Вслед за тенью. Книга первая

Глава 9 (Не)случайный попутчик

«Отпустил! Вот это да! Неужели, признал, что я уже взрослая и могу сама принимать решения?» – мысленно ликовала я, сидя рядом с Машей на заднем сидении Сашиной машины. Я была настолько потрясена тем, что дедушка дал добро на эту поездку, что совсем забыла о кольце. Вдруг вспомнился наш с ним летний баттл.

«Когда ты отвезёшь меня в общагу?» – пошла я тогда в наступление.

«Не понял?»

«С сентября я буду жить там. Как все студенты».

«Не выдумывай!»

«Ты так часто говоришь о моей самостоятельности. Хочу узнать, что это такое на самом деле!»

«Так тебе не хватает самостоятельности? Будь объективна – её у тебя предостаточно».

«Я так не думаю, дед».

«Не думает она, – проворчал он, – Ну так подумай! Я позволил тебе выбрать профиль обучения. Согласился на твою поездку в Питер на экскурсию. И на пикник с будущими однокурсниками ты успела съездить, позволь напомнить. На целых два дня! С ночёвкой в палатке! Куда ещё больше самостоятельности?»

«Ну тогда вспомни и о своих людях, которые неожиданно нагрянули отдохнуть на соседней с нами полянке! Хоть они и были в штатском, но все как на подбор могли похвастать военной выправкой. Ну, признайся уже, что это были твои люди!»

«Ребята тоже решили отдохнуть – простое совпадение, не более того, – усмехнулся дед и резко свернул с темы: – Не все студенты живут в общежитии, а только иногородние. И ты будешь занимать чьё-то место».

«Мы живём за городской чертой, значит и я имею право жить в общаге. И я буду!»

«Не обсуждается! На занятия будешь ездить из дома. Всего около часа на машине. Николай будет тебя возить».

«Дед, ну пожалуйста, хватит меня опекать. Почему со мной обязательно должно что-то случиться? Я устала от твоей гиперопеки. Хочу пожить как обычная студентка. Ну, пожалуйста».

Дед молчал. Казалось, он меня не слушал, крепко задумавшись о чем-то своём.

«Дедуль, ну, что может со мной случиться?» – сделала я очередную попытку достучаться до него.

«Да, всё что угодно!» – ответил он, серьёзно взглянув на меня.

В кармане его пиджака завибрировал смарт.

«Слушаю… Держись от моей семьи подальше или пожалеешь!» – сердито прошипел он абоненту и сбросил звонок.

«Что случилось? – забеспокоилась я, заметив, как он изменился в лице.

«Это не вопрос для обсуждения».

«Что ты скрываешь от меня?»

«Поговорим позже», – пообещал он тогда и вышел из комнаты.

Вернулся он тогда домой только через два дня, с загипсованной рукой и ссадинами на лице. Кратко сообщил, что Николай Николаевич, занимавшийся вопросами безопасности нашей семьи, неожиданно попал в аварию. К счастью, тот серьёзно не пострадал, но инцидент с машиной заставил деда пересмотреть своё решение.

«Предлагаю обсудить компромисс», – заявил он тогда. И я поняла, что одержала победу в нашем недавнем споре.

Мне было позволено жить в общаге. Но при условии: запястье моё теперь постоянно стягивает ремешок «умных» часов – какая-то навороченная отечественная разработка. По требованию деда я обязана была просто срастись с ними. К внешнему виду часов у меня не было никаких претензий: стильные, легкие, взглянешь на циферблат – и глаз радуется. Зато по функционалу они очень напоминали браслет, который надевается на лодыжку заключённому, выпущенному на поруки! За это я окрестила их моим персональным «Цербером».

А вечером того же дня дед представил мне нового водителя, который должен был исполнять обязанности дяди Коли, пока тот находился на реабилитации. Новый водитель оказался из кампании, отдыхавшей тогда на пикнике по соседству с нами. Конечно же «по чистейшему совпадению»! Кстати, в той поездке я подвернула ногу. Именно он и вправил мне лодыжку, но пообещал держать это в секрете от деда.

Чтобы закрепить свой первый крупный успех в борьбе за независимость, в тот же день я перекрасилась в блондинку. Дед увидел мой обновлённый образ за ужином. В огромном настенном зеркале я наблюдала за его реакцией. Какое-то время он внимательно изучал мой новый образ. Потом поднялся из-за стола, подошёл ко мне и аккуратно коснулся волос. Молча огладил их сверху в низ, пропустил между пальцами один из локонов. Ни малейшего проявления недовольства, ни привычного приступа морализирования – ничего тогда мне высказано не было.

«Бунт, значит… Вся – в мать», – только и сказал тогда он. И вышел из комнаты, так и не поужинав.

***

– Опять он, – прошептала я, заметив обгоняющий нас внедорожник.

– Кто? – откликнулась Маша.

– Голландец….

– Что? – видимо, не сразу сообразила подруга.

– Внедорожник с Пироговки, – прошептала я, кивнув в сторону обгонявшей нас машины, и приложила палец к губам, давая понять, что Мише об этом знать необязательно.

– Ничего не путаешь? Может, просто похожий? – также шёпотом уточнила Маша.

– Я его узнаю из тысячи. Ещё в сквере досконально изучила.

– Да что ты там могла изучить? Вечером-то! И в снегопад! – тихо возмутилась подруга.

– Я в объектив камеры его видела. Так что да, изучила. Номер запомни. Сейчас сравним, – пообещала я и полезла в рюкзак за камерой.

– Да что там запоминать: три семёрки… КТ… не вижу третью, но регион столичный.

– Точно! – откликнулась я, увеличив кадр, – Видишь?

– Ну он, получается. Надо будет Сашу подключить.

– К чему вы там собрались меня подключать? – послышалось с водительского сидения.

– К спецоперации, дорогой.

– Ого! Звучит интригующе!

– А то! Фирма веников не вяжет, – смеясь, парировала Машенция. – На повестке дня расследование… Как ты окрестила фотку? – Спросила она меня, негромко щёлкнув пальцами.

– Какую? – прошептала я, бросив взгляд на напряжённый профиль Миши, сидевшего на переднем сидении.

– Ой, не тупи! – чуть громче возмутилась подруга, – Ты ж каждой своей фотке название выдумываешь! Ту фотку с парнишкой, помнишь? Который получил по физиономии букетом гвоздик? Ты назвала её «Джентльмен неудачи».

– Угу. Девушка надеялась на розы. Алые, – улыбнулась я, вспомнив сценку на улице, нечаянным свидетелем которой недавно стала. И недовольный возглас девушки: «Ах так! Получай!»

– А про фотоотчет с собрания по переносу экзамена… Как там его… Неважно… Помнишь, как ты подписала фото тех двоих? – не умолкала подруга.

– Помню, – вздохнув, ответила я, – «Обожающие воздерживаться». Ну, парни же не голосовали за перенос. Причём, сами сказали, что воздерживаются.

– Стоящее название! – похвалила Марья, – Не в бровь, а в глаз! Та фотка фурор произвела! – смеясь, вынесла она вердикт.

– Не само фото. Название. Не ожидала такой острой реакции… Удалила его потом.

– Фото? – уточнил Саша.

– Нет, название убрала, фото осталось. Оно же в отчете о мероприятии учувствовало.

– А свой новый диван в общаге она нарекла «Мечтой Обломова», дорогой! А фотку с недавней тусовки помнишь? – снова обратилась она ко мне, – Которую я тебе показала? Ты окрестила её «Тёпленькие».

– Что, так удачно погудели? – откликнулся Саша.

– Не то, чтобы очень, – неопределённо ответила подруга.

– Я ту тусу пропустила, – с сожалением проговорила я.– Почему ты не взяла меня с собой?

– Рано тебе! Маленькая ещё!

Поселившись в общежитии, я старалась не пропустить ни одного значимого события студенческой жизни. Дед был недоволен моим рвением окунуться «в этот вертеп с головой». Услышав наш спор по телефону, Маша встала тогда на сторону деда и торжественно ему пообещала, что ходить на мероприятия я буду исключительно в её сопровождении. И лишь на благонадежные, проверенные лично Стоцкой. Деда это устроило. Меня тоже. Жизнь в общаге била ключом, и иметь проводника в этот, новый для меня мир, было бы совсем неплохо.

– Ты ничего не потеряла. – успокоила меня подруга, – Тусняк был не айс. Сплошь мутные лица. На приглашенных прикид – один мрачнее другого. Странные конкурсы. Всё очень смахивало на кастинг в какую-то тёмную кампашку. Правда, Михаил?

– У каждого свои запросы, – негромко ответил Новиков.

«Значит, он тоже там был», – задумалась я.

Не знаю, что в этой новости меня больше укололо: то, что он присутствовал там без меня, или то, что у него от меня обнаружились тайны?

– Мне и беглого взгляда хватило, чтобы понять, что вечеринка тематическая, – заявила подруга, легонько ткнув меня в бок, – но пришлось прослоняться там около часа. И всё ради Вики. Ей там нужно было что-то узнать. Или с кем-то увидеться. Я не совсем поняла.

– Кто такая Вика? – спросила я, услышав незнакомое имя.

– Новенькая с психфака. Виктория Харитонова.

– Харитонова? Знакомая фамилия, – пробормотала я и мысленно задалась вопросом: «Совпадение или нет?»

Фамилия давней маминой подруги тоже была «Харитонова». В памяти промелькнуло что-то неясное, из далекого детства, совсем подзабытое. И тут же унеслось прочь.

– Да. Говорят, она перевелась откуда-то из-за Урала. Кажется, из Иркутска или Улан-Уде, не помню точно.

– Улан-Уде? – переспросила я.

Мамина подруга – Алла Михайловна – жила именно в Улан-Уде. «Забавное совпадение… Правда, это было давно. Может уже переехала?»

Я не видела тётю Аллу с детства. За все эти годы созванивались мы всего несколько раз. Очень давно.

– Кажется, да. – откликнулась Маша и пообещала: – Я вас познакомлю. Вика поселилась в соседней комнате. Ты не заметила?

– Нет.

– Говорю же, в последнее время витаешь в облаках.

– Возможно…

– Кстати, как приедем, о ней тоже пошепчемся. Очень интересный индивид. Не без странностей. Ладно, об этом потом. Вернемся к нашим баранам! Так как ты фотку внедорожника окрестила?

– Хочу назвать «Летучий» или «Полёт Голландца» … надо подумать…

– Операцию назовём «Прокол Голландца», Саш, – провозгласила Марья.

– Голландца? – переспросил он, – У тебя есть знакомые из этой страны, Кать?

– Да нет, бери выше! – рассмеялась Марья, – Мы о самом Летучем Голландце толкуем! Она вон тот внедорожник так окрестила.

– Какой?

– Который нас сейчас обогнал. Видишь впереди огнями мигает?

– Ясно… Вернее, ничего не ясно, но очень интересно.

– А почему прокол? – спросила я.

– Потому что твой «голландец» постоянно «светится»! Вот сколько раз за сегодня ты его видела?

– В сквере, на парковке Сити… и вот сейчас.

– Трижды «спалиться» за пару часов! Ну, он и валенок! Штирлиц – недоучка!

– Значит, у тебя появились новые знакомые, Котёнок? – послышался напряженный голос Миши, – Так вот куда ты спешила после занятий.

– Куда? – в недоумении спросила я.

– На встречу с тем, кто теперь нас пасёт.

– Ой всё! – воскликнула Марья, – Предлагаю не омрачать мою помолвку сценами ревности. Михаил, скажи, пожалуйста, ты совсем шуток не понимаешь? Она его сегодня впервые увидела!

– Какие уж тут шутки, – пробурчал Новиков себе под нос, но продолжать разыгрывать из себя Отелло не стал.

– Всё это – простое совпадение, Миш, – решила я его успокоить.

– Ну … может быть…

– Дамы, обрисуйте суть вопроса. В двух словах, – вмешался Александр.

– «Голландец» пасёт Катрин.

– Маша! – остановила я подругу, с опаской взглянув на хмурое лицо Миши.

– Считаешь, что есть повод беспокоиться, Кать? – негромко спросил Саша.

– Скорее нет, чем да, – честно призналась я. – Это может быть простым совпадением.

На место мы приехали примерно через час. Саша припарковался вдали от центрального входа в Дом отдыха. Я вышла из машины и увидела «голландца», припаркованного неподалеку.

– Ну, пошли, чего зависла, – подтолкнула меня Марья.

– Смотри, – кивнула я на внедорожник.

– Да ладно! – негромко воскликнула подруга, – и три семёрки при нём! Совпадение, говоришь?

Вот теперь я совсем не знала, что обо всём этом думать…

Глава 10 Щелчок по носу

– Саш, посвети нам, пожалуйста. Фары включи.

– Что там у вас? – откликнулся он.

– Следственный эксперимент проводим.

– Можно и мне поучаствовать? – с улыбкой поинтересовался опер, осветив нам площадку фарами.

– Нужно!

У меня за спиной послышался тихий голос Миши:

– Совпадение, говоришь?

– Не начинай, пожалуйста, я сама ничего не понимаю, – попросила я, повернувшись к нему лицом. – Не хватает вводных.

– Вводных? Наш человек, – усмехнулся Александр.

Он успел подойти к нам и теперь тоже разглядывал припаркованный рядом внедорожник, попутно заглядывая в свой смарт и, похоже, набирая кому-то смс.

– Что ж, с вводными я помогу, – пообещал он.

– Спасибо Саш. Не хочу деда волновать раньше времени. Вдруг всё окажется простым совпадением…

– Ой, нимагууу! – воскликнула Марья, театрально закатив глаза, – Сов-па-де-ни-еее!

– Он мог просто приехать отдохнуть на выходные, Маш. Как и мы.

– Катя права, – поддержал меня Александр, – в любом случае, пока рано делать выводы. А паниковать – тем более. Понаблюдаем.

– Ну ты хотя б пробей его номер по базе, что ли! – предложила Маша, – Надо же с чего-то начать.

– Уже, – ответил Александр.

– И что узнал? Дай взглянуть, – потребовала подруга, попытавшись заглянуть в его смарт.

– На данный момент ничего криминального, – ответил Алекс, пряча сотовый во внутренний карман пиджака.

– Ну, не томи уже! Кто он? – не отставала Марья.

– Бизнесмен. Владелец компании.

– Какой? – продолжала она допрашивать суженного.

– Ну зачем тебе грузить мозг лишней информацией, девочка моя? – миролюбиво заметил он и полез в карман за завибрировавшим смартом.

– Извини. – Он поднял указательный палец вверх и ответил на звонок.

– Что, опять вызывают!? Да сколько ж можно! – возмущенно воскликнула Маша.

– Это по службе, – коротко ответил Саша, продолжая слушать собеседника.

– Ты же сказал, что взял отгул, – прошептала подруга.

Расстроенно махнув рукой, она отвернулась, но Александр обхватил невесту за талию и не позволил отойти в сторону.

– Понял, – ответил он кому-то по телефону. Закончив разговор и игриво обратился с Марье: – Не лучше ли нам сосредоточиться на главном, дорогая, ммм?

– Так ты остаёшься? – уточнила она, взглянув на него исподлобья.

– Конечно, – спокойной ответил он, – Я же обещал.

– Правда! Спасибо, любимый!

Радости подруги не было предела!

– А тебя точно не вызовут? – всё же уточнила она.

– Там видно будет, – неопределённо ответил он и добавил: –А пока… что там у нас по твоему плану?

– Для начала зарегистрироваться в номере, – недоверчиво ответила она.

– Этой ночью для меня главное – ты, Лисичка. И нет никакого дела до бизнесменов, даже крупных.

Приобняв подругу за талию, Александр медленно повёл её ко входу в «Империал», что-то негромко объясняя.

Спокойный глубокий тембр его голоса всегда действовал на Маью Ивановну умиротворяюще.

Александр Белов уже не первый год служил в полиции и был старше Марии на десять лет. Ситуации, с внезапными вызовами на службу происходили в его жизни довольно часто и очень напрягали подругу. Марья привыкла всё планировать заранее и терпеть не могла форс-мажоров. А их на службе к Александра, к сожалению, всплывало предостаточно: и частые командировки, и ночные вызовы на службу, и неожиданные военные сборы и много чего ещё. Похоже, это единственное в их жизни, что было способно спровоцировать у нее бурю возмущения. Во всем другом они легко находили общий язык. Сегодня не стало исключением, но и этот всплеск эмоций у подруги Александр, как обычно, оперативно взял под контроль.

Наблюдая за Беловым на протяжении нескольких месяцев, я заметила, что он предпочитал быть в штатском. На высокой крепкой фигуре отлично сидели и деловые костюмы, и обычные джинсы с футболкой. За всё время нашего знакомства в форме полицейского я увидела его всего однажды – в день, когда Маша на несколько часов задержалась после занятий.

В тот вечер я впервые в жизни волновалась за человека, с которым у меня не было родственных связей. Я не беру в расчёт Алису – другую мою подругу. За неё я волнуюсь всегда. Потому что с самого детства привыкла считать самым близким себе человеком. После дедушки, конечно.

В общем, в тот вечер я не находила себе места, волнуясь за Марью. А когда на пороге нашей комнаты она появилась вместе с полицейским, моя обеспокоенность достигла апогея. Но всё оказалось не так страшно, как я успела себе нафантазировать.

Тогда, в самом начале сентября, подруге пришлось возвращаться затемно. В одной из аллей сквера она столкнулась с группой подвыпивших молодых людей. И если бы не вмешательство Александра, оказавшегося там совершенно случайно, Машке пришлось бы совсем непросто. В тот вечер он вызвался сопроводить эту искательницу приключений до самого дома. То есть до нашей комнаты в общежитии.

Проводив влюблённых взглядом, я взглянула на Мишу. Он стоял рядом и что-то сосредоточенно обдумывал.

– Зачет сдал?

– Естественно, – односложно пробурчал он.

– А почему тогда не в духе?

– Потому что кто-то водит меня за нос.

– Если ты обо мне, то ничего подобного.

– Крупный, значит, – буркнул Миша и недовольно скривил губы.

– Что?

– Ничего.

Я взглянула на ледяное лицо приятеля и, вздохнув, предложила:

– Пойдем? Поздно уже, а нам ещё заселяться.

Но так и не дождавшись от него какой бы то ни было реакции, пожала плечами и пошла за ребятами.

***

– Добро пожаловать в «Империал», Госпожа Громова.

Я подняла глаза на сотрудницу ресепшн, которой только что предоставила свой паспорт. Миловидная девушка приветливо улыбнулась мне и протянула стильную пластиковую карточку с выгравированным на ней логотипом отеля и номером 18.

– Это карта от вашего номера, Екатерина Васильевна. Наш сотрудник поможет вам разместиться.

– Не стоит беспокоиться, я сам ей помогу, – вклинился в нашу беседу Михаил.

Уже несколько минут он молча стоял за моей спиной, ожидая, очереди на оформление.

– Ну что вы, комфорт гостей – наша приоритетная задача, – с улыбкой ответила девушка. И добавила, заглянув в паспорт Михаила: – А это карта от вашего номера, господин Новиков. Вам тоже помогут разместиться. «28» было написано на его карте.

– Уже успели оформить? Но, я ещё не оплачивал номер. Тем более отдельный от номера моей невесты.

– Михаил Леонидович, Ваше пребывание в номере 28 оплачено Громовым Даниилом Сергеевичем.

– Даже так…

– Именно. Так же, как и апартаменты для Екатерины Васильевны.

– Добро пожаловать, – обратился ко мне молодой человек в униформе, улыбаясь во все 32 зуба, и сделал приглашающий жест следовать за ним.

Мои апартаменты оказались просторными и довольно уютными. Больше всего пришлась по нраву постель. Она поражала внушительными размерами и располагалась у стены, украшенной шикарными тисненными обоями пастельных тонов. Я уже предвкушала крепкий сон в комфорте и полнейшей тишине, но в номер вошел Миша.

– Нам нужно поговорить, – заявил он.

– Только недолго, пожалуйста, – вздохнув, согласилась я.

– Перейду сразу к сути. Фотки у тебя получаются классные, Котёнок, – начал он, – но я против того, чтобы ты одна бродила по закоулкам.

– Сквер в центре столицы для тебя закоулок?

– Не передёргивай! Ты же не только там шляешься.

– Шляюсь?

– Не цепляйся к словам. Пойми, порой ты бываешь настолько инфантильной и неорганизованной, что запросто можешь вляпаться в неприятности.

– Инфантильной? Вот уж не думала, что ты считаешь меня дурочкой.

– Опять передергиваешь мои слова, – посетовал он, покачав головой.

– Ладно, завтра поговорим. Иди к себе, я устала. Хочу лечь спать.

Но Миша не спешил уходить. Повернулся ко мне спиной и подошёл к окну. Остановился у него и воззрился в ночную темень.

«Что он там высматривает?» – недоумевала я и ждала, когда же незваный гость выполнит мою просьбу.

– Ты действительно хочешь, чтобы я ушёл? – помолчав, спросил он.

– Да, – поспешила ответить я, всё ещё надеясь, что наконец останусь одна.

Оторвав взгляд от его напряженной спины, я взглянула на постель и почувствовала, насколько устала. Ноги страшно гудели и напрочь отказывались поддерживать мое утомленное тело в вертикальном положении. Утренняя встреча с цыганкой, четыре пары в универе, фотосессия в сквере, безмолвный диалог с Каменнолицым, форс-мажор в ресторане и цепкий взгляд его важного посетителя; непривычное поведение Новикова; внедорожник, казалось, следовавший за мной по пятам – все события этого непростого дня совсем выбили меня из сил. Настолько, что даже на то, чтобы принять душ, их не находилось.

Заметив движение у окна, я отвела взгляд от кровати и оторопела.

«О нет, только не это!»

– Ты не останешься здесь! – возмутилась я, наблюдая, как Новиков стянул с себя лонгслив и принялся расстёгивать ремень на брюках.

– Хватит вести себя как ребенок, – раздраженно ответил он.

На запястье вдруг завибрировали часы – мой умный вездесущий «Цербер». Я активировала их и услышала негромкий голос деда:

– У тебя всё в порядке, девочка?

– Да, всё хорошо, дед. Собираюсь ложиться спать.

– Михаил, думаю, тебе пора, – услышала я и напряглась.

– Вы следите за мной? – откликнулся удивлённый Новиков.

– Конечно, нет, – в голосе деда послышалась усмешка, – Всего лишь наблюдаю по геолокации. И только в целях обеспечения безопасности Катюши. Уверен, она уже предложила тебе перенести все беседы на завтра.

– Естественно! Не утруждайте себя повторять. Я уже ухожу, – громко и с выражением заявил Новиков.

– Я проконтролирую, – пообещал дед и добавил: – Родителям от меня привет.

Новиков бесшумно подкрался ко мне, ухватил за подбородок и прошептал в самые губы:

– Щёлкнула, значит, меня по носу. Ну, что ж, первый раунд остался за тобой, но игра не сыграна. Следующий ход – мой.

Выпустив лицо из плена своих цепких пальцев, он приподнял мою руку с часами и ответил деду, почти касаясь их губами, чётко и с расстановкой:

– Обязательно передам, Даниил Сергеевич. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Михаил. И ты отдыхай, девочка, – отозвался динамик моего личного Цербера.

– Спокойной ночи, дедушка, – ответила я, услышав, как за Новиковым захлопнулась дверь.

Глава 11 Лев вышел на охоту

Оставшись наконец одна, я убрала на прикроватную тумбочку покрывало с широченной постели, аккуратно его сложив. Водрузила на него сверху свой сотовый, и, раздевшись до маечки и трусиков, легла на упругий ортопедический матрас, обтянутый кипенно-белой простынёй. Спрятавшись под тёплым одеялом, как в теплом уютном домике, я в мгновение ока провалилась в крепкий беспокойный сон.

Мне снилось, как просыпаюсь в тёмной, совершенно незнакомой комнате. Осторожно провожу рукой по простыни. Рядом пусто, но простынь ещё хранит чье-то тепло. Сейчас я одна, но тут совсем недавно явно кто-то спал. Осознавать это так необычно… Потому что никто и никогда раньше не спал со мной в одной пастели. То, что я в незнакомом месте в полнейшем одиночестве, почему-то напрягает и провоцирует неприятный холодок в груди. Вокруг полнейшая тишь и непроглядная темень. В комнату не проникает ни шороха, ни чьих-то шагов, ни разговоров из-за ее пределов, как дома, ни свиста ветра через окно, которое я обычно оставляю чуть приоткрытым, ни шума дождя, ни стрекота сверчков в летнюю ночь – ничего. Абсолютно. Полнейший, давящий на уши вакуум. Ощущаю себя словно бункере. Вглядываюсь в беспросветную темь и улавливаю вдали едва различимые очертания окна. Спросонья закрываю глаза. Тру их кулачками. Открываю снова и вглядываюсь повнимательнее. Теперь я могу видеть четче.

Различаю контуры постели, на которой лежу. Она просто огромная – реально на полкомнаты. В углу справа что-то возвышается. Комод или что-то похожее… Не пойму, что именно, но вижу, что на его поверхности что-то есть. Что это? Жмурюсь. Из стороны в сторону несколько раз качаю головой. Опять разлепляю веки и замечаю на возвышении, похожем на комод, нечто миниатюрное, расставленное полукругом.