Альдебаранское похищение детей и кота

Не НЛО, А НЛА – «Новые лютые аниматоры»

Тут и мы с сестренкой, приученные родителями ко всяким полярным трудностям и походам, могли себя показать, чтобы деда Гера забыл про «столичных».

В общем, кололи по очереди и по ходу постановили единогласно, что история деды Геры, конечно, выдумка, но – прикольная и зачетная. Только вот ее толком не реконструируешь, тем более что все это неправда. Но в награду за наши труды деда Гера нам столько понарассказал про свои детские затеи некогда изобретателя-хулигана, что в одни летние каникулы и не запихнуть, не то что в оставшиеся недели августа… А если запихнуть, то на месте Загривок один лунный пейзаж останется. Перечислять те старинные затеи Герки-аниматора не стану, чтобы не пропагандировать уж явно мелкий детский терроризм на деревне… Но кое-что специфическое для Загривок упомянуть можно. Во-первых, акцию, которую мы назвали «Призраком оперы»…

Наш, загривский, берег Платоновки – пологий, а городской – высокий, и по нему проходит довольно близко к реке местная линия электропередачи. И есть на нашем берегу традиционное место вечерне-ночных пикников в выходные дни. Так вот. Взяли мы длинную, толстую и сухую леску с грузилом в виде камня в мешочке и аккуратно перебросили ее еще днем через один провод напротив того места. Знали, что проволоку использовать нельзя – ударить может! Дома смастерили деревянную крестовину и, прихватив старую простыню, а к ней иголку с нитками, вечером скрытно подобрались к месту заброса лески, которую раньше к столбу привязали. В разгар очередной вечеринки с костерчиком на загривском берегу мы на городском обернули крестовину простыней, отвязали леску от столба и стали поднимать наше привидение, страшненькое такое своей худобой… Кстати, и туманчик клубился… На высоком берегу – могильная тишина, значит, а на загривском – сплошной девичий визг! Одним словом, кайф!

Теперь пора и про Славку-диверсанта сказать, который в тот судьбоносный день крался к туалету Балабановых с пустой консервной банкой, чтобы установить ее там на крыше. Тоже придумка старинная, в наследство от деда. У нас в августе нередко бывают сильные ветры с северо-запада. Вот однажды в свою догаджетовую старину «лютый аниматор», тогда еще наш ровесник Герка, обнаружил, что пустая консервная банка с правильно отогнутой крышкой может завывать дико, если на ветер поставить… Мы сами проверили:

взяли банку, наладили ее и стали дуть. И правда, подвывает! А Балабановым досталось вот почему. Дело в том, что в то лето мы жили в нашем родовом доме только с Павлинами. Дедушка с бабушкой к тому времени уже покинули наш мир… И вдруг нашему бате предложили срочную работу на одной из научных станций – всплеск каких-то частиц ожидался. Мама не хотела оставлять папу, и к тому же они уже пару раз позволяли нам с сестрой пожить немного самостоятельно по инструкции: «Аккуратней, Александры!»

Но мы же умные, осмотрительные, незнакомцев сторонимся, да и не бывало никогда и никаких опасных взрослостей в Загривках. И себя прокормить можем, если нам денег оставить. Мы уже в детстве и самих родителей кормили – грибным супом, к примеру, и макаронами по-флотски собственной готовки. В общем, Павлины уехали на пару недель, но все же попросили соседей наших, Балабановых, присматривать за нами.

А кто такие Балабановы? Тетя Люся – бывший завуч Ломоносовской гимназии, а дядя Аркадий, ее супруг, все еще историю в ней преподает. В общем, «присматривать» – это значит без линейки «на первый-второй стройсь!» и переклички не обходилось. Терпеть такое нелегко… Ну, и ясно, почему не мы, опекаемые, с консервной банкой крались, а Славка, появление которого не вызвало бы у Балабановых, увидь они его на задворках, никаких воспитательно-контрольных чувств. Славка до тех дней вообще был на хорошем счету. И да, водяную катапульту у калитки мы сами с сестрой, без чертежей деды Геры, соорудили – тоже против Балабановых. Они – добрые люди, технику, даже вредную, не ломают, пару раз посмеялись, оценили наш изобретательский талант, фирменный для загривчан, но заходить к нам стали пореже.

План похищения утвержден похищаемыми

…Стараясь оставаться незамеченными, мы с Артурчиком вернулись усталые, но довольные, хотя подготовили только заключительный аккорд новости «Крушение НЛО в Загривках». Самое сложное было впереди – у нас имелись большой надувной шар и баллончик с газом к нему (купили в платоновском магазине «Праздник каждый день»), имелись ленточка с маленькими светодиодами и батарейка, имелись клей подходящий и бечевка. Арбалет Артурчика не боевой, но серьезный. А еще самое ценное и опасное: немного магния и рассыпной марганцовки… Не поверите – у деда Геры остатки старого запаса нашлись – когда-то он успел вырасти, все не истратив! Трудно даже вообразить, какой у него арсенал был в то время.

Нашу затею представить легко. Запускаем. Включаем огни. Тащим с помощью бечевки по небу, хоть и не высоко – ну, как воздушный змей… Да-да, расстреливаем снизу. Из арбалета. Падает. Внизу устраиваем вспышку. Потом бежим с поля в лес и с треском валим две-три небольших сухих сосны. Лес рядом. Проверяли – вечером при небольшом тумане с реки слышно будь здоров! Ну а потом при поддержке деды Геры слух распускаем про аварию НЛО… Не поверят, конечно, хотя вспышки и шум-треск заметят и даже насторожатся. Кто-нибудь пойдет проверить, что случилось. Нам того и хватит.

Вхожу я, значит, домой, еще обсохнуть от пота не успел по дороге… Сестренка в старом кресле развалилась, одну ногу перекинула через пухлый и очень потертый подлокотник, книжку дочитывает. Видит меня, кладет книжку вниз разворотом на другой подлокотник и смотрит на меня… Странно смотрит… Никогда так не смотрела. Так докторши дотошные на пациента глядят.

Я доложиться хотел, но тормознул.

– Ты чего такая? – спрашиваю. – Я не пришелец… пока. Хватательную челюсть не выдвину.

– А жаль, – как-то задумчиво откликается мое второе, девчачье я. – А знаешь, откладывайте салют до завтра. У меня идея получше. Вы цветочки сажаете, а я ягодки соберу.

Умеет сестренка заинтриговать даже меня! Поглядел искоса на книжку – та самая, что мы на чердаке нашли в связке других старых. Детская. Лет за сорок до начала нового тысячелетия вышла. И уже пожелтевшая была. Про то, как парнишка с собакой в лес пошел и на пришельцев наткнулся… синеньких таких…

и собака заговорила человеческим голосом. Честно соблюдала сестра режим реконструкции!

Молчу.

– Короче, нас с тобой похитят инопланетяне, – твердо, как что-то уже неотвратимое, сообщила Сашка.

– И чего нам для этого не хватает? – не удивляясь, спросил я, зная, что сестренка никогда не предлагала нечто неосуществимое.

– Хватит того, что есть, – она махнула рукой, поднялась из кресла, придерживая книжку, и по-боевому подтянула джинсы. – Рюкзак, пара шмоток потеплее, спички, еда на день, термос, минералка… ну, и что-нибудь, чтобы не киснуть… раз без мобил и планшета, то вон шашки дедовы дорожные прихватим… еще в «города» поиграем…

– Где? На Марсе, что ли? – спрашиваю.

– Не, – мотает головой. – В «Сигнале». В клубе там.

– Не понял, – прикинулся я, уже прикидывая, чем это нам будет грозить.

– Ну ты и тормоз сегодня! – даже удивилась сестра. – Все просто. Завтра днем выжигаем на Красном лугу круг… но чтобы никто не видел… ну, вытаптываем еще немного… лучами в стороны… Вечером вы устраиваете ваш салют. А потом рано утром, часов в пять… а лучше еще раньше мы с тобой сваливаем в «Сигнал». А пацаны потом с утра бегут к Балабановым и истерику закатывают: видели, как нас пришельцы похитили!

Тут я расслабился:

– Так Балабановы и поверят! Особенно тетя Люся.

Вот что я понимал уже ясно: у Сашки вызрела изощренная месть тете Люсе за то, что тетя Люся в отсутствие наших родителей, а главное – мамы Лины, решила учить Сашку, как жить и как должна себя вести благовоспитанная девочка из интеллигентной, образованной семьи… и почему ей не подобает дико свистеть в два пальца – указательный и мизинец, сидя при этом верхом на заборе. Да, у нас в Загривках традиционно по заборам аккуратную красивую планочку сверху прокладывают, удобную для кота Валтасара и его собратьев и, как оказалось, для моей сестры.

– Артурчик изобразит, как надо, он же в театральной студии… – уже четко распределила роли сестренка. – Ты ж видел, как он придуриваться может.

И правда, Артурчик мечтал стать актером или банкиром (а когда вырос, стал разводить осетров на Волге, но это отдельная история) – он слыл звездой школьного театра. А уж ради Сашкиного внимания сыграл бы как кинозвезда мирового масштаба. Зал зарыдал бы!

– Ну… – признал я.

– А Черный поддержит, – продолжала сестра излагать уже продуманный ею план. – Не заржет. Он умеет не заржать, когда надо. Уже три раза в «гляделки» у меня выигрывал.

– А дальше что? – еще колебался я.

– Они потащат тетю Люсю на луг, уговорят… напомнят про салют… Не, ну тетя Люся сначала не поверит, а потом все равно искать начнет… А нас все нет и нет…

Помнится, я даже по-взрослому рассуждать принялся:

– Ты хочешь ее до инфаркта довести?… Чтоб она в полицию заявление написала? Чтоб нас волонтеры начали искать?

– Не, ну мы вечером уже придем домой… можно даже раньше, – слегка сдала назад эмоции Сашка, – я такая… шарахнутая… ты такой… шарахнутый. Ты еще можешь себе немного щеку обжечь… для доказательства… ничего не помним… вспышка была… ну, просто приколемся… слухи-то все равно пойдут…

У меня винтики-шестеренки в мозгах покрутились немного. Возникли новые опасения.

– Мы там давно не были… с прошлого лета. Не, ну без мобил стремно как-то…

– Почему без мобил?! – удивилась Сашка. – Возьмем, конечно. Павлинам отзвонимся… а потом выключим… до вечера… или не будем выключать на всякий случай, но пользоваться не станем… Тетя Люся все равно не решится Павлинам звонить, пока нас не найдет. Понятно же!

Картинка становилась интереснее, но что-то я еще жался… даже сам себе потом удивлялся, почему так.

Ведь я всегда был падок на приключения. Может, что-то предчувствовал. Однако сестренка всегда знала, какую кнопку во мне нажать.

– Короче! Ты еще не раздумал Траве понравиться?

Так незаметно на сцене, а вернее пока за сценой, появился еще один герой, а вернее героиня событий… И дальше она будет самой незаметной и тихой и вроде бы совершенно не при чем… Да и вообще, жизненный опыт убедил меня в том, что в тихом омуте могут не только черти водиться, но и другие существа, куда более таинственные и симпатичные…

В ту пору я не мог бы членораздельно объяснить, что такого притягательного было в Вике Ковылиной… Ее не сравнишь с моей сестренкой, настоящей голубоглазой северной красавицей. Круглолицая такая, курносенькая, с ротиком небольшим. В больших очках с черной оправой. И сама брюнетистая, с двумя водопадами темных тонких волос по плечам. Она не любила делать хвост. Ну да, стройненькая такая, этого не отнимешь. Одевалась тоже со вкусом… Не дурнушка, но…

Она жила летом с бабушкой и реально ни с кем не водилась. Ни компании, ни подружек, хотя вроде как ее все знали и со всеми она приветливо здоровалась… И со мной, и с сестренкой. Но не более того. И на речке, на пляже, я ее ни разу не видел. На участке то с книжкой в гамаке покачается, то с нею же на шезлонге полежит в купальнике… Загар к ней как будто не приставал, несмотря на то, что брюнетка… То даже у калитки на лавочке посидит. Тоже с книжкой. Да-да, и с планшетом, и со смартфоном в руке я ее тоже никогда не видел. Вот кому реконструкция была бы явно не в тягость и не в скуку! Совсем тихая такая героиня… Поэтому сестренка ее «Травой» и обозвала – во‐первых, от травы ковыля, давшей фамилию, а во‐вторых, потому, что «тише воды, ниже травы»… Замечал я иногда, что бабушке она помогала, на террасе у плиты возилась… Иногда зачем-то в город бегала, но явно не в магазин за продуктами; у нас он рядом. И всегда с пустыми руками возвращалась… Вот такая таинственная… И вроде всегда такой была, сколько я ее помнил в Загривках. А чтобы родители появлялись с ней, такого тоже не помню…

Подкатить к ней я робел уже потому, что она, насколько я знал, была нас на год старше. А для четырнадцатилетнего пацана год выше – это уже очень серьезная планка для прыжка…

В общем, после жирного намека Сашки я был готов подписаться на любую авантюру, хотя в ответ только хмыкнул и плечами передернул… Я даже ни разу не говорил сестренке, что меня тянет к Вике, что типа запал. Но нам друг другу и говорить ничего такого не нужно, когда дело чувств касается, а не авантюр. Мы и так все друг про друга знаем, насквозь друг друга видим. Как говорила тетя Люся про нас с сестрой: «Вы вдвоем – одно и то же, только разного рода».

– Ну вот… – одобрительно кивнула Сашка. – Попросим Артурчика… не, лучше Черного, чтобы он донес и до нее факт похищения. Не верю, что Траве это будет по барабану… Заинтересуется, вот увидишь… А ты уже тут как тут. Да еще с обожженной щекой… Я бы такое увидела – сразу бы втюхалась.

– Тут как тут? – невольным эхом растерянно откликнулся я.

– Ну а где же еще?! – Сашка театрально всплеснула руками. – Был там как там, а теперь вдруг раз – и тут как тут!

Да, такой невероятный факт уж точно заинтересовал бы любого!

В общем, итог первого военного совета: Одно-И-То-Же (то есть мы с сестрой) приняло план акции ПДИ (то есть «Похищение детей инопланетянами») единогласно и единодушно. Ноль – против, ноль – воздержавшихся. Пора было собирать расширенный военный совет…

Перед съемками обязательны пробы актеров на главные роли

– Ну все! Я головой поработала – устала, – заявила сестренка. – Мне отдых нужен. Ужин за тобой.

И, рухнув, как подкошенная, в кресло, едва успела подхватить соскользнувшую с подлокотника книжку.

– Ничесе! – для виду возмутился я. – А мне что? Я тяжелым физическим трудом занимался – лес качал. Мне еще больше отдыха надо!

Но Сашка ноль внимания. Она была уже там, с героем книжки, его говорящей собакой и всякими пришельцами.

Я на сестру никогда не обижаюсь. Смысла и толку никакого, тем более что она вообще может не есть целый день, затеяв разгрузку для похудения, а я в те минуты уже, как голодный волк, жрать хотел.

Я пошел на террасу и состряпал классную яичницу с сосисками. Пока готовил, литр слюны проглотил, а потом, не отходя от плиты и обжигаясь, сожрал две трети… после чего и сестренку любезно, по-братски, пригласил к столу.

– Это что? – по-учительски люто спросила сестра, ткнув пальцем в сковородку.

– Где? – состроил я невинное лицо.

Сашка указала пальцем в пустые места.

– Это моя отдельно утилизированная доля за большое количество потраченных калорий, – невозмутимо объяснил я, как на уроке. – Тебе их надо меньше. Мозг работает экономнее, чем мышцы. Ты в курсе?

– Зараза! – сказала Санька, садясь за стол.

– Сама палочка болезнетворная, – отбил я.

– А ты – лямблия! – уточнила сестра.

Так, повторив на каникулах кое-какие знания по биологии, мы дружно дохомячили яичницу, и я помчался к Славке, то есть к Черному… К нему первому, потому что я был уверен: он примет затею сразу и без лишних прений-дебатов, а потом вдвоем будет легче и быстрее убедить Артурчика.

– Здрасьте, тетя Вера!.. Слав! – крикнул я с порога его дома (по имени, поскольку при его маме неловко было по прозвищу). – Срочное дело на сто миллионов!

Но не тут-то было!

– Не убегут твои миллионы, – твердо предсказала тетя Вера. – Садись живо!

Черновы завершали ужин…

Все соседи, и не только самые ближние, знали, что мы с сестрой временно сиротки голодные и нас надо подкармливать. Короче, беда! Сначала были пирожки с капустой, потом – с вишнями… Когда мы поднялись из-за стола, она мне еще пирожки с собой упаковала – для бедной сестренки, которая, «небось, уже вся в анорексию пошла»…

– Что за дело? – спросил Славка, когда мы шли к калитке.

– Погоди, мне чуток переварить надо, а то уже не дышится… Пироги уже в мозгах перевариваются… – ответил я, и вправду, едва дыша.

Пришли к Артурчику… Что за несчастье! Он с родителями ужинать только сел, и мама его тотчас постановила:

– Омлета хватит на всех!

У меня аж лоб испариной покрылся… но отказываться было нельзя. Тем более – от омлета с помидорами! Пусть и после сладких пирожков с вишней… Я только подумал: хорошо, что тетя Вера уже продала сегодня все свежие яйца из своего хозяйства и не закатала омлет на целую роту, что она изредка практиковала…

Когда мы вышли… я уже держался за Славкино плечо. Рассказывать план похищения никаких сил просто не было!

– Бегите к Саньке, – едва прошептал я, сойдя с крыльца. – Она дома. Все объяснит… Мне чуток отдых нужен. Пенсия по обжорной инвалидности, – и пакет с пирожками Черному всучил: – Отдай Саньке… А лучше сожрите все по дороге. Она сегодня худеет.

Кое-как дошел я до дома… Артурчик очень беспокоился о моей Саньке, и Санька все еще растолковывала ему пункты техники безопасности нашей затеи, которым мы будем свято следовать в «Сигнале». Я был рад, что медленная прогулка до дома избавила меня от лишней тягомотины. Нет худа без добра!

Мои друзья – настоящие рыцари: донесли прекрасной даме все пирожки в целости и сохранности, и теперь она вещала с набитым ртом и красно-вампирскими от вишни губами.

Когда серьезный Артурчик добился-таки того, что Санька пообещала, в крайнем случае, прервать реконструкцию древних времен и позвонить ему лично из «Сигнала», если что случится, он сдался… И тут же сам стал проситься в число лиц, похищаемых инопланетянами.

– А давайте и меня украдут зелененькие! Давайте я с вами в «Сигнал»… до кучи… и это… усиления живой силы и техники! – аргументировал он свое самопожертвование. – Черный без нас четко тетю Люсю упакует! Верно, Слав?

– Ни разу не верно! – отрезал тут же Славка, не дав моей сестре даже рта раскрыть. – Твои же тут! Они через час на уши весь батальон полиции поставят. Прочесывание начнут – и тогда вообще весь «Сигнал» саркофагом накроют. Весь кайф нам всем обломают! Ты же знаешь своих.

– Да не это главное! – как обычно по-птичьи, но красиво замахала руками Санька. – Туря, ты же тут главный в группе поддержки! Главный чирлидер! Ага? Кто лучше тебя тетю Люсю зацепит? Соображаешь? Никто, кроме тебя!

Артурчик приободрился. Даже выше на пару сантиметров стал…

– Покажи, на что ты способен, – и вовсе довел я Артурчика до края сцены. – Давай порепетируем. Вот Санька будет тетей Люсей, а ты это… войди в роль и сообщи ей страшную новость: Большегруздевых украли неизвестные инопланетяне.

– Че? Прямо сейчас? – заморгал Артурчик.

– Ага, вот прямо сейчас! – дала Санька волшебный пендель своему рыцарю-воздыхателю и заодно меня в бок локтем ткнула: мол, молоток, близнец, классная идея! – Я – тетя Люся. Ты сейчас выходишь наружу. Мы закрываем дверь. Ты настраиваешься и показываешь… Мы поправим, если что.

Артурчик сначала засомневался что-то, задумался, но мы терпеливо затаили дыхание – и через несколько секунд глаза его загорелись.

– Есть! Готово! Ща покажу космос! – пообещал он и выскочил наружу с террасы дома.

Санька с видом зрителя, предвкушающего супер-фокус, аккуратно закрыла дверь.

Подождали еще немного.

– Туря, готов? – наконец не вытерпела Санька.

– Всегда готов! – донесся ответ великого актера.

– Жги! – скомандовал я.

Пару мгновений тишины… Дикий грохот на ступеньках! Дверь настежь, как от удара стенобитного тарана. На пороге – Артурчик в страшной красе!

Он, конечно, слегка переигрывал, но, скажу я вам, чтобы нагнать на себя реально смертельную бледность и так расширить зрачки, будто спички в них вставлены, на это настоящий талант артиста нужен, даже дар! Вид у Артурчика был такой, что не каких-то детишек кто-то похитил, а случилось вторжение в Загривки огромного флота Объединенных Темных Сил Метагалактики и полный апокалипсис.

– Теть Люсь, ваще капееееееец!!! – простонал он, хватаясь за голову. – Груздей пришельцы похитили на тарелку!