- -
- 100%
- +
С этим согласились все – сорока, какаду, сорокопут, зимородок-хохотун, эму, маленький крапивник и многие, многие другие из племени птиц. Они встали в большой круг и начали постепенно сужать его к тому месту, где жены орла готовили пищу. Какаду, который постоянно путался в своих неуклюжих ногах, доставил зимородку-хохотуну большое удовольствие. Когда они подобрались ближе к сестрам и почувствовали запах готовящейся пищи, все с любопытством стали вглядываться вперед, напрягая глаза, вытягивая шеи и вставая на цыпочки. Но в этот момент какаду, как всегда, поскользнулся и упал. Зимородок-хохотун больше не мог сдержаться и разразился громким смехом. Тогда все поняли, что теперь бесполезно пытаться разгадать этот секрет, и поэтому потихоньку разошлись, сгорая от стыда.
И тогда птицы попросили о помощи племя животных, но те потерпели еще большую неудачу, чем птицы, потому что, когда они чувствовали аппетитный запах пищи, жарящейся на огне, их рты наполнялись слюной, и они сломя голову бросались вперед, спотыкаясь о коряги и корни. Сестры, заслышав их приближение, засыпали огонь и скрывались в траве и кустах.
Воспылав гневом, птицы и животные стали угрожать сестрам, что убьют их, если те не раскроют свой секрет. Сорока сказал: «Почему вы скрываете от племен такую нужную всем благодать?» На что сестры ответили: «Не забывай, что мы жены великого вождя птиц, и ты не можешь заставить нас говорить».
Все понимали силу этого ответа и, понурив головы и стыдясь своего поражения, разбрелись по своим вурли. Когда зимородки-хохотуны возвращались домой, подшучивая над неудачами других, они повстречали племя ящериц, которое вернулось с охоты с большой добычей и теперь строило себе вурли, чтобы провести там ночь. Ящерицы пригласили зимородков-хохотунов провести с ними ночь, и те с радостью согласились. Когда они расселись и стали наслаждаться вечерней трапезой, один из членов семейства маленьких ящериц сказал: «О, если бы у нас был давно желанный огонь, какой бы прекрасный вечер у нас получился с приготовленной едой, светом и теплом!» – «Да огонь есть, – сказал зимородок-хохотун, – и мы должны постараться отнять его у жен орла. Они строго хранят этот секрет. Все наши умелые охотники пытались выведать этот секрет у них, но потерпели неудачу. Потом мы собрались все вместе, окружили их, но какаду в последний момент запутался своими неуклюжими ногами в траве и упал. Вы же знаете, какой он возбудимый, и, когда это с ним произошло, он начал визжать и кричать. Нам даже показалось, что на него набросился Злой Дух. Естественно, такой шум предупредил жен орла о нашем приближении. Может быть, вы предложите способ выведать у них этот секрет?»
Долгие часы в течение ночи маленькая ящерица напряженно думала, а затем отправилась спать и спокойно уснула. Поутру ящерицы отправились домой, но одна маленькая ящерица выразила желание остаться и вместе с другими племенами попытаться выведать секрет огня. И тогда она направилась в то место, где, как она заметила, две змеи проводили время, когда отсутствовал их муж.
Через некоторое время маленькая ящерица вернулась в лагерь и попросила какаду, сороку и других представителей их племени, а также кое-кого из племен животных и ящериц выделить по нескольку умелых охотников от каждого племени, которые могли бы ее сопровождать. Она попросила их следовать по ее следам, но на расстоянии, и они отправились в путь. Ящерица шла примерно в ста ярдах впереди, петляя между зарослей кустов. Так они шли, пока не оказались в месте, где все с возбуждением почувствовали запах, похожий на аромат готовящейся пищи.
Тогда маленькая ящерица сказала, что дальше она пойдет одна, пока не достигнет того места, где, по ее мнению, могут находиться змеи. Эту часть пути, составлявшую несколько ярдов, она проползла на животе, иногда вставая на три ноги, – четвертой она указывала другим, когда им следует приближаться к ней, а когда останавливаться. Потом она проползла по кустам и траве еще дальше и еще раз огляделась вокруг, чтобы определить, как далеко находились змеи. Затем она подняла одну ногу, призывая всех затаиться. Потом она опустила эту ногу и подняла другую. Она видела, как змеи готовили еду на огне в хитро спрятанном брошенном термитнике, а потом, спрятавшись за ним, наслаждались едой. Ящерица осторожно подкрадывалась, то и дело останавливаясь и подавая знаки другим то правой, то левой ногой. На протяжении всего пути она несла с собой тростинку, а когда подобралась достаточно близко, сунула ее в термитник и оставила там на несколько минут. Вытащив наконец тростинку, она увидела, что та горит, и стремглав побежала туда, где ее ждали остальные, по дороге поджигая траву и кусты, отчего вся местность оказалась охвачена огнем.
Когда змеи увидели, что их секрет раскрыт, они очень рассердились и поклялись, что отомстят любому живому существу, которое окажется на расстоянии их удара, нанеся ему смертельную рану. С того дня, когда маленькая ящерица похитила их секрет и эта новость разнеслась по всей стране, они стали самыми страшными врагами для всех племен животных, птиц и ящериц. Змеи еще больше разозлились оттого, что сами теперь лишились огня. Они могли пользоваться им только тогда, когда он горел внутри термитника, но сейчас его похитили, и змеи не могли снова разжечь его и пользоваться им.
Задача, которую маленькая ящерица выполнила в тот день, была настолько трудной, что, несмотря на прошествие многих лет, она так никогда и не смогла оправиться от ее последствий. Вы и сейчас можете видеть ее в любой точке страны, среди камней и кустов, крадущейся, то и дело останавливающейся и поднимающей то одну, то другую ногу, словно она подает кому-то сигнал остановиться или подойти. Эта одна из самых странных особенностей, которая осталась с ней как свидетельство того давно минувшего дня, когда ее предшественник вернул дар огня всему миру.
ЛУНА
В одно время Луна была человеком. Это был веселый парень, проводивший много времени насвистывая, распевая и смеясь. Правда, порой у него было весьма унылое настроение. Причина крылась в том, что ему никак не удавалось добиться симпатии со стороны хотя бы одной прекрасной девушки из тех, которые его окружали. Несмотря на веселый нрав, ему не дано было покорять сердца этих девиц. Они лишь смеялись и подшучивали над ним, потому что он был толстым и туповатым. Каждую ночь он скитался с места на место в надежде найти себе жену. Но когда какое-либо племя видело, что он отправляется в поход, оно тут же оповещало всех вокруг: «Внимание, приближается Луна и ищет себе жену, предупредите об этом девушек».
В одну ясную, безоблачную ночь звезды ярко сияли и сообщали всем, где взять достаточно еды и набраться сил, чтобы противостоять Злому Духу. Весело насвистывая, Луна прогуливался вдоль берега реки и привлек к себе внимание двух дочерей одной вдовы. Дрожа от возбуждения, они тихо сидели в ожидании его приближения. Девушки рассуждали так: «Если человек обладает таким красивым голосом, он должен быть весьма симпатичным!» И вот наконец он появился, и, увы, они увидели очень толстого мужчину с короткими ногами, очень тонкими руками и огромной головой с сияющими глазами. «Какой смешной человек!» – засмеялись девушки. Они побежали к реке, сели в каноэ и погребли через поток. Луна стал кричать и жалобно просить их перевезти его через реку. На середине потока девушки перестали грести и крикнули ему в ответ: «Мы слышали о тебе. Нас предупредили, что ты любишь флиртовать, и не велели общаться с тобой. Плыви через реку сам». – «О, – воскликнул Луна, – пожалейте меня, во имя Плеяд, которые показали всем девушкам, как надо заботиться о ближних. Взгляните на небо, как они расстроятся, когда увидят ваше отношение ко мне!»
Тогда сестры вспомнили, как все местные девушки старались подражать прекрасным образам этих очаровательных дев, которые сейчас сверкают на небе, напоминая им, как творить добро для друга и недруга. Немного подумав, они покорились духу Плеяд, погребли обратно и сошли на берег. Девушки пригласили Луну сесть в каноэ, и он забрался в лодку. Тогда они сказали: «Мы взяли тебя в каноэ, но ты сам будешь грести через поток». – «Но я не умею грести», – возразил Луна. «Ну, хорошо, – согласились добросердечные девушки, – так и быть, мы перевезем тебя через реку».
Не проплыли они и четверти расстояния, как Луна стал щекотать девушек под мышками. Они рассердились и потребовали, чтобы он прекратил так грубо себя вести. На некоторое время он перестал, но, когда они добрались до середины потока, снова принялся их щекотать. На этот раз без суеты они столкнули его в глубокие и чистые воды реки, и, пока он опускался ко дну, девушки видели, как его сияющее лицо глядело на них. Опускаясь все глубже, он становился все меньше и меньше, пока можно было разглядеть только часть его лица, но и оно постепенно исчезло, и от него остался лишь небольшой отблеск. В конце концов и он скрылся из вида. Тогда девушки отправились домой и рассказали своей матери и всему племени историю о флиртующем молодце – Луне и о том, как он погрузился на дно реки. С помощью дымовых сигналов эта новость быстро облетела всю страну, и, когда ворон узнал об этом, он разослал во все концы земли послание: «Луна не будет больше сиять постоянно. С этого времени и дальше вы сможете видеть его, приходящим из Страны духов на западе. Причем будет видна лишь часть его лица, но эта видимая часть будет увеличиваться от ночи к ночи, пока вы не сможете увидеть все его лицо. Потом он постепенно исчезнет на востоке, и вы не увидите его целый сезон. Затем он снова появится на западе в виде тонкого месяца, настороженно подглядывающего за нами, словно ему стыдно показать свое лицо полностью. Постепенно, укрепляясь в своей уверенности, он будет все больше и больше открывать свой лик. Шаг за шагом он будет смотреть на нас все с большей уверенностью, становясь все более видимым и стараясь своей серебристой улыбкой добиться благосклонности какой-либо из девушек. Это ему не удастся, и он постепенно исчезнет, чтобы скрыть свое разочарование»[23].
ЛЕНИВЫЕ ВАРАНЫ И ЧТО С НИМИ ПРОИЗОШЛО
Эта история принадлежит племени с реки Муррумбитги. В ней говорится, что эта местность стала первым постоянным домом семейства варанов после того, как они покинули свой дом в Шоалхавене, и до того, как разошлись по всем другим частям Австралии. Когда они обитали в этой части страны, здесь не было быстротекущей реки Муррумбитги. Здесь протекала лишь одна река Мюррей, которую сформировал древний понд, рыба, которую обычно называют треска-Мюррей.
По одному из обычаев, который соблюдали животные, птицы и рептилии, члены каждого племени сочетались браком с представителями не своего племени, а какого-либо другого. В случае с варанами мужчина должен был жениться на девушке из племени сорок. Иногда женой варана становилась чирок, маленькая птичка, по виду похожая на сороку, но меньшая по размеру.
В те времена в районе Муррумбитги к северу от племени варанов проживало семейство великих охотников, известное как племя дикобразов. К югу от них жило еще одно хорошо известное семейство – племя эму. Они тоже были охотниками, но не достигли таких высот в знании буша, как дикобразы. После прибытия этих племен с их родного острова в Море Тысячи Островов отличие местных условий и климата привело к изменению жизни всех, и особенно семейства варанов. На своей родине они считались очень трудолюбивым семейством, они обрабатывали землю и выращивали овощи и фрукты. Но после прибытия в Австралию климат заставил их невзлюбить овощную пищу, и их охватило непреодолимое стремление к плотской еде. Вараны стали мясоедами и убивали меньших по размеру ящериц своего собственного вида. Иной раз молодой дикобраз, покидая пещеру своих родителей, мог заблудиться, и тогда, подобно ребенку, он начинал плакать. Заслышав этот звук, вараны сразу узнавали в нем крик отчаяния, начинали подзывать его, и, когда маленький дикобраз приходил на этот зов, вараны набрасывались на беззащитное существо и разрывали его.
Когда вараны изменили свою диету, стало заметно, что они стали довольно ленивыми, праздными и нечестными. Они воровали пищу у соседей, дикобразов и эму. Как ни странно, но в течение многих лет эти два племени не могли поймать воров. Вараны были настолько хитрыми, что им всегда удавалось уничтожить все свидетельства. Окрестные племена знали, что вараны ленивы, и тоже подозревали, что те крадут их еду, но не могли их обвинить, пока самым неожиданным образом в их руки не попало доказательство вины варанов.
В один прекрасный день дикобразы организовали охотничью экспедицию, и вараны узнали об этом. В назначенный для охоты день вараны направились туда, где собирались дикобразы, вооруженные своими копьями и нулла-нулла[24]. Старейший охотник племени дикобразов давал указания. «Десять из вас, – говорил он, – пойдут на север, десять – на юг, десять – на восток и десять – на запад. Вы будете идти прямо, пока не пройдете определенное расстояние, а затем разойдетесь в стороны и станете возвращаться назад, к центру, постепенно сжимая круг».
Нулла-нулла из Квинсленда
Вараны, которые все это время прятались и подслушивали, теперь вышли из своего убежища и выглядели так, словно были удивлены. Они извинились за беспокойство и спросили, куда направляются дикобразы. На что те ответили: «О, все в порядке, мы отправляемся на охоту». – «О, – сказал один из варанов, – позвольте нам пойти с вами». – «Извините, – ответил один из дикобразов, – но мы считаем, что вы не сможете помочь нам в этом деле. Вы сами знаете, что не умеете охотиться, и поэтому будете нам просто обузой». – «Да, мы не охотники. Мы об этом знаем, но может быть, вы все-таки позволите нам пойти с вами. Мы надеемся собрать меду, и я уверен, что некоторые из вас знают, где его найти. Мы признаем, что не умеем охотиться, но и вы должны признать, что не умеете лазать по деревьям, но очень-очень любите мед. Так позвольте нам пойти с вами».
Дикобразы действительно любили мед. Они готовы были отдать за него все, а сейчас получили предложение от варанов, которые прекрасно лазали по деревьям. Это предложение было настолько соблазнительным, что дикобразы не смогли от него отказаться. И тогда они согласились, чтобы вараны сопровождали их. Предприятие оказалось очень успешным. Те, кто шли впереди и первыми увидели добычу, убили нескольких опоссумов и подвесили их на ветку дерева, а те, кто шли за ними, сняли эту добычу и отнесли в назначенное место встречи.
В это время вараны тоже были очень заняты. Заметив пчелу, они следовали за ней, пока не находили рой. Тогда они взбирались на дерево и при этом громко стучали по нему своими каменными топорами, чтобы дикобразы думали, что это очень трудная работа для варанов – взбираться на дерево, вырубая для этого ступени. Но стук топоров был всего лишь обманом. Вараны умели взбираться на деревья, не вырубая при этом в его коре ступеньки.
Когда же дикобразы и вараны прибыли на место встречи, каждый со своей добычей, дикобразы очень устали от охоты, преследования добычи и доставки ее в назначенное место. Перед тем как отправиться отдыхать, они разожгли большой костер и стали свежевать опоссумов. Когда дикобразы подготовили опоссумов для жарки, вараны угостили их своим медом. Потом вараны предложили дикобразам прилечь отдохнуть, а они пока приготовят еду. Они обещали разбудить дикобразов, когда пища будет готова.
Дикобразы согласились, это их устраивало, и улеглись спать, а в это время один из членов племени варанов ушел и взобрался на большое дерево эвкалипта, возвышавшееся на границе охотничьих территорий варанов и дикобразов. Это дерево служило убежищем и удобным командным пунктом, с которого вараны следили за тем, что делали дикобразы.
Пока дикобразы спали, другой варан стал удалять все препятствия на пути к этому дереву, а остальные члены его племени помогали готовить опоссумов. Повар помещал каждого опоссума в середину костра, хвостом наружу, чтобы использовать этот хвост как рукоятку. Время от времени кто-нибудь из дикобразов поднимался и спросонок спрашивал: «Готова ли еда?» На что варан отвечал: «Нет, еще немного» – и дикобраз ложился спать дальше. Через некоторое время другой дикобраз повторял тот же вопрос: «Пища готова?» – а варан давал тот же ответ: «Нет, еще немного». Так продолжалось до тех пока, пока этот вопрос не задали все дикобразы, и каждый получил тот же самый ответ. В конце концов дикобразы заподозрили, что творится что-то неладное.
И тогда варан, которому было велено вести наблюдение, залез на самую верхнюю ветвь эвкалипта. Когда он увидел, что все готово, а поблизости нет ни одного дикобраза, он подал сигнал своему племени принести добычу. Но повару не удалось пойти со всеми, так как в этот момент один из дикобразов приподнялся во сне и задал свой обычный вопрос. Повар подождал, когда дикобраз снова уляжется, затем резко вскочил на ноги, схватил опоссумов за хвосты и побежал к эвкалипту. Но когда он выхватывал опоссумов из костра, горячий уголек отлетел, упал на живот одного из дикобразов и обжег его так, что тот вскочил, запрыгал от боли и наступил на одну из горячих головешек. Дикобраз разметал огонь по другим своим спящим товарищам и обжег их. Те тоже вскочили, крича от боли.
Дикобраз, который проснулся первым, пострадал не сильно и быстро пришел в себя. Взглянув на костер, он не увидел ни опоссумов, ни повара. Тогда он огляделся вокруг и увидел, что повар бежит со всех ног с зажаренными опоссумами по направлению к эвкалипту. Он закричал: «Смотрите, вон бежит варан с нашими опоссумами!» Тогда все дикобразы схватили горящие головешки и бросились за ним в погоню. Им удалось настигнуть варана, когда тот находился примерно в десяти ярдах от подножия дерева. Один из дикобразов взмахнул головешкой и ударил ею по спине варана в тот момент, когда тот уже почти забежал за дерево. Преследуемый дикобразами, варан все бегал и бегал вокруг дерева, получая удар за ударом горячими головешками по всему телу, отчего вокруг разлетались сияющие искры. Тогда один из дикобразов остановился и стал ждать, пока варан обежит вокруг дерева. Искры разлетелись в разные стороны, когда варан получил очередной удар головешкой по голове, но он все равно не выпускал из рук добычу. Тогда в отчаянии он бросился на ствол эвкалипта и быстро полез вверх, пока не достиг дупла, места отдыха его племени, где уже собрались все вараны. Усевшись там, они плотно поели, а когда закончили, спрятали остатки опоссумов в надежном месте.
А внизу, на земле, дикобразы продолжали выкрикивать в их адрес непрерывные угрозы, но, как ни странно, им вовсе не пришло в голову поджечь само дерево. Время от времени они пытались забросить горящие головешки в дупло, но все их попытки заканчивались неудачей, и, переполненные горем и сожалением, они отправились домой, грозя варанам возмездием.
Варан, который украл опоссумов, вскоре сильно заболел. Его тело было покрыто ранами от горящих головешек. Когда он поправился, от ожогов остались шрамы, которые перешли потом ко всем варанам в качестве напоминания об этой краже, совершенной ими в те давние дни.
Через несколько месяцев, когда варан оправился от ран, его племя отправилось домой, в свой лагерь, и зажило прежней жизнью.
КАК ЭГОИСТИЧНЫЕ ВАРАНЫ ПОТЕРЯЛИ СВОИХ ЖЕН
Вскоре после событий, о которых рассказывалось в предыдущей истории, на страну обрушилась сильная засуха. Дождей долго не было, и все водоемы пересохли. Племена дикобразов и эму не знали, что им делать, так как среди них было много престарелых и немощных. Многие болели, у других было много детей, и поэтому их племена переживали большие трудности. У них не было возможности спуститься к реке Мюррей, у которой они могли бы жить хорошо и комфортно.
Засуха не сказалась только на племени варанов, так как у них был секретный резервуар с водой, которой могло хватить на многие-многие годы. Однако плач маленьких детей и стоны больных и престарелых тронули сердца жен варанов, и они стали скрытно бродить среди племен, делая все возможное, чтобы удовлетворить их нужды и уменьшить страдания. В один прекрасный день они попросили своих мужей рассказать, где находится каменный резервуар с водой, так как хотели снабдить водой престарелых, больных и детей в семействах дикобразов и эму. Но эгоистичные вараны отказали им, и, что еще хуже, сказали своим женам: «Раз вы проявляете такой интерес к потребностям других, мы будем давать лишь столько воды, сколько вам необходимо для удаления собственной жажды».
Жены поняли, что уговаривать их упрямых мужей бесполезно, но про себя решили, раз им уже столько раз отказывали прежде, столько раз им пришлось переживать унижение от этих отказов, на этот раз они не станут терпеть такое оскорбление. И тогда они отправились на поиск резервуара. Они захватили с собой специальные палки, чтобы мужья подумали, что они собираются накопать ямса и корней растений. Но вместо этого они отправились по следам своих мужей, которые привели их к горе. У подножия горы женщины полностью потеряли все следы, и поэтому им пришлось вернуться в долину, собрать немного ямса и трав и отправиться по домам. Они приготовили ямс на углях, а затем уселись со своими семьями и стали есть. Время он времени один из варанов спрашивал жену, где она отсутствовала столь необычно долго. При этом он говорил: «Я заметил следы глины, которая встречается у подножия горы. Ты ходила туда?» На что та или иная жена отвечала: «Как ты мог такое подумать? Ты что, думаешь, что мы искали ямс на вершине горы? Мы ищем и выкапываем ямс на низкой, плоской равнине, а не в скалистых горах. Но почему ты спрашиваешь об этом?» Не произнеся больше ни слова, вараны разлеглись на шкурах опоссумов.
Утром, когда солнце поднялось на востоке над вершинами гор, мужчины племени варанов отправились на поиски пищи, и их жены тоже поднялись. Собравшись вместе, они стали обсуждать, как им раскрыть секрет резервуара. Одна, самая умная из них, сказала: «Разумный план – отправиться на гору, разбить там лагерь, соорудить миа-миа и наблюдать. Итак, кто из нас самая храбрая? Давайте сядем и подумаем, кто пойдет».
Так они сидели молча некоторое время, а затем одна из них поднялась, и все посмотрели на нее. Это была жена вождя. Она сказала: «Сестры, я беру это на себя. Пойду я. Считаю, что это мой долг, как жены вождя. Кто пойдет со мной и поможет мне нести вещи для лагеря?»
Поднялись две молодых жены и сказали: «Мы пойдем с тобой».
В спешке они собрали вещи жены вождя, и три женщины быстро направились к горе, пока вождь и другие не вернулись с охоты. На половине пути к вершине горы было место, с которого открывался хороший вид на окружающую долину, и особенно на лагерь варанов. Соорудив миа-миа, две молодые женщины вернулись домой, оставив жену вождя на горе.
Вечером молодой вождь собрал всех варанов в своем миа-миа и спросил, не видел ли кто-нибудь его жену и не знает ли что-нибудь о ее исчезновении. Все выразили свое сожаление и ответили, что ничего об этом не знают и не имеют понятия о том, почему она покинула лагерь. Собравшиеся заверили вождя в том, что сделают все возможное, чтобы найти его жену, если кто-нибудь держит ее пленницей в своем доме.
Тогда вождь призвал уточек тиль-тиль[25] – жен варанов. Вождь и старейшины строго допросили их, но те стояли опустив головы и ничего не отвечали. Тогда допрашивающие стали им угрожать, но те только отрицательно качали головой и продолжали хранить молчание. Тогда вождь приказал всем женам вернуться в их миа-миа. Когда же тиль-тиль вернулись домой, вождь сказал мужчинам: «У меня есть подозрение, что, пока мы отсутствовали на охоте, эму наведались в наш дом, забрали мою жену и отдали ее молодому вождю своего племени. Поэтому завтра, когда солнце еще не взойдет над вершинами гор, каждый, кто может сражаться, возьмет с собой три кайке, четыре вадди, четыре панкети[26] и нулла-нулла, и мы отправимся в их земли на поиски моей жены. Потом, если ее там нет, мы вернемся и отправимся в земли дикобразов. Сегодня же вечером пусть каждый отправляется в свой миа-миа и ждет сигнала: «Немедленно поднимайся!»
Все мужчины-вараны отправились прямиком по домам и крепко заснули. Они поднялись рано и отправились в страну эму. Как только вараны ушли, тиль-тиль поднялись и собрались вместе, чтобы обсудить, что им делать дальше. Одна из них высказала мысль, что две молодые женщины, которые сопровождали жену вождя, должны спешно отправиться к ней и сообщить о том, что произошло в ее отсутствие. И когда вождь со своими воинами направлялся в землю эму, думая, что они похитили его жену и отдали ее в жены молодому вождю эму, девушки тиль-тиль побежали к горе, чтобы сообщить жене вождя обо всем случившемся. Сидя спокойно, она выслушала все, что они рассказали, и ответила: «Пришло время нашего избавления. Нас отдали в жены тем, кто не принадлежит к нашей расе и виду. Я сделала открытие. На рассвете, когда я крепко спала, один из тукони[27] вошел в мою миа-миа и сел у огня погреться. Неожиданно проснувшись, я увидела его, удобно устроившегося здесь. Я так испугалась, что закричала, но он взглянул на меня и сказал: «Не бойся, я твой друг и друг всех, кто оказался в беде или в горе. Мы с моим товарищем видели, как ты с двумя девушками пришла с равнины. Тогда несколько моих собратьев посетили ваш лагерь и все узнали о тебе. Ты ищешь водный резервуар, и к этому месту тебя привел разум моего племени. Ты спала, но, если ты последуешь за мной, когда я появлюсь снова, я покажу тебе одну расщелину на вершине этой горы».