетителей с 17 мая 2015 года. (Если бы мы приехали в прошлом году, о его посещении не могло бы идти и речи). Ивонна, глядя на график, пояснила: дни посещений в августе – только два воскресенья: 09 и 23. Мы же приехали в субботу, 15-го августа, потому усадьба оказалась закрытой.
График посещения усадьбы
Невольно крупные слёзы навернулись на мои глаза. Обидное несовпадение, какая досада! Я больше никогда не попаду сюда! А если это каким-то чудом и произойдёт, то всё уже будет, быть может, красивее, но иначе. Наведут блеск и лоск, какие-то фрагменты обстановки изменят из самых лучших побуждений, и что-то важное уйдёт из этого дома навсегда. «Вообразите – в эти стены, столько повидавшие на своем веку, нагрянет со своими святотатственными орудиями артель каменщиков, плотников, краснодеревцев, штукатуров и за одну неделю изменит дом до неузнаваемости, и вот вы – как в гостях. Не останется ни тайн, ни укромных уголков, ни мрачных подвалов, ни одна западня не разверзнется под ногами – не дом, а приемная в мэрии!» – как писал в «Планете людей» Сент-Экзюпери.
Ну что тут поделаешь?! Такое случилось несовпадение. Я всматривалась в старинный дом, проникаясь его обликом, стараясь запомнить детали, окружающий пейзаж, запахи Сен-Мориса. От волнения и досады я совсем забыла сфотографировать усадьбу. Спасибо другу! Он, видя моё смятение, сам сделал снимки: меня – возле закрытых ворот, и дома в разных ракурсах, просунув руки с планшетом между железными стойками ворот.
Вид на усадьбу со двора
Это очень французская история
Несмотря на то, что усадьбу открыли для посещения, до музейного вида дому ещё далеко. Он сильно обветшал и требует большого ремонта. В 1932 году мать Антуана Мари де Сент-Экзюпери продала его Лионской мэрии. Через 65 лет, в 1997 году, дом купил приближённый Шарля Мийона, бывшего министра обороны Франции. Но в 2007 году эту сделку аннулировали через суд, и особняк выкупила за 950 тысяч евро администрация коммуны Сен-Морис де Реман. 10
Совместно с мэрией Лиона мэрия коммуны около 20 лет активно добивалась открытия музея в усадьбе писателя. По словам Оливье Д'Аге, внучатого племянника Антуана де Сент-Экзюпери, «это очень французская история, очень сложная».
Для тех, кому дорог Сент-Экзюпери, усадьба, где он вырос, которую любил, и куда неоднократно приезжал, будучи уже взрослым человеком, представляет большой интерес и большую ценность. «Этим вечером мне вспомнилась холодная прихожая Сен-Мориса. После вечерней трапезы мы усаживались на сундуки и в кожаные кресла, дожидаясь отхода ко сну. <…> В полутьме слышались обрывки фраз – это было таинственно. Так же таинственно, как дебри Африки…
Мы дожидались, пока понесут в гостиную лампы. Их несли, как охапки цветов, и каждая лампа бросала на стены прекрасные тени, похожие на листья пальм… Затем букет света и темных пальмовых листьев запирали в гостиной. Мы уходили спать… Иногда вы пели внизу, уложив нас. До нас пение долетало эхом большого праздника – мне так казалось. Я не помню ничего более доброго и мирного, ничего более дружелюбного, чем маленькая печь в «верхней комнате» в Сен-+Морисе. Ничто и никогда так не убеждало меня в полнейшей безопасности мира. Когда я просыпался ночью, она гудела, как шмель, и бросала на стены добрые тени. Не знаю почему, но я сравнивал ее с преданным пуделем. Эта печка оберегала нас ото всех бед. Иногда вы поднимались к нам, открывали дверь и удостоверялись, что мы ограждены от всего теплом». 11
К воспоминаниям о родном доме Сент-Экзюпери обращается в книге «Южный почтовый»: «В десять лет мы находили прибежище на чердаке, под самыми стропилами… Внизу, в просторных залах, болтали гости, танцевали красивые женщины… А мы тут, наверху, видели, как в рассевшиеся швы кровли просачивается синяя ночь».
Вновь и вновь память возвращает Антуана в доброе, защищённое от жизненных невзгод, детство в старинной усадьбе Сен-Мориса: «…Огромный сундук. С семи лет я складываю в него планы моей пятиактной трагедии, письма, фотографии. Всё, что я люблю, о чём думаю и что хотел бы сохранить на память. Время от времени я всё это выкладываю на пол и, лежа на животе, мысленно переживаю прошлое». 12
А вот, строчки из письма 22-х летнего Антуана к матери в Сен-Морис в период его учёбы на курсах офицеров запаса: «…Мне очень нужно лечение отдыхом в Сен-Морисе и ваше присутствие… Я тоскую сегодня по дому, как мальчишка. Подумать только – вы там ходите и разговариваете, а мы могли бы быть вместе, но я лишен вашей нежности и сам не стал для вас поддержкой… До свидания, мама. Завтра я полечу километров на пятьдесят в вашу сторону, к Сен-Морису, чтобы вообразить, что я, в самом деле, направляюсь домой. Целую вас нежно. Ваш взрослый сын, Антуан».
В другом письме матери 29-летний Сент-Экзюпери пишет из Бреста, где обучается на Высших авиационных курсах морского флота: «Хотелось бы снова побывать в Сен-Морисе, взглянуть на мой старый дом. И на мой сундук».
Центр наследия Сент-Экзюпери под руководством его директора Оливье Д’Аге разработал проект музея, который разместят в этом старинном поместье. Осуществить замысел планируется в партнёрстве с ассоциацией коммуны Сен-Морис де Реман. В неё входит администрация и добровольцы коммуны.
В музее под названием «Дом Маленького принца» откроется постоянная экспозиция, будут организованы выставки и конференции. Но вначале планируется отреставрировать дом, восстановить в нём дух ушедшей эпохи. Детской комнате писателя, столовой и библиотеке задумано вернуть первоначальный вид, каким он был при маленьком Антуане.
Многие владельцы личных коллекций, со всего света, откликнулись на весть о создании музея Сент-Экзюпери во Франции, изъявили желание поделиться своими экспонатами с будущим музеем, кто-то решил полностью подарить свою коллекцию, посвящённую Сент-Экзюпери. Особо ценные экспонаты передадут в музей на временное пользование.
На территории усадьбы предполагается построить гостиницу и ресторан. Планируемая посещаемость музея – 100 тысяч человек в год. 13
– Мы собираемся отреставрировать поместье и вернуть ему тот вид, который оно имело в ту эпоху, – рассказывает мэр городка, Элиз Масье.
– Восстановим гостиную, библиотеку, спальню и привезем в дом книги, документы, фотографии и вещи, принадлежавшие Сент-Экзюпери.
Коротка человеческая жизнь
Дорога, ведущая от усадьбы вглубь коммуны Сен-Морис-де-Реман, разделялась надвое. Одно ответвление вело прямо, другое – направо, где между домами проглядывался церковный шпиль. Мы с Ивонной поехали по ответвлению, ведущему к церкви, свернули направо, проехали метров сто по узкой улице с двухэтажными домами со ставнями-жалюзи на окнах, и нам открылась небольшая площадь, она носит имя Антуана де Сент-Экзюпери. На площади возвышается маленькая готическая церковь. Та самая, куда на воскресные мессы ходила семья писателя, где играла на фисгармонии и пела в церковном хоре его мать Мари. К нашему сожалению и церковь оказалась закрытой. Мой друг сфотографировал церковь. Я ещё раз оглядела площадь, прилегающие к ней старые двухэтажные дома, покрытые оранжевой черепицей. Пора было возвращаться назад, в Лион.
Готическая церковь на площади Антуана де Сент-Экзюпери
Два часа дня. Как и на чём можно уехать в Лион из этого маленького городка нам было непонятно. На его улицах мы не встретили ни одного прохожего. Быть может, и во Франции есть традиция послеобеденного отдыха, так называемая сиеста, как в Испании, с 12 до 15 часов.
Ивонне пора было ехать домой, в Гренобль. Мы стали прощаться с ней, как вдруг зазвонил её сотовый телефон. В связи с непредвиденными обстоятельствами Ивонну просили срочно вернуться на работу, в лионский ресторан. Она удивлённо улыбнулась и сказала:
– Это Сент-Экзюпери помогает вам, поедемте, я отвезу вас назад, в Лион. Случай и в самом деле удивительный, будто кто-то незримый помогал нам в этой поездке.
Выехав из городка, мы увидели слева от основной дороги неширокий съезд, метров пятьдесят длиной, ведущий к металлическим узорным воротам. Как оказалось, эти ворота открывают вход в усадьбу Сент-Эзюпери со стороны парка. Между деревьями по траве наезжена колея, ведущая к парадному подъезду дома.
Эти ворота тоже оказались на замке, когда мы с Ивонной были возле усадьбы, но сквозь них хорошо просматривались те самые липы и ели, о которых писал Сент-Экзюпери. Правда, парк сильно поредел. На старинной фотографии он выглядит значительно гуще.
Когда Антуану и его брату Франсуа настало время учиться в коллеже, сначала в городе Ле Ман, во Франции, потом в Швейцарии, во Фрибуре, они с радостным нетерпением возвращались сюда после учебного года. 14
Как-то на каникулах Антуан и его друг Шарль Саллес, договорились встретиться у Антуана в Сен-Морисе. Шарль приехал в гости к дедушке с бабушкой в имение, которое находилось неподалёку от усадьбы Сент-Экзюпери. В назначенный день Шарль не приехал, и Антуан написал ему письмо, читая которое зримо представляешь, как он терпеливо ожидал своего друга у этих ворот усадьбы. «Шарль!.. Ты должен был приехать 16-го. К ужину для тебя поставили прибор, твоя комната ждет: с одной стороны молитвенная скамеечка, обитая красным бархатом, который уже изрядно потерт моими коленками, с другой – туалетный столик и на нём – новенький кусок розового мыла…, большущий кувшин горячей воды, его поставили накануне с вечера, чтобы не позабыть. Мы нарвали тебе цветов! Я – жасмина, …отец Бюблан – душистого горошку [a]. Ты мог бы метать диск сто часов подряд – рекорд, невиданный на Олимпийских играх. <…> Ну вот, 16-го, с пяти часов, я сижу у ворот на складном стульчике и жду тебя. <…> Тщетно стараются меня отвлечь, увести, я отвечаю: „Нет, нет, я знаю Шарля, он сдержит слово. Это транспорт подвел“. Каждый раз, как я слышу гудок, я с большим изяществом делаю ручкой. Но напрасно они гудят. Это едешь не ты. И рука моя опускается…». 15
Эти узорные ворота, расположенные со стороны парка, изображены на старом, пожелтевшем от времени снимке, сделанном в те времена, когда Антуан, его сёстры и брат были детьми. Младший брат Антуана, Франсуа, стоит близко к воротам, одна из его старших сестёр, возможно Симона, взобралась на них и приветственно сняла шляпу, а Тонио поднялся выше всех и гордо стоит на металлическом кружеве ворот. Всё сохранилось: и дом, и ворота, и парковые деревья, а вот их хозяева… Коротка человеческая жизнь.
Выше всех – Тонио
ГЛАВА 5. ЛИОН, ПАМЯТНИК СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ
На площади Белькур
Ивонна довезла нас до площади Белькур в Лионе. Мы тепло простились, и она поехала в ресторан, куда её просили вернуться, и который располагался недалеко от площади Белькур, за мостом через Сону.
Теперь, когда моя главная задача, хоть и не совсем так, как хотелось, но всё-таки была решена, мы переключились на Лион, где родился Сент-Экзюпери – город с роскошной старинной архитектурой, красивыми набережными и мостами.
Белькур – главная площадь города. Она находится в центре Лиона на небольшом полуострове между реками Сона и Рона. С площади открывается красивый вид на холм Фурвьер. «По воскресеньям, – пишет Антуан, – родные возили меня к мессе в Фурвьер, в собор, высившийся на холме над городом; поднимались туда на фуникулере» 16
Река Сона, вид на холм и собор Фурвьер
Центр площади украшает бронзовый памятник внушительных размеров Людовику ХIV – «Королю Солнце». Он гордо восседает на грациозном коне. А в юго-западной части Белькур, посреди каштановой аллеи, установлен памятник Антуану де Сент-Экзюпери. 17
Писатель изображён непринуждённо сидящим на пятиметровой колонне из белого мрамора, со свисающими с колонны ногами, будто сел отдохнуть. Он – в знакомом кожаном пальто с поднятым воротником и лётном шлеме, как был запечатлён на старом снимке, с другом Анри Гийоме. Справа, за его спиной, стоит Маленький принц, положив свою детскую руку на его мужское плечо.
Памятник Антуану де Сент-Экзюпери
Трогательный памятник и выразительный, лишённый всякой помпезности, исполненный любви к писателю. В нём та же естественность, что была присуща Сент-Экзюпери. Замечательно задумал лионский скульптор Кристиан Гийобе: увидеть фигуру Антуана можно только подняв голову, на фоне неба, которое он так любил.
Скульптура напоминает строчки из сказки писателя: «Неподалеку от колодца сохранились развалины древней каменной стены. На другой вечер, покончив с работой, я вернулся туда и еще издали увидел, что Маленький принц сидит на краю стены, свесив ноги».
Напоминает скульптура и фрагмент из книги Марселя Мижо. Как-то во время вынужденной посадки гидроплана из-за отказа мотора Сент-Экзюпери, по словам его спутника Пьера Годийера, мастерски посадил машину на гладь воды, показав высокий класс пилотажа и «сидя, свесив ноги на верхнем крыле гидросамолета, он предался своим воспоминаниям, то и дело перемешивая их, как обычно, с впечатлениями момента…» Памятник установили на площади Белькур в 2000 году, к столетию со дня рождения писателя.
Улица, пролегающая вдоль южной границы площади, названа именем Антуана де Сент-Экзюпери (Rue Antoine de Saint Exupеry). Если пройти несколько метров от памятника писателю до этой улицы и затем проследовать по ней, в сторону реки Соны, до ближайшего перекрёстка, то слева, через дорогу, вы увидите здание под номером восемь – это дом, в котором родился Антуан де Сент-Экзюпери. Над его входом установлена, свидетельствующая об этом, мемориальная доска.
В нескольких шагах от площади Белькур, в старинном особняке под №1, располагалась когда-то шикарная квартира графини де Трико. Эта квартира представляла собой в ту пору один из самых модных и дорогих салонов Лиона. Зимой дети Сент-Экзюпери гостили здесь.
