Египтянка: Боги Рима

Щёлкнула «открыть».

«Маша, выйди, пожалуйста, из игры. Ты нужна нам с папой. Мама»

Что такого могло случиться, чтобы ей срочно понадобилось общество дочери? В обычные дни она в мою комнату даже не заходит, особенно без стука, а игроман Максик давно объяснил родителям, что во время игры человека по пустякам трогать не надо. В его понимании к пустякам относится всё, кроме тяжёлой болезни.

Наспех попрощавшись с парнями, поднялась в оплаченный на неделю вперёд номер, оставила Принигонду прямо на его пороге и нажала выход.

Бросив шлем на кровати, едва не выбежала из комнаты.

– Мам? Пап?

– Маша, заходи сюда.

Родители сидели в гостиной и безмятежно попивали кофе из маленьких чашечек. Оба нарядные, в вечерних одеждах на выход. На маме цейлонские бриллианты, оставшиеся от бабушки, на папе галстук с платиновой застёжкой. Последний раз они так одевались на свадьбу единственной племянницы, моей двоюродной сестры Марины. На неприятности увиденная картина не похожа, тогда…

– У нас сегодня какой-то праздник?

– Да, – мама лучезарно улыбнулась, пока папа что-то вычитывал в своём визионе. – Мы идём в «Троекуровъ» на званый ужин.

И только-то? С каких пор родители предупреждают о подобных мелочах и почему именно сегодня? Мы с Максиком давно привыкли к их вечерним прогулкам по гостям, театрам и кафе; не потеряем, даже если задержатся до утра. «Троекуровъ» элитный ресторан, туда не попасть с улицы, но это всего лишь ресторан, а не повод выдёргивать из виртуала. Хватило бы стикера на зеркале в прихожей.

– Ладно, – я растерянно пригладила взлохмаченные волосы, – идите, раз собрались.

Мама отложила чашечку в сторону.

– Не поняла? Ты хочешь сказать, что не собираешься пойти с нами?

– А зачем? Я не голодная…

– Мария Леонова, неделю назад я предупреждала вас с братом о важности сегодняшнего вечера. У нас особый повод – ваш отец в одном шаге от заключения выгодного контракта на поставку оборудования для компании «М-Тэй». Господин Соколов, её коммерческий директор, человек консервативных взглядов, ему импонирует преемственность поколений, он лично настаивал именно на семейном ужине. Так что ты идёшь с нами, это не обсуждается. Мы обязаны произвести на него самое лучшее впечатление! Дальнейшее будущее наших магазинов зависит от успеха сделки. Верно, Саша?

Папа оторвался от визиона. Кажется, он не слышал ни слова из нашего короткого диалога, но всё равно подтвердил. Кто бы сомневался! С мамой он согласен всегда, когда дело касается меня или Макса.

– У тебя есть час, Маша. Надень то серебристое платье с широким чёрным поясом, оно хорошо смотрится на тебе, делает взрослее и серьёзнее. Волосы убери в узел…

– Мам, погоди минутку, – отмахнулась от непрошенных советов, сама знаю, в чём хорошо выгляжу. – «М-Тэй» это ведь «Машинити»?

– Да, те самые, что создали вашу с Максимом нечестивую игрушку. Его, кстати, ждут большие неприятности, – она сурово поджала губы. – Как он мог забыть об ужине? Сказал, что ушёл на свидание с какой-то девушкой и отключил визион. Врёт, поди. Никакой девушки у него нет.

– Она есть, – я вступилась за брата. – В этот раз самая настоящая.

Обычно Максик действительно врёт про свидания, берёт шлем и уходит тусить с друзьями из отряда, но не сегодня. Сегодня они с Юлькой собирались посидеть в кинотеатре под открытым небом в Парке Культуры, там «Унесённых ветром» показывают. Вечер планировался быть романтическим, поэтому меня с собой не позвали.

– Ты её знаешь? – в голосе мамы появились деловитые нотки. – Она из приличной семьи?

– Почти принцесса, – заверила её и ушла переодеваться, пока не посыпались более интимные вопросы.

Раз родителям так важно моё присутствие на ужине, не буду их разочаровывать. Заодно отвлекусь от передряг в ВЦ. В Риме сейчас всё равно делать особо нечего. Мало приятного бродить по городу, озираясь на стражей за спиной, а не на памятники. Пора бы сделать что-то для семьи, а то даже прожжённый задрот Макс стал играть реже меня.

Ровно через полтора часа машина представительского класса, присланная за нами компанией «М-Тэй», припарковалась возле «Троекурова». Самый дорогой ресторан Екатеринбурга встретил тысячей огней, хрусталём и позолотой, а вежливый администратор проводил к специальному столику в вип-ложе, за которым уже сидели три человека. Господин Соколов Степан Алексеевич – элегантный мужчина в сером костюме с запонками из натуральных сапфиров – тепло поприветствовал нас и представил своих спутников: жену и юриста компании. Возле последнего стоял маленький кейс с документами. Всем им чуть за пятьдесят (кроме кейса, конечно же), и все они мне не понравились. Особенно Степан Алексеевич. Я не забыла слова Шарлатана о слежке за моим аккаунтом в соцсети. Неизвестный неохакер далеко не из праздного любопытства собирал сведения и совершенно точно делал это по указке высшего руководства.

Официант наполнил бокалы аперитивом и раздал меню.

Первую половину вечера я практически не участвовала в разговорах. Это не первый мой ужин с партнёрами отца, порядок поведения знаю: сидеть послушной дочерью и вежливо улыбаться, пока не спросят. Ничего другого от меня не ждали. Деловые ужины все такие – ни поесть толком, ни развлечься. Надо было захватить визион. На меня всё равно никто не смотрит, так какая разница, чем я занимаюсь?

Ещё не успели сменить первые блюда, как папа, господин Соколов и его юрист довольно быстро перешли с общих тем к обсуждению деталей предстоящего контракта. На столе появились папки и бумаги. Нюансы, сроки, цифры, перспективы – данные сливались в один технический гул. Только потом, когда заветные подписи были поставлены и должным образом отпразднованы, старшее поколение вспомнило о моём присутствии.

– Мария, вы уже получили приглашение на учебную стажировку от какой-либо компании? – поинтересовался Степан Алексеевич, посмотрев на меня пристальным, изучающим взглядом бледных глаз, наполненных безмерным превосходством. Он уже знает ответ, не так ли?

От внезапного подозрения по спине пробежал холодок. А вдруг ужин в «семейном» составе был затеян именно ради этого момента? Господин Соколов ни словом не удивился, почему Леоновы пришли без своего старшего сына, словно его никогда не было.

– Нет, ни одного приглашения, – ответила через несколько долгих секунд. – Я доверю выбор институту.

Степан Алексеевич цокнул языком:

– Зря, зря. При всём моём уважении к российской системе образования, распределение мест стажировки сверху отдаёт пережитком седого прошлого. Так вы не получите достойную практику и потратите лучшие годы впустую. Не дело, юная леди, так халатно относиться к своему будущему.

Разумеется, не дело, но как будто бы приглашение зависит от меня. Компании, как и студенты, редко сами выбирают практикантов. Не хотят связываться с проверками и бюрократической волокитой.

– А давайте-ка к нам! – внезапно предложил он. Лёгким движением руки выудил из внутреннего кармана пиджака небольшой конверт и подвинул его мне. – Нашей компании как раз нужны молодые, перспективные люди вашего склада ума и характера. Все вопросы с институтом мы возьмём на себя.

Ситуация требовала, чтобы я открыла конверт прямо сейчас. То и сделала. Внутри лежала визитка с адресом и датой собеседования на стажировку, а так же пластиковая карточка-допуск варианта «Стажёр» с моими био-параметрами. Приглашение совершенно точно не было экспромтом – всё уже согласовано и утверждено.

– Головной офис «Ма… Машинити»? – Папа с лёгким покашливанием оттянул ворот галстука, разглядев адрес на визитке. – Не «М-Тэй»?

– Всё верно, – господин Соколов тактично не заметил его восхищённой реакции и добил контрольным: – Собеседование у Виктора Робинау, технического директора «Машинити». Как вы знаете, он третье лицо в концерне, у него нет времени на случайного человека.

Мама судорожно вцепилась мне в руку; спасибо, хоть в обморок не упала. Ведут себя, будто их дочке восточный шейх делает предложение руки, сердца и всей своей страны в придачу.

Стажировка в «Машинити» практически гарантирует трудоустройство по получению диплома, попасть на неё недостижимая высота для студента, особенно первокурсника. Нужно быть без преувеличения гением, чтобы в руководстве концерна обратили на тебя внимание, и вот поэтому я не на шутку насторожилась. Уж больно знакомо звучит мелодия.

Степан Алексеевич довольно улыбнулся:

– Мы можем рассчитывать на вас, Мария?

– Конечно же, – мама ответила раньше, чем я успела открыть рот. – Она обязательно придёт.

– Без сомнений, – болванчиком закивал папа.

– Прекрасно! – подытожил господин Соколов и, хлопнув в ладоши, тут же подозвал официанта.

Мой ответ никого из них не интересовал по той простой причине, что я могла попросить время подумать или вообще отказаться. В глазах родителей я только что сорвала джек-пот практически на ровном месте, они не позволят мне даже усомниться в дальнейших действиях.

Не могу припомнить, как прошёл остаток вечера, о чём ещё говорили и что обсуждали. Официант принёс бутылку шампанского отметить контракт и мою будущую стажировку, затем были десерты. Хоть убейте, не почувствовала их вкуса. В голове билась стайка мыслей, одна мрачнее другой. «Машинити» начали действовать по обкатанному сценарию – предложили работу, от которой не отказываются. Но я не хочу её! Не хочу повторить судьбу Кормака, Аазмандиуса и ПринцаПерсии. Не хочу исчезнуть с концами в какой-нибудь Папуа-Новой Гвинее, даже если мне корону пообещают.

Уже дома заметила, что мои пальцы дрожат. Неотвратимая неизвестность грядущего пугала. Быть может, зря. Не стоит исключать вероятность того, что Кормак и другие пропавшие игроки действительно получили обалденную работу, на которой забыли обо всём на свете. Загорают себе на пляжах Карибского моря, попивают коктейли и ни о чём не сожалеют. Почему обязательно нужно воображать самое страшное? Разве тебе, Машка, не любопытно, что скрывается в этом «бермудском треугольнике»?

Нисколько, если для разгадки тайны придётся отказаться от своей жизни.

Собеседование назначено на послезавтра. Нет, ни за какие коврижки не пойду на него, чего бы потом родители не говорили!

Сон не шёл. Я валялась в кровати до половины третьего ночи, но так и не сумела расслабиться и убедить себя подождать до утра. Нужно рассказать обо всём Шарлатану. Прямо сейчас. Надеюсь, он в игре, ведь другого варианта связи с ним у меня нет.

Мария Александровна, добро пожаловать!

Отлично, Шарлатан онлайн. Сидит в траттории на первом этаже вместе с целой прорвой игроков. Ни одного свободного стула и в проходах едва протолкнуться. Все смотрели на подиум, где под бодрую музыку, напомнившую смесь сиртаки и канкана, лихо выплясывали четыре девицы в просторных греческих хитонах красной расцветки. Пусть не совсем слажено и чётко (одна так вообще безбожно спотыкалась), но как же задорно! Всякий раз, высоко поднимая юбочки, они по-девчоночьи смеялись и стыдливо визжали на радость зрителям. Весь пол под их ногами был усеян монетами, словно ковром, отражающим неровный свет факелов.

Отыскав глазами знакомую чёрную накидку, я с трудом протолкнулась к сцене.

– О, ты вовремя, Прин! – Не вставая с места, Шарлатан хватанул меня за руку, подвинулся и усадил на освободившуюся половинку табуретки. – Смотри-смотри, сейчас выйдет прима.

Почти сразу музыка поменяла темп, а зрители в зале засвистели до звона в ушах. На подиуме показалась пятая танцовщица в ярко-жёлтом платье с пушистым боа в руках. От подруг её отличал не только цвет одежды, но так же бюст четвёртого размера, лохматый парик и… мускулистое телосложение. Великий Ка, да это же переодетый мужик! Под оглушительные аплодисменты прима замахала ногами, неловко копируя подружек. В воздухе дождём засверкали монетки.

– В Рим стоило ехать ради одного этого вечера. – Шарлатан не отрывал восторженного взгляда от сцены. – Эй, а ты чего забыла в игре? У нас там, вроде как, середина ночи, не?

Пришлось наклониться к нему, чтобы перекричать шум:

– Тебя искала!

– Да ладно? – он скосил глаза на меня. – Вечер стал ещё круче!

– Побудь взрослым хотя бы минуту. Мне нужно рассказать тебе кое-что. Только не здесь.

– Чё? Не слышу, музыка.

– Не здесь, говорю!

– А можно досмотреть? Ща самый кайф начнётся. Мне вон тот парень сказал, что сегодня пятница.

– Нельзя, проблема серьёзная.

Поманила Шарлатана следовать за собой. Он с неохотой подчинился. Освободившуюся табуретку тут же заняли и обратно потом не отдадут. Я направилась не на улицу, а к лестнице на второй этаж. В моём номере нам никто не помешает, а ещё пространство в пространстве отрезает звуки извне, идеальное место для разговора по душам.

– Узнала, что консула Септимуса нет в Риме? В этом твоя неразрешимая проблема, стоившая мне стриптиза?

Шарлатан беспардонно устроился на моей кровати, забравшись на неё прямо с ногами. В условиях отсутствия в комнате какой-либо иной мебели, низенький настил с тощим одеялом был и стулом, и столом, и всем прочим, что потребуется. Иного ожидать от гостиницы с одной звёздочкой не приходилось.

– Ерунда, – нетерпеливо отмахнулась. Никогда не считала встречу с консулом неразрешимой проблемой, только трудностью. – Сегодня меня пригласили на собеседование к Робинау в головной офис «Машинити». Не тот, что в Москве, а в наш, екатеринбургский филиал, который в небоскрёбе «Уральский». Вроде как на учебную стажировку. Всё так красиво и заманчиво, при любых других условиях я бы пустилась в пляс прямо на месте, но ведь… Влад! Они собираются сделать из меня второго ПринцаПерсии!

– Собеседование у Робинау, говоришь? Того самого, который Виктор? – переспросил Шарлатан, моментально оживляясь. Я кивнула. – Обгрызи моё лицо белка! К нему собственные замы занимают очередь на месяцы вперёд.

Не думала, что Робинау настолько важная персона. Собственно, прежде я вообще ничего о нём не думала.

– На моё имя выдали карточку-допуск уровня «Стажёр», уже послезавтра ровно в половине третьего по полудню я должна буду сидеть в его приёмной. Понимаешь, они уже всё решили.

– Послезавтра, значит…

В комнате повила тишина.

Обняв себя за плечи, я принялась расхаживать по свободному метру комнаты от стенки к стенке. Нехитрое действие помогало снять излишки тревоги. Шарлатан задумчиво уставился в пустоту. Не знаю, чего он может сделать, но чувствовала, что должна была рассказать ему. Хотя бы для того, чтобы выговориться без опасения напороться на стену непонимания… А ещё, возможно, мне понадобится содействие неохакера в получении документов на новое имя, если не останется ничего другого.

– Кто бы мог подумать, что Робинау интересуют игроки с «проклятыми» квестами? – задумчиво пробормотал Шарлатан спустя несколько минут. – Никто из SPB.RU в жизни бы не допёр.

– Наверное, потому что вы не такие умные, как о вас говорят, – ворчливо буркнула себе под нос.

– Или потому что на первый взгляд не прослеживается никакой связи, что куда логичнее твоей версии.

На второй взгляд, кстати, тоже не прослеживается. И на третий. Да что такого особенного было в «проклятом» квесте? Ведь ничего! Обычная бродилка с минимальным экшеном и даже без супер-умных загадок, вроде кода от запуска ядерных ракет. Зачем «Машинити» нужны люди, которые его успешно завершили? Не вижу никакого смысла.

– Ты ведь пойдёшь?

– Что?? – я резко повернулась к Шарлатану. – Бред какой. Нет, конечно!

– Надо, – на его лице засветилось неподобающее случаю воодушевление, словно откровение снизошло. – Ты обязательно должна пойти. Шанс уникальный, один на миллион. Подарок ещё покруче куртизанки на совершеннолетие!

Говорит, прямо как мои родители, если не брать в расчёт куртизанку. Вот уж от кого не ожидала этого раболепного преклонения перед величием концерна, так это от неохакера из SPB.RU. С чего вдруг оно взялось?

– Рехнулся? – вопросительно изогнула бровь.

– Всё не так, как ты думаешь…

– Да ну?! Хотелось бы верить, что никакого двойного дна в приглашении нет, и я на самом деле такая перспективная студентка, но, знаешь ли, немного сомневаюсь, что «Машинити» взаправду нужен практикант со 149 баллами в аттестате. У моего брата их 189, но о нём даже ради приличия не вспомнили.

– Эй, это же собеседование у Робинау, – Шарлатан вскочил на ноги. – Ты первая из «проклятых» игроков, с кем он встречается лично.

– Ура.

– Понимаешь, что это значит? Это значит, что к нему можно будет подобраться. Через тебя, Мария Леонова. – Заметив, что я собираюсь возразить и возразить экспрессивно, он быстро заговорил: – Не-не-не, я вовсе не прошу тебя соглашаться на стажировку. Я прошу только пойти на собеседование. Со мной. Ты поможешь мне пробраться в кабинет Робинау и ломануть его личный компьютер. Представляешь, сколько возможностей нам откроется? Через комп технического директора «Машинити» я смогу получить доступ в такие глубины, по сравнению с которыми SPB.RU три года в песочнице копались, – он щёлкнул пальцами. – Теперь поняла, к чему веду?

– К тому, что мне совсем не понравится…

Его слова встревожили и одновременно взбудоражили. Он не шутит, ясно как божий день. На полном серьёзе планирует воплотить свою безумную фантазию в жизнь. Не псих ли он часом?

– Твоя карта-допуск уже половина дела, – продолжил Шарлатан. – Не самая важная, но самая отвратная. Их подделывать лютая цензура.

Верно, слишком много нюансов. Даже просто отдать карточку не вариант – отдельно от меня она не сработает. Такие карты давно вошли в повседневную жизнь: в них прописываются био-параметры человека, на которого оформлены, и уровень разрешённого допуска. Чтобы открыть дверь, владелец должен вставить её в считывающее устройство и приложить руку на сенсорную панель.

– Тебе же интересно узнать, чего «Машинити» хотят от тебя, верно?

– Верно, – согласилась. – Но это уже не игра, сомневаюсь, что в настоящей жизни мне хватит смелости и умений. Там ни крыльев, ни Ка, ни бессмертия, только Машка. Я не Принигонда, Влад, и сейчас мне попросту страшно.

Шарлатан остановил меня на полпути к противоположной стене и настойчиво усадил на кровать. Опустившись на корточки, положил руки на мои ладони и крепко сжал их в ободряющем жесте. Я не стала сопротивляться только потому, что удивилась. Непривычно видеть от него проявление каких-либо иных чувств, кроме поиска выгоды и попыток драконить меня двусмысленными намёками. Сейчас, возможно, он тоже далёк от бескорыстного благодеяния, но простенький жест действительно успокаивал. Отчасти.

– Я не прошу тебя ни о чём рисковом, лишь провести меня внутрь.

– Как? – Я подавила желание сказать «нет» и малодушно выйти из игры. – Уровень защиты в офисах «Машинити» несравним с забегаловкой быстрого питания. Там наверняка полно камер и блокировщиков. К тому же, «Стажёр» не предполагает входа в административные помещения.

Глаза Шарлатана сверкнули профессиональным вызовом:

– Идеальной защиты не существует. Предоставь думать об этом тем, кто шарит в теме, лады? У меня уже вырисовался кое-какой план, прямо сейчас потолкую с друзьями-коллегами. Им это понравится! Вообрази, сколько лобби, теневых операций, незаконных сделок, двойной бухгалтерии и ухода от налогов можно будет раскопать! Но самое главное – доказательства. Много, сразу и не такая мелочь, как всё, что SPB.RU добывали раньше.

– А что на счёт меня? – спросила прямо. – Не подумай, будто я не прониклась идеями общего блага, но каким образом взлом компа поможет конкретно мне?

– Судьбу Принца, Кормака и прочих исчезнувших гавриков ты не разделишь, обещаю, – он торжественно поднял правую руку ладонью наружу. – Информация при грамотном обнародовании великая сила. Ближайшие пару лет «Машинити» из скандалов и судов не вылезут. Робинау и Ко если и вспомнят о тебе, то в самую последнюю очередь, даю слово имени меня.

– Только сдержи его.

Звучит слишком гладко, чтобы могло сработать. Рискованно воображать, будто у Шарлатана всё получится как надо и с первого раза, но поверить хотелось. По крайней мере, он способен хоть что-то сделать. Другого плана на повестке дня всё равно нет, так почему бы не попробовать? Да, я не Принигонда, но она часть меня. Часть, которая не привыкла смиренно отсиживаться, пока другие идут в бой.

– Хорошо, будет тебе допуск.

– Отлично. – Шарлатан расплылся в улыбке. Его взяла. – Теперь нам с тобой нужно будет встретиться и обсудить все детали в подробных подробностях. В семь вечера норм?

– Здесь же, в «Цезаре»?

– На кой? В реале, конечно же. Знаешь никотин-паб «Миллениум» на Барской улице?

– Откуда бы? Я не травлю свой организм сигаретами.

– Значит, узнаешь. Место приличное, постарайся обойтись без предрассудков, курят там не все. Точнее все, но раз бармен не курит, то уже не все. В общем, паб находится в паре кварталов к северо-востоку от твоей высотки, не заблудишься. И для меня удобно – рядом станция метро.

– У тебя нет аэромашины?

– У меня нет разрешения на въезд в центр города… – он рассеянно почесал затылок. – Вообще-то, раздобыть его дело нескольких секунд, у базы гаишников детский протокол защиты, тут проблема в движке. Его украли. Дёрнули вместе с колёсами в прошлом месяце. Правда, он и до этого не фурычил, чё-то с аэромодулем…

– Я приду, – остановила поток ненужных сведений. – Как мне тебя узнать? Пароли, секретные рукопожатия, плюшевый мишка на столике?

– Хватит того, что я тебя узнаю. Но если невмоготу поиграть в шпионов, подойди к бармену и спроси: «У вас продаётся славянский шкаф?»(37)

– Забавно, – сдержала зевок. Пора отключаться. Игровые шлемы подавляют все внешние чувства, кроме голода и сна, чтобы фирму-изготовителя не засудили по искам об истощении. Правильно, между прочим, неумеренное использование виртуала плохо влияет на здоровье. – Не опаздывай, – попрощалась с Шарлатаном, нажимая кнопку выхода.

– Увидимся, Белл Бойд(38)!

/37 – Пароль из фильма «Подвиг разведчика», 1947г./

/38 – Белл Бойд (1844-1900) – шпионка южных штатов во времена Гражданской войны в Америке, получила высшую награду Южной конфедерации и звание капитана./

Убрала шлем на тумбочку и натянула одеяло по самый подбородок. Всё, теперь спать и видеть сны. Думать о том, на что подписалась, буду завтра.

Узнав, что сегодня вечером я собираюсь в кафе на встречу со «старым приятелем», мама настояла на платье. Решила, будто это свидание. Отчасти я сама виновата: нужен был повод уйти под вечер на пару часов да такой, чтобы не вызывал ненужного любопытства. Вот так и появился «старый приятель со школы». А как ещё я могла представить Шарлатана? Всяко не сказать правду. Спорить не стала – платье так платье, я же не в самом деле на свидание иду, чтобы переживать, как меня воспримут. Нервничать перед встречей, что удивительно, совсем не нервничала. Смысла нет. Шарлатан уже знает меня получше многих.

И вот за пять минут до семи я, надевшая самое скучное из своих платьев, заняла столик в «Миллениуме». Ироничное название, не правда ли?(39) Подходит под ситуацию. Приличным это место назвать можно, но с натяжкой. Оно на любителя. Паб старый, снаружи едва приметный. Длинные барные стойки, высокие столики и стулья, дерево, полумрак, отвратительная вытяжка и много народа, не сумевшего справиться с пагубной привычкой. Пиво, шум и, конечно же, сигареты. В Екатеринбурге на улицах курить нельзя, в большинстве общественных мест и рабочих офисов тоже. На радость никотиновым наркоманам остаются только собственные квартиры и немногие пабы.

В первую минуту от едкого дыма заслезились глаза, а во вторую я поняла, что провоняю им насквозь. Гадство, только этого не хватало!

/39 – Машка вспоминает «Миллениум» —трилогию книг шведского писателя Стига Ларссона о детективе-журналисте Микаэле Блумквисте и девушке-хакере Лисбет Саландер./

Сунув удостоверение личности в автомат, получила чашку крепкого кофе без сахара. Подходить ко мне никто не спешил. Влад тире Шарлатан опаздывает. Или просто не видит меня из-за плотной завесы отравляющего смога. Минус 8 минут жизни, минус 3, минус 5… А вон у того мужика трубка – минус 16 минут! Надо было взять витаминный коктейль, а не кофе.

Пока жду, решила сыграть в «угадай, кто из присутствующих может быть Шарлатаном». Прежде я не задумывалась, как он выглядит, но уверена – на Артёма не похож совершенно точно. О неохакерах всякие ходят слухи, и ни в одном из них нет слова «нормальный».

19:12. Проклятье, Влад пунктуален, как мумбайские часы! Может, всё-таки стоит подойти к бармену с вопросом про шкаф?

Только решила, что через три минуты выхожу на улицу глотнуть свежего воздуха, как за стол напротив меня сел парень в чёрной джинсовой куртке.

– Ну здравствуй, моя аккредитационная карточка! Красивое платье, так и знал, что нравлюсь тебе.