Во славу Светлого Ордена

Глава 4

Юго-Западный Вестольд,

Предместья Джарты,

1039 оборот от Великого Разлома,

12-й день второго весеннего месяца.

Дерьмо! Сознание вернулось, и я понял, что лежу на чем-то деревянном и жестком. Ощутимо болело плечо, но боль была какая-то странная. Словно к коже поднесли горячий металл.

Открыв глаза, я оглядел небольшую комнату с грубыми деревянными стенами, задержал взгляд на трещинах в потолке, вздохнул и принял сидячее положение.

Определенно не камера. Мебели по минимуму: трёхногий покосившийся стол, два стула, деревянный лежак и массивная скамейка возле дальней стены. На полу у входа – влажная тряпка, мусора не видно, дверь прикрыта, но не заперта. Интересно…

Серая рубаха ещё на мне – измята и заляпана кровью. Штаны мои, сапоги стоят у лежака, но портянки куда-то исчезли. Да и бес с ними, c портянками, тут важно другое… Я жив и даже не связан! Чувствую себя нормально, и плечо не так чтобы сильно болит! Осталось только понять, куда меня занесло.

Поднявшись на ноги, я размял затёкшую спину, сделал десять приседаний и, вполне довольный собой, снова сел на лежак. Да, наверное, можно сходить за хозяевами, но сначала неплохо бы подумать, что им от меня, собственно, нужно? В благородных бандитов я верю слабо, а значит, предстоит разговор. Нет, за здоровье мне переживать особо не стоит. Печати «включились», и в этой вот конуре мне не составит проблем скрутить любого Отмеченного, но дело в том, что сам бы я с площади не ушел. Ребята спасли мне жизнь. Это дорого стоит, и по таким счетам нужно платить не скупясь!

Ладно, что мы имеем? Освальд каким-то образом ценой своей жизни сумел призвать демона, и это в итоге позволило мне сбежать. Алхимик предполагал, что я сбегу, и поэтому рассказал мне о графе из Сарна, в имении которого нужно забрать талисман. Осуждаю ли я его за содеянное? Нет, ничуть, и, если от Освальда хоть что-то осталось, я обязательно найду это и предам очищающему огню. Ну а чем же еще я могу отплатить старому другу? Да, помню, что где-то в Агире у алхимика осталась родня, но, насколько мне известно, они там ни в чем не нуждаются.

Нужно, конечно, будет проверить, но это уже потом.

Что ещё… Призванная тварь назвала меня «синеглазым», и прозвучало это так, словно демон и раньше встречал кого-то похожего. Маму? Или кого-то ещё? И что это все означает? Почему, узнав, кто перед ним, демон вытащил откуда-то тот чудовищный меч?! Я чем-то ему опасен? Но чем?! Копье не смогло пробить даже шкуру! И ещё эта легкость… Почему при встрече с порождениями Хаоса ощущения такие, будто вот-вот взлечу?!

В довесок ко всему появление твари избавило меня от контролирующей печати! Освальд знал об этом заранее, или… Поморщившись, я потёр ладонью зудящее плечо, затем скинул рубаху и замер, глядя на небольшой алый пятиугольник.Печать Огня! Вот же ослиное дерьмо! Ну ничего себе подарочек! Внутри пятиугольника еле-еле просматривался рисунок, отдаленно напоминающий птичий хвост, но… Но как, мать его, она появилась?! Двум другим стало скучно, и они решили позвать подружку? Или… Или в этом как-то поучаствовала блокирующая печать? Она слетела, и на её месте проявилась другая? Вот же… И что это означает? Я стал быстрее? Да, наверное, ведь каждая печать хоть чуть-чуть, но добавляет реакции, только…

Прикрыв глаза, я просмотрел внутренним взором все, что имел, и вздохнул с сожалением. У меня появилось только одно дополнительное заклинание. Тот самыйЩит или… Потянувшись к эфиру, я расслабился, доверив телу самому довести заклинание до конца, и… едва его не запорол. Настолько случившееся было непонятным и удивительным. Нет, с самим заклинанием я не ошибся – поперек выставленной левой руки возникла голубая защитная пленка, но, как оказалось, на создание Щитапотребовалась Сила всех трех Элементов! Интересно… Я ведь о таком даже не слышал! Нет, эфира-то потратилось совсем немного, но заклинание уже появилось в голове, и стало понятно, что Щиты можно создавать разные. Небольшой, круглый – примерно полтора локтя в диаметре, – или такой, как на площади, но для его создания потребовалось бы гораздо больше энергии.

Все это, конечно, замечательно, но как могут взаимодействовать Лед и Огонь?! Тьму еще сюда хоть как-то можно пришить, но два противоборствующих Элемента?! И почему самЩитголубой?! Нет, понятно, что Лед участвует в его создании, но где тогда Тьма и Огонь?

Впрочем, это все ерунда, какое мне дело до цвета? Обидно, что боевого заклинания как не было, так и нет! Печать вот даже третья есть, но… Нет, понятно, что без этогоЩита я бы сейчас здесь не сидел и нужно благодарить за это Огонь, ведь без него бы мне точно было не выжить.

Вообще, как-то странно вовремя появилась у меня эта Печать, да и самЩит я поставил на одних только рефлексах – так, словно делал это много раз раньше. Сработала кровная память? Ведь не зря же демон меня так назвал? Интересно, а этот Щит может блокировать только Хаос или что-то ещё? Обычное оружие, Огонь, Лёд, Тьму? Ладно, с этим разберусь позже.

Боль в плече почти что утихла, я снова надел рубаху и задумчиво посмотрел на дверь. Эти бандиты… Что они у меня, интересно, попросят? Золото или что-то ещё? На кладбище в тайнике у меня припрятано полсотни монет и еще пара ненужных браслетов. Надеюсь, этого хватит на то, чтобы расплатиться за свою жизнь. Что ещё? В Погань с голыми руками не попрешься, но в том же тайнике есть меч и какая-то экипировка. Нет, конечно, можно съездить в Бреон за латами, но в них я утрачу подвижность. Бесноватые стальной доспех не пробьют, но кроме них на Поганой земле водится всякое. Для некоторых тварей, говорят, латы не прочнее ореховой скорлупы, так что не очень-то они мне и помогут.

Определившись со своими дальнейшими действиями в общих чертах, я уже собирался отправляться на поиски хозяев, когда из коридора донеслись чьи-то шаги. Дверь распахнулась, в комнату зашла толстая уродливая женщина. Заметив, что я пришёл в себя, она упёрла руки в бока и, продемонстрировав единственный зуб, весело произнесла:

– О! Очухался, болезный! А Одноглазый говорил, что ты скоро кончишься! Правда, лекарь из него как из дерьма снег…

Женщина была большая, судя по виду – раза в два тяжелее меня. Простенькое серое платье делало ее похожей на огромный мешок, а фартуком можно было накрыть от дождя лошадь. В руке – тряпка, видимо, это она тут прибиралась, пока я лежал.

– Здравствуйте, – кивнул я и осторожно поинтересовался: – А где мы сейчас находимся и какой сейчас день?

– Мы в «Усталом путнике», день сегодня двенадцатый, тебя вчера должны были казнить, – кинув тряпку на стул, ответила женщина. – Если больше вопросов нет, то скажи, лер, тебе сначала помыться и переодеться – или сразу нести пожрать?

– Помыться бы… – сдержав улыбку, попросил я. – И где у вас тут…

– Отхожее место во дворе, налево по коридору, – правильно истолковав выражение моего лица, хохотнула она. – Ты сходи пока, а я распоряжусь, чтоб ребята притащили корыто.

Сказав это, женщина вышла за дверь, я пожал плечами и, не надевая сапог, пошёл следом.

«Странные какие-то бандиты, – думал я, направляясь по указанному маршруту. – Эта братия вроде бы особо никому доверять не должна, но ко мне даже никого не приставили. Считают, что после вчерашнего в этой одежде я не сбегу? Или они не бандиты? Или я чего-то не понимаю?»

Сходив во двор, я вернулся обратно в комнату, и вскоре туда заявились два хмурых типа в заляпанной краской одежде. Поставив на пол корыто, они быстро наполнили его водой и молча ушли. Следом опять пришла толстая тетка и, выдав мне стопку чистой одежды, отправилась за едой. На вопрос об урхе и белобрысом пояснила, что те подойдут позже, но когда точно, сказать не смогла.

Помывшись и переодевшись в чистое, я быстро поел и, натянув сапоги, стал ждать дальнейшего развития событий.

Одежду мне выдали самую обычную: штаны, рубаха, плащ – в каких ходит большинство горожан. Еда была простая и сытная. Мне даже принесли бутыль какого-то вина, но к нему я прикасаться не стал. Нет, я вполне доверял хозяевам. За то время, пока валялся беспомощный, со мной можно было сделать все что угодно, но все равно о делах лучше говорить на трезвую голову. И не то чтобы бутыль вина – это много, но неизвестно, как отреагирует организм. Пять дней тюрьмы, мензурка дури, появлениеПечати и полное непонимание того, что произошло со мной после исчезновения демона. Тут и со стакана можно «поплыть» – так что рисковать лучше не стоит.

Ждать пришлось недолго, когда дверь наконец распахнулась и в комнату зашли два моих вчерашних знакомых.

Кивнув с порога, белобрысый подтянул под себя стул и уселся, положив локти на спинку. Урх молча прошёл к стене и сел на скамью, очевидно, полагая, что другая мебель его веса не выдержит. Скамья обиженно скрипнула, но устояла, гигант оперся о стену и, скрестив на груди руки, спокойно посмотрел на меня.

Вообще, этот урх был какой-то неправильный. У его соплеменников принято татуировать лицо и обвешиваться безделушками, но у этого было лишь две синих полосы на скуле, да в левом ухе болталась небольшая серебряная серьга. Небольшая, в смысле, для него, но, если учесть, что на последнем увиденном мной дикаре серебра висело как бы не с килограмм… Ростом урх был выше меня почти на две головы, в плечах – раза в полтора шире, а по силе… Не думаю, что он запыхался, когда тащил меня на плече. Такой и лошадь унесёт, если понадобится. Не боевого, конечно, коня, а обычную клячу, но мне и такое даже не снилось.

Белобрысый был полной противоположностью дикаря. Сухощавый, жилистый и по виду довольно опасный. Одеты оба примерно как я, вооружены одними только кинжалами. Глаза у обоих – зелёные, во взгляде белобрысого интерес и… опаска?

– Здравствуй, уважаемый, – поймав мой взгляд, произнёс белобрысый. – Ты как себя сейчас чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – глядя ему в глаза, кивнул я. – Только у меня есть куча вопросов.

– Ты даже не представляешь, сколько вопросов скопилось у нас, – глядя на меня, тяжко вздохнул бандит. – Но давай сначала определимся? Рональд, лер Агира, граф Западного Кеная, внебрачный сын герцога Харальда?! Все так?

– Ну да, – кивнул я, – все так и есть.

– Тогда скажи, как лучше к тебе обращаться? А то что-то нечасто нам доводилось говорить с благородными.

– Лер… ну или по имени, – пожал плечами я. – Мне оно как-то без разницы. Агир далеко, а мы с тобой вроде как повязаны кровью. Ты же на эшафоте тоже не просто стоял…

– Да, только соображал долго, – белобрысый вздохнул и представился: – Я Канс Хайн – купец из Бреона, свои кличут меня Пересмешником, а это – мой брат Грон, тоже купец, – белобрысый кивнул на урха и посмотрел на меня. – Мы торговать в Джарту приехали, но…

– Да, торговля дело опасное, – покивал я. – Можно ведь и башку легко потерять.

– Так это смотря чем торговать, – весело усмехнулся бандит. – Если голубым сахаром или «снежком», то, скорее всего, на каторгу. Нам просто не повезло с конкурентами. Народ нынче злобный без меры, а тут еще этот плешивый из столицы приехал.

– Ладно, давайте перейдем к теме нашего разговора, – я скосил взгляд на все еще молчащего урха, посмотрел в глаза белобрысому и вопросительно приподнял бровь. – Сколько я вам должен за свое спасение?

Какой смысл болтать попусту? Чем быстрее мы поговорим, тем быстрее отправимся за деньгами на кладбище. На дворе уже поздний вечер, и хорошо бы добраться до Акарема к утру. Мне ведь ещё лошадь хоть какую-то нужно купить с оберегом. Это сам я в бесноватого не превращусь, а животному необходима защита. Неплохо также запастись для кобылы зерном и продуктов набрать дней на десять. Впрочем, если он полсотни у меня попросит – то отдам все не торгуясь, однако ответ бандита меня озадачил.

– Да ничего ты нам не должен, – пожав плечами, произнёс он, – и с Мамой Боной за постой мы уже расплатились. Лошадей приведут завтра утром, оружие тебе подберем, осталось только обговорить детали предстоящей поездки.

– Поездки куда? – поморщился я, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Ну ты же в Сарн собираешься, лер? Ведь так? – Канс усмехнулся и скосил взгляд на приятеля. – Вот и мы с тобой прокатимся по Поганой земле. Втроём-то оно, согласись, веселее.

В первые мгновения я не нашёлся, что и ответить. Вообще, отморозков в империи хватало всегда, но никто не забирался из них так далеко в Погань. Нет, пограбить приграничные города охочих хватало, но до Сарна почти двести лиг по прямой от границы, и там, по слухам, такое встречается… Вернее, приходит оттуда… Поэтому до столицы Лидда в своём уме никто ещё вроде не добирался.

– Мужики, а вы умом точно не повредились? – участливо поинтересовался я, переведя взгляд с урха на белобрысого. – Вы хоть понимаете, куда собрались? Не проще пойти и сдаться местным ищейкам? Так хоть умрете быстро и без мучений…

– Да все мы понимаем, лер, – опустив взгляд, тяжело вздохнул Пересмешник. – Только клятву нарушить выйдет ещё страшнее. За Чертой Хуг ведь обязательно с меня спросит…

– Клятву? – поморщился я. – Ты о чем?

– А ты разве забыл, лер, что я говорил перед тем, как выйти на площадь? «Клянусь Хугом не бросать и добытым поделиться по чести…» Я ж и подумать тогда не мог, что Хозяин Ветров сдюжит против Светлого бога. Слова вылетели на ветер, и их теперь не поймать, так что одна у нас теперь дорога, господин граф. Богов обманывать – последнее дело…

– Интересно, – хмыкнул я и, почесав щеку, посмотрел на урха. – А он что? Тоже в чем-то поклялся?

– Грон – мой брат, мы с ним всегда вместе, – с улыбкой произнёс Канс. – К тому же там от Сарна прямая дорога в Калару. Вот мы и решили потом заехать к его родне.

При этих словах урх едва заметно кивнул, в глазах его что-то мелькнуло…

– Брат, хм-м, – смерив взглядом дикаря, я усмехнулся и покачал головой. – Как-то вы не очень похожи.

– Это долгая история, лер, но, если вкратце… – Канс уселся поудобнее и, посмотрев на дикаря, пояснил: – Мой отец подобрал Грона в устье Синей реки двадцать три оборота назад, когда возвращался домой в Алисану. Их галеру затопил имперский корвет, но Грону посчастливилось выжить, уцепившись за один из обломков.

Отец привёз его домой и выходил, но спустя пол-оборота случилась Погань и путь на юг оказался закрыт. Отец вскоре умер, его акат[1] ушел за долги, и нам с Гроном пришлось искать себе другое занятие. Покидало нас хорошо, но люди на пути встречались правильные, и вот мы, собственно, здесь.

М-да… Урхи на Синей реке часто промышляли разбоем, да и отец этого Канса тоже вряд ли был таким уж законопослушным купцом. С другой стороны, ребята они отчаянные, а втроём в Поганой земле и впрямь – веселее.

– Ясно… – я взял со стола бутылку, сделал из горлышка небольшой глоток, поморщился и поставил емкость на место. – Обереги-то хоть у вас есть?

– Лошадям заказали седла с зачарованной кожей – заберем по дороге в Погань у нужного человека, а нам самим оно вроде и не нужно. У меня Ветер, у него Камень, – белобрысый кивнул на брата и посмотрел на меня. – Ничего особенного, но в цирке, может быть, оно и сгодилось бы. – Канс вытянул руку к столу и, чуть напрягшись, ловко поймал прыгнувший в его ладонь нож. – В бою это особо не поможет, но в нашей работе порой пригождалось. – Бандит крутанул нож в ладони и, воткнув его в пол, кивнул в сторону урха. – У Грона – полезнее. Брат может минуты три не дышать и ненадолго становиться сильнее. Он и так вроде неслабый, но сила лишней не бывает, особенно в бою, когда одним ударом можно решить все. Способность восстанавливается около суток и работает секунд пять, но пару раз это спасало нам жизни.

– Все это хорошо, только не знаю, помогут ли нам наши Печати… – я, вздохнув, посмотрел в глаза урху. – Впрочем, отговаривать никого не собираюсь, поэтому давайте обсудим детали предстоящей поездки.

– Эх, лер, а какие в Алисане закаты… – Канс сделал глоток отвара из чашки и мечтательно посмотрел в окно. – По вечерам море особенно красиво. Заходящее солнце окрашивает темнеющий небосвод в лилово-розовые цвета, и все это впитывается в водную гладь. Зимой, конечно, не так, но…

О море бывший моряк мог рассказывать без остановки, и, понимая это, я решил перевести тему в интересующее меня русло.

– Слушай, а почему вы в Калару не отправились морем? – отложив в сторону ложку, я скосил взгляд на молчащего Грона. – По воде-то оно куда как безопаснее, чем по земле.

– Это почему безопаснее? – вынырнув из своих грез, поморщился белобрысый. – Ты знаешь, какие твари в Синей реке завелись? Она ж почти вся попала под Погань. Двадцать оборотов назад имперцы потеряли там пару корветов, и с тех пор в Синюю вообще никто не суется. Моряки в тавернах рассказывали о морских змеях и кракенах, а компаньон отца – дядька Брум – говорил, что воочию видел Черного кита, хотя… – Канс замялся и, усмехнувшись, пояснил: – Старый моряк перед смертью часто к жарке прикладывался, ну и виделось ему, разумеется, всякое. Ему и бесы в каждом втором встречном мерещились, так что насчет Черного кита – это не точно.

– Ты не понял, – покачал головой я, мысленно проклиная себя за любопытство. – Про реку-то мне известно, но там же вроде был и морской путь.

– Да, был, через Гизу, но столица Степи сейчас там же – под Поганью, – пожав плечами, пояснил Канс. – По Фиолетовым лесам не пройти, и на родину брата остался лишь один путь – через Южное Королевство. Из Алисаны в Ашерон плыть в три раза дольше, чем отсюда, из Джарты, так что на юг там никто не ходит уже давно. Мы сюда-то приехали как раз за этим. Думали на корабль какой подрядиться матросами, ну или купить себе в каюте места. Порошка привезли – хотели денег по-быстрому сбить, но ребята местные возмутились, и понеслось… Хорошо хоть, Мама Бона – старая подруга отца, а то даже не знаю, где бы нам сейчас прятаться.

Ну, прятаться мы уже особо не прятались – сидели в обеденном зале трактира и дожидались обещанных лошадей. Да, наверное, дикарь в кольчуге и шлеме – штука приметная, но в этот утренний час, кроме нас, народу тут практически не было, да и не любили здешние обитатели особо болтать.

Вообще, у местных вояк забот хватало теперь и без нас. У них там трупов под сотню и раненых – как бы не четверть всего гарнизона. К тому же вчера сюда уже приходили солдаты с проверкой, так что сейчас можно никого особо не ждать.

Проговорили мы до поздней ночи: определились с маршрутом, и у хозяйки выкупили подробную карту. Впрочем, ничего особенного не придумывали. Сначала в Ненку за седлами, потом в Акарем за вещами, а оттуда сразу двигаем в Шанару, из которой по прямой до переправы через Синюю и там уже по имперскому тракту до Сарна. Нет, мы понимали, что паромщиков в Каде уже не осталось, но там на пристани, скорее всего, сохранились какие-то лодки. Да, река там и так не особо и широкая, но после этих рассказов о драконах и змеях вплавь перебираться не хотелось. Конечно же, все эти чудовища – такие же алкогольные галлюцинации, как и Чёрный кит, но задницу мочить все равно никто не рвался.

С экипировкой у ребят оказался полный порядок: кольчуги, мечи и даже неплохой составной лук. Урха, конечно, неплохо было бы заковать в латы, но тогда нам понадобился бы натуральный боевой конь. Грона и так не каждая лошадь увезёт, а уж в латах-то и подавно.

Добыча меня не слишком волновала. Талисман бы найти – и уже хорошо. Нет, понятно, что у коллекционера древностей могло храниться много чего интересного, но загадывать не хотелось. Тут и с талисманом-то пока непонятно.

Проблема в том, что Элемент Хаоса на воздухе или в земле долго сохраняться не мог. Советник короля, наверное, это знал, а значит, талисман лежал в какой-нибудь специальной шкатулке. Освальд сказал, что тайник можно найти по предметам коллекции, но вдруг земля эту шкатулку не вытолкнет? Сколько там копать придётся, чтобы её найти?! А что, если граф распродал коллекцию или хранил её в каком-нибудь подвале с каменной крышей? Нет, Освальд как-то говорил, что древние предметы лучше всего сохраняются в песке без доступа воздуха, но граф Ригволд об этом мог и не знать!

Да тут столько вопросов, что голова может лопнуть! Только сомнениями ты себе ничем не поможешь, поэтому нужно просто делать то, что задумал, а там, глядишь, все и срастется.

Поправив под ногами седельный мешок с запасами на дорогу, я сделал глоток травяного отвара и попытался подумать, о чем мог забыть, когда с улицы донеслись стук копыт и конское ржание.