- -
- 100%
- +
– И потом, у него такие глаза, – поддерживала я.
– Нет, блин! И что тебе с этого? Юлька, ты дура.
– Сам дурак!
– А этот, из маркетингового отдела? Одевается, как пи..р! Как его – Лэн… Ты только подумай – Лэээн. И она с ним мило чирикает!
– Ну и что. А кто вчера Женьку в бугхалтерии за задницу хватал? А у самого дома жена и дети.
– Так наоборот, я солидный женатый мужчина, могу слегка развеяться. Все равно уже никуда не денусь от Таньки и своих обормотов. Не – ты наша и я должен за тобой смотреть. Пошли его куда подальше…
– Послала уже, успокойся. Никогда не думала, что мужики – такие сплетники!
– Сплетники, сплетники, еще какие.
Вот так вот мы и общались, перемывая всем кости. Выйдя же от компьютерщиков, я надевала маску неприступной и улыбчивой бизнес-леди и шла играть свою роль.
Отдых тоже не отличался разнообразием.
На выходные я ездила к родителям, или мы с Янкой изредка устраивали вылазки в бары, клубы или дома отдыха. Отпуск пока был только один, и я потратила его на поездку в Турцию. Там ко мне пытались липнуть навязчивые улыбчивые турки – как я понимаю, у них это – национальный спорт, а я их также с улыбкой отшивала. Зато я отоспалась, ездила смотреть какие-то прекрасные развалины, наплавалась в море и бассейне, привезла отличный загар.
Конечно, порой мне было тоскливо и одиноко. Как ни странно, о Руслане я почти не вспоминала, хоть мы и жили вместе столько времени. Казалось, что между мной нынешней и той наивной дурочкой, которой я была раньше, лежит огромная пропасть. Нет, надеюсь, я не стала ни синим чулком, ни циничной оторвой. Я даже где-то в глубине души верила в любовь. Просто, теперь я смотрела на вещи своими глазами, доверяла своей интуиции а не чужому мнению и каким-то внушенным догмам.
И мужчина «просто чтобы был» был мне совсем не нужен – я прекрасно обходилась и без него.
Иногда мне вспоминался Вадим. Все-таки сильные, уверенные в себе люди попадаются не так часто. Тем более такие прямолинейные. Но я решила – если бы была ему нужна, он бы меня нашел. А он с тех пор не появлялся. Значит, хватит о нем думать! Хотя, может быть, думать я и не думала, но, другие мужчины очень уж сильно ему проигрывали. И я по-прежнему была одна.
…Этот вечер закончился довольно поздно – Януська все не могла натанцеваться, а я гоняла ленивые мысли туда-сюда, и кавалеров, приглашающих меня танцевать – прочь. Среди них был и юнец, и бандюган, и еще какой-то бизнесмен лет пятидесяти. Знакомиться ни с кем не хотелось, и я решила, что, наверное, меня в мои года постигла старость и житейская мудрость.
Наконец, я усадила разгоряченную Янку в такси. По ее словам, Алексей – так звали молодого человека, порывался ее провожать, но Янка пока ограничилась обменом телефонами.
Я чувствовала себя немного усталой. Завтра понедельник, рабочий день – погладить блузку, принять ванну и спать. На автомате я сунула деньги подвозившему меня частнику, на автомате нажала кнопку лифта, вышла на своем этаже и сунула ключ в замочную скважину. Но ключ не поворачивался в привычном направлении. Я еще покрутила его бестолково туда-сюда, пока поняла, что дверь открыта. Ничего не понимая, я вошла в темную квартиру и нашарила выключатель.
– Ну вот и пожаловала, красавица, а мы уж беспокоились, не пропала ли куда.
В квартире было трое. Тот что говорил, лет сорока пяти – пятидесяти, с вкрадчивым голосом и змеиным взглядом. Непримечательно одет, только татуировки на руках очень уж специфические. Рядом с ним сидел худощавый бритый парень лет тридцати, в джинсовом костюме и все время нервно ерзал.
И еще упитанный амбал, который закрыл входную дверь после того, как я вошла, и встал за моей спиной. В квартире все было перевернуто, вещи были разбросаны повсюду. Я успела заметить, что стол, наоборот, поражает своей чистотой – отсутствовал компьютер, также, как диски и дискеты, которые всегда в изобилии валялись у меня на столе.
– Что вам нужно? – пролепетала я.
– Что нужно? – заржал нервный, – сейчас я тебе скажу, что мне нужно, лапочка.
Нервный встал с кресла и прохаживался по комнате, очень нехорошо на меня поглядывая.
– Что вы хотите? Я ничего не знаю! – собственные слова казались жалкими и беспомощными. Нервный подошел ко мне и неожиданно сильно ударил по лицу. Я не успела увернуться, из разбитой губы пошла кровь.
– Вот так-то, сучка – протянул он – а мне дадут потом ее вы,:ть? Хотя, я еще посмотрю, на что она будет похожа.
– Тихо все – прошипел пожилой – Андрюша, отойди от нее и сядь, мешаешь. Рассказывай, голубушка, куда ты чужую вещичку спрятала…
– Какую вещичку?
– А вот запираться не стоит – нехорошо это. Молодая, красивая, жить хочешь?
Внезапно запиликал сотовый телефон у пожилого.
– Да, она здесь. Да, одна. Хорошо, через час привезем.
Он положил трубку и повернулся ко мне.
– Ты сейчас поедешь с нами. Если попробуешь заорать или будешь вырываться – убью на месте. Поняла меня? Там с тобой поговорят хорошие люди. Если будешь дурака валять – убьют. А если все расскажешь – отпустят по-хорошему. Ясно?
Я только кивнула. Куда уж яснее! Только вот одна неувязочка – я действительно не знаю, что им может быть от меня нужно – ни в какие сомнительные
дела я не ввязывалась. А вот как объяснить это «хорошим людям»? Шансы, что меня отпустят с извинениями, ничтожно малы. Убежать тоже, пожалуй, не удастся. Я нутром чуяла, что они очень опасны, настоящие убийцы, притом самый страшный – не психованный Андрюша, а этот пожилой, спокойный.
Мысли метались с бешеной скоростью. Так – окно, нет – седьмой этаж – без шансов… Тем временем пожилой с таким же пустым выражением лица защелкнул у меня на запястьях наручники и все пошли к выходу. Сначала вышел Андрюша, осмотрелся – никого, и, игнорируя лифт, направился на лестницу. Затем – пожилой, потом амбал вытолкнул меня и сам замкнул процессию, начав спускаться.
Он-то и получил первую пулю.
Глава 4
Выстрела я не слышала, просто он вдруг отпустил меня и стал сползать по стенке. Я еще видела, как пожилой выхватил пистолет, но выстрелить тоже не успел. Бритый Андрюша повернулся с лестницы на шум и получил заряд в лицо.
Все заняло несколько секунд, но мне они показались вечностью. Все проходило, как в замедленной съемке – сползающий по стенке амбал, оставляющий за собой кровавый смазанный след, хрипящий в предсмертной судорге пожилой и пытающийся уцепиться за перила Андрюша с дыркой во лбу. Мимо которых я – пробежала или проползла в паническом страхе – даже не помню – мне хотелось быть как можно меньше и незаметней, и как можно дальше оттуда. Я даже не видела, кто стрелял – какая-то тень метнулась из-за угла. Какими-то звериными прыжками на полусогнутых я катилась по лестнице, ноги сами несли меня. Наконец, я вылетела из подъезда. Пролетев чуть-чуть по инерции, я медленно пошла, как сомнабула. Адреналин закончился, я абсолютно не соображала, что мне делать дальше и шла куда-то. Из разбитой губы сочилась кровь…
Между тем был теплый апрельский вечер. Не очень поздний – было очень светло. Старушки сидели на скамейках, гуляли мамаши с колясками а в подъезде лежали три трупа, которые пять минут назад были живыми бандитами.
Мои философские мысли прервал выросший как из под земли силуэт.
Вадим, одетый как-то нетипично – в спортивные брюки, кроссовки и легкую куртку, схватил меня за локти и молча потащил к припаркованной у тротуара машине. Неброская зеленая девятка, тут вроде и раньше такая стояла, или похожая. За рулем сидел здоровый детина характерной внешности.
Я попыталась вырваться – но куда там.
В наручниках это не очень-то удобно. Наручники! В ступоре я совсем про них забыла. Поэтому Вадим без труда запихнул меня на заднее сидение машины и сам уселся рядом.
Совсем как год назад. Но мне было не до ностальгических воспоминаний, потому что, несмотря на отупение, я совершенно ясно поняла, кто был там, в подъезде. В ужасе я смотрела на Вадима. Но он совершенно невозмутимо взял меня за подбородок, осмотрел, промокнул платком разбитый рот. Потом потянулся к моей одежде. Я дернулась.
– Только рот разбили. Повреждений больше нет.
– Хорошо.
– Сними наручники.
– Потерпи, у меня с собой ключей нет. Сейчас приедем – сниму. Да, кстати… – Вадим достал у меня из сумочки сотовый телефон, куда-то позвонил с него, произвел какие-то манипуляции с кнопками и затем выключил его, разобрал и вынул батарейку. Потом достал из кармана новенький Nokia.
– Что ты делаешь?
– Я на всякий случай сделал переадресацию звонков на другой номер. Теперь все твои звонки будут приходить на этот телефон.
А зачем?
– Чтобы твое местонахождение нельзя было засечь по твоему номеру.
– А что – такое возможно?
– В принципе, да. С помощью пеленгатора. Предлагали уже использовать некоторые умники… Вряд ли конечно, но береженого Бог бережет.
Если честно, я не поняла, что за умники, но не стала уточнять.
– Куда ты меня везешь?
– Тут уже близко.
– Кто они такие? Что им нужно?
– А ты не догадываешься?
– Нет! Я ничего не знаю!
– Ну ладно, приедем – выясним.
Я в ужасе уставилась на Вадима.
– Не бойся. Поговорим и все.
Я молчала. Как можно не бояться человека, который только что убил троих? И чем он лучше их? Ему тоже от меня что-то надо… И водитель его не лучше, типичный браток на вид.
– Кстати, а куда ты шла?
– Не знаю… В милицию, наверное.
– Молодец. Знаешь, откуда они узнали твой адрес? Участковый заходил недавно?
– Да.
Я похолодела.
Действительно, три дня назад заходил участковый. Его я знала в лицо, потому что отделение милиции находилось в том же дворе и он часто заходил и выходил оттуда.
Сейчас же он явился совершенно неожиданно, вечером. Сказал, что были жалобы от соседей, что здесь, дескать, живут чеченцы. Посмотрел мой паспорт, извинился, что пришлось побеспокоить приличную девушку с нормальной подмосковной пропиской, что местные пенсионеры-маразматики и его тоже достали. Но, к сожалению, обязан проверить сигнал. Время-то нынче беспокойное. Еще раз извинился, и откланялся.
– Ты бы посидела немного в милиции, а потом тебя бы отвезли туда, куда хотели эти милые ребята. Ну вот, мы и приехали.
Внушительный сталинский дом в центре Москвы. Вадим накинул на меня свою куртку, спрятав наручники и мы направились в подъезд.
– Заходи, – велел он мне, открывая толстенную высокую дверь. – Иди за мной.
Я прошла в комнату, напоминающую кабинет – большой деревянный стол с компьютером, кожаный диван… Вадим принес откуда-то пузырек с перекисью и вату, обработал ранку.
Потом покопался в столе и достал ключик.
– Давай руки.
Он освободил меня от наручников, и я начала с наслаждением тереть запястья. Потом Вадим провел меня в просторную комнату и сказал:
– Посиди здесь, минут пятнадцать. Не надо убегать, тем более, здесь это бесполезно. Ушел в кабинет, и, видимо, начал звонить по телефону, но ничего расслышать я не могла.
От скуки я принялась осматривать жилище, тем более, что было на что посмотреть. Квартира оказалась четырехкомнатными апартаментами с преимуществами сталинского дома – высокие потолки, большие комнаты, огромная кухня. Примерно такая квартира была у одной моей знакомой – Наташки, у которой покойный дедушка был каким-то там атташе, а на самом деле – подполковник КГБ.
Но, в отличие от Наташкиного веселого бедлама, здесь был сделан капитальный ремонт. И притом классный. Никаких тебе технократических острых углов, где в жертву дизайну приносится удобство и здравый смысл. Удобная кухня, отделанная деревом и набитая современной техникой, уже упомянутый кабинет в темно-синих тонах, роскошная ванная комната – именно комната, с джакузи и душевой кабиной, а не маленький закуток, в котором не повернутьсяю спальня, гостиная, и, видимо, гостевая комната – еще одна спальня поменьше и поскромней – все удобно, ненавязчиво, функционално. Места много, все вещи убраны во встроенные шкафы, комфортная стильная мебель.
Окна заделаны наглухо, не проникает ни шум, ни пыль с улицы, и видимо, есть встроенная система кондиционирования. Везде идеальная чистота, на полу – ни соринки. Я представила важного Вадима в строгом костюме с пылесосом, и прыснула.
Дверь открылась, вошел Вадим.
– Есть будешь?
– Нет.
– Ну, тогда попьем чаю и поговорим.
Чай Вадим принес в гостиную, поставил на низкий столик. Туда же принес бутылку коньяка и налил мне в чай изрядную порцию. Это было очень кстати – меня потихоньку начинало трясти. Я забралась в глубокое кресло.
– Так ты действительно не знаешь, что им было нужно?
– Да не знаю я! Ну объясни ты мне в конце концов!
– Ну ладно. Если ты врешь, то очень убедительно. Ты ведь очень изменилась.
Вадим помолчал, видимо, что-то решая для себя.
– Ладно, – повторил он. – Когда ты в последний раз видела Руслана?.
… – Когда ты видела Руслана?
Руслана я видела очень давно. Произошло это через два месяца после того, как я от него ушла. Новая жизнь так захватила меня, что я долго не могла выбрать время, чтобы забрать остатки своих вещей. Да и Руслана видеть не особенно хотелось. Но тут мне понадобились некоторые книжки, и я решила больше не откладывать и позвонила ему. Договорились, что я подъеду на следующий день в восемь вечера. Был темный октябрьский вечер, шел дождь.
Чтобы не затягивать визит, подходя к своему бывшему дому, я вызвала туда такси.
Руслан открыл дверь.
– Привет.
– Привет. Вот твои вещи, в комнате.
Я вошла в комнату. Там кое-что изменилось – появился новый компьютер, телевизор, музыкальный центр с колонками. Еще на стенке расположилась куча мягких плюшевых игрушек. Только тут я заметила, что, в кресле за компьютером сидит, вжавшись, симпатичная светловолосая девушка, и смотрит на меня. Я поздоровалась. Девушка продолжала молча смотреть на меня с неподдельным ужасом. Руслан понял свою оплошность.
– Ммм… Это Даша. Это – Юля. Я думаю, мы поговорим на кухне, – и Руслан буквально вытащил меня из комнаты на кухню и вынес мои сумки в коридор.
Хочешь чаю, кофе?
Нет, спасибо.
– Так ты где теперь живешь? Может, тебе помочь с вещами?
– Не надо. Сейчас такси придет.
– Ну и как ты теперь? Я смотрю, ты изменилась. Что, у тебя деньги появились? Я тоже, между прочим, очень поднялся. Я такую карьеру сделал, считаюсь там сейчас главным специалистом! Уже почти директор! Еще немного – и я куплю машину! И мы скоро переедем из этой халупы.
– Думаешь, мне интересно все это?
Руслан посмотрел на меня с явным любопытством.
– Ты даже очень изменилась. Ты стала стервозной, киска! Но уверенной. Пожалуй, ты мне такой даже больше нравишься. У тебя, наверное, связи есть? Если хочешь, можешь мне помочь. Я тебе такое расскажу, тут такие перспективы!
Внутренне я давилась от смеха. Руслан нисколько не изменился. Думает, мне захочется помогать ему в его темных делах.
– А как же Даша? Кстати, что она такая перепуганная?
– Она провинциалка, из Кемерово. Недавно в Москве. Всего боится.
– Ага – и верит каждому твоему слову.
– Само собой. – самодовольно улыбнулся Руслан. – Она ничего для меня не значит. Так – я же должен заботиться о своем здоровье. Должен же быть у меня нормальный секс, – ухмыльнулся он.
Ну да – втроем? – вырвалось у меня.
– Ага – Вадим, значит, напел? – лицо Руслана внезапно превратилось в злобную гримасу. Таким я его еще никогда не видела. – Так знай, – прошипел он – и он, и ты – вы оба у меня в руках. Стоит мне пальцем пошевелить – и вы превратитесь в ничто.
– Да? Это каким это образом?
– Да ты себе и не представляешь, что я сейчас могу. Так что со мной надо дружить. Мы могли бы…
У меня зазвонил сотовый. Это приехало такси.
– Все, мне пора.
– У тебя мобильник? Оставь мне свой номер.
– Зачем еще?
Ну – позвоню тебе как-нибудь, встретимся. Мало ли, что мне может понадобится.
Мне ужасно надоела эта комедия.
– Зато мне не понадобится. Все, пока.
Я подхватила сумки и потопала к выходу.
Дожидаясь лифта, я слышала сквозь незапертую дверь тихое лопотание девушки голос Руслана: «Да, это она самая, моя экс-гелфренд. Ужасная стерва. Она меня обманула – изменила мне с моим другом и бросила – представляешь, что я пережил? А теперь ревнует, бегает за мной, хотела скандал устроить. Но не бойся – она ничего для меня не значит. Только ты, любимая, только ты…» Я вздохнула. Признаться, Дашу было жаль.
С тех пор я Руслана не видела, не звонила и ничего не слышала о нем. Все это я и рассказала Вадиму.
– Так в чем же дело? И причем тут Руслан?
– А притом. Руслан – тот еще фрукт оказался. Признаться, я его недооценил. Расскажу тебе, раз ты и так уж вляпалась в эту историю.
И Вадим начал рассказ.
На следующий день после памятной встречи со мной в ресторане, Вадим ехал на работу с четкой целью поговорить с президентом и добиться увольнения Руслана. Но Руслан его опередил.
Разговор был неофициальным. Президент Виктор Герасимович был старый прожженный делец, но со своими понятиями о чести и порядочности. Вадима он очень ценил и уважал, они вместе начинали бизнес с нуля.
Вадим начал беседу, пытаясь рассказать о проделках Руслана, но реакция Виктора Герасимовича была неожиданной:
– Ты мне объясни, что ты к парню прицепился? Сам его продвигал вроде, а теперь утопить хочешь. Из-за девки что-ли? Что, других вокруг мало? Не ожидал от тебя, не ожидал… Я в курсе всех этих дел…
Вадим не верил своим ушам. Оказывается, Руслан, придя на работу, первым делом добился аудиенции у Виктора Герасимовича – вроде как пришел за советом, поскольку старик Русе благоволил. Теперь президент находился в твердой уверенности, что Вадим хочет отбить девушку у Руслана, и поэтому пытается добиться его увольнения без всяких оснований. Притом Руся, естественно, выглядел просто невинной овечкой. Вадим пытался переубедить президента, показывал цифры, бухгалтерские документы, вопиющие о воровстве Руслана, но все было бесполезно. Старик только кипятился.
– Парнишка толковый, сообразительный, исполнительный, все сечет с полуслова. Ты же знаешь, сейчас дураков много а еще больше тех, кто норовит тебя подсидеть. А он честный, правдивый. Таких сейчас еще поискать. Я из него человека сделаю, он у меня далеко пойдет. Чего ты ополчился на него? Помиритесь вы ради Бога, и давай мне, без этих глупостей. Как дети малые.
Вадим вышел, оставив президенту папку с документами. У двери гадко улыбался Руслан.
Через два дня Вадим написал заявление об увольнении, решив начать собственное дело. Президент покряхтел, но заявление подписал.
– Ну что же, ты дорос уже, дозрел. Жаль, конечно, с тобой расставаться. Но ты смену себе хорошую подготовил. Ну-ну, не хмурься. Зато я с легким сердцем тебя отпускаю. Ты нас не забывай.
Вадим действительно не забыл. Он консультировал свою бывшую компанию, был в курсе ее дел. Знал он о быстром взлете Руслана, об его назначении одним из директоров. Поначалу скромный, услужливый Руслан постепенно очень многое прибирал к рукам. Фактически, в последнее время, Руслан был там почти всемогущ, даже поговаривали о нем, как о преемнике стареющего Виктора Герасимовича.
Параллельно увольнялись люди, неугодные Руслану. Их обвиняли в чем угодно – в передаче информации конкурентам, в нечистоплотности. Доказательства не требовались – Виктор Герасимович верил Руслану безоговорочно. Старик становился мнительным, и Руся этим пользовался на всю катушку. Людей выводили на улицу с охраной, не выплатив зарплату за отработанное время – давали только забрать свои вещи. Другие уходили сами, не выдержав давления. У Вадима в фирме оказалось несколько хороших специалистов, ушедших из компании. На их место приходили какие-то знакомые Руслана, которые становились его информаторами. Конечно, Руслан номинально не был самой крупной фигурой в компании, существовали начальники и повыше и отделы, куда он пока не мог пролезть. С ними Руслан старался не ссориться, лебезил, но все чувствовали – он начеку и ждет любого промаха, чтобы выслужиться перед президентом.
Обстановка в компании из дружеской стала невыносимой, процветали доносы – люди с определенными задатками быстро пожирали других и продвигались наверх.
Вот такая ситуация была на тот момент, когда Виктор Герасимович неделю назад вдруг неожиданно позвонил Вадиму и попросил его приехать к себе на дачу.
– Ты уж не отказывай старику, – голос звучал как-то надтреснуто.
Вадим приехал на дачу, охранник провел его к президенту.
Президент, несмотря на тепло, сидел в кресле, укутанный в плед, перед ним стояла бутылка коньяка. Всегда бодрый пожилой мужик, теннисист, по последней моде, сейчас действительно выглядел стариком, настоящей развалиной.
– А, приехал? Ты садись, выпей со мной.
Вадим молча плеснул себе коньяк.
– Ты прости меня, не послушал я тебя. Прав ты был, ох как прав…
Глава 5
Руслан элементарно засыпался. Подвела опять жадность и желание быстро обогатиться. В прошлый раз Руслану все сошло с рук, первое время он еще осторожничал, а потом опять взялся за свое. Аппетиты его росли.
В последнее время в компании были кое-какие финансовые неувязки, но как-то все сходило. Наконец, финансовый директор не выдержала, явилась к президенту и сказала, что она увольняется, потому что отвечать за все это она не намерена. И принесла счета на огромную сумму из какой-то непонятной фирмы за услуги, которые были никому не нужны. На счетах стоял вердикт «К оплате» и подпись Руслана. Такое бывало и раньше – подпись Руслана была действительна для финансовых документах, но тут уж очень большая сумма. Виктор Герасимович вызвал Руслана и потребовал объяснений. Руслан что-то плел про какой-то проект, но президенту постепенно становилось ясно – Руслан врет. Руслан почувствовал это, и усторил в кабинете президента настоящую истерику со слезами, обещаниями, что это больше не повторится. Он также ссылался на слабое здоровье, что деньги взял на лекарства и обязательно вернет.
Но Виктор Герасимович, задыхаясь от отвращения, указал Руслану на дверь. Так же, как и до этого других сотрудников, Руслана вывели с охраной, дав забрать только личные вещи.
Виктор Герасимович назначил расследование. С негодованием он узнавал новые и новые подробности о хищениях, переводах денег. Правда, таскал Руся больше по мелочи – на большой сумме он сразу же засветился, но, видимо, рассчитывал на свое влияние на президента.
– Я его чуть ли не за сына держал, – жаловался старик, – сам знаешь, я – старый волк, многое повидал в жизни. Но ведь нашел этот паскудник какую-то струнку, в самую душу мне залез.
Компания частично компенсировала убытки от деятельности Руслана. Наложили арест на квартиру в строящемся доме, которую банк купил для Руслана на условии, что Руслан выплатит кредит – благо, по документом квартира пока принадлежала фирме. Служебный Рено, на котором ездил Руслан, тоже остался на стоянке компании. Конечно, кое-какая приличная сумма ушла безвозвратно, но Виктор Герасимович в сердцах махнул рукой – ничего, покроем убытки. Он был настроен как можно скорее забыть эту историю, и уже начал успокаиваться. Но Руслан напомнил о себе сам. Через неделю он позвонил на личный мобильник начальника службы безопасности компании и сообщил, что у него есть информация, которая могла бы быть интересна.
Оказывается, он записал себе на компакт-диск содержимое личного компьютера Виктора Герасимовича. И согласен вернуть эту информацию за небольшую сумму. Всего два миллиона долларов – согласитесь, сумма скромная, учитывая возможные последствия продажи диска другим заинтересованным лицам или дажепросто безвозмездной передачи в МВД и налоговые органы.
Со своим нотбуком Виктор Герасимович не расставался. Там лежала «черная» бухгалтерия компании – это еще полбеды. Но было еще «кое-что». В компании крутились деньги криминальных структур, которые переводили их в легальный бизнес. Президент был далеко не ангел, имел определенные знакомства и определенный статус. Ни для кого не секрет, что за очень многими финансовыми структурами сейчас стоит теневой бизнес, и компания не была исключением. И информацию об этих операциях президент, любивший передовые технологии скрупулезно заносил в свой личный ноутбук.
Виктор Герасимович пользовался ноутбуком для удобства, и информацию оттуда никуда не копировал – пропадет – не беда. Все есть в бумажном виде в сейфе на даче, можно восстановить. Главное, чтобы она не попала в чужие руки. Поэтому он никогда не подключал этот ноутбук ни к Интернету, ни к корпоративной сети – для этого был обычный персональный компьютер в кабинете президента.
Но подвел, как всегда, человеческий фактор. Ловкий Руся, пользуясь «доступом к телу» и неплохим знанием компьютера ухитрился перекачать информацию и записать себе экземплярчик. Скорее всего, это было тогда, когда президент происил Руслана помочь ему поставить какие-то программы на ноутбук, поскольку сам в этом не силен.