Последний рывок

Первый этап

Мой челз осматривали всей командой и бригадой техников. Хохот в ангаре стоял такой, что вибрировали стены.

– Ну, Сашка, ты молодец! Насобирал алмазов на новый тренировочный симулятор, – похлопал меня по плечу тренер.

– Ага, хорошо, что не на новый челз, а то бы пришёл вместе с теми арозанами6, которые летели первыми, а потом еле доплелись до финиша, – хихикнул я, вспомнив сверкающие всеми цветами радуги аппараты своих соперников.

– Смех смехом, а работы нам на полночи. Хорошо, что вовремя сориентировался, – сказал главный механик команды и попросил всех посторонних отойти и не мешать работать.

– Раз нас выгнали, значит пора отдохнуть, завтра будет не менее трудный день. Всё, ребята, расходимся, – тренер отправил всех по каютам, а меня взял за плечи и отвёл в свой кабинет.

– Они специально сделали тренировочный заезд за день до основного, Саша. Это командная гонка. Теперь всё зависит от техников и механиков, как они сработают. Я Юре сам передам респект, у него светлая голова и золотые руки. Его поле работает даже с пылью. А тебе на завтра совет. Ты идёшь тринадцатым. Внимательно следи за теми, кто впереди. По их поведению можно понять, есть впереди проблемы или нет. Да ты уже и сам понял. И за датчиками следить не забывай. Механики сейчас установят автоматический переключатель по массе частиц, но всё равно посматривай. А так, молодец. Смотрел запись, всё прошёл стабильно. Виражи сделал грамотно, нигде не ушёл с маршрута, даже с гравитацией справился хорошо.

– Спасибо. Всё понял, Олег Самойлович, – я пожал ему руку. – Постараюсь попасть в десятку.

– Это твоя задача максимум.

– А теперь я бы хотел разобрать с тобой все отрезки гонки поподробнее.

Мы поужинали, и просмотрели всю гонку, постоянно замедляя и прокручивая заново интересные моменты, почти до полуночи. Только после это я поднялся с кресла и пошёл к себе.

В коридоре встретил техника Тима.

– Саш, там один мелкий алмаз очень глубоко зашёл в лобовое стекло, мы не смогли его убрать, пришлось наоборот укрепить.

– Да ладно, ничего страшного, – махнул я рукой.

– В принципе, да, только могут пойти трещины, если удар придётся на это место, или будет сильная вибрация. Я его выделил красным маркером, следи за ним.

***

– Сегодня стартовал первый этап галактической гонки на приз «Звёздная мечта», – с восторгом перекрикивая рёв толпы, вещал ведущий трансляции на Земле.

Все собрались около экранов, кто дома, кто на работе, кто прямо на улице, чтобы поболеть за первого землянина, попавшего в основной состав гонщиков. Толпа ликовала и скандировала «Са-ня! Са-ня!» на протяжении всей гонки, а потом свистела, обнималась и орала до хрипоты, когда объявили результаты, где их герой был девятым. Всю ночь по всем городам Земли самые эмоциональные болельщики носились на аэроботах с привязанными темно-синими знамёнами с изображением Млечного пути и гоночного корабля «Звёздная мечта» в окружении пятнадцати разноцветных звёзд.

Второй этап

– Завтра второй этап. Я знаю, что ты не готов, но будешь как баран таранить туманность, пока не отключишься, – выговаривал мне тренер. – Только давай договоримся, что нам твои жертвы не нужны. Ты уже видел официальную видеограмму после того, как прошёл первый этап. Поэтому старайся, но без фанатизма. Туманность эта коварная. Все три её составляющие мы разобрали, старайся не забывать про фронт ионизации и массивное молекулярное облако. Их лучше пройти аккуратно, по разреженным участкам. А то вчера полез напрямик и потерял на этом почти двадцать минут времени, поэтому и пришёл последним. Видел, как твои соперники двигались? Они как на Большом слаломе обходили все скопления. А тебе приспичило срезать, вот и увяз. В общем, ты меня понял. Давай, отдыхай, – тренер вышел из кают-компании, где мы с ним разговаривали и пили чай, а я ещё немного посидел в одиночестве, вспоминая все ошибки, которые сегодня допустил сгоряча, а потом пошёл спать.

«Утро вечера мудренее», – не зря так говорили древние люди, надо чтобы утром голова нормально соображала, а рука на дрогнула, выжимая джойстик до предела. Тем более, сегодня знатно накосячил, даже не надо было разбирать с тренером, сам всё понимал, поэтому и был зол на себя, как никогда. Принял душ, включил видеограмму Ани и под неё уснул, так и продолжая ругать себя.

***

Капли пота катились со лба и попадали в глаза, которые и так слезились от сильного напряжения. Что там сказал тренер? Будет тяжело? Это было очень тяжело, даже тяжелее, чем на квалификации. Там мне надо было потерпеть и продержаться секунды. Здесь я терпел уже несколько часов. Я посмотрел на часы – с начала гонки прошло уже два часа сорок шесть минут. А я ещё только в центре туманности и это только половина пути. Бесконечный лабиринт. «Просто пролети сквозь туманность на скорость!» – звучало как издевательство.

Да какая тут скорость?! Это не гонка, а постоянная борьба с тяготением и полями. Ещё это ужасное розовое свечение, от которого у меня скоро мозг взорвётся.

– Мммм, – застонал я, прикрыв одной рукой глаза, сняв защитные очки.

Связи не было, помехи всюду такие, что искажается даже изображение вектора направления на центральном экране. Отметки моих соперников на трассе тоже моргают, постоянно пропадая. Двое из них вообще почему-то ушли в сторону от вектора. Все защитные поля я включил на полную мощность, но это мало помогало. Приходилось постоянно подключаться к системе реанимации и вкалывать лекарства, чтобы оставаться в сознании.

Что-то потекло из правого уха. Смахнул рукой и вцепился в джойстик обеими руками, обходя тёмные участки пространства. Рука вся в крови, но это не важно, ещё немного, ещё два трудных участка и там уже будет прямой участок трассы, где можно будет лететь на предельной скорости. Опять челз тряхануло, слишком близко прошёл от фронта ионизации.

Я сцепил зубы и рукавом вытер лоб.

– Рррр, – зарычал я, из последних сил направляя челз вверх почти под углом девяносто градусов, еле успевая уйти от плотного облака космической пыли.

Позади остались все опасные участки. Я посмотрел на экран – где-то рядом со мной летели ещё четыре пилота. Скорости нарастали. Видя, что я отстаю, включил дополнительные ускорители. Появилась небольшая вибрация и свист.

– Терпи, друг, я же терпел, не жаловался, – сквозь сжатые зубы просил я своего боевого товарища. – Последний рывок! Давай, ну, ещё немного!

Вибрация увеличилась. Я уставился на красную точку на лобовом стекле, заметив, что от неё поползла небольшая трещинка. Плохо, очень плохо. Я не могу сбавить скорость, я не могу проиграть, когда до финиша осталось так мало. Свист нарастал. Я быстро опустил герметичное стекло на своём шлеме и поменял настройки скафандра на разреженную атмосферу.

Вот он финиш. Я мчусь к нему на запредельной скорости, не обращая внимания ни на что. У нас будет неделя, чтобы подлатать челз, а сейчас главное – пересечь черту в первой пятёрке. Не смотрю на соперников, только финишная черта.

Всё! Я закрыл глаза, пытаясь привести дыхание в норму. В голове всё шумит и стучит. Под носом тоже стало мокро. Не важно. Боюсь открыть глаза, но придётся. Смотрю показатели, выстроившиеся в таблицу, в которой пока стоят только восемь фамилий. Не могу сосредоточиться, всё плывет. Закрыл глаза, немного успокоился и опять открыл. Четвёртый… Не верю. Веду дрожащим пальцем по табло, считаю про себя. Четвёртый! Откинулся на кресле и рассмеялся, не веря до конца в то, что произошло.

Челз сильно тряхануло, я перевёл взгляд на лобовое стекло, где показался буксир. Трещина уже была почти через всю его поверхность. Меня тащили на базу, а я был счастлив и только сейчас понял, что не слышу своего смеха.

***

– Ну что, герой! Мне тебе сразу подзатыльников надавать или после поздравлений?

Тренер открыл восстановительную капсулу и подал руку, помогая мне выбраться из неё.

– Да, ладно! Все же нормально. Ну немного челз повредился от перегрузок…

– Это ты немного головой повредился, от перегрузок. Ты хоть понимаешь, что чуть не погиб? Не знаю, какие небесные силы тебя берегут, но как только мы тебя затащили в ангар, стекло осыпалось от перепада давления.

– Ого! – впечатлился я.

Тренер ходил туда-сюда по медицинскому кабинету и отчитывал меня за мою безрассудность, а потом резко остановился и обнял.

– Спасибо, – тихо сказал он, – никогда не думал, что доживу до этого дня. Есть хочешь?

И мы, поедая всё, что ребята поставили на стол, ожидая нас, очень бурно и эмоционально обсуждали второй этап гонки. Мне устроили настоящий праздник и даже соорудили торт из подручных продуктов, который получился больше похожим на большой бутерброд.

Третий этап

Всю неделю мы готовились к третьему этапу, а механики ремонтировали мой челз. Маршрут был понятен и непонятен одновременно. По дуге пролететь мимо сверхмассивной чёрной дыры – сложная задача, но на симуляторе это был просто полёт, никаких особых сложностей, кроме постоянного контроля орбиты и баланса в условиях огромного тяготения. Никаких пробных заездов не будет, придётся лететь начисто. И это немного напрягало.

– Челз готов, – сообщил мне главный механик, и я сразу побежал посмотреть на своего механического друга.

Он сиял, как новый, без единой царапины и вмятины. Ребята постарались.

– Топливо заменили, – сказал мне подошедший тренер.

– Зачем? – не понял я.

– Не хватало расчётной мощности двигателя, чтобы преодолеть тяготение.

– Так, вроде с запасом было? – спросил я.

– Пересчитали, двигатель тоже пришлось заменить.

– Один?

– Да, один. Он и будет работать на другом топливе. Два других останутся. Саша, завтра связи тоже не будет, поэтому напоминаю…

– Не надо, Олег Самойлович, я всё знаю. Не подведу. Мне тоже моя жизнь очень нужна и не только мне.

– Тогда я спокоен. Удачи тебе. Завтра проводить тебя не смогу, нас собирают на базе организаторов, будем комментировать в прямом эфире каждый своего гонщика. За тобой будет следить вся галактика.

Мы пожали друг другу руки и разошлись. Думал, что не смогу спать перед «часом Х», но в итоге, чуть не проспал и собирался в большой спешке. Меня провожали все ребята, Свен подарил свой талисман на удачу – чёрный камешек с природным отверстием в центре. Символично.

В этот раз старт был общим, мы выстроились в линию на расстоянии всего нескольких километров друг от друга. Световой сигнал – и вот я мчусь, стараясь не отстать от тройки лидеров. Тяготение нарастает, пока все летят точно по траектории. Постепенно начал замечать небольшое отклонение и снижение скорости. Началось! Эти же проблемы были и у других гонщиков. Приходилось постоянно контролировать трек, не допуская смещения в сторону дыры. Мощности двигателей были на пределе, но меня всё равно сносило. Новое топливо не справлялось, челз начал постепенно отклоняться от оптимальной линии. Холодок пробежал по спине, и я сжал камушек Свена. И тут я увидел на экране как гонщик, идущий первым, начал быстро отклоняться от траектории и уходить к чёрной дыре. Я сцепил зубы и попытался выровняться. Немного получилось, но меня всё равно сносило. В голове пронеслись с бешенной скоростью слова отца: «Если нужен рывок, разверни защитное поле в воронку, используй межзвёздную среду как ускоритель». Три нажатия кнопки – и на табло моя траектория начала меняться, на глазах сдвигаясь. Скорость тоже начала расти, не сильно, но достаточно, чтобы я приблизился к двум гонщикам, которые шли впереди меня. Расстояние стремительно уменьшалось. До финиша оставалось совсем не много.

– Не успеваю! – крикнул я сам себе с досадой и расширил воронку до максимума.

Резкий толчок – и я перелетел через финишную прямую, едва не задев корпусом соперников.

Пока соображал, что произошло, меня забросило далеко вперёд. Свернул все поля, отключил двигатели и сидел с круглыми глазами, пытаясь прийти в себя. Я что, выиграл?

– Этого не может быть… Этого не может быть… – шептал я.

А потом меня накрыло:

– Я выиграл! – крикнул я.

Появилась связь, и ликование команды чуть не оглушило меня.

– Аня, похоже, что мы с тобой всё-таки прокатимся на «Звёздной мечте», – шептал я, улыбаясь.

Болгеры1 – жители планеты Kepler 452b в созвездии Лебедя.

Челз2 – небольшой одноместный спортивный свехскоростной корабль.

Соньёлы3 – гибридные существа с планеты Нолус, растительного происхождения, с развитой сенсорной и ментальной активностью.

Видеограмма4 – объёмная видеозапись, воспроизводимая в формате голографического видеофильма.

Фуллерены5 – полые шарики из атомов углерода, образуются на межзвёздных ядрах пыли, состоящей из углерода.

Арозаны6 – жители планеты Teegarden b в созвездии Овна.