Максимка, Толик и каляки-маляки

Бабушка

В конце января приехала из деревни бабушка погостить у нас. У меня в школе был карантин из-за гриппа, и у Игорька, который ходит в детский сад, тоже карантин по гриппу, а наши родители работают, и что с нами делать? У нас получились неожиданные каникулы. Вот и приехала моя бабушка, которая Игорьку тоже родная бабушка, потому что папа Игоря и моя мама – родные брат и сестра.

Мусю бабушка отдала соседке – бабушке Толика, а он, как узнал, что мы собрались все вместе из-за этого карантина, тут же примчался к нам, и ему так хотелось остаться с нами, что мама, поглядев на Толика, только улыбнулась:

– Живи, а с мамой твоей я договорюсь.

Бабушка привезла разные варенья-соленья, огурчики, грибочки и большой пакет вкусно пахнущей травы. Она как открыла этот пакет, то по всей кухне, а потом и по всей квартире разлился такой аромат, будто…

…будто солнечный день, и мы бежим по тропинке в поле, где среди травы цветут ромашки, клевер, колокольчики и другие цветы, жёлтые, красные, синие, и над ними жужжат пчёлы и стрекозы. Мы бежим к опушке леса, где под елями, мы знаем, растут красавцы белые грибы, а на пригорках зреет земляника, тёмно-бордовая, печёная на солнце, и до того сладкая!

Я даже облизнулся, вспомнив о той землянике.

– И варенье земляничное привезла, твоё любимое, Максимка, – произнесла бабушка, будто прочитав мои мысли.

– Бабушка, как же ты довезла всё это?

– Меня в деревне до поезда сосед подвёз, а в Москве, на вокзале, папа твой, Максимушка, встретил на машине.

А ещё бабушка напекла ватрушек с творогом и моих любимых пирожных, больших, круглых, а внутри взбитые сливки. В общем, мы еле дождались, пока вскипел чайник, пока мама заварила травяной чай, и мы все сели за стол – бабушка, мама, папа, Игорёк, Толик и я. И все сияли от душистого чая, от земляничного варенья, от ватрушек и этих пирожных… всё время забываю их название, забавное такое… вспомнил, буше.

Потом бабушка подарила нам носки из козьего пуха:

– Не сама я пряду нить, – будто извинялась она, – это соседка, баба Лена, у неё все мы, деревенские, покупаем нитки, а связала то я сама, померьте-ка.

И бабушка дала каждому носки из козьего пуха, и все они были с разными рисунками, и что удивительно, всем подошли по размеру – и маме с папой, и мне с Игорьком, и о Толике бабушка не забыла.

Я вспомнил, что освободившись от огорода и домашних забот, бабушка надевала очки, садилась на крыльцо и вязала. Я вспомнил, как недавно, перед нашим отъездом в Москву, бабушка уронила очки, которые сползли с её носа, и она, не заметив, наступила на них.

Мы с ней потом сидели за столом на веранде, и я помогал ровнее соединить распавшиеся части очков, чтобы заклеить их каким-то жутко пахнущим клеем.

И тут я понял, что должен сделать. Я спросил у бабушки, какие очки она носит, а она вместо ответа протянула мне рецепт от окулиста. Я спрятал этот рецепт в кармане куртки, потому что решил… Решил!

После завтрака мы пошли в парк около дома. Мы шли по узкой, протоптанной в снегу тропинке, а вокруг пушистые снежные деревья, дотронешься до ветки, и летит, сверкающая, лёгкая пыль. Тропинка привела нас на полянку, где росли молодые сосны, я помню, когда их сажали – лет пять назад. Их было двадцать три, и у четырнадцати срублены верхушки. Бабушка остановилась и вздохнула:

– Поднялась у кого-то рука, чтобы топором обрубить молодые сосенки. Наверное, это случилось под Новый год, так, Максимка?

– Так, – сказал я, и мне стало стыдно, будто не кто-то, а я безобразничал здесь топором, – сосенкам тем было тогда года три, вот их и… для новогодней ёлки.

– А сосенки, ребятки, всё равно выросли, ровные и пушистые, только покалеченные, без макушки, – бабушка снова вздохнула. – Теперь они будут долго, долго кому-то напоминать о себе.

Мы пришли под откос, где протекал родник, и вода в нём в любое время года была чистая и прохладная. Мы наполнили большую пластиковую бутылку родниковой водой и пошли обратно, и было видно, что бабушка устала. А после обеда она сказала:

– Пойду прилягу, отдохну немножко.

А когда через десять минут я заглянул к ней, бабушка уже спала. Я взял с полки копилку, сделанную в виде футбольного мяча, закрыл дверь в комнату и пришёл на кухню. Мама всё поняла. Со всей силой я ударил копилку об пол, она разбилась на осколки. Я убрал мусор, собрал и посчитал деньги, и спросил маму:

– Хватит?

– Хватит, – улыбнулась мама.

Очки были готовы на следующий день, и бабушка, совершенно не ожидавшая такого сюрприза, так разволновалась, что заплакала:

– Теперь, если потеряю или разобью…

– Да ты что, – перебил я её, – приезжай к нам всегда, в любое время, всегда.

Я поцеловал её, и мне показалось, что запахло земляникой.