Армагеддон, или Три дня мрака. Числовой мир

18

В подвале было полутемно. Даже зажженных семь свечей не могли разогнать густые сумерки. Тут было сыро и прохладно, и казалось, что именно по этому люди, находившиеся здесь, одеты в длинные темные сутаны. Но это было не так. Здесь готовился таинственный ритуал, на который рассчитывали присутствующие, ибо другого выхода, из создавшегося смертельного положения, они не видели.

Посвященные расположились вокруг длинного стола, который находился прямо в центре подвала. Он стоял на пятиконечной звезде Соломона, нарисованной мелом или краской на полу. В руках каждого было по большой свече, у двоих из них одежда была забрызгана кровью.

Длинный стол—священный алтарь, на котором лежали юноша и девушка, светился ясным светом и благоухал благовониями. Молодые люди были мертвы. Длинные белые одежды, похожие на саван, укрывали их полностью вместе с ногами и только головы их были свободны от странного одеяния. В руке каждого горела восковая свеча. Голову юноши венчал серебряный венец, девушку украшал венок из белых живых цветов. С согласия их родителей и их самих, они были убиты для того, что бы воскреснуть Воинами Господними, которые будут обладать чудовищной силой и быстротой. Зная предсказания и их неудачный конец, у них была единственная цель – самая благородная цель на свете – спасти от неминуемой смерти человечество.

Колдунам предстояла большая работа. Им надо оживить двух посвященных. К ритуалу все готово. По всему подвалу раскиданы ветки сосны, святой водой обрызгано все помещение, на алтаре лежат множество икон и горят свечи. Травы и корни, воск и мирт, вербена и ладан -для защиты, мази и отвары из корней золотого и имбирного, а так же корня жизни женьшеня -для восстановления организма. Баня, построенная рядом, натоплена с множеством благовоний. Приготовлены для работы березовые, осиновые, дубовые и вербные веники.

Взявшись за руки и образовав неразрывное кольцо вокруг алтаря, посвященные читают <Отче Наш.> Скрестив руки, они отдают всю свою силу, собирая ее в энергетический разряд, который находится вокруг алтаря. В полученный энергетический вакуум читается призыв ушедших душ с четырех сторон и несколько призывных заговоров. Призыв святых, призыв защитников и хранителей всего живого.

Раскат глухого грома и блеск молнии свидетельствует о правильной работе ритуала. Молния бьет еще и еще, и из рук посвященных сыплются искры, живительная энергия с огромной силой атакует неостывшие тела молодых людей. Их закрывают теплыми одеялами и делают над ними парильню. Температура колеблется, и наконец, доходит до определенной отметки на шкале. В ход идут все веники, мази, отвары. Последнее усилие, и посвященные отдают последние силы… они, ослабшие и полумертвые, падают на пол.

Тишина не дает покоя, и посвященные ужасаются. <Неужели не получилось?> Наконец, на столе под одеялами стало видно движение…

Стоявшая в стороне вторая группа, следившая за ритуалом и готовая в случае неудачи прийти на помощь, с облегчением вздыхает. Они встают на колени и отвешивают поклон на Восток, шепча молитву благодарности:

– Аллелуя. Аллелуя. Аллелуя. Свершилось.

19

В соборе царило молчание и покой. Молитвы успокоили людей и укрепили веру в хорошее. Святой отец с большим трудом готовил речь прихожанам, никак ни какие мысли не лезли в голову. Неожиданно, в звенящей тишине церкви, раздался тонкий детский голосок:

– Это я на берегу реки первый увидел в небе красный крест.

Святой Ефрем улыбнулся и погладил мальчика по голове: —

– Молодец. Ты помог людям увидеть его, а значит, ты им уже помог в спасении.

Алеша радостно смотрел в глаза священника. Если бы он смог в темноте что ни будь разглядеть, то увидел бы, что святой отец сильно напуган.

Священник взял в руки библию, с ней как-то было спокойнее.

– Прихожане. Молитва спасет нас. Поэтому молитесь сами и учите молиться детей, детская молитва самая чистая и самая сильная. Да не оставит нас, Господь. Мы будем учить детей стих <о Богородице>, в ней всего четыре строки и ее очень легко выучить, а взрослые будут читать <Отче наш> и <Да воскреснет бог.> А теперь внимательно слушайте и запоминайте, так как скрывать уже нет смысла. На землю пришла беда и она уже коснулась нас всех. Наступает мрак, а вместе с ним придут демоны. Они очень страшные, на многих из них нельзя смотреть, поэтому к окнам и дверям не подходить, на любой зов не откликаться и вообще ничего не предпринимать без моего ведома. И запомните главное- ни каких плохих мыслей, ни какой злобы, только любовь и доброта не даст нарушить запрет церкви на проход демонов через стены. Молитесь как можно больше и зовите святых на помощь. Да дойдет наша молитва до Высших сил и да успеет к нам помощь во время. Святой Ефрем устало опустился на пол. На него уставились несколько десятков испуганных, разноцветных глаз, но Ефрем не обратил внимания на цвет глаз, его думы были о другом, о самом серьезном в мире. Он думал о человечестве, которому предстояло вытерпеть столько бед и искушений. Но люди должны выжить.

<Не надо показывать вида. Пусть они думают, что я не боюсь. Что-то я рано расслабился. Я -Святой Отец, и битва еще впереди.>

Он ушел за алтарь, и несколько минут его не было. Наконец, появился. В руках у него была темная коробка, в ней оказались большие серебряные распятия. Не спеша стал раздавать их людям, стараясь казаться спокойным, но приход было трудно обмануть. Каждый прихожанин брал в руки распятие и прижимал его к груди. Только теперь, наконец, люди поняли, что пришла беда, смертельная беда. Что распятия им помогут, ибо ими можно еще и драться…

20

Монахи стояли у окна и, недоумевая, смотрели на улицу.

– Что за темнота? Почему в книге предупреждения ничего о ней не написано. Что мы будем делать в этой темноте? Ничего не видно. Как мы найдем нужный нам дом. Надо взять фонарики, – торопил их Серафим. -Не забудьте распятия и обязательно переоденьтесь в защитные костюмы и обувь. Надо спешить, пока совсем не стемнело.

Через несколько минут они вышли на улицу. Одеты они были в облегающие комбинезоны, в материи которых присутствовало серебро. Костюмы дополняли легкие ботинки на липучках. У каждого монаха в руках было по фонарику и по распятию с изображением Христа.

Их била нервная дрожь, и они ни как не могли с ней совладать. Но надо было спешить и они, сорвавшись с места, побежали.

В голове каждого звучали только одни слова: <Неужели опоздали? Неужели опоздали? Только бы успели, не упустили драгоценное время.>

Они очень быстро нашли нужный дом, потому, что очень хорошо знали свой город. Бесшумными маленькими перебежками подошли к нему и спрятались в кустарнике, который рос неподалеку от дома.

– Потушите фонарики -Зверь очень хорошо видит в темноте.

Мелкая дрожь, предвестница смертельной схватки, била монахов и казалось, ее не возможно было ничем остановить. Дрожали руки, в которых было зажато распятие. И все же это были подготовленные люди, которых отвага не покидала не на минуту. Каждый из них думал: <Кто, если не я это должен сделать? Только я и никто другой.>

Владимир еще дома нутром почувствовал опасность загнанного зверя. Выйдя на крыльцо, он заметил движение в кустах и поспешил укрыться в доме. Но ему помешал огромный пес, который появился в дверях. Он замешкался около ног хозяина и неожиданно закрыл ему ход в дом.

Этого замешательства было достаточно, чтобы прямо перед ним из кустов выскочил Стефан и что было силы нанес ему удар распятием прямо в лоб, вогнав кинжал в голову по самую рукоятку.

– Живот, – крикнул, задыхаясь от возбуждения, Стефан.

Распятие глубоко вошло в голову. Зверь екнул и от неожиданности присел на корточки. Цвет кожи его стал серым, красивое лицо искривилось в ужасной гримасе оскала, но не от боли, а от злобы, что он не предвидел такого наглого нападения со стороны людей.

В это самое время Цербер, увидев, что хозяину грозит опасность, бросился на первого попавшего монаха. Одним прыжком он достиг Федора и вцепился бы ему в горло, если бы не комбинезон, плотно подогнанный к горлу монаха, который его и спас.

Рядом оказался Илья. Он схватил пса и попытался его оторвать от жертвы. Резкое движение и пес полетел в кусты. Через несколько мгновений пес появился вновь и набросился опять на Федора, и Федор промахнулся… Распятие пролетело рядом со Зверем и, ударившись с тупым стуком о дверной косяк, отлетело к ногам Стефана.

Стефан судорожно схватил распятие и зажал его в руке, но напасть на Антихриста он не успел. Казалось, время замедлилось. События проплывали очень медленно, и Стефан не мог ничего сообразить.

Зверь, почувствовав, что силы к нему возвращаются, пришел в ярость, и он набросился на Стефана. Поднял его над головой и закрутил с такой силой и быстротой, которой у человека не бывает. Изо всех сил он отшвырнул Стефана от себя, не давая ему опомниться. Тот, ударившись об угол дома и размозжив себе голову, упал замертво рядом с Федором, который никак не мог отбиться от пса, рвавшего его руки и ноги. Кровь тонкой струйкой потекла по ноге.

Видя, что Федор промахнулся, кинулся на Антихриста Себастьян. Он все- таки ухитрился воткнуть ему распятие прямо в живот.

– Печень, – раздался встревоженный и хриплый голос монаха.

Из раны хлынула кровь, и Зверь попытался ее остановить. Зажав рану рукой, он отвлекся, и этого было достаточно, что бы Василий, схватив распятие у умирающего Стефана, ринулся на Зверя. С двумя кинжалами в руках он налетел на него, замахнулся, стараясь попасть ему в печень. Но силы были не равные. Антихрист схватил Себастьяна за руки, неимоверно сильным движением вывернул их в сторону спины, и бросил его на Василия. Себастьян взвыл от боли и рухнул на пол без памяти, сбив с ног Василия, который хотел броситься на Зверя и шел на него с кинжалом. Неестественно мотались сломанные руки. Придя в себя, и не помня от ярости и боли, он вцепился зубами в ногу Антихриста. Он чувствовал вкус крови, но отпускать чудовище не собирался.

– Цербер. Цербер, твою мать, ко мне, -злобно зарычал Зверь.

Пес, оторвавшись от своей жертвы, бросился на Себастьяна.

Сразу двое монахов бросились вперед, один, Василий, на Антихриста, другой, Савва, на собаку, стараясь защитить братьев от ненавистного пса.

Василий, воспользовавшись моментом, пока Себастьян вцепился Зверю в ногу зубами, со всей силой воткнул распятие ему в печень и закричал радостно и победоносно, что было силы:-Сердце.

Зверь рухнул на землю, но через минуту попытался встать. Василий сообразил, что многие лежат убитые и бросился на зверя повторно. Он кричал так, что Савва оглох от его крика. Монах обрушился на Зверя со всей оставшейся силой и воткнул в него кинжал прямо в сердце.-

– Селезенка, братья. Селезенка, —закричал, что есть силы, Василий.

Сам озирался, пытаясь понять, где взять очередной кинжал. Савва приблизился к Зверю вплотную и замахнулся всей силой. В голове стучали мысли: <Только не промахнись>. Но ударить он не успел.

Антихрист превращался в оборотня. У него выросли огромные страшные когти, лицо вытянулось и изменилось до неузнаваемости. Тело сгорбилось, глаза налились кровью, но сила его не покинула. Он неимоверным движением отбросил от себя Себастьяна. Тот отлетел, ударился о забор и затих. Зверь вытянул вперед когтистую лапу и прямо перед Саввой схватил Василия за горло. Высоко подняв его над головой, он распорол ему грудь. В предсмертной агонии Василий намертво сжал пальцы рук- ему мерещилось, что в руках у него все еще зажат ритуальный спасительный кинжал-единственное спасение человечества.

Савва пытался сбить собаку с ног, но пес был очень силен и попытка монаха, оказалась безуспешной. Ротвейлер вцепился ему в руку и вырвал кусок мяса. Истекая кровью, Савва ухитрился схватить пса за горло, но удержать одной рукой не смог, и пес вырвался. Обезумев от зболи и вкуса крови, он второй раз бросился на Савву. Но в это самое злости и крови, пес кинулся снова на монаха, но между ними неожиданно встал Илья, у которого в одной руке оказался простой длинный нож, в другой ритуальный кинжал. Нож вошел мягко в собаку и монах повернул лезвие ножа так, что у пса что-то хрустнуло внутри. Савва вновь вцепился в горло пса и не отпускал его до тех пор, пока тот не перестал биться в судорогах. Савва с трудом сознавал, что пса больше нет, что этот свирепый ротвейлер теперь не опасен монахам.

Илья подлетел к Зверю с боку и, сделав немыслимый поворот, пытался заградить путь к умирающему Василию. Его кинжал прошел по телу Зверя и распорол ему бок. Но видно не глубоко, он даже не почувствовал, несмотря на то, что потерял много крови. Савва зажал кинжал единственной здоровой рукой. Вторую руку он не чувствовал, она висела как плеть. Он истекал кровью и силы его оставляли, казалось, у него не было силы и сделать шаг, именно по этому Зверь не обратил на него никакого внимания. Он направился к Илье, считая его еще опасным.

В этот момент, собрав все свои последние силы, Савва обрушился на Зверя и, c нечеловеческим криком, воткнул ему распятие в селезенку.

– Верхнее солнечное сплетение, —крикнул Савва и рухнул на землю.

Антихрист собрал все свою волю, он набирал силу и пытался встать.

Илья налетел на него, как ветер, и воткнул ему кинжал в солнечное сплетение. Но не очень глубоко, и не успел Илья опомниться, Зверь выбил ему глаз и снес пол черепа. Последнее, что он видел – Зверь вырвал из груди кинжал и отбросил его от себя на несколько метров. Георгий налетел на него, когда тот пытался выкинуть очередной кинжал и ударил его в рану на верхнем солнечном сплетении. Кинжал вошел по самую рукоятку и Зверь на мгновение рухнул на колени.

Григорий пытался понять, где последний кинжал и не мог никак его найти.

Зверь встал и направился к последнему, оставшемуся в живых, монаху. Он схватил его и поднял над головой, потом свирепо разорвал на части.

Когда Антихрист увидел, что враги его повержены, он поднял вверх руки и закричал. Но ничего человеческого в нем не осталось, и крик не получился. Послышался звериный рык и злобный победный вой. В следующий миг он решил вытащить из тела кинжалы, но это ему не удалось, так как он увидел движение, среди поверженных, и понял, что один из монахов все еще жив. А Зверь понимал, что это для него смертельная опасность. И поскорее от него надо избавиться.

Действительно, Себастьян приходил в себя. Неимоверно болели сломанные руки. Не возможно было терпеть, а не то, что бы двинуться с места. Воспаленный мозг работал с перерывами. Ужасный шум в голове не давал сосредоточиться на определенной мысли. В глазах стояло что- то вроде тумана, черные квадраты закрывали большую часть видимого и яркие розовые и красные круги быстро крутились перед глазами вместе с улицей. И не возможно было понять, где земля и где небо…

<Где же последний кинжал?> -думал монах., Ну, где же он?>

Себастьян вертел головой во все стороны, пытаясь обнаружить пропавший кинжал. А сам с ужасом думал, чем он возьмет его? Прекрасно понимал, что у него сломаны руки, что он никакими усилиями не поднимет кинжал, и горечь впервые захлестнула его сердце. Он, не обратил внимание, на странный шум, относя его к очередным галлюцинациям. Шум был похож на шелест крыльев… и вдруг, прямо перед ним, как из- под земли, выросли два человека. Лица их он уже не смог разглядеть, и поэтому принял за чужих. Он собрал всю свою силу и попытался подползти к кинжалу, который лежал недалеко от него возле забора. После нескольких неудачных попыток ему, наконец, это удалось, и он схватил ртом кинжал вместе с землей. Но вот девушка нагнулась над ним, и он явственно увидел четкий профиль креста у нее на груди. Она наклонилась еще ниже, стараясь расслышать, что он говорил, протянула руку… он отдал ей кинжал и тихо, чуть слышно прошептал:

– Нижнее солнечное сплетение. Там, где пах или сзади – копчик.

Зверь почувствовал смертельную опасность и мгновенно прыгнул на девушку. Но ее загородил молодой человек, пришедший с ней. Он не обратил никакого внимания на выпущенные когти чудовища, а схватил его за плечи, и высоко подняв над собой, швырнул его так, что тот отлетел на несколько метров. Но эта схватка не прошла бесследно- Зверь разорвал юноше ногу. Падая, он зацепил его своими когтями. Кровь била из ноги, видно было, что повреждена артерия, но помочь ему было некогда и некому, он сам пытался наложить жгут, а сам удивился сначала, а потом понял, откуда он взялся в кустах.

Девушка, обладая странной подвижностью и скоростью, пролетела мимо Зверя с такой быстротой, что тот даже ничего не понял.

Федор с удивлением смотрел на молодых людей и думал: <Кто они такие? Это точно не люди. У него неимоверная сила, у нее невообразимая быстрота.> Он не додумал. Его замутило, в глазах потемнело…

Девушка, ловким движением, налетела на Зверя сзади. Не давая ему повернуться лицом к ней, вонзила кинжал в солнечное сплетение.

Фонтан крови облил победительницу с головы до ног. А она стояла гордая перед побежденным чудовищем, который рухнул всем телом на землю и извивался в предсмертной агонии, меняя свой облик несколько раз, превращаясь в разнообразных чудовищ. Наконец, он затих, и крик торжества победы монаха огласил округу. На поверженного Зверя положили большой серебряный крест, который был на груди у монаха и не снимали его до тех пор, пока не развели костер, куда положили Антихриста, и не сожгли ненавистный труп зверя.

Вот только тогда они смогли приступить к помощи раненым, благо, что у монахов были заранее заготовлены медикаменты, которыми они так и не смогли воспользоваться. Со всех сторон к ним бежали посвященные.

Юноша уже перетянул жгутом ногу, но потеря крови сыграла свое, он был почти без сознания. Девушка пыталась помочь монаху, а над ними уже склонились посвященные. Они принесли всевозможные настои и примочки, и очень быстро привели в сознание юношу и монаха, наложив последнему шины на висящие, как плеть, сломанные руки.

Себастьян удивленно смотрел на людей, и до него с трудом доходило, что этих воинов создали люди. Он с сожалением подумал о том, что если бы эти воины были с монахами с самого начала, таких бы потерь не было, и он с горечью подумал о погибших братьях. Они все еще стояли рядом с ним гордые, сильные, бесстрашные… Он захотел узнать имя девушки, которая сражалась вместе с ним, но к великому сожалению, она от нервного потрясения забыла кто такая и как ее зовут. Единственное, что она помнила, это то, что надо защищать людей.

– Ничего страшного, – проговорила женщина из посвященных. Это даже лучше, значит, она все еще осталась человеком. А память ее восстановится.

Мгла становилась все плотнее и плотнее, почти ничего уже не было видно.

– Слава Богу, успели до кромешной темноты, -слышались слова благодарности.-Битва выиграна. Ну, а что же будет с нами дальше?

А дальше никто не смог предвидеть, что произойдет в мире… А мир ждал настоящий ужас. И эта горстка людей не могла знать того, что они сделали для этого мира. Убив Зверя, они освободили земных зверей и птиц от кабалы, которая бы приказала убивать все живое на земле, ибо Зверь обладал великим могуществом покорять и подчинять своей воле всех птиц и животных, живущих на земле.

21

Горстка людей, потерянная и собранная темнотой, пыталась двигаться по мрачной улице. Где-то рядом, молоденькая девушка, потерявшаяся от группы, кричала от страха в голос, и ей сразу откликнулись несколько человек. Она пошла на голоса и уперлась в стену.

– Стена, – проговорила девушка. -Надо найти дверь и войти в комнату. Может там есть люди, – убедила она себя и на ощупь прошлась пальцами по каменной выпуклой стене. —Вот, наконец, и дверь.

Она толкнула ее и очутилась в большом помещении. Затхлость ударила ей в нос, и она поняла, что это не дом, а руины. <Вот попала,> – подумала девушка и сделала несколько шагов в темноту.

Вдруг она услышала странные звуки, ни на что не похожие. Казалось, кто-то огромный идет где-то рядом по мостовой и клацает когтями о камни.

– Что это такое? Что это за непонятный, странный, скрежащий звук?

Сердце на мгновенье остановилось от страха, когда впереди мелькнули красные глаза. <Волк, что ли или собака?> – подумала девушка.– <Нет, глаза какие – то красные и очень сильно большие>.

Прямо перед ней вырос огромный силуэт, лохматый и вонючий. Запах был такой сильный, что сразу ударило по ноздрям. Девушка обмерла. Она пыталась рассмотреть ненавистное животное, но в темноте могла только увидеть сильную шею и большие плечи, обросшие бурой, как ей показалось, шерстью. Голова необычайно крупная с лохматой холкой, огромными ушами-лопухами и горящими глазами, переходила в драконий хребет и заканчивалась мощным хвостом. Последнее, что она увидела, были крепкие ноги с копытами, прежде чем почувствовала, что чудовище навалилось на нее всей тяжестью.

Люди, пришедшие на крик девушки, ее не нашли, только почувствовали запах ужасного смрада и больше ничего. В темноте они не могли разглядеть пол, залитый свежей, красной, человеческой кровью.

22

Инопланетяне уже работали, не покладая рук. Они создали защитный купол над землей, который должен защитить землян от осколков астероида, разбитого на куски неземными братьями неизвестным нашей цивилизации оружием страшной силы. Они смотрели в космическое пространство, ожидая, что же будет? Выдержит купол напора тысяч смертельных осколков астероида или нет?

Огненные естественные снаряды, сияющие в пространстве ярче солнца, двигались по инерции прямо к земле, неся ей неминуемую смерть. Они обрушились на защитный купол и смяли его. Он выгнулся неимоверно сильно, но выдержал, огненные осколки отбросило в сторону далеко в космос. Вторая партия была не менее многочисленна, купол кое-где треснут, и сотни огненных осколков отправились к Земле, неся ей долгожданный свет и неминуемую смерть.

Десятки летающих тарелок зависли над землей, но вмешиваться они не имели права. Земляне должны сами выйти из того положения, в которое попало четвертое измерение. Единственно они могли помочь раненным людям, забирая их на летающий аппарат и делая сложные операции без скальпеля и еще кое каких хирургических инструментов. Многим тысячам они спасли жизни, приделывая им руки и ноги, вживляя новое сердце, печень, легкие, чего не доступно врачам землян. Не напрасно они изучали людей, их анатомическое тело. Они научились выращивать из генов сердце, печень, легкие и смело внедряли их в тела землян. Хоть в этом они видели помощь с их стороны.

23

Шестое измерение восстало. В Аду шла подготовка к нападению на физический мир людей. Глубоко под землей легионы демонов и дивов, черных ангелов и билов готовились к смертельной битве. Они жаждали крови и власти. Хотели покорить мир, уничтожить все живое, не покорившиеся им. Демоны нуждались в рабах, им нужны были человеческие тела. Некоторые из них решили завладеть человеческими душами и жить вечно. Править миром, который находился на четвертом измерении- вот чего добивался Сатана. Он стоял у ворот Ада, а вокруг разливался темно-красный страшный свет, и казалось, что он плывет в крови. Его, все еще красивое до безумия, лицо, было прекрасно какой- то неземной красотой. От него невозможно было оторвать взгляд, не смотря на то, что уже на его лице горели огнем глаза, которые метали молнии в разные стороны. Он вслух думал:

– Все шестнадцать ближних измерений будут моими. Я буду властвовать над тремя главными мирами Ацила. Бериа. Иецира-Мир Архетипа, Мир Чудес, Творения и Законов, Мир Удивления и Осуществления.

Он поднял вверх руки, и широкие рукава длинной черной сутаны, с большим капюшоном, накрыли полностью его тело и голову.